ОГЛАВЛЕНИЕ


ПРАВО И ПРАВОСУДИЕ


© 1999 г. П. А. Кокорин

ПРОБЛЕМА ПРОИЗВОДСТВА СУДЕБНОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ ПО МАТЕРИАЛАМ УГОЛОВНЫХ И ГРАЖДАНСКИХ ДЕЛ

В состав общей теории судебной экспертологии входят частные теории отдельных видов судебных экспертиз.
Одной из частных судебных экспертиз является экспертиза по материалам уголовных и гражданских дел. Хочется поговорить об этом подробней.
Принято считать, что теоретические аспекты данного вида судебных экспертиз возникли по инициативе ученого Г.Л. Грановского (1977), которую он назвал «ситуационной», а А.И. Винберг и Н.Т. Малаховская « классификационной» (1979). Указанные экспертизы подвергли критике А.И. Васильев (1979) и позднее в своей докторской диссертации Д.А. Турчин (1989)
«Ситуационная» и «классификационная» экспертизы исчезли из специальной криминалистической терминологии, но фактически, данный вид экспертизы реформировался вэкспертизу «по материалам уголовных и гражданских дел». Так в науке «судебная психиатрия» существует «посмертная» экспертиза; в «судебной бухгалтерии» - «налоговедческая»; в «судебной медицине» - экспертиза тяжести вреда здоровью и связанных с ней вопросов по « материалам уголовных и гражданских дел»; в «судебной психологии»- экспертиза «психологического анализа происшествия» и т.д.
Все они решают вопросы отношений между участниками, правильности или неправильности тех или иных действий, анализа деятельности лиц и др., и всегда имеют юридическое значение. По сути, это скрытая форма экспертизы, связанной со «следственной ситуацией» и подтверждения выбранной версии следователя.
Во – первых, объектом судебной экспертизы не могут быть материалы дела. Объекты – это всегда закрепленные в материалах дела и предусмотренные уголовно- процессуальным и гражданско - процессуальным законом источники информации. Источниками информации при проведении производстве экспертизы могут быть вещественные доказательства, вещная обстановка, образцы для сравнительного исследования, но не сами материалы уголовного и гражданского дела.
Во-вторых, расширенное толкование, выраженное в отождествлении фактов доказывания и промежуточных факторов, которыми являются время, место, способ и прочие обстоятельства, поручаемых следователем эксперту, недопустимо. Как известно, факты, имеющие отношение к материальному (юридическому) составу, устанавливаются следователем, а теория уголовного процесса, криминалистики и ее принципы не допускают перенесение обязанности доказывания на других участников процесса.
В третьих, эксперт, давая ответы на поставленные перед ним вопросы, должен руководствоваться своими специальными познаниями в науке, технике, искусстве или ремесле, и только ими, а не тем, какое доказательственное значение могут иметь формулировки его заключения.
В четвертых, следователь сам определяет, для выяснения каких обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела необходимы специальные познания. При производстве же экспертизы по «материалам уголовных и гражданских дел «сам эксперт определяет, что из вещной обстановки места происшествия или вещественных доказательств подлежит исследовать. Сам эксперт решает когда и в каком порядке их исследовать и с помощью каких методов. Думается, что случаи, когда эксперт самостоятельно подбирает объект исследования при производстве экспертизы по материалам уголовного дела. должны быть исключение, а не правилом, так как деятельность всех участников уголовного процесса обязательно сообразуется с деятельностью следователя.
И, наконец, в пятых. При производстве экспертизы по «материалам уголовных и гражданских дел» происходит перекладывание функций доказывания на экспертов. Фигура следователя при этом оказывается на втором, заднем плане. Поскольку за него вопросы исследования материальной обстановки совершенного преступления, а также выбор объектов исследования решает эксперт. В этом случае эксперт уже выступает в качестве «научного судьи фактов». Такое положение противоречит современным взглядам на юридическую природу деятельности эксперта и его процессуального положения в деле. Когда эксперты начинают выступать в качестве «научных судей», судебная экспертиза превращается в «научный приговор» наступает 37–й год.
Следует согласиться с А.И. Васильевым, который сказал: «нет никаких оснований ставить в прямую связь технологию доказывания и технологию экспертного исследования, так как это разнопорядковые явления, лежащие в различных плоскостях».


? ? ? ? ?



ОГЛАВЛЕНИЕ