стр. 1
(общее количество: 3)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Александр Кондратов

Земля людей – земля языков

ИЗДАТЕЛЬСТВО «ДЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА», 1974 г.

Сканировал и проверил Илья Франк

СКОЛЬКО НА ПЛАНЕТЕ ЯЗЫКОВ?

На скольких языках говорят люди, населяющие планету? Ответить на этот вопрос, казалось бы, не так уж трудно. Число людей, живущих на земле, известно. При переписи населения обязательно учитывается и родной язык. Произвести необходимые подсчеты несложно... Но почему тогда разные ученые называют различное число языков планеты: одни говорят о 20 тысячах, другие — о 10 тысячах, третьи — о 5 тысячах, а некоторые лингвисты полагают, что население нашей планеты изъясняется всего-навсего на 2 тысячах языках.
Почему языки труднее сосчитать, чем людей, на этих языках говорящих? Разница в таких подсчетах не количественная, а качественная. Что такое «человек» при подсчетах численности населения, определено точно, бесспорно. Но можно ли провести границу при исчислении количества языков между языком и его диалектом?
Мы знаем, что на Юге России говорят не совсем так, как на Севере; произношение сибиряка отличается от произношения рязанца или волжанина. В разных областях России употребляют слова и выражения, неизвестные другим жителям нашей страны: белку называют векшей, волка — бирюком и т. п. Лингвисты изучают эти диалекты, публикуются специальные словари.
Диалекты порой очень отличаются один от другого. И все-таки никому не придет в голову объявить, что в нашей стране есть псковский язык, сибирский язык и т. д. За многовековую историю нашей страны сформировался единый, «великий и могучий» русский язык, понятный и псковитянам, и сибирякам, и уральцам, и рязанцам, «Народ великий, по великому пространству обитающий, невзирая на сильное расстояние, говорит повсюду вразумительным друг другу языком в городах и селах», — писал еще М. В. Ломоносов.
За минувшее время разница между диалектами русского языка еще более стерлась: этому способствовало и создание литературного языка, и развитие средств транспорта, и радио, и печать, и телевидение.
Но в других странах расхождения между диалектами настолько велики, что носитель одного диалекта не может понять носителя другого, «Баварский крестьянин мало разумеет мекленбургского, швабского, хотя все того же немецкого народа», — свидетельствует Ломоносов. По сей день в немецком языке много диалектов, которые отличаются друг от друга. И нижненемецкие диалекты стоят ближе к языку соседнего народа, голландцев, чем к диалектам немцев, жителей Баварии или Тюрингии.
Если стать на позицию чистой лингвистики, следовало бы считать северное немецкое наречие одним самостоятельным языком, а южнонемецкий диалект — другим. Но историю языка нельзя отрывать от истории народа. И поэтому ученые считают, что есть один немецкий язык с его двумя основными диалектами.
Иногда деление на языки и диалекты происходит даже не по историческим, а по географическим причинам.
На островах, расположенных в бескрайних просторах Тихого океана, в восточной его части, живут полинезийцы. Жители острова Пасхи, Гавайских и Маркизских островов, островов Кука, Туамоту, Таити, Новой Зеландии изъясняются на языках, настолько близких друг к другу, что правильнее было бы считать их диалектами одного восточно-полинезийского языка. Но... слишком уж велико расстояние между людьми, разговаривающими на этих диалектах, — многие тысячи километров океана! И поэтому ученые считают, что население названных островов говорит на самостоятельных языках, а не на наречиях одного языка.
Есть, однако, ситуации, когда ни история, ни география не могут прийти на помощь лингвисту. И только от него самого будет зависеть, считать ли речь племени или народа диалектом или же самостоятельным языком. Такие ситуации не редки. Огромные расхождения в подсчете числа языков на планете как раз и вызваны этими спорными ситуациями. Они возникают при изучении языков в Австралии и Новой Гвинее, в Нигерии и Индии, в Южной Америке и Центральной Африке.
Во второй половине XX века получили независимость десятки государств Африки, Азии, Океании. Но нации в том виде, в каком мы видим их в Европе, в этих странах пока еще не сложились. «Когда мы узнаем, что членами Организации Объединенных Наций становятся Гана, или Камерун, или Экваториальная Гвинея, или какая-нибудь другая республика в Африке, то не следует думать, что каждое из этих государств в действительности представляет собой единую нацию, — пишет крупнейший советский африканист Дмитрий Алексеевич Ольдерогге.— Почти во всех африканских государствах мы находим множество языков, множество самых различных этнических общностей, племен и народностей, самые различные уровни культуры». И лингвистика «не позволяет нам определить количество языков, на которых говорят в Африке, прежде всего потому, что нет достаточно ясного представления о различии понятий языка и диалекта. Зачастую мы не можем определить, что перед нами — язык и его диалекты или же группа близкородственных диалектов, которые не представляют собою единого языка, или перед нами группа близкородственных языков».
В результате — сколько исследователей, столько и различных цифр. Крупный специалист по африканским языкамМейнхоф насчитывал 182 языка, относящихся к группе банту. Другой не менее авторитетный ученый, Джонстон, утверждал, что их 226. А третий, Ван-Бульк, — 518, причем, по его мнению, столько языков банту имеется лишь в Республике Заир — языков, не считая диалектов!
На острове Новая Гвинея, например, различные исследователи насчитывают 300, 500, 700 и даже 1000 различных языков. И с уверенностью можно утверждать, что любое из этих чисел неточно. Во-первых, и по сей день открывают новые, неизвестные ранее науке племена, обитающие в глубинах этого огромного острова. Население их говорит на своих собственных языках, так что численность языков Новой Гвинеи, по мере ее открытия, постоянно возрастает. А во-вторых, большинство языков объединено своеобразной «цепной связью»; они, по словам ученых, «незаметно переходят один в другой».
Одним из первых это отметил замечательный исследователь Новой Гвинеи Миклухо-Маклай. Правоту русского исследователя подтвердили ученые других стран: границы между языками в Новой Гвинее «никогда не являются резкими, обычно существует постепенный переход». А отсюда вывод: сколько искусственных границ между связанными друг с другом наречиями деревень проведет исследователь (а ведь в каждой деревне свое наречие!), столько языков он и выявит.
Вот почему нельзя точно сосчитать число языков, на которых говорит современное человечество. А ведь различение языков и диалектов — еще не все трудности, стоящие перед лингвистом, который пытается сосчитать число языков Земли. Одни из них рождаются на наших глазах, а другие бесследно исчезают вместе с их носителями, или же поглощаются другими языками, или, наконец, участвуют в образовании единого языка одного государства.
Читатели произведений Джека Лондона, наверное, помнят, что в рассказах и романах, посвященных южным морям, белые разговаривают с местным населением на каком-то странном ломаном языке. Это так называемый бич-ла-мар, специальный жаргон, на котором изъяснялись торговцы и моряки с многоязычным населением Океании. Но в наши дни из языка-посредника, вспомогательного жаргона, бич-ла-мар превращается в самостоятельный язык. Многие тысячи жителей северо-востока Новой Гвинеи считают его родным языком. На нем печатаются газеты, его изучают в школах. Из жаргона бич-ла-мар родился новый язык — неомеланезийский.
Точно так же из языков-посредников, из жаргонов родились в нашем веке новые языки: крио (в африканской республике Сьерра-Леоне), суринамский (Гвиана), папьяменто (остров Кюрасао в Вест-Индии) и другие. Местная полиция в Новой Гвинее пользовалась сильно упрощенным языком народности моту. Сейчас этот язык получает широкое распространение среди многих племен и народностей, на нем ведутся радиопередачи. Вполне возможно, что вскоре возникнет новый язык — полицейский моту. Впрочем, название, под которым он известен, наверное, будет изменено — слишком уж оно отдает нравами колониализма.
Иногда случается, что язык, считавшийся исчезнувшим много лет и даже веков назад, оказывается вдруг живым: находятся люди, говорящие на таком мертвом языке. Совсем недавно в нашей стране, на юге Красноярского края, были найдены две старые женщины-камасинки, говорившие на местном камасинском языке. А считалось, что этот язык давным-давно вымер. Около ста лет назад в таджикском ущелье Ягноб ученые открыли язык, который является потомком древнего согдийского языка, на котором говорили во времена Александра Македонского. В государстве Израиль был искусственно возрожден древнееврейский язык — иврит. Теперь на нем говорит почти все население страны. После перерыва почти в два тысячелетия язык снова стал разговорным.
Словом, языки исчезают, рождаются, распадаются на отдельные диалекты, и, наоборот, группа родственных наречий собирается в один язык. Язык — это история людей, история народов.
Известный французский писатель Антуан де Сент-Экзюпери когда-то писал о «Земле людей», но Земля людей — это и земля языков.

История одной семьи языков

ОТКРЫТИЕ В СТРАНЕ ЧУДЕС

Математика, логика, физика и ряд других наук берут начало в трудах философов античности. Но с изучением языков дело обстояло иначе. Древние греки считали языки других народов варварскими. Римляне также почти не уделяли внимания чужим языкам. Гораздо более интересные и точные труды по лингвистике мы находим у древнеиндийских и средневековых арабских ученых. Однако труды эти стали известны европейцам сравнительно недавно. В эпоху Возрождения появляется интерес к изучению языков, но языков мертвых — классической латыни, древнегреческого, древнееврейского. Ученые Возрождения пробуют проникнуть в тайну языка этрусков лишь потому, что этот народ оказал влияние на римскую культуру. А так как «матерью языков» считался язык библейского Ветхого завета, то и понять язык этрусков пробовали с помощью древнееврейского.
Лишь в XVII—XVIII веках начинается серьезное изучение языков мира. Составляются грамматики и словари, языки сопоставляются друг с другом.
Римские легионеры в свое время принесли свой язык в Дакию — потомком его стал румынский язык, в Галлию (французский, провансальский), в Иберию (испанский, португальский) и т. д. А в самой Италии из латыни формируется итальянский язык. Римская империя гибнет под ударами варварских племен. Самые активные из них — племена германцев. Англы и саксы достигают Британии, где формируется древнеанглийский, на территории Европейского материка — немецкий, нидерландский, на Скандинавском и Ютландском полуостровах — датский, норвежский, шведский. Отважные викинги заселяют Фарерские острова и далекую Исландию, и тут, с ходом лет, образуются особые — фарерский и исландский — языки.
Славяне появляются на восточных окраинах Римской империи, заселяют почти всю Восточную Европу и Балканский полуостров. На такой огромной территории славянское языковое единство должно было распасться на отдельные ветви. Южные славяне дают начало языкам болгар, сербов, хорватов, македонцев, словенцев. Западные — чехов, словаков, поляков, а восточные — сначала языку Киевской Руси, а затем его потомкам — русскому, украинскому, белорусскому.
Но, быть может, все эти отдельные языки Европы находятся в родстве между собой? Ведь у них много общего и в грамматике и в словаре... Этой мыслью задаются все чаще и чаще ученые XVIII столетия, в том числе Лейбници Ломоносов. Они предугадывают очертания огромной семьи языков, родство, уходящее в глубь тысячелетий. Но доказать его не могут. И совершенно неожиданно помощь приходит не из Европы, а из далекой страны чудес — Индии.
Уже в XVI веке европейцы узнают о существовании санскрита — священного письменного языка брахманской религии. Но по-настоящему этот язык был открыт лишь в конце XVIII века англичанином У. Джонсом, чиновником Ост-Индской компании, ставшим ученым-востоковедом.
«О мудрости индийцев» — так называется сочинение немца Ф. Шлегеля, вышедшее в свет в начале прошлого столетия. В нем указывается, что санскрит удивительно похож на латынь, древнегреческий, германские языки и персидский. Причем сходство это видно и в словаре, и в грамматике.
Вскоре появляются работы Расмуса Раска, Якоба Гримма, Франца Боппа, которые и заложили краеугольные камни сравнительно-исторического изучения языков. И, как писал Бопп, в исследовании «наших европейских языков действительно наступила новая эпоха с открытием нового языкового мира, — и именно санскрита, относительно которого удалось установить, что он по своему грамматическому строению находится в самой тесной связи с греческим, латинским, германским и т. д. языками».
Оказалось, что славянские языки, языки латышский и литовский и языки кельтов также находятся в родстве с языками германскими, романскими, греческим, армянским, албанским и санскритом, с персидским, осетинским, курдским, таджикским, языком священной книги огнепоклонников «Авесты», языком клинописных надписей древнеперсидских царей, с языками древних государств Средней Азии, с многочисленными наречиями, на которых говорят в горах Памира и Гималаях, и даже с цыганским языком!

СЛУЧАЙНОСТЬ И ЗАКОНОМЕРНОСТЬ

Значение и звучание слов в языках, на которых говорят в разных точках земли, может совпадать благодаря чистой случайности. Например, в языке ангас (Нигерия) и в немецком «четыре» звучит одинаково — фир. В языке острова Пасхи «пук», «пучок» звучит, как пука. Подобные случайные совпадения о родстве языков ничего не говорят.
На земном шаре существует 10—20 тысяч языков. А так как в диалектах звучание одних и тех же слов различается, то мы получаем около 100 000 различных звуковых вариантов слов. В словаре любого языка, даже самого бедного, не имеющего письменности, минимум десять тысяч слов. А в русском, английском, немецком? Если учесть архаизмы (слова, вышедшие из употребления) и новые слова, число различных слов в каждом из этих языков больше миллиона. Но мы возьмем минимальную величину — 10 000 слов в каждом языке мира. Теперь умножим 100 000 языков и диалектов на 10 000 слов словаря. У нас получится 1 000 000 000. Миллиард разных слов! Создаются эти слова комбинациями звуков, число которых не превышает 100.
В международном фонетическом алфавите, с помощью которого можно обозначить любой звук языка, менее 90 специальных знаков. Ясно, что непременно должны быть совпадения. По звучанию их будет очень много, а по звучанию и значению меньше, но все-таки много. Поэтому и немецкое и ангасское фир не может служить доказательством родства языков. Другое дело, если бы совпадали и все остальные числительные этих языков! Тогда бы с помощью теории вероятностей можно было показать, что совпадение не может быть случайным. Вероятность случайного совпадения одного числительного в двух языках весьма велика. Но вероятность совпадения всех числительных ничтожно мала.
Сравните числительные от 1 до 10 в некоторых языках мира: в русском, английском, латинском, древнеиндийском, греческом, немецком, латышском и в языке монтоль, на котором говорят в одном из районов Нигерии.
Русский
Древнеиндийский
Латышский
Латынь
Греческий
Английский
Немецкий
Монтоль
один
эка
виэнс
унус
эйс
уан
айн
мэнэ
два
два
диви
дуо
дюо
ту
цвай
выгыль
три
три
трис
трэс
трэс
?ри1
драй
кун
четыре
чатур
четри
кваттуор
теттарес
фо
фир
фэй
пять
панча
пиэци
квинкве
пэнтэ
файф
фюнф
пат
шесть
шаш
сэши
секс
хэкс
сикс
зэкс
пымэ
семь
сапта
сэптини
сэптэм
хэпта
сэвн
зибэн
повыль.
восемь
ашта
астони
окто
окто
эйт
ахт
покун
девять
нава
дэвини
новэм
эннеа
найн
нойн
пофай
десять
даща
дэсмит
дэцем
дэка
тен
цэн
сай
1 Знаком в лингвисты обозначают глухой межзубный согласный, как в английском слове thick — «толстый».

В числительных всех языков, кроме языка монтоль, поразительное сходство. В языке монтоль числительное 5 звучит почти как русское пять — пат, а звучание числительного 4 — фэй походит на немецкое фир и английское фо. Но все остальные числительные на языке монтоль (кроме 5) не имеют сходства с русскими. Числительные монтоль, кроме 4, не похожи на немецкие и английские. Значит, совпадения случайны.
Какой же вывод можно сделать из таблицы? Все приведенные в ней языки родственны друг другу, за исключением языка монтоль. У всех у них когда-то был единый язык-предок, от которого отделились славянские, германские и другие языки, которые, в свою очередь, разделились на немецкий, английский и т. д.
Сопоставить можно не только числительные, но и другие слова, которые никогда не заимствуются из других языков. Например, термины родства. По-древнеиндийски «брат» и «сестра» звучат, как бхратар (с долгим а) и свасар; в языке древних германцев — как бровар и свистар, в языке «Авесты» — братар и хванхар; по-латыни фратер и сорор, по-немецки брудер и швестер и т. д. Или сравните русское дочь, исландское доттир, английское дота, немецкое тохтер, древнеиндийское духитар.
Сходство всех этих слов увидеть нетрудно. Но не сходство, а именно различие исследуют ученые, сопоставляя языки единой индоевропейской семьи. (Санскрит был открыт в Индии, а все языки Европы, кроме финского, эстонского, венгерского и баскского, входят в состав этой семьи.) Найти близкие звучания в языках мало. Надо еще отыскать и законы исторических изменений, по которым древние индоевропейские числительные, означавшие «шесть» и «семь», в греческом стали звучать как хэкс и хэпта, в немецком — зэке и зибэн, в английском — сикс и сэвн, а в русском — шесть и семь.
С поиска законов и с открытия их началось сравнительно-историческое изучение языков и вместе с ним подлинная наука языкознание, которая не только описывает факты, но и объясняет их.
Мы не будем рассказывать о том, как ученые открывали законы соответствия звуков в различных индоевропейских языках, как, чисто теоретически, было предсказано существование «звука икс» в этой семье и как он был впоследствии открыт, когда удалось расшифровать таинственные письмена хеттов, древних жителей Малой Азии. Это тема особой книги.
Чтобы иметь представление о сложности и далеко не «очевидности» решения задач сравнительно-исторического языкознания, приведем характерный пример. Английское bad и персидское bad звучат почти одинаково и означают «плохой». Оба языка — индоевропейские. И все-таки между этими словами нет древнего родства! Английское bad восходит к древнеанглийскому слову беддел, означавшему «немужественный, трусливый мужчина». А персидское bad — к древнеперсидскому слову вата, означавшему «плохой».
Зато французское пье («нога») и армянское от («след») происходят из одного и того же древнего слова, хотя значения их отличаются и в словах нет ни одного общего звука! Французское пье происходит из латинского корня пед («нога»). Армянское от звучало раньше как хот, еще раньше — как фот и восходит к общеиндоевропейскому корню под. В германских языках под превратилось в фот, откуда и английское фут. В русском языке от общего индоевропейского корня происходит слово пеший, а в словах велосипед, педикюр, педаль, заимствованных из французского, сохраняется латинское звучание корня пед (из греческого в русский попало слово антипод, то есть «противоногий»).
Законы звуковых соответствий точны, строги и обязательны, почти как законы алгебры или геометрии. С их помощью можно объяснить удивительные превращения звуков, корней, слов. И даже восстанавливать звучание языков, от которых не дошло памятников письменности. Древнерусский язык — «отец» современного русского. Праславянский язык — «отец» древнерусского — приходится ему «дедом». Но и у этого «языка-деда» был свой «отец» — общий индоевропейский праязык (от которого образовались славянские, германские, кельтские и другие языки), «прадед» русского. Лингвисты, опираясь на законы соответствий, смогли восстановить облик этого древнейшего языка, его фонетику, морфологию, грамматику, определить корни слов языков-потомков...
Кто же, когда и где говорил на этом языке — прапредке русского, немецкого, хинди и многих, многих других наречий мира?

КРУШЕНИЕ МИФА

Санскрит — древнеиндийский священный язык индийских жрецов — казался самым древним изо всех индоевропейских наречий. На древнеиндийском языке написаны священные книги индуистов — «Веды». В древнейшей из них, «Ригведе», говорится о том, как племена, называвшие себя «арьи», то есть «благородные», вторглись в Индостан и покорили эту страну. А так как народности Индии, говорящие на индоевропейских языках, отличаются от иноязычных племен Индостана и по расе (первые — белые, вторые — темнокожие), то было естественно связать языковое родство и родство по расе.
Вся индийская культура уходит своими корнями в древнюю культуру, созданную потомками творцов гимнов «Ригведы». К. цепочке «язык — раса» добавилось еще одно звено — «культура». Исходя из этого, многие ученые Запада создали теорию, которая, казалось, объясняла не только происхождение индийской цивилизации, но и вообще развитие всей человеческой культуры.
Европеоиды, говорившие на арийском, то есть индоевропейском языке, якобы принесли всем остальным народам мира в Индии и Западной Европе, в Центральной Азии и в России высокую культуру, письменность, государственность... Вслед за этим последовало уточнение — «арийцы» были не просто европеоидами (к этой расе принадлежат и таджики, и армяне, и египтяне, и норвежцы), а людьми с белой кожей и голубыми глазами, представители северного, «нордического», типа. Говорили они на индоевропейском языке, который сложился якобы в Германии. Оттуда, дескать, и двинулись легендарные «арьи» во все стороны света, неся с собой «дух общественности, любовь к порядку, строгую честность, справедливость, человечность», а также государственный строй и высокую культуру народам, удел которых повиноваться и учиться у «индогерманцев».
Когда в Германии к власти пришли нацисты, эта теория стоила жизни многим миллионам «неарийцев». Конечно, причины возникновения нацизма лежат совсем не в том, что в Индии был открыт санскрит, а ученые установили существование индоевропейской семьи языков. «Арийская» теория нужна была лишь как своего рода символ, флаг, прикрываясь которым можно было посягать на самостоятельность народов, делить людей на «полноценных» и «неполноценных». Тем более, что задолго до того, как в Германии на вооружение была взята «арийская теория», ученые самых разных стран и специальностей показали полную ее несостоятельность.
Древние германцы никогда не именовали себя арьями. Это слово мы находим лишь в индийских, иранских и кельтских языках. Арьями звали себя герои «Ригведы» — индийского религиозного сборника, содержащего гимны богам; ирон называют себя осетины, от этого же корня происходит название страны Иран. Немцы же, как известно, именуют себя дойч, а германские племена назывались «тевтонами», «готами» и т. д., но не «арьями»! Более того, само слово ариец... не индоевропейское. Оно заимствовано из семитских языков, к которым относится и древнееврейский. А ведь именно евреев, как исконных «врагов арийцев», больше всего преследовали нацисты! Объяснить и структуру и смысл корня арья законами индоевропейских языков нельзя. Зато он очень хорошо толкуется, если обратиться к семитским наречиям, в которых это слово имеет значение «свободнорожденный», «не раб».
Раскопки археологов показали, что за много веков до прихода арьев на Индостане существовала самобытная культура. У создателей ее скотоводы-арьи научились выращивать зерновые, строить суда, научились производству красок и многому другому. От древних жителей Индии арьи восприняли и целый ряд религиозных культов, верований, символов, включая знак свастики, который нацисты сделали символом «арийской власти».
Культуру можно перенять в короткий срок. Мы знаем, что за одно лишь поколение народы Сибири смогли шагнуть из каменного века в наш, двадцатый век. Перенять язык не так-то просто. Но в течение нескольких поколений один народ может полностью забыть свой родной язык и перейти на другой. Негры США и Латинской Америки говорят по-английски, по-португальски, по-испански, а не на африканских наречиях своих предков. Расовые признаки наследственны, их невозможно «заимствовать», так как они передаются по наследству. Внешний облик современных жителей Египта почти не отличается от облика жителей страны эпохи фараонов. Между тем египтяне говорят по-арабски, а не на древнеегипетском или его потомке — коптском языке. За истекшие тысячелетия в долине Нила сменили одна другую несколько культур — древнеегипетская, эллинистическая, средневековая арабская и т. д.— вплоть до современной культуры XX столетия!
Древние жители Двуречья говорили на шумерском языке. Затем он был вытеснен языком пришельцев, и в долине Тигра и Евфрата зазвучала аккадская речь вавилонян и ассирийцев. Язык шумеров исчез, а шумеры смешались с пришельцами. Так что вавилоняне — это почти те же шумеры по культуре и внешнему облику, шумеры, которые стали говорить на другом языке!
Подобных примеров множество. Но, вероятно, вам и так уже стало ясно, что нельзя ставить знак равенства между расой, языком и культурой. И пожалуй, как раз народы, говорящие на индоевропейских языках, дают тому лучшие примеры. Сравните таджика и англичанина, латыша и цыгана, русского и армянина, голландца и бразильского негра, исландца и жителя Памира. Все они индоевропейцы по языку, но в то же время как различен их внешний облик! Образ жизни москвича или парижанина не имеет ничего общего с образом жизни веддов, охотников в джунглях острова Цейлон, или с бытом обитателей заоблачных вершин Гималаев. А ведь все они говорят на языках, находящихся в родстве, входящих в великую индоевропейскую семью!

СЛАВЯНЕ, БАЛТИЙЦЫ, ГЕРМАНЦЫ...

В наше время почти каждый второй человек земного шара говорит на языке индоевропейского происхождения. Наречия этой семьи распространились по всем континентам, включая станции зимовщиков в Антарктике.
Как же шло расселение индоевропейских наречий по планете?
Начнем с языков славянской группы.
Открытие Сибири было завершающим этапом эпохи Великих географических открытий. Тогда же началось распространение русского языка во все концы «государства великого» — за Урал, на Северный Кавказ, позже (в XIX веке) в Среднюю Азию, на Дальний Восток, Чукотку. С каждым годом растет значение русского языка. Он стал одним из официальных языков ООН, его учат многие миллионы людей в разных странах мира. Во время последней переписи населения более 141 миллиона граждан СССР назвало русский язык родным языком, причем 13 миллионов из них — люди нерусской национальности. Родные братья русского языка, украинский и белорусский, распространены в основном на территориях УССР и БССР. На них говорят около 50 миллионов человек.
Около 25 миллионов жителей Болгарии и Югославии изъясняются на различных южнославянских языках — болгарском, македонском, сербскохорватском, словенском. Один из южнославянских говоров лег когда-то в основу старославянского языка, который в средние века стал общим литературным языком для славян: на него переводились церковные книги, для него были созданы две славянские азбуки — глаголица и кириллица. Язык этот вошел составной частью в русский литературный — например, мы употребляем и русское город и старославянское град.
Старославянский язык был официальным языком православной церкви. Когда же западные славяне — чехи, словаки, поляки — были обращены в католичество, языком церкви стал у них не старославянский, а латинский язык. Письменность также была введена другая, на основе латинского алфавита.
Польский, чешский, словацкий языки имеют давнюю литературную традицию, на них говорят миллионы. Но есть и другие западнославянские наречия. В Польше, на побережье Балтийского моря, более ста тысяч человек изъясняются по-кашубски, а на территории ГДР есть два западнославянских языка — верхнелужицкий и нижнелужицкий. Когда-то на территории Германии, по обоим берегам Эльбы, говорили на полабском языке. Лаба — славянское название Эльбы. Так она называется и по сей день в своих верховьях в ЧССР. В XVIII столетии полабский язык вымер.
Соседями славян на Балтике были литовцы, латыши и пруссы. Слово «Пруссия» связывается у нас с чем-то типично немецким. Между тем древние пруссы говорили на древнепрусском языке, входящем, как латышский и литовский, в балтийскую группу. Язык пруссов исчез в XVII веке, и уничтожен он был, так же как и полабский, насильственно: захватив балтийские и славянские земли, тевтонские рыцари проводили онемечивание местного населения.
Славянские и балтийские языки близки друг к другу. Некоторые ученые считают, что когда-то у них был общий язык-предок, единый балтославянекий язык. Но есть и другая точка зрения: просто в течение тысячелетий предки славян и балтийских народов жили в тесном соседстве, обменивались достижениями культуры, и языки их сблизились. Так это или нет, но родину славян и родину балтийцев надо искать примерно в одном и том же месте. Где? Об этом спорит не одно поколение исследователей — историков, археологов, языковедов, антропологов, этнографов.
Германские языки принято делить на три подгруппы: скандинавскую, западногерманскую и восточногерманскую. О последней мы можем судить лишь по немногочисленным письменным памятникам — языки этой подгруппы вымерли. В эпоху раннего средневековья на побережье Черного моря и южной части Поднепровья осели племена остготов — восточных готов. Позднее они двинулись на запад, захватили Италию, а затем постепенно смешались с местным населением и утратили свой готский язык. Другие готские племена, вестготы — западные готы,— прошли через Европу и осели в Испании. Но язык их постигла участь восточных собратьев: ныне он не существует. До нас дошел перевод Евангелия на готском языке. Он относится к IV в. н. э. и является самым древним памятником не только восточногерманских, но и вообще германских языков наряду с надписями, выполненными так называемым «руническим» письмом — особым алфавитом, отличающимся от латинского.
Датчане, шведы, норвежцы, исландцы, фарерцы говорят на скандинавских, или северогерманских, языках. У каждого из этих языков имеется своя письменность и литературный язык, а у норвежцев даже два литературных языка: риксмол и лансмол. Первый из этих литературных языков происходит из датского (до конца прошлого века литературным языком Норвегии служил не родной норвежский, а датский язык), а второй — ближе к диалектам Норвегии. Исландцы, потомки викингов, населивших остров в IX веке, сохранили богатейшую литературу, наследие своих предков. По эпосу «Эдда» и исландским сагам ученые могут не только изучать древнюю мифологию скандинавов, но и воскрешать «дела давно минувших дней», вплоть до открытия Америки, сделанного викингами за несколько веков до Колумба.
Языки западногерманской подгруппы распространены не только в Европе. Они обрели свою вторую родину в Америке, Австралии, Африке, Океании. На английском языке говорят в США, на Аляске и Гавайских островах, в Канаде, в Южно-Африканской Республике, на Новой Зеландии и других островах Океании (остров Норфолк, остров Пит-керн и другие), а также в Австралии.
В Нидерландах говорят на нидерландском и фризском языках. На нидерландском языке (его фламандской разновидности) говорят и в северной половине Бельгии.
Несколько веков назад в Южную Африку переселились голландцы, которых стали называть бурами. Язык их постепенно отошел от нидерландского, и сейчас в Южно-Африканской Республике сложился самостоятельный язык — бурский, или африкаанс.
На немецком языке в наши дни говорит население нескольких государств Европы: ГДР, ФРГ, Люксембурга, Лихтенштейна, Австрии и части Швейцарии. Всего на немецком языке говорят около 100 миллионов человек.
К западногерманским языкам относится и новоеврейский язык, или идиш. Около четырех миллионов евреев, живущих в Израиле, США, Канаде, СССР, Франции, Бельгии, Великобритании, Аргентине, Бразилии, Уругвае, ЮАР, Польше, Румынии, а также в ряде других стран мира, владеют этим языком. До того как нацисты начали массовое истребление евреев, на нем говорило около 11—12 миллионов человек. В средние века (вплоть до XIII—XIV вв.) идиша не было: еврейские общины, жившие в различных городах Германии, пользовались немецкими диалектами. А молились, вели переписку и делопроизводство на древнееврейском языке семитского происхождения. Из этих немецких диалектов образовался идиш — язык, в основе своей близкий к немецкому, но впитавший много слов из древнееврейского.
Начиная с XIII—XIV веков еврейские общины стали покрывать густой сетью Польшу, Литву, Белоруссию, Галицию, Волынь, и в идиш проникает множество славянских слов. Литературным языком идиш сделали знаменитый еврейский писатель Ш. Я. Абрамович, известный под псевдонимом Мендэлэ Мойхер-Сфорим, и Ю. Л. Перец. Большой вклад принадлежит здесь и не менее известному писателю Шолом-Алейхему. После революции впервые в истории идиш был признан равноправным языком, на нем в нашей стране выходит журнал «Советиш Геймланд» («Советская Родина»), выпускается художественная литература.

КЕЛЬТЫ, ИТАЛИЙЦЫ И РОМАНСКИЕ НАРОДЫ

Когда германские племена англов и саксов переселились в Британию, здесь они столкнулись с племенами, говорившими на кельтских языках, образующих особую ветвь индоевропейских. На многие столетия растянулась борьба кельтов за свою независимость, а вместе с ней и за свой родной язык. На севере Шотландии, на Гебридских островах, и по сей день говорят на гэльском, а в Уэльсе, на западе Британии, — на валлийском языке. Старые рыбаки острова Мэн (в Ирландском море) еще помнят мэнский, особый язык кельтской группы, который станет мертвым вместе со смертью последних стариков Мэна (остальное население острова перешло на английский). Такая участь уже постигла корнуольский язык, на котором говорили кельты юго-западного выступа Великобритании, полуострова Корнуолл. Зато в Республике Ирландия ирландский государственный язык знает около миллиона человек. Это не только самый распространенный, но и один из самых древних кельтских языков. Литература на нем появилась уже в IV в. н. э.
Переселение англосаксов не только отодвинуло кельтов на окраины Британии, но и заставило переселиться на материк. Племена бриттов, преодолев Ла-Манш, нашли прибежище на полуострове Бретань во Франции. Их потомками являются жители северо-западной Франции, которые говорят на бретонском языке. Большинство из миллиона бретонцев владеет и французским.
Если посмотреть на современную карту Европы, подлинно кельтской территорией могут показаться Британские острова. Однако в начале нашей эры кельты населяли не только Британские острова, но и большую часть Западной Европы. Во Франции, Северной Италии, Испании, на Балканах и даже в Малой Азии звучала кельтская речь, Наибольшее распространение имели галльские языки, вымершие примерно в V в. н. э. Археологи нашли следы древнейших кельтских культур на территории Центральной Европы. Вероятно, именно отсюда и началось распространение кельтов на северо-запад, вплоть до Ирландии, Шотландии, Оркнейских островов, на юго-запад — до Пиренейского полуострова и на запад — до Атлантического побережья.
На Британских островах кельтские наречия были вытеснены германскими языками. А в западной части материка — романскими (название это происходит от слова Рома — так называли свою столицу древние римляне, так называют итальянцы свою столицу и теперь). Романские языки — потомки латыни. Когда-то в Италии говорили на языках, родственных латыни: оскском и умбрском. Но постепенно они были поглощены латынью. Позднее латынь распространилась не только по Италии, но и по всей Западной Римской империи.
Римские легионеры, конечно, изъяснялись не на классическом языке Горация, Цицерона и других античных авторов, а на так называемой народной латыни. В странах, покоренных Римом, существовали свои языки. В результате вытеснения местных наречий народной латынью, испытавшей влияние этих исчезнувших языков, и возникли романские языки. Это произошло после того, как Римская империя распалась на ряд отдельных государств.
В число романских языков входят: французский, провансальский (на юге Франции в средние века на этом языке слагали стихи трубадуры), итальянский, сардинский (на острове Сардиния), испанский, галисийский (северозападный угол Пиренейского полуострова), португальский, каталанский (на северо-востоке Испании и Балеар-ских островах), румынский, молдавский, аромунский (или македоно-румынский, в Албании, Греции, Македонии), ретороманский (один из четырех государственных языков Швейцарии, наряду с французским, итальянским, немецким, распространенный также в Северной Италии).
В эпоху Великих географических открытий романские языки распространились в Новом Свете: французский — в Канаде (около 6 миллионов канадцев говорят по-французски и около 9 миллионов — по-английски), португальский — в Бразилии (там он является родным для 90 миллионов, в то время как в самой Португалии — лишь для 9 миллионов человек), испанский — по всей Центральной и Южной Америке.
Романские языки существенно отличаются друг от друга, хотя они и происходят от одного «отца» — народной латыни. Во-первых, потому, что разными были судьбы народов, говорящих на этих языках, во-вторых, потому, что на различных наречиях говорили их соседи: у румын — соседи славяне, у французов — германцы и т. д. А в-третьих, и это самое главное, народная латынь испытывала влияние самых различных языков местного населения. Из них не только кельтские входили в великую индоевропейскую семью языков. До нас дошли краткие надписи, географические названия, отдельные слова, заимствованные «роман-цами» из этих исчезнувших наречий.
Дако-мизийский, иллирийский, пеласгский, венетский, фракийский, фригийский — вот названия наиболее известных из них. Распространены они были по всей Центральной Европе, на Балканах и в Малой Азии. Выжить сумели лишь два языка, которые легли в основу современного албанского и армянского. И тот и другой язык стоят особняком и не входят в состав какой-либо группы индоевропейской семьи. Армянский язык близок исчезнувшему фригийскому языку, пришедшему в Малую Азию с Балкан. Албанский язык также связан с исчезнувшими индоевропейскими языками Балкан — то ли с фракийским, то ли с иллирийским. Наши знания об исчезнувших наречиях Центральной и Южной Европы слишком малы, чтобы делать окончательные выводы. В последние годы появилась новая отрасль знания — палеобалканистика, занимающаяся реконструкцией древних языков Балкан и сопредельных стран.

ОТ ГРЕЦИИ ДО КРЫШИ МИРА

На греческом языке говорят в наши дни не только в Греции, но и на Кипре, в некоторых районах Албании, Турции, на островах Эгейского моря. Когда-то область распространения греческого была еще шире: ведь он был государственным языком Византийской империи. А еще раньше древние греки распространили свою речь почти по всей Малой Азии, Южной Италии, на Черноморское побережье. Впрочем, нынешние греки Северного Причерноморья — это не потомки колонистов времен античности, а потомки греков-христиан, переселившихся сюда в конце XVIII века из Крыма, а также Турции и Греции,
Современный греческий язык называют новогреческим. Он отличается от средневекового языка Византии (средне-греческого, или византийского), а тем более от языка древних греков. Речь украинских греков, в свою очередь, отличается от новогреческого. На особых диалектах и говорах новогреческого языка говорят греки Крыма и Приазовья. Особым языком некоторые ученые признают и речь греческого населения Кипра. Таким образом, в индоевропейской семье существует особая группа — греческая, хотя и неясно, сколько в ней языков — несколько или только один, новогреческий, с разными диалектами.
Вплоть до середины XX столетия считалось, что древнейшую греческую речь донесли до нас надписи IX в. до н. э. и поэмы Гомера. Но в 1952 году английский ученый Майкл Вентрис расшифровывает знаки на глиняных табличках, обнаруженных в Греции и на Крите. Оказывается, что уже в XV в. до н. э. здесь говорили и делали записи на греческом языке. И греческий язык стал в один ряд с текстами «Ригведы», созданными примерно в это же время. На индоевропейских языках более древних памятников нет, за исключением письмен жителей Малой Азии — хеттов. Самые ранние хеттские памятники датируются XVIII столетием до н. э.
Хетты создали могущественное государство, которое во II тысячелетии до н. э. было третьей великой державой Древнего Востока, наряду с Египтом и Ассиро-Вавилонией, Каково же было изумление всего ученого мира, когда чешский востоковед Бедржих Грозный доказал, что таинственные хетты говорили на индоевропейском (а не семитском или кавказском, как предполагали многие ученые) языке! Кроме хеттского языка, в древней Малой Азии звучали еще два индоевропейских языка — лувийский и палайский. Эти три языка близки друг другу примерно как английский, немецкий, шведский. Потомками их были языки народов, также живших в Малой Азии,— карийский, ликийский, лидийский. Все эти шесть языков объединяются в одну группу индоевропейских языков — хеттолувийскую, или анатолийскую (от древнего названия Малой Азии — Анатолия).
Анатолийские языки бесследно исчезли уже к началу новой эры. И лишь спустя двадцать веков их «воскресили» ученые. Полностью вымерли и тохарские языки, когда-то распространенные в Центральной Азии. Прочитав рукописи, относящиеся к V—VII вв. н. э., лингвисты смогли определить, что эти исчезнувшие языки составляли еще одну самостоятельную группу в индоевропейской семье.
Когда на Индостан вторглись племена кочевников-арьев, они изъяснялись на близких друг к другу диалектах древнеиндийского языка. Это можно проследить по «Ригведе» — самому древнему памятнику той группы индоевропейских языков, которая получила наименование индийская. Около двадцати пяти веков назад в Индии возник литературный язык, санскрит, который в XVIII — начале XIX века так поразил воображение ученых Западной Европы. «Кто бы мог каких-нибудь 60 лет назад мечтать о том, что из далекого Востока к нам придет язык, который по совершенству своих форм не уступает, а иногда и превосходит греческий»,— писал о нем основатель сравнительно-исторического языкознания Франц Бопп.
Санскрит стал языком культуры, но рядом с ним в устах народа продолжали жить диалекты древнеиндийского языка. Позже на них, а не только на санскрите, стала создаваться литература; диалекты все больше и больше отделялись друг от друга и наконец превратились в самостоятельные языки. Таких языков на Индостане — их называют новоиндийскими — насчитывается около двадцати. Самый распространенный из них — хинди. Более 150 миллионов человек считает его родным, а еще несколько десятков миллионов людей разных национальностей пользуются хинди как вторым языком.
На двух индийских языках — цыганском и парья — говорят и на территории нашей страны.
В середине I тысячелетия н. э. из северо-западных районов Индии цыгане отправились кочевать. В XIII—XIV вв. они достигли Западной Европы. В наше время они живут в самых различных уголках земного шара — в Болгарии и США, Сирии и Франции, в СССР и Португалии, Югославии и Германии, в Австралии и Латинской Америке, в скандинавских странах и Канаде. Численность цыган — около миллиона человек, а до последней войны их было почти в два раза больше. Нацисты истребляли цыган с такой же жестокостью, как и евреев. Между тем и по языку, и по внешнему виду, и по кочевому образу жизни цыгане ближе к пришедшим в Индостан арьям, чем немецкие „арийцы".
С севера Индию окружают величайшие горы земного шара — Гималаи и хребет Гиндукуш. В этих горах живут люди, говорящие на множестве разнообразнейших наречий, в том числе и на так называемых дардских языках. Они образуют особое ответвление индоевропейского древа языков, занимая промежуточное положение между индийской и иранской ветвями.
Дардские наречия граничат с различными языками Памира, которые входят в состав иранской ветви. Описание памирских языков (ишкашимского, ваханского и других) только-только начинается. Но один из них, ягнобский, уже давно привлекает пристальное внимание лингвистов. Еще бы: ведь жители ущелья Ягноб донесли до наших дней язык согдийцев, создавших около двух тысяч лет назад процветающее государство в Средней Азии!
Другие языки — хорезмийский, бактрийский, парфянский, мидийский — почти бесследно исчезли, и лишь по отдельным надписям и фрагментам ученые могли установить, что жители древнего Хорезма, цветущей Бактрии, могущественной Парфии, воинственной Мидии говорили на языках иранской группы. Иранским был и древнепер-сидский язык, сохраненный клинописными надписями, язык священной книги огнепоклонников «Авесты» и языки древних кочевников саков и скифов. Правда, скифский язык оставил «наследника». Язык современных осетин, живущих на Северном Кавказе, является его потомком. На Кавказе говорят еще на трех иранских языках: татском, талышском, курдском. Последний распространен в Турции, в Иране, в Ираке, в Сирии. На языке курдов в Ираке выходит пресса, издаются книги. В нашей стране на курдском языке выходит газета «Реа Таза», печатается оригинальная и переводная литература.
В середние века у персов и таджиков существовал единый литературный язык — фарси. Омар Хайям, Рудаки, Фирдоуси и другие прославленные писатели создали на нем шедевры мировой поэзии. Теперь в Таджикистане и других союзных республиках, а также в соседних странах Азии около 4 миллионов человек говорят на таджикском языке, а в Иране около 10 миллионов — на персидском.
В Иране существует также множество наречий, отличающихся от персидского языка. От Пакистана до Туркмении, расселены белуджи, которые имеют свой язык. Половина Афганистана и северо-запад Пакистана говорят на афганском языке (пушту).

В ПОИСКАХ «КОЛЫБЕЛИ»

Итак, вы узнали об основных индоевропейских языках, о ветвях великого индоевропейского древа. Лингвисты смогли проследить, где и когда образовывались многие из этих ветвей, отпочковавшись от общего «ствола», как образовывались языки той или иной ветви. Вспомните, например, историю романских языков. Известен и предок языков индийской ветви — древнеиндийский. Изучена история развития его потомков на протяжении почти трех с половиной тысяч лет. Удалось заглянуть и в еще более древние времена. Современная наука считает установленным, что когда-то существовал язык, который дал начало индоиранским языкам (т. е. индийским, иранским, дардским). Носители этого языка кочевали в степях от Средней Азии до Северного Причерноморья.
Но мы знаем о временах еще более далеких, когда индоиранская, германская, славянская и другие ветви еще не отделились от общего ствола, то есть индоевропейского праязыка. Примерно известно, когда началось это разделение на отдельные ветви. Уже в середине II тысячелетия до н. э. мы застаем такие сложившиеся языки, как древнегреческий, хеттский, древнеиндийский. Причем они значительно отличаются друг от друга, следовательно, распад общего индоевропейского единства начался гораздо раньше. Когда? Большинство современных ученых полагают, что этот праязык перестал быть единым примерно шесть-семь тысяч лет назад. Но вот где, в каком именно месте жили индоевропейцы до того, как начать свое расселение, затянувшееся на тысячи лет и не завершившееся и поныне? На этот вопрос у нас нет ответа. А между тем ответить на него пытаются с тех пор, когда было доказано великое индоевропейское родство.
Родиной индоевропейского праязыка не могли быть ни Америка, ни Австралия, ни тропическая Африка. Индоевропейские языки появились в этих частях света уже в исторический период, четыре-пять веков назад. По всей видимости, «колыбелью индоевропейцев находилась где-то в Евразии... Но где? Литовский язык сохранил в себе многие древние, архаичные черты — в качестве прародины назывались литовские леса. Другие лингвисты полагали, что индоевропейская прародина находится где-то в горах Центральной Азии и оттуда племена скотоводов-индоевропейцев распространились на запад — в Индию, Иран, Причерноморье, Западную Европу. Третьи полагали, что прародина индоевропейцев находится в Германии, четвертые — на Кавказе, пятые помещали ее в Индию или Иран, шестые утверждали, что колыбелью индоевропейцев и их языка была легендарная Атлантида, затонувшая на дне океана... Археологи не могут и по сей день связать с индоевропейцами какую-либо из культур, относящихся к IV—V тысячелетиям до н. э. И поэтому приходится в поисках индоевропейской прародины обращаться к «археологии» языка.
Сопоставляя названия домашних животных в самых различных индоевропейских языках, ученые пришли к выводу, что название «овца» во всех этих языках имеет общее происхождение. Так, латинское овис («овца») тождественно по происхождению санскритскому авис, литовскому авис, греческому оис, древнеанглийскому эово (откуда и современное английское наименование овцы еwe). Русское же слово овца — это уменьшительное наименование от того же корня. Точно так же родственны в индоевропейских языках названия свиньи, коровы, лошади, козы... Нетрудно сделать вывод о том, что все эти наименования домашних животных были даны еще в ту пору, когда общий индоевропейский праязык не распался на отдельные языковые ветви. Значит, индоевропейцы занимались скотоводством; они уже миновали стадию первобытных охотничьих племен, подобных бушменам или аборигенам Австралии, не знающим ни скотоводства, ни земледелия. О том, что древние индоевропейцы были знакомы с последним, говорит также «археология» языка, совпадение названий некоторых сельскохозяйственных процессов — «сеять», «молоть» и пр.
Но эти данные говорят прежде всего об уровне культуры. А сообщают ли они что-либо о местожительстве индоевропейцев?.. Пожалуй, да. В индоевропейских языках нет названий южных животных: слона, верблюда, горбатого индийского быка — зебу, буйвола. А ведь эти животные, живущие в жарком климате, были приручены с древнейших времен. Значит, родина индоевропейцев была не в жарких странах, они пасли не верблюдов или буйволов, а коров, овец, коз — животных умеренного климата. Но в этих языках есть сходные слова, обозначающие березу, бук, дуб, ясень, осину.
Значит, родина индоевропейцев находилась в умеренном климате. Но ведь его область простирается на огромную территорию Евразии! Например, береза растет и в Восточной Европе и в Южной Сибири (а это, по мнению болгарского академика Георгиева, единственное дерево, название которого можно уверенно считать общеиндоевропейским).
Не могут внести уточнения в «адрес» и общие наименования волка, медведя, мыши, так как эти животные обитают в различных уголках Евразийского материка.
«Археологические раскопки» языковедов велись и в другом направлении: изучались географические названия, которые, образно говоря, являются своеобразной историей народов, положенной на плоскость карты. Сопоставлялись «колыбели» отдельных ветвей индоевропейского древа, с тем чтобы восстановить, где же находился ствол, от которого они отделились. Изучались контакты отдельных языков и ветвей в надежде, что точки их соприкосновения помогут найти индоевропейский центр. Но до сих пор никому еще не удалось доказать, что родина индоевропейцев находилась там-то и там-то. Единодушного мнения среди современных ученых нет, как не было его и среди языковедов прошлого столетия.
Отсюда, правда, не следует делать вывод, что «раскопки» лингвистов не дали никакой пользы. В науке и отрицательный результат — это результат значимый, а не просто «ничего». В самом деле, по сравнению с учеными XIX века, мы продвинулись вперед и в поисках индоевропейской «колыбели», хотя и не можем назвать ее точный адрес. Например, мы можем уверенно утверждать: она не находилась в лесах Литвы, на берегах Балтийского моря, на острове Ирландия, на затонувших землях легендарной Атлантиды, в горах Центральной Азии, в Индии или на Кавказе.
Многие современные ученые полагают, что прародина индоевропейских языков была на Балканском полуострове и в бассейне реки Дунай. Другие помещают прародину в степи Северного Причерноморья, а третьи—в Малую Азию. Важнейший аргумент в пользу «малоазийского адреса» заключается в том, что в индоевропейском языке мы находим заимствования — очень и очень древние! — из языка древних семитов, относящегося к другой семье, к другому «древу языков». Например, индоевропейское слово астэр, означающее «звезда» («звезда» по-гречески будет остер, по-английски — стар, по-немецки — штерн, по-латински — стелла), происходит от семитского названия утренней звезды, Венеры,— а?тар.
Эту утреннюю звезду древние семиты считали богиней; у вавилонян она известна была под именем Иштар, у финикийцев — Астарта. Индоевропейское числительное сэптм означает 7. Отсюда латинское сэптэм, русское семь и другие (см. названия числительных в первой главе) также происходят из семитского названия семерки — шабъатум. Но чтобы заимствовать слова у семитов Передней Азии (предков вавилонян, финикийцев и т. п.), древние индоевропейцы должны были жить где-то по соседству.
Весьма вероятно, что прародина индоевропейцев в очень глубокой древности находилась в Малой Азии. Затем индоевропейские племена ушли отсюда на северо-запад, на Балканы и в бассейн Дуная, а часть из них, быть может, осталась на своей прежней родине. Ведь в Малой Азии мы находим древнейшие памятники на индоевропейском языке — хеттском, — и очень древние анатолийские языки (хеттский, лувийский и другие, ныне полностью вымершие). Возможно, что все индоевропейские племена ушли из Малой Азии, а хетты и другие «анатолийцы» — это просто пришельцы с Балкан, вернувшиеся на родину своих прапредков.
Если прародина индоевропейцев была в Малой Азии, то дальнейший их путь должен был лежать через Балканы. Отсюда скотоводческие племена индоевропейцев двинулись по Дунаю, в глубь Европы, и на восток, на территорию нынешней Украины, на Северный Кавказ и дальше, вплоть до Средней и даже Центральной Азии. Часть племен при этом могла оставаться на месте, часть — возвращаться с востока на запад. И спустя многие века после того, как часть индоевропейцев ушла в Индию и Иран, а часть — в Западную Европу, некоторые племена могли кочевать по просторам степей от Днестра до Каспийского или Аральского морей. Вероятно, именно этими последними кочевниками-индоевропейцами были скифы.
Проанализировав дошедшие до нас скифские слова и язык осетин, потомков скифов, профессор В. И. Абаев пришел к выводу, что именно скифы были тем народом, «который удержался на своей родине на юге России и продолжал много веков сохранять контакты с другими народами Средней и Восточной Европы, в том числе и с предками тохаров, обосновавшихся в начале новой эры в Центральной Азии». Иначе нельзя объяснить, каким образом оказались общие слова в осетинском и тохарском языках: ведь в историческое время между ними не было никаких контактов, а этих общих слов в других индоевропейских языках нет.
Верна ли эта гипотеза — покажет будущее. Но и сейчас ясно, что с древнейших времен по великой степи от Дуная до Алтая кочевали племена скифов и лишь в первые века новой эры они исчезли, сметенные движением кочевых народов, говоривших на иных наречиях.

ТЮРКСКОЕ МОРЕ

ОТ ЖЕЛТОГО МОРЯ ДО ЧЕРНОГО МОРЯ

Историки древнего мира и средних веков образно называли Центральную Азию «Кратер народов». И действительно, на протяжении почти двух тысячелетий выходили отсюда многочисленные народы и словно море разливались по великой степи, протянувшейся от Желтого моря до Черного моря. Около трех тысяч лет назад сложилось кочевничество в суровых центральноазиатских степях. Телегу поставили на колеса, шалаш заменила войлочная юрта, были выведены новые породы лошадей, резвых, выносливых, неприхотливых. Первобытный родовой строй начинает сменяться строем классовым. Возникают первые государства кочевников. Еще до начала новой эры объединяются в могучую силу племена хунну, затем в Центральной Азии рождаются государства сяньбийцев, жуаньжуаней, тюркютов, уйгуров, кыргызов. Их владения охватывают не только родные степи. Кочевники овладевают Китаем и Средней Азией, территорией нынешнего Казахстана и Поволжьем, а затем становятся постоянной угрозой для Византии и молодых славянских государств, прежде всего для Киевской Руси.
Борьбе с «погаными» кочевниками отдают все силы киевские князья (а Святослав гибнет в битве с печенегами). Нашествие гуннов, потомков древних хунну, повергает в ужас Европу. «Их набег — удар молнии, — пишет о печенегах византийский историк XI века, — их отступление тяжело и легко в одно и то же время: тяжело от множества добычи, легко — от быстроты бегства. Нападая, они всегда предупреждают молву, а отступая, не дают преследующим о них услышать. А главное — они опустошают чужую страну, а своей не имеют... Самое худшее то, что они своим множеством превосходят весенних пчел, и никто еще не знал, сколькими тысячами или десятками тысяч они считаются: число их бесчисленно».
А вот что пишет византиец XII века о половцах (соперниках, а порой и союзниках печенегов): «Это летучие люди, и поэтому их нельзя поймать. Они не имеют ни городов, ни сел, оттого за ними следует зверство... Волчьи обычаи воспитали таких людей: дерзкий и прожорливый волк легко обращается в бегство, когда появится что-либо страшное. Точно так же и этот народ».
Вслед за полчищами гуннов, печенегов, половцев, аваров, булгар на Европу обрушивается еще более страшный враг, бесчисленные орды Чингисхана. Проходит несколько веков — и новая опасность нависает над Восточной Европой. Пришедшие из глубин Азии турки-османы захватывают Константинополь, покоряют народы Балканского полуострова и угрожают Вене. Всего лишь сто лет назад удалось южным славянам, с помощью братского народа России, сбросить турецкое иго. «Азиатская опасность», бывшая столько веков постоянным кошмаром для народов Европы, становится достоянием истории.
Передвижение кочевников по пространствам великой степи интересует не только историков средних веков и древнего мира. Не меньшее внимание уделяют этим походам длиной в тысячи километров и лингвисты. Ведь только приняв во внимание движение племен и народов от Желтого моря до Черного моря, можно объяснить, почему в Молдавии и в Туве звучит родственная речь, почему язык чувашей на Волге похож на язык турок Малой Азии, почему многочисленные народы, разбросанные по огромным пространствам Азиатского материка, объединяются древним родством, прежде всего языковым.
Родство языка туркмен, турок, казахов и многих других народов было замечено давно. Девятьсот лет назад замечательный ученый средневековья Махмуд Кашгарский написал «книгу, которая не имеет себе равных». Называлась она «Диван тюркского языка» («диван» — слово арабское, означающее «записи, сборник записей, книга»). Автор хотел доказать, что тюркская речь не уступает в гибкости и красоте арабской, и дал в своем «Диване» ее грамматику, провел сопоставления различных тюркских наречий между собой, показал, что прежде они различались мало, но со временем разошлись, отметил, в чем же заключаются эти расхождения.

ЯЗЫКИ ЖИВЫЕ, МЕРТВЫЕ И УМИРАЮЩИЕ

О том, что слово «тюрк» родственно словам «турок» и и «туркмен», догадаться нетрудно. Тюрками называли себя создатели огромного государства, протянувшегося почти по всей великой степи.
В настоящее время известно около 30 живых языков тюркской семьи, и почти в каждом из языков есть несколько диалектов. Ряд тюркских языков находится в стадии умирания — число людей, говорящих на них, сокращается, письменности они не имеют и в недалеком времени исчезнут с лица земли так же, как исчезли языки многих других племен и народов.
Но исчезли они не бесследно. На огромных пространствах великой степи ученые находят памятники письменности древних тюрков, выполненные оригинальными знаками — тюркскими рунами. Расшифровка их позволила заглянуть в глубины тюркской истории вплоть до VI в. н. э. В летописях китайцев, арабов, византийцев, русских и других народов, сталкивавшихся с тюркскими племенами, встречаются слова исчезнувших наречий. Например, итальянцы составили словарь языка половцев.
Многие тюркские слова сохранились благодаря тому, что они были заимствованы языками соседей. Так, в русском языке тюркское происхождение имеют очень многие слова, связанные с коневодством: табун, лошадь (в северных диалектах есть лишь русское конь), башлык, аркан; а также буланая, караковая, каурая — масти лошадей и т. д. Это не удивительно: ведь основным занятием славян было земледелие, а тюрков — скотоводство. Еще больше тюркских слов в языке болгар. Да и само название болгары — тюркского происхождения. «Болгарами», или «булгарами», называли себя племена, жившие в устье Камы. Отсюда они прошли на Балканский полуостров, где смешались со славянами. Язык нового народа стал славянским, но название было унаследовано от тюрков — болгары.
Ученые располагают большим и разнообразным материалом, с помощью которого можно восстановить историю великой тюркской семьи языков. И история эта, как пишет один из крупнейших советских филологов академик В. М. Жирмунский, показывает грандиозную картину многовекового передвижения кочевых скотоводческих племен и больших племенных союзов из Центральной Азии через среднеазиатские и южнорусские степи, Волгу и Урал до Кавказа и Крыма, Малой Азии и Балканского полуострова. Расселяясь в разное время и в разных частях этой обширной территории, тюркоязычные народы частично сохраняли вплоть до недавнего времени свой древний кочевой быт, частично переходили к оседлости, смешиваясь с местным (нетюркоязычным) оседлым населением.
Это и объясняет удивительную географию тюркских языков.

В СЕРДЦЕ АЗИИ

Где была родина тюркских народов? По мнению одних ученых, в степной полосе между Уралом и Алтаем, по мнению других, в Центральной Азии. Отсюда, из сердца Азии, направлялись на запад, вплоть до Черного моря, и на восток, до Желтого, отряды воинственных хунну, которые, по всей вероятности, и были древнейшим из известных науке тюркских племен. Здесь находился центр государства жуаньжуаней и сяньбийцев, говоривших на тюркских наречиях. Впрочем, тюркская речь хунну, сяньбийцев, жуаньжуаней — это лишь гипотеза, хотя в пользу ее есть довольно веские доводы. А в том, что именно тюрки создали могущественное государство в центре Азии в VI— VIII вв. н. э., не сомневается никто. Во-первых, об этом говорит само название господствующего племени: тюркюты (тюкю, или тюрки). Во-вторых, памятники письма, руны, оставленные этим народом, написаны на чистейшем тюркском языке. «Рунами» их назвали за сходство с письменами древних германцев, хотя сходство европейских и азиатских рун чисто внешнее.
Государство древних тюрков не ограничивалось пределами Центральной Азии и даже Азии. За очень короткий срок, с 550 по 580 год, тюркюты распространили свою власть от Великой китайской стены вплоть до реки Дон. Государство их граничило с тремя великими державами того времени: Византией, Ираном, Китаем.
Но держава древних тюрков была недолговечной. Между предводителями тюркютов начались династические распри. Их искусно разжигали китайцы, понимавшие, что Великая китайская стена не сможет оградить страну от столь грозного соседа. Слабостью тюркютов воспользовался родственный им народ, уйгуры, который прежде был в подчинении у тюркютов. В 745 году они становятся во главе великого государства.
Уйгуры были отважными воинами. По словам историков, тюркюты «их силами геройствовали в пустынях Севера». Но вместе с тем уйгуры стремились постигнуть достижения цивилизации того времени. В свое государство они приглашали миссионеров из Средней Азии, воздвигали города, занимались земледелием. Уже в X веке создается уйгурский литературный язык, а письменность проникает к уйгурам на два века раньше. Но вскоре государство уйгуров завоевывают соседи с севера — древние кыргызы, также говорившие на тюркском языке. Часть уйгуров откочевывает в глубины Центральной Азии, другая — в Среднюю Азию, а третья остается «на месте». Единый язык распадается на множество диалектов. Исчезает и название уйгур. Появляется оно вновь на лингвистической карте Азии в XX веке!
На просторах Синьцзяна — северо-западного Китая — и в некоторых районах Средней Азии живут носители языка, долгое время не имевшего единого названия. Носители эти именовали себя то по месту жительства (например, кашгарлык — «житель Кашгара»), то по роду занятий (таранчи — «земледелец») и т. п. Многие западноевропейские ученые называли этот язык восточнотюркским. В 1921 году известный советский тюрколог С. М. Малов на съезде восточнотюркской интеллигенции, проходившем в городе Алма-Ате, предложил возродить древнее название «уйгуры» и именовать им восточных тюрков Синьцзяна и Средней Азии. Предложение тюрколога было принято.
Для языка, названного уйгурским, или, чтобы отличать его от древнего наречия уйгуров, новоуйгурским, создается новая письменность, сначала на латинской, а затем на русской основе. Так пишут уйгуры, живущие в СССР. В КНР они пользуются письмом на арабской основе. К сожалению, первые шаги к национальному возрождению уйгуров сменились в КНР искоренением их национальной культуры, насильственной китаизацией, о чем неоднократно писала советская и зарубежная печать. Эта китаизация встречает упорное сопротивление уйгуров, численность которых в КНР превышает три с половиной миллиона человек.
Название уйгур, предложенное профессором С. М. Маловым, привилось и теперь общепринято. Однако последние исследования показывают, что новоуйгурский, язык современных уйгуров, не является прямым потомком древнеуйгурского, он гораздо ближе к узбекскому языку, а не к тому наречию, на котором говорили древние уйгуры. В этом ничего удивительного нет: кочевники-тюрки совершали длительные переходы с места на место и сейчас в Синьцзяне, возможно, живут не те тюрки, которые были там в раннем средневековье. Вот почему некоторые западные лингвисты вместо термина уйгурский и новоуйгурский предпочитают употреблять старый термин — восточнотюркский язык, имея в виду язык тюрков Синьцзяна и части Средней Азии. Например, известный всему миру как дипломат (и всему филологическому миру — как тюрколог) швед Гуннар Яринг издал не так давно словарь языка тюрков Синьцзяна под названием «Восточнотюркский словарь».
На территории нашей страны живут и другие народы, язык которых сохранил многие черты языка своих предков — древних тюрков. Это 100 000 тувинцев и около 400 тофаларов. Тофалары живут в Восточных Саянах, на границе Иркутской области и Тувы. Весьма близки языку древних тюрков и диалекты алтайцев, населяющих южную часть Горно-Алтайской автономной области. Потомком языка древних кыргызов, победителей уйгуров, возможно, является хакасский язык.
Впрочем, до революции у хакасов, населяющих среднее течение Енисея и его притоки Абакан и Чулым, не было единого литературного языка. Несколько племен, говоривших на различных диалектах, объединялись под общим наименованием абаканские татары (по реке Абакан и городу на ней). Звали их также и енисейские тюрки. Лишь за годы Советской власти появляется единая национальность и формируется единый литературный язык — хакасский.

СИБИРЬ, ТУРКЕСТАН, КАВКАЗ...

Не следует думать, что с созданием письменности быстро рождается литературный язык, а диалекты, на которых говорило население, сливаются воедино. Государство может идти навстречу этому процессу, всемерно помогать ему, и все-таки «исходных данных» оказывается недостаточно для появления новой национальности и нового языка, Пример тому — некоторые тюркские наречия Сибири. В междуречье Иртыша и Оби находится Барабинская степь. Здесь говорят на разных тюркских наречиях, Но единого литературного языка не существует: во-первых, потому, что барабинцы свободно владеют русским языком, а во-вторых, потому, что слишком уж мало носителей этих диалектов. Для другого наречия, шорского, распространенного в Кузнецком Алатау (северное предгорье Алтая), на базе русской графики был создан алфавит, выпущен букварь, печаталась газета на шорском языке. Но слишком уж мало шорцев (около 12 тысяч), чтобы у них сложился литературный язык. Они предпочитают пользоваться алтайским литературным языком, созданным на основе родственных шорскому диалектов тюрков Алтая. Не имеет письменности и язык чулымских тюрков (кюэриков), распространенный по побережью реки Чулым, притока Оби. Чулымцы на письме пользуются русским письменным языком.
Зато в Средней Азии за последние полстолетия появились новые литературные языки и расцвели те языки, которые начали складываться в прошлые века. Среднюю Азию часто называли Туркестаном, то есть «страной тюрков». Это название справедливо, ибо большинство народов, населяющих ее, говорит на тюркских языках.
Первое место по численности говорящих на тюркских языках Средней Азии принадлежит узбекскому языку.
Казахский литературный язык стал складываться позднее. В середине прошлого столетия его основы заложил великий поэт и мыслитель Абай Кунанбаев — «казахский Пушкин». Несмотря на то, что казахи расселены по огромному пространству Средней Азии, а численность их превышает 5 миллионов человек, в казахском языке нет диалектов, и язык казаха Оренбургских степей почти ничем не отличается от языка казаха Синьцзяна или Монголии.
Туркменский язык, на котором говорят в Туркменской ССР, делится на множество диалектов и говоров. До Октября туркменский народ был раздроблен на племена, племена, в свою очередь, делились на роды и у каждого было свое собственное наречие! Замечательный туркменский поэт Махтумкули еще в XVIII веке заложил основы литературного языка, пытаясь объединить племена туркмен воедино на базе общего языка. Лишь спустя почти два столетия мечта Махтумкули осуществилась: туркмены являются единой нацией с единым литературным языком. Впрочем, это справедливо лишь по отношению к полутора миллионам туркмен, живущих в СССР. Около миллиона туркмен, проживающих в Иране, Афганистане и других Странах, по-прежнему сохранили членение на племена и роды, по-прежнему изъясняются на различных наречиях.
Мы говорили о том, что хакасы, вероятно, являются потомками древних кыргызов, одного из могущественных народов Центральной Азии. Их не следует смешивать с киргизами, живущими на Тянь-Шане, в Киргизской ССР, которые лишь в XV—XVI веках образовали единую народность. Причем с середины XVIII века начался процесс дробления этого единого киргизского языка на диалекты, обособление их друг от друга. Киргизские роды кочевали по Азии от Аральского моря до нынешнего Пакистана, от Китая до Узбекистана, в основном по нагорьям Тянь-Шаня и Памира. И лишь после 1917 года начинается новое объединение киргизов. Создается письменность, возникают литературные произведения. За годы Советской власти из языка, а вернее, группы близких диалектов, обслуживающих узкую сферу быта и примитивного хозяйства, киргизский язык превратился в язык, на котором могут быть изложены любые достижения современной научной мысли и на который могут быть переведены любые произведения мировой литературы.
Каракалпакский язык — один из тюркских языков, носители которого живут на территории двух континентов: Азии и Европы. Большинство каракалпаков (наименование происходит от характерного головного убора — черного колпака и переводится на русский как «черные колпаки») населяют территорию Каракалпакской Автономной Республики со столицей в городе Нукус, входящей в состав Узбекской ССР. Живут каракалпаки и в Туркмении, Казахстане, Афганистане и даже в Астраханской области.
Язык каракалпаков, так же как и очень близкий ему казахский, почти ничем не отличается от ногайского языка жителей Северного Кавказа — ногайцев. Каракалпакский, казахский и ногайский языки являются потомками половецких наречий. Когда половцы вошли в состав Золотой Орды, от них отделилась так называемая «Большая Ногайская орда». Последняя, в свою очередь, разделилась на несколько частей. Племена, откочевавшие на восток, дали начало казахам и их языку, племена, ушедшие на запад, положили начало ногайскому языку, а каракалпаки заняли наиболее южные территории.
Ногайский язык — не единственный тюркский язык, на котором говорит многоязычное население Кавказа. Одним из шести литературных языков Дагестана является кумыкский. Название его происходит, вероятно, от слова кымаки, то есть кыпчаки (кыпчаки известны в русских летописях под названием половцы). На кумыкском языке изъясняются около 200 тысяч человек. Зато на другом тюркском языке Кавказа, азербайджанском, говорят более 7 миллионов человек, в основном жители Азербайджанской ССР и Ирана. В азербайджанском языке несколько десятков диалектов и говоров. Но наряду с ними существует и литературный язык, имеющий многовековую историю.
Классики азербайджанской поэзии широко пользовались арабской и персидской лексикой. Но впоследствии иноязычные термины были заменены исконными азербайджанскими, то есть тюркскими.
Еще один тюркский язык Кавказа — карачаево-балкарский. Интересно, что и карачаевцы и балкарцы называют себя аланами. Историкам же хорошо известно это название — античные авторы сообщают о племенах аланов, появившихся в степях Предкавказья около двух тысяч лет назад. Аланы владели огромной территорией, от Аральского до Черного моря. Центр их государства, просуществовавшего более тысячи лет и уничтоженного Чингисханом, находился на территории нынешней Осетии и Кабардино-Балкарии. Впрочем, это было скорей не государство, а союз племен. В него входили потомки скифов (предки современных осетин), народы Кавказа, говорившие на своих языках, и, наконец, как показывает самоназвание балкарцев и карачаевцев, тюркоязычные племена.

ТЮРКИ НА ВОЛГЕ...

Название балкарец, вероятно, одного корня с названием болгарин и булгар. Балкарцы живут на Кавказе, болгары — на Балканах. Булгары, говорившие на особом тюркском языке — булгарском, были создателями могущественного царства у устья Камы, при впадении ее в Волгу. После того как булгары приняли в X веке ислам, их государство стало самым северным пунктом мусульманского мира. Сюда приезжали купцы из Самарканда и Багдада, сюда лесные племена свозили меха, сюда прибывали русские торговцы.
Соперником Волжской Болгарии было государство другого народа — хазар. Хазары, язык которых (хазарский) также был тюркским, дали приют последнему правителю древних тюрков (тюркютов) и считали себя законными наследниками этой великой державы. Им удалось подчинить своей власти многочисленные тюркские и нетюркские племена и народы.
Волжская Болгария и Хазария, две могучие державы Поволжья, исчезли, как и народы, их создавшие. Однако и поныне на берегах великой русской реки звучит тюркская речь. Ее носителями являются татары и чуваши.
Слово татары прежде было собирательным названием для всех тюркских народов, жителей Великой Степи, и вообще для обитателей Центральной и Северной Азии. Татарами называли и маньчжуров, и монголов. Пролив, отделяющий Сахалин от материка, получил название Татарский, хотя от того места, где жили татары, его отделяют тысячи километров. В наши дни Татарией называют автономную республику, расположенную на Волге, примерно в пределах бывшего Казанского ханства. В XV—XVI веках, в период расцвета этого ханства, и сформировался окончательно татарский язык. Его называют еще казанско-татарским, или поволжско-татарским, чтобы отличить от языков сибирских и крымских татар. Язык этот распространен не только в Татарской АССР, но и в Мордовии, Башкирии, Чувашии, а также в целом ряде областей России: Рязанской, Ульяновской, Пензенской и т. д.
Литературный татарский язык стал складываться давно, еще в XVI веке. А вот другой, близкий ему язык, башкирский, стал языком литературы только после революции.
В мае 1918 года в Москве собрались ответственные работники Татарии и Башкирии и образовали Центральную комиссию по вопросам башкирского языка. Задача усложнялась тем, что башкиры говорили на различных диалектах и не имели своей письменности. В наше время почти миллион башкир пользуются языком, на котором создана богатая литература.
Казанский университет знаменит не только именем Н. И. Лобачевского. В его стенах работали всемирно известные специалисты по тюркским языкам. В Казанском университете было сделано научное описание чувашского языка, который и по сей день является, пожалуй, самым интересным изо всех живых тюркских наречий, так как существенно отличается от них. Во-первых, потому, что является единственным потомком древнего языка булгар (часть булгар, переселившаяся на Балканы, как вы помните, сохранила свое наименование болгары, но не язык). Во-вторых, потому что в образовании чувашского языка принимали участие и языки другой семьи — финно-угорской, в особенности древний марийский язык.
Чувашское письмо было создано в XVIII веке. Тогда же была написана первая грамматика чувашского языка.
Замечательный языковед Н. И. Ашмарин собрал обширный материал по чувашским диалектам и составил огромный, в 17 томах, словарь чувашского языка. Исследование чувашского языка продолжается и в наши дни.

... И ЗА ДУНАЕМ

Турецкий язык также имеет тюркское происхождение. Современная Турция завоевана и населена тюрками сравнительно недавно — в XI—XV веках. Попытка покорить Европу, предпринятая в XVI веке турецкими султанами, провалилась. Неудачей окончилось и насильственное отуречивание южных славян—сербов, болгар, босняков, македонцев. И все-таки более миллиона человек говорят в Европе по-турецки: в европейской части Турции, в Греции, Югославии, Болгарии. Правда, и внешний облик, и язык, и культура европейских (да и малоазиатских) турков отличает их от «классических» тюрков, пришедших сюда из глубин Азии. За многие века общения с коренными жителями Малой Азии, Ирана, Закавказья, Балкан — с персами, греками, курдами, славянами, арабами, армянами — племена тюркских пришельцев смешались с ними, восприняли их культуру, заимствовали многие слова.
В Центральную Европу, на Дунай и за Дунай проникали многие тюркские народы. Авары, огузы, печенеги, торки, булгары... Многие из этих племен (а с ними и их языки) бесследно исчезли. От них остались лишь слова, заимствованные некоторыми народами Европы, отрывочные записи в хрониках, отдельные географические названия. Но кое-какие языки все же сохранились.
В конце прошлого века русский этнограф В. А. Мошков открывает в Бессарабии любопытный тюркский язык, возможно, восходящий к языку огузов, печенегов или торков. Язык этот называется гагаузский.
Гагаузы переселились из Болгарии в те годы, когда она находилась под гнетом Османской империи. Ведь турки насаждали ислам, а гагаузы исповедовали христианство. Спасаясь от религиозных гонений, они нашли свою новую родину в бессарабских степях. Часть же гагаузов осталась в Болгарии, где и живет по сей день. В СССР (в основном в Молдавии и Одесской области) живет свыше 150 тысяч гагаузов.
Не все ученые считают гагаузов потомками тюркских племен средневековья. По быту и культуре этот маленький народ очень близок болгарам, и ряд исследователей полагает, что гагаузы — это потомки болгар, насильно отуреченных в XIV—XIX веках. Они сохранили православную религию, но утратили славянский язык и перешли на тюркский — ведь гагаузский язык стоит ближе всего к турецкому. В начале XX века протоиерей Чакир, гагауз по национальности, перевел на свой родной язык ряд церковных книг и составил гагаузско-румынский словарь. Но попытка просветителя-одиночки не увенчалась успехом. И лишь в 1957 году специальным Указом Президиума Верховного Совета Молдавской ССР была введена письменность на гагаузском языке. На языке гагаузов выходят печатные издания.
Все это, разумеется, способствует тому, что «маленький» гагаузский язык не растворится среди окружающих его «больших» языков — молдавского, русского, украинского. А вот перспективы другого интересного языка не столь радостны. Караимы, возможно, потомки племен, которые около тысячи лет назад входили в состав государства хазаров. Сначала они жили в Крыму, а затем, в XIV—XV веках, частично переселились в Литву и на Украину. По последней переписи населения нашей страны их насчитывается несколько тысяч. Но только около 800 человек считают караимский язык родным, остальные перешли на русский и другие языки СССР. Весьма вероятно, что в будущем караимский язык исчезнет полностью и станет достоянием лингвистов, так же как и языки литовских и белорусских татар. Носители этих языков ныне полностью растворились среди литовцев и белорусов, перешли на их язык и только оставшиеся письменные памятники позволяют ученым знакомиться с этими тюркскими языками.
Наш рассказ о тюркском море языков будет неполным, если мы не расскажем еще об одном языке, на котором говорит удивительный народ, населяющий столь же удивительную страну. Но о нем в следующей главе.

ВЕЛИКАЯ АЛТАЙСКАЯ
ТЮРКИ НА ПОЛЮСЕ ХОЛОДА

Якутская АССР занимает площадь более трех миллионов квадратных километров. На ней свободно разместилось бы десять таких государств, как Италия, или сотня Бельгии. И в то же время численность населения Бельгии, хотя эта страна в сто раз меньше Якутии по площади, приближается к 10 миллионам человек. А во всей огромной Якутии живет около 700 тысяч человек, то есть меньше, чем в Ереване или Алма-Ате! Это понятно, если вспомнить, что именно в Якутской АССР находится полюс холода. Обычная температура зимой здесь минус 50 градусов, а в Верхоянске и Оймяконе морозы иногда достигают 70 градусов.
До Великой Октябрьской революции якуты (или, как они себя называют, сахалары) селились отдельными юртами или небольшими группами юрт, у них не было ни деревень, ни тем более городов (Ленский острог, превратившийся в город Якутск, был построен казаками). В деревнях Якутии жили русские крестьяне, бывшие «государевы ямщики». Вместе с якутами в юрте переносили страшные зимние морозы лошади и коровы. Ибо якуты, несмотря на то, что жили на полюсе холода, основным своим занятием считали скотоводство. И как бы трудно ни было разводить лошадей и коров в стране, где зима длится семь месяцев, домашний скот считался у якутов главным богатством.
Скотоводство было основным занятием тюркских племен. Якутский язык — тюркский, причем в нем сохраняются многие черты, присущие самым древним из известных науке тюркским наречиям.
Но каким образом попали кочевники-тюрки на полюс холода, как они очутились здесь, ведь просторы Великой Степи остались далеко на юге от нынешнего жительства якутов?
Первым попытался ответить на этот вопрос известный исследователь Сибири академик Г. Ф. Миллер. По своему происхождению ни один из сибирских народов не является таким примечательным, как якуты, живущие на нижнем течении Лены, писал он. Их язык и внешний вид ясно указывают на то, что они в прошлом составляли один народ с татарами (т. е. с тюрками). По своему местожительству, как пишет Миллер, они так удалены от татар, что трудно было бы про них сказать что-либо правильное, если бы не сохранилось у них старинное предание, которое проливает свет на их взаимные отношения. Якуты рассказывают, что с незапамятных времен их предки жили вместе с монголами и бурятами. Якуты прогнали их. Затем в верховьях Лены они сели на плоты, взяв с собой скот, и высадились около Олекмы и Якутска, а оттуда распространились по всей территории нынешней Якутии.
И действительно, пишет далее Миллер, состояние местности по течению реки Лены может служить «доказательством того, что народ, привыкший жить в степях и получавший средства к жизни преимущественно от скотоводства, только по причине войны или с отчаяния мог выбрать своим местопребыванием берега этой реки». Лена в большей части своего течения зажата «щеками» — высокими и отвесными скалами. Скотоводу тут не развернуться. И только вблизи впадения в Лену реки Олекмы и в районе нынешнего города Якутска «щеки» расступаются, открывая обширные пространства лугов и пастбищ. Здесь-то и сделали свою первую остановку якуты — «у них не было иного выхода, как перевезти свой скот на плотах, так как другие жившие там народы совсем не занимались скотоводством, и потому якутам пришлось везти сюда весь свой скот».
По данным их языка, «якуты должны были когда-то составлять один народ с татарами», то есть тюрками, делал вывод Миллер. «В то же самое время их язык содержит в себе много слов монгольских и бурятских. Это подтверждает правильность рассказа об их прежнем местожительстве, которое у них было общим с монголами и бурятами».
Привлекая данные языка, этнографии, географии, академик Миллер показал, что старинное якутское предание правдиво. А современная наука согласилась с доводами Миллера: да, действительно, предки якутов переселились в бассейн среднего и нижнего течения Лены под натиском монгольских кочевых племен. Произошло это переселение, скорее всего, в XIII—XIV веках. До этого тюрки-якуты жили в тесном соседстве с племенами, говорившими на монгольских языках и диалектах. Потому-то в якутском языке много монгольских слов. Немецкий исследователь В. Шмидт считал даже, что якутский язык следует относить к монгольским языкам. Но большинство ученых с ним не согласились: все-таки в своей основе язык якутов —тюркский, хотя он испытывал когда-то сильное воздействие монгольских языков. Последние же образуют самостоятельную семью языков — монгольскую.

ИСТОЧНИК МУДРЕЦОВ

Европа узнала о монголах тогда, когда на мировой арене появились полчища Чингисхана, сеявшие смерть и разрушение в Иране и Китае, на Руси и в Средней Азии, в Чехии и на Кавказе. В памяти современников, а затем их потомков монголы остались диким кочевым народом, варварской ордой, способной разрушать, а не созидать. И лишь спустя много столетий ученые открыли древнюю монгольскую культуру, сокровищницу фольклора, в которой монгольский народ «встает перед нами со своими радостями и горестями, со своей искренней любовью к родине, к широкой степи и к горячему степному коню, с трогательной привязанностью к матери, к возлюбленной, к жене,— пишет известный немецкий востоковед Бертольд Лауфер в своем «Очерке монгольской литературы».— Мы познаем общечеловеческие и вместе с тем благородные и рыцарские черты этих необузданных сыновей степи, которые некогда стучались в двери нашего отечества такими могучими ударами меча».
Открытие монгольской литературы имело огромное научное значение потому, что именно благодаря ей ученые Европы подробно ознакомились с буддизмом — религией, значение которой для Азии, пожалуй, было не меньше, чем значение христианства для средневековой Европы. В средние века, как известно, и идеология, и культура, и политика выступали в религиозном облачении. Именно так попала на Русь древняя византийская культура, переплавленная затем русскими в лучших достижениях живописи, литературы, архитектуры Киевской и Московской Руси. В Монголию, страну некогда «языческую», попала древняя буддийская культура, то, чем для Руси была Византия, для Монголии был Тибет. Византийская культура была наследницей античной, а тибетская — наследница культуры Индии, где родился буддизм.
На монгольский язык были переведены сотни различных буддийских сочинений, переведены и напечатаны. Правда, принцип работы монгольских типографий отличался от западноевропейских. Лист рукописи наклеивался на кусок дерева, писаной стороной вниз. Затем искусный резчик удалял все лишнее, оставляя лишь контуры букв. После этого можно было, смазывая краской доску, печатать нужное количество экземпляров книги. Первые страницы печатались красной краской, остальные — черной. По краям заглавия шли художественные миниатюры, как правило иллюстрировавшие содержание книги. Книги, отпечатанные таким способом, принято называть ксилографами. В конце книги приводились имена авторов, переводчиков, комментаторов, редакторов, название места типографии (точнее, ксилографии) и дата напечатания. Эти заключения, похожие на наши выходные данные, публикуемые в конце книг, рассказывают об истории создания сочинения, его судьбах и изданиях. Словом, являются не сухой справкой, а литературно-историческим документом, сочинением в сочинении. И по формату, и по художественным достоинствам монгольские книги-ксилографы нередко превосходят свои тибетские прототипы.
Переводчики буддийских сочинений с тибетского на монгольский язык носили желтые одеяния монахов. Но, подобно Кириллу и Мефодию, создателям славянской азбуки, они были великолепными языковедами и настоящими учеными.
Буддийская литература изобилует сложными философскими терминами, понятиями логики, медицины, теологии. У монголов же первоначально этих терминов в языке не было. Не было и единого литературного языка. «Хотя основной запас слов диалектов разных областей собственно великой Монголии был единым, отдельные звуки их все-таки сильно отличались друг от друга. Поскольку нет ни одного твердо установленного словаря специальных слов для перевода буддийских сочинений, разные переводчики каждый по своему усмотрению стали бы неправильно переводить многие вещи и было бы допущено множество ошибок», и поэтому «был составлен терминологический словарь».
Эта цитата не из сочинения современного лингвиста. В таких чисто научных терминах объясняли свою задачу авторы «Источника мудрецов», специального тибетско-монгольского словаря терминов, выпущенного в свет более двухсот лет назад. В Улан-Удэ начата публикация этого замечательного произведения в переводе на русский язык.
О мастерстве монгольских переводчиков говорит такой факт. В Тибете в течение столетий шла работа по переводу с санскрита основного канона буддийской религии («Канджур») и комментариев к нему («Танджур»). Весь канон состоит из 108 томов, а комментарии занимают более 200 томов! Монгольские переводчики перевели все эти 300 томов на родной язык. И перевели довольно быстро. Европейские ученые и по сей день не могут сделать это — ни на одном языке, кроме тибетского и монгольского, нет полного перевода «Канджура» и «Танджура».

МОНГОЛЫ, БУРЯТЫ, КАЛМЫКИ

Основная часть печатной продукции Монголии — буддийские сочинения. Но помимо нее существовала обширная географическая и юридическая литература. Особенно ценились медицинские сочинения: они стоили дороже всех других. Археологи нашли и в самой Монголии, и в соседних с нею странах надписи, относящиеся к XIII—XIV векам, выполненные на монгольском языке. Записаны великолепные произведения фольклора, песни, сказания, героический эпос, повествующий о славных делах «владыки десяти стран света», Гэсэре, и другой эпос, посвященный богатырю Жангару.
«Жангариада» была впервые записана не в самой Монголии, а на берегах... Волги, в калмыцкой степи. «Друг степей калмык» — потомок жителей Джунгарского государства, существовавшего в Центральной Азии. В начале XVII века калмыки совершили грандиозный бросок на запад и осели в низовьях Волги, по правому ее берегу. Часть калмыков около двухсот лет назад вернулась в свои родные степи. Их потомки, ойраты, живут в степях Монгольской Народной Республики и в КНР, во Внутренней Монголии. Для остальных калмыков степь за Волгой стала второй родиной. Здесь и сложилась единая калмыцкая нация, а один из монгольских диалектов превратился в самостоятельный язык — калмыцкий. На нем говорят свыше 100 тысяч человек, в основном населяющих Калмыцкую АССР. Это единственный монгольский язык на территории Европы.
Империя Чингисхана была недолговечной. Она вскоре распалась на несколько самостоятельных государств, а затем сама Монголия попала под власть чужеземцев. Территории на севере отошли к Российской империи, а все остальные монгольские земли — к Китайской империи. Племена, живущие в «русской Монголии», в XVII—XVIII веках объединились в народность бурят-монгольскую, или просто бурятскую. Язык их называется бурятским. Правда, долгое время у бурят не было своей собственной литературы — в буддийских монастырях (дацанах) печатались книги на тибетском и древнемонгольском языках. И лишь в 1938 году был принят окончательный вариант бурятского письма на русской основе. Двумя годами раньше специальная лингвистическая конференция решила вопрос о том, какой из диалектов положить в основу литературного языка бурят.
Около 50 лет назад народы Монголии образовали независимое государство — Монгольскую Народную Республику. Вокруг самой многочисленной народности, халха-монголов, или халхасцев, сплотились другие монгольские племена, и образовалась единая социалистическая нация. Халха-монгольский язык отличается от классического монгольского языка, на который переводились буддийские тексты. Для него создана и своя письменность, в основу которой положен русский алфавит.
Калмыцкий, бурятский, халха-монгольский и классический монгольский — вот четыре основных монгольских языка со своей письменностью и богатой литературой. На территории КНР и Афганистана есть еще несколько мелких монгольских языков.
Древнейший памятник на монгольском языке относится к началу XIII века... А что было раньше, до Чингисхана?
В середине прошлого века русский ученый Кафаров (известный также под монашеским именем Палладий) открыл замечательный памятник исторической литературы монголов — «Сокровенное сказание», посвященное описанию жизни и походов Чингисхана. Создано «Сказание» в 1240 году, причем это лишь дата его окончательной обработки и записи. По всей видимости, «Сокровенное сказание» жило в устной традиции десятки лет. «Сокровенное сказание» — произведение довольно сложной и отработанной литературной формы, которая могла быть создана лишь в результате длительной традиции. Вероятно, и до Чингисхана монголы были культурным народом.
Весьма возможно, что монголы имели предшественников в лице киданей, создавших в X—XII веках могущественное государство в Восточной Азии. На киданьском языке создавались оригинальные произведения, на него переводили произведения литературы других народов. До нас дошли образцы этой литературы. Но, к сожалению, написаны они самобытным киданьским письмом, которое и по сей день остается нерасшифрованным. Многие ученые считают, что язык киданей очень близок монгольскому, а возможно, и просто является самой древней формой монгольского языка.
Правда, с этим согласны не все востоковеды. Японский ученый Мураяма, например, полагает, что киданьское письмо связано с древнейшими памятниками письмен тюрков, а язык — с тюркскими языками. Советский востоковед Л. Н. Рудов, погибший в блокированном Ленинграде в годы Великой Отечественной войны, лучший знаток киданьской культуры, полагал, что киданьские тексты могут быть прочтены не с помощью монгольских или тюркских языков, а с помощью языков другой языковой семьи — тунгусо-маньчжурской. Ведь на одном из этих языков были написаны тексты современников киданей и предков или близких родственников современных маньчжуров — чжурчэней (или чжурчжэней).

чжурчэни, маньчжуры, ульчи, орочи, ороки, удэге...

Государство чжурчэней было постоянным соперником киданьской империи. В конце концов победа остается за чжурчэнями: они захватывают все пять столиц киданей, берут в плен их императора. Часть киданей после этого уходит на запад и основывает государство Каракидань, то есть «черных киданей». От него идет название Китай, первоначально относившееся к киданям и лишь позже перенесенное на современный Китай и китайцев, которые называют себя «хань». В государстве чжурчэней пользовались тремя языками: китайским, киданьским и чжурчэньским, для которого была изобретена особая письменность. С ее помощью создавались оригинальные сочинения, переводилась литература соседних народов.
Культурное развитие молодого государства было прервано монгольским завоеванием. Однако чжурчэни избежали участи половцев или киданей, они не исчезли с лица земли и не растворились в среде других племен и народностей. Письменность пережила падение государства более чем на два столетия. В устье Амура найдена чжурчэньская надпись, относящаяся к 1413 году. А разговорный язык чжурчэней, быть может, лег в основу маньчжурского языка.
Маньчжуры вышли на арену истории в XVII веке: они захватывают власть в Китае, маньчжур Нурхачу становится его императором и принимает титул «Назначенный Небом», Нурхачу изобретает письменность, верней, приспосабливает монгольский алфавит для маньчжурского языка.
Проходит более столетия, и другой император-маньчжур на китайском престоле проводит очередную реформу письма. Предание утверждает, что он выбрал лучший из 32 вариантов письма. На маньчжурском языке создаются многочисленные художественные произведения, на него, как некогда на чжурчзньский язык, переводится литература соседних народов.
Однако в наши дни маньчжурский язык почти полностью вымер. В Китайской Народной Республике живет около трех миллионов маньчжуров, но лишь совсем немногие сохранили свой язык, быт, национальную письменность. Большая часть их китаизирована.
Маньчжуры — близкие родственники, а возможно, даже потомки древних чжурчэней. Сравнивая их языки, нетрудно увидеть, что большое количество слов в них звучит очень близко или полностью совпадает (например, емуджи означает «одинокий» и в маньчжурском и в чжурчэньском языках; по-чжурчэньски «глаз» звучит яши, по-маньчжурски — яса и т. д.). Но не только маньчжуры являются потомками или родственниками чжурчэней. Средневековые китайские историки, говоря о чжурчэнях, отмечали, что этот народ делится на несколько групп. От южных чжурчэней, возможно, произошли современные маньчжуры.
Северные чжурчэни, видимо, являются предками нескольких небольших народностей, населяющих долину Амура. Большинство из них живет на территории нашей страны и говорит на языках: ульчском, орочском, орокском удэгейском, нанайском, близких к маньчжурскому; ульчи, численность которых по последней переписи населения около 2000 человек, живут в Хабаровском крае, где для них выделен особый Ульчский район. Часть орочей живет на побережье Татарского пролива, а часть — неподалеку от Комсомольска-на-Амуре (орочский язык считают родным менее 500 человек). Ороки, численность которых еще меньше, чем орочей (около 350 человек), живут на Сахалине. Удэгейцы живут на Амуре. Хотя писатель А. Фадеев и создал книгу «Последний из удэге», на самом деле численность этого народа превышает тысячу человек. Наконец, самой многочисленной из этих малых народностей являются нанайцы, или гольды, их около 10 000. В годы Советской власти была создана нанайская письменность. Остальные из названных народностей хорошо знают русский язык и своей письменности не имеют. Правда, для удэге ученые пытались создать свое письмо, но оно не вошло в обиход — слишком уж мало удэгейцев.
Перечисленные языки относятся к особой семье; тунгусо-маньчжурской, состоящей из трех ветвей. Первая, маньчжурская, состоит из древнего чжурчэньского и маньчжурского языков; вторая, амурская,— из нанайского, удэгейского, орочского, орокского, ульчского. Есть и третья ветвь — тунгусская, представленная четырьмя языками: негидальским (язык небольшой народности в Хабаровском крае), солонским (в КНР, по правому берегу Амура), эвенским (на северо-востоке Сибири, до Охотского моря) и эвенкийским.

«ИНДЕЙЦЫ» СИБИРИ

До 1917 года эвенки были известны как «тунгусы». Отсюда и пошли названия великих сибирских рек — притоков Енисея: Нижняя Тунгуска, Подкаменная Тунгуска и Верхняя Тунгуска (Ангара).
Фритьоф Нансен, великий исследователь Севера, впервые столкнувшись с эвенками, был поражен их смелостью, отвагой, выносливостью, поразительным знанием окружающей природы. Он сравнил их с индейцами Северной Америки и пожалел, что не нашлось сибирского Фенимора Купера, который бы смог прославить эвенков так же, как Купер прославил ирокезов или делаваров. Не только Нансен, но и многие другие путешественники и ученые, сталкивавшиеся с эвенками, давали им самые лестные характеристики. «Мужеством и человечеством и смыслом тунгусы всех кочующих и в юртах живущих превосходят», — писал русский мореход XVIII века лейтенант Харитон Лаптев. «Они обладают известной выправкой, исполнены приличия, ловки, предприимчивы до отваги, живы, откровенны, самолюбивы, охотники наряжаться, а вместе с тем закалены физически», — писал известный путешественник XIX века академик А. Ф. Миддендорф. А у знаменитого исследователя народов и языков Севера В. И. Иохельсона мы читаем: «Преданные и услужливые до раболепства, тунгусы умеют сохранять собственное достоинство и быть гордыми без чванства. Они презирают ложь и могут служить образцом честности». Другие очевидцы сообщают о том, что эвенк может обходиться, даже во время жестоких морозов, несколько дней без пищи, сохраняя при этом энергию и бодрость, он «сохраняет веселость в нищете и не унывает ни перед какими бедами и невзгодами» с открытым, добродушным и беспечным лицом.
Таковы личные качества эвенков. И этот народ совершил великий подвиг, открыв и освоив колоссальные просторы сибирской тундры и тайги от берегов Тихого океана до Енисея, а быть может, и вплоть до Уральского хребта (если правильна гипотеза о том, что название «Урал» происходит из языка эвенков). Вооруженные луком, на оленях или просто пешком, эвенки проникли в самые глухие уголки Сибири в поисках новых мест, богатых дичью и пушниной. «Раз тронувшись в путь, тунгусы обыкновенно не скоро останавливались, и часто движение, начатое в известном направлении отдельными лицами или семьями, продолжается целые годы и десятки лет, охватывая все большую и большую часть тунгусов известной местности»,— свидетельствует русский этнограф С. Патканов.
Но не только богатство новых мест влекло эвенков в странствия. «Кочевки — это поэзия тунгусов» — эти слова очень точно определяют тот стимул, который заставлял эвенков сниматься с обжитых мест и уходить в неизведанный мир тайги.
Откуда же двинулись эвенки в свой великий путь освоения таежного океана? И когда они его начали? Академик Миллер, первый историк Сибири, считал «тунгусов первыми обитателями тех стран, которые они занимают поныне». Другие ученые полагали, что родина эвенков в Китае, Монголии, Приамурье.
Интересную гипотезу о происхождении эвенков выдвинула советская исследовательница Глафира Макарьевна Василевич, около четырех десятков лет жизни посвятившая изучению эвенков. По ее мнению, около пяти тысяч лет назад в районах горной тайги, в окрестностях Байкала, появились охотничьи племена, облик которых был близок облику эвенков. Это и были их далекие прапрапредки. В первых веках новой эры в Прибайкалье появляются куруканы — народ, который Г. М. Василевич считает тюрко-язычным. «Вполне возможно,— пишет она в монографии «Эвенки»,— что выход тюркоязычных групп к Байкалу дал первый толчок к расселению тунгусоязычных охотников по тайге на запад и восток от Байкала и на север по Лене».
Второй толчок дало переселение монголов. В начале XIII века монголы объединились и создали государство, превратившееся затем в гигантскую империю Чингисхана. В Прибайкалье появились предки бурят, а предки современных якутов двинулись вниз по Лене, на север, в Якутию, которая уже была заселена эвенками. «У живущих на реке Лене тунгусов есть предание, унаследованное от своих предков, что когда якуты прибыли в те места, предки их оказали сильное сопротивление непрошеным гостям и не хотели их пустить, но были побеждены», — пишет академик Миллер в «Истории Сибири». Эвенкам пришлось отойти дальше на север, по Лене, на восток, вплоть до Тихого океана, и на запад, за Енисей.
Наконец, третий толчок «тунгусской одиссее» был дан появлением русских в Сибири. Долины Енисея, Лены, Ангары стали осваиваться крестьянами и перестали быть охотничьими угодьями. Эвенки отошли от больших рек и двинулись в глубь тайги, в малодоступные места, где дичь была непугана. А так как и в ряде этих мест со второй половины прошлого века стали открываться золотые прииски, то эвенки ушли уже в совсем недоступные и дикие места, пройдя практически весь «океан» великой сибирской тайги.

АЛТАЙСКОЕ ЕДИНСТВО

Итак, вплоть до первых веков нашей эры предки эвенков, маньчжуров и других родственных им малых народов жили вместе, вероятно, в районе Прибайкалья. Появление древних тюрков, а затем племен, говоривших на монгольских языках, заставило эвенков уйти в бескрайние просторы тайги и покорить их. Похоже, что район Прибайкалья, таким образом, является «точкой пересечения» народов, говорящих на языках трех семей: тюркской, монгольской и тунгусо-маньчжурской. За время многовекового соседства в этих языках появились общие слова, так же как и общие элементы в культуре, быту, хозяйстве.
Проникая все глубже в историю, добираясь до основных пластов языка, обращаясь к тем словам, которые, как правило, не заимствуются, ученые установили, что тюркские, монгольские и тунгусо-маньчжурские языки обнаруживают несомненное сходство. Лингвисты, сравнивая различные тюркские языки, смогли реконструировать древние корни и грамматику пратюркского языка. То же самое было сделано и для тунгусо-маньчжурских, и для монгольских языков. Сравнение же пратюркского, прамонгольского и пратунгусского языков показало, что они во многом близки друг другу.
Сравните пратюркский корень дюль со значением «полдень», прамонгольский дюли («середина; полдень, полночь») и пратунгусский дулын («середина, половина») или слово «волна» (пратюркское далга, прамонгольское долгиган, пра-тунгусское далган). Список подобных совпадений можно было бы продолжить. Но ясно и так: сопоставляемые слова очень близки друг к другу. И что самое важное, сходство обнаруживают не просто отдельные языки, а праязыки, древние формы языка.
Родство тюркских, монгольских, тунгусо-маньчжурских языков предполагают уже давно. Лингвисты объединили их в одну семью и назвали ее алтайской, так как полагали, что именно на Алтае жили прапредки современных тюрков, тунгусов, монголов. Правда, не все языковеды согласились с тем, что когда-то существовала одна единая алтайская семья. Сходство многие объясняют не древним родством, а просто длительными контактами различных народов. Спор об алтайской семье нельзя считать решенным и по сей день, хотя чаша весов за последние десятилетия все больше склоняется в пользу сторонников «алтайского единства». Впрочем, само название этой семьи весьма условно. Ибо территория древнего общеалтайского языка (если он существовал на самом деле) точно не установлена и по сей день. Тем более, что тюркские, монгольские и даже тунгусо-маньчжурские языки обнаруживают сходство не только между собой. Они сближаются с языками, образующими уральскую семью.

НА КАМЕ, НА ОБИ НА ДУНАЕ

ВЕНГРЫ И АТТИЛА

Великое переселение народов, начавшееся в первых веках новой эры, завершилось лишь в IX веке. Венгры, или как они называют себя сами, мадьяры, последними пришли с Востока и осели в Европе.
Венгерское королевство образовалось в той же области на Дунае, где некогда обосновались гунны. Со средних веков и вплоть до XIX века господствовало убеждение, что венгры – прямые потомки гуннов Лишь в 1940 году, посвятив этому вопросу специальную монографию под названием «Аттила и гунны», коллектив венгерских ученых опроверг его: данные истории, этнографии, археологии и в первую гордо лингвистики говорят, что Аттила и его гунны не могут считаться предками венгерского народа,
Кто же эти предки?
Венгерский язык сравнивали с древнееврейским, персидским, турецким, пытаясь найти общность этих языков. Два первых языка быстро выбыли из числа претендентов, они не имели с венгерским ничего общего. Турецкие слова встречаются в языке венгров. Но это скорее можно объяснить тем, что около 150 лет турки-османы владели южной и средней частью Венгрии. Турки появились здесь в XVI веке. Однако в венгерском языке есть много слов, которые не могли быть заимствованы из турецкого и в то же время близки турецкому и другим тюркским языкам. •
Можно ли считать, что венгры говорят на тюркском языке и являются родственниками гагаузов, балкарцев и других тюрков, осевших в Европе? Вопрос этот обсуждался не один десяток лет, и ученые пришли к решению: венгры — давние соседи тюрков, но не тюрки... Но тогда кто же их родственник по языку?
В XVII—XVIII веках некоторые ученые высказывали мысль, что венгерский язык родствен языкам эстонцев и финнов и языку жителей Крайнего Севера Европы — саамов (лопарей). Позже круг «родичей» был расширен, к ним причислили мордву и марийцев, живущих на Волге, коми, удмуртов, манси и хантов, населяющих северную часть Западной Сибири. Ханты и манси говорят на языках, ближе всего стоящих к венгерскому.
Долгое время не все ученые соглашались с этим: уж слишком странным казалось общее происхождение былых кочевников — мадьяр и охотников-звероловов хантов и манси. Но в конце прошлого века это родство было окончательно доказано: ближайшие родственники венгров живут на Оби!

ДУНАЙ, ВОЛГА, ПЕЧОРА, ОБЬ...

Венгры, живущие на Дунае, и обитатели сибирской тайги и тундры ханты и манси говорят на языках одного корня, который лингвисты называют общеугорским (праугорским) языком.
В первом тысячелетии до новой эры общие предки венгров, хзнтов и манси, жившие в Предуралье, разделились на две вегви. Венгры двинулись на юго-запад и оказались на берегах Дуная. Ханты и манси пошли сначала на север: еще в X—XI веках они живут в Европе, в северо-восточной ее части (русские летописи говорят о «югре», то есть древних хантах и манси). Оттуда, перевалив через Уральский хребет, они вышли на просторы Западной Сибири, к реке Оби и ее притокам. Ханты и манси, именовавшиеся в царской России остяками и вогулами, были обречены на вымирание. При Советской власти в 1930 году был образован Ханты-Мансийский национальный округ. Для хантыйского и мансийского языков советские ученые создали письменность, на которой выходит в свет разнообразная литература. Обычно в основу литературного языка кладется какой-либо диалект. Но диалекты хантыйского языка настолько отличаются один от другого, что в разное время создавалась особая письменность для нескольких разных диалектов языка хантов (и, быть может, правы те лингвисты, которые считают, что есть несколько хантыйских языков, а не диалектов одного языка). Создан литературный язык и для манси.
Венгерский, хантыйский и мансийский языки называют угорскими (от древнего названия венгров — угры). Кроме того, в уральской семье языков существует несколько самостоятельных ветвей: прибалтийско-финская, саамская, пермская. Сюда же относятся языки, условно объединяемые в волжскую группу,— марийский и мордовские. Вместе с угорской все они образуют так называемую финно-угорскую группу языков. Она, в свою очередь, родственна так называемым самодийским языкам и вместе с ними составляет уральскую языковую семью.
«Волжская» ветвь уральских языков представлена языками народов, с давних пор обитавших на великой реке и ее притоках. Вплоть до XV века в междуречье Волги, Оки и Суры жила мордва. Позднее мордовский народ переселился на левый берег Волги и далее на восток (мордвины живут и в Средней Азии, и в Сибири!). Ныне в Мордовской АССР, образованной в среднем течении Волги, живет менее одной трети всех мордвинов Советского Союза, В главе «Тюркское море» упоминалось, что два народа, карачаевцы и балкарцы, говорят на одном языке. У мордвы же, наоборот, один народ говорит на двух языках: эрзянском (или эрзя-мордовском) и мокшанском (мокша-мордовском). По словам лингвистов, они «так же близки между собой, как, например, языки русский, украинский и белорусский».
На двух диалектах, лугово-восточном и горно-маринском, говорят соседи и ближайшие родственники мордвы — марийцы. Большая часть марийцев живет в Поволжье, в Марийской АССР. На обоих названных выше диалектах существует литература. У марийцев, таким образом, два литературных языка: горно-марийский и лугово-восточный (или лугово-марийский). Когда-то предпринимались попытки создать литературу и на других, более мелких, диалектах марийского языка. Для каждого из них создавалась своя письменность, на каждом из них публиковались произведения. Однако это вызвало разнобой в написаниях одних и тех же марийских слов и языковую путаницу, и от таких попыток отказались. Литературными языками стали только два марийских диалекта.
Около трех тысяч лет назад от финно-угорского праязыка, «деда» всех современных уральских языков, вслед за угорским языком («отцом» венгерского, мансийского и хантыйского) отделился древнепермский язык, «отец» трех современных языков — удмуртского, коми-зырянского и коми-пермяцкого. Почти 1500 лет прожили древние пермские племена на нижнем и среднем течении рек Камы и Вятки. Затем предки современных коми (или коми-зырян) двинулись на север, в бассейн Печоры, заселив суровые просторы нынешней Коми АССР. Близкие им коми-пермяки живут южнее, в одноименном национальном округе Пермской области, и говорят на языке, очень близком коми-зырянскому. Коми-зыряне и коми-пермяки понимают речь друг друга. Более 600 лет назад миссионер Стефан Пермский создал для коми письменность. Однако эта первая в истории Русского государства попытка создать письмо для бесписьменного народа не увенчалась успехом. Азбука Стефана Пермского широкого распространения не получила, а в XVII веке вышла из употребления. Письменность и литература у коми появились лишь при Советской власти.
Не все древние пермские племена ушли на Север. Часть из них осталась в междуречье Камы и Вятки. Здесь в XVI — XVII веках из них сформировалась народность, до революции 1917 года называемая вотяками, а после Октября получившая название удмурты (так на родном языке они называли себя и прежде).

ОСТРОВА В СЛАВЯНСКОМ «МОРЕ»

Крайний Север Европы — Кольский полуостров, северные части Швеции, Финляндии, Норвегии — населяют саамы, в Западной Европе известные под названием лапландцы. В дореволюционной России их называли лопарями. Когда-то саамы занимали территорию далеко к югу и юго-востоку от современной Лапландии и Кольского полуострова. Об этом говорят находки археологов, наблюдения этнографов, исследования фольклористов и, наконец, лингвистические «раскопки» языковедов.
Север Европейской части СССР сейчас заселен в основном русскими. Более тысячи лет назад началось массовое проникновение славян на Север. Славяне смешивались с местным населением. А так как культура земледельцев-славян была выше, чем первобытная культура охотников живших в этих местах, то постепенно местные языки исчезали, и все население переходило на русский язык. Но память о местных языках оставалась в географических названиях. В самом деле в таких, казалось бы, исконно русских землях, как Вологодская, Архангельская, Новгородская, Псковская, Костромская области, есть огромное число названий рек, озер, селений, которые не имеют никакого смысла, если пытаться понять их, исходя из русской речи. Что означают названия рек Сухона, Онега, Пинега, Двина, Мезень? Названия городов Муром, Пермь, Вологда, Кострома? Ладожское, Онежское, Чудское озера? В Уральском университете составили специальную картотеку таких «нерусских» названий Севера Европейской части СССР. Число их достигло 15 000!
Ключом к объяснению этих названий являются уральские языки. Но нерусские наименования нельзя объяснить, исходя из законов одного какого-то уральского языка или даже группы языков. Имеется несколько «слоев», которые соответствуют древности пребывания того или иного народа на этой территории.
Первый слой, самый молодой,— это названия, происходящие из языков прибалтийско-финской группы. К этим языкам относятся: финский, язык населения нашего соседа — республики Финляндии, эстонский (в Эстонской ССР) и карельский (Карельская АССР). Когда-то прибалтийско-финских языков было гораздо больше. Но они исчезли, растворились в славянском «море». Впрочем, кое-где еще есть отдельные «островки» этих языков, несколько сот человек в СССР являются их носителями. В Кингисеппском и Ломоносовском районах Ленинградской области около 350 человек считают своим родным языком ижорский (хотя прекрасно владеют и русским). В Латвийской ССР живет 300—400 человек, говорящих на ливском языке, когда-то широко распространенном в Прибалтике и имевшем свою письменность и литературу. В Кингисеппском районе Ленинградской области около 30 человек не забыло еще водский язык. Лет сто назад его знали более пяти тысяч человек, а раньше он был распространен еще шире. На стыке Ленинградской и Вологодской областей и в Карелии живет маленький народ вепсы. Около 7500 человек считают вепсский язык родным.
И ливский, и вепсский, и ижорский, и тем более водский языки в недалеком будущем исчезнут (языки, но не народности, которые просто сменят родной язык на русский, но останутся вепсами, ижорцами и т. д.). Ученые стараются зафиксировать во всех деталях структуру и словарь этих умирающих языков. А от тех языков, что исчезли задолго до возникновения языкознания, остались лишь географические названия. По ним можно узнать, на каких еще языках говорили прежде на Русском Севере.
Анализ дорусских названий показывает, что многие из них могут быть объяснены словами прибалтийско-финских языков (Нева — из нево, означающего «трясина», «болото»; Ладога — из финского слова со значением «волна» и т. д.). Но только часть названий допускает прибалтийско-финскую трактовку. Другие же требуют привлечения пермских, волжских, угорских языков уральской семьи. А самый древний пласт, по мнению многих ученых, относится к языку древнейших жителей Севера Европейской части СССР да и всей Северной Европы — к языку протосаамов, древнейших предков современных саамов.
Нынешние саамы говорят на саамском (лапландском) языке, близком к древнейшему прибалтийско-финскому. Однако ни внешний вид саамов, ни их обычаи, ни религиозные верования, ни образ жизни, ни быт не имеют почти ничего общего ни с эстонским, ни с финским. Да и в самом саамском языке есть явные остатки какого-то другого, неизвестного языка, на котором говорили далекие предки саамов до того, как в начале новой эры перешли на язык финно-угорской группы.
В настоящее время лингвисты пытаются выделить этот древний пласт, остатки протосаамского языка. И р, что о нем сейчас известно, заставляет некоторых ученых отнести протосаамский язык к самодийским языкам, образующим совершенно особую группу языков, составляющую вместе с финно-угорскими уральскую семью языков.

САЯНСКИЙ ВОПРОС

Самодийцев прежде называли самоедами. Происхождение названия самоеды объясняют тем, что одно из самодийских племен называло себя самоту; возможно, это и послужило основой для собирательного названия «самоеды». Есть и другое объяснение: название происходит от сочетания слов саамэ-една, то есть «земля саамов».
Ненцы, занимающие обширную территорию от Белого моря на западе до реки Енисей на востоке, — наиболее многочисленный из самодийских народов. Около 20 тысяч их считают родным ненецкий язык. Их восточными соседями являются нганасаны и энцы, живущие в Таймырском национальном округе и говорящие на особых языках—нганасанском и энецком. Нганасан всего лишь около 1 000 человек, а энцев и того меньше. Поданным Института этнографии АИ СССР, в 1963 году их было 342 человека.
Ненцы, нганасаны и энцы — это первые известные науке обитатели бескрайней тундры от полуострова Ямал до полуострова Таймыр. И все-таки эти народности сравнительно недавние гости в Заполярье. Об этом говорят данные самых разных наук, в том числе лингвистики. Например, в ненецком языке названия животных тундры и морских животных возникли явно позднее. Дело в том, что древние слова в современных языках уже не членятся на значимые части (корни, суффиксы и пр.). А слова недавнего происхождения и до сих пор осознаются как производные, сохраняют свой «внутренний образ». Сравните новые названия экзотических животных в русском языке муравьед, ленивец, утконос с древними, нечленимыми уже названиями; выдра (что когда-то значило «водяная»), бобер («бурый») и т. д.
У ненцев морж называется тивтей — «клыкастый», белуха — «вэбарка» («листоподобная»), белый медведь —сэр варк (от сер — «белый» и варк — «бурый медведь»). Значит, когда-то ненцы жили в более южных районах и не знали наименований северных животных. Зато в ненецком языке есть нечленимые на части (т. е. древние) наименования росомахи, белки, березы, сосны, кедра и других растений и животных, не характерных для флоры и фауны тундры.
О южном происхождении самодийцев говорит и то, что большинство самодийских языков расселены сейчас далеко на юг от Северного полярного круга. Собственно, на Крайнем Севере живут народы только одной из ветвей самодийской семьи: ненцы, близкие к ним энцы и нганасаны. Четвертый из нынешних самодийских народов — селькупы, говорящие на селькупском языке,— живет на реках Кеть, Тым, Таз, Турухан, притоках Оби и Енисея, то есть намного южнее зоны тундры.
Вплоть до XX века остатки самодийских народов жили в предгорьях Саян, примерно на две тысячи километров южнее от нынешнего обитания самодийцев.
Первые исследователи XVIII века, открывавшие Сибирь для науки, отмечали, что в районах Саянских гор живут койбалы, камасинцы, карагасы и другие племена, составляющие «многолюдное храброе самоедское колено». Ряд этих народностей исчез, другие перешли на тюркские языки. В главе «Тюркское море» упоминались тофалары, живущие в Саянах. Прежде тофалары назывались «карагасами» и говорили на одном из самодийских языков. Название главного города Тофаларии, Алыгджера, так же как и ряд других названий гор, рек, озер этого района нашей страны, объясняется с помощью самодийских слов. Точно так же самодийскими являются многие названия Тувы, Хакасии, Алтая.
В XVIII веке приезжавшим из России путешественникам удалось записать несколько сот слов на ныне вымерших карагасском, койбальском, моторском, тайгийском языках самодийской группы. А один из них — камасинский — существовал до самого последнего времени.
Самодийские языки, как доказано современной наукой, находятся в родстве с финно-угорскими; они входят в одну уральскую семью, представители которой расселились по огромной территории: от Будапешта на западе до Дудинки на востоке, от Новой Земли на севере до Саянских гор на юге.
Где же была колыбель уральских языков? Вплоть до IV века н. э., до начала движения тюркских племен, Восточная Европа была населена народами, говорившими на языках двух семей — индоевропейской (скифы, славяне, балтийцы) и уральской. Древнейшие уральцы, ведя кочевой, рыбацко-охотничий образ жизни, занимали обширные пространства от Балтики до Урала.
Связать какую-либо археологическую культуру с носителями индоевропейского праязыка не удается. А с пра-уральцами некоторые ученые связывают так называемую культуру гребенчатой керамики. Распространена эта археологическая культура от подножья Уральских гор вплоть до нижнего течения Одера в Силезии.

стр. 1
(общее количество: 3)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>