<< Пред. стр.

стр. 24
(общее количество: 29)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

осуществлявшейся в условиях
повышенной (по сравнению с
современной культурой)
чувствительности, восприимчивости
субъекта к сигналам окружающей среды.
Исходные прото-образы не содержали в
себе элементов интер-субъективности,
знания о том, что в этих
звукокомплексах является более
репрезентативным в отношении
коммуницируемого содержания, а что,
напротив, затрудняет возможности
взаимопонимания. (Тоже хорошего мало
208

- самый примитивный взгляд на вещи,
без учета того, что существенно, а
что малозначительно, случайно.)
Однако подобные комплексы
"незамутненных знанием" впечатлений,
зафиксированные в памяти человека,
служат источником нетривиальных
сопоставлений и ассоциаций (что очень
важно с точки зрения перспектив
нахождения творческих решений). В
свою очередь, сопоставления,
осуществляемые осознанно и
базирующиеся на современных формах
видения и осмысления мира, имеют в
своей основе, во-первых, те
представления о подобном, сходном,
которые существуют в настоящее время
в рамках данной культуры; во-вторых,
они используют данные, претерпевшие
многочисленные изменения вследствие
упорядочения, структурирования
информации, ее классифицирования,
именования и т.д. В результате, и те
содержания, которые участвуют в
подобного рода актах сопоставления,
не просто несут на себе отпечаток со-
временной культуры, но вообще (самым
непосредственным образом) являются ее
порождением. Следовательно, в них в
некоторой неявной форме отражены и
зафиксированы все те стереотипы
восприятия и осмысления мира, которые
присущи современной культуре (для

209

нахождения нестандартных решений это,
похоже, не так уж удобно).
Понятно, что для установления
нетривиальных аналогий (что многими
исследователями справедливо оце-
нивается как одно из необходимых
условий продуктивности мышления)
приходится пытаться выйти за пределы
этих стереотипов. Но как это
возможно, если оперирование
осуществляется в рамках системы
данных, базирующихся на этих
стереотипах, на основе представлений
о подобном (сходном, аналогичном),
которое существует в современной
культуре и включает эти стереотипы
как неотъемлемую составную часть?
(Тоже не очень обнадеживает).
Возможно, именно здесь оказывается
полезным тот альтернативный опыт
восприятия мира, который зафиксирован
в виде первичных прото-образов и
который постоянно пополняется за счет
получения новых компонентов
психических содержаний в результате
использования этих альтернативных
форм репрезентации информации. И
поскольку прото-образы базируются на
комплексах впечатлений субъекта,
постольку ассоциирование психических
содержаний может осуществляться на
основании, например, их сходной
переживаемости субъектом. Совершенно
ясно, что устанавливаемые на такой
210

основе ассоциативные связи могут
весьма существенно отличаться от тех,
которые базируются на выявлении
необходимых признаков сопоставляемых
объектов.
Здесь снова возникает возражение, что
аналогии, основанные на сопоставлении
собственных впечатлений, мало что
могут дать для рационального
осмысления проблемы. Однако, как нам
представляется, это не так. В первой
главе были подробно проанализированы
механизмы, обеспечивающие возможность
неслучайной и непроизвольной
репрезентации ситуаций в комплексах
впечатлений субъекта. На этом
основании мы можем делать вывод о
том, что в прото-образах, пусть в
наивной (с точки зрения современной
культуры) форме, но достаточно
адекватно отражались значимые для
человека как вида параметры жизненной
ситуации. Поэтому установление
ассоциаций на базе уподобления
комплексов собственных впечатлений
может иметь в своей основе серьезные
объективные корреляции, знание о
которых, кстати говоря, вполне может
оказаться утраченным в процессе
развития цивилизации в направлении
доминирования средств символической
репрезентации информации. То же
относится к тем пластам системы
личностных смыслов (а также к тем
211

механизмам оперирования информацией),
которые связаны с функционированием
образов-символов. Хотя по сравнению с
прото-образами они содержат элементы
интерсубъективного знания, более
опосредованно относятся к окружающей
реальности, все же при этом они
сохраняют отпечаток исходного,
эмпатического восприятия.
Преимущество образов-символов как
формы репрезентации информации мы
видим в том, что они объединяют в
себе противоположные способы освоения
мира - непосредственность и
спонтанность индивидуальных
интегральных образов с
интерсубъективностью, относительной
независимостью от сиюминутного
восприятия реалий окружающего.
Образы-символы позволяют в
максимально сжатой, спрессованной
форме адресоваться к тем содержаниям,
воспроизведение которых требовало
вначале оживления в памяти всего
комплекса связанных с ситуацией
впечатлений.
В форме образов-символов появляется
возможность выражать и
коммуницировать содержания ситуаций,
непосредственным участником которых
сам субъект не был. Образы-символы
служат источником возникновения
мыслительных конструктов, аналогов
которым в объективной реальности
212

человек не встречал. На этой основе
становится возможным возникновение
верований, разного рода фантазий, в
архаичной форме задающих картину
мира, принимаемую данным сообществом.
Применительно к анализу творческого
мышления эти особенности
репрезентации и оперирования инфор-
мацией с помощью образов-символов
играют немаловажную роль. В
частности, за счет "перевода"
проблемы на этот уровень анализа
удается в значительной степени отойти
от многих стереотипов символической
культуры и в то же время обратиться к
тем пластам содержаний, в которых
фиксирован непосредственный,
образный, целостный опыт субъекта.
Итак, мы стремились показать, что
самые различные способы представления
и оперирования информацией, о которых
речь шла в этой книге, имеют право на
существование в модели
функционирования творческого
мышления. Все они - на разных стадиях
и в различной степени - участвуют в
решении задач. Одни процедуры - сбор
данных, проверка гипотез, выведение
возможных следствий из того или иного
допущения - осуществляются с
преимущественным использованием
средств осознанного оперирования
информацией (символических или
образных - в зависимости от характера
213

задачи). Для других стадий,
традиционно выделяемых в рамках
творческого акта (инкубация, озаре-
ние), характерно доминирование
неосознанных механизмов переработки
информации, а также обращение к
пластам системы личностных смыслов,
зафиксированных в подсознании или
бессознательном.
Если же попытаться кратко
сформулировать выводы относительно
специфики трансформаций в характере
мыслительной активности при переходе
от осознанного анализа проблемы к ее
переработке на уровне подсознания
(бессознательного), то можно сказать,
что при этом осуществляется обращение
к принципиально иной сфере
психических содержаний, базирующихся
на иной картине мира и ином понимании
места человека в нем, а также
использование альтернативных механиз-
мов репрезентации и оперирования
информацией.


4. ЛИЧНОСТЬ И ТВОРЧЕСТВО
В этой главе мы попытаемся наметить
определенные механизмы
функционирования мышления, объяснить
некоторые эмпирически выявляемые
особенности восприятия и переработки
информации лицами с высоким
творческим потенциалом. При этом
особенно интересными кажутся нам
вопросы, связанные со спецификой
организации концептуальных структур,
ассоциативных сетей, особым статусом
стереотипов (когнитивных штампов) в
мышлении креативных личностей.
Известно, что способность более
эффективно оперировать противоречивой
информацией специалистами выделяется
в числе отличительных черт одаренных
людей1. На наш взгляд, эта их
особенность связана с иной (не только
количественно, но и качественно)
представленностью подсознательно
протекающих мыслительных процессов.
На уровне сознания человек не очень
удачно использует противоречивые
данные. И в частности, исследования
показали2, что в ситуациях, когда
____________________
1MacKinnon D.W. Creativity: a Multi-
faceted Phenomenon//Creativity. A
discussion at the Nobel Conference.
Amsterda;L.,1970. P.29-32.
2Posner M. Cognition: An
Introduction. Illinois,1973. P.80.
165

испытуемые были вынуждены
формулировать суждение на основе
совокупности признаков, содержавших
взаимоисключающие утверждения, их
мыслительная стратегия сводилась к
отбрасыванию одного из компонентов
противоречивой информации и принятию
решения на основании другого. При
этом выбор "оставляемого" признака
определялся некоторыми установками
достаточно общего характера:
собственными предпочтениями, сложив-
шейся системой представлений и т.п. С
чем же связана такая особенность
функционирования сознания? Рассмотрим
эти вопросы несколько подробнее.
В каждую единицу времени на органы
чувств человека обрушивается
гигантский поток информации. И лишь
весьма незначительная ее часть
осознается. В основном же она
фиксируется и репрезентируется неосо-
знанно. Это приводит к тому, что на
уровне подсознания функционирует
информация, миновавшая барьер со-
знания и критичности, не испытавшая
на себе действия мыслительных
процедур (структурирования, классифи-
кации, упорядочения и т.д.),
используемых в процессе вербализации
информации. Поэтому она обладает та-
кими свойствами, как
неупорядоченность, многообразное
переплетение свойств, связей,
166

отношений (да и сами они не
выделяются в том виде, в каком это
характерно для сознания), наличие
разнообразных оттенков, полутонов и
прочих затрудняющих упорядочение, но
более адекватно отражающих реальный
мир компонентов информации.
Сознание не может эффективно
функционировать в таких условиях: для
него характерно выделение ста-
бильного, однозначного,
последовательного. В определенном
смысле, наверное, можно утверждать,
что оно оперирует предельными
значениями (не исключительно ими, но
предпочтительно ими). А предельные
значения различных оттенков и
полутонов сведутся как раз к двум,
являющимся крайними точками
континуума. И поскольку сознание не в
состоянии их совместить - настолько
противоположными оказываются их
параметры - фундаментальную роль
начинает играть требование
непротиворечивости рассмотрения3. При
____________________
3Следует оговориться, что речь в
данном случае идет о сознательной
переработке информации в рамках
мышления, развившегося и фун-
кционирующего в современной
технократической цивилизации. Хорошо
известно, что существуют типы
мышления (например, архаичное или
167

таком понимании оно сводится,
фактически, к призыву, сделав ставку
на одно упорядочение континуума (и
лежащее в основе этого упорядочения
огрубление реальных связей), не
использовать при этом огрубления того
же континуума в противоположном
направлении.
В теоретических построениях такая
стратегия оправданна, поскольку
позволяет до конца раскрыть то со-
держание, которое скрыто в выбранном
предельном случае. И все результаты,
которые будут получены на этом пути,
окажутся однозначно относимыми именно
_____________________________________
мышление, сформировавшееся в рамках
альтернативных культур, - скажем,
буддистской), которые совершенно по-
иному относятся к противоречиям: или
нечувствительны к ним, что особенно
характерно для филогенетически ранних
форм культуры, или рассматривают
знание, представленное в логически-
противоречивой форме, как феномен
более высокого порядка, чем
дискурсивное знание, как средство
достижения особых состояний сознания.
Например: "Так Приходящий говорил о
всех мыслях как о не-мыслях, поэтому
их и именуют мыслями" ("Алмазная
праджняпарамита-
сутра"//Психологические аспекты
буддизма. Новосибирск,1991. С.118).
168

к данному исходному упорядочению
информации. Несоответствия, которые
неизбежно возникнут раньше или позже,
поскольку в основе всего лежало
изначальное огрубление реальных
связей и отношений, также будут од-
нозначно и недвусмысленно относимы к
выбранному упорядочению, а не к
некоторой нерасчлененной и не-
структурированной совокупности
исходных представлений.
Поэтому, очевидно, можно сказать, что
в противоречии реализованы предельные
состояния того континуума, который
существует в "картинке" подсознания и
с которым сознанию трудно справиться.
Противоречие - это, в некотором роде,
"ужас сознания" перед безграничностью
неосознаваемого, а закон
непротиворечия - это попытка
защититься от разрушительного для
него объема и немыслимого
разнообразия информации, которыми
оперирует подсознание.
Сознательная настроенность субъекта
на возможность допустить противоречие
в собственной картине мира уменьшает
порог восприятия неосознаваемого, в
результате чего данные
подсознательной переработки
информации оказываются более
доступными осознанию. Поэтому
внутренняя готовность субъекта
принять противоречие, признать его
169

правомерность (а не отбросить сходу
один из компонентов информации, как
не соответствующий действительности)
- важнейший эвристический фактор.
Существование на уровне сознания
противоречивых утверждений является
отражением того обстоятельства, что
субъект признает наличие
определенного несоответствия

<< Пред. стр.

стр. 24
(общее количество: 29)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>