<< Пред. стр.

стр. 3
(общее количество: 29)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

может2.
Итак, получается, что формирование
языка должно предшествовать
коммуникации. Но как это возможно?
Как может оказаться, что различные
члены сообщества обладают одним и тем
же пониманием сигналов, если:
эти сигналы не звукоподражательной
природы;
____________________
2Разумеется, если сообщение не
сопровождалось более понятными и
достаточно выразительными жестами. Но
и в этом случае предпосылка
адекватного усвоения информации -
наличие примерно одного и того же
значения жеста у "собеседников". Так,
отрицательное (для ряда культур)
покачивание головой для болгарина
означает утверждение. И напротив,
утвердительный наклон для него
равнозначен отрицанию. Совершенно
очевидно, что если представители раз-
личных культур не будут осведомлены о
значении жеста, понимания в ходе
общения вряд ли удастся достичь.
15

они не представляют собой различные
проявления эмоциональных состояний;
они не даны по соглашению.
Иначе говоря, как возможно
формирование сферы психических
содержаний (которую вслед за
Д.Смайлли удобно называть культурно
передаваемой экологической
информацией) в том случае, если мы
исходим из предпосылки естественного,
спонтанного развития языка,
осуществляющегося на своей
собственной основе, а не как
следствие дарованности его сообществу
(божеством или просвещенным
сородичем) и не по соглашению? Это
очень важный вопрос. В зависимости от
его решения по-разному предстает
логика формирования мыслительных
способностей человека.
Обращаясь к достаточно удаленным во
времени культурам, мы переносим
существующие в наше время стереотипы
восприятия и осмысления данных
(которые очень часто не осознаются)
на прошлые эпохи. Трудно избежать
такого перенесения: для этого
необходимо знать, что некоторое
положение, имеющее статус бес-
спорного, на самом деле ограничено
рамками данной культуры. Однако это
знание уже предполагает наличие
предварительной адекватной оценки той
культуры, к осмыслению которой
16

исследователь приступает. Получается,
что для того, чтобы верно (насколько
это вообще возможно) оценить феномены
достаточно удаленной от нас культуры,
надо знать, как их следует оценивать,
то есть знать, какие компоненты
составляют достояние более поздних
форм развития человеческой
жизнедеятельности.
Как видим, во многом это внутренне
противоречивая задача. Именно поэтому
так затруднены какие-либо
реконструкции логики формирования и
функционирования элементов прошлых
культур. Вместе с тем, история
развития науки показывает, что такие
реконструкции все-таки возможны. При
этом, очевидно, самое надежное
средство избежать ошибок
неоправданной экстраполяции -
попытаться отказаться от любых исход-
ных установок, которые в конечном
счете могут оказаться стереотипами
нашей культуры.
Учитывая все эти моменты, попытаемся
задать себе вопрос: как возможно, что
представители одного сообщества
оказываются обладателями сходных
психических содержаний, именуемых
сходным образом?3
____________________
3Еще раз напомним, что сложности
возникают в том случае, если мы хотим
объяснить это явление на его
17

Фундаментальная важность решения
этого вопроса осознавалась многими
исследователями на протяжении более
чем двухтысячелетней истории изучения
языка. Для выявления истоков его
формирования создавались концепции,
затрагивающие различные стороны фун-
кционирования такого многопланового
феномена как язык. Анализу этих
концепций посвящено значительное
количество исследований4, и мы не
будем останавливаться на этом
вопросе. Отметим лишь, что с самого
начала обсуждения проблемы
происхождения языка выделялись два
подхода: "по установлению" и "по
природе".
В соответствии с первым язык создан
некоторым творцом (Богом или
наилучшим из людей) и затем дарован
остальным. Второй вариант решения -
язык сформировался естественным

_____________________________________
собственной основе и рассматриваем
лишь те содержания, которые не
являются по своей природе
звукоподражательными, не даны по
соглашению, не являются формой
спонтанных эмоциональных реакций.
4Соответствующие данные можно найти,
например, в книге: Донских О.А.
Происхождение языка как философская
проблема. Новосибирск, 1984.
18

путем: имена каким-то образом
отражают сущность обозначаемого.
Оба подхода, как известно,
сталкиваются с определенными
трудностями. Относительно первого
можно сказать, что адресованием
данной проблемы к некоему творцу она,
фактически, снимается. Второй подход
по многим причинам представляется нам
предпочтительным. При таком понимании
предполагается объяснимой
непроизвольная, неслучайная природа
слов, а также то, почему язык, не
будучи привнесенным извне или на-
вязанным, оказывается достоянием
всего сообщества и может выполнять
коммуникативную функцию. Эти
возможности реконструкции ситуации
кажутся весьма привлекательными. Но к
сожалению, в рамках данного подхода
неясным остается ключевой вопрос:
каким образом набор звуков
оказывается способным передать
существо (сущность, содержание) того,
что им обозначается?
На наш взгляд, единственный способ
правдоподобно реконструировать логику
формирования языка - это попытаться
найти объяснение "словотворчеству" в
природе самой человеческой
познавательной активности, которая не
предполагала бы осуществления предва-
рительной работы по осмыслению и
реорганизации информации.
19

Современная модель происхождения
языка предполагает, что он
формируется в процессе общественно-
исторической практики как элемент
культуры. Человек вычленяет наиболее
значимые и устойчивые компоненты
своего опыта и закрепляет за ними
определенные языковые ярлыки. Так
складываются те составляющие языка,
которые в рамках компаративно-
лингвистических исследований получили
название базисной лексики. В ходе
последующего развития языка
оформляются более поздние его
компоненты, имеющие культурную
природу и представляющие собой
результат заимствований, конвенций и
др. Однако в плане выявления осо-
бенностей функционирования мышления
наиболее существенным нам кажется
именно анализ предпосылок
формирования базисной лексики, как
отражающей более ранние этапы
становления мышления и более непо-
средственно фиксирующей его
особенности. Тогда, если принять, что
естественный язык в своих
существенных компонентах (имеется в
виду прежде всего базисная лексика)
не есть результат произвольного
навешивания звуковых ярлыков на
устойчивые элементы человеческой
практики и опыта (включая
соматические компоненты), то между
20

именами, зафиксированными в есте-
ственном языке, и элементами
структуры человеческого опыта должна
существовать определенная глубинная
связь.
В так называемых "ранних",
"архаичных" культурах эта связь
мыслилась достаточно
непосредственной: имя - такой же
атрибут предмета, как его цвет, форма
и т.д. Например, североамериканский
индеец "... относится к своему имени
не как к обычному ярлыку, но как к
самостоятельной части своего тела
(подобно глазам или зубам) и
пребывает в уверенности, что от
дурного обращения с именем
проистекает не меньший вред, чем от
раны, нанесенной какому-либо
телесному органу"5.
Выражением подобной установки
являются магические обряды и разного
рода ухищрения, направленные как на
то, чтобы скрыть подлинное имя, так и
на то, чтобы, узнав это имя,
воздействовать на его носителя.
Против гипотезы о произвольном
именовании свидетельствуют, на наш
взгляд, и некоторые экспериментальные
исследования. И прежде всего данные о
том, что звуковое оформление
____________________
5Фрэзер Дж.Дж. Золотая ветвь.
М.,1984. С.235.
21

выражений не безразлично к их
содержанию, определенным образом
соотносится с областью смысловых,
содержательных характеристик6. В
частности, оказалось, что в тех
случаях, когда испытуемым
предлагались наборы бессмысленных
звукокомплексов и наборы абстрактных
графических изображений, они
увязывали определенные звукокомплексы
с определенными содержаниями с
вероятностью, существенно превышающей
возможность случайных совпадений. При
этом отмечались некоторые
субъективные переживания,
сопровождавшие осознание подобного
соотнесения: по отзывам, результат
как бы вспыхивал, мгновенно появлялся
в сознании, как будто само сочетание
звуков "навязывало" некоторое
содержание. Правда, следует отметить,
отношения между звукокомплексами и
содержаниями выявились более сложные,
чем просто "навязывание" первым
последнего. Оказалось, что и
содержание графических изображений
влияло на восприятие бессмысленного
____________________
6Баиндурашвили А.Т. Некоторые
характерные особенности речевого
знака в аспекте проблемы реальности
бессознательного психичес-
кого//Бессознательное. Тбилиси,1978.
Т.3.
22

набора звуков, в результате чего
некоторые его компоненты акцентирова-
лись, субъективно воспринимались как
более значимые, другие же выступали
скорее как фон.
Подобные исследования, на наш взгляд,
помогают понять, почему некоторые
бессмысленные утверждения достаточно
устойчиво соотносятся с определенными
содержаниями в сознании людей.
Свидетельства в пользу подобных
увязываний могли бы быть умножены.
Достаточно вспомнить классический
пример: "Глокая куздра штеко
будланула бокра", - и станет понятно,
что, несмотря на бессмысленность
каждого из компонентов фразы, мы
можем извлечь определенное содержание
из данного утверждения. По крайней
мере довольно однозначно понимается,
что речь в нем идет о некоем
агрессивном и неприятном существе,
напавшем на беспомощную, незащищенную
жертву. Ясно, что немалая роль в
таком понимании принадлежит
синтаксическим маркерам (например,
окончаниям, суффиксам, глагольным
формам), но, как представляется, этим
не исчерпываются те "ключи по-
нимания", которые действуют в данном
случае. На наш взгляд, они сродни тем
неявным зависимостям звукокомплексов
и некоторых ранних, в настоящее время
недоступных осознанию содержаний,
23

которые играют важную роль и в
упомянутом выше эксперименте.
Существование всех этих сложных и
неочевидных зависимостей нуждается в
объяснении. Если исходить из того,
что язык сложился естественным путем,
а не был привнесен извне, то следует
допустить, что в основе формирования
определенных его аспектов (и в первую
очередь, базисной лексики) лежало
существование некоторых сущностных
зависимостей между звукосочетаниями и
репрезентировавшимися с их помощью
относительно устойчивыми фрагментами
человеческого опыта. Иначе говоря,
определенные стабильные сочетания
звуков представляли собой
специфически человеческий способ
репрезентации информации,
опосредованный спецификой организации
органов чувств, мозга, голосового
аппарата человека. Относительно
органов чувств и мозга можно сказать,
что особенности их функционирования
обусловлены спецификой земной среды
обитания, к восприятию которой они
адаптированы. Что же касается
голосового аппарата, то, вероятно,
одна из его функций - передача
значимой информации в рамках сооб-
щества. Подобного рода система,
призванная коммуницировать информацию
с минимальной затратой энергии при
максимальной результативности, могла
24

бы быть наиболее эффективной, если
порождаемые ею сигналы были бы в
каком-то отношении той же природы,
что и сигналы, поступающие извне.
Ведь восприниматься и
перерабатываться эта "внутренняя"
информация должна органами чувств и
мозгом, адаптированными к восприятию
и переработке сигналов внешней среды.
Таким образом, получается, что
система "органы чувств - мозг -
голосовой аппарат" должна быть
приспособлена к порождению звуков и
формированию звукосочетаний, в каком-
то очень глубоком отношении род-
ственных сигналам, поступающим к
человеку из среды обитания. Это
обеспечивает высокую экономичность
подобной системы (в частности, не
требуется дополнительного
приспособления органов чувств и мозга
к восприятию ее собственных
сигналов).
Но в каком случае эффективность
подобной системы была бы еще выше?
Очевидно, если результирующие
звукокомплексы не только были бы в
некотором глубинном отношении той же
природы, что и обусловившие их
возникновение сигналы внешней среды,
но если бы они достаточно однозначно
выражали фиксированные в них
содержания.

25

Если согласиться с возможностью
подобной репрезентации специфическими
коммуникативными средствами
(сочетанием звуков) значимых для
человека фрагментов среды, тогда
получается, что звукокомплексы в
выражениях базисной лексики праязыков
фиксируют специфически человеческие
особенности восприятия и осмысления
соответствующих компонентов его
опыта.
Очевидно, весь комплекс восприятий,
когда-то живо стоявших за такими
звукосочетаниями, ушел глубоко в
сферу бессознательного. В то же время
он, безусловно, представляет собой
нечто общее для целой культуры (т.е.
межличностный, надындивидуальный
опыт), является коллективным
продуктом и коллективным достоянием.
Если допустить подобную зависимость
между устойчивыми звукокомплексами и

<< Пред. стр.

стр. 3
(общее количество: 29)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>