<< Пред. стр.

стр. 50
(общее количество: 69)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

The Harvard Index of General Business Conditions.
2
См. Обзоры Гарв. бюро, печатающиеся регулярно в "Review of economic
statistics", а также систематически издаваемые бюро "Weekly Letters".
1
См. Barometer for Economic Conditions in the U.K., compiled by London School of
Economics (Manchester Guardian Commercials. Reconstruction in Europe. Iss. III).
CM. ежемесячные публикации "London and Cambridge Economic Service".
2
Cp. Beveridge W.H. Business cycles and their Study//London and Cambridge
Economic Service Monthly Bulletin. 1925. Vol. 3. P. 1-7.
1
Ср. Denis H. Op. cit. S. 1-11.
2
Ср. Ильин В. Развитие капитализма в России, 1908. Гл. I. Ср. Струве П.
Критические заметки. К вопросу об экономическом развитии России, Вып. I.
Спб., 1894. Особенно гл. VI. Ср. Тугай-Барановский М, Русская фабрика в
прошлом и настоящем. Т. 1. Спб., 1907. Ч. II. Гл. I, IV-V.
3
Ср. В.В. Судьбы капитализма в России. Спб., 1882. Он же. Очерки
теоретической экономии. Спб., 1895. Ср, Николай-Он. Очерки нашего
пореформенного общественного хозяйства. Спб., 1893, passim, особенно гл. XV,
XXV и XXVII,
4
Ср. Лист Фр. Национальная система политической экономии/Пер. под ред. К.В.
Трубникова. Спб., 1891, passim, в частности с. 443 и сл.
1
См. Lendru-Rollin A.A. De la decadance de l'Angleterre. V. 1-4. P., 1850.
2
См. Гильдебранд Б. Политическая экономия настоящего и будущего/Пер. М.П.
Щепкина. Спб., 1860. С. 193 и сл.
3
Ср. Крукс В. Хлебный вопрос. М., 1909.
4
Ср. Брукс-Адаме. Новая Держава. М., 1909.
5
Многочисленные примеры предвидения этого тина можно найти у Кондорсэ,
Копта, Мальтуса, Рикардо, Родбертуса и др, См. также примеры: BragaT.
Previsions sociologiques//Rcvue international de sociologie. XIX, 1919. P. 549-563.


ПЛАН И ПРЕДВИДЕНИЕ*
(К ВОПРОСУ О МЕТОДАХ СОСТАВЛЕНИЯ
ПЕРСПЕКТИВНЫХ ПЛАНОВ РАЗВИТИЯ
НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА И СЕЛЬСКОГО
ХОЗЯЙСТВА В ЧАСТНОСТИ)

1
Наше время проходит под знаком внедрения планового начала в ход
хозяйственной жизни страны. Лозунг построения хозяйства на плановых началах
является одним из важнейших лозунгов наших дней. Он дал сильный толчок к
построению планов развития народного хозяйства в целом и по отдельным его
отраслям. Вот уже несколько лет после революции в стране идет интенсивная
работа над построением планов. Ежегодно строятся операционные планы на год,
строятся перспективные планы на 3-5 и более лет. Сейчас строится генеральный
план на 10-15 лет. Работа над различными планами идет в губерниях, идет в
областях, идет в республиках, идет по ведомствам и в Госпланах. Пишутся и
печатаются объемистые тома планов развития народного хозяйства и различных
отраслей его по союзу, республикам и районам. Так, например, напечатанный
перспективный план развития сельского хозяйства Сибирского края содержит
792 с., план развития сельского хозяйства Томской губернии - 718, сельского
хозяйства Северного Кавказа - 1877 с. Вышедшие "Пятилетние гипотезы" только
по 26 отраслям промышленности дают свыше 3000 стр. Можно без
преувеличения сказать, что многие сотни работников заняты "творчеством"
планов.
Само собою ясно, что такое увлечение построением планов еще совершенно не
гарантирует осуществления планового начала в действительной хозяйственной
жизни. Это массовое увлечение построением планов не гарантирует даже и того,
что составляемые планы доброкачественны или достаточно доброкачественны,
что в этой области работы положение благополучно, что планы действительно
помогают в работе по регулированию хозяйственной жизни или помогают в той
мере, в какой это было
567
бы необходимо. Практика составления планов порождает в этом отношении
немало сомнений. Достаточно отметить, что в различных органах, ведомствах и
республиках планы составляются на различные несогласованные сроки и
различными методами; что планы развития одной и той же отрасли (например,
сельского хозяйства) составляются одновременно в различных ведомствах и
причем на различные сроки, различными приемами, давая различные выводы;
что планы составляются и почти немедленно пересматриваются, часто не получая
далее должного утверждения, и т.д. Конечно, нельзя забывать, что дело
составления планов - дело новое. В таком деле ошибки неизбежны, особенно в
первое время. Но все же современное состояние работы над планами, призванной
помочь преодолению и реорганизации стихийно хозяйственных процессов жизни
на новых рациональных началах, производит то неотразимое впечатление, что
нас захлестывает своего рода "стихия самой плановой работы", что некоторая и,
возможно, значительная часть плановой работы страны проходит без
достаточного и, может быть, без всякого эффекта. Совершенно бесспорно
поэтому, что сама плановая работа требует планового упорядочения.
Она требует упорядочения организационного. Не в меньшей, если не в большей
степени она требует усовершенствования со стороны самих методов построения
планов.
В данной статье мы совершенно или почти совершенно не касаемся
организационных вопросов. В ней мы хотели бы, учитывая уже накопившийся
опыт предыдущего времени, остановиться на вопросах методов построения
планов. При этом мы не имеем в виду весь цикл вопросов методологии
построения планов, а лишь некоторые из них. Мы подходим к вопросу о методах
построения планов с той стороны, которая до сих пор оставалась почти
совершенно в тени. Как будет показано ниже, планы будущего развития
хозяйству имеют теснейшую связь с предвидением этого будущего. Но если это
так, то очевидно, что методы построения планов должны быть в достаточной
мере согласованы с возможностями такого предвидения. Мы и рассматриваем из
вопросов методологии построения планов преимущественно те, решение которых
связано с проблемой возможностей предвидения и пределов этих возможностей.
Но именно эти вопросы, на наш взгляд, являются основными вопросами
построения планов и направления всей плановой работы по надлежащему руслу.
Для ясности и простоты мы ведем рассуждение применительно к построению
перспективных планов. Но по существу наши положения имеют более широкое
значение и mutatis mutandis, приложимы ко всем планам вообще.
568
Когда мы говорим о планомерном развитии народного хозяйства, то понимаем
под этим такое развитие его, которое соответствует определенным задачам,
поставленным руководящими органами экономической политики. Планомерное
развитие народного хозяйства мы противополагаем поэтому стихийному,
лишенному целевого руководства развитию его. Строго говоря, в истории нет и
не было такого народного хозяйства, развитие которого совершалось бы без
всякого воздействия со стороны органов экономической политики. Если взять
народное хозяйство товарно-капиталистического строя, то и его развитие
совершается при воздействии системы экономической политики, преследующей
те или иные цели. Однако это не значит, что роль планового начала у нас и в
капиталистических странах одна и та же. Она различна и притом не только
количественно, но и качественно. Воздействие государства на ход хозяйственной
жизни при частнокапиталистическом строе ограничивается относительно узкими
сферами хозяйства и, как правило, имеет косвенный характер. Государство
воздействует на народное хозяйство через таможенную и тарифную политику,
через законодательство о союзах предпринимателей, о продолжительности
рабочего дня и т.д. Системой таких мероприятий государство стремится
поставить ограничения или, наоборот, способствовать развитию тех или иных
отраслей хозяйства, тех или иных форм его организации и т.п. Но при этом
государство, обычно за небольшими исключениями (в некоторых странах
железные дороги и другие предприятия), не является непосредственным
руководителем хозяйства; оно предоставляет самому хозяйствующему населению
учесть существующие условия, в том числе и условия, создаваемые упомянутой
системой мероприятий, и, приспособляясь к этим условиям, автономно
руководить своими частными хозяйственными предприятиями.
Иную картину наблюдаем мы у нас. Государство сосредоточило в своих руках
почти всю промышленность и транспорт, почти всю кредитную систему и
значительную часть торговли. При таких условиях в отношении этих областей
хозяйственной жизни (сектор государственного хозяйства) роль государства
сводится не только к косвенному воздействию на них при помощи тех или иных
мероприятий, но и к непосредственному руководству ими. Наше государство
выступает не только в роли силы, воздействующей на них со стороны, но в
основе и в роли
569
их хозяина и руководителя. Мы говорим - в основе и вот почему. После
установления нэпа государственные предприятия существуют на хозяйственном
расчете и связаны как между собой, так и с частными предприятиями через
рынок. Государство предоставило своим предприятиям известную долю
хозяйственно-оперативной автономии. Но все же в конечном счете основные
нити руководства работой государственных предприятий объединены в руках
центральных органов экономической политики. При этих условиях естественно,
что в указанных отраслях наши хозяйственные планы являются не только
планами воздействия, но в значительной мере и планами руководства этими
областями хозяйства.
Выставленное положение целиком верно в отношении почти всей
промышленности, транспорта, кредита, значительной части торговли. В
несколько меньшей степени оно имеет силу в отношении к общественно-
кооперативным предприятиям. Но оно существенно и в отношении к сельскому
хозяйству, а также в отношении к существующим частным, промышленным,
торговым и кредитным предприятиям. Здесь государство уже выступает не в
роли непосредственного хозяина-руководителя, а лишь в роли регулирующей и
воздействующей силы. Поэтому здесь и планы являются прежде всего планами
воздействия, а не планами непосредственного руководства.
Отсюда, если положение государства у нас в отношении планирования сектора
государственного хозяйства, можно сказать, принципиально иное по сравнению с
положением, которое государство занимает в капиталистических странах, то,
наоборот, в отношении планирования сельского хозяйства и частных торгово-
промышленных и других предприятий положение государства у нас уже гораздо
более близко с положением его в капиталистических странах. Более близко, но
все же не тождественно. И в отношении планирования сельского хозяйства и
других областей частного хозяйства положение государства у нас, несмотря на
сходство с положением его в капиталистических странах, все же существенно
отлично. Различие это лежит в том, что, имея в своих руках землю,
преобладающую часть промышленности, транспорта, кредитной системы и
значительную часть торговой сети, государство в наших условиях располагает
значительно большими возможностями воздействия на сферу частного хозяйства,
чем это есть в капиталистических странах.
570
Таким образом, хотя исторически и не существует такого народного хозяйства,
которое развивалось бы вне всякого воздействия со стороны государства, тем не
менее условия и характер этого воздействия у нас и в капиталистических странах
обладают глубокими отличиями. И если мы рассматриваем систему
частнокапиталистического хозяйства как систему децентрализованную,
построенную на принципах конкуренции (правда, всегда в той или иной мере
ограниченной государством или частными монополистическими организациями),
как систему, при которой рынок с его стихийными законами играет роль
основного регулятора, то систему нашего хозяйства мы уже не можем
характеризовать теми же чертами. С точки зрения основ строения она
представляется более сложной. С одной стороны, она построена на основе
децентрализации и на принципе конкуренции (сельское хозяйство, частная
торговля и т.д.), с другой - она построена в основе на началах централизации и на
принципе сознательного руководства со стороны органов государственной
политики. Отсюда борьба двух начал в системе нашего хозяйства: стихийного и
планового. Стихийное начало имеет свои корни в сфере конкурентно-рыночных
отношений сектора частных хозяйств. Стихийное начало, далее, частью
привносится в наше хозяйство, а частью усиливается в нем также тем, что мы
находимся в окружении мирового рынка. Плановое начало базируется на основе
централизации в руках государства значительной части орудий и средств
промышленного производства, транспорта и т.д.
В силу того, что то и другое начало в нашем хозяйстве дано в достаточно резко
выявленной форме, ни то, ни другое в отдельности не дано у нас в чистом виде.
Поскольку у нас существует рынок, поскольку и предприятия государственного
сектора одной стороной своей жизни втянуты в рыночные отношения и
вынуждены считаться с рынком как с фактом, стихийное начало вторгается и в
орбиту сектора хозяйства, находящегося под непосредственным руководством
государства. Поскольку, наоборот, государство непосредственно руководит
значительной областью хозяйственной жизни и благодаря этому располагает
возможностями мощного воздействия на сферу частного хозяйства и на рынок,
стихийное начало под влиянием этого воздействия дано у нас неизбежно в
трансформированном виде.
Из предыдущего с достаточной определенностью вытекает, что планирование,
планомерное руководство хозяйством или
571
планомерное воздействие на него в наших условиях, по самому существу нашего
социально-экономического режима есть его необходимое условие. Этим
достаточно определяется его исключительно большое значение у нас. В таком
случае ясно, что приобретает особо важное значение у нас и построение планов.
Если более или менее крупный частный предприниматель, картель, трест и т.д.
всегда имеет известный план ведения своего предприятия, если известный план
воздействия на хозяйство имеет капиталистическое государство, то в наших
условиях, как ясно из предыдущего, построение плана является одной из
важнейших предпосылок управления хозяйством. Но если планы в наших
условиях столь необходимы, то, очевидно, столь же необходимо и то, чтобы эти
планы были удовлетворительными и реальными планами, планами, на которые
было бы возможно опираться в руководстве народным хозяйством.
3
Что же такое план и из каких элементов он слагается? Очевидно, что логически
план прежде всего содержит в себе ту систему перспектив, реализация которых
имеется в виду органами регулирования хозяйства. Сюда относятся, например (в
зависимости от того, с какой областью хозяйства мы имеем дело), перспективы в
отношении роста продукции различных отраслей промышленности, перспективы
повышения производительности труда, развития различных культур сельского
хозяйства, изменения организационных типов сельского хозяйства, роста его
товарности, кооперирования и т.д. Построение тех или иных перспектив является
необходимым элементом всякого плана, будь то план развития промышленности
или план развития сельского хозяйства. Всякий план содержит в себе ту или
иную систему хозяйственных перспектив.
Но какие перспективы можно выдвинуть в тот или иной момент при построении
плана и чем могут руководствоваться государственные органы, выдвигая те или
иные перспективы? При построении перспектив возможны два пути, но
приемлем из них только один. Первый путь - построение перспектив в
зависимости исключительно от наших более или менее отдаленных социально-
экономических целей. Этот путь неприемлем для построения планов. Сам по себе
он не в состоянии привести к такой системе перспектив, которые реально
осуществимы в течение интересующего нас в плане отрезка времени, которые
572
могут быть, следовательно, руководящими указаниями реального плана. Наши
отдаленные цели и устремления могут быть принципиально правильными.
Однако, как таковые, они не укладываются в рамки того относительно короткого
отрезка времени, на который составляется план. Но "человечество ставит себе
только осуществимые задачи". И если мы строив реальные планы, то мы должны
строить и осуществимые перспективы. Отсюда совершенно очевидно, что при
построении перспектив в плане мы не можем руководиться только отдаленными
общими целями. Совершенно очевидно, что мы должны иметь объективный
критерий, руководясь которым было бы возможно сказать, что из наших
отдаленных задач и в какой форме может быть реализовано в ближайший
отрезок времени. Откуда же может быть взят этот критерий? Этот критерий мы
можем почерпнуть только из анализа действительности, то есть из анализа
положения хозяйства и возможностей его стихийного развития, с одной стороны,
и из анализа имеющихся у нас объективных средств воздействия на этот
стихийный ход развития в смысле направления его по желательному руслу - с
другой.
Таким образом, те реальные перспективы, которые мы выдвигаем в планах, могут
быть найдены и должны строиться на основе учета не только наших отдаленных
целей, но и на основе анализа хода объективной действительности с учетом
возможного влияния на него со стороны наших мероприятий. Следовательно, эти
перспективы в принципе являются не простым выражением стихийно
необходимого хода событий, но и не простым выражением только наших
пожеланий и наших усилий. Они являются выражением желательных
результатов хозяйственного строительства в рамках возможного.
Конечно, при построении перспектив желательные, целевые элементы в рамках
возможного должны найти полное выражение. Но все же только в рамках
возможного и не больше, ибо все, что оказалось сверх этой границы, оказалось
бы в конце концов и нереальным, и ненужным, вредным для практики
планирования. Так, когда мы строим перспективный план развития сельского
хозяйства или промышленности, мы, конечно, должны нарисовать максимально
возможные перспективы повышения производительности сельскохозяйственного
труда, повышения товарности сельского хозяйства, роста его индустриализации,
снижения себестоимости промышленной продукции и т.д. С чисто целевой точки
зрения чем шире эти перспективы,
573
тем лучше. Но было бы величайшим самозаблуждением строить эти перспективы
вне связи с границами достижимых результатов. Действительность все равно
заставит ценой, быть может, тяжелой расплаты за ошибки свести перспективы к
рамкам реально достижимого. И мы должны ставить в плане именно эти
реальные перспективы, хотя бы они субъективно нас и не удовлетворяли.
Это и есть второй, единственно приемлемый путь построения перспектив в
плане. Только этот путь и может привести к построению реальных задач и,
следовательно, реального плана.
Отсюда ясно, что построение тех или иных перспектив, если план хочет быть
реальным планом, - а только о таком плане и стоит серьезно говорить, - может
быть осуществлено лишь в случае, если на основе изучения объективного
положения народного хозяйства и тенденций его развития (под влиянием
стихийных и рациональных условий) будет установлено, какие наши задачи
могут быть реализованы в течение интересующего нас времени. Это положение
верно как в отношении построения планов развития сельского хозяйства, так и в
отношении построения планов развития промышленности, транспорта и других
отраслей народного хозяйства. Его мы хотели бы подчеркнуть потому, что
существует, на наш взгляд, чрезмерно категоричное и в этой своей
категоричности ошибочное мнение, будто значение анализа объективной
действительности для построения планов сельского хозяйства, с одной стороны,
и промышленности (а также других отраслей сектора государственного
хозяйства) - с другой, принципиально иное. Утверждают, что построение
перспективных планов сельского хозяйства должно опираться на генетический
метод, то есть на принцип простой экстраполяции стихийных тенденций этой
действительности на будущее. Вместе с тем утверждают, что построение
перспектив развития промышленности должно опираться на телеологический
метод, то есть на метод, когда перспективы развития промышленности
выдвигаются в качестве независимой целевой установки и когда значение
анализа тенденций действительности отводится на второй план, если не теряет
своего значения вовсе1. Нам кажется, что это мнение в такой категорической
форме ошибочно.
574
Неверно, что перспективы развития сельского хозяйства в плане должны быть
простой экстраполяцией фактических тенденций. Тогда, собственно, плана в
отношении сельского хозяйства вовсе не будет. По существу и к плану сельского
хозяйства предъявляется требование, чтобы он строил перспективы с учетом
возможных и желательных изменений в сельском хозяйстве под влиянием наших
мероприятий. Именно так и строятся эти планы в действительности. И если они
чем-либо грешат, то иногда как раз обратным: излишним преобладанием
недостаточно обоснованных телеологических моментов. С другой стороны, не
только при построении планов сельского хозяйства, но и при построении планов
промышленности мы не можем обойтись без учета положений и тенденций
развития объективной действительности. Выше мы отметили, что в отличие от
сектора частного хозяйства промышленность, транспорт и т.д. находятся под
непосредственным руководством государства. Но, как мы видели, это не значит,
что сектор государственного хозяйства стоит вне связи со стихийными
тенденциями сектора частного хозяйства. Это не значит, что в отношении сектора
государственного хозяйства государство всемогуще. При этих условиях, конечно,
можно построить те или иные перспективы развития промышленности без учета
объективной обстановки. Можно нарисовать очень заманчивые перспективы. Но
где гарантия, что эти перспективы будут осуществлены? Где гарантия, что мы на
самом дело, в действительности найдем средства для их осуществления? Где
гарантия, что паши планы окажутся не простыми воздушными замками, а
действительно реальными планами? Совершенно очевидно, что они окажутся
реальными планами лишь в том случае, если перспективы развития
промышленности будут построены также с учетом объективной
действительности, если они будут построены с учетом тенденций рынка,
возможностей снабжения промышленности сырьем, рабочей силой, оборотными
средствами, техническим оборудованием и т.д.
Иначе говоря, учет объективной обстановки принципиально столь же необходим
при построении планов промышленности, как и при построении планов развития
сельского хозяйства. И генетический и телеологический методы должны быть,
очевидно, использованы как при построении одних, так и при построении других.
Различие же между первыми и вторыми планами обусловливается вовсе не тем,
что в одном случае мы пользуемся генетическим методом, а в другом -
телеологическим методом. Различие это лежит в ином, а именно в пределах
возможного влияния государства на промышленность и на сельское
575
хозяйство. Как ясно из предыдущего, пределы такого влияния в том и другом
случае различны. Раз промышленностью государство непосредственно
руководит, а на сельское хозяйство оно лишь воздействует, то отсюда степень
влияния государства на промышленность значительно больше и качественно
шире, чем на сельское хозяйство. Отсюда естественно, что при построении
планов развития промышленности мы можем ставить себе и такие задачи, как,
например, закрытие тех или иных предприятий или, наоборот, организация новых
предприятий, каких мы не можем ставить по существу в области сельского
хозяйства. Но это вовсе не значит, что задачи и перспективы в области развития
промышленности мы можем строить по произволу, просто потому, что мы так
хотим, без учета объективной возможности, то есть без апелляции к
генетическому методу.
Таким образом, построение перспектив как в плане развития сельского хозяйства,
так и в плане развития промышленности неизбежно опирается как на
телеологический метод, так и на метод генетический. И различие в употреблении
того и другого при построении этих планов, если оно существует, не
качественного, а количественного характера.
Выше мы показали, что построение перспектив является необходимым
элементом плана. Из последующего анализа существа перспектив выяснилось,
что построение их предполагает наличие двух других элементов плана. Первым
таким элементом является анализ объективной хозяйственной действительности
и тенденций ее стихийного развития. Второй - построение системы мероприятий
и средств воздействия государства на ход этого стихийного развития в целях
направления его по максимально желательному руслу. Таковы три логически
основные и необходимые элементы построения плана. Выделяя их, мы, конечно,
не утверждаем, что при фактическом построении плана, тем более при его
литературной обработке, его необходимо разбить на соответствующие три части
с вытекающими отсюда наименованиями их и т.д. Нас интересует здесь не
программа составления плана, не фактическое расположение в нем материала, а
его логическая структура.
4
Если теперь мы внимательно присмотримся к существу выделенных трех
элементов плана, то легко убедимся в том, что построение каждого из них имеет
теснейшую связь с проблемой
576
предвидения хода социально-экономических явлений действительности.
В этом нетрудно убедиться. В самом деле, если для формулировки перспектив в
плане необходим анализ хозяйственной действительности и ее стихийного хода,
то каких результатов ожидаем мы от этого анализа? Удовлетворит ли нас такой
анализ, если он ограничится изучением хозяйственной действительности
прошлого, даст описание ее, вскроет тенденции ее в прошлом и, может быть,
объяснит их? Ясно, что нет. Если мы строим план, если мы строим перспективы
на будущее и если мы ищем обоснование этих перспектив (в указанном выше
смысле) в условиях действительности, то мы не можем ограничиться при анализе
действительности только изучением прошлого. Само по себе это прошлое еще не
может служить достаточным аргументом ни за, ни против тех или иных
перспектив. Чтобы сделать определенные выводы за или против выдвигаемых
перспектив из анализа действительности, мы, очевидно, должны в результате
этого анализа сделать выводы о вероятных тенденциях хозяйства на будущее в
рамках интересующего нас периода. Мы должны определить, в каком
направлении пойдет это развитие, к каким результатам оно может привести само
по себе стихийно, вне нашего сознательного воздействия на хозяйственную
действительность. Но если это так, то что значит в результате анализа прошлого
сделать выводы относительно вероятного будущего? Это значит предвидеть
его. И если в некоторых фактически построенных перспективных планах не
осознается вовсе или не осознается достаточно отчетливо, что на основе анализа
действительности мы должны прийти к предвидению вероятного хода ее в
будущем, то логически это означает, что в таких случаях выдвигаемые такими
планами перспективы строятся без достаточных объективных оснований. Это
значит, что в этих планах перспективы недостаточно согласованы с
возможностями их осуществления, поскольку осуществление определяется

<< Пред. стр.

стр. 50
(общее количество: 69)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>