<< Пред. стр.

стр. 52
(общее количество: 69)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

материалов, несмотря на огромную работу управления, значительная часть этой
работы не оправдывается. И она не оправдывает себя именно в тех частях, где в
отношении построения перспектив и предвидения будущего был принят
неправильный и непосильный метод как в отношении сроков, так и в отношении
детальности расчетов и форм предвосхищения будущего. Земуправление
поступило бы правильнее, если бы, поставив и обосновав общую задачу о
реорганизации сельского хозяйства на основе травопольной системы, показало
бы путем углубленного анализа, каковы реальные пределы, возможности и
методы такой реорганизации в более близком будущем.
Другой пример возьмем из области более общих плановых построений. Мы
имеем в виду опыт С.Г. Струмилина, опубликованный им под названием
"Перспективная ориентировка Госплана"1.
С.Г. Струмилин строит ориентировку в однозначно-количественной форме, но на
более короткий 5-летний срок. При этом он прекрасно понимает, что при
построении ее речь идет в той или иной степени именно о предвидении2. Правда,
он говорит,
589
что предлагаемая пятилетняя ориентировка представляет из себя
систематическую сводку не только наших предвидений, но и предуказаний1.
Однако предсказания эти или директивы, как мы показали выше, не могут быть
произвольными. Реальные предуказания могут быть выдвинуты на основе не
только наших отдаленных руководящих задач, но и на основе понимания
тенденций действительности, а также понимания пределов эффекта наших
усилий, то есть опять-таки на известном предвидении. Итак, С.Г. Струмилин
прекрасно понимает, что при построении перспективной ориентировки
приходится разрешать проблему предвидения. Как же он ставит задачи своей
работы?
"Своей задачей, - пишет С.Г. Струмилин, - мы считаем дать на первый раз лишь
общую перспективную ориентировку, то есть лишь наиболее суммарные
"контрольные" цифры темпов развертывания всего народного хозяйства в целом,
руководствуясь которыми специальные плановые органы получили бы
возможность более уверенно развернуть перспективные планы отдельных
районов или отраслей хозяйства без риска, что эти планы не смогут быть увязаны
затем между собой в общем перспективном балансе всего хозяйства страны"2.
Что же мы находим в этой "суммарной ориентировке"? Здесь мы находим
цифровой расчет на пятилетие (до 1929-1930 гг. включительно)3: 1) по
промышленности негодно: изменения основных ее капиталов, капитальных
вложений, продукции, прибылей, себестоимости, числа рабочих,
производительности труда, номинальной заработной платы; 2) по сельскому
хозяйству в итоге за 5 лет: изменение посевных площадей по группам культур,
количества скота в переводе на крупный, валовой продукции сельского хозяйства
по основным отраслям в довоенных ценах, товарной части его продукции по тем
же отраслям в довоенных ценах, экспорта, вложений (погодно) по линии
совхозов, ирригационных и мелиоративных работ; 3) по транспорту погодно:
изменение имущества железных дорог, капитальных вложений,
эксплуатационного дохода и расхода, амортизации, прибылей, направления и
объема восстановительных работ, погрузки (в 5 вариантах), персонала,
заработной платы, производительности труда; 4) по жилищному строительству
590
погодно: изменение государственного и муниципального основного капитала в
жилищах, капитальных вложений, амортизации, прибыли, изменение примерно
тех же элементов по коммунальному строительству и по электростроительству; 5)
по товарообороту погодно: изменение оборота сельскохозяйственных,
промышленных и всех товаров в червонной валюте, изменение имущества
госпромышленности, ее оборота, ее оборотных средств (с подразделением их на
материалы и полуфабрикаты, готовые изделия, денежные средства), ее
задолженности, числа оборотов оборотных средств, изменение примерно тех же
элементов в отношении транспорта и торговых предприятий (с подразделением
последних по некоторым вопросам на государственные, кооперативные и
частные); 6) по кредитным ресурсам и резервам погодно: изменение в
государственной кредитной системе оборотных фондов (с подразделением их на
валютные и товарные), операционных фондов по пассиву (с подразделением их
на эмиссионные средства и на средства собственные) и изменение прибылей; 1)
по накоплению в государственном хозяйстве погодно: изменение накопления
(прибыль + амортизация) в общей сумме и с подразделением по отраслям
хозяйства (накопление в промышленности, на транспорте, в сфере жилищного
строительства, в банках, в торговле, в коммунальных предприятиях и
электрификации); 8) по бюджету погодно: изменение поступления неналоговых
и налоговых доходов (с подразделением их по основным рубрикам), изменение
чрезвычайных доходов и общей суммы доходов, изменение расходов по
важнейшим подразделениям и в целом.
Из приведенного перечня видно, что так называемая "суммарная ориентировка"
по существу охватывает все основные элементы народного хозяйства и притом
иногда с довольно дробным подразделением.
По существу мы имеем перед собой до известной степени опыт построения
перспективных балансов всего народного хозяйства на ближайшие пять лет.
Можно, конечно, в детализации их построения пойти еще дальше и говорить,
например, не о всей промышленности, а об отдельных ее отраслях, не о всей
банковской системе, а об отдельных ее частях, крупных банках и т.д. Но
позволительно поставить вопрос: имеются ли объективные основания для
построения перспектив вообще в той форме, как это сделано? В приведенном
построении по существу (с теми или иными оговорками, которые встречаются
изредка в тексте, но из которых, однако, не делается никаких
591
ограничивающих выводов на деле) на одну доску поставлены предсказания в
отношении натуральных элементов продукции, с одной стороны, и движения
прибыли, оборачиваемости товаров, эмиссии и т.д. - с другой. Эти элементы по
существу своему весьма различны.
Между тем относительно всех их без всяких ограничений ведется расчет на
будущее. Но лежат ли за этими расчетами какие-либо основания и какие именно?
С.Г. Струмилин об этом ничего не говорит. Он попросту сообщает, какие будут
обороты, прибыли и т.д. в течение ближайших пяти лет. Но ведь позволительно,
законно и даже необходимо было бы разобраться в обоснованности этого расчета.
Так, С.Г. Струмилин исчисляет будущие прибыли промышленных предприятий.
Но зависят эти прибыли в сфере промышленности от динамики соотношения цен
на промышленные и другие товары? Едва ли кто ответит на этот вопрос
отрицательно. Что же описанное построение дает в смысле прогноза на движение
цен? Все, что мы находим по этому поводу, это девять строчек, в которых
говорится, что прогнозы в области динамики цен на несколько лет вперед
чрезвычайно проблематичны, что автор считает существующий уровень хлебных
цен по сравнению с ценами промтоваров еще недостаточно высоким и ожидает
их дальнейшего повышения примерно на 10%, что, наоборот, уровень цен
сельскохозяйственного сырья он считает целесообразным снизить процентов на
5-20, но что в общем нужно стремиться к стабилизации существующего среднего
уровня сельскохозяйственных цен1. Вот и все. Не будем говорить о том, что,
можно сказать, не успела еще высохнуть типографская краска на страницах
журнала, как в отношении цен на сельскохозяйственное сырье жизнь уже
поставила вопрос в совершенно иную, обратную, чем думал автор, плоскость,
показав, что по сравнению с ценами промтоваров низки не столько хлебные
цены, сколько цены именно на сельскохозяйственное сырье, и что снижать их нет
никакой возможности.
Не будем говорить и о том, что вместе с тем жизнь показала, что и хлебные цены
в потребляющих районах слишком высоки, и поставила вопрос об их снижении.
Укажем на то, что девять строчек С.Г. Струмилина о ценах совершенно
неопределенны. Они ничего не говорят о динамике общего уровня цен, они
592
ничего не говорят о динамике соотношения цен сельскохозяйственных и
промышленных товаров. Они ничего не говорят о динамике соотношения
отпускных и розничных цен. Мы даже совершенно не знаем, из какого же уровня
и соотношения цен исходил автор при своих построениях, которые, как уже было
указано, предполагают тот или иной уровень цен и то или иное соотношение
между ними.
Какое значение имеет отсутствие ответов на эти вопросы? Мы полагаем, что оно
имеет первостепенное значение для доброкачественности всего построения.
Действительно, при одном соотношении отпускных, оптовых и розничных цен
прибыли промышленности, государственной торговли и кооперации будут одни,
а при других - совершенно иные. Так как С.Г. Струмилин не знает, какое будет
это соотношение цен, то он должен был бы чистосердечно признать, что ему
неизвестны и прибыли различных отраслей промышленности, торговли и
кооперации. Но если ему неизвестны эти прибыли, то он, в сущности, ничего не
сможет сказать определенного и об их накоплении. Между тем в приведенном
перечне перспективных построений автора было указано, что и в отношении
накопления он исчисляет определенные цифры. Если же он не может сказать что-
либо определенное о накоплении, то не может он сказать то, что сказал и о
вложениях средств, а следовательно, и об объеме реконструкции в различных
отраслях государственного хозяйства.
С другой стороны, при одном уровне и соотношении цен потребление товаров и
оборот их будет один, а при других - другой. Так как С.Г. Струмилин об уровне
цен и их соотношении ничего сказать не может, то по существу он не может
сколько-нибудь определенно на пять лет вперед сказать и о размерах
товарооборота в ценностном выражении, ничего определенного он не может
сказать и о размерах государственных доходов, скажем, от акцизов, от обложения
торговых оборотов и т.д. Следовательно, лишается оснований и его построение о
движении государственного бюджета, особенно в отношении его дробных
подразделений.
Далее, раз лишаются определенности построения С.Г. Струмилина по
отношению к товарному обороту, раз он ничего не может сказать относительно
общего уровня цен, то по существу он ничего не может сказать и относительно
динамики эмиссии. Но он говорит об этом. Тем хуже для него, потому что то, что
он говорит, лишено всякого основания. Он, например, предполагает,
593
что эмиссия в 1925-1926 гг. (заметим, что работа С.Г. Струмилина появилась уже
в половине 1925-1926 гг.) составит 470 млн. руб., что в 1926-1927 гг. она составит
475, что в каждый следующий год она будет равна 470 млн. руб. Мы не знаем,
какова она будет в точном цифровом выражении после 1926-1927 гг. Но мы
вполне определенно знаем, что за 1925-1926 гг. от 1 октября 1925 г. по 1 октября
1926 г. она составила не 470 млн. руб., как предполагал С.Г. Струмилин, а всего
200,3 млн. руб. Допуская далее, что у нас не будет инфляции денежного
обращения и резкого падения покупательной силы валюты (мы думаем, что
такую перспективу имеет в виду и С.Г. Струмилин), мы можем уверенно сказать,
что и за 1926-1927 гг. эмиссия возрастет не на 470 млн. руб., а не более чем
приблизительно на 140 млн. руб. Отсюда хорошо видно, насколько основательны
предположения С.Г. Струмилина в сфере денежно-кредитного обращения,
хорошо видно, насколько основательны они даже не на пять лет вперед, а хотя бы
на 1925-1926 гг., о котором С.Г. Струмилин строил предположения, когда
половина этого года уже истекла.
Далее, если С.Г. Струмилин ничего не может определенного сказать о размерах
накопления и объеме технических реконструкций, то он ничего определенного не
может в сущности сказать и о движении производительности промышленного
труда, так как производительность труда у нас в настоящее время и в ближайшем
будущем в сильнейшей степени зависит именно от технической реорганизации
промышленности. Не будучи же в состоянии ничего количественно
определенного сказать о движении производительности труда, не будучи в
состоянии правильно предвидеть движение цен на сырье, он не имел никаких
серьезных оснований рисовать в количественном выражении и кривую движения
себестоимости промышленной продукции.
Не будем осложнять разбор построения С.Г. Струмилина другими доводами.
Сказанного достаточно. Большинство расчетов С.Г. Струмилина при всей их
кажущейся внушительности построены на самом настоящем и зыбучем песке. И
если бы даже, вопреки ожиданиям, его расчеты оказались близкими к
действительности, то это было бы простой случайностью, а не результатом
обоснованного прогноза.
Совершенно ясно, что с этой стороны задача построения перспектив здесь была
поставлена недостаточно критически. Здесь не было соблюдено чувство меры в
том, что мы можем и
594
чего не можем предусмотреть в будущем. Поэтому позволительно усомниться и в
основательности цитированных выше слов С.Г. Струмилина, будто он дает такие
контрольные цифры, "руководствуясь которыми специальные плановые органы
получили бы возможность более уверенно развернуть перспективные планы
отдельных районов или отраслей хозяйства без риска, что эти планы не смогут
быть увязаны затем между собой в общем перспективном балансе всего
хозяйства страны"1.
О какой увязке идет здесь речь? Если речь идет об арифметической увязке, то,
конечно, плановые органы смогут при желании многому научиться из работы
С.Г. Струмилина. Но если речь идет о реально экономической увязке, то мы бы
от столь решительного положительного суждения предпочли решительно
воздержаться.
Рассмотрение двух взятых примеров, - а число их могло бы быть при желании
очень и очень увеличено, - подтверждает правильность тех утверждений и
сомнений, с которых мы начали настоящий раздел статьи. Наши претензии
рисовать в точном количественном выражении будущее движение различных
элементов хозяйства без достаточного учета природы этих элементов, без
достаточного внимания к срокам предвидения и к экономическому обоснованию
перспектив сплошь и рядом абсолютно превосходят наши объективные
возможности и приводят к совершенно иллюзорным, необоснованным и
ошибочным построениям.
К сожалению, за последнее время многим кажется, что наши неудачи в области
построения планов и предвидения объясняются не тем, что мы покушаемся на их
построения с негодными средствами, не тем, что мы находимся под гипнозом
цифр и арифметики, а тем, что мы еще недостаточно полно охватываем в
количественных выражениях все элементы народного хозяйства, недостаточно
увязываем все их между собой, недостаточно пользуемся балансовым методом
построения плановых перспектив.
Указывают, что нельзя брать отдельные элементы и отрасли хозяйства или их
отдельные группы и строить прогноз и перспективы относительно их. Нужно
брать все эти элементы в их взаимной связи, нужно брать народное хозяйство в
целом и подходить к нему с расчлененным балансовым методом. Тогда мы,
полагают, легче сможем с достаточной точностью
595
нарисовать возможные перспективы изменения как всего хозяйства, так и
каждого его элемента в связи с другими элементами. Думают, что спасение лежит
в балансовом методе. Мы согласны с тем, что необходимо рассматривать каждый
хозяйственный феномен в той или иной связи его с другими феноменами. Иначе
и быть не может. Но мы не согласны с тем, что балансовый метод гарантирует
нам достаточно точный прогноз и, следовательно, подведет достаточный
фундамент под наше детализированное, количественное выражение перспектив
наших планов на длительные сроки. С.Г. Струмилин пользовался как будто тоже
методом балансовым или методом, очень близким к нему. Однако это ему не
особенно помогло. Да и по существу, что дает нам балансовый метод?
Балансовый метод позволяет нам приблизительно установить фактический
баланс народного хозяйства в тот или иной момент прошлого. Выражаясь
символически, он дает нам возможность установить в количественном
выражении и в их взаимной связи элементы народного хозяйства А, В, С, ..., X,
как они существуют фактически в тот или иной прошедший период времени. Но,
установив эти элементы и их связь между собой в этот прошлый период, можем
ли мы, опираясь на установленный баланс народного хозяйства, перейти к
будущему времени и определить эти элементы в их взаимной связи в будущем, то
есть построить вероятный баланс будущего? Допустим, что мы ищем
количественное выражено в более или менее отдаленном будущем для элемента
X. Конечно если бы все другие элементы народного хозяйства, то есть А, В, С... и
т.д., а также их связь между собою и с элементом X на будущее время были нам
известны, то мы, пользуясь балансовым методом, могли бы точно установить
элемент X на это будущее время. Но в том-то и дело, что этих элементов А, В, C
т.д. и их связи между собою и с элементом X на будущее время мы не знаем. А
раз мы их не знаем, то, в сущности говоря, балансовый метод не в состоянии дать
нам что-либо для количественного выражения элемента X на это будущее время.
Это рассуждение можно применить к любому элементу народного хозяйства, а не
только к элементу X. В таком случае ясно, что сам по себе балансовый метод
нисколько не увеличивает наших возможностей прогноза как для любого
элемента, так и для всего народного хозяйства. Для того чтобы эту возможность
иметь, мы должны были бы знать законы изменения во времени для элементов А,
Б, С и т.д. Мы должны были бы также знать законы изменения связи между
этими элементами. Только тогда мы могли бы,
596
отправляясь от существующего баланса народного хозяйства, построить
вероятный баланс его на будущее время и вместе с тем определить
количественное выражение любого элемента народного хозяйства на это будущее
время. Но именно знанием этих законов изменения элементов и связи их мы в
достаточной степени не обладаем.
Таким образом, выставленное выше положение об отсутствии достаточных
оснований под очень многими расчетами наших планов, об отсутствии
соответствия между тем, что мы можем говорить о будущем, и тем, что мы
действительно о нем говорим, остается в полной силе. И балансовый метод при
его неосторожном применении к прогнозу на будущее означает еще большую
детализацию наших построений, еще больший фетишизм цифр и переоценку
наших возможностей.
Было бы, однако, абсолютно неправильно заключить, что изложенные
критические соображения направлены против построения планов вообще и
против всяких количественных расчетов при построении плановых перспектив.
Они направлены лишь против ошибок при построении планов, как мы понимаем
эти ошибки.
Они направлены не против планов, а против плохих планов, И из них вытекает
ряд выводов методологического, а частью педагогического характера в
отношении построения планов.
7
Прежде чем перейти к выводам, для большей ясности их остановимся еще на
одном важном вопросе. Против изложенной выше характеристики
существующего у нас безотчетного увлечения механическим детальным
цифровым расчетом перспектив и против критики этого увлечения могут указать
и обычно указывают, что она идет все же слишком далеко. В качестве аргумента
в пользу такого утверждения указывают, что к цифровым расчетам будущего
прибегают далее частные предприятия, тресты и синдикаты, когда начинают
крупное строительство, к ним прибегает капиталистическое государство, когда
приступает к крупным сооружениям, например к сооружению железных дорог,
портов, электрических станций и т.д., или когда намечает линии экономической
политики. Но если это так, то тем более к таким расчетам должно прибегать наше
государство, строящее все хозяйство на плановых началах.
597
Да, частные предприятия и капиталистическое государство в упомянутых случаях
прибегают к известным расчетам на будущее. Но нужно отдать себе отчет, к
каким расчетам они прибегают и в какой форме их делают, чтобы ссылаться на
этот аргумент. Рассмотрим отдельно, с одной стороны, пример предвидения и
расчетов на будущее при производстве крупных сооружений, с другой - пример
предвидения при выяснении линий экономической политики в условиях частного
капитализма. В качестве примера расчетов первого типа разберем случай с
постройкой железных дорог.
При решении вопроса о возможности и целесообразности постройки дороги
делаются предварительные изыскания. Производится статистико-экономическое
изучение положения и развития хозяйства и грузооборота района строительства
дороги за прошлое. Изучение это производится в целях выяснения, можно ли
ожидать, что грузооборот в этом районе по его условиям окажется достаточно
устойчивым и массовым. При этом стараются определить: на какой по меньшей
мере вероятный грузооборот в количественном выражении можно рассчитывать в
будущем при средненормальных условиях, каковы при таких условиях будут
примерно расходы и доходы дороги и окажется ли она рентабельной. Но при
этом вовсе нет речи о точном количественном выражении будущего погодового
движения всех элементов хозяйства района, грузооборота, прибылей дороги и т.д.
Все указанные расчеты ведутся под углом зрения и в целях выяснения одного -
рентабельна дорога или нет и потому следует ее (с экономической точки зрения)
строить или нет.
Интересно посмотреть, каков эффект таких расчетов? В работе А.Н. Антошина
сделано сопоставление таких расчетов с действительностью по ряду дорог1.
Возьмем для примера основные данные, относящиеся к дороге Киев - Полтава,
открытой 2 декабря 1901 г. (см. табл. 1).
Отсюда прежде всего ясно, что по типу построения предположения здесь (как и
по другим дорогам) не приурочены к какому-либо определенному году и не
рассчитаны в динамической форме на ряд определенных лет. Предположения эти
построены в среднем в расчете на данные нормальные условия без
598
Таблица 1




претензии предвидеть динамику самих этих условий и динамику искомых
величин. По существу же приведенное сопоставление, далее, показывает, что
предположения, несмотря на ограниченность их претензий, все же очень резко
отклоняются от действительности. В качестве фактических данных автором
взяты данные 1903 г., исходя из соображений, что этот год является годом более
или менее нормальным и не отмечен теми или иными пертурбационными
событиями1. Впрочем, в работе имеются некоторые материалы для сопоставления
предположений с фактами действительности и по другим годам. Итог этого
сопоставления получается тот же и обнаруживает резкое отклонение
предположений от действительности.
Если взять теперь для сопоставления не только приведенные общие величины
грузооборота, а данные по грузообороту более дробного порядка, то получится
следующая картина (см. табл. 2).
Отсюда видно, что предположения о перевозке отдельных товаров и их групп
отклоняются от действительности, за исключением некоторых случаев, как
правило, еще более значительно, чем предположения по всему грузообороту. В
общем, те же выводы получаются и при рассмотрении данных по другим
дорогам.
599
Таблица 2




Таким образом, несмотря на скромность претензий предвидения при
проектировании дорог, предвидение это чрезвычайно уклоняется от
действительности. Но если учесть, что при построении его имелось в сущности в
виду не столько предугадать динамику действительности, сколько предугадать -
обеспечен ли известный минимум грузооборота, при котором проектируемая
дорога может экономически оправдать себя, то это далекое от точности
предвидение, не отвечая первому требованию, можно думать, более или менее
удовлетворило второму более скромному требованию. В силу этого оно
выполняло свою практическую функцию, давало известные основания для
решения вопроса - строить или не строить дорогу. Интересно отметить, что из
шести рассмотренных А.Н. Антошиным дорог в пяти случаях предположения
ниже и, как правило, значительно ниже действительных величин. Это
подтверждает ту мысль, что при построении приведенных и подобных
предположений было стремление не столько детально предвидеть факты
600
действительности, - сколько предвидеть одно - возможна ли рентабельная работа
дороги. Именно в связи с этим можно понять, почему расчеты на будущее
ведутся здесь весьма осторожно с известной гарантией от преувеличений, с
тенденцией выяснить, гарантирует ли действительность именно известный
минимум перевозок выручки, чтобы решиться на постройку дороги.
Итак, приступая к крупным сооружениям, капиталистические государства
прибегают к расчетам на будущее. Но эти расчеты неизмеримо скромнее, чем
расчеты, практикуемые в наших планах. Эти расчеты проникнуты стремлением
удовлетворить действительную узкую практическую потребность в деле
строительства и совершенно не задаются целью дать погодовую динамику на
длительный период всего комплекса элементов хозяйства соответствующей
полосы.
Разобранный случай расчетов на будущее при крупных сооружениях в условиях
частнокапиталистического режима можно считать типичным. Это не значит, что
при этом режиме не было случаев более сложных расчетов. Но все эти случаи
будут усложнением в степени, а не в типе построений.
Рассмотрим теперь другой тип предвидения отдаленного будущего, тип, который
иногда встречается в частнокапиталистических странах при выяснении линий
экономической политики. Возьмем в качестве примера построения группы
экономистов из министерства сельского хозяйства САСШ1.
В своей работе авторы заглядывают в отдаленное будущее сельского хозяйства
САСШ, перспектив их сельскохозяйственной продукции, и снабжения страны
сельскохозяйственными продуктами. Ход построений их таков.
Учитывая коэффициент прироста народонаселения САСШ за последнее время (с
учетом значения иммиграции) и экстраполируя по этим коэффициентам
количество населения на будущее, они получают, что к 1950 г. население страны
определится цифрой около 150 млн. человек. Если бы потребление населения, а
также производительность акра посевной площади, пастбищ и леса остались к
этому времени прежними, если бы страна не вывозила и не ввозила
сельскохозяйственные продукты, то для снабжения этого населения продуктами
питания и лесным материалом потребовалось бы следующее количество земли
(млн. акров):
601
Пашня 431
Незасушливые пастбища 336
Полузасушливые пастбища 587
Лесные пастбища 237
Лес _____1 465
Итого 3 056
Двойной учет земель, пригодных для пастбищ 237
Итого за вычетом двойного учета потребной земли и произрастания 2 819
лесов
Общая площадь САСШ в настоящее время составляет 1903 млн. акров, то есть
значительно меньше, чем указанное потребное количество земли. Из этих 1903
млн. акров под пашней, пастбищами и лесом находится 1666 млн. акров,
остальные 237 млн. акров падают на неудобную и другие земли, не находящиеся

<< Пред. стр.

стр. 52
(общее количество: 69)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>