<< Пред. стр.

стр. 63
(общее количество: 69)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

циклы (40-50 лет). Их причины "лежат в цикличности действия накопляющегося
основного общественного капитала и его размещения, и, соответственно, в
цикличности развития и перераспределения производительных сил" (Там же. С.
210). Наблюдаются повышательные и понижательные волны больших циклов:
"Большие циклы конъюнктур, на фоне которых протекают малые циклы,
обусловливаются процессами радикального перераспределения накопленных и
накопляющихся капиталов, выражающимися внешне в глубоких реформах
индустрии и революции техники, в привлечении новых территорий, в подготовке
новых кадров квалифицированного труда" (Там же. С. 211). Н.Д. Кондратьев
оспаривает позицию Л.Д. Троцкого, отрицавшего большие циклы конъюнктуры
как обусловленные внешними факторами экономического развития, и
показывает, что большие циклы, как и малые, вызваны внутренней динамикой
капиталистических сил.
Следует отмстить два момента, которые отсутствуют в других работах Н.Д.
Кондратьева по большим циклам конъюнктуры. Во-первых, эти циклы
увязываются с "подготовкой новых кадров квалифицированного труда".
Действительно, широкое распространение поколений техники нового
технологического уклада, лежащего в основе Кондратьевских циклов,
радикальные изменения в условиях и организации производства требуют нового
уровня квалификации труда и приводят к перевороту, революции в образовании.
Взаимосвязь научно-технических, экономических и образовательных циклах
раскрыта уже в наши дни (12. § 2.1 и 13, гл. 7).
Во-вторых, исследована динамика земельной ренты (в том числе мировой
сельскохозяйственной и транспортной ренты) на разных фазах большого цикла.
Период повышательной волны второго цикла сопровождался повышением
товарных цен и увеличением ренты: "Высокая расценка продуктов сельского
хозяйства на мировом рынке и низкая стоимость производства их в странах
интенсивного земледелия при удешевлении стоимости перевозки обеспечивали
этим странам высокую дифференциальную ренту и толкали их на путь
стремительного роста сельскохозяйственного производства и экспорта" (16. Кн.
1. С. 212-213). На понижательной волне большого цикла (до 90-х годов XIX в.)
наблюдаются обратные тенденции, после чего в начале XX в. вновь повышались
цены и расширялся экспорт, особенно новых заокеанских стран. "С 1920 г. начал
развиваться общий мировой экономический кризис относительного
перепроизводства. Он глубочайшим образом затронул и сельское хозяйство" (Там
же. С. 221), привел к падению цен в ряде стран ниже издержек, сокращению
экспорта. И тем не менее уровень внутренних цен на хлебные продукты в России
717
оказался значительно ниже, чем в зарубежных странах, и перспективы хлебного
экспорта благоприятны для России, несмотря на высокие транспортные и
организационные расходы (Там же. С. 236-237).
Проблема влияния больших циклов конъюнктуры (как и среднесрочных циклов)
на массу и норму ренты - как внутренней (в рамках национального рынка), так и
мировой - остается до сих пор практически не исследованной. В предварительном
порядке можно сказать, что на понижательной волне Кондратьевского цикла, при
высоких темпах роста производства, освоении и распространении новых
высокоэффективных поколений техники и технологий, масса природной ренты
(сельскохозяйственной, горной, лесной, транспортной, туристической и т.д.)
имеет общую тенденцию к росту как в национальной, так и в мировой экономике.
На понижательной волне темпы роста производства и снижения издержек
замедляются, а в периоды кризисов становятся отрицательными, на что не могут
не реагировать норма и масса природной ренты. Происходит перестройка ее
внутренней структуры - как по товарам, так и по странам. Вместе с падением
доли сельского хозяйства и добывающей промышленности в структуре
производства и экспорта возрастает масса и доля квазиренты (особенно
технологической) - сверхприбыли, присваиваемой поставщиками на внутренний
рынок и экспортерами высокорентабельных товаров в период распространения
базисных инноваций, "снятия урожая плодов" технологического переворота. Эти
вопросы будут детально исследованы в научном докладе для Римского клуба
"Рента и квазирента в глобально-цивилизационном измерении", к подготовке
которого приступил Международный институт Питирима Сорокина-Николая
Кондратьева.
В работе 1925 г. Н.Д. Кондратьев вновь обращается к хронологическим рамкам
больших циклов и определяет их более осторожно (7. С. 45):
первый цикл - повышательная волна с конца 80-х - начала 90-х годов до 1810-
1817 гг., понижательная - до 1844-1851 гг.;
второй цикл - повышательная волна до 1870-1875 гг,, понижательная - до 1890-
1896;
третий цикл - повышательная волна до 1914-1920 гг., вслед за чем начинается
понижательная волна большого цикла.
Н.Д. Кондратьев отмечает, что большие циклы по-разному отражаются на
динамике различных показателей и синхронизируются в ведущих странах:
"Установленные выше большие циклы важнейших элементов экономической
жизни имеют международный характер" (Там же. С. 46).
2. Анализируя объективные основы больших циклов конъюнктуры, Н.Д.
Кондратьев ищет их причины в процессе воспроизводства, в периодическом
обновлении основных фондов в результате технологических переворотов, в
освоении значительных технических изобретений и открытий. Он отмечает, что
направления и интенсивность
718
научно-технических открытий и изобретений являются функцией запросов
практической действительности и предшествующего развития науки и техники
(Там же. С. 62). Однако для их широкого практического использования нужны
экономические условия: "Научно-технические изобретения могут быть, но могут
оставаться недейственными, пока не появятся необходимые экономические
условия для их реализации... Самое развитие техники включено в закономерный
процесс экономической динамики" (Там же. С. 63).
Исследовав динамику крупных инноваций за полтора столетия, Н.Д. Кондратьев
пришел к выводу: "В течение примерно двух - двух с половиной десятилетий
перед началом повышательной волны большого цикла наблюдается оживление в
сфере технических изобретений. Широкое применение этих изобретений в сфере
промышленной практики, связанное, несомненно, с реорганизацией
производственных отношений, совпадает с началом повышательной волны
больших циклов" (Там же. С. 54). Эти положения легли в основу теории
инноваций, разработанной Йозефом Шумистером (9) и развитой Герхардом
Меншем (11).
В российских работах 90-х годов (18; 19. Гл. 4) показано, что материально-
технической основой смены Кондратьевских циклов (больших циклов
конъюнктуры) является смена преобладающих технологических укладов,
определяющих уровень конкурентоспособности продукции и реализующих
кластер базисных инноваций. Со времени промышленной революции до конца
XX в. сменили друг друга пять технологических укладов; в 10-20-е годы XXI в.
придет время шестого уклада.
3. Н.Д. Кондратьев исследовал механизм взаимовлияния больших и средних
циклов конъюнктуры: "Большие циклы экономической конъюнктуры
выявляются в том же едином процессе динамики экономического развития, в
котором выявляются и средние циклы с их фазами подъема, кризиса и депрессии.
Средние циклы поэтому как бы нанизываются на волны больших циклов...
Средние циклы, приходящиеся на понижательный период большого цикла,
должны характеризоваться особой длительностью и глубиной депрессии,
краткостью и слабостью подъемов. Средние циклы, приходящиеся на
повышательный период большого цикла, должны характеризоваться обратными
чертами" (4. С. 207-208). Отсюда сделан вывод, что после кризиса 1920 г. мир
вступил u понижательную волну большого цикла, наблюдается длительное
депрессивное состояние мирового хозяйства, подъемы конъюнктуры имеют
неустойчивый характер (Там же. С. 208). Этот вывод подтвердился
экономической динамикой 20-30-х годов. Подобная тенденция наблюдалась в 60-
70-х гг., с переходом к понижательной волне четвертого Кондратьевского цикла.
Глубокие мировые экономические кризисы на завершающей стадии
понижательной волны Кондратьевских циклон регулярно повторяются каждые
40-50 лет.
719
Можно ожидать такого кризиса и в 20-е годы XXI в., в завершение начавшейся
понижательной волны пятого Кондратьевского цикла.
Учитывая, что Н.Д. Кондратьев признавал наличие и малых циклов со средней
продолжительностью около 3,5 лет (7. С. 25-26), можно говорить, что им
сформулирована целостная картина цикличной динамики экономики на основе
сочетания циклов разной длительности. Закономерность мультицикличной
экономической динамики сохраняется и в наши дни, хотя ее неоднократно
объявляли ушедшей в прошлое, провозглашали переход к бескризисному
развитию. И каждый раз, когда "девятый вал" кризисной смены технологических
укладов и Кондратьевских циклов обрушивается на мировое рыночное хозяйство,
вспыхивает интерес к учению Н.Д. Кондратьева о больших циклах конъюнктуры.
Так было после кризиса 1929-1933 гг., создавшего базу для перехода к
четвертому Кондратьевскому циклу - и послужившего импульсом для
фундаментального двухтомного труда Йозефа Шумпетера "Экономические
циклы" (1939), в котором длинные волны были названы Кондратьевскими
циклами и включены в общий ритм цикличной экономической динамики. Так
было вскоре после кризиса начала 70-х годов, когда появилась монография
молодого немецкого ученого Герхарда Мента "Технологический пат: инновации
преодолевают депрессию" (1975), убедительно доказавшая истинность идей Н.Д.
Кондратьева и Йозефа Шумпетера и давшая толчок к большому числу
монографий, статей и международных научных конференций по длинным волнам
экономической динамики. Так будет, вероятно, и в 10-20-е годы XXI в., когда
мировое хозяйство вновь будет потрясено судорогами рождения очередного
Кондратьевского цикла.
4. Н.Д. Кондратьев фундаментально исследовал большие волны в динамике цен
промышленных и сельскохозяйственных товаров - в последней крупной работе,
опубликованной при его жизни (16. Км. 2). Отмечая, что теория конъюнктуры
сосредоточила свое внимание на проблеме общего ритма экономической
динамики, общих подъемов, кризисов и упадков народного хозяйства в процессе
его развития (Там же. С. 225), он вводит понятие относительной конъюнктуры -
колебания в состоянии определённых отраслей и сфер хозяйства по сравнению с
состоянием других отраслей и сфер его (Там же. С. 227). С этой точки зрения он
исследует дифференцированное движение товарных цен промышленных и
сельскохозяйственных товаров в Англии и США за длительный период (с конца
XVIII в.) и приходит к следующим выводам.
• В движении абсолютного уровня цен как промышленных, так и
сельскохозяйственных товаров отчетливо проявляются длинноволновые
колебания как составная часть больших циклов конъюнктуры: "большие волны в
движении цен представляют из себя только одну составную часть общих
длительных колебаний в динамике народного хозяйства" (Там же. С. 262). Сами
эти колебания связаны с
720
неравномерностью расширения основных капитальных благ: "Расширение фонда
этих капитальных благ совершается неравномерно. Существование больших волн
конъюнктуры и связано с механизмом расширения фондов именно этих благ.
Причем период усиленного строительства их совпадает с повышательной волной,
а период затишья этого строительства - с понижательной волной большого
цикла" (Там же. С. 263). Здесь отчетливо выражен воспроизводственный подход к
обоснованию больших циклов конъюнктуры, их инвестиционной составляющей.
• Общей тенденцией движения цен в XIX и начале XX вв. является снижение их
абсолютного уровня, что обусловлено прогрессом техники (включая
усовершенствование орудий труда, средств сообщения, организации
предприятий) и связанным с ним ростом производительности труда,
уменьшением издержек производства (Там же. С. 246, 253-254). Одновременно
наблюдается тенденция относительного удорожания сельскохозяйственных
товаров по сравнению с промышленными, поскольку процесс роста
производительности труда и снижения издержек производства Б сельском
хозяйстве идет медленнее, чем в промышленности (Там же. С. 278-279), Можно
говорить о закономерности абсолютного и относительного удешевления техники
(12. Гл. 3; 13. Гл. 5); действие этой закономерности, особенно во второй половине
XX в., затушевывается инфляционными волнами.
• Покупательная сила сельскохозяйственных товаров подчинена ритму больших и
малых циклов. При этом наблюдается общая тенденция относительного
удорожания этих товаров по сравнению с промышленными, обусловленная более
низкими темпами роста производительности труда в сельском хозяйстве: "Хотя в
XIX-XX вв. производительность труда в сельском хозяйстве в общем и
повышается, а издержки его производства понижаются, но этот процесс в
сельском хозяйстве идет медленнее, чем в промышленности" (16. Кн. 2. С. 279). В
динамике соотношения покупательной силы сельскохозяйственных и
промышленных товаров также наблюдаются длинноволновые колебания (Там же.
С. 291).
Еще раньше, в статье 1925 г. "Большие циклы конъюнктуры", И.Д. Кондратьев
отмечал как общую тенденцию ("эмпирическую правильность"), что
понижательные волны больших циклов сопровождаются длительной депрессией
сельского хозяйства, что ведет к падению цен сельскохозяйственных товаров и
размеров земельной ренты (7. С. 56-59).
5. Большое значение имеет вывод Н.Д. Кондратьева, подтвержденный анализом
исторических фактов: "Периоды повышательных воли больших циклов, как
правило, значительно богаче крупными социальными потрясениями и
переворотами в жизни общества (революции, войны), чем периоды
понижательных волн" (Там же. С. 55). Из приведенного в статье перечня таких
социальных потрясений следует, что на повышательную волну первого цикла их
приходилось 18, на понижательную - 5; для второго большого цикла -
соответственно
721
18 и 4; па повышательную волну третьего цикла - 22 (Там же. С. 55-56).
Следовательно, Кондратьевские циклы характеризуют не только экономическую,
но и социально-политическую динамику. Это отмечал и Фернан Бродель,
увязывая циклы Кондратьева с вековой тенденцией и относя время их появления
на несколько столетий раньше: "Если сложить два этих движения - вековую
тенденцию и цикл Кондратьева - то мы будем располагать "музыкой"
долгосрочной конъюнктуры, звучащей на два голоса... Циклы Кондратьева, в
противоположность тому, что не раз утверждали, появились на европейском
театре не в 1791 г., а на несколько столетий раньше. Добавляя свои движения к
подъему или спаду вековой тенденции, циклы Кондратьева усиливали или
смягчали ее" (10. С. 76).
К сказанному следовало бы добавить, что в переходные периоды при смене
цивилизационных, сверхдолгосрочных циклов общество как система (и
экономика как его подсистема) становится неустойчивым, усиливается
хаотичность в динамике, наблюдается волна кризисов, войн, революций, иных
социальных потрясений. Так было и конце XVIII - начале XIX вв., в период 1830-
1848 гг., в 70-с годы XIX в., в 1913-1920, 1929-1953 и 1939-1945 гг. Переход к
пятому Кондратьевскому циклу ограничился мировым экономическим кризисом:
в 1971-1975 гг. в "Хронике человечества" отмечено 78 исторических событий
против 79 в 1966-1970, 94 в 1961-1965 и 85 в 1956-1960 гг. Однако уже в 1981-
1985 гг., с началом повышательной волны пятого Кондратьевского цикла, число
событий выросло до 104, в следующие два пятилетия - до 271 и 390 (20).
Ожидавшееся успокоение на рубеже веков не наступило, - напротив, с первых лет
нового столетия политическая нестабильность и число значительных
исторических событий возросли. Остается надеяться, что наступившая
понижательная волна пятого Кондратьевского цикла изменит эту тенденцию.
Из сказанного выше следует общий вывод, что теория больших циклов
конъюнктуры, разработанная Н.Д. Кондратьевым, - это не продолжение и
углубление индустриальной парадигмы обществоведения, а принципиально
новый подход, поворот в динамике научного познания, открывающий новые
горизонты в познании закономерноцикличной динамики общества, краеугольный
камень в фундаменте постиндустриальной парадигмы, время достройки и
развертывания которой пришло в конце XX - начале XXI вв. как непременного
элемента современной великой научной революции, становления новой картины
циклично-генетически развивающегося мира. Конечно, этот камень не охватывал
весь фундамент, - вместе с Н.Д. Кондратьевым его закладывали П.А. Сорокин и
другие мыслители "поколения талантов", а здание достраивают немало научных
школ конца XX - начала XXI вв. Но одно несомненно: без такой кардинальной
перестройки всей системы научных знаний человечество не сможет справиться с
тем девятым валом угроз и противоречий, которые обрушились на него в начале
нового столетия.
722
3. Теория предвидения и методология
перспективного планирования
Значение научного наследия Н.Д. Кондратьева не сводится к тому, что он открыл
закономерности цикличной динамики и подошел к формулированию основ
социогенетики. Поколение талантов первой трети XX в. не ограничивалось
научным творчеством, умозрительным обобщением. Оно стремилось
преобразовать мир на основе использования открытых закономерностей и
тенденций. Н.Д. Кондратьев, П.А. Сорокин, В.И. Вернадский находились в гуще
революционных событий 1917 г. и в последующие годы, отойдя от
непосредственного участия в политической борьбе, сконцентрировали свой
талант на выработке методологии применения полученных научных выводов.
В этом плане представляет чрезвычайный интерес в период трансформации
общества конца XX - начала XXI вв, обратиться к выработанной Н.Д.
Кондратьевым теории предвидения и методологии перспективного
планирования. Будем рассматривать полученные им результаты не в
хронологической, а в логической последовательности.
1. Познание закономерностей развития общества - исходный пункт для теории
предвидения будущего. Здесь возможны три взаимно исключающих подхода.
Если считать, что экономические и исторические события совершаются по
субъективным, непредсказуемым решениям людей, являющихся неповторимыми
индивидами, - тогда предвидение развития общества лишено смысла, является
гаданием на кофейной гуще. Именно такой позиции придерживался С.Н.
Булгаков: "Тезис о невозможности установления исторических законов и
предсказаний доказан... совершенно неопровержимо... Причиной
принципиальной невозможности исторических предсказаний, помимо того, что
история имеет дело с индивидуальными событиями, не повторяющимися во всей
индивидуальной сложности, является еще и то, что ход истории обуславливается
не только известными уже нам социологическими причинами, общими
условиями исторического развития, но и деятельностью личностей. Между тем,
каждая историческая личность... есть нечто абсолютно новое в истории, не
поддающееся никакому предвидению" (21. С. 271-272).
Противоположная точка зрения - абсолютный детерминизм в его разновидностях:
развитие общества предопределено либо божественными установлениями
(теология), либо законами природы (И. Кант), либо состоянием и развитием
материальных производительных сил (Г.В. Плеханов), либо расположением
светил в небе (астрология).
Однако наиболее близка к истине третья позиция, к которой принадлежит Н.Д.
Кондратьев: объективные законы развития общества существуют, они
предопределяют его общую динамику, но это не исключает известную свободу
выбора возможных альтернатив и принятия решений для людей; тенденции
будущего развития на основе познания этих законов предвидеть возможно, но
следует принимать во
723
внимание и альтернативные сценарии при том или ином соотношении факторов
динамики и случайных событий.
Проблема закономерностей социально-экономической динамики исследуется
Н.Д. Кондратьевым как в его ранней работе "Основные учения о законах
развития общественной жизни" (7. С. 84-115), так и в более развернутом,
аргументированном виде - в написанной в Бутырской тюрьме рукописи, особенно
в главах 7 и 9 этой рукописи (6).
Н.Д. Кондратьев исходит из того, что "с научной точки зрения все явления
конкретной действительности, как она дана нам в восприятии, строго и
однозначно причинно обусловлены. Однако... эта действительность, взятая в
конкретном виде, бесконечно разнообразна в каждым данный момент,
бесконечно изменчива во времени и потому всегда индивидуальна" (Там же. С.
177). Задача номографической науки - изучение общего в явлениях и процессах,
выявление системы и закономерностей динамики: "Наука выявляет общую схему
строения действительности и тем самым вносит систему и порядок в бесконечное
многообразие индивидуальных явлений"; "формулируя законы, номографическая
наука достигает высшего своего познавательного торжества и законченности"
(Там же. С. 185, 187). При этом выявляются законы соотношения (статики) и
законы изменения (динамики). Проявление этих законов связано с большим
числом случайностей и находит проявление в законе больших чисел (Там же. С.
201).
Особенности действия закономерностей в обществе не только в многообразии
действующих здесь факторов и случайных колебаний, но и в том, что эти
закономерности меняются с развитием общества: "Меняется закономерность
социально-экономических с изменением структурных признаков социального
строя и характера человека... закономерности социально-экономической жизни
по существу имеют исторический характер" (Там же. С. 220, 221). Это следует
учитывать при предвидении социально-экономической динамики: "вероятность
закономерного хода явлений здесь значительно ниже, а вероятность уклонения
событий от закономерной линии их хода гораздо выше, чем в мире физически-
химических явлений" (Там же. С. 242).
Наука не может устраниться от предвидения и проверки истинности постулатов
той или иной теории. Теория "позволяет с большей или меньшей точностью и
предвидеть ход действительности. Отсюда ясно, что возможность предвидения на
основе теории является вместе с тем и критерием истинности теории" (Там же. С.
141).
2. Статика, динамика и генетика - основа социально-экономического
предвидения. Н.Д. Кондратьев выделяет три основных раздела номографической
экономической теории: статику, динамику и генетику. Статика исследует
структуру и взаимодействие элементов системы в условиях равновесия. Под
равновесием системы связанных и симметрично расположенных экономических
элементов Н.Д. Кондратьев понимает то состояние ее, при котором и при
принятых условиях она не обнаруживает внутренних тенденций к изменению
элементов и их
724
соотношений (Там же. С. 328). На статике сконцентрировано внимание
различных школ политической экономии - меркантилистов, физиократов,
классической школы, австрийской школы предельной полезности,
математического направления, маржиналистов. Лишь историческая школа и
марксизм подошли к теории динамики: "в марксизме мы находим по существу
целую систему теории статики. Эта теория статики не выделена, а дана в
органической связи с теорией динамики, наиболее ценной и оригинальной чертой
марксовой школы является именно то, что она и только она выдвинула теорию
экономической динамики" (Там же. С. 339).
Добавим: теория статики лежит в основе традиционной методологии
прогнозирования, преобладающей как в России, так и за рубежом. Суть этой
методологии весьма проста: на будущее переносятся тенденции, сложившиеся в
прошлом и выявленные с помощью однофакторного или многофакторного
анализа. Чем больше горизонт прогноза - тем длительнее ретроспектива, из
которой выводятся эти тенденции. При таком подходе предвидение - не
искусство и не наука, а ремесло.
Однако "в реальной действительности всегда имеет место борьба причин,
которые порождают тенденции системы экономических элементов к равновесию,
и причин, которые или нарушают эти тенденции, создавая новое исходное
положение для возникновения новых тенденций к равновесию, или тормозят
осуществление равновесия" (Там же. С. 319). Исследуя равновесие, статика не
изучает того круга явлений, экономическая сущность которых состоит в
отрицании равновесия, в нарушении его, - например, кризисы. (Там же. С. 324).
Это является предметом более высокого уровня развития теории - динамики.
Экономическая действительность изменчива и текуча. "Статическая теория
бессильна выяснить изменение уровня экономических элементов, а также
механизм и направление их изменений. Вот почему наряду с ней к
экономической жизни можно и должно подходить и с динамической точки
зрения, т.е. мыслить ее в условиях процесса изменений"(4. С. 54). Динамическая
теория "рассматривает экономические явления в процессе изменения
экономических элементов и их соотношений и ищет закономерности в ходе
самих изменений" (Там же. С. 55).
При этом следует различать изменения иррегулярные, возникшие под влиянием
случайных, непредсказуемых событий, и закономерные, предсказуемые, которые,
в свою очередь, можно подразделить на две разновидности: эволюционные
(необратимые), которые при отсутствии резких посторонних пертурбационных
воздействий всегда протекают в определенном и в одном и том же направлении, -
и волнообразные (повторимте, обратимые), которые периодически меняют свое
направление, рано или поздно возвращаясь к исходному состоянию (Там же. С.
58-59).
"Народнохозяйственный процесс в целом представляется необратимым
процессом перехода с одной ступени или стадии на другую" (Там же. С. 62).
Однако целая группа экономических элементов, прежде
725
всего ценностных, обнаруживают волнообразные, обратимые процессы
изменений. Темп роста и развития "описывает волнообразную кривую и является
сам по себе процессом обратимым" (Там же. С. 63). Именно с обратимыми
процессами связывает Н.Д. Кондратьев понятие конъюнктуры. Под
экономической конъюнктурой он понимает направление и степень изменения
совокупных элементов народнохозяйственной жизни по сравнении с
предшествующим моментом (Там же. С. 70).
Н.Д. Кондратьев подразделяет колебания конъюнктуры на иррегулярные и
регулярные; последние, в свою очередь, делятся на сезонные и циклические, -
"малые циклы (подъем, кризис, депрессия), захватывающие около 7-11 лет, и
большие циклы, захватывающие от 40 до 50 лет" (Там же. С. 74; см. также С. 89).
Экономисты изучают в основном малые циклы и сезонные колебания.
"Необходимо подвергнуть тщательному анализу также и большие циклы" (Там
же). Напомним, что эти положения, развивающие идеи больших циклов
конъюнктуры (впервые сформулированные в книге 1922 г.), были выдвинуты в
докладе в Институте экономики в марте 1924 г.
Весьма важен вывод, что "задача в изучении конъюнктуры сводится к постановке
и решению проблемы прогноза ее изменения" (Там же. С. 75). Прогнозирование,
основанное на учете закономерной динамики (прежде всего - волнообразно-
цикличных колебаний конъюнктуры), или циклично-динамичное прогнозирование
- это более высокий класс предвидения будущего, позволяющий предвидеть
переход от фазы к фазе цикла и от цикла к циклу, неизбежные кризисы при смене
циклов, своевременно адаптироваться к этим переменам. И хотя идеи Н.Д.
Кондратьева были подхвачены, подтверждены и развиты Йозефом Шумпетером
(9), Герхардом Меншем (11), другими зарубежными и современными
российскими учеными (12; 14; 18; 19; 22), однако в практике прогнозирования до
сих пор преобладает статический, линейно-экстраполяционный подход.
Позднее Н.Д. Кондратьев приходит к выводу, что сочетание статического и
динамического подходов в анализе и прогнозе конъюнктуры недостаточно;

<< Пред. стр.

стр. 63
(общее количество: 69)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>