<< Пред. стр.

стр. 2
(общее количество: 6)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Действия и акты, которые могли бы повредить лесным заповедникам, запрещаются. Никакая политическая пропаганда, которая могла бы привести к уничтожению лесных заповедников, не должна иметь место; никакие амнистии или помилования, касающиеся только преступлений против лесных заповедников, не могут объявляться. Преступления, совершенные с намерением поджога или разрушения лесных заповедников, а также сокращения районов лесного заповедника, не могут быть включены в перечень случаев применения амнистий или помилований в других случаях.
Усечение границ лесного заповедника запрещается, за исключением тех областей лесных заповедников, чье сохранение с научно-технической точки зрения считается бесполезным, и наоборот, преобразование в сельскохозяйственную земельную собственность было найдено определенно выгодным, кроме мест, которые с 1981 г. считаются полностью утратившими свое лесохозяйственное значение и используются под виноградники, садоводство, посадку оливковых рощ в районах интенсивного городского, поселкового и сельскохозяйственного строительства.
Законом, согласно Конституции, определяются меры для обеспечения сотрудничества между государством и жителями деревень, расположенных в или около лесных заповедников, контроля и эксплуатации лесных заповедников с целью обеспечения их сохранности и улучшения условий жизни их жителей. Закон регулирует развитие областей, которые с научно-технической точки зрения по состоянию на 1981 г. утратили ценность лесов, выявление и вынесение за границы лесов районов, сохранение которых в качестве лесов с научно-технической точки зрения найдено бесполезным, обустройство вышеупомянутых районов силами государства в целях полного или частичного расселения жителей деревень лесного заповедника по деревням. Земельные участки, принадлежащие сельским жителям, выводимые из лесного заповедника, немедленно перезасаживаются лесом, и создаются государственные заповедники (ст. 169, 170 Конституции Турции)*(28).
В Республике Казахстан земля, ее недра, воды, растительный и животный мир, другие природные ресурсы находятся в государственной собственности. Земля может находиться также в частной собственности на основаниях, условиях и в пределах, установленных законом (ст. 6 Конституции РК 1995 г.).
Согласно ст. 23 Конституции Кипра права Республики на подземные воды, разработки и ископаемые являются неприкосновенными. В случае аграрных реформ земля распределяется только тем лицам, которые принадлежат общине владельца экспроприированных земель.
На праве исключительной собственности Литовской Республике принадлежат дороги, воздушное пространство над ее территорией, ее континентальный шельф и экономическая зона в Балтийском море (ст. 47).

6. Некоторые выводы

Подводя итог экологическим положениям конституций европейских стран, можно констатировать, что конституционная палитра требований охраны окружающей среды достаточно разнообразна, имеет свою историю и динамику развития, национальную и географическую специфику, тесно связана с другими сферами жизни и конституционного регулирования.
Наиболее близкие связи у регулируемых конституциями экологических отношений с культурой, образованием, экономикой. В государствах Европы поняли важность экологических проблем с учетом их нарастания, длительности и долговременности, их решение во многом определяется культурой (уровень которой и обусловливает природные, рекреационные потребности человека), надлежащим экологическим воспитанием и образованием, особенно подрастающего поколения.
Что касается экономики, то она постоянно находится и не может не находиться в конфликте с экологией, поскольку природоохранные затраты ложатся бременем на себестоимость продукции, доходы и прибыль; только сильные, социально ориентированные и процветающие государства могут позволять себе действенный государственный экологический контроль и вмешательство в экологическую деятельность капитала, отнимая у него часть средств на экологическое поддержание и процветание всего общества.
В европейских конституциях прослеживается кое-где осторожная, а порой и более решительная попытка обременения природопользования задачами природоохранения, сбережения природных ресурсов в интересах будущих поколений. В значительной степени эти конституционные предписания подкрепляются законодательством, воздействующим на эксплуатацию природных ресурсов, подчиняющим интересы бизнеса интересам населения стран, голосующего в условиях демократических выборов за своих менеджеров-управителей.

Глава II. Государственное устройство

§ 5. Конституционная регламентация политических прав,
свобод и обязанностей в европейских государствах

1. Предварительные замечания

Нормы о политических (гражданских) правах и свободах занимают важное место среди декларируемых в ныне действующих конституциях основных прав и свобод индивида. Особое значение, которое придается этим правам, обусловлено тем, что они завоеваны в длительной, нередко поистине драматической борьбе различных слоев и групп населения (и прежде всего неимущих и малоимущих) за возможность политического влияния, иными словами, за возможность самостоятельно определять судьбы своего отечества, региона, решать важнейшие вопросы жизни общества и государства либо весомо участвовать в принятии подобных решений. Кроме того, посредством реализации политических прав и свобод осуществляется народный суверенитет - с одной стороны, и ставятся пределы всевластию государственных органов - с другой.
"...Суверенитет служил бы символом беззакония, если бы он не был ограничен правом", - весьма парадоксально высказывается по этому поводу французский профессор права Ж.-П. Жакке*(29).
Именно так трактуется суверенитет народа, например, в ст. 2 Конституции Французской Республики 1958 г., гласящей, что принципом государства является "правление народа, по воле народа и для народа". А в ст. 3 этой Конституции устанавливается, что "...национальный суверенитет принадлежит народу, который осуществляет его через своих представителей и путем референдума" и что "никакая часть народа, никакая отдельная личность не могут присвоить себе его осуществление".
При изучении норм европейских конституций становится ясным, что в большинстве стран закреплен довольно широкий круг политических прав и свобод, а в ряде из них - и политические обязанности, сформулированы гарантии осуществления и защиты этих прав и свобод, прописан механизм их реализации, а также установлены ограничения и ответственность за злоупотребление отдельными политическими правами и свободами.
Рассмотрим отличительные особенности конституционного регулирования политических прав, свобод и обязанностей в сравнении с регулированием вопросов иных прав, свобод и обязанностей (личных, экономических, социальных, культурных), в том числе общее и особенное в конституционной регламентации политических прав, свобод и обязанностей в Основных законах (и/или иных законах конституционного характера), действующих в настоящее время в европейских государствах.
При этом основное внимание будет уделено вопросам о том, где и как закрепляются политические права, свободы и обязанности; каков источник их возникновения и каковы их виды согласно иным основаниям общепринятой классификации конституционных прав и свобод; определению круга политических прав и свобод, раскрытию содержания наиболее важных из них, сравнительному анализу их конституционных гарантий и пределов реализации (ограничений).
В большинстве конституций европейских стран соответствующие нормы записаны в главах (разделах, частях) об основных правах и свободах. Некоторые положения содержатся в главах о высших (выборных) органах власти, а также в главах о местных органах власти, чаще - об органах местного самоуправления, нередко - в статьях, посвященных регулированию вопросов непосредственной демократии. Однако в ряде конституций имеются специальные главы, посвященные регулированию политических прав и свобод, а в отдельных - и регулированию политических обязанностей.
Так, в Конституции Албании - это глава III (части второй) "Политические права и свободы", в Конституции Андорры - глава IV (титула II) "Политические права андоррцев", в Конституции Италии - глава IV (части I) "Политические отношения", в Конституции Македонии - подраздел I (раздела II) "Гражданские и политические права" (куда включены в значительной мере личные, по принятой у нас терминологии, права), в Конституции Польши - подраздел (раздела II) "Политические права и свободы", в Конституции Португалии - глава 2 (раздела II) "Права, свободы и гарантии политического участия"; в Конституции Словакии - раздел третий (главы второй) "Политические права", в Конституции Турции - раздел 4 (части 2) "Политические права и обязанности"; в Конституции Хорватии - подраздел 2 (раздела III) "Личные и политические права и свободы"; в чешской Хартии основных прав и свобод - раздел второй (главы второй) "Политические права"; в Конституции Швейцарии - глава 2 (части 2) "Право гражданства и политические права" (очень своеобразно регулирующая соответствующие вопросы, исходя из федеративного политико-территориального устройства государства).
Различен и объем регулирования (как с точки зрения круга политических прав и свобод, так и их содержания): в отдельных конституциях (например, Андорры, Латвии) он невелик, в большинстве Основных законов соответствующие нормы занимают немалое место, а в некоторых (Словакия, Чехия и, особенно, Турция) вопросы, касающиеся политических прав и свобод, урегулированы детально.

2. Способы закрепления политических прав и свобод в конституциях

Говоря о способе закрепления политических прав и свобод, следует отметить, что большинство ныне действующих европейских конституций закрепляет эти права позитивным способом, предоставляя гражданину возможность действовать в политической сфере, влиять на политику (в широком смысле этого слова) государства, региона и т.д. Примером является положение абз. 1 ст. 78 Конституции Дании, устанавливающее, что "граждане имеют право создавать общественные объединения в любых законных целях без предварительного уведомления".
Крайне редко (в отличие от закрепления иных, прежде всего личных, субъективных прав) можно обнаружить негативный способ закрепления. Примером этого служит норма ст. 36 Конституции Литвы, гласящая: "Нельзя запрещать или препятствовать гражданам собираться без оружия на мирные собрания..."*(30), а также положение ст. 7 Конституции Нидерландов, устанавливающее, что "ни одно лицо не должно обращаться за предварительным разрешением на публикацию своих взглядов или воззрений..." (абз. 1).

3. Носители политических прав и свобод в конституциях

Применительно к вопросу о носителях политических прав следует прежде всего отметить, что субъективные права (в том числе и изучаемые нами) практически всегда предоставляются индивиду, физическому лицу. Исключением из данного правила является положение абз. 3 ст. 19 Основного Закона ФРГ, устанавливающее, что "...основные права распространяются также на отечественные юридические лица, поскольку эти права по своей природе к ним применимы". Аналогичный подход имеет место и в Конституции Грузии, где записано, что "...указанные в Конституции основные права и свободы человека (а ряд из них имеет явно политический характер. - С.Н.) с учетом их содержания распространяются также на юридических лиц" (ст. 45).
В австрийском законе "Об общих правах граждан королевств и земель, представленных в Имперском совете" (принятом в 1867 г. и действующем поныне) подобный подход имеет место в отношении права петиций. "Коллективные петиции могут исходить только от признанных законом корпораций и объединений", - записано в его ст. 11.
Политические права - это почти всегда и в первую очередь*(31) права, предоставляемые гражданам либо подданным "своего" государства. Эти категории субъектов могут обозначаться словами "граждане", либо "подданные", или как национальность, этническое меньшинство, иногда словом "народ".
Примерами подобного подхода служат следующие нормы:
"Граждане Азербайджанской Республики обладают правом избирать и быть избранными в государственные органы, а также участвовать в референдуме" (абз. 1 ст. 56 Конституции);
"Конституция и другие законы, касающиеся политических свобод, определяют необходимые условия помимо подданства для осуществления этих свобод", - записано в ст. 8 Конституции Бельгии;
"Бельгийцы имеют право на объединение; это право не может быть подвергнуто какой-либо предупредительной мере", - говорится в ст. 27 этой же Конституции.
В подавляющем большинстве ныне действующих европейских конституций политические права предоставляются гражданам или подданным своего государства (за некоторыми исключениями). Лишь в Конституции Андорры четко оговорено, что политические права закрепляются исключительно за гражданами.
В конституциях большинства государств гражданам (либо подданным) предоставляются наиболее значимые политические права: избирать и избираться в органы публичной власти общегосударственного и регионального уровня, участвовать в общегосударственном и региональном референдуме, образовывать политические партии, занимать государственные должности.
Так, в Конституции Албании записано, что "любой гражданин, достигший восемнадцатилетнего возраста, имеет право избирать и быть избранным" (абз. 1 ст. 45).
В Беларуси установлено, что "...в референдумах участвуют граждане Республики Беларусь, обладающие избирательным правом" (ст. 76 Конституции). Граждане Грузии в соответствии с органическим законом "...имеют право создавать политические партии, иные политические объединения и принимать участие в их деятельности" (абз. 2 ст. 26 Конституции).
В Венгрии - "...каждый венгерский гражданин имеет право принимать участие в ведении общественных дел, а также в соответствии со своими способностями, образованием и профессиональными знаниями занимать государственную должность" (п. 4 § 69).
Однако, согласно некоторым конституциям, политические права предоставляются (при соблюдении ряда условий, установленных законом) всем проживающим на территории конкретного государства лицам. Иными словами, речь идет о возможности участия в политической жизни конкретного государства не только его граждан, но и иностранцев (то есть граждан иных государств) и апатридов (то есть лиц без гражданства). Думается, что именно так можно толковать смысл нормы § 14 Конституции Финляндии: "Все должны обладать различными возможностями участвовать в общественной деятельности и проверять решения, непосредственно их затрагивающие". То же касается и положения ст. 17 Основного Закона ФРГ о том, что "...каждый имеет право... обращаться письменно с просьбами или жалобами в компетентные учреждения и в органы народного представительства".
Вместе с тем различным является и подход к определению круга собственных граждан, которые наделяются политическими правами.
Это относится прежде всего к наделению (и ненаделению) определенных категорий граждан избирательным правом (как активным, так и пассивным), а также правом образовывать политические партии или участвовать в их деятельности, и некоторыми иными правами и свободами.
Например, согласно нормам ст. 67 Конституции Турции "не имеют права голосовать рядовые и капралы, служащие в Вооруженных силах, слушатели высших военных школ". А в соответствии с абз. 3 ст. 37 Конституции Румынии "не могут входить в политические партии судьи Конституционного суда, адвокаты народа, магистраты, лица, состоящие на действительной службе в армии, полиции" и т.д.

4. О классификации политических прав и свобод

По такому основанию, как социальная и правовая значимость, субъективные права или свободы можно классифицировать на основные (принципиальная возможность активного поведения индивида) и дополнительные (возможности, развивающие и конкретизирующие принципиальную возможность, будучи производными от нее). Ярким примером политического права основного характера является записанное в ряде конституций (впервые в истории закрепленное в их текстах после Второй мировой войны) право на участие в управлении обществом и государством. Это по сути своей комплексное право, от которого производны все остальные политические права. Последние дополняют, развивают и конкретизируют основополагающее право и, на наш взгляд, одновременно являются гарантиями его реализации.
Данное право (при значительном разнообразии его формулировок) закреплено в конституциях Азербайджана, Беларуси, Испании, Казахстана, Латвии, Литвы, Македонии (хотя и очень своеобразно), Португалии, России, Словакии, Украины, Чехии*(32)).
"...Граждане Азербайджанской Республики обладают правом беспрепятственно участвовать в политической жизни общества и государства..." - записано в абз. 1 ст. 54 ее Конституции. "...Граждане Азербайджанской Республики обладают правом участвовать в управлении государством. Это право они могут осуществлять непосредственно или через своих представителей..." - говорится в абз. 1 ст. 55. "В Республике Македония суверенитет исходит от граждан и принадлежит гражданам. Граждане Республики Македония осуществляют власть через демократически избранных представителей, путем референдума и через другие формы непосредственного волеизъявления", - установлено в ст. 2 Конституции.
Все иные провозглашенные в европейских конституциях политические права (см. об этом ниже) по сути своей являются дополнительными к этому основополагающему праву (даже если оно в них и не провозглашено).
По источнику (или способу) возникновения политические права, как и все закрепленные в конституциях права и свободы, следует рассматривать как позитивные - в отличие от естественных, принадлежащих индивиду с рождения.
С точки зрения способа осуществления субъективных (в том числе и политических) прав их принято классифицировать на индивидуальные (которые можно осуществлять как "в одиночку", так и в составе какой-либо общности) и коллективные (которые можно осуществлять только в составе общности, объединения).
В отличие от иных конституционных прав (экономических, социальных, культурных, личных) значительное количество политических прав и свобод может реализовываться только в составе определенной общности - это так называемые коллективные права. Среди них - право создавать (образовывать) политические партии, объединения, союзы, организации, ассоциации; свобода собраний, митингов, шествий, демонстраций, манифестаций.
Думается, что предоставляемое рядом европейских конституций избирателям (строго определенному их количеству) право требовать проведения референдума, а также право законодательной инициативы следует рассматривать как коллективное. Примером является записанное в ст. 75 Конституции Италии право 500 000 избирателей потребовать назначения референдума для полной или частичной отмены закона или акта, имеющего силу закона (речь идет о так называемом народном вето), а также установленная в ст. 138 Конституции Швейцарии возможность 100000 избирателей предложить полный пересмотр Союзной конституции, в ст. 139 - возможность 100000 избирателей потребовать частичного пересмотра Союзной конституции и в ст. 141 - возможность 50000 избирателей потребовать проведения референдума.
Однако многие традиционные политические права и свободы - право избирать и избираться, свобода слова, право на получение информации и т.д. - могут осуществляться индивидом (в первую очередь гражданином) "самостоятельно", то есть являются индивидуальными правами.
Некоторые политические права, например право петиций, право на критику, право пикетов, могут выступать как в качестве индивидуальных, так и коллективных прав.
"Каждый имеет право обращаться к публичным властям с петициями, подписанными одним или несколькими лицами. Только учредительные органы могут обращаться с петициями от имени коллектива", - записано в ст. 28 Конституции Бельгии. "Граждане Азербайджанской Республики обладают правом критиковать деятельность или работу государственных органов, их должностных лиц, политических партий, профессиональных союзов, других общественных объединений..." - гласит ст. 57 Конституции.

5. Круг политических прав и свобод

В конституциях большинства европейских государств закреплен довольно широкий круг политических прав и свобод. Это, как уже говорилось выше, комплексное право участвовать в управлении обществом и государством (а в ряде случаев оказывать решающее влияние на политику); это - право избирать и избираться (то есть активное и пассивное избирательное право), а также право участвовать в процедурах непосредственной демократии; право занимать государственные должности и выполнять публичные функции; право создавать общественные объединения, ассоциации и, главное, политические партии; свобода собраний, митингов, манифестаций; право на информацию, или свобода информации, включающее в себя целый ряд прав и свобод, в том числе право на получение информации, имеющей общественное значение; право петиций; право критики публичных учреждений и должностных лиц; право (и обязанность) защиты Отечества. Особое место в перечне политических прав и свобод занимают право на сопротивление и право убежища.
Право участвовать в управлении обществом и государством, как уже говорилось выше, в качестве единого комплексного права формулируется в конституциях довольно редко. Таков подход португальской Конституции: "Все граждане имеют право принимать участие в политической жизни и в решении общественных вопросов, стоящих перед страной, непосредственно или через законно избранных представителей" (ст. 48).
В большинстве же конституций это право прямо не закреплено, однако изучение соответствующих норм позволяет сделать вывод, что оно являет собой совокупность различных прав и свобод: право выполнять общественные функции и занимать государственные должности, избирать и избираться, требовать информации о положении дел в стране и регионе, право критики деятельности государственных органов, должностных лиц, политических партий и т.д.
Право избирать и избираться, а точнее, избирательные права граждан (по общему правилу) - это ряд прав, обеспечивающих возможность непосредственного участия в формировании выборных органов публичной власти (и наделении полномочиями выборных должностных лиц), а также возможность участия в процедурах прямой демократии. В Конституции Казахстана, например, записано: "Граждане Республики имеют право избирать и быть избранными в государственные органы и органы местного самоуправления..." (ст. 33).
В ряде конституций избирательными правами наделяются не только граждане. "Каждый финляндский гражданин и каждый иностранец, постоянно и законно проживающий в Финляндии, имеет право участвовать в коммунальных выборах и коммунальном референдуме в соответствии с постановлениями закона", - гласит § 16 Конституции этой страны.
Что касается процедур прямой демократии, то в конституциях предусмотрен ряд прав граждан по участию в них: это, во-первых, право участия в принятии решения референдумом; во-вторых, право требовать назначения референдума; в-третьих, право ставить вопрос об отзыве депутата и иного выборного лица и принимать об этом решение; в-четвертых, право законодательной инициативы (так называемая народная инициатива) и т.д.
"Непосредственное участие граждан в управлении делами общества и государства обеспечивается проведением референдумов, обсуждением проектов законов и вопросов республиканского и местного значения..." - записано в ст. 37 Конституции Беларуси. При этом чрезвычайно важно, что принятое избирательным корпусом решение на референдуме имеет обязательную силу и, как правило, не подлежит утверждению или отмене соответствующими органами. Так, в соответствии с Конституцией Беларуси "решения, принятые референдумом, могут быть отменены или изменены только путем референдума..." (ст. 77); согласно Конституции Франции, ее пересмотр является окончательным после одобрения его референдумом (ст. 79).
"Референдум может проводиться в результате инициативы граждан по их обращению в Ассамблею Республики..." - говорится в ст. 115 Конституции Португалии. "Народ осуществляет законодательную инициативу путем внесения от имени не менее чем 50 000 избирателей предложения, составленного в форме постатейного проекта", - установлено в ст. 71 Конституции Италии.
Что касается отзыва, то, согласно ст. 72 Конституции Белоруссии, например, инициатива его возможна при постановке вопроса не менее чем 20% избирателей, проживающих на соответствующей территории, а голосование по вопросу об отзыве проводится в порядке, предусмотренном для избрания депутатов.
Право выполнять публичные функции и занимать государственные должности закреплено во многих конституциях (Австрии, Азербайджана, Андорры, Беларуси, Бельгии, Венгрии, Германии, Греции, Грузии, Испании, Италии, Казахстана, Латвии, Литвы, Македонии, Молдовы, Монако, Нидерландов, Норвегии, Польши, Португалии, России, Сан-Марино, Словакии, Турции, Украины, Хорватии, Чехии, Финляндии, Франции, а также Румынии и Эстонии (хотя и в своеобразной формулировке).
Это право (а точнее, ряд прав) может осуществляться только гражданами "своего" государства (хотя в соответствии с некоторыми конституциями возможны и исключения). Так, в Конституции Греции записано, что "... только греческие граждане допускаются к исполнению любых государственных функций, за исключением предусмотренных специальными законами" (абз. 4 ст. 4).
Несколько иной подход имеет место в Конституции Эстонии, где говорится, что "должности в государственных учреждениях и местных самоуправлениях на основаниях и в порядке, установленном законом, заполняются гражданами Эстонии. В соответствии с законом эти должности в виде исключения могут занимать также граждане иностранных государств и лица без гражданства" (ст. 30).
Особенностью Конституции Румынии является закрепление в ней положения о том, что публичные функции и должности могут исполнять лица, имеющие только румынское гражданство (то есть не являющиеся бипатридами и т.п.) и местожительство в стране (абз. 3 ст. 16).
В ряде конституций (например, Андорры, Словакии, Украины) четко провозглашается равенство возможностей при осуществлении таких прав*(33), в некоторых (например, Беларуси, Венгрии, Германии, Турции) при этом речь идет также об учете склонностей, способностей, профессиональной квалификации.
В Конституции Португалии имеется отдельная статья 47, закрепляющая право всех граждан "поступать на государственную службу на условиях равноправия и свободы, как правило, на конкурсной основе" (абз. 2).
Право на объединение, создание союзов и ассоциаций записано практически во всех ныне действующих европейских конституциях. Ряд из них предоставляет это право только "своим" гражданам или подданным*(34) (Австрия, Бельгия, Болгария, Германия, Греция, Дания, Италия, Казахстан, Литва, Люксембург, Македония, Молдова, Монако, Португалия, Румыния, Украина, Хорватия, Швеция), остальные - всем, каждому находящемуся на территории страны.
Примером первого подхода служит норма уже упоминавшегося австрийского закона 1867 г.: "...Австрийские граждане имеют право ... создания объединений" (ст. 12), второго - положения Конституции Азербайджана, гласящие, что:
"1. Каждый обладает правом свободно объединяться с другими.
2. Каждый обладает правом создавать любое объединение, в том числе политическую партию, профессиональный союз и другое общественное объединение, или вступать в уже существующее объединение" (ст. 58).
В большинстве конституций закреплен принцип свободного создания объединений, в ряде из них предусмотрены отдельные ограничения и даже возможность роспуска не отвечающих требованиям конституции и законов союзов и ассоциаций.
Важнейшим из этой группы прав является право создавать (образовывать) политические партии.
В ряде конституций прямо сформулировано такое право граждан*(35) (Андорра, Армения, Грузия, Италия, Литва, Македония, Молдова, Португалия, Румыния, Сан-Марино, Словакия, Турция, Украина, Хорватия, Чехия, Эстония). "Граждане Украины, - говорится в ст. 36 ее Конституции, - имеют право на свободу объединения в политические партии и общественные организации для осуществления и защиты своих прав и свобод и удовлетворения политических, экономических, социальных, культурных и иных интересов: Членами политических партий могут быть только граждане Украины...".
В других конституциях это право прямо не записано, однако путем толкования их норм можно прийти к выводу о том, что такое право у граждан данного государства (и не только у них) имеется. Примером подобного подхода является Конституция Франции, в ст. 4 которой сказано, что "политические партии и группировки создаются и осуществляют свою деятельность свободно".
В конституциях определяются место и роль политических партий в обществе и государстве, принципы, на которых они могут создаваться и функционировать. Так, в ст. 6 Конституции Испании записано, что "политические партии в соответствии с принципом политического плюрализма конкурируют в процессе формирования и выражения воли народа и служат основным инструментом участия в политической жизни. Их создание и деятельность являются свободными в рамках Конституции и закона. Их внутренняя структура и деятельность должны быть демократическими".
Вместе с тем, провозглашая свободу создания политических партий, конституции четко определяют рамки для их образования и функционирования. "Политические партии и группировки должны соблюдать принципы национального суверенитета и демократии", - говорится в ст. 4 Конституции Франции. Внутренняя организация партий, согласно Основному Закону ФРГ, должна соответствовать демократическим принципам; они должны представлять публичный отчет об источниках и расходовании своих средств, а также о своем имуществе (ст. 21). В соответствии с Конституцией Хорватии "...партии организуются по территориальному принципу" (ст. 6). Во многом аналогичной (по смыслу) является норма ст. 37 Конституции Украины, определяющая, что "не допускается создание и деятельность организационных структур политических партий в органах исполнительной и судебной власти и исполнительных органах местного самоуправления, воинских формированиях, ... на государственных предприятиях, в учебных заведениях и других государственных учреждениях и организациях".
В Конституции Венгрии (абз. 3 § 3) четко установлено, что "партии не могут непосредственно осуществлять государственную власть. В соответствии с этим ни одна партия не может осуществлять управление ни одним государственным органом. В интересах разделения партий и государственной власти закон должен определить те государственные посты и должности, которые не может занимать член партии или служащий".
Применительно к партиям, не отвечающим требованиям конституций, предусмотрены положения о признании их антиконституционными и о запрете их создания и деятельности. Так, в Основном Законе ФРГ записано, что "партии, которые по своим целям или действиям своих сторонников стремятся причинить ущерб основам свободного демократического строя или устранить его либо поставить под угрозу существование..." государства, антиконституционны (абз. 2 ст. 21). А в Конституции Италии установлено, что "запрещается восстановление в какой бы то ни было форме распущенной фашистской партии" (п. XII переходных и заключительных постановлений).
Применительно к свободе информации, этому условному обозначению целой группы свобод и прав (свобода слова, свобода выражения мнений, свобода печати и иных средств массовой информации, право на получение информации, имеющей общественное значение, свобода распространения информации и др.) хотелось бы специально остановиться на закрепленном в ряде конституций (Албании, Беларуси, Болгарии, Молдовы, Польши, Румынии, Словакии, Словении, Чехии, Эстонии) праве на получение информации, имеющей общественное значение. Так, в ст. 23 Конституции Албании (помещенной в главе о личных свободах и правах) записано, что "каждый (здесь и далее выделено мною. - С.Н.) имеет право, в соответствии с законом, получать информацию о деятельности государственных органов, а также о государственных служащих...". В ст. 34 Конституции Беларуси установлено, что "гражданам : гарантируется право на получение, хранение и распространение полной, достоверной и своевременной информации о деятельности государственных органов, общественных объединений, о политической, экономической, культурной и международной жизни, состоянии окружающей среды...".
Особенностью Конституции Молдовы является норма об обязанности властей (в соответствии с их компетенцией) "...обеспечивать достоверное информирование граждан об общественных делах" (абз. 2 ст. 34).
В Конституции Румынии закреплено право лица на доступ к любой информации, представляющей публичный интерес, и обязанность публичных властей обеспечивать граждан правильной информацией о публичных делах (абз. 1 и абз. 2 ст. 31).
Отметим, что впервые (из ныне действующих конституций) это право, хотя и в очень своеобразной формулировке, было записано во французской Декларации прав человека и гражданина 1789 г.: "15. Общество имеет право требовать отчета у каждого должностного лица во вверенной ему части управления".
Следует отметить, что при реализации данного права должны соблюдаться нормы об охране государственной (и иной) тайны. "Право на информацию не должно наносить ущерб мерам, направленным на защиту граждан, или национальной безопасности", - записано в абз. 3 ст. 34 Конституции Молдовы.
С правом на получение информации связано, на наш взгляд, право на критику, записанное в некоторых конституциях (Азербайджан, Албания, Литва). "Гражданам гарантируется право критиковать работу государственных учреждений или должностных лиц, обжаловать их решения. Преследование за критику запрещается", - закреплено в ст. 33 Конституции Литвы.
Очень редко закрепляется в современных конституциях право на сопротивление. Следует отметить, что в Европе данное право было впервые провозглашено во французской Декларации 1789 г.: "Цель каждого государственного Союза составляет обеспечение естественных и неотъемлемых прав человека. Таковы свобода, собственность, безопасность и сопротивление угнетению" (ст. 2)*(36).
В принятых после Второй мировой войны конституциях (и особенно в конституциях посттоталитарных стран) речь идет о праве на сопротивление как о принадлежащей гражданам возможности защищать конституционный строй своего государства в случае, если не могут быть использованы предусмотренные конституцией меры и способы (Германия, Словакия, Чехия, Эстония). Так, в ст. 32 Конституции Словакии записано, что "граждане имеют право оказывать сопротивление каждому, кто посягает на демократический порядок осуществления основных прав и свобод человека, предусмотренных настоящей Конституцией, если деятельность конституционных органов и действенное использование средств, предусмотренных законом, оказываются невозможными". Аналогичная норма закреплена в ст. 23 чешской Хартии. А согласно Конституции Азербайджана, право каждого гражданина - "самостоятельно оказывать сопротивление попытке мятежа против государства или государственного переворота" (абз. II ст. 54).
Большим своеобразием отличаются положения ст. 21 Конституции Португалии, предоставляющие это право не только гражданам, но и всем, кто (законно) находится на территории страны, для защиты их прав, свобод и гарантий, а также - от агрессии: "Каждый пользуется правом оказывать сопротивление любому приказу, который наносит ущерб его правам и свободам и их гарантиям, а также применять силу для отпора любой агрессии, если невозможно обратиться к представителям власти".
Особенностью Конституции Хорватии является провозглашение в ней близкого к праву на сопротивление "права всех граждан на публичный протест" (ст. 42)*(37). В Конституции Азербайджана закреплена норма, устанавливающая, что "никто не может быть принужден к исполнению обязанностей, противоречащих Конституции и законам Азербайджанской Республики" (ст. 79). А в Конституции Украины четко записано, что "никто не обязан выполнять явно преступные распоряжения или приказы" (ст. 60).
Применительно к праву убежища хотелось бы отметить, что оно означает предоставление государством укрытия на своей территории (или в своем дипломатическом представительстве на иностранной территории), то есть возможность въезда и пребывания, лицу, преследуемому в другом государстве по политическим, религиозным или иным мотивам. В отличие от всех иных политических прав такая возможность предоставляется только гражданам других государств или лицам без гражданства.
Значительная часть ныне действующих европейских конституций (Азербайджана, Албании, Болгарии, Венгрии, Германии, Грузии, Испании, Италии, Македонии, Молдовы, Польши, Португалии, России, Румынии, Словакии, Словении, Украины, Франции, Хорватии, Чехии) четко закрепляет это право.
Путем толкования соответствующих норм конституций Греции и Мальты можно прийти к выводу, что такое право предусмотрено и в них. Так, в Конституции Греции записано, что "запрещается выдача иностранца, преследуемого за свою деятельность во имя свободы..." (абз. 2 ст. 5), а в Конституции Мальты - "никакое лицо не должно быть выдано за преступление политического характера" (абз. 2 ст. 43).
В части Основных законов сформулированы условия предоставления такого права, его сущность, гарантии и ограничения.
По мнению ряда ученых*(38) суть права убежища состоит в том, что это право включает в себя как нахождение на территории конкретного государства, так и отказ в выдаче лиц, получивших политическое убежище. На наш взгляд, невозможность (точнее, запрет) выдачи таких лиц является скорее гарантией реализации данного права. Так, в абз. 2 ст. 47 Конституции Грузии закреплено само право убежища: "...в соответствии с общепризнанными нормами международного права ... Грузия предоставляет убежище иностранцам и лицам без гражданства". А в следующем абзаце этой статьи устанавливается, что "запрещается выдача другому государству беженцев, преследуемых за политические убеждения", то есть записывается гарантия данного права.
Примеры формулирования сущности права убежища, оснований или условий его предоставления можно найти в целом ряде конституций (Венгрия, Грузия, Германия, Италия, Македония, Португалия и другие). Так, согласно Конституции Венгрии "... в Венгерской Республике - в соответствии с условиями, определенными в законе, - обеспечивается право убежища тем иностранным гражданам, равно как и лицам без гражданства, которые в стране их пребывания преследуются по расовым, религиозным, национальным, языковым или политическим причинам или их опасения относительно преследований являются обоснованными - если ни страна их происхождения, ни какая-либо иная страна не обеспечивают их защиту" (абз. 1 § 65).
Вместе с тем некоторые конституции четко предусматривают и возможности ограничения этого права. Согласно ст. 16а Основного Закона ФРГ это касается лиц, прибывших из государств-членов ЕС или иных государств, в которых обеспечено действие Конвенции о статусе беженцев и Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Специальный закон должен определить список государств, в которых нет политических преследований, бесчеловечных либо унизительных наказаний или обращения и т.д. А в Конституции Испании однозначно установлено, что "...террористические акты не являются политическими преступлениями" (абз. 3 ст. 13).

6. О политических обязанностях

Применительно к политическим обязанностям следует отметить, что ряд конституций (Австрия, Албания, Босния и Герцеговина, Германия, Исландия, Латвия, Лихтенштейн, Македония, Мальта, Монако, Словения, Швеция) вообще не содержит положений о политических обязанностях.
Круг закрепленных в остальных конституциях политических обязанностей весьма узок; причем, на наш взгляд, следует различать две их категории: обязанности, распространяющиеся на всех граждан (и, иногда, неграждан) конкретного государства, и обязанности отдельных категорий граждан (должностные лица, избиратели и т.п.).
Все граждане, согласно конституциям, должны: соблюдать конституцию и законы своей страны*(39) (Азербайджан, Беларусь, Болгария, Грузия, Испания, Италия, Казахстан, Россия, Румыния, Турция, Украина, Хорватия). В Конституции Эстонии записано, что долг каждого гражданина - быть верным конституционному строю, а все иностранцы и лица без гражданства обязаны соблюдать конституционный строй государства (ст. 54 и 55).
В ряде конституций речь идет об обязанности всех граждан быть верными, преданными своему государству (Азербайджан, Ирландия, Италия, Польша, Румыния, Сан-Марино, Эстония). Так, в ст. 74 Конституции Азербайджана записано, что "верность Родине священна" (абз. 1); аналогичное положение записано и в Конституции Румынии (абз. 1 ст. 50). "Преданность народу и верность государству являются основными политическими обязанностями всех граждан", - говорится в абз. 2 ст. 9 Конституции Ирландии. "Обязанностью польского гражданина является верность Республике ... и забота об общем благе" - ст. 82 Конституции Польши.
Особенностью Конституции Азербайджана является установление в ней обязанности каждого гражданина уважать государственные символы Республики - ее флаг, герб и гимн (ст. 75). Аналогичная обязанность записана и в Конституции Казахстана (абз. 2 ст. 34). Подобная норма есть и в Конституции Украины (ст. 65).
В большинстве конституций установлена обязанность граждан (в основном мужчин) защищать свое Отечество. "Защита Родины - долг каждого гражданина", - записано в ст. 76 Конституции Азербайджана. "Защита Республики Беларусь - обязанность и священный долг гражданина Республики Беларусь", - говорится в ст. 57 Конституции этой страны. В ст. 81 Конституции Дании записано, что "...каждый взрослый мужчина, способный носить оружие, должен лично исполнять долг по защите своей страны...".
Особенностью Конституции Турции является норма о том, что "служение Отечеству" (по смыслу ее ст. 72 - несение службы в вооруженных силах и государственных органах) - "право и обязанность каждого турка".
Конституции Азербайджана, Армении, Беларуси, Казахстана, Молдовы, Украины закрепляют норму об уважении прав, свобод, чести, достоинства других лиц*(40); Беларуси и Болгарии - их законных интересов; Беларуси - национальных традиций.
В ряде конституций речь идет о политических обязанностях должностных лиц. "Граждане, которым доверены государственные функции, обязаны выполнять их дисциплинированно и достойно", - гласит ст. 54 Конституции Италии.
В некоторых европейских конституциях (Бельгия, Греция, Италия, Португалия) закреплена обязанность избирателя принимать участие в голосовании на выборах (то есть содержатся положения о так называемом обязательном вотуме). Так, в ст. 62 Конституции Королевства Бельгия установлено, что "голосование является обязательным и тайным..."; в ст. 51 Конституции Греции говорится, что "осуществление избирательных прав является обязательным..."; в Конституции Италии подчеркивается, что осуществление избирательного права "является гражданским долгом" (ст. 48).

7. О гарантиях политических прав и свобод

Применительно к вопросу о гарантиях политических прав и свобод следует отметить, что наряду с положениями Конституций, направленными на реализацию и защиту всех основных прав и свобод (то есть с так называемыми внутригосударственными и международно-правовыми гарантиями) в ряде Основных законов записаны и нормы об обеспечении именно политических прав и свобод.
Примерами первых являются положения о признании государством индивида, его прав и свобод наивысшими ценностями; об обязанности государства и его органов обеспечивать и защищать права и свободы; нормы о непосредственном действии конституции и особенно ее установлений о правах и свободах, а также закрепление в конституциях принципов равноправия и недискриминации; действенного механизма охраны прав и свобод (органы конституционного контроля, омбудсманы, суд, прокуратура и т.п.). В Конституции России, например, записано, что "человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства" (ст. 2). В Основном Законе Германии установлено, что "нижеследующие основные права обязательны для законодательной, исполнительной власти и правосудия как непосредственно действующее право" (абз. 3 ст. 1).
Что же касается собственно политических прав и свобод, то, пожалуй, наиболее полно в европейских конституциях очерчен круг гарантий, направленных на обеспечение свободы мнений, мысли, слова (то есть свободы высказываний, информации). Это, прежде всего, нормы о запрете цензуры; о недопущении монополизации государством или отдельными лицами средств массовой информации; о свободе печати и запрете конфискации печатных изданий. Это также положения о невозможности преследования за выражение (в рамках закона) своих мнений, убеждений или отказ от них; о возможности опровержения обнародованной информации и ответа на нее.
"Никто не может быть принужден к выражению своих убеждений или отказу от них", - записано в ст. 33 Конституции Беларуси. "Никого нельзя преследовать или ограничивать в правах по причине его убеждений, никого нельзя обязать или принудить давать сведения о своих или чужих убеждениях", - говорится в ст. 38 Конституции Болгарии.

8. Об ограничениях политических прав и свобод

Однако осуществление прав и свобод имеет свои пределы. Недобросовестное их использование может повлечь ответственность, ограничение и даже, в исключительных случаях, лишение индивида прав и свобод.
Применительно к политическим правам и свободам ограничения возможны в контексте общих ограничений прав и свобод. "Каждый может свободно развивать свою личность и участвовать в социальной, экономической и политической жизни страны, если только он не препятствует правам других, не нарушает Конституцию или нравственные нормы", - закреплено в абз. 1 ст. 5 Конституции Греции.
В условиях нормального функционирования общества и государства ограничения отдельных прав и свобод могут быть установлены только законом или на основе закона в целях защиты безопасности государства, его правопорядка, общественной нравственности, прав и свобод иных лиц. В условиях исключительных (чрезвычайных) ситуаций (агрессия, угроза независимости и единству государства, крупные стихийные бедствия, техногенные катастрофы и т.п.) также возможны ограничения ряда прав и свобод (в том числе политических).
Вместе с тем в соответствующих статьях конституций специально предусмотрены "заслоны" от злоупотребления важнейшими политическими правами.
Так, в отношении свободы слова четко определены границы ее осуществления. Она не может наносить ущерб национальной безопасности, охране государственной тайны, достоинству, чести, личной жизни индивида. Запрещаются клеветнические высказывания в адрес государства, народа, призывы к национальной, расовой, классовой или религиозной ненависти, дискриминации, насилию, непристойные высказывания и т.п.
"Неконституционны любые призывы к национальному, расовому, религиозному или иному неравноправию, а также разжигание национальной, расовой, религиозной или иной ненависти и нетерпимости. Неконституционны любые призывы к насилию и войне", - записано в ст. 63 Конституции Словении. Согласно Конституции Португалии, подобные нарушения, совершенные при пользовании свободой слова и информации, наказываются в соответствии с общими принципами уголовного права (абз. 3 ст. 37).
Особенностью Основного Закона Германии является норма о возможности (в случае серьезных злоупотреблений) лишения некоторых прав: "Каждый, кто использует свободу выражения мнений, в частности, свободу печати, ... свободу собраний, ... свободу объединений ... или право убежища ... для борьбы против основ свободного демократического строя, утрачивает эти основные права" (ст. 18).

§ 6. Конституционно-правовой статус национальных меньшинств
в зарубежных европейских государствах

1. Признание национальных меньшинств
в конституциях европейских стран

Вопросы регулирования и защиты прав национальных меньшинств по-разному решаются в конституционном законодательстве европейских государств. В то время как в законодательстве одних стран существование национальных меньшинств не только признается внутренним конституционным законодательством, но и содержит нормы о придании членам этих групп особого статуса и наделении их рядом специальных прав в целях уравнивания их положения с положением остальных граждан, в конституциях других стран статус меньшинств специально не регулируется - более того, их наличие на территории этих государств не признается.
До сих пор, несмотря на существующие международные подходы, во многих конкретных ситуациях не только правительство той или иной страны, но и значительные слои граждан нередко весьма болезненно относятся к стремлению групп своих соотечественников заявлять о себе как о самостоятельном этносе со всеми вытекающими из статуса национального меньшинства последствиями*(41).
Конструктивный подход к решению данной проблемы требует, чтобы полиэтничность и поликультурность современных государств выдвигала перед ними объективную необходимость определения собственной стратегии в сфере межнациональных отношений и защиты прав национальных меньшинств, основанной на выработанных международным сообществом общих подходах, стандартах и нормах в области обеспечения прав человека и гражданина в национальной сфере. Каждое государство должно быть общим домом для всех проживающих в нем этнических, религиозных и языковых меньшинств, которые на деле могли бы пользоваться равенством с остальными членами общества, причем никто из них не должен находиться в положении граждан "второго сорта". С другой стороны, решением проблем меньшинств не может и не должно быть создание для каждой этнической группы своего собственного "очищенного" моноэтнического государства или полугосударства. Государство не должно быть "исключительной собственностью" какой-либо одной национальной, этнической или языковой группы, будь то группа большинства или меньшинства.
Существование национальных меньшинств - это прежде всего вопрос реальной действительности, а уже затем - права. С точки зрения права вопрос существования меньшинств заключается в первую очередь в том, признает или нет государство наличие национальных меньшинств на своей территории. Однако это имеет значение именно для внутринационального законодательства государств, а не международного права. Для последнего признание государством национальных меньшинств вовсе не является решающим. Это следует из обязанности каждого государства добросовестно выполнять обязательства, вытекающие из договоров и других источников международного права. Государство не может ссылаться на положения своей Конституции или своих законов как на оправдание невыполнения им своей обязанности в отношении меньшинств. Внутренняя политика государств не должна оказывать ограничивающего воздействия на международные стандарты в этой сфере. Конституции государств, а также основанное на них законодательство не должны использоваться для выхолащивания или ограничения прав национальных меньшинств, установленных международным правом.
Необходимо тем не менее учитывать, что для обеспечения прав национальных меньшинств решающим остается признание их внутренним законодательством, и прежде всего конституциями государств, поскольку отсутствие такого официального признания лишает их на практике возможности использования принципов, заложенных в ст. 27 Международного пакта о гражданских и политических правах*(42).
Что касается имплицитного признания национальных меньшинств*(43), то следует отметить, что конституционных положений общего порядка, запрещающих дискриминацию по признакам происхождения, расы, религии или языка, далеко не достаточно для того, чтобы говорить о признании в этой стране национальных, этнических или языковых меньшинств. Официальная статистика государств, которая классифицирует население по этническим, языковым или религиозным признакам, также не указывает на то, что подобное деление может иметь какое-то юридическое значение в качестве официального признания национального или этнического меньшинства, хотя сами по себе эти данные и могут указывать на существование в данной стране национального меньшинства. Следует при этом иметь в виду, что государства далеко не всегда стремятся выявить этническую принадлежность в официальных переписях населения, из-за чего нередко возникают проблемы в оценке численности той или иной группы. Именно в связи с этим, например, к бретонцам в зависимости от разных критериев причисляют в настоящее время от 500 тыс. до 3 млн 700 тыс. человек*(44).
В отдельных государствах существование этнических или языковых меньшинств вообще не находит признания в конституционном и ином законодательстве. Среди западноевропейских стран такую позицию непризнания существования в своей стране этнических групп, независимо от того, являются ли они меньшинствами или нет, занимает, например, Франция, полагая, что вопросы, связанные с использованием религии и языка, относятся не к публичному праву, а к сфере личного пользования этими правами и свободами в рамках, определенных законом. Так, именно политикой непризнания национальных меньшинств руководствовался в 1991 г. Конституционный совет Франции, когда принимал решение о несоответствии Конституции Закона 1991 г., содержащего статут территориального коллектива Корсики, в котором впервые на законодательном уровне было использовано новое понятие "корсиканский народ". Конституционный совет в своем решении сослался на ст. 2 Конституции Франции, которая признает только французский народ, состоящий из французских граждан "без различия происхождения, расы или религии". Между тем такая позиция не подтверждается данными этнографических исследований, по представлениям которых во Франции существуют этнические группы, отличающиеся от французов в культурном и языковом отношении (бретонцы, эльзасцы, валлоны, фламандцы, каталонцы и др.)*(45). Следует отметить, что в последние годы во Франции национальным меньшинствам стали предоставляться определенные права в национально-культурной сфере, прежде всего в сфере использования национального языка, в частности, разрешено преподавание и воспитание в школах и в дошкольных учреждениях на национальном языке.
В ФРГ, хотя вопросы правового статуса национальных меньшинств и не нашли отражения в Основном Законе государства, определенные положения в отношении признания этих групп населения имеются на уровне конституций ряда федеральных земель.
Картина непризнания национальных меньшинств в одних государствах сменяется дифференцированным подходом других государств к определению и признанию национальных меньшинств, когда даже в пределах одного и того же государства статус различных этнических групп регулируется по-разному.
Так, согласно Конституции Республики Словения от 23 декабря 1990 г. специальной статьей выделяются особые права автохтонных итальянского и венгерского национальных сообществ. Им гарантируется довольно широкий круг прав (ст. 64), вплоть до установления специального представительства по одному депутату в Государственное собрание Словении (ст. 80). В то же время оговаривается, что права цыганского сообщества, проживающего в Словении, регулируются специальным законом.
Следует отметить, что конкретный перечень групп, на которые в соответствии с конституцией страны распространяется статус национального меньшинства, на практике создает реальную опасность того, что другие группы, не упомянутые в нем, могут быть исключены из сферы действия законодательства по обеспечению защиты национальных меньшинств. В связи с этим многие государства используют в основном абстрактные критерии признания таких меньшинств и не перечисляют существующие меньшинства. Хотя признание в целом и наделяет меньшинства легитимностью, однако само по себе оно еще не гарантирует защиту их прав. Тем не менее признание имеет определенное значение уже хотя бы потому, что государство соглашается взять на себя определенные обязательства, вытекающие из признания национальных меньшинств.

2. Конституционно-правовая защита от дискриминации
национальных меньшинств

Процесс защиты национальных меньшинств в государствах, в том числе европейских, связан с проведением политики эмансипации - осуществления прав человека для всех, включая в первую очередь ликвидацию всех форм дискриминации по признаку расы, языка, цвета кожи, национального или этнического происхождения. Такая дискриминация в некоторых европейских государствах до настоящего времени проявляется в непредоставлении отдельным группам лиц, например цыганам, гражданства данного государства*(46). Невозможность же получения гражданства является серьезным препятствием, в частности, для участия цыган в политических процессах, в решении отдельных трудовых, социальных и других прав этих национальных меньшинств*(47). Отсутствие, например, политических прав у этих групп, в свою очередь, подтверждает, что правительства этих государств не представляют интересы всего народа. Таким образом, ликвидация дискриминации является обязательным предварительным условием соблюдения принципа равенства лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам, с остальным населением государства.
Проблема недискриминации в отношении национальных или этнических групп основывается на принципе полной ликвидации дискриминации в отношении личности, что закреплено во Всеобщей декларации прав человека. Кроме того, проведение недискриминационной политики государств по отношению к национальным меньшинствам и закрепление ее на уровне конституционного законодательства опирается на такой важнейший международный документ, как Конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации от 7 марта 1966 г.*(48) Понятие "расовой дискриминации", применяемое в данной Конвенции, включает дискриминацию по признаку этнического происхождения, и во всех случаях, когда применяется термин "раса", он охватывает также "этнические группы"*(49). Поскольку Конвенция о ликвидации расовой дискриминации охватывает также этническую дискриминацию, она на сегодняшний день представляет собой главнейший инструмент содействия обеспечению равенства между членами различных этнических групп.
В соответствии со ст. 5 Конвенции государства обязуются гарантировать без дискриминации по признаку этнической принадлежности права каждого человека в очень широкой сфере: право на равенство перед судом; право на личную безопасность и защиту со стороны государства от насилия или телесных повреждений, причиняемых как правительственными должностными лицами, так и какими бы то ни было отдельными лицами, группами или учреждениями; политические права, гражданские права (на свободу передвижения и проживания в пределах государства; покидать любую страну, включая свою собственную, и возвращаться в свою страну; на гражданство; на вступление в брак и на выбор супруга; на свободу мысли, совести, религии, на свободу убеждений и на свободное выражение их; на свободу мирных собраний и ассоциаций и др.); экономические и социальные права (на труд, свободный выбор работы, справедливые и благоприятные условия труда, защиту от безработицы, равную оплату за равный труд; на жилище, на образование, на равное участие в культурной жизни и др.); права на доступ к любому месту или любому виду обслуживания, предназначенному для общественного пользования (транспорт, гостиницы, рестораны, театры, кафе и пр.).
Практически во всех европейских странах нормы, касающиеся недискриминации национальных меньшинств и принадлежащих к ним лиц, закреплены в конституционных положениях. Помимо этого такие нормы нередко закрепляются в законодательных актах отраслевого либо межотраслевого характера применительно к различным отраслям и сферам, в которых такая дискриминация возможна. В отдельных странах, например в Великобритании (1976 г.), приняты специальные законы о расовых отношениях, которые направлены на защиту личности от дискриминации в целом ряде областей (занятости, образования, обслуживания и т.д.). Эти законы также достаточно широко трактуют понятие расовой группы, включая в нее лиц, объединяемых не только отношением к расе, но и к гражданству, а также национальным и этническим происхождением.
Рассматривая содержание антидискриминационных норм, выраженных в конституциях европейских государств, следует отметить, что подавляющее большинство этих государств признает, что люди имеют право на равенство перед законом.
Так, в Конституции Австрии нашло отражение положение, согласно которому граждане, принадлежащие к какому-либо меньшинству, должны пользоваться равноправием, и предоставленные федеральным законом национальным меньшинствам права остаются незыблемыми*(50). В соответствии с Декларацией по национальному вопросу, принятой Народным Собранием Болгарии 15 января 1990 г., в этой стране "принцип равенства всех граждан перед законом должен соблюдаться точно и безусловно, без привилегий и преимуществ". Кроме того, предусматривается необходимость принятия закона о дополнительных судебных и административных гарантиях защиты прав и интересов, свобод, безопасности, спокойной жизни малочисленных в этническом отношении групп населения любого района, общины или селения*(51). Данные положения Декларации нашли впоследствии отражение и в Основном законе Болгарии: в ст. 6 Конституции от 12 июля 1991 г. закреплена норма о том, что "не допускаются никакие ограничения в правах или в привилегиях на основании расы, национальности, этнической принадлежности" и других обстоятельств.
Достаточно основательное регулирование статуса национальных меньшинств содержится в Конституции Венгерской Республики 1949 г. (в редакции 1989 г.). Она также содержит нормы, связанные с запретом дискриминации и наказанием за дискриминацию по признакам расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения и других различий, характеризующих положение человека и гражданина. "Венгерская Республика, - сказано в ст. 70/А ее Конституции, - гарантирует всем находящимся на ее территории лицам права человека и гражданина без какого бы то ни было различия, а именно расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественных, по рождению и иных характеризующих его положение различий. При этом любая дискриминация человека на основе указанных различий карается законом".
В Основном Законе ФРГ от 23 мая 1949 г. данный принцип выражен следующим образом: "Никому не может быть причинен ущерб или оказано предпочтение по признакам пола, происхождения, расы, языка..." (ст. 3). В § 15 главы 2 "Основные свободы и права" Формы правления Швеции от 27 февраля 1974 г. указывается: "В законе или ином предписании не может содержаться неблагожелательное отношение к какому-либо гражданину, который на основании расы, цвета кожи или этнического происхождения принадлежит к меньшинству". При этом в § 22 той же главы добавляется, что "иностранцы уравниваются в правах в государстве со шведскими гражданами в вопросах... защиты от неблагоприятного отношения по признаку расы, цвета кожи или этнического происхождения".
В ст. 6 "Право на национальную сущность" Конституции Румынии, принятой Парламентом Румынии 21 ноября 1991 г., также устанавливается, что государство признает и гарантирует лицам, принадлежащим к национальным меньшинствам, право на хранение, развитие и проявление своей этнической, культурной, языковой, религиозной и национальности сущности. При этом принятые государством меры по сохранению, развитию и проявлению указанных прав, принадлежащих национальным меньшинствам, должны соответствовать принципам равенства и отсутствия дискриминации по отношению к другим румынским гражданам.
Аналогичные положения содержатся в конституциях и законодательных актах многих других европейских государств. Закрепление равноправия граждан независимо от национальной принадлежности на уровне конституционных и иных законодательных норм подчеркивает, что государство принципиально отклоняет всякую дискриминацию национальных меньшинств и тем самым демократично решает один из самых сложных и наболевших вопросов в жизни общества.
В конституциях ряда европейских государств, наряду с запретом осуществления дискриминации по национальному признаку, закрепляется свобода национальной самоидентификации граждан. Например, в Хартии основных прав и свобод Чешской Республики от 9 января 1991 г. это нашло отражение в положении ст. 3, устанавливающей, что "каждый имеет право свободно определять свою национальность". При этом, согласно ст. 24 того же документа, "принадлежность к какому-либо национальному или этническому меньшинству не должна никому причинять ущерб"*(52). Такое же положение содержится и в Конституции Республики Хорватия от 22 декабря 1990 г., в соответствии с которой представителям всех народов и национальных меньшинств гарантируется свобода выражения народной принадлежности (ст. 15).
Многие европейские государства признали и необходимость обеспечения осуществления гражданских прав всеми, без дискриминации. Так, отдельные государства стремятся обеспечить, чтобы все лица пользовались свободой при вступлении в брак и выборе супруга. В Болгарии, например, действует специальное положение, которое прямо устанавливает, что любое лицо, принимающее меры для предотвращения смешанных браков, подлежит наказанию. При этом всякий болгарский гражданин имеет право на свободный выбор имени*(53). Последнее связано с тем, что, как известно, в Болгарии в период так называемого возродительного процесса осуществлялась политика принудительной смены имен болгарских граждан, чем нарушались права человека и проявлялось пренебрежение к жизненно важным духовным и материальным интересам различных этнических групп болгарских граждан*(54). Результатом этого было массовое выселение болгарских граждан в Турцию, что привело страну к достаточно тяжелым политическим, экономическим и моральным потрясениям.
Вопросы недискриминации, основанной на принципе национальной принадлежности, находят свое развитие в текущем законодательстве европейских государств, прежде всего устанавливающем запрет на дискриминацию в области реализации лицами трудовых прав, жилищных прав, прав на пользование различными благами (коммунальными услугами, электричеством, телефоном) и т.п.
Так, во многих европейских государствах на конституционном уровне запрещаются ассоциации, поощряющие расовую дискриминацию. В Испании, например, ассоциации, сформированные в целях поощрения расовой дискриминации, считаются противозаконными. В Португалии запрещены фашистские организации. Во Франции такого рода ассоциации, основанные на идеологии превосходства одной какой бы то ни было расы перед другой, могут быть распущены и лишаются всех юридических прав*(55).
Равенство и недискриминация в осуществлении политических прав предусмотрены также в законодательстве многих государств, в частности, в законодательстве, касающемся избирательных прав граждан. В некоторых странах это закреплено специальными положениями, в других - может вытекать и из общего принципа равного и всеобщего избирательного права.

3. Закрепление в конституциях специальных прав
национальных меньшинств

Следует отметить, что ряд стран, учитывая неравнозначность таких понятий, как "недискриминация" и "равноправие", а также стремясь к сохранению баланса между обеспечением прав и интересов большинства населения и требованиями национального меньшинства, предпринимает отдельные действия позитивного характера, направленные на предоставление дополнительных специальных прав и преимуществ как определенным группам национальных меньшинств, так и отдельным членам этих групп. Целью таких действий является обеспечение прогрессивного развития этих групп и лиц с тем, чтобы предоставить им возможность равного осуществления прав человека и гражданина независимо от расовой, национальной или языковой принадлежности. Они направлены прежде всего на обеспечение равенства возможностей группам национальных меньшинств и их членам в реализации общечеловеческих и общегражданских прав.
На основе принципа равенства представители национальных меньшинств должны иметь те же права на политическое представительство на различных уровнях осуществления власти, что и другие члены общества. Однако зачастую они не могут воспользоваться этими правами, так как лица, составляющие большинство населения, могут и не отдавать свои голоса представителям национальных меньшинств. В связи с этим отдельные государства используют дополнительные меры для решения данной проблемы. Например, согласно ст. 59 Конституции Румынии от 21 ноября 1991 г., "организации граждан, принадлежащих к национальным меньшинствам, которые не собирают на выборах достаточное число голосов для представительства в парламенте, имеют право на одно депутатское место каждая при условиях, установленных избирательным законом". При этом граждане одного национального меньшинства могут быть представлены только одной организацией.
В соответствии с Конституционным законом "О правах и свободах человека и правах этнических и национальных сообществ или меньшинств в Республике Хорватия" от 4 декабря 1991 г. (ст. 18) "лица, принадлежащие к этническим и национальным сообществам или меньшинствам, которые составляют более 8% населения Республики Хорватия, имеют право быть представленными пропорционально своей численности в структуре населения в Саборе и Правительстве Республики Хорватия, а также в высших органах судебной власти". Лица, принадлежащие к этническим и национальным сообществам или меньшинствам, численность которых составляет менее 8%, имеют право избирать в общей сложности пять депутатов в Палату представителей Сабора Республики Хорватия. Кроме того, согласно названному закону, указанным лицам предоставлено право на представительство в органах местного самоуправления пропорционально их численности в структуре населения определенной единицы местного самоуправления*(56). В Хорватии предусмотрен усложненный порядок принятия законов, затрагивающих национальные права граждан: они принимаются большинством не менее двух третей голосов от общего числа депутатов Палаты представителей. Установленный порядок подчеркивает особую значимость, которую придает таким законам государство.
Для обеспечения представительства национальных интересов при органах государственной власти в отдельных странах создаются специализированные консультативные органы. Так, для консультирования федерального правительства Австрии и федеральных министерств по делам национальных меньшинств при ведомстве федерального канцлера созданы советы национальных меньшинств, призванные охранять и представлять культурные и экономические интересы национальных меньшинств. Их мнение должно быть заслушано перед принятием правовых предписаний по вопросам, затрагивающим права и интересы меньшинств. Они же осуществляют и консультирование правительств земель, если те обращаются к ним с этой просьбой.
Помимо закрепления прав национальных меньшинств на политическое представительство в конституциях и законодательстве ряда стран предпринимаются попытки обеспечения и сохранения самобытности различных национальных, этнических и языковых групп на своей территории. Центральным здесь является вопрос об обеспечении языковых прав указанных лиц. Он касается различных аспектов - права и возможности получения образования на национальном языке (на различных ступенях образования); права на общение на национальном языке; права на получение и распространение информации на национальном языке; права на осуществление топографических обозначений на национальном языке; права на обращения в государственные органы и органы местного самоуправления на национальном языке, на предоставление услуг переводчика в судебных органах и др.
Одной из наиболее распространенных сфер поддержки государствами национальных меньшинств, закрепленных на конституционном уровне, является сфера образования. В Румынии, например, право лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам, учиться на родном языке и получать образование на родном языке гарантируется ст. 32 Конституции. При этом способы осуществления этих прав устанавливаются законом.
Помимо государственной поддержки права на образование на национальном языке осуществляется поддержка национальных языков и в других сферах, в частности, охватывающих возможность распространять и воспринимать информацию на родном языке, пользоваться своим языком в официальных учреждениях, в области топографии и др.*(57)
С другой стороны, в практике европейского конституционного регулирования имеет место и такая ситуация, когда язык национального меньшинства в стране по сути возводится в ранг одного из действующих государственных языков. Речь в данном случае идет о языке финляндских шведов.
Финляндия, как известно, может считаться практически моноэтнической страной, так как 93,6% ее населения составляют финны. Этнических меньшинств в стране немного и они невелики. Наиболее значительную группу из них - около 300 тыс. человек (около 6% населения) составляют шведы*(58). Тем не менее сначала Конституцией 1919 г., а затем и Законом о языке 1922 г. шведский язык признан вторым государственным языком наряду с финским. Кстати, исходя именно из этого факта Финляндская комиссия ЮНЕСКО определяет финляндских шведов только как "культурное меньшинство"*(59).
Конституцией Финляндии (§ 14) устанавливается равноправие финского и шведского языков; кроме того, указывается, что государство обязано охранять "на одинаковых началах" права финского и шведского населения. Названным Законом 1922 г., а также другими нормативными актами лингвистические проблемы шведского населения в Финляндии регулируются достаточно подробно.
Наиболее развернутым в плане поддержки на государственном уровне развития языков национальных меньшинств, помимо Финляндии, представляется также законодательство Бельгии, Испании, Венгрии, Австрии, Швейцарии, Норвегии. В Конституции Испании заложен принцип уважения прав языковых меньшинств. И хотя официальным языком является кастильский, за автономными сообществами также сохраняется право устанавливать официальный язык области. Богатство лингвистических особенностей различных районов признается культурным наследием страны, пользующимся защитой и уважением (ст. 3). Специальные разделы, касающиеся регулирования использования языков национальных меньшинств, содержатся в Федеральном законе Австрийской Республики от 7 июля 1976 г. "О правовом положении национальных меньшинств"*(60) и в Законе Венгерской Республики от 7 июля 1993 г. "О правах национальных и этнических меньшинств"*(61).
В швейцарской федеральной Конституции отсутствуют упоминания о национальных, языковых группах или меньшинствах. Союзное государство предоставляет своим 26 кантонам право самим проводить культурную и тем самым языковую политику. При этом важным элементом швейцарской конституционной языковой политики является то, что языковая защита в Швейцарии связана с территориальными, а не личностными союзами. Каждый кантон выбирает себе один (или несколько) из четырех государственных языков, и он (они) становятся для кантона государственным кантональным языком. Администрация, полиция, суды используют этот язык, преподавание в государственных школах также ведется на этом языке. С федеральными властями каждый швейцарец может обращаться на одном из четырех государственных языков. При этом языковая гомогенность трех больших языковых пространств относительно велика. Швейцарский языковый порядок пытается прагматическим способом связать два основных положения: с одной стороны - незафиксированное в письменном виде положение об индивидуальной языковой свободе и с другой - кантональное право распоряжаться официальными языками и языками, на которых ведется преподавание*(62).
Вместе с тем в некоторых странах, например Великобритании, не принято использовать языки меньшинств для ведения официальных дел. Преподавание общеобразовательных предметов на языках национальных меньшинств также не предусматривается в основных учебных программах школ. Считается, что ученик получит больше пользы, если преподавание будет вестись на официальном, английском, языке. Однако если родной язык ребенка не является английским, на первых порах ему может оказываться помощь на двух языках. Дети национальных меньшинств могут изучать родные языки во внешкольное время в классах, организованных и оплачиваемых общиной*(63).
Еще более радикально к решению данной проблемы подходит Конституция Турции от 7 ноября 1982 г., согласно ст. 42 которой "... никакой язык, кроме турецкого, не должен преподаваться в качестве родного языка турецким гражданам в любых образовательных учебных заведениях".
Резкое ограничение в праве на получение образования на родном языке наблюдается и в политике Латвии и Эстонии. Так, например, принятыми в Латвии 22 января 2004 г. поправками к Закону 1998 г. "Об образовании" с 1 сентября 2004 г. в старший классах средних школ Латвии, в которых реализуются программы образования национальных меньшинств, обучение должно вестись на государственном (латышском) языке, за исключением предметов, предусматривающих сохранение их национальной и культурной идентичности, то есть русского языка и русской литературы. Ранее этот же Закон гласил, что соотношение учебных дисциплин, преподаваемых на латышском и русском языке, должно составлять соответственно 60 к 40, к тому же школы могли сами выбирать предметы, которые будут преподаваться на латышском. Теперь Сейм Латвии практически лишил учебные заведения права такого выбора. Принятие подобного закона, как представляется, может означать лишь стремление к насильственной ассимиляции национальных меньшинств.
Язык тесно связан с культурой, хотя культура и является более широким понятием. Культурные и духовные аспекты существования национальных меньшинств также имеют основополагающее значение. Поэтому в конституциях целого ряда европейских стран содержатся нормы, направленные на сохранение самобытности национальных меньшинств в области культуры. Такая позиция государств соответствует подходам ЮНЕСКО по этим вопросам - практически повсеместно в странах, где признается существование национальных меньшинств, признается также и тот факт, что каждая культура обладает достоинством и ценностью, которые нужно уважать и сохранять в пределах, совместимых с универсальными правами человека.
В целях сохранения и развития языка, культуры и духовных ценностей национальным, этническим и языковым меньшинствам предоставляются возможности по поддержанию свободных и беспрепятственных контактов с представителями родственных групп населения, проживающих в других государствах.
С проблемой обеспечения прав национальных меньшинств тесно связана проблема территориального деления государств и осуществления прав местного самоуправления на территориях компактного проживания национальных или языковых меньшинств. Территориальное деление может осуществляться таким образом, чтобы позволить компактно проживающему национальному или языковому меньшинству оказывать более существенное влияние на принятие решений в политической, культурной и экономической областях, касающихся этих меньшинств.
В качестве успешных примеров подобного территориального деления государств можно назвать Аландские острова в Финляндии, имеющие в основном шведское население. В настоящее время Конституция Финляндии от 11 июня 1999 г. (1999/731) содержит специальную главу в отношении автономии Аландских островов, но она лишь отсылает регламентацию этого вопроса к специальному закону и закону о праве приобретения земли на этих островах. Не регламентируется в конституционном порядке и самоуправление саамов. Согласно акту об автономии от 16 августа 1991 г., принятому парламентом Финляндии, островам предоставлен статус автономной области.
Аналогичным примером можно считать также Гренландию (большинство населения - инуиты), в которой на основании закона о местном правлении, принятого парламентом Дании 29 ноября 1978 г., созданы органы местного самоуправления, включающие как законодательную, так и исполнительную власть. В таких странах, как Италия и Испания, также существуют автономные единицы, образованные с учетом в том числе и этнического фактора и наделенные широкой компетенцией.
Территориальная автономия применяется в тех случаях, когда этническая группа, являющаяся меньшинством в общем составе населения страны, проживает компактно и составляет большинство в определенном регионе. Однако следует учитывать, что автономия в данном случае предоставляется не национальной группе, а территории, на которой проживает все население данного региона. Дело в том, что такое территориальное деление может стать практическим средством обеспечения существования и самобытности национальной группы, но только при условии, что этому будет придано демократическое, а не этнократическое содержание. Ведь на данной территории национальное меньшинство переходит уже в разряд большинства по отношению к основному населению данного государства, которое становится здесь меньшинством и само нуждается в специальной защите.
Территориальное деление и децентрализация государственных полномочий, связанная с предоставлением автономных прав отдельным территориям, считается особенно оправданной в случаях, когда такое деление связано с осуществлением традиционных видов экономической деятельности коренными народами, например осуществлением оленеводства народами саами в Скандинавских странах. Это обусловлено, кроме прочих причин, глубокой привязанностью коренных народов к их землям, территориям и ресурсам, являющимся средством выживания этих народов. При этом такая привязанность, помимо экономических, имеет и другие аспекты - социальные, культурные, духовные, политические. Особое значение приобретает коллективный аспект этой привязанности, а также аспект преемственности поколений, который исключительно важен для сохранения самобытности коренных народов, их культуры и в целом существования.

4. Некоторые выводы

Таким образом, в настоящее время во многих зарубежных странах на конституционном и ином законодательном уровне предпринимаются попытки не только признать факт наличия различных национальных, этнических и языковых меньшинств, но и осуществляются активные действия, направленные на обеспечение недискриминации и защиты этих групп, сохранения их самобытности и индивидуальных отличий. Целью принятия специальных конституционных норм и законодательных актов в области регулирования и защиты прав национальных меньшинств является обеспечение институциональных условий проживания национальных меньшинств в каждой стране, сложившихся под влиянием международных норм и стандартов, совершенствование системы демократических институтов государства и общества, плюралистическое развитие государств под влиянием процессов расширения и углубления прав человека.
Исследование накопленного весьма значительного опыта регулирования прав национальных меньшинств в зарубежных странах дает широкие возможности для его использования и в практике российского правотворчества.

§ 7. Вопросы конституционного регулирования
социокультурной сферы в ряде государств Европы

1. Предварительные замечания

Положение любого государства в мировом сообществе во многом определяется состоянием культуры, науки и образования, а говоря шире, политикой в этой области. Как правило, все вопросы, касающиеся ответственности социальных партнеров, содержания деятельности органов власти, прав и обязанностей граждан и т.п., регулируются Основным законом. Государства Европы вызывают в этом плане особый интерес, так как обладают исключительными по значению сокровищами в различных областях искусства, науки, образования, технического и художественного творчества. В Основном законе каждой страны - "следы" эпохальных исторических событий, этнических традиций, реального времени.
Конституции первой половины XX века, как правило, ограничиваются изложением основных прав и свобод граждан в области культуры, образования, науки (Французская Республика, Федеративная Республика Германия). Более поздним законам, принятым в конце прошлого века, свойственна детализация, преимущественно в отношении сферы образования (Бельгия, Греция, Республика Польша). И это закономерно, поскольку социальные, экологические и техногенные катастрофы - тоже результат образования, отражения культуры тех или иных стран и народов.

2. Культура

Конституции ряда европейских государств гарантируют каждому члену общества право на участие в культурной жизни. В частности, это может быть право на использование культурных учреждений и культурных ценностей (Азербайджанская Республика, ст. 40); на доступ к культуре (Испания, ст. 44), Республика Польша (ст. 6); на пользование достижениями культуры (Португальская Республика, ст. 78) и национальными и общечеловеческими культурными ценностями (Болгария, ст. 54). Основной закон Бельгии гарантирует каждому гражданину право на культурное процветание (ст. 23). Российская Федерация предоставляет право на пользование учреждениями культуры, на доступ к культурным ценностям (ст. 44). В некоторых случаях (Республика Беларусь, ст. 51) это право обеспечивается общедоступностью ценностей отечественной и мировой культуры, находящихся в государственных и общественных фондах, развитием сети культурно-просветительных учреждений. По Конституции Словакии (ст. 43) и Чехии (ст. 34) гражданам гарантирован доступ к культуре и культурным богатствам на условиях, установленных законом.
Наряду с этим органы власти ряда государств обязывают каждого члена общества с уважением относиться к историческому, культурному и духовному наследию, заботиться о нем, охранять памятники истории и культуры (Азербайджан), сохранять, защищать и приумножать культурное наследие (Португалия). В Российской Федерации каждый гражданин обязан заботиться о сохранении исторического и культурного наследия, беречь памятники истории и культуры.
Государственное управление в сфере культуры заключается в оказании всемерной помощи развитию сферы досуга. Так, в Польше гражданам создают условия для распространения благ культуры, являющейся источником самобытности польской нации, ее существования и развития, в Испании - для свободного и эффективного участия молодежи в развитии культуры, экономики, социальной сферы и политики. Органы власти содействуют развитию культуры, научных и технических исследований на благо общих интересов в Республике Беларусь.
Португалия способствует демократизации учреждений культуры, стимулируя и обеспечивая доступ всех граждан к пользованию достижениями культуры и к творчеству - в сотрудничестве со средствами массовой информации, с объединениями и фондами, действующими в области культуры, сообществами, занимающимися культурой и отдыхом, объединениями охраны культурного достояния, организациями, объединяющими людей по месту жительства, и другими учреждениями культуры.
Украина обеспечивает сохранение исторических памятников и других объектов, представляющих культурную ценность, принимает меры для возвращения в республику находящихся за ее пределами культурных ценностей народа. Королевство Нидерланды содействует социальному и культурному развитию общества и развитию сферы досуга и отдыха. Литва уделяет внимание охране памятников и ценностей истории, искусства и других памятников и ценностей культуры.
Изредка европейские конституции включают положения, отражающие стремление государств к сотрудничеству в области культуры на внешнем уровне (конституции Грузии, Португальской Республики). Так, органы власти Грузии не только способствуют развитию культуры, создают условия для неограниченного участия граждан в культурной жизни, проявлению и обогащению культурной самобытности, признанию национальных и общечеловеческих ценностей, но и поощряют углубление международных культурных связей (ст. 34). А по Конституции Республики Молдова государство способствует сохранению, развитию и распространению достижений как национальной, так и мировой культуры, признавая тем самым необходимость всеобщей ответственности за накопленные человечеством материальные и духовные ценности (ст. 33).
Исключительный интерес представляет Основной закон Португальской Республики, главным образом в отношении молодежной политики. Ни один подобный документ стран Европы не содержит положений, столь подробно раскрывающих все права молодого поколения в области культуры и государственные обязательства в связи с этим. Так, молодежь в Республике пользуется особой защитой в реализации своих прав в культурной сфере, в том числе в образовании, профессиональном обучении в области культуры.
Молодежная политика этой страны имеет в качестве первостепенных целей развитие личности, создание условий для эффективного включения молодых людей в активную жизнь, пробуждение в них тяги к свободному творчеству и воспитание сознательного стремления служению обществу. Органы власти в сотрудничестве с семьями, школами, предприятиями, организациями, объединяющими людей по месту жительства, объединениями и фондами, действующими в области культуры, сообществами, занимающимися культурой и отдыхом, поощряют и поддерживают молодежные организации в достижении этих целей, а также международный молодежный обмен.
Государство Португальской Республики в сотрудничестве с учреждениями культуры берет на себя следующие обязательства: стимулировать и обеспечивать доступ всех граждан к способам и средствам культурной деятельности, а также выправлять диспропорцию, существующую в данной сфере в стране; поддерживать инициативы, которые способствуют индивидуальному и коллективному творчеству в его многообразных формах и проявлениях и большему распространению произведений и объектов культуры высокого уровня; содействовать сохранению и приумножению культурного наследия, превращая его в фактор неповторимости культурного бытия; развивать отношения в сфере культуры со всеми народами, в особенности с португалоязычными, и обеспечивать охрану и распространение португальской культуры за рубежом; провозглашать политику в области культуры и в секторах экономики.

3. Искусство и творчество

Искусство и творчество, несущие в себе духовную память поколений, являются важнейшей составной частью культуры и служат основой процветающего будущего каждой страны и всего человечества. В этом плане показательно положение Конституции Республики Хорватия, единственное в своем роде, где государство защищает научные, культурные, художественные ценности как духовное народное достояние (ст. 65).
Каждое европейское государство, упоминающее в конституции об искусстве и творчестве, в первую очередь предоставляет для них свободу. Так, искусство и наука свободны в соответствии с Конституциями Италии (ст. 33) и Эстонии (ст. 38); художественное творчество, популяризация искусства, наука и развитие ее теории свободны на основании Конституции Австрии (ст. 17а). По Основному Закону Федеративной Республики Германия этим же правом обеспечиваются искусство и наука, а также исследования и преподавание. При этом свобода преподавания не снимает обязанности быть верным Конституции (ст. 5).
Изредка имеются уточнения относительно предоставляемой свободы. К примеру, провозглашенная по Конституции Португальской Республики свобода интеллектуального, художественного и научного творчества включает права на изобретение, производство и распространение научного, литературного или художественного произведения (ст. 42). А в Основном законе Греции, гарантирующем свободу искусства, науки, исследований, говорится о том, что академические свободы не освобождают от долга подчинения Конституции (ст. 16).
В ряде случаев государство гарантирует свободу искусства и других видов творчества (Македония, ст. 47); научных исследований и искусства (Словацкая Республика (ст. 43), Турецкая Республика (ст. 27), Швейцарская Конфедерация (ст. 20)); научного и художественного творчества (Словения (ст. 59) и Хорватия (ст. 68)); литературного, художественного, научного, технического и других видов творчества (Украина (ст. 54), Российская Федерация (ст. 44)). Конституция Финляндии устанавливает свободу занятия наукой, искусством (ст. 16); в Республике Польша государство обеспечивает каждому свободу художественного творчества, научных исследований (ст. 73). По Конституции Армении каждый имеет право на свободу литературного, художественного, научного и технического творчества (ст. 36), в Албании - на свободу научного поиска и художественного творчества (ст. 58).
Конституции некоторых государств содержат положения и такого рода: Венгрия уважает и поддерживает свободу научной и художественной жизни; Латвия признает свободу научного, художественного и иного творчества; Болгария признает и гарантирует законом свободу художественного, научного и технического творчества.
Наряду с предоставляемой свободой в сфере науки, искусства и художественного творчества многие конституции гарантируют охрану авторского права. В Португалии авторские права защищаются законом; Латвия защищает авторское право и патентное право. Изобретательские, авторские и подобные им права защищаются законом в Болгарии.
В Хорватии гарантируется защита моральных и материальных прав, возникающих в связи с научным, культурным, художественным, интеллектуальным и иным творчеством. Интеллектуальная собственность охраняется законом в Российской Федерации и Армении. Авторское право охраняется законом в Албании.
В некоторых случаях положения конституций вносят уточнения относительно авторских прав, защищая результаты интеллектуальной деятельности граждан. По Конституции Чешской Республики права на результаты творческой умственной деятельности охраняются законом. В Македонии гарантируются права, проистекающие от научной, творческой или другой интеллектуальной деятельности. Права на результаты творческой и умственной деятельности охраняются законом в Словакии.
Украина гарантирует гражданам защиту интеллектуальной собственности, их авторских прав, моральных и материальных интересов, возникающих в связи с различными видами интеллектуальной деятельности. Каждый гражданин имеет право на результаты своей интеллектуальной, творческой деятельности; никто не может использовать или распространять их без его согласия, за исключениями, установленными законом. В Словении гарантирована свобода научного и художественного творчества, а также защита авторских и иных прав, возникающих в связи с художественной, научной, исследовательской и изобретательской деятельностью. Югославия гарантирует свободу создания и опубликования научных и художественных произведений, научных открытий и технических изобретений, а их создателям - моральные и имущественные права. Порядок осуществления и защиты прав авторов на их произведения, равно как и прав организаций, в которых созданы эти произведения, регулируется союзным законом.
Государственное управление в этой сфере заключается в оказании всесторонней поддержки художественного творчества, искусства и науки, а в иных случаях власть берет на себя определенные обязательства. В Хорватии органы власти способствуют и помогают развитию науки, культуры и искусства. По Конституции Испании органы власти поощряют науку и научные исследования на благо общественных интересов. Македония способствует, помогает и охраняет развитие науки, искусства и культуры. По Конституции Португалии научное творчество и открытия, а также технологические инновации стимулируются и поддерживаются государством таким образом, чтобы обеспечить соответствующую свободу и автономию, рост конкурентности и взаимодействие между научными учреждениями и предприятиями. Искусство и наука в Греции, их развитие и распространение являются обязанностью государства. По Конституции Украины государство не только содействует развитию науки, но и способствует установлению научных связей с мировым сообществом.

4. Образование

Нет такого европейского государства, которое в конституционных нормах об образовании не допускало бы своих граждан к участию в "процессе физического и духовного становления личности, процессе социализации, сознательно ориентированном на некоторые идеальные образы, на исторически зафиксированные в общественном сознании социальные эталоны"*(64). В ряде случаев право на образование сопровождается некоторыми уточнениями, как-то: в условиях соблюдения фундаментальных прав и свобод (Бельгия, ст. 24) и контроля со стороны государственных органов за формами образования, в порядке, предписанном Актом парламента (Королевство Нидерланды, ст. 23); при выборе его формы (Грузия, ст. 35); при равенстве возможностей при поступлении в школу и достижении там определенных результатов (Португальская Республика, ст. 74); путем создания системы образования и соответствующих социально-экономических условий для получения образования (Российская Федерация, ст. 43).
В Российской Федерации развивающая это конституционное положение Национальная доктрина образования устанавливает приоритет образования в государственной политике (утверждена постановлением Правительства от 4 октября 2000 г. N 751)*(65). Право на образование является одним из основных и неотъемлемых конституционных прав граждан Российской Федерации. Образование осуществляется в соответствии с законодательством и нормами международного права. В соответствии с законом "Об образовании" гражданам гарантируется возможность получения образования независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным организациям (объединениям), возраста, состояния здоровья, социального, имущественного и должностного положения, наличия судимости. Ограничения прав граждан на профессиональное образование по признакам пола, возраста, состояния здоровья, наличия судимости могут быть установлены только законом.
Конституция Княжества Андорра, предоставляя любому лицу право на просвещение, конкретизирует цель последнего - наиболее полное раскрытие человеческой личности при уважении свободы и основных прав (ст. 20). По Конституции Греции образование является важнейшей задачей государства и имеет целью моральное, духовное, профессиональное и физическое воспитание греков, развитие их национального и религиозного сознания и формирование их как свободных и ответственных граждан (ст. 16).
Конституции ряда стран предоставляют родителям право на свободный выбор образования для своих детей. К примеру, при выборе характера образования детей решающее слово остается за родителями в Эстонской Республике (ст. 37); преимущественное право выбирать сферу обучения детей принадлежит родителям в Молдове (ст. 35); родители имеют право на обеспечение своим детям образования, соответствующего их религиозным убеждениям, в Республике Кипр (ст. 20). В Конституции Княжества Андорра сказано, что родители вправе выбирать образование для своих детей. Равно они имеют право в соответствии с их собственными убеждениями на нравственное и религиозное воспитание детей (ст. 20). По Основному закону Бельгии сообщество обеспечивает свободу родителей в выборе образования для своих детей и организует образование, которое является нейтральным. Нейтральность подразумевает, в частности, уважение философских, идеологических и религиозных взглядов родителей и учащихся (ст. 24).
Интересна в этом отношении Конституция Ирландии, где сказано, что первым и естественным воспитателем ребенка является семья и закон гарантирует уважение к неотъемлемому праву и обязанности родителей в соответствии с их возможностью давать своим детям религиозное и моральное, интеллектуальное, физическое и социальное воспитание. Родители должны быть свободны давать такое воспитание дома, в частных школах или в школах, признанных или учрежденных государством. "Государство... должно стремиться дополнить и оказать разумную помощь частным и общественным образовательным инициативам и, когда этого требует общественное благо, предоставлять другие возможности и учреждения, имея в виду, однако, права родителей, особенно в вопросах религиозного и морального формирования" (ст. 42).
Одно из основных прав граждан - на образование - в конституциях европейских стран подкрепляется целым рядом определенных государственных и правовых гарантий. Таковыми являются - обеспечение качества образования, общедоступность (бесплатность, равенство), поддержка одаренных детей, помощь учащимся, нуждающимся в специальном обучении.
Очевидно, что качественное образование в третьем тысячелетии - тот самый капитал, который способен обеспечить успешное развитие любого государства. Обществу необходимы высокообразованные граждане, специалисты в своей сфере, знающие иностранные языки, осведомленные в различных сферах науки и культуры. Потому основополагающие акты некоторых стран включают положения относительно уровня образования, гарантированного органами власти. К примеру, в Королевстве Нидерланды органы власти контролируют компетентность преподавателей (ст. 23).
В Российской Федерации ожидаемым результатом реализации Конституции и национальной доктрины образования выступает качество образования. Государственная политика Российской Федерации в области образования обеспечивает:
- создание демократической системы образования, гарантирующей необходимые условия для полноценного качественного образования на всех уровнях;
- индивидуализацию образовательного процесса за счет многообразия видов и форм образовательных учреждений и образовательных программ, учитывающих интересы и способности личности;
- конкурентоспособный уровень образования как по содержанию образовательных программ, так и по качеству образовательных услуг.
Именно на качество ориентирована одна из современных тенденций развития образования - стандартизация. Разработка и использование стандартов является, согласно Национальной доктрине РФ, "объективно необходимой деятельностью по упорядочению практики, ее стабилизации в целостные системы, отвечающие исторически изменяющимся потребностям общества".
В Грузии государство обеспечивает соответствие образовательных программ международным правилам и стандартам. Государственные образовательные стандарты устанавливаются в Королевстве Нидерланды, Испании, Российской Федерации, Азербайджанской Республике, Казахстане, Турции. Так, в соответствии с Основным законом Королевства Нидерланды стандарты образования в школах устанавливаются Актом парламента с должным учетом особенностей, касающихся частных школ, гарантий свободы получения образования в соответствии с религиозными или иными убеждениями. Требования к образованию, которое дается в государственных образовательных учреждениях, также устанавливаются Актом парламента с учетом религиозной принадлежности и религиозных убеждений каждого учащегося.
Согласно п. 5 ст. 43 Конституции Российская Федерация устанавливает федеральные государственные образовательные стандарты. Это положение развивается в Законе Российской Федерации "Об образовании", по которому государственные органы власти вводят образовательные стандарты, включающие федеральный и национально-региональный компоненты. Российская Федерация в лице федеральных органов государственной власти в пределах их компетенции устанавливает федеральные компоненты государственных образовательных стандартов, определяющие в обязательном порядке обязательный минимум содержания основных образовательных программ, максимальный объем учебной нагрузки обучающихся, а также требования к уровню подготовки выпускников. Порядок разработки, утверждения и введения государственных образовательных стандартов определяется Правительством Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных законом. Государственные образовательные стандарты разрабатываются на конкурсной основе, уточняются на той же основе не реже одного раза в десять лет и являются основой объективной оценки уровня образования и квалификации выпускников независимо от форм получения образования. Государственный образовательный стандарт учитывает интересы детей с отклонениями в развитии. В этом случае при реализации образовательных программ могут быть установлены специальные государственные образовательные стандарты.
Одной из государственных гарантий прав граждан в области образования многих европейских государств является его общедоступность (Россия, Украина). В одних случаях всем гражданам доступно среднее государственное образование, а среднее профессиональное и высшее образование можно получить только на конкурсной основе (Албания, ст. 57 Конституции), или высшее образование доступно всем в соответствии со способностями каждого человека (Литва, ст. 41). В других, к примеру в Республике Беларусь, гарантирована доступность общего среднего и профессионально-технического образования. Среднее специальное и высшее образование в Республике доступно для всех в соответствии со способностями каждого (ст. 49). Также и в Хорватии: каждому на равных условиях доступно среднее и высшее образование в соответствии с его способностями (ст. 65). По Конституции Венгерской Республики общее школьное обучение, среднее и высшее образование доступно для каждого на основе его способностей (ст. 70). Конституция Италии провозглашает: образование открыто для всех (ст. 34). Республика Македония также обеспечивает доступность образования каждому на равных условиях (ст. 44). Конституция Словении предусматривает: образование свободно (ст. 57). В Турецкой Республике свобода обучения и образования не освобождает личность от верности Конституции (ст. 53).
Согласно Основному закону Польши публичные власти обеспечивают гражданам всеобщий и равный доступ к образованию. С этой целью создаются и поддерживаются системы индивидуальной финансовой и организационной помощи ученикам и студентам. Условия предоставления помощи определяются законом. Обеспечивается автономия высших школ на принципах, определенных в законе (ст. 70). В Финляндии власть должна на основе более детальных предписаний закона обеспечивать равную возможность для каждого в соответствии с его способностями и определенными потребностями на получение иного образования, помимо базового, и на занятие самообразованием (ст. 16). По Конституции Французской Республики нация гарантирует равный доступ детям и взрослым к образованию, приобретению профессии и культуре. В Эстонии с целью сделать образование доступным государство и местные самоуправления содержат необходимое количество учебных заведений.
Гарантированная рядом государств общедоступность обеспечивается и бесплатностью образования. Конституциями ряда стран всем детям школьного возраста предоставляется бесплатное начальное образование (Королевство Дания, Ирландия, Республика Кипр, Македония, Хорватия, Словения, Португалия). По меньшей мере в течение восьми лет начальное образование является бесплатным в Италии. Осуществляется за счет государства первичное образование в государственных школах Мальтийской Республики и начальное образование для всех граждан мужского и женского пола в государственных школах Турции.
В ряде случаев государство гарантирует бесплатное общее среднее образование в государственных учебных заведениях (Азербайджанская Республика, Албания, Армения, Беларусь, Венгерская Республика, Казахстан). Базовое образование обеспечивается за счет государства в Грузии и Финляндии. Союзная конституция Швейцарской Конфедерации гарантирует право на бесплатное основное школьное обучение. По Конституции Швеции все дети, которые охвачены всеобщим школьным образованием, имеют право получать это образование за счет государства в общей школе. Родители призваны обеспечивать получение образования более высокой ступени.
Изредка государственные органы власти обеспечивают бесплатное основное и среднее образование в государственных школах (Болгария, Словацкая Республика). Граждане имеют право на бесплатное образование в основных и средних школах, а с учетом способностей гражданина и возможностей общества - и в высших учебных заведениях в Чехии. Государство обеспечивает возможность бесплатного получения основного и среднего образования в Латвии. Право на бесплатное начальное и среднее образование имеют граждане Княжества Монако.
Ряд конституций предоставляет гражданам право получать бесплатное образование: на всех его ступенях в государственных учебных заведениях (Греция); в государственных (самоуправлений) общеобразовательных, профессиональных школах и учебных заведениях верхнего уровня (Литовская Республика); на всех уровнях (дошкольное, полное общее среднее, профессионально-техническое, высшее) в государственных и коммунальных учебных заведениях (Украина). Организация общественного бесплатного и светского образования всех ступеней является долгом государства согласно Преамбуле Конституции Французской Республики.
В Российской Федерации (ст. 43, ч. 2, 3 Конституции) гражданам гарантируется бесплатность начального общего, основного общего, среднего (полного) общего образования и начального профессионального образования, а также на конкурсной основе бесплатность среднего профессионального, высшего профессионального и послевузовского профессионального образования в государственных и муниципальных образовательных учреждениях в пределах государственных образовательных стандартов, если образование данного уровня гражданин получает впервые. В целях реализации права на образование граждан, нуждающихся в социальной помощи, государство полностью или частично несет расходы на их содержание в период получения ими образования. Категории граждан, которым оказывается данная помощь, ее формы, размеры и источники устанавливаются федеральным законом.
Весьма редко в Основных законах можно встретить статьи, имеющие отношение к столь важному периоду развития личности, как дошкольный возраст. В Грузии власть обеспечивает дошкольное воспитание (ст. 35). По Конституции Украины государство обеспечивает доступность, бесплатность и развитие дошкольного образования (ст. 53).
В Российской Федерации государство (согласно п. 2 ст. 43 Конституции) гарантирует общедоступность и бесплатность дошкольного образования. Это конкретизируется в Законе Российской Федерации "Об образовании", где подробно изложены необходимые обязанности и права родителей, а также гарантии государства по отношению к детям дошкольного возраста:
1. Родители являются первыми педагогами. Они обязаны заложить основы физического, нравственного и интеллектуального развития личности ребенка в раннем детском возрасте.
2. Государство гарантирует финансовую и материальную поддержку в воспитании детей раннего детского возраста, обеспечивает доступность образовательных услуг дошкольного образовательного учреждения для всех слоев населения.
3. Для воспитания детей дошкольного возраста, охраны и укрепления их физического и психического здоровья, развития индивидуальных способностей и необходимой коррекции нарушений развития этих детей в помощь семье действует сеть дошкольных образовательных учреждений.
4. Отношения между дошкольным образовательным учреждением и родителями (законными представителями) регулируются договором между ними, который не может ограничивать установленные законом права сторон.
5. Органы местного самоуправления организуют и координируют методическую, диагностическую и консультативную помощь семьям, воспитывающим детей дошкольного возраста на дому.
Не так часто в ряду гарантий государства в сфере образования можно встретить положения, касающиеся поддержки талантливых детей. В основном эти положения гарантируют детям с особыми природными данными материальную помощь. По Конституции Княжества Лихтенштейн государство облегчает посещение средней школы одаренными, но не имеющими средств учениками путем предоставления соответствующих стипендий. В Греции органы власти оказывают поддержку отличившимся. Конституция Азербайджанской республики обеспечивает продолжение образования для талантливых лиц независимо от их материального положения.
В Российской Федерации государство оказывает содействие в получении образования гражданами, проявившими выдающиеся способности, в том числе посредством предоставления им специальных государственных стипендий, включая стипендии для обучения за рубежом. Критерии и порядок предоставления таких стипендий устанавливаются Правительством Российской Федерации.
По Конституции Мальтийской Республики способные и заслуживающие этого студенты, даже не обладая финансовыми ресурсами, имеют право достичь высших степеней образования. Государство должно осуществлять этот принцип путем выплаты стипендий, помощи семьям студентов и другими мерами на основе конкурсных экзаменов. В Болгарии органы власти оказывают помощь способным ученикам и студентам, создавая условия для профессионального обучения и переквалификации.
Обеспечивая каждому всеобщий и равный доступ к образованию, некоторые конституции содержат нормы относительно граждан с отклонениями в развитии. Согласно п. 6 ст. 5 Закона РФ "Об образовании" государственные органы власти Российской Федерации создают таким гражданам условия для получения ими образования, коррекции нарушений развития и социальной адаптации на основе специальных педагогических подходов. В соответствии с Конституцией Турции государство принимает необходимые меры для того, чтобы сделать полезными для общества людей, нуждающихся в специальном обучении. Греция оказывает поддержку нуждающимся в помощи или специальной защите учащимся в соответствии с их способностями. По Конституции Португальской Республики государство обязуется развивать и поддерживать специальное обучение инвалидов.
Вместе с тем во многих европейских странах на граждан налагается обязанность получать образование: начальное (Грузия, Республика Кипр, Великое герцогство Люксембург, Македония, Португалия, Словения, Хорватия); первичное в государственных школах (Мальтийская Республика); общее среднее (Азербайджан, Казахстан); общее школьное (Венгрия, Княжество Лихтенштейн), основное (Латвийская Республика). Изредка обязательное образование государство ограничивает и конкретными временными рамками. Так, школьное обучение до 16-летнего возраста обязательно в Болгарии и Литве, до 18-летнего - в Польше; срок обязательного обучения не менее девяти лет установлен по Конституции Греции. В ряде случаев положения носят достаточно общий характер: в Словацкой Республике продолжительность обязательного школьного обучения и возраст, по достижении которого посещение школы обязательно, устанавливаются законом; в Чешской Республике посещение школы обязательно в течение времени, установленного законом.
Осознавая ценность образования как института культуры, коренным образом влияющего на социально-экономическое и духовное развитие всего общества, в ряде стран государство, согласно Основному закону, осуществляет высшее руководство за сферой целенаправленного процесса воспитания и обучения. Так, все школьное дело находится под надзором государства по Основному Закону Федеративной Республики Германии (ст. 7 Основного Закона); осуществляется надзор за деятельностью учебно-воспитательных учреждений и постановкой просвещения в Литве (ст. 40 Конституции) и Эстонии (ст. 37); в отношении всего преподавания и воспитания государству принадлежит право надзора в Австрии (ст. 17). По Конституции Великого Герцогства Люксембург закон устанавливает способы содействия народному образованию и условия наблюдения за ним со стороны Правительства и общин; он регулирует, кроме того, все то, что касается народного образования (ст. 23). Органы власти контролируют систему образования в соответствии с Конституцией Испании (ст. 27) и Азербайджана (ст. 42), устанавливают общие правила, касающиеся просвещения, и учреждают государственные школы всех родов и ступеней в Итальянской Республике (ст. 33).
В Конституции Княжества Лихтенштейн сказано, что государство будет оказывать особое внимание народному образованию и воспитанию. Это "особое внимание" заключается в следующем: народное образование и воспитание должно быть организовано таким образом, чтобы молодежь путем сотрудничества семьи, школы получала нравственное воспитание, приобретала патриотические чувства и профессиональные качества. Вся система воспитания и обучения подлежит контролю государства (ст. 15, 16).
Крайне редко можно встретить статьи, касающиеся своего рода отчетности о состоянии дел в области образования. Так, по Конституции Королевства Нидерланды Правительство при постоянном внимании к образованию, должно представлять ежегодные доклады о состоянии сферы образования Генеральным штатам (ст. 23). В Российской Федерации организационной основой государственной политики и отчетности в области образования является Федеральная программа развития образования, утверждаемая федеральным законом (Приложение к Федеральному закону от 10 апреля 2000 г. N 51). Доклад Правительства Российской Федерации о ходе реализации Федеральной программы развития образования должен ежегодно представляться палатам Федерального собрания Российской Федерации и публиковаться в официальном печатном органе.
В ряде случаев конституции европейских стран регулируют общие вопросы языковой политики в области образования. В Румынии образование всех ступеней осуществляется на румынском языке. При установленных законом условиях образование может осуществляться и на языке, используемом в международном общении (ст. 32). В соответствии с Конституцией Турецкой Республики никакой язык, кроме турецкого, не должен преподаваться в качестве родного языка турецким гражданам в любых образовательных учреждениях. Иностранные языки, которые необходимо преподавать в образовательных учебных учреждениях, и правила, которым нужно следовать при проведении обучения в школах с изучением иностранных языков, определяются законом (ст. 42).
Согласно п. 2 ст. 26 Конституции РФ каждый имеет право на свободный выбор языка общения, воспитания, обучения и творчества, а п. 3 ст. 68 Основного закона России гарантирует всем ее народам право на сохранение родного языка, создание условий для его изучения и развития. Право граждан на получение образования на родном языке обеспечивается созданием необходимого числа соответствующих образовательных учреждений, классов, групп, а также условий для их функционирования. Государство в соответствии с международными договорами Российской Федерации оказывает содействие представителям народов Российской Федерации, проживающим вне ее территории, в получении ими основного общего образования на родном языке. Во всех имеющих государственную аккредитацию образовательных учреждениях, за исключением дошкольных, изучение русского языка как государственного языка Российской Федерации регламентируется государственными образовательными стандартами (Закон РФ "Об образовании", п. 5 ст. 6).
Уникальным является одно из положений Конституции Португальской Республики, где речь идет о совершенно особом языке - языке жестов. Общеизвестно, что подобная система знаков существует не в одном государстве Европы (Российская Федерация, Болгария), но лишь по Конституции этой страны органы власти обязуются защищать и повышать ценность португальского языка жестов как проявление культуры и средство доступа к образованию и обеспечения равных возможностей.
Соответствующие статьи Основного закона Португалии интересны и в других отношениях. К примеру, речь идет о включении школы в жизнь сообществ и установлении взаимосвязи обучения с соответствующими сферами экономической, социальной и культурной деятельности. Согласно ст. 73 Конституции этой страны государство способствует демократизации системы образования и других условий, с тем чтобы образование, полученное в школе или иным путем, вносило вклад в выравнивание возможностей, в преодоление экономического, социального и культурного неравенства, в развитие личности и духа терпимости, взаимопонимания, солидарности и ответственности, в демократическое участие в общественной жизни и в социальный прогресс.
Обращает на себя внимание и одно из установлений Конституции Турецкой Республики, где регламентируется деятельность образовательных учреждений: обучение, образование, исследование и изучение - единственные действия, которыми должны заниматься в образовательных учебных учреждениях. Этим видам деятельности не должны чиниться препятствия никаким способом (ст. 42).

5. Некоторые выводы

1. Во всех европейских конституциях в большей или меньшей степени присутствуют нормы о поддержке и стимулировании культуры и образования, которые рассматриваются в качестве условий формирования свободной демократической личности, любящей свою страну и уважающей другие народы и государства.
2. Большое внимание уделяется в Основных законах способам реализации и гарантиям прав граждан на достижения отечественной и мировой культуры, на доступ к качественному образованию, отвечающему современным стандартам.
3. По текстам конституций трудно определить уровень эффективности их требований: правоприменение может сильно отличаться от написанного права.
4. В Российской Федерации создана разветвленная система законов и подзаконных актов о культуре и образовании, призванная обеспечить надлежащее действие требований Конституции. Конституционное и иное законодательное обеспечение модернизации российского образования находится на уровне необходимого и почти достаточного, однако пока еще значительно опережает реальное состояние дел.

§ 8. Конституционная регламентация референдума
в зарубежных государствах Европы

1. Предварительные замечания

Развитие современного конституционного права невозможно сегодня представить себе без института референдума, прочно занявшего свое место среди других государственно-правовых институтов.
Являясь одной из форм непосредственной демократии, он отражает общие тенденции к демократизации различных аспектов жизни общества, расширению участия граждан в управлении государственными делами, решении важных вопросов, затрагивающих интересы большинства населения. Как справедливо отмечает М.Н. Марченко, референдум представляет собой одновременно форму выражения общественного мнения и способ принятия принципиально важных нормативно-правовых актов и политических решений*(66).
Именно Европа является не только родиной референдума, но и "чемпионом" по количеству референдумов. Так, например, в 1987 г. на долю европейских стран приходилось более 100 общенациональных референдумов (для сравнения: на долю Азии - менее 20, Америки - 25)*(67).
Начиная с 90-х годов двадцатого столетия страны Европейского Союза особенно активно прибегали к референдуму в целях выявления мнения населения по актуальным вопросам жизни сообщества. Такая же тенденция наблюдается в настоящее время в тех государствах, которые намерены в ближайшем будущем войти в состав Объединенной Европы. Мнение граждан этих государств относительно присоединения к Европейскому Союзу определяется путем проведения общенациональных референдумов.
Возможность и правомерность непосредственного участия граждан в решении наиболее важных вопросов государственной жизни являются следствием признания в конституционной доктрине народного суверенитета как права народа, являющегося его единственным источником и носителем, создавать свою государственность, определять основополагающие принципы государственного устройства и влиять на функционирование государственного механизма. Отдельный народ как единая нация в мононациональном государстве или как сообщество различных наций в многонациональном государстве обладает государственным суверенитетом, в силу которого только его волеизъявление может и должно конституировать государственную власть со всеми ее атрибутами*(68).
Вверяя всю полноту суверенной власти государству, народ остается гарантом государственного суверенитета. Поэтому, передавая решение важнейших государственных вопросов выборным представительным учреждениям, народ вправе в необходимых случаях ставить и решать эти вопросы непосредственно. Однако формы такого прямого выражения воли народа должны быть заключены в конституционные рамки, с тем чтобы обеспечить оптимальный баланс прямой и представительной демократии и стабильность государственной власти.
Являясь единым субъектом - носителем и источником власти и права, народ в свою очередь состоит из граждан. Они представляют собой ту основную часть населения, которая наделена конституцией политическими правами, в частности правом участвовать в управлении делами государства непосредственно, а также путем создания представительных учреждений, для чего конституционно закрепляется право граждан избирать и быть избранными. Таким образом, из доктрины народного суверенитета вытекает наличие у отдельно взятого гражданина совокупности политических прав, позволяющих осуществлять на практике заключенные в ней идеи. Обязанность любого государства обеспечить своим гражданам эти права, в частности право на участие в свободных выборах и референдуме, зафиксирована не только конституциями европейских государств, но и международно-правовыми актами, базовыми из которых являются Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 г. и Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 г.*(69) Следовательно, государства связаны соответствующими обязательствами не только в силу внутренних, но и международно-правовых норм. Сказанное позволяет утверждать, что референдум как политико-правовой институт является высшим непосредственным выражением суверенитета народа, осуществляемым путем прямого волеизъявления граждан.

2. Определение референдума

Происхождение термина "референдум" латинское. Он означает нечто, "что должно быть сообщено". В науке конституционного права существуют различные определения референдума. Так, А.А. Мишин определяет референдум как "обращение к избирательному корпусу для окончательного решения какого-либо законодательного или конституционного вопроса". Разновидностью референдума он считает плебисцит, понимаемый как опрос населения о политической судьбе территории его проживания. Учебник конституционного права зарубежных стран под общей редакцией Б.А. Страшуна содержит определение референдума как "голосования избирателей, посредством которого принимается государственное или самоуправленческое решение"*(70). М.В. Баглай считает, что референдум - это осуществляемое путем тайного голосования утверждение (или неутверждение) гражданами проекта какого-либо документа или решения, согласие (или несогласие) с теми или иными действиями парламента, главы государства или правительства*(71). В.Е. Чиркин утверждает, что референдум - это голосование избирателей, посредством которого принимается решение государственного или самоуправленческого характера, имеющее общегосударственное или местное значение*(72).
Заметим, что критерии, аналогичные приведенным выше, характерны и для определения референдума в зарубежной доктрине*(73).
Плебисцит рассматривается многими российскими и зарубежными авторами как разновидность референдума о принадлежности государственной территории, по международным проблемам, вопросам, относящимся к личности президента или иного лица, облеченного государственной властью*(74).
В научной литературе анализируется также термин "народный опрос". Как правило, он трактуется как выявление воли избирателей или общественного мнения, не имеющее обязательного характера, и обычно приравнивается к консультативному референдуму.
Безусловно, можно согласиться с тем, что референдум, исходя из сути приведенных определений, - это свободное волеизъявление граждан, осуществляемое путем всеобщего тайного голосования по наиболее важным вопросам государственной жизни. Однако такая характеристика была бы, на наш взгляд, неполной. Важно подчеркнуть, что институт референдума - это государственно-правовой институт, представляющий собой совокупность норм, регламентирующих основания, порядок и формы этого свободного волеизъявления граждан в пределах, установленных конституцией. Именно она должна определять основные принципиальные вопросы референдума: круг граждан, имеющих право участвовать в нем; органы государства и иные субъекты, имеющие право инициировать референдум; органы государства, наделенные компетенцией назначать референдум; основы порядка проведения и определения результатов референдума; гарантии соблюдения конституционных и иных норм в ходе осуществления референдума.
В Основных законах ряда европейских государств выделены специальные главы или разделы, посвященные референдуму. Это - конституции Беларуси, Албании, Армении, Польши, Словакии, Украины, Швейцарии.
Другие конституции содержат отдельные статьи, регулирующие основные, принципиальные вопросы референдума и отсылающие к закону, детально регламентирующему этот институт*(75).

3. Виды референдума

Большинство европейских конституций, употребляя термин "референдум", не раскрывает его содержание. К ним относятся конституции Греции, Ирландии, Италии, Албании, Молдовы, Польши, Словакии, Словении, Франции, Хорватии.
В конституциях ряда государств используется выражение "всенародное голосование" (Австрия, Беларусь, Лихтенштейн, Люксембург, Венгрия, Латвия). Наряду с этим в отдельных конституциях встречаются такие термины, как "совещательный референдум" (Финляндия, Швеция), "народный опрос" (Австрия, Германия), "обязательный" и "факультативный" референдум (Швейцария).
Базируясь на анализе соответствующих конституционных положений, можно констатировать, что термин "всенародное голосование" юридически идентичен термину "референдум".
Совещательный (консультативный) референдум, характерный для скандинавской конституционной модели и упоминаемый конституциями Финляндии и Швеции, так же, как и обязательный, связан с выявлением воли избирателей. Однако вынесенное им решение не является обязательным для государственных органов, обладает исключительно моральной силой, содействуя выяснению преобладающей позиции избирателей по конкретному вопросу.
Народный опрос также представляет собой форму изучения общественного мнения рекомендательного характера. Однако иногда он может нести элемент обязательности. Например, согласно конституционным нормам ФРГ, в стране применяется два вида народного голосования: собственно референдум, имеющий обязывающий (решающий) характер, и народный опрос, который является по существу консультативным референдумом, однако влекущим определенные правовые последствия. Так, если референдум назначается для утверждения федерального закона, регулирующего новое деление федеральной территории, то народный опрос осуществляется с целью предварительного выяснения мнения населения заинтересованных территорий по предлагаемому федеральным законом изменению статуса отдельных земель или их частей. По результатам народного опроса конституцией предусмотрено принятие в течение двух лет федерального закона, учитывающего мнение граждан соответствующих территорий (ст. 29).
Обязательный (контрольный, решающий) референдум отличается от факультативного. Это различие заключается в том, что основания для его проведения четко определены конституцией и не предполагают каких-либо дополнительных условий. Иными словами, конституция в этом случае устанавливает, что решение по определенному кругу вопросов должно быть принято исключительно путем референдума.
Осуществление факультативного референдума предполагает определенные, зафиксированные конституцией условия, при наступлении которых он проводится. Например, для "запуска" процедуры референдума требуется предложение определенного числа депутатов парламента либо выдвижение народной инициативы по соответствующему вопросу. Следовательно, возможность проведения факультативного референдума ставится в зависимость от наличия определенных условий, которые могут и не возникнуть. Это означает, что в подобной ситуации вероятность назначения референдума не носит безусловного характера. Очевидно, что в этом случае решение может быть принято не только путем референдума, но и иными способами, указанными в конституции, например обычным парламентским путем.
Для иллюстрации рассмотрим ст. 140 Конституции Швейцарии, согласно которой ее присоединение к организациям коллективной безопасности или наднациональным сообществам должно быть предметом обязательного референдума. Эта статья, озаглавленная "Обязательный референдум", содержит и другие конкретные вопросы, составляющие исчерпывающий перечень, по которым референдум обязателен, причем отсутствуют какие-либо дополнительные условия, которые могли бы потребоваться для его проведения.
В то же время ст. 141 "Факультативный референдум" предусматривает условия, необходимые для осуществления этого вида референдума. Так, для вынесения на народное голосование определенных международно-правовых договоров, в частности, являющихся бессрочными и не подлежащих денонсации, предусматривающих вступление в международные организации, вводящих многостороннюю унификацию права, необходимо выдвижение требования об этом 50 тысячами избирателей или восемью кантонами.
Несмотря на указанные различия обязательного и факультативного референдумов, результаты того и другого являются обязательными. Акты, принятые путем обязательного референдума, подлежат исполнению всеми органами государства, должностными лицами, учреждениями, организациями, гражданами. Отдельные авторы, например Е.В. Чиркин, считают, что юридическая сила таких актов выше силы закона, принятого парламентом*(76). Разделяя эту позицию, следует признать, что такие акты должны подлежать изменению или отмене тем же способом, каким они были приняты, то есть народным голосованием.
Относительно факультативного референдума некоторые ученые высказывали мнение, что его решение может быть изменено или отменено не только народным голосованием, но и представительным органом*(77). Тот или иной подход к данному вопросу, по-видимому, не должен влиять на признание обязательного характера соответствующих решений. Независимо от того, каков порядок изменения или отмены решений факультативного референдума, представляется, что такие решения обязательны в той же мере, что и решения обязательного, то есть способ изменения или отмены соответствующих решений не должен отражаться на обязательности их исполнения. Следует, однако, заметить, что вопрос о юридической силе актов, принятых референдумом, в сравнении с юридической силой актов, принятых парламентским путем, остается дискуссионным в науке конституционного права и анализ исключительно конституционных текстов не позволяет однозначно на него ответить.

4. Право участия в референдуме

Как институт непосредственной демократии референдум должен охватывать наиболее широкие слои граждан. Поэтому при его проведении действуют общие принципы избирательного права - всеобщий, прямой и равный характер участия при тайном голосовании.
Согласно конституциям европейских государств участвовать в референдуме могут лица, наделенные активным избирательным правом. В случаях, когда условия приобретения активного избирательного права различаются в зависимости от вида представительного или иного выборного органа, общим правилом является предоставление права участия в референдуме лицам, которые имеют право избирать нижнюю палату парламента. Это обусловлено тем, что такое право распространяется на максимальное количество граждан.
Конституционные формулы по этому вопросу различны. Наиболее часто встречаются общие формулировки, согласно которым правом участия в референдуме обладают граждане, имеющие избирательное право (право голоса) - конституции Беларуси, Венгрии, Литвы, Лихтенштейна, Македонии, Польши, Словении, Хорватии.
Нередко в конституциях имеется положение, что в голосовании на референдуме участвуют "избиратели, наделенные правом голоса" (Дания, Люксембург, Украина, Швеция), или граждане, включенные в избирательные списки (Армения, Молдова). Португальская конституция содержит норму о "гражданах, зарегистрированных в качестве избирателей". Конституции Австрии, ФРГ, Ирландии, Италии фиксируют положение о предоставлении права участия в референдуме гражданам, имеющим право избирать нижнюю палату парламента: Национальный Совет (Австрия), Бундестаг (ФРГ), Палату представителей (Ирландия), Палату депутатов (Италия). В государствах с однопалатными парламентами встречаются такие же нормы (Латвия, Словакия).
Важнейшим для любого референдума является вопрос о "пороге" участия в нем граждан. Наибольший процент участия является условием максимально полного и точного выявления воли избирателей, представляющих народ как источник государственной власти.
В целом ряде государств конституционная регламентация по данному вопросу исходит из необходимости участия в референдуме большинства внесенных в избирательные списки или зарегистрированных избирателей. В этом случае референдум считается состоявшимся. В Италии, Македонии, Латвии, Польше, Португалии, Словакии, Хорватии "кворум" для проведения референдума представляет собой не менее 50% соответствующих лиц. Другие конституции оставляют вопрос о "кворуме" открытым. Так, отсутствуют предписания о нижнем пороге участия в конституциях Испании, Австрии, Дании, Ирландии.
Представляется, что с формально-юридической точки зрения порог участия в референдуме должен устанавливаться всегда и должен быть не ниже, чем 50% от общего числа граждан, обладающих избирательным правом. Это тот минимум, который необходим для обеспечения волеизъявления народа как общности граждан того или иного государства. В ином случае трудно говорить об объективном характере выраженного мнения и полноте учета интересов населения, обладающего политическими правами.
С другой стороны, в реальной государственной практике это требование может поставить под удар саму возможность наиболее активной, но в силу обстоятельств оказавшейся недостаточно многочисленной части избирательного корпуса выразить свое мнение по важным государственным вопросам.

5. Принятие решения

Как правило, решение считается принятым, если за него проголосовало большинство избирателей. Такой подход характерен для многих конституций, в частности, Литвы, Польши, Ирландии, Армении, Италии, Латвии, Словении, Хорватии, Эстонии. Какое большинство требуется в каждом конкретном случае, относительное или абсолютное, зависит от наличия или отсутствия условия о нижнем "пороге" участия и от того, каков этот "порог".
В европейских конституциях имеются различные формулы о большинстве. Наиболее часто встречается запись, согласно которой вопрос референдума считается решенным положительно, если за него проголосовало большинство или более половины граждан, обладающих избирательным правом, при условии, что в голосовании приняло участие большинство или более половины избирателей. Так, в Словакии результаты референдума считаются действительными, если в нем участвовало более половины избирателей, имеющих право участвовать в голосовании, и если решение было принято большинством более половины голосов участвовавших в референдуме (ст. 98).
Если порог участия не определен и речь идет об относительном большинстве, то может устанавливаться определенный минимум голосов для достижения такого большинства. Так, согласно Основному Закону Германии, для положительного решения вопроса необходимо большинство поданных голосов, составляющее не менее четверти голосов избирателей, пользующихся правом выборов в Бундестаг. В Армении вынесенный на референдум проект считается принятым, если за него проголосовало более половины участников голосования, но не менее, чем одна треть граждан, включенных в избирательные списки (ст. 113).
В датской, ирландской и шведской конституциях содержатся формулы определения итогов референдума на базе "отрицательных" голосов. В Дании вынесенный на референдум акт считается отклоненным большинством голосов избирателей, участвующих в голосовании, при условии, что "не менее 30% от общего числа избирателей с правом голоса голосуют против" (разд. 42 (5)). В Ирландии рассматривается в качестве отклоненного предложение референдума (исключая референдум о конституционных поправках), если большинство, но не менее, чем 33 и она треть процента голосов зарегистрированных избирателей, было подано против (ст. 47). В Швеции проект считается отклоненным, если большинство участвующих в голосовании выскажутся против и это число составит более половины избирателей, голоса которых признаны действительными.
Чем важнее вопрос, выносимый на референдум, тем больше вероятность установления требования не просто абсолютного, но квалифицированного большинства. Так, положение ст. 1 Конституции Литвы о том, что она является независимой демократической республикой, может быть изменено референдумом, если за это выскажется не менее трех четвертых граждан Литвы, обладающих избирательным правом (ст. 148). Большинство в две трети голосов требуется согласно Основному Закону ФРГ для изменения границ отдельных земель (ст. 29.3).
Представляется, что можно считать соответствующей демократическим принципам волеизъявления граждан на референдуме норму, которая устанавливает необходимое для принятия решения большинство на уровне не ниже, чем 50% + 1 голос от общего числа граждан, обладающих избирательным правом при условии, что в голосовании приняло участие большинство таких избирателей. Что касается федеративного государства, то здесь, кроме того, необходимо, чтобы в общегосударственном референдуме участвовали на равных условиях все субъекты федерации.

6. Предмет референдума

Для правовой характеристики референдума существенное значение представляет круг вопросов, которые на него выносятся. С формальной точки зрения в связи с тем, что референдум является формой прямой демократии, непосредственным народным волеизъявлением, на него могут выноситься любые важные темы государственной жизни. Однако на практике это не так.
Вопросы, по которым согласно европейским конституциям возможно проведение референдума, могут быть сгруппированы следующим образом.
Первая, наиболее распространенная группа вопросов, касается принятия или полного либо частичного пересмотра конституции и актов парламента. Это:
- принятие нового Основного закона;
- полный или частичный пересмотр Основного закона;
- принятие законодательного акта;
- изменение либо отмена законодательного акта.
Вторая группа вопросов (встречающаяся в конституциях редко) - о доверии органу или должностному лицу. Например, по Конституции Лихтенштейна 1921 г. 1500 граждан с правом голоса или четыре общины могут потребовать проведения референдума по поводу роспуска Ландтага (ст. 48). В Австрии предусматривается отстранение от должности Президента путем народного голосования по требованию Федерального Собрания, основанному на решении Национального Совета. В случае отрицательного голосования Президент считается вновь избранным, а Национальный Совет распускается (ст. 60 п. 6). Подобные вопросы в качестве предмета референдума представляют собой скорее исключение, чем правило.
Третья разновидность вопросов, выносимых на референдум, связана с разрешением разногласий между конституционными органами власти. Так, по Конституции Швейцарии в случае, когда между палатами парламента существуют расхождения по вопросу о полном пересмотре Конституции, вопрос выносится на референдум (ст. 193).
Чаще, однако, конфликты возникают между парламентом и правительством или президентом. Достаточно вспомнить нередко упоминаемую в литературе ситуацию 1962 г. во Франции, когда Шарль де Голль, вынося на референдум проект изменений ст. 6 и 7 Конституции и столкнувшись с противодействием Парламента, распустил его и получил необходимое большинство на референдуме*(78).
Наконец, четвертая группа - это важные международно-правовые вопросы, в частности: утверждение международно-правовых договоров, существенно затрагивающих основные права граждан; вступление в международные организации (как правило, наднационального характера); определение принадлежности той или иной территории к определенному государству. В качестве иллюстрации достаточно вспомнить о референдумах 70-х годов XX столетия об отношении к Общему рынку, референдумах последнего десятилетия о возможности присоединения к Европейскому Сообществу новых членов.
Как видно из сказанного, в предмет референдума включаются главным образом вопросы конституционного и законодательного регулирования, относящиеся к компетенции высшего представительного органа. Однако из этого круга имеются исключения.
Большинство конституций содержат перечни вопросов, по которым референдум проводиться не должен, то есть устанавливают изъятия из того множества тем, которые, с теоретической точки зрения, могут возникать в процессе реализации народного суверенитета. Таким образом, устанавливаются пределы применения этого института непосредственной демократии. Наиболее часто среди таких вопросов упоминаются: территориальная целостность и изменение государственных границ; объявление войны и мира; применение вооруженных сил; основные права и свободы граждан; принятие, изменение и отмена определенных международно-правовых обязательств; бюджет и его исполнение; налоги и сборы; дополнительные ассигнования; финансовые обязательства; введение и отмена чрезвычайного положения; амнистия, государственная служба.
Введение перечисленных ограничений связано, по нашему мнению, с тем, что указанные вопросы требуют либо быстрого оперативного профессионального вмешательства (применение вооруженных сил, введение чрезвычайного положения), либо специализированного профессионального решения, которое должно быть разработано в установленные конституцией сроки специалистами соответствующей квалификации и одобрено высшим представительным органом государственной власти (принятие бюджета, изменение государственных границ). Вместе с тем представляется совершенно неоправданным исключение из предмета референдума такого вопроса, как основные права и свободы граждан, поскольку это противоречит самой природе референдума как демократического института установления воли большинства по наиболее важным вопросам жизни общества и государства.
Применительно к предмету референдума устанавливаются также ограничения, касающиеся повторного голосования по тому же вопросу. Как правило, между двумя голосованиями по одному и тому же вопросу должен пройти определенный срок (пять лет в Италии, три года - в Словакии, Албании, два года - в Венгрии, один год - в Эстонии).
В Португалии предусматривается, что вопросы, получившие отрицательный ответ на референдуме, не могут вновь выдвигаться в течение той же сессии законодательного органа, за исключением случая выборов нового его состава или периода до отставки правительства.
Таким образом, представляется желательным, чтобы предметом референдума являлись не любые, а только те важные вопросы государственной жизни, которые относятся к сфере компетенции парламента, но не требуют специальных знаний. Это обусловлено тем обстоятельством, что во всех современных европейских государствах референдум применяется как элемент смешанной демократии, когда прямое участие граждан в принятии решений сочетается с деятельностью представительных учреждений на разных ее стадиях и дополняет ее.
Кроме того, как справедливо отмечает В.В. Маклаков, непосредственное участие граждан в государственной жизни не должно затрагивать сферу исполнительной и судебной власти*(79). Такое вмешательство может негативно отразиться на их стабильном функционировании.
Следовательно, в идеале для сбалансированного применения институтов непосредственной и представительной демократии необходимо использование в государственно-правовом механизме: а) представительных органов для принятия решений, требующих взвешенной профессиональной проработки специалистами соответствующей квалификации, и б) референдума для принятия важных решений, не требующих специальных знаний, но отражающих мнение большинства населения, либо для одобрения важнейших государственных актов, например конституции, подготовленных парламентом, специальным учредительным органом и т.п.

7. Отдельные виды референдума

Конституционный референдум

Референдум нередко применяется в качестве способа принятия новой конституции. Таким путем принимались, например, действующие конституции Исландии, Франции, Италии, Испании и ряда других европейских государств. Так, во Франции проект Конституции 1958 г. после обсуждения в Консультативном комитете - специально созданном органе, состоявшем из определенного числа членов обеих палат Парламента и представителей Правительства, а затем в Совете министров был вынесен на референдум. В Испании проект действующей Конституции, разработанный Парламентом после осуществления демократических политических реформ, связанных с падением тоталитарного режима Франко, был одобрен на референдуме 1978 г. В период активных конституционных изменений в странах Восточной Европы в 90-е годы XX столетия проекты конституций выносились на референдум неоднократно.
Конституции ряда европейских государств предусматривают возможность конституционного референдума в случаях необходимости как полного, так и частичного пересмотра Основного закона.
Конституционный референдум является завершающим этапом в процедуре конституционных изменений, хотя эта процедура значительно различается.
Референдум в качестве обязательной стадии процесса полного пересмотра конституции предусмотрен, в частности, в Австрии и Испании. Согласно ст. 44.3 австрийского Конституционного Закона пересмотр всей федеральной Конституции по требованию одной трети членов любой из палат должен быть поставлен на голосование народа. В ст. 168 Конституции Испании установлено, что предложение о полном пересмотре Конституции нуждается в одобрении двух третей голосов каждой палаты, после чего Парламент распускается. Вновь избранные палаты утверждают решение о пересмотре и принимают новый текст Конституции двумя третями голосов каждой из них, после чего текст Конституции выносится на референдум для ратификации.
Референдум как необходимый элемент полного пересмотра Союзной конституции предусмотрен в Швейцарии. Такой референдум должен проводиться при наличии народной инициативы (ст. 138, 140), а также при разногласиях по данному вопросу двух палат Парламента (ст. 140, 193). При этом вопрос о необходимости проведения пересмотра решается также референдумом (ст. 193 п. 2). Пересмотренная Союзная конституция вступает в силу после принятия "народом и кантонами" (ст. 195 Конституции).
Референдум как обязательная стадия в процессе частичного изменения конституции предусмотрен в Дании, Ирландии, Андорре, Швейцарии. Так, согласно ст. 88 датской Конституции после принятия проекта об изменении какого-либо конституционного положения последовательными сессиями старого и вновь избранного Фолькетинга этот проект передается на референдум и в случае одобрения не менее чем 40 процентами общего числа избирателей становится частью действующей Конституции.
Ирландская конституционная модель содержит норму о том, что после принятия обеими палатами законопроект о конституционной поправке выносится на референдум (ст. 46).
В Швейцарии независимо от того, кто инициирует частичный пересмотр - народ в лице 100 тысяч избирателей или Союзное собрание, - проект поправок выносится на обязательный референдум (ст. 140).
Швейцарская модель частичного изменения конституции, инициированного народом, представляет особый интерес, Народная инициатива может выдвигаться в двух формах: общего предложения и разработанного проекта. В первом случае при согласии Союзного собрания с общим предложением оно разрабатывает соответствующий проект и выносит его на голосование народа и кантонов. Если Собрание отклоняет предложение, то оно передает его на голосование народа, который должен решить, следует ли дать ход инициативе. При положительном голосовании Союзное собрание обязано разработать соответствующий проект (ст. 139). Таким образом, референдум применяется при позитивном отношении Парламента один раз, при негативном - два раза. Во втором случае разработанный проект выносится на голосование народа и кантонов. При этом Союзное собрание может рекомендовать отклонить предложенный вариант, противопоставив ему встречный проект. В этой ситуации народ и кантоны голосуют одновременно по двум проектам, причем могут высказаться в пользу обоих. Избиратели должны указать, какому из проектов отдают предпочтение, если оба будут приняты. Если один из проектов получает больше голосов народа, а другой - больше голосов кантонов, то ни один из них в силу не вступает. Как видно из сказанного, данная модель, во-первых, многовариантна и, следовательно, позволяет наиболее объективно выявить мнение избирателей; во-вторых, предполагает активное участие парламента в разработке текста конституционных поправок, что дает возможность адекватно и профессионально выразить мнение большинства.
Факультативный референдум по конституционным поправкам распространен более широко и предусмотрен конституциями Беларуси, Албании, Лихтенштейна, Польши, Словении, Хорватии, Эстонии, Италии, Испании, Франции. Так, испанская Конституция установила, что после принятия конституционных поправок Генеральными Кортесами одна десятая часть состава любой палаты вправе потребовать, чтобы они были вынесены на референдум (ст. 167). Во Франции предложение о пересмотре конституционных положений может выноситься на референдум по инициативе Президента, действующего по предложению Премьер-министра или членов Парламента (ст. 79). В Италии законы, изменяющие Конституцию, после их принятия обеими палатами выносятся на референдум, если в течение трех месяцев после их опубликования об этом заявит одна пятая часть членов одной из палат, 500 тысяч избирателей или пять областных советов (ст. 138).
Отдельные конституции требуют проведения обязательного референдума по одним конституционным поправкам и допускают факультативный - по другим. Нередко поправки по основополагающим разделам или статьям основных законов выносятся согласно конституции на обязательный референдум (Беларусь, Латвия, Молдова, Эстония). С другой стороны, ряд конституций запрещает ставить на общенародное голосование базовые статьи Конституции, закрепляющие основы общественного и государственного устройства (Армения, Италия, Литва, Франция).
Нельзя не заметить, что в процедуре конституционного референдума важная роль отводится парламенту, действия которого являются ее необходимой и неотъемлемой составляющей.

Законодательный референдум

Этот вид референдума также предполагает ключевую роль парламента в процедуре его назначения. Законодательный референдум предусмотрен конституциями Албании, Австрии, Венгрии, Германии, Греции, Грузии, Дании, Ирландии, Италии, Латвии, Литвы, Португалии, Словении, Франции, Хорватии, Эстонии. Это, как правило, утверждающий референдум, когда после установленной законодательной процедуры, включающей проведение референдума, соответствующий законопроект становится законом.
Так, законодательный референдум во Франции инициируется по совместному предложению палат либо по предложению Правительства, которое должно вноситься во время сессии Парламента, причем Правительство обязано выступить перед каждой палатой с заявлением, которое подлежит обязательному обсуждению. Только после этого Президент вправе передать соответствующее предложение на референдум (ст. 11 Конституции).
В Австрии законодательный референдум может проводиться по решению Национального Совета или по требованию большинства его членов в отношении каждого законодательного решения (ст. 43).
В Дании после принятия законопроекта Фолькетингом одна треть депутатов вправе потребовать от председателя проведения по нему референдума. В этом случае Фолькетинг может отозвать законопроект. Если он не принимает такое решение, то незамедлительно извещает Премьер-министра о издании постановления о необходимости проведения референдума (разд. 42).
В отдельных государствах, в частности Италии и Албании, используется отклоняющий законодательный референдум. Их конституции содержат нормы только об этом виде референдума. Согласно ст. 75 итальянской Конституции, такой референдум назначается для полной или частичной отмены закона по требованию 500 тысяч избирателей или пяти областных советов. В Албании референдум об отмене закона инициируется народом через посредство 50 тысяч граждан с правом голоса (ст. 150).
Интересная процедура действует в Исландии. Здесь в случае применения Президентом вето в отношении законопроекта, принятого Парламентом, он вступает в силу с последующей передачей на референдум для одобрения или отклонения избирательным корпусом. Если такой закон отклоняется референдумом, его действие прекращается. При одобрении он сохраняет силу закона. Таким образом, референдумом можно и преодолеть вето Президента, и отменить действующий закон (ст. 26).
В случаях, когда законодательный референдум предусмотрен для отмены закона, парламент исключается из соответствующей процедуры. Вместо него в качестве субъекта-носителя соответствующего права выступает народ в лице конституционно определенного количества избирателей либо региональные органы власти, представляющие выраженное путем голосования мнение своего населения.
Таким образом, законодательные решения парламента могут отменяться не только им самим, что является общим правилом представительной формы правления, но и народом путем референдума, проводимого по инициативе определенной части населения страны или по инициативе населения регионов. Несомненно, эта модель является интересным, хотя и редким образцом применения форм непосредственной демократии в законодательном процессе.
Так же, как конституционный, законодательный референдум может быть обязательным и факультативным. Так, в Швейцарии на обязательный законодательный референдум, в котором участвует народ и кантоны, выносятся объявленные срочными союзные законы, которые не имеют конституционного основания и срок действия которых превышает один год (ст. 140). Факультативный референдум предусмотрен в отношении: 1) союзных законов; 2) срочных союзных законов сроком действия свыше одного года; 3) федеральных решений, если Конституция или закон оговаривают такое условие; 4) определенных международно-правовых договоров.
Аналогичным образом датская Конституция допускает как обязательный, так и факультативный законодательный референдум. Обязательным референдумом должен изменяться возрастной ценз избирательного права (разд. 29 п. 2). Факультативный референдум применяется для принятия обычных законов (разд. 42), в том числе законов о делегировании конституционных полномочий государственных органов международным организациям (разд. 20).

8. Инициатива проведения референдума

Важнейшим вопросом проведения референдума является вопрос о круге субъектов, обладающих правом инициативы его проведения. Такая инициатива может исходить от парламента, группы депутатов, главы государства, правительства, группы избирателей, региональных органов власти.

<< Пред. стр.

стр. 2
(общее количество: 6)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>