ОГЛАВЛЕНИЕ

Л.Я. КОСАЛС, Р.В. РЫВКИНА
СТАНОВЛЕНИЕ ИНСТИТУТОВ ТЕНЕВОЙ ЭКОНОМИКИ В ПОСТСОВЕТСКОЙ РОССИИ-

КОСАЛС Леонид Янович – доктор экономических наук, ведущий научный сотрудник Института социально-экономических проблем народонаселения РАН. РЫВКИНА Розалина Владимировна – доктор экономических наук, профессор, заведующая лабораторией экономической социологии этого же института.


Что такое «институционализация теневой экономики»?
Общепризнанный количественный рост теневой экономики в России сопровождается качественными изменениями в системе социально-экономических отношений. По нашему мнению, с середины 80-х годов и особенно в течение последнего
десятилетия, внутри теневой экономики, как и в её положении в обществе, произошло качественное изменение - произошла ее институционализация. Несмотря на большое количество публикаций, посвященных масштабам и причинам теневой экономики, ее институты практически не изучались.
Цель данной статьи – охарактеризовать процессы институционализации теневой экономики и описать некоторые ее важнейшие институты.
Институционализация теневой экономики - это закрепление теневого экономического поведения (например, «обналичивания» денег, теневого вывоза капитала) в те или иные организационно устойчивые формы, признаваемые всеми участниками данной деятельности и транслируемые следующим поколениям занятых ею субъектов.
Из этого определения ясно, что пройдя стадию институционализации, теневая экономика претерпевает качественные изменения: из хаотических и случайных, никак не оформленных взаимодействий экономических субъектов, поведение которых не ограничено какими-либо жесткими правилами, она превращается в структурированную и самовоспроизводящуюся социальную систему, которая не только скрыта от прямого государственного контроля и наблюдения, но и имеет внутреннюю организацию.
О таком превращении, на наш взгляд, свидетельствует появление в системе неформальных взаимодействий следующих стабильных характеристик. Во-первых - тех или иных экономических ролей, привычных для субъектов и носящих теневой характер (например, «рэкетир»). Во-вторых - сложившихся норм «теневого поведения» (например, такой нормы, как «обналичивание» финансов под фиктивные контракты). В-третьих - устойчивых видов теневых экономических взаимоотношений между определенными субъектами (например, «прикрытие бизнеса» определенных предпринимателей сотрудниками силовых ведомств). И, в-четвертых - новых типов организаций, внутри которых и с помощью которых осуществляется теневое поведение субъектов (например, специальные фонды, которые опосредуют отношения бизнесменов и сотрудников силовых ведомств; фирмы, специализирующиеся на «обналичивании»).
Взаимосвязи между этими четырьмя элементами образуют особый мир – мир теневой экономики, которая за период перехода России к рынку превратилась в новый институт в системе экономических институтов России.
Процесс институционализации теневой экономики имеет свою этапность. На начальных стадиях зарождения и распространения «тени» возникали в экономике вне каких-либо институтов: особые нормы поведения, системы взаимодействий и организации, связанные с теневой деятельностью, отсутствовали. На этом этапе, который в России протекал с середины 80-х и до начала 90-х годов, соответствующие субъекты находились в процессе поиска таких норм поведения и таких видов взаимодействий, которые могли бы стать наилучшей средой для их теневой активности. В стране происходило накопление новых, теневых норм и теневых организаций. Происходил отбор таких из них, которые создавали наилучшие условия для теневой деятельности. В результате накопления и отбора таких форм некоторые их виды отмерли, другие же, наоборот, широко распространились и приобрели устойчивость, «вошли в культуру» теневых отношений. Конкретный пример этого процесса: во второй половине 80-х годов теневая деятельность развивалась при комитетах комсомола, в рамках так называемых центров НТТМ (центров научно-технического творчества молодежи). В них начинали свою деятельность многие из ныне действующих крупных российских бизнесменов. Их деятельность во многом состояла в «перекачивании» ресурсов государственных предприятий в частные руки, т.е. - в теневой приватизации. Хотя в настоящее время нет ни комсомола, ни центров НТТМ, и российское общество их уже забыло, но некоторые возникшие в то время внутри центров НТТМ способы теневого поведения вошли в «культуру теневой экономики». Другой пример - фирмы, специализирующиеся на «обналичивании» денег, которые начали распространяться с начала 90-х годов. В тот период они широко рекламировали свою деятельность в легальной прессе, брали высокий процент за услуги (до 15% от суммы «обналичиваемых» средств). Но на этом этапе их теневая активность еще не облекалась в устойчивые формы, она лишь складывалась. Происходил поиск способов налаживания контактов и деловых связей, которые были еще нестабильными, часто прерывались. Не было твердых цен на теневые услуги, они (цены) сильно варьировались. Скажем, плата за «обналичивание» одной и той же суммы могла быть и 5%, и 15%. И только позднее, во второй половине 90-х годов, обретя адекватные ей организационные формы, эта теневая активность стала превращаться в особый социальный институт.
Аналогичные процессы происходили со всеми новыми видами теневого поведения, которые порождал российский рынок. Можно говорить, что к настоящему моменту теневая активность в России приобрела устойчивость и системность, т.е. воплотилась в адекватные ей организационно–культурные формы. Более того - она вытеснила (частично или полностью) некоторые мешающие ей открытые экономические институты, сосуществуя с рядом ними, оказывая на них определенное влияние.
Если вернуться к вышеприведенному примеру с «обналичиванием», то показателем институционализации этой теневой деятельности стал момент, когда большинство бизнесменов установили с подобными фирмами стабильные связи, когда объявления из легальной прессы исчезли, отношения стали стабильными и многолетними, цена упала до 2-5% от суммы сделки. Как отмечают исследователи, к 1996 г. рынок «обналичивания» сложился и стабилизировался, и далее, вплоть до настоящего момента, принципиальных изменений на этом рынке не происходило [1, с. 182]. В нашей терминологии это означает, что процесс институционализации этого вида теневой деятельности завершился.
Характерным примером является также заработная плата. Она имеет значительную теневую составляющую, причем практически во всех организациях, меняясь в разных отраслях, от 15 до 80%. По полученным нами данным, на предприятиях ВПК в 1999 г., как и в 1998, она составляла 17%, тогда как 83% выплачивались официально через кассу. Далее она несколько сократилась.
Из таблицы видно, что не только доля теневой части зарплаты, но и структура неофициальных выплат осталась в течение 3-х последних лет в целом стабильной при некотором сокращении бартерных и росте наличных выплат. Это - один из важнейших показателей институционализации, свидетельствующий о том, что в данной сфере установились относительно стабильные «правила игры».
Описанные процессы приводят к тому, что в экономической среде складывается второй «теневой мир» (см. о теневой социально-экономической системе: [2]), который "удваивает" открытую экономику, хотя и живет по другим законам, чем она.
Этот мир проник во все сферы российского общества. В настоящее время теневые институты «пустили корни» в политической и правовой системе. Более того, сегодня они выполняют системообразующую роль по «склейке» экономики с политикой и правом, не дают развалиться всей социально–экономической системе в целом. Поэтому постоянно высказываемые в литературе надежды на ожидаемое быстрое «осветление» экономики в результате каких-либо реформаторских решений кажутся нам мало обоснованными.

Причины институционализации теневой экономики в России
Причины взрывного роста и институционализации теневой экономики в постсоветской России, по мнению некоторых авторов, гораздо глубже, чем ошибки «недореформирования». Как и сам процесс институционализации, его реальные причины сугубо социальны. Можно говорить об его макро- и микросоциальных причинах.
Первая причина – «государствофобия» жителей России. Для них характерно стремление во что бы то ни стало вывести свою деятельность из-под контроля и наблюдения со стороны государства, даже в том случае, если в осуществляемой активности нет ничего незаконного. Это - реакция на десятилетия тотального контроля над всей жизнедеятельностью граждан со стороны советского государства, что исключало какую-либо возможность масштабной частной экономической активности. Поэтому, когда появились условия для такой активности, и граждане, осуществляющие ее, стремились избежать контактов с государством.
«Государствофобия» россиян повлияла на на масштабы теневой экономики в России в ходе рыночного реформирования. Даже если бы реформы в России были такими же либеральными, как и в Восточной Европе, масштабы теневой экономики в ней все равно были бы намного выше, поскольку в этих странах тоталитаризм существовал не так долго и в целом был мягче. Традиции «государствофобии» и «бегства от государства» здесь не характерны.
Вторая причина институционализации теневой экономики - возникновение «делового тандема» чиновника и предпринимателя. Экономические преобразования в России были проведены так, что предприниматели попали в зависимость от чиновников, которые присвоили функции государства. Рыночные реформы предполагали резкое увеличение частной хозяйственной активности людей и, соответственно, уменьшение властных полномочий государства в экономике. В то же время эти преобразования, как и любая инновация большого масштаба, привели к значительному росту неопределенности в функциях, правах и ответственности государственных чиновников разного ранга. Как люди, обладавшие наибольшим (в сравнении с другими социальными группами) деловым опытом и инициативой, они сумели с наибольшей выгодой для себя воспользоваться открывшейся экономической свободой. Фактически чиновники приватизировали свои должностные места и стали исполнять свои должностные обязанности (или не исполнять их) таким образом, как это отвечало их частным экономическим интересам. В результате предприниматель, обращавшийся к государству за помощью, не мог добиться от соответствующего органа власти защиты своих интересов. Это вынуждало предпринимателей обращаться в частные фирмы или искать теневые пути решения своих проблем, напрямую платить деньги чиновникам. Эта модель поведения бизнесмена вполне естественна и адекватна российским условиям, где люди стремятся игнорировать государство, действовать так, как будто его не существует. В частности, уплата налогов рассматривается не только деловыми людьми, но и всем населением как двойное налогообложение, так как все покупают государственные услуги в частном порядке, в том конкретном объеме, который требуется тому или иному предпринимателю или другому частному лицу. В обществе сформировалась такая атмосфера, когда уклонение от уплаты налогов стало нормой, следование которой морально не осуждается.
Иначе говоря, рассматриваемая причина институционализации теневой экономики в России состоит в том, что чиновники используют свои рабочие места, власть и информацию, которой они располагают, как один из ресурсов для осуществления своего частного предпринимательства. Ясно, что осуществляемое ими предпринимательство носит теневой характер, так же как и предпринимательство частных фирм, являющихся их партнерами по бизнесу. Иначе говоря, государство в России является одним из субъектов рынка, причем субъектом, который обладает чрезвычайными полномочиями и экстраординарными возможностями, каких не имеет ни один из частных предпринимателей. Институты теневой экономики возникали в результате того, что государство, госчиновники нуждались в прикрытии своей теневой экономической деятельности.
Третья причина - государство «подмяло» под себя, фактически «отключило» основные правовые структуры – службу правопорядка (милицию), судебную систему, прокуратуру и др. Перемены в каждой из этих структур – разные, но общим остается одно: государство сделало их недееспособными. Например, суды на протяжении всего периода реформ не только не финансировались, но и жестко привязывались к региональным властям, от которых реально зависело их материальное обеспечение (жилье, зарплата, социальные блага). Тем самым было запущено «теневое право» - теневые нормы и правила, которые стали действовать сильнее легального права. Возникла целая система санкций за нарушения «теневого права», причем очень жесткая вплоть до «заказных убийств», которые тоже фактически институционализировались, стали привычными. В то же время, официальное право становилось все более мягким, правила в его рамках стали в массовом порядке «обходить», и никаких серьезных санкций за это не следует. При любом сколько-нибудь значительном контакте с бесплатной официальной медициной пациентам приходиться платить. Формально бесплатное высшее образование оборачивается необходимостью для студентов платить за поступление, за экзамены и др. В результате, официальное право в значительной мере превратилось в декоративное. Теперь оно зачастую используется лишь для того, чтобы наказать тех, кто нарушает теневые нормы или мешает влиятельным группировкам добиваться своих «теневых» экономических, политических или иных целей. В немалой мере «официальное право» служит для демонстрации развитым странам, спонсирующим либеральные преобразования, а также международным финансовым и политическим организациям того, что Россия «идет курсом реформ» и остается «приверженной демократическим ценностям». Яркий пример: в России официально отменили смертную казнь, но несостоятельный должник знает, что зачастую его ждет не долгая судебная процедура в официальном суде, а пуля наемного киллера. Это показывает, что «теневое право» действует сильнее, чем легальное. Другой пример: формально в России частная собственность неприкосновенна, однако всем хорошо известно, что в реальности местные власти, используя административные рычаги (включая и судебные органы) могут отобрать завод или магазин у законного владельца и передать их в муниципальную собственность или же связанной с властями финансовой группировке. Третий пример: формально в России огромные налоги, достигающие иногда 80 и более процентов от прибыли. Однако все бизнесмены и власти прекрасно осведомлены, что, используя теневые схемы ухода от налогов, можно снизить их до приемлемой величины 10-15%. И т.д. и т.п. (подробнее о причинах инститтуционализации теневой экономики см.: [3]).
Чтобы пояснить, как на практике выглядит институционализация теневой экономики, какие изменения в работу экономического механизма в России она вносит, мы далее опишем некоторых широко распространенных ее институтов.

Некоторые институты теневой экономики
Возникшие в основном после распада СССР и прекращения руководящей роли КПСС, новые теневые институты - неоднородны. В их состав входят две основные группы.
Первая группа – институты, которые возникли внутри тех или иных легальных структур – политических, правовых или хозяйственных, в ходе реализации экономических преобразований. Реформированию подверглись все сферы народного хозяйства. Поэтому сегодня есть все основания говорить о наличии «сквозных» теневых экономических институтов. Такими «сквозными» (для всех сфер народного хозяйства) институтами теневой экономики являются 1) теневое производство каких-то видов продукции (скажем, золота или водки); 2) теневой сбыт продукции; 3) нецелевое использование бюджетных средств; 4) обналичивание; 5) теневые доходы, в том числе - теневая зарплата; 6) теневые экпортно-импортные операции; 7) теневой отток капитала; 8) теневое инвестирование; 9) теневая занятость; 10) теневая оплата услуг чиновников, коррупция. Этот список в принципе можно продолжить. Но и он достаточен для показа того, что теневые институты образуются как «теневой нарост на теле» официальных, в том числе и государственных организаций.
Остановимся подробнее на некоторых из вышеперечисленных институтов.
Нецелевое использование бюджетных средств - направление финансовых средств, полученных из государственного бюджета (федерального, регионального, местного) на цели иные, чем это было предусмотрено соответствующими бюджетными планами. Наиболее часто это происходит в случае передачи средств федерального бюджета из Москвы в регионы. Использование руководителями регионов не по назначению имеет два весьма различных направления - 1) решение неотложных хозяйственных нужд соответствующей территории и 2) воровство государственных средств. В первом случае деньги, выделенные, например, для выплаты зарплат учителям или врачам, направляются на покупку топочного мазута, чтобы отапливать жилые дома. Хотя это и нарушение закона, в принципе, такая деятельность не вызывает крупномасштабного социального недовольства и, как правило, ограничивается локальным протестом обделенных групп. Причина – в недостаточно высоком качестве бюджетного планирования и очень высоком уровне неопределенности и нестабильности в российском обществе и экономике. Во втором случае средства «отмываются» через целую систему подставных фирм, "дружественных" соответствующим чиновникам. Как правило, деньги переводятся за границу в оффшорные зоны, на них покупается недвижимость и т.п. Причина - в низком моральном уровне нынешнего российского правящего класса, разложении органов правопорядка, в теневых договоренностях между московскими чиновниками и местными руководителями.
Обналичивание - операция по переводу денег с банковского счета в наличные средства, как правило, с использованием фиктивных контрактов на выполнение каких-либо работ (строительных, научно-исследовательских, консультационных услуг, маркетинга и т.п.). Применяется обычно для выплаты теневой части заработной платы, закупки мелких партий комплектующих, других форм пополнения оборотного капитала, вывода прибыли из-под налогов, а также для различных нелегальных операций. Это широко распространенная операция, помогающая вывести деятельность фирмы из-под прямого государственного контроля. Обналичивание воплощает реакцию предприятий на чрезмерное государственное вмешательство в экономику. Оно осуществляется специализированными фирмами, часто работающими на основе неформальных договоренностей с банками и имеющими стабильные контакты с клиентами (частными предприятиями и государственными структурами). Наилучшее «место прикрепления» для таких фирм - общественные организации, имеющие государственные льготы, например, общества инвалидов. На первом этапе деятельности по обналичиванию стоимость услуг фирм была весьма высокой и неустойчивой – от 5 до 15% от объема обналичиваемых средств. На втором этапе цена стала относительно стабильной, заметно снизилась и в настоящее время, как правило, не превышает 5%.
Перечисленные выше теневые институты различаются по выполняемым функциям. У теневой зарплаты, например, одна функция, у теневой занятости – совсем другая. Наличие функционально разных теневых институтов приводит к тому, что они носят многоотраслевой, многосекторный, «сквозной» характер, т.е. пронизывают все сферы и отрасли экономики и социальной системы. Сегодня есть все основания говорить о наличии теневых «участков» не только в кредитно–финансовой сфере, в сфере таможенного контроля, в промышленности, торговле, на транспорте, в сельском хозяйстве, но и о существовании в России теневого образования, теневой медицины, теневой культуры, теневой науки, теневой деятельности в СМИ. Получается так: потребность в выполнении тех или иных функций толкает на создание соответствующих теневых институтов во всех отраслях экономики и общества; а удовлетворение этой потребности, т.е. возникновение таких институтов, приводит к распространению тени практически повсеместно в обществе.
Вторая группа - теневые институты, которые возникли «в стороне» от таких структур, как бы «на чистом» месте.
Об их возникновении вне каких–либо ранее существовавших легальных экономических организаций свидетельствуют сами их названия: «крыша», «рэкет», «наезд», «откат» и т.п. Данные об их деятельности исследователи, как правило, получают с помощью специальных глубоких интервью с руководителями предприятий и фирм, имеющих дело с такими институтами. Проведение более или менее крупномасштабных экономико–социологических исследований в этой области затруднительно, тем не менее, некоторая информация о функционировании институтов второй группы также имеется.
Крыша - криминальная группировка или орган власти, контролирующие деловую активность одной или многих фирм, изымающие определенную долю прибыли «в обмен» на представительство интересов в органах власти; защиту от «наездов» других криминальных группировок; получение государственных заказов; гарантии занятия определенной рыночной ниши; дополнительные средства давления на должников; предоставление гарантий от экспроприации со стороны государства и т.п. Фактически, крыша - это локальная монополия, которая контролирует определенную долю рынка и защищает фирму от давления рынка. Она ограничивает конкуренцию и увеличивает(?) уменьшает издержки входа на рынок. Подконтрольность всех видов экономической деятельности различного рода крышам - показатель институционализации теневой экономики. С экономической точки зрения крыши подавляют стимулы к экономическому развитию, к введению технологических инноваций, осложняют формирование полноценной системы прав частной собственности.
Откат - плата за предоставление заказа (обычно - государственного), кредита (зачастую - льготного), субсидии, субвенции, бюджетной ссуды, гранта. Выражается в процентах от предоставляемой суммы и может достигать более половины от нее (большой откат - высокий процент, умеренный - низкий процент). С точки зрения формального права откат является разновидностью коррупции. В основном откат характерен для отношений внутри государственного сектора или между государственным и частным секторами экономики, но иногда встречается и в отношениях между частными фирмами. Отражает приватизацию чиновниками (или менеджерами частной фирмы) своей должностной позиции, которая в этом случае используется как ресурс осуществления частного предпринимательства. Часто носит характер устойчивых отношений вертикального сговора между чиновниками разного ранга (сопровождает нецелевое расходование бюджетных средств) или же чиновниками и предпринимателями. Откат стал нормой во взаимоотношениях в системе предоставления бюджетных средств и государственных заказов, постепенно величина его снижается. Когда речь идет о больших субсидиях или заказах, его величина, как правило, не превышает 10%.
Теневой механизм инвестирования - совокупность социально-экономических факторов, обеспечивающих поток краткосрочных инвестиций, которые носят латентный характер - руководители стараются их не афишировать. Весьма сложно определить масштаб теневого инвестирования в развитие производства; однако этот механизм является важным элементом жизнеспособности и воспроизводства теневой экономики, а значит, и всей российской экономики в целом.
Появление такого механизма в пост-советской России связано с отсутствием реальных гарантий прав частной собственности, отрицательным отношением значительной части российского общества к «капиталистам», «хозяевам», «богачам». Такая социальная атмосфера не благоприятствует преумножению собственности (на что направлены инвестиции). В то же время, общество весьма благожелательно относится к экономическому росту, увеличению производства (это было характерно для советских времен и перешло с некоторыми изменениями в нынешнее время). В этих условиях многие частные собственники стремятся скрыть инвестиции и, одновременно, достаточно охотно показывают прирост производства.
Механизм теневого краткосрочного инвестирования в развитие производства
действует в ситуации, когда возникает спрос на новую продукцию, которую можно производить на данном предприятии; ее освоение не должно требовать значительных капитальных затрат и, в свою очередь, может принести быструю прибыль. В этом случае инвестирование нередко производится через дочерние коммерческие структуры, формальные владельцы которых - родственники или доверенные лица руководителей/собственников предприятия. Тогда предприятие как бы и не осуществляло капитальных вложений, однако рост производства на его площадях произошел. Тем самым инвестиции определенным образом защищаются, хотя механизм их защиты носит неформальный характер. В такой ситуации основные финансовые выгоды от инвестирования получают, как правило, дочерние компании, а не материнское предприятие. Последнее является производственной площадкой для капитальных вложений, тогда как основные финансовые потоки, связанные с инвестированием, выводятся за его пределы. При этом дочерняя структура может создаваться на весьма краткий срок - только для того, чтобы «снять сливки» с выхода на новый прибыльный рынок и «увести» прибыль от налогообложения. Когда же прибыль, в силу естественных причин, связанных с действием механизмов конкуренции, снижается, соответствующая деятельность может быть переоформлена на материнское предприятие.
Многие руководители, особенно больших промышленных предприятий, вообще не считают такую деятельность инвестиционной. С советских времен сложилось представление о капитальных вложениях как о «стройках века», обязательно связанных со значительными масштабами капитального строительства, возведением новых цехов, созданием технологий и видов продукции, «не имеющих мировых аналогов», вовлечением в проекты десятков и сотен больших организаций и т.п. Иначе говоря - для российских руководителей промышленных предприятий свойственно «технократическое», а не «экономическое» понимание инвестиций. Первое предполагает акцент на «прирост/обновление материальной базы», вложения в этот прирост. Второе - вложения в прирост основного капитала. Очевидно, что прирост материальной базы может быть без увеличения основного капитала. В то же время, возможен значительный прирост основного капитала при весьма малых изменениях материальной базы. На фоне технократических представлений, освоение одного нового вида продукции с введением единственной недорогой технологической линии, размещаемой в старом помещении, многими руководителями не рассматривается как инвестиционная деятельность (подробнее о теневом механизме инвестирования см.: [4]).
Это - лишь отдельные фрагменты, характеризующие теневые экономические институты постсоветской России. Без систематического, более или менее полного изучения таких институтов невозможно понять, как работает сформировавшаяся российская экономическая система.

Произошедшая институционализация теневой экономики сделала ее неотъемлемым элементом российской модели капитализма. Очевидно, что в связи с ней общество в настоящее время несет множество социально-экономических издержек, главные из которых, по нашему мнению, следующие. 1). Возникшие институты теневой экономики привели к формированию особого стиля бизнеса - бизнеса «для своих», тогда как «не свои» не имеют реальной возможности войти на рынок. Это радикально ограничивает конкуренцию, со всеми хорошо известными негативными последствиями. 2). Малы инвестиции и крайне ограничены источники их привлечения (так, Де Сото отмечает, что наличие легальных прав собственности прямо влияет на привлечение инвестиций: «при наличии законного права собственности ценность строений была в 9 раз выше, чем при его отсутствии» [5]). 3). Велики трудности взаимодействия страны с внешним миром, который выстраивает различные барьеры на пути экономических и др. связей из-за несовместимости экономических систем, вызванной большим числом теневых правил ведения бизнеса, в которых не могут разобраться иностранцы. 4). Двойная мораль и неопределенность экономических, а значит, во многом и социальных норм поведения. Это самым отрицательным образом влияет на мораль общества, которая в реальности все дальше отходит от того, что принято называть «цивилизованными правилами поведения».
Теневая экономика стала привычным для большинства населения явлением - люди каждый день сталкиваются с теневой деятельностью, и она не вызывает практически никакого осуждения общества. Это породило парадокс - теневая экономика в какой-то мере перестала быть «теневой», т.е. скрытой от общества и неизвестной ему. Общество согласно мириться с ней как с меньшим из двух зол, интуитивно понимая, что борьба с теневой экономикой со стороны государства, с учетом недавних советских традиций, приведет к еще большему (в сравнении с перечисленными выше) злу. Скорее всего, она приведет к искоренению с той или иной степенью глубины ростков частной экономики, а значит, в конечном итоге - и частной жизни, весьма хрупких в постсоветской России.
Нынешний этап жизни российского общества - этап институционализации теневой экономики - требует очень осторожной социально-экономической политики. Это - этап, который надо пережить, в течение многих лет "цивилизуя" сложившуюся в России теневую экономику. Требуется выработка специальной стратегии длительного и постепенного вытеснения теневых институтов легальными путем, создания для этого политических, экономических, правовых и культурных условий.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
Яковлев А.А. Теневая активность предприятий и ограничения экономического роста// Г.Б. Клейнер (ред.). Пути стабилизации экономики России. М.: Информэлектро, 1990. С. 182
Клямкин И.М., Тимофеев Л.М. Теневая Россия: Экономико-социологическое исследование. М.: РГГУ, 2000.
Kosals L., Ryvkina R. The Institutionalization of the Shadow Economy: Rules and Roles // Explaining Post-Soviet Patchworks / K. Segbers (ed.). Vol. II: ‘Pathways from the Past to the Global’. Ashgate Publishing, 2001
Л.Я.Косалс. Теневая экономика как особенность российского капитализма// Вопросы экономики, №10, 1998
Де Сото Э. Иной путь. М.: Catallaxy, 1995. С. 200.
Enste D., Schneider F. Increasing Shadow Economies All Over the World - Fiction or Reality? A Survey of the Global Evidence of their Size and of their Impact from 1970 to 1995. Bonn, The Institute for the Study of Labor. Discussion Paper No 26, 1998. December.
Johnson S., Kaufman D., McMillan J., Woodruff C. Why Do Firms Hide? Bribes and Unofficial Activity after Communism. World Bank, Working Paper. June 22. 1999.
Kovaleva E. Institutionalization of Shadow Economy and Politics in Ukraine // Transition in Central and Eastern Europe / Z. Sevic & G. Wright (eds.) Vol. I. Belgrade, YASF/Student Cultural Center, 1997.



Изменения в способах выплаты зарплаты на предприятиях российского ВПК в 1998 - 2000 гг. (оценки директоров, в % к опрошенным)
_________________________________________________________________
Способы выплаты зарплаты 1998 г. 1999 г. 2000 г.
--------------------------------------------------------------------------------------------------------
Обычный денежный расчет через кассу 83 83 86
Наличными не через кассу 1 4 6
Выплаты через коммерческие структуры при
предприятии 2 2 2

Расчет гражданской продукцией предприятия 7 4 2
Расчет гражданской продукцией, полученной по
бартеру 6 5 3

Расчет с помощью страховой компании, депозита в
банке и т.п. 1 2 1

ИТОГО 100 100 100






ПРИМЕЧАНИЯ



ОГЛАВЛЕНИЕ