<< Пред. стр.

стр. 7
(общее количество: 11)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

- Федеральный Закон "О днях воинской славы (победных днях) России" (13 марта 1995 г.).
Во властной сфере в этих условиях особое место занимают защитные, охранные установки, наличные силовые формирования, идеологические и информационные акции и учреждения.
Защита Отечества, государства, основ конституционного строя предполагает официально существующий порядок охраны, обороны, сохранения установленного Конституцией государственного устройства. Такого рода защита предусмотрена и в статье 56 Конституции Российской Федерации. В условиях вводимого для этого чрезвычайного положения могут устанавливаться отдельные ограничения прав и свобод граждан с указанием пределов и срока их действия.
Особое место в этой специфической области знания и власти занимает собственно военная политика - составная часть общей политики "государства и иных субъектов власти, непосредственно связанная с созданием и развитием военной организации, ее подготовкой, способностью и готовностью к применению средств вооруженной борьбы для защиты государства и достижения других его политических целей. Военную политику в той или иной стране могут проводить как государство, правящие партии и организации, так и оппозиционные силы и организации.
Выработанная военная политика конкретизируется в официальных военных доктринах, военной стратегии и практике военного строительства. Нередко в ее рамках выделяют оборонную политику, связанную с защитой данной страны. Оборонная политика иногда трактуется как синоним военной, чтобы не делать акцент на военной стороне дела в условиях перемен во внешней политике.
Поэтому можно сказать, что политика оборонная (в области обороны) и есть политика государства и его органов, направленная на надежную защиту страны от внешнего нападения. Она вырабатываемся и проводится в рамках официальной деятельности властей конкретного государства. Оборонная политика последовательно охватывает подготовку народа и вооруженных сил к отпору агрессии, а также подготовку к этому тяжелому испытанию экономики, систем здравоохранения, образования и воспитания, возможностей культуры и искусства.
Военная доктрина - система официальных взглядов и положений (не всегда и не во всем предающихся огласке), которые устанавливают порядок военного строительства, подготовки государства и его вооруженных сил к возможной войне, к защите Отечества. Согласно Конституции Российской Федерации, военную доктрину России утверждает президент.
В этой ответственной сфере в государстве создается и действует военное ведомство, т. е. учреждение или совокупность учреждений, обслуживающих сферу государственного управления вооруженными силами.
Ключевую роль играет военная служба - один из важнейших видов государственной службы. Она имеет своим предназначением обеспечение безопасности, военной защиты государства, его населения и территории, неприкосновенности его границ. Как гласит Конституция Российской Федерации, гражданин РФ несет эту службу в соответствии с федеральным законом и в установленных законом случаях имеет право на ее замену альтернативной гражданской службой.
В мировой и отечественной практике принято отводить важную роль военным властям (англ. military authorities). Прежде всего это: 1) военачальники и соответствующие органы управления (применительно к вооруженным силам данное понятие используется редко); 2) армейские и флотские чины, исполняющие государственно-административные функции, например в условиях оккупационной деятельности на чужой территории.
Многовековая властная практика вызвала к жизни и такое явление и понятие, как милитакратия (англ. militacracy, от лат. militaris - военный). Это власть военных в обществе, непропорционально высокий, социально неоправданный уровень их участия в высших властных структурах, засилье в высшем эшелоне.
Крайний, но в мировой практике довольно частый и тяжелый случай - военная диктатура со всеми ее антидемократическими проявлениями и последствиями. История дает много ее примеров и в прошлом, и в настоящем, а список имен диктаторов поистине необъятен.
В этой военной связке есть еще одно серьезное явление, имеющее отношение к власти, - военный переворот, т. е. государственный переворот, совершенный военными, с опорой на военных или приведший к власти военных.
В целом отметим, что и грядущие времена еще не скоро снимут с повестки дня военную кратологию, не скоро снизят и отменят ее актуальность.
7. Кратология оппозиционной деятельности
В сфере власти есть и еще одна существенная тема, заслуживающая
специального разговора, - власть и оппозиция.
Очень часто лидеры, партии идут вместе, рядом, а потом расходятся, сталкиваются. Порой сразу же создаются противостоящие силы. И в фокусе интересов находится власть. Стремление к ней и толкает эти силы к противостоянию и борьбе. Поэтому правомерна постановка вопроса о кратологии оппозиционной деятельности, об особенностях притязаний оппозиции на власть и ее деятельности*.
Говоря об отношении оппозиции к власти, к властной практике, выделим лишь самые ключевые элементы в связи с их особым значением в кратологии.
Оппозиция (от лат. oppositio- противопоставление) - 1) противодействие, сопротивление; 2) группа лиц внутри партии, организации, парламента, ведущих линию на сопротивление большинству, а в обществе, как правило, противостоящих власти (властям) и поддерживающим власть силам и организациям.
Вся история общества, история политики, история власти, да и вся история России, как и других государств, пронизана фактами существования и деятельности оппозиции, носившей нередко самые разные названия.
Неудивительно поэтому, что насущная забота любых властей - не допустить оппозиции, или найти с ней общий язык, или пресечь ее деятельность, или вступить с ней в контакт, в объяснения по поводу взаимоотношений, или, наконец, обеспечить себе некоторые уступки и права, если все же возобладает оппозиция, а вчерашняя власть будет вынуждена уйти со своего Олимпа. Суть дела - в борьбе за влияние, ((возможности и ресурсы, за блага и привилегии, за власть, которая всегда была и остается сферой острых столкновений и противоборства.
Борьба за власть является напряженной, конфликтной стадией противостояния и противодействия существующих социальных сил и организаций в вопросах отношения к власти, понимания ее роли, призвания, задач и возможностей. Эта борьба преследует взаимоисключающие цели обладания властью и ее использования в интересах каждой из противоборствующих сторон. Она может вестись в различных масштабах (международных, внутригосударственных, в рамках регионов, партий, институтов, учреждений и т. д.) с применением разнообразных средств и методов, с привлечением тех или иных союзников. Большей частью последствия борьбы за власть являются разрушительными, ведущими к ухудшению социально-экономического положения страны и жизни ее граждан.
Оппозиции могут различаться по самым разным основаниям: парламентская, внутрипартийная, лояльная, уличная, непримиримая, воинствующая и т. д.
;, Борьба оппозиции с властями (или наоборот) проходит различные , фазы. Начинается все, как правило, с поляризации сил, т. е. с расхождения общественно-политических сил, движений на противоположные полюса, обретения ими полярности, оформления противостоящих сил. .К этой борьбе относится возникшее в 50-е годы представление об эскалации, неуклонном последовательном нарастании, расширении масштабов того или иного конфликта, кризиса.
В практике непримиримой оппозиции на первый план выходит террор (от лат. terror - страх, ужас) - запугивание, физическое насилие, вплоть до физического уничтожения, по отношению к политическим противникам. Примеров особенно острых и болезненных его форм в

* Проблема власти и оппозиции разнопланово освещается в российских и |зарубежных средствах массовой информации. См.: Кургшян С. Е. Россия: л |Власть и оппозиция. М.: ЭТЦ, 1993, 352 с.; Роговин В. 3. Власть и оппозиции. / v |,М.: Товарищество Журнал "Театр", 1993. 400 с.




сфере борьбы за власть известно множество. Взятую в целом систему террористических взглядов, мер, актов, действий именуют террористической деятельностью, терроризмом (включая и терроризм политический, государственный).
Порой оппозиция прибегает и к путчам, бунтам, попыткам государственного переворота - так именуют неудавшиеся акции по изменению государственного строя, сорванные противодействием властей и силовых структур. В свою очередь, немалое число успешных выступлений такого рода со стороны оппозиционных сил в разных странах называют революциями.
Крайнюю по остроте степень схватки внутри государства именуют гражданской войной. Это уже вооруженная борьба за власть между его гражданами, подданными, их группировками, борьба беспощадная, на уничтожение, вплоть до момента, когда кто-то из ее участников возьмет верх.
Для любой страны лучший способ выхода из конфликтной ситуации - поиск компромиссов, согласия, путей примирения, переход к взаимным уступкам и прекращение противоборства.
Таким образом, власть в действии, власть как система деятельности, власть и политика и собственно политика власти - крайне серьезная, ответственная тема науки о власти, требующая теоретического осмысления разнообразной практики властвования в разные эпохи и в разных странах.
8. Кратология церковной деятельности (теократология)
Широкий круг идей и практики охватывает многовековое влияние культов - власть церковная*, власть духовная (власть духовенства), власть религиозная. Это характерно как для нынешних мировых религий, так и для тысячелетней и современной практики самых разных религиозных верований людей всех стран (включая и секты разного рода).
Остро стоят многие проблемы церковной власти и в России**.
Религия как мироощущение и церковь как организация построены по строго иерархическому принципу и точно его соблюдают. Это находит свое отражение и в единобожии, и в обожествлении властей. Для пояснения совершим экскурс в практику мировых религий.
Единобожие - религиозная система, признающая только одно божество: монотеизм.
Господь - Бог у христиан. Согласно В. И. Далю, государь, господин; Всевышний, Владыка, Бог, Создатель. Используется и понятие Вседержитель, т. е. Господь, Создатель.
Аллах - наименование Бога в исламе.
Обожествление - признание в ком-либо, в чем-либо божественной силы, в том числе и у власти, приписывание ей такой силы.

* См.: Цыпин В. А. Церковное право. 2-е изд. М.: Изд-во МФТИ, 1996. С. 188-403; Суворов Н. С. Учебник церковного права. 5-е изд. М., 1913. 531 с.
** См., напр.: Протоиерей Михаил Ардов. Кто и когда расколол церковь? Патриархия и власть//Независимая газета, 1994. 27 окт. С. 5; Алексеев Валерий. Тщетные усилия. Государственно-церковные отношения: содержание, характер, тенденции // Независимая газета. 1995. 2 марта. С. 3.


Помазанник Божий - тот, кто помазан (делегирован, избран) на царство, царь.
Религии отличаются внимательным, особым отношением к власти, а церкви - своеобразием своего организационно-властного устроения.
Обратимся к трем мировым религиям. По хронологии их возникновения это буддизм, христианство, мусульманство (ислам).
Христианство - одна из трех мировых религий (наряду с буддизмом и исламом). Христианство возникло в I в., выделившись среди мистико-мессианских движений в Восточной провинции Римской империи (в Палестине). Названо по имени его основателя Иисуса Христа. В конце IV в. было государственной религией Римской империи. Имеет три основных направления: католицизм, православие, протестантизм. Общее число его приверженцев - более миллиарда человек. Общий признак, объединяющий их, - вера в Иисуса Христа как Богочеловека, спасителя мира, воплощение второго лица триединого божества (Троица). Главный источник вероучения - Священное писание (Библия, особенно ее вторая часть - Новый Завет).
Католицизм (от греч. katholikos - всеобщий, вселенский)- одно из основных направлений в христианстве. Разделение христианской церкви на католическую и православную произошло в 1054-1204 годах. В XVI веке от католицизма откололся протестантизм. Организация католической церкви отличается строгой централизацией, иерархическим порядком: монархический центр - папство, глава - римский папа, резиденция папы - Ватикан. Источники вероучения - Священное писание и Священное предание. С 60-х годов XX века католическая церковь стала на путь модернизации своей догматики.
Примас - в католической и англиканской церквах первый по сану или своим правам епископ.
Антипапа - не признанный католической церковью римский папа. В средние века в отдельные моменты на папском престоле числилось одновременно несколько пап, представлявших различные церковные и светские круги, из которых лишь один впоследствии признавался папой. Остальные объявлялись антипапами, которых в общем списке пап, составленном католической церковью, насчитывается более тридцати.
Отметим своеобразие иерархии и титулования в христианстве, в том числе в России:
патриарх* - высшее звание в церковной иерархии. В современном православии - высший духовный сан, обычно глава самостоятельной (автокефальной) церкви, избирается церковным собором. В Русской православной церкви титул патриарха существовал в 1589-1703 годы, восстановлен 5(18) ноября 1917 года. Первоиерарх церкви - первый в церковной иерархии, патриарх;
архисвятитель - старший надо всеми архиепископами и архиереями; патриарх;
митрополит - высшее почетное звание епископа, а также сам епископ, имеющий это звание, глава крупной епархии, подчинен патриарху;
владыко - разновидность церковного титулования. В России при обращении к митрополитам и архиепископам прибавляется: "Высоко-преосвященнейший Владыко";


архипастырь (милостивейший) - принятое в дореволюционной России почтительное название высших особ духовного сана - митрополитов и архиепископов;
архиепископ - одно из высших духовных званий, епископ, надзирающий над несколькими епархиями, а также вообще почетный титул епископа;
архиерей - общее название для высших чинов духовенства в православной церкви (епископа, архиепископа, митрополита, патриарха). Архиерейский собор - собрание, заседание, съезд архиереев;
архимандрит- в православной церкви высшее звание иеромонаха, почетный титул настоятеля мужского монастыря, ректора духовного учебного заведения.
Мусульманство, ислам* - одна из наиболее распространенных (наряду с христианством и буддизмом) мировых религий. Ее последователи - мусульмане. Возникла в Аравии в VII веке. Мухаммед (Мохаммед, иногда Магомет, Магомед) (около 570-632) - основатель ислама, в 630-631 годах глава первого мусульманского теократического государства (в Аравии), почитается как пророк.
Коран (араб. куран - чтение) - главная священная книга мусульман; собрание проповедей, заклинаний, молитв, притч, обрядовых и юридических установлений, произнесенных Мухаммедом в Мекке и Медине. Ранние списки Корана относятся к VII-VIII векам. Основной догмат ислама - поклонение единому богу - Аллаху и признание Мухаммеда "посланником Аллаха". Основные направления - суннизм и шиизм.
Муфтий (араб.) - высшее духовное лицо у мусульман, облеченное правом выносить решения по религиозно-юридическим вопросам (давать разъяснение норм, основанных на Коране) и их применению, т. е. по применению шариата. В этом смысле толкователь Корана.
Шариат - свод религиозно-правовых норм, составленный на основе Корана и сунны, содержащий нормы государственного, наследственного, уголовного, брачно-семейного права (в противоположность адату - обычному праву).
Буддизм - одна из трех мировых религий. Возник в Древней Индии в VI-V веках до н. э.
Будда (санскр., просветленный) - имя, данное основателю буддизма Сиддхартхе Гаутаме (623-544 гг. до н. э.), происходившему из царского рода племени шакьев в Северной Индии (одно из имен Будды - Шакьямуни, т. е. отшельник из шакьев). В религии буддизма это существо, достигшее высшего совершенства ("просветления").
Ламаизм (тибет., англ. Lamaism) - тибето-монгольская форма буддизма, возникшая в VII веке в Тибете и в XVI-XVIII веках распространившаяся на севере Центральной Азии среди монгольских народов. Имеет некоторое число последователей в ряде регионов России.
Очень разнообразны в различных церквах, в сфере духовной власти, религий церковная символика, каноны, ритуалы, обряды, таинства, праздники, с которыми, как правило, не могут не считаться светские власти и конкретные правители.
В целом у священнослужителей продуманы и вопросы технологии церковно-властного процесса, детали одежды, поведения, общения с верующими, пунктуально соблюдаются традиции, хотя происходит и модернизация церквей.


* См.: Ислам: Энциклопедический словарь. М.: Наука, 1991. 315 с. 166

7 июня 1990 года колокол Троице-Сергиевой лавры возвестил об избрании пятнадцатого Всероссийского патриарха, которым стал митрополит Ленинградский и Новгородский Алексий, в миру Алексей Михайлович Ридигер (родился 23 февраля 1929 г.). В отличие от патриарха Пимена, избранного в 1971 году открытым голосованием по единственной кандидатуре, Алексий II избирался голосованием тайным (в первом туре в бюллетени были внесены 75 епископов из 92 в тогдашнем СССР). Патриарх был избран в третьем туре. Его интронизация (возведение на престол) состоялась 10 июня 1991 года. Перед этим 30 мая 1991 года Русская православная церковь обрела права юридического лица. Патриарх получил свидетельство о регистрации в Министерстве юстиции России.
По мнению патриарха Алексия II, церковь не должна участвовать в политической жизни общества как самостоятельная сила. В этом смысле никакой клерикальной политики не ведется, нет и не может быть клерикальных политических партий. Влияние церкви носит духовный, нравственный, а не политический характер. Считается, что, для того чтобы вести ко Христу каждого человека, независимо от его политических взглядов, церковь должна быть вне политики, хотя люди, пытающиеся привнести политику в церковь, есть. Патриарх не раз цитировал слова одного католического епископа о том, что если церковь заключает политический брак с одной из партий или с одной из ветвей власти, то рискует вскоре оказаться политической вдовой.
Известно, что у Русской православной церкви со времен Петра I до 1917 года существовали обязанности государственной религии. В связи с этим патриарх Алексий II говорил: "Положение государственной церкви принесло нам много бед и трагедий. Церковь должна быть отделена, но подлинно отделена от государства. Она должна иметь право оценивать все события, происходящие в стране, с позиций духовности и нравственности. Она не может этого сделать, будучи государственной"*.
8 одном из выступлений Алексий II отмечал: "Неизменное искушение и вековая болезнь государственности: государство свои интересы склонно автоматически отождествлять с интересами людей, а под "государственными интересами" склонно понимать прежде всего удобство и легкость в управлении.
В церковном понимании государство призвано примирять интересы всех групп населения. И особенно в сегодняшнем мире государственная власть не имеет права видеть в какой бы то ни было части своих сограждан некую противостоящую силу, против которой надо употреблять вооруженную силу"**. Таков взгляд на государство Русской православной церкви.
9. Функциональная и структурная кратологии
В общем комплексе специальных кратологии свое место занимают функциональная и структурная кратологии. Они также еще только начинают свой путь. Возможно, что по аналогии с другими науками (например,
* См.: Комаров Е. Патриарх. М.: Эллис Лак, 1994. С. 31, см. также с. 5, 6,
17,18,21,28.

** См. там же. С. 34.

социологией) речь в перспективе пойдет и о структурно-функциональной кратологии*.
Большое будущее ждет функциональную кратологию (англ. funktional cratology) - одну из специальных областей знаний о власти, имеющую целью изучение функционального предназначения властей в их различных сферах и видах проявления, а также анализ их функциональной оснащенности, т. е. возможности решения стоящих перед ними задач.
О неразработанности функциональной кратологии можно сказать гораздо определеннее и острее, чем говорил, например, о функциональном анализе американский социолог Р. К. Мертон. "Функциональный анализ, - писал Мертон, - является как самым перспективным, так, по-видимому, и наименее систематизированным направлением среди современных социологических теорий. Развиваясь одновременно на многих интеллектуальных фронтах, он рос скорее вширь, чем вглубь. Достижения функционального анализа таковы, что можно с полным основанием утверждать, что те большие ожидания, которые были с ним связаны, будут постепенно осуществлены. Современные же слабости функционального анализа говорят о необходимости периодически пересматривать прошлое, чтобы лучше строить будущее"**.
Традиционные научные функции в гуманитарных областях знания -познавательная, управленческая, прогностическая, воспитательная и т. д. - по мере использования системы знаний о власти, конечно, требуют детализации, конкретизации, особенно с учетом многообразия видов и проявлений властей.
Как считают западные политологи, власть проявляет себя через такие основные функции:
- принуждение;
- приманивание;
- блокирование последствий (т. е. создание помех конкуренту в борьбе за власть);
- "создание требований" (искусственное формирование нужд, которые может удовлетворить лишь агент власти, своего рода политический маркетинг, рынок);
- "растяжение сети власти" (включение дополнительных источников зависимости от субъекта власти);
- шантаж (угрозы в настоящем или посулы бед в случае неподчинения в будущем);
- подсказки (ненавязчивое внедрение в массовое сознание выгодных власти установок);
- информационный контроль, прямой или косвенный (с помощью предостережений, рекомендаций и т. д.).
Знание функций власти позволяет получить картину реальной властной практики во всей ее противоречивости, а также ставить вопрос и о собственно функциональной власти.
Функциональная власть (functional power, от лат. functio) - выделяемое в административном праве понимание власти (в отличие от линейной)

* Структурно-функциональный анализ в современной социологии. Вып. 1. М., 1968; Раздел "Структурно-функциональный анализ"//Американская социологическая мысль: Тексты / Под ред. В. И. Добренькова. М.: Изд-во МГУ, 1994. 496 с.
** Американская социологическая мысль. М., 1994. С. 379.

как связанной с функциональной подчиненностью лиц, органов (в рамках определенных функций). Это может быть власть, сопряженная ' с созидательной деятельностью (право распределять, осуществлять методическое руководство), и с деятельностью юрисдикционной (право отстранять от должности, приостанавливать работу, взыскивать за провинности и незаконно полученное и т. д.). Такая власть может быть ограничена временными и ведомственными рамками или носить межведомственный характер.
Из этого и вытекает необходимость внимательного и тщательного приведения в порядок знаний, систематизирующих представления о функциональном предназначении, функциях и использовании властей разного рода - прежде всего власти государственной, а также общественной, экономической, церковной, военной, семейной, личной и т.д.
В ходе становления кратологии следует сделать все необходимое и для того, чтобы разумно и эффективно поставить на ноги структурную кратологию (англ. structural cratology), т. е. специализированную область исследований структуры власти (властей), ее задач, ее устройства, составляющих ее элементов (органов, организаций, учреждений), их функций, проблем, разграничения их прав и обязанностей, эволюции, соответствия внутренним и международным условиям.
Это фактически те ключевые проблемы, которые интересовали правителей и мыслителей всех эпох, начиная с Древнего Египта. Однако в систему накопленные познания такого рода приведены не были. Но и философы, и историки, и правоведы, и представители других областей знания всегда глубоко размышляли о проблеме устройства и эффективности государства, власти, господствующей системы правления.
Гегель, раздумывая над "Конституцией Германии" (1799) и судьбами этого государства, писал:
"Кроме деспотий, т. е. неконституционных государств, ни одна страна в качестве целого не обладает худшим государственным устройством, чем Германская империя, - это стало почти общим мнением, а война позволила каждому в отдельности живо ощутить это; вернее, теперь стало ясно, что Германия вообще не является более государством. Катедер-статистики, в обязанности которых входит классификация конституций в соответствии с данными Аристотелем классами - монархии, аристократии и т. д., всегда терялись, сталкиваясь с имперскими сословиями Германии. Исходя из этого, Вольтер прямо назвал государственное устройство Германии анархией; это действительно наилучшее наименование, если считать Германию государством, однако теперь оно уже не подходит, ибо Германию нельзя более считать государством.
Здание немецкой государственности - дело прошедших веков;
оно не соответствует нашему времени, в его формах нашла свое полное выражение более чем тысячелетняя судьба; в нем живут справедливость и насилие, мужество и трусость, честь и кровь, нужда и благосостояние давно прошедших времен, давно истлевших поколений. Жизнь и силы, чье развитие и действие составляют гордость нынешнего поколения, безучастны к нему, не интересуются им и не зависят от него; это здание с его колоннами и украшениями стоит в стороне от духа времени"*.


* Гегель. Политические произведения. М.: Наука, 1978. С. 181. 169

Хорошо известны нелегкие, непростые судьбы Германии и Германского государства в XIX и особенно в XX веке. Большой интерес вызывает и современный опыт объединенной Германии, опыт создания крупного, устойчивого и процветающего европейского государства.
В проблематике устройства власти нужно считаться в наше время не только со структурой государств, как она складывается в соответствии с положениями той или иной конституции, но и с многочисленными силами, группировками, влияющими на позиции и решения лиц, находящихся в системе государственной власти. Это требует обстоятельного структурно-функционального анализа.
Вот, например, как раскрывают характерные черты групп интересов, влияющих на органы власти, авторы книги "Технологии политической власти".
1. Масштаб и сложность системы групп интересов зависят от масштаба и сложности общества, многообразия идей и запросов внутри него. Типы групп интересов также эквивалентны выполняемым ими функциям. Для того чтобы эти группы работали эффективно и на демократических основах, необходимо соответственно представить все виды интересов - социально-экономические, идеологические, культурные, этнические, религиозные, родовые - в структуре групп интересов. Такое представительство не только справедливо и гарантирует влияние широкой общественности на власть, но и обеспечивает поток информации и поддержку, в которых нуждаются органы власти. Стабильные западные общества сравнительно редко страдают от серьезных взрывов анемических выступлений, связанных с неадекватно представленными интересами, в то время как эффективность афро-азиатской политической системы значительно снижена ввиду слабого представительства новых социально-экономических интересов в отличие от традиционных (прежде всего родовых).
2. Вторая характерная черта - относительная самостоятельность отдельных групп интересов, особенно в том, что касается их роли в провозглашении интересов и привлечении сторонников. Подконтрольные правительству группы (например, в тоталитарных или некоторых авторитарных системах) служат в определенной мере инструментом функционального представительства, но гораздо важнее их основная функция - государственный контроль над обществом.
3. Третья характерная черта - распределение власти внутри системы групп интересов. Порой оно адекватно и справедливо, в результате чего значительная часть слоев общества способна эффективно влиять на процесс принятия решений, которому присущи плюрализм, конкурентность и представительство. Но власть может распределяться и очень неадекватно, когда одни группы, представляющие узкие слои общества, господствуют в государственной политике, а доступ других групп к ней весьма ограничен*.
Далее привлекает внимание перечисление следующих основных функций групп давления: 1) передача настроений и требований народа правительству; 2) влияние на законодательный процесс (они не только вдохновляют и поддерживают законодательство, но часто разрабатывают законопроекты и представляют их на рассмотрение правительства, правящей партии или комиссий законодательной власти); 3) выполнение

* Технологии политической власти. Зарубежный опыт. Кюв: Вища школа, 1994. С. 117.

важной роли при подборе экспертов и специалистов на министерские и административные должности, что открывает доступ на государственные посты лицам с соответствующим опытом и окружением; 4) поддержка и мобилизация людей в ходе реализации правительственных программ; 5) осуществление контакта с правительством и способствование выработке своевременных и эффективных законов.
В демократических системах влияние многочисленных групп давления может достичь силы, способной нейтрализовать эффект работы правительства*.
Исследование проблематики такого рода послужит всесторонней разработке науки о власти, всех конкретных областей кратологии.

10. Вспомогательная и частные кратологии
Блок специальных кратологии следует завершить вспомогательной и частными кратологиями. Они логически и содержательно близки друг другу. Можно даже назвать их взаимосвязанными и взаимозаменяемыми. В немалой мере это объясняется процессом их становления, его особенностями. В перспективе предполагается их более определенное размежевание, конкретизация. Но сегодня пока можно попытаться в общем плане определить участки деятельности этих областей кратологии.
Вспомогательная кратология (англ. subsidiary cratology) - область знания, дающая толкование конкретных вопросов, проблем власти, властной практики, изучающая определенные стороны деятельности властей, форму и содержание их акций в сфере правотворчества, административной деятельности, делопроизводства, документации, геральдики, атрибутики, символики, эмблематики и т. п.**.
Основанием для выделения вспомогательной кратологии служит аналогичное выделение вспомогательных дисциплин в различных областях науки. Наиболее показателен здесь большой блок вспомогательных исторических дисциплин, которые уже многие годы успешно изучают конкретные виды исторических источников, содержащих сведения о прошлом человека, народов, государств, нашей планеты, а значит, и о прошлом властей разного рода. К ним относятся: генеалогия, геральдика, дипломатика, историческая метрология, нумизматика, палеография, сфрагистика, хронология***, палеография и др.
С развитием науки о власти (кратологии) многие из названных дисциплин будут относиться не только к вспомогательным историческим наукам, но и к вспомогательной кратологии (геральдика, дипломатика, сфрагистика и др.) и собственно к истории власти и истории науки о власти (исторической кратологии).

* Технологии политической власти. Зарубежный опыт. Кюв: Вища школа, 1994. С.119.
** Обратим внимание на одно из наиболее полных изданий этого рода:
Похлебкин В. В. Словарь международной символики и эмблематики. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Междунар. отношения, 1994. 500 с. Данный справочник содержит толкование около 470 терминов.
*** В качестве уникального, первого в отечественной научной литера-'•'Уре и важного для истории государственной власти можно назвать издание:
История государства и права: Хронология / Под ред. М. И. Сизикова. М.:

"ИНФРА-М, 1996. 160с.

Частная кратология (англ. special/particular cratology) - важная отрасль науки о власти, которая изучает конкретные детали, подробности устройства власти, элементы ее механизмов, являющиеся типичными, независящими от тех или иных времен, властителей и стран. Сюда относятся атрибуты, символика, церемониалы, протокольные процедуры, ранжирование властей, специфика устройства и деятельности аппарата и другие явления, по-своему дающие о себе знать в различного рода властных сферах. Здесь много общего со вспомогательной кратологией, а также различными областями исторического знания, которых насчитывается около 70.
О том, сколь обширен в этих специальных отраслях кратологии круг источников познания, наглядно свидетельствует многообразие атрибутики, символики, геральдики, сопровождающее власть в разных государствах и в различные эпохи и накопившее к нашим дням крупный массив исторических знаний. Одной лишь российской властной атрибутике можно посвящать и книги, и кинофильмы, и разнообразные видеоматериалы, и телевизионные передачи и т. д. Даже такого рода осмысление властной практики и ее проявлений по-своему очень доказательно говорит о том, какой огромный объем материала выпадал до сих пор из поля зрения науки, когда не существовало кратологии (науки о власти). Если подобные материалы, факты, сведения и становились объектом познания в исторической науке или социологии (с недавних пор и в политологии), а также в археологии, географии, педагогике и т. д., то каждый раз они рассматривались под углом зрения конкретной науки, с ее позиций.
Сегодня же требуются суждения о многих явлениях жизни, связанных с властной практикой, с позиций самой теории этой властной практики, а не ее комментаторов. Особо надо учесть, что практически всякая власть всегда придавала и придает особое значение различного рода знакам своего отличия, символике, геральдике, ритуалам, эмблематике. Их разработка, применение, изменение - предмет больших забот и правителей, и их окружения, и органов власти. Здесь всегда присутствуют как юридический смысл, конституционно-правовое оформление, так и социально-психологический расчет, и немалые рекламные усилия, и популяризация.
В целом за многие века сложились и заслуживают особого внимания кратологии такие вспомогательные дисциплины, как наука о гербах (геральдика), наука о печатях (сфрагистика), наука об орденах и медалях (фалеристика) и т. д.
Что же такое символика власти, эмблематика, геральдика?
Символика власти (англ. symbolism/symbols of the power)-совокупность символов власти, государственная символика.
Символы власти - условные знаки власти, их набор, перечень. Например, скипетр, держава у монарха и т. п*.
Эмблематика (англ. emblematic) - совокупность изображений конкретных объектов (в отличие от символов - абстрактных знаков). Например, белый голубь-эмблема мира.
Геральдика (англ. heraldry, от лат. heraldu.s - глашатай) - гербоведение. В XIII-XIX веках - составление дворянских, земельных, цеховых гербов. Со второй половины XIX века - вспомогательная историческая

* См., напр.: Хорошкевич А. А. Символы русской государственности. М., 1993.

(а также и кратологическая) дисциплина, изучающая гербы, их суть, содержание, символику, особенности, отражение в них устремлений, интересов и целей, в том числе и властных. Правда, в России некоторые понятия такого рода нередко меняют свой смысл. Можно, например, услыщать, когда под геральдикой разумеют вообще набор державных символов*.
Конечно, вряд ли можно перечислить и охарактеризовать все символы, регалии и прочие знаки государственного отличия, авторитета, величия, широко используемые во всех государствах. Но основные напомнить следует.
Гимн (греч. hymnos) - 1) торжественная песня, принятая как символ государственного единства; 2) хвала и прославление в стихах или в музыке, песнопение.
Герб (польск. herb, от нем. Erbe - наследство) - отличительный знак государства, города, сословия, изображаемый на флагах, монетах, печатях и т. д. В России существовал гербовник - книга, содержащая изображение и описание дворянских гербов**.
Государственный флаг (англ. national flag) - официальный символ, олицетворение суверенитета данного государства. Используется в соответствии с установленными положениями и ритуалом. Описание этого флага нередко фиксируется в Конституции. В русском языке используется и понятие "стяг" (знамя) как в буквальном, так и в переносном (пропагандистском) смысле***.
Столица (англ. capital (city), metropolis) - главный город государства, место пребывания главы государства, парламента, правительства и правительственных органов. Сколько государств на планете, столько и столиц.
Ритуал (англ. ritual) - вид обряда, исторически сложившаяся форма сложного символического поведения, упорядоченная система действий и речи, выражающая определенные социальные и культурные взаимоотношения и ценности. Наиболее впечатляющи ритуалы во властной практике.
Торжество - большое празднество (в том числе и в государственном масштабе) в ознаменование какого-нибудь события. Во властной практике имеют место торжественное заседание, торжественный прием, торжественное открытие чего-либо, а также торжественная присяга (клятва).
Государственный праздник - официально установленный и отмечаемый день торжества в честь или в память чего-либо.
Государственный прием - собрание официально приглашенных лиц в честь события в судьбе данного государства. Регалии (лат., англ. regalia, от regalis - принадлежащие царю) - 1) (предметы, являющиеся знаком монархической власти (корона, скипетр, |держава); 2) знаки отличия вообще.
Корона - металлический с украшениями головной убор монарха, являющийся символом его власти.
Скипетр - знак (символ) царской (монаршей) власти - жезл с драгоценными камнями и резьбой.


* См.: Алексеев А. Новая геральдика родом из архивов // Российская газета. 1994. 5 авг. С. 1; см. также: Арсеньев Ю. В. Геральдика. М., 1908; Каменцев Е. И., Устюгов Н. Ф. Русская сфрагистика и геральдика. М., 1984.
** См.: Дурасов В. Гербовник всероссийского дворянства. Спб., 1906.
*** См., напр.: Алярд К. Книга о флагах. Спб., 1911.


Держава - 1) золотой шар с крестом наверху как символ власти монарха; 2) государство; владычество; верховная власть.
Жезл - посох, трость, короткая палка, обычно украшенная, служащая символом власти, почетного положения (например, фельдмаршальский жезл).
Говоря обобщенно, регалии русского государства - венцы и короны, скипетры и державы, троны и коронационные одежды - ценнейшие памятники истории, свидетельство богатства и могущества монархов, их власти. Проблематика такого рода веками тщательно отрабатывалась в международной практике, в том числе и в дореволюционной российской практике.
В 1994 году издательством "Красная площадь" при активном содействии генерального директора Государственного музея-заповедника "Московский Кремль" Ирины Родимцевой было выпущено великолепное уникальное издание "Регалии Российской империи"*. Эта книга посвящена описанию символов верховной власти России и церемоний коронации, начиная с древнего обряда венчания русских великих князей и кончая коронацией последнего самодержца Российской империи. В книге 214 отличных цветных иллюстраций, в том числе портреты русских государей, старинные гравюры и рисунки.
Впервые в одной книге оказались отражены святые для Российского государства предметы, хранящиеся в настоящее время в Оружейной палате Московского Кремля и на выставке Алмазного фонда, а также большое количество редких рисунков, гравюр, акварелей, запечатлевших Московский Кремль, интерьеры кремлевских дворцов и соборов. Возвращая нас к прошлому российской государственности и власти, такого рода издания зовут граждан России к единению и упрочивают надежды на будущее. Они еще раз показывают необходимость и правомерность обращения к исторической практике и рационального использования ее лучших сторон в интересах укрепления современной российской государственности и формирования твердой, надежной, уверенной в себе, отвечающей духу времени демократической власти в России.
Более тысячи лет складывались, крепли, росли, одолевали беспримерные трудности российская государственность и власть, вырабатывались их символика, их державные знаки и приметы, проявлялось их сплачивающее, организующее начало.
Заслуживают внимания созданные многовековой властной практикой различного рода проявления внимания к людям, верно служащим государству, в том числе и Российскому. Что здесь следует выделить прежде всего?
Орден - особый знак отличия, выдаваемый в награду за выдающиеся заслуги.
Медаль (фр. medaille) - 1) металлический знак, как правило, с двусторонним изображением, выпускаемый в честь какого-либо события или выдающегося деятеля; 2) государственная награда за определенные заслуги. Во властной практике существуют медали золотые, серебряные, бронзовые; юбилейные, памятные и т. п.
* Полынина И. Ф., Рахманов Н. Н. Регалии Российской империи. М.: Красная площадь, 1994; см. также: Дом Романовых. Спб., 1992; Дворянские роды Российской империи. Т. 2. Князья. Спб.: ИПК "Вести", 1995; Гербы дворянских родов России. М.: Лексика, 1991.



Знак - материальный предмет (явление, действие), выступающий как представитель другого предмета. Например, знаки отличия, нагрудные, знаки различия военнослужащих; знаки внимания.
Привлекают внимание знаки различия - символические знаки, дающие возможность каждому быстро и безошибочно определять служебные уровень того лица, которому эти знаки присвоены, и соотносить его с остальными. Знаки различия состоят обычно из простейших геометрических фигур (треугольник, квадрат, ромб) или из геометрических элементов - линий (полосок) и точек (звездочек), размещаемых в определенных сочетаниях. Они располагаются на заметных частях униформы (погонах, петлицах, рукавах) или на околышах фуражек, беретах.
" Распространены во властной практике грамоты - 1) официальный письменный акт, удостоверяющий какое-либо международное соглашение или устанавливающий какие-либо правовые отношения (ратификационная грамота; верительная грамота); 2) письменный акт, официальный или частный, в России XIX - начала XX века, свидетельствующий о пожаловании лицу или общине прав, владений, наград, отличий (жалованная грамота); 3) документ, выдаваемый в награду за какие-либо успехи (почетная, похвальная грамота). Изначально "граматой" именовалось умение читать и писать и как синоним этого искусства - то или иное послание влиятельной особы и даже царское письмо*.
Высоко ценятся почести - внешние проявления уважения, почитания. Особо значимы государственные почести как почести высшего ранга.
Выделим также почетные должности и звания - присваиваемые определенным лицам в знак уважения и признания их заслуг те или иные названия, а также назначения и награды. В их числе и звание почетного гражданина города.
Степень - официально присвоенное наименование, определяющее уровень заслуг, квалификации в какой-либо области деятельности (например, ученая степень).
Отметим и некоторые другие знаки и приметы, выделяющие людей во властной практике и в целом в общественной, государственной жизни.
Девиз - 1) краткое изречение, обычно выражающее руководящую идею поведения или деятельности (в сфере власти); 2) первоначально надпись или эмблема на гербе, щите.
Мундир - военная и гражданская форменная одежда, в известном смысле признак (примета, один из символов) твердой власти с ее авторитарным курсом, особенно при облачении в мундиры гражданских лиц. ' Наконец, достойны изучения звезды, кресты, эполеты и погоны.
Звезда, звезды - один из древнейших символов человечества, принятый геральдикой всех народов; принадлежит к числу так называемых астральных знаков. Звезда как понятие издавна служила символом вечности, а позднее (с XVIII века) - символом высоких стремлений, идеалов; с конца XVIII века стала употребляться как эмблема путеводности, счастья. В геральдике и эмблематике звезды различаются как по числу образующих их углов или лучей, так и по цвету. Сочетание того и другого дает различные национальные значения звезд или нюансы в их

* См.: Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. 1. 1., 1989. С. 390.

значении. В мировой практике по разным поводам в разных странах широко используются звезды - от треугольной (трехлучевой) до шестнадцати конечной (шестнадцати лучевой). Не встречается лишь тринадцати лучевая звезда.
В России широко известна по недавнему советскому прошлому пятиконечная красная звезда, возникшая весной 1918 года как эмблема регулярной Красной Армии. Своей формой она символизировала пентаграмму (оборону, безопасность), цветом - революцию, понятием звезды - стремление к высоким идеалам. С 1923 года символ этой пятиконечной звезды стал использоваться в гербе СССР и она считалась эмблемой международной солидарности трудящихся пяти континентов.
Одним из древнейших символов человечества является крест. Он возник еще в доисторическое время как знак Солнца (прищурьтесь и взгляните на Солнце - увидите крест). Он использовался многими языческими народами (индусами, ассирийцами, китайцами, скандинавами, германцами и т. д.). А возникшее позже христианство сделало его своим символом.
Широко распространены национальные виды крестов, иерархические кресты, орденские кресты, именные и религиозные кресты. Разновидностью креста является свастика. В настоящее время крест как государственный гербовый символ используют одиннадцать государств.
Серп и молот - главная советская государственная эмблема. Была установлена правительственным решением в конце марта - начале апреля 1918 года.
Эполеты (фр. epaulette, от epaule - плечо) - в царской и некоторых других армиях парадные погоны с шитьем. Далее идут просто погоны, шевроны, нашивки, кокарды, петлички, звездочки, бантики, лычки и т. д.
Наконец, достоин упоминания и эскорт. Это сопровождение, охрана; воинское подразделение, конвой, сопровождающие кого-либо. Почетный эскорт выделяется для сопровождения почетных гостей (глав государств, других деятелей) или отдания воинских почестей (при погребении). Существует и кортеж - торжественное шествие, процессия, выезд.
Перечень этот хотя и не полон, но поучителен.
В сфере духовной власти, в сфере религий разнообразны и продуманны церковная символика, праздники, каноны, ритуалы, обряды, таинства, с которыми, как правило, считаются и власти светские. Выделяются семь таинств православной и католической церквей: крещение, причащение, исповедь, миропомазание, церковный брак, елеосвящение (соборование, помазание елеем тяжелобольного или умирающего, сопровождаемое молитвами), священство (посвящение в священнослужители).
Среди христианских обрядов наиболее известны молитва, культ икон, поклонение кресту, почитание реликвий, мощей, "святых мест". Центральное место занимают вера в святых, христианские праздники - Пасха и двунадесятые праздники (двенадцать главных праздников), а также посты, процедуры богослужения.
Большим своеобразием отличаются обряды и праздники в исламе, иудаизме, буддизме и других религиях.
Возвращаясь в собственно сферу власти, отметим, что из былой российской практики заслуживает внимания герольдия. К этой традиции Россия вернулась в 1994 году.

Герольд (англ. herald, от позднелат. heraldus) - вестник, глашатай, церемониймейстер при дворах феодальных правителей Западной Европы, а также распорядитель на рыцарских турнирах, различных торжествах и т. д. Герольды ведали также и составлением родословных.
Герольдия (Герольдмейстерская контора, Департамент герольдии) ,w в Российской империи в 1722-1917 годах орган в составе Сената. В круг ее обязанностей входили учет дворян, находившихся на государственной службе, охрана их сословных привилегий, ведение родословных книг, составление гербов.
Герольдмейстер - должностное лицо в Сенате Российской империи, возглавлявшее Герольдию.
Завершим этот экскурс в историю обращением к нашим современным делам. "Российская газета" писала:
, "Державные регалии, символы государственности, гербы, флаги, эмблемы - до сих пор была не упорядочена, не утверждена как следует новая геральдика нового государства Российского. Процесс ее становления шел как бы самотеком. Возникали нелепые ситуации, когда, например, у двух городов появлялся одинаковый герб. Или мундиры двух совершенно разных по функциям служб оказывались похожими, как братья-близнецы. И вот произошло событие, которое, вероятно, станет точкой отсчета в становлении отечественной геральдики: при Президенте России учреждена Государственная герольдия. Государственным герольдмейстером назначен заместитель директора Эрмитажа Г. Вилинбахов.
Штаб-квартира новой службы разместилась в Петербурге. Ее задачи определены точно - координировать работу по созданию официальных символов Российской Федерации; проводить обязательную геральдическую экспертизу всех проектов такого рода; обеспечить регистрацию и учет гербов, флагов, знамен, наград, знаков отличия и различия, форменных костюмов. Словом, навести порядок и поставить на научную базу это дело государственной важности.
Города и области России хотят иметь свои собственные гербы, флаги, награды. Причем такие, чтобы они не повторяли соседей, следовали историческим традициям и отражали события сегодняшнего дня.
В прежние времена подобная служба существовала при императорском дворе, после революции, естественно, была упразднена. Затем долгое время в России существовал один на всех флаг. И вот сейчас, с созданием Российской Федерации и развивающимся патриотизмом городов и республик России, все чаще в аппарат Президента стали поступать заявки на утверждение новых гербов и флагов.
Новую службу при Президенте составили десять ведущих специалистов страны по геральдике. Каждый из них - главный специалист в какой-то отдельной области: мундирах, эмблемах, гербах, петлицах. Все ни - из Санкт-Петербурга: в этом городе хранится большинство исторических материалов, необходимых для их работы, - архивы Сената, Эрмитажа"*.
В соответствии с Положением о Государственной герольдии при Президенте Российской Федерации ее основными задачами является:

- геральдическое обеспечение работы по созданию и использованию официальных символов РФ и ее субъектов, созданию знамен и


* См.: Российская газета. 1994. 5 авг. С. 1. 177


флагов, государственных и ведомственных наград, форменного костюма военнослужащего и иных государственных служащих;
- содействие эффективному взаимодействию органов государственной власти субъектов РФ, органов местного самоуправления в городах в области создания и использования официальных символов;
- участие в разработке проектов решений субъектов РФ по вопросам геральдики и анализ эффективности принятых решений;
- выработка методических рекомендаций по вопросам геральдики;
- изучение международного опыта в области геральдики*.
Можно полагать, что в ближайший период значительно возрастет интерес к властной символике и обогатится ее практика.
В области специальных кратологий возможно и рассмотрение иных, не названных здесь идей, пусть даже на грани утопических. В их числе: о возможной власти ученых (сайенсократология), юристов (юрократология), молодежи (юнократология). Правомерны выделение и разработка геократологии и других областей знания.
В заключение следует поставить вопрос и о кратостатистике как совокупности информационных данных о власти (властях), а также совокупности методов и моделей, используемых в науке о власти при сборе, обработке, анализе, моделировании, сравнении конкретных данных разнообразных исследований, относящихся к властной практике.
В целом, подводя итоги выявления и характеристики базовых и специальных отраслей и областей кратологий, можно сделать существенный вывод о том, что именно введенное нами и активно используемое понятие кратологий как науки о власти позволило создать стройную систему представлений, создать полноцветную картину знаний о власти как многогранном социальном явлении, нуждающемся и по сей день в гораздо более серьезном, глубоком, разноплановом анализе, чем это делалось до сих пор.
Рассмотрев базисные и специальные области (отрасли) кратологий, мы задержим теперь внимание и на комплексных областях - неотъемлемой и важной сфере знаний о власти, обретаемых объединенными усилиями различных наук. Разумеется, речь идет прежде всего об усилиях наук гуманитарных; вместе с тем здесь велика роль и наук естественных и технических, на идеи и представления которых вполне обоснованно и с пользой для научного поиска и практики опирается кратология в целом.


* См.: Тихомирова Л. В., Тихомиров М. Ю. Юридическая энциклопедия. М., 1997. С. 87-88.


Глава VI
КОМПЛЕКСНЫЕ ОБЛАСТИ КРАТОЛОГИЙ
На наш взгляд, к комплексным областям кратологий необходимо отнести такие области знаний, в которых в общем теоретическом поле и взаимодействии с другими гуманитарными, а также естественными и техническими науками открываются богатые возможности для углубленного исследования разнообразных проявлений власти. Если принять во внимание исследования, имевшие место в XX веке именно в этой области в России и за рубежом*, и возможности, открываемые естественными и техническими науками, но далеко не используемые и по сию пору**, то только общий перечень такого рода комплексных областей знания достигнет трех десятков наименований. Добавим к сказанному, что международная властная практика, национальные особенности различных стран и народов могут значительно расширять и обогащать этот арсенал знаний.
Обширный круг данных знаний позволяет сгруппировать их по таким разделам, как гуманитарно-познавательные (социокультурные) области знаний о власти, биосоциальные (антропоцентрические), естественно-научные, информационно-математические, технико-технологические.
Какие же именно области знания можно выделить применительно к науке о власти на ее стыках с другими науками? Перечислим их пока в сугубо формальном порядке, по алфавиту: азбука власти, акмеология власти, аксиология, алгебра, анатомия, антропология, арифметика, археология, генеалогия, география, геометрия, грамматика, история, культурология, логика, морфология, педагогика, психология, социология, топография, физика, физиология, философия, экология, экономика, эстетика, этика власти. За пределами этого перечня остаются астрология власти и мифология власти.
Что же представляют собой перечисленные области знания? Обратимся теперь к их характеристике с содержательной стороны. Рассмотрим в первую очередь уже признанные области науки о власти, их значение для научного обеспечения и развития властной практики.

* См., напр.: Философия власти. М., 1993. 271 с.; Колесниковч М. И., Борзунов В. Ф. Социология власти. М., 1993. 55 с.; Galhraith Y. К. The Anatomy of Power. L., 1984. ,
** См., напр.: Долгоруких А. Россия и пути прогресса. Опыт приложения стественно-научных, биологических знаний к разрешению семейных, общестенных и государственных вопросов. М.: Тип. "Копейка", 1912. 79 с.

1. Философия власти
Интересующая нас прежде всего философия власти* (англ. philosophy of power) - это область знаний на стыке философии, кратологии, права и политологии. Она вправе оцениваться как важная самостоятельная наука в системе учений о власти, дающая философскую интерпретацию власти, этого уникального общественного явления, необходимого и в принципе разумного регулятора общественных отношений и человеческого поведения. Наиболее часто вопросов философии власти касаются авторы трудов под названием философия права**.
Именно философия власти позволяет понять, что истоки возникновения власти уходят в общественную природу человека и связаны с совокупностью его материальных и духовных потребностей и интересов, а также с потребностью в таком общественном институте, как власть во всем многообразии ее видов и проявлений, и особенно с возникновением малых и больших общественных групп людей (семей, слоев, классов, сословий, партий, стран, наций).
Творческое применение философии в теории и практике власти открывает большие возможности для развития властной деятельности и кратологии как науки. Философия, как и другие науки, может при непредвзятом взгляде и уважении к иным точкам зрения послужить убедительным примером продуктивных попыток получения эффективных результатов теоретического осмысления реальной действительности.
Так, если в данной книге нас интересует проблематика философии власти, философии политики, философии права, то ученые-философы других научных направлений видят немалые перспективы в исследовании иных областей действительности (философия жизни, духа, культуры, творчества, даже философия рынка, бизнеса и т. д.).
В качестве примера назовем одно из наиболее влиятельных направлений западной философской мысли XX века - аналитическую философию. Ее возникновению и развитию послужили труды выдающегося английского философа Б. Рассела (1872-1970), его учеников и сторонников. Если в недавнем прошлом изучение аналитической философии в основном сводилось к критике и разоблачению логического позитивизма, то теперь оказывается, что рассматривать новейшую аналитическую философию можно в связи с гораздо более широким кругом знаний. Ее ядром является философия языка, а составляющими - философия сознания, философия логики, философия действия, философия морали, аналитическая метафизика и т. д.***
* К вопросам философии различных областей знания и деятельности обращались многие ученые. См., напр.: Бердяев Н. А. Философия свободы. Смысл творчества. М., 1989; Гегель. Философия права / Пер. с нем. М.: Мысль, 1990;
Риккерт Т. Философия истории / Пер. с нем. Спб., 1908; Соловьев В. С. Философия искусства и литературная критика. М., 1991; Чичерин Б. Н. Философия права. М., 1900; Тэн И. Философия искусства. М.: Республика, 1996. 351 с. (печатается по: Спб., 1904. Пер. с фр.).
** Работы по философии права, помимо упомянутых Гегеля, Б. И. Чичерина, есть у многих юристов и философов. Только в 90-е годы XX века в России появились труды таких авторов, как В. С. Нерсесянц, С. С. Алексеев, Э. А. Поздняков, Ю. В. Тихонравов и др.
*** См.: Аналитическая философия: Избранные тексты / Сост., вступ.'ст. и коммент. А. Ф. Грязнова. М.: Изд-во МГУ, 1993. С. 5.


Это весьма наглядный пример нестандартной углубленной разработки научной проблематики.
Разработка лингвистической и в целом аналитической философии вполне может рассматриваться и как своеобразный ориентир, аналог непредвзятого подхода к систематизированному, комплексному построению всей совокупности и самого кратологического знания. В этом случае важными и полезными блоками философских взглядов в сфере власти могут быть как сама философия власти в целом, так и философия властного сознания, философия властного решения, философия властного действия и даже философия поведения лиц подвластных и т. д. Таким образом, в этой области знаний, еще недавно десятилетиями остававшейся в тени, теперь открываются серьезные исследовательские перспективы и практические горизонты.
Философия власти - это область знания, к которой уже не раз обращались многие мыслители, стараясь проникнуть в ее содержание, хотя и не именовали ее таким образом. Можно сколько угодно критиковать К. Маркса, Ф. Энгельса, В. И. Ленина, но следует признать, что их мысли и дела во многом вращались вокруг философии власти.
Несомненно, что философии власти еще предстоит пережить полосу своего расцвета, всеобщего внимания к ней. Обществу демократическому, гражданскому, информационному эта развивающаяся наука принесет много полезного для его прогресса, для упрочения прав, свобод и обязанностей человека и непосредственного улучшения его жизни. Пока же здесь делаются лишь первые, но достаточно продуктивные шаги.
В конце 1993 года появилась содержательная книга "Философия власти" (под редакцией профессора МГУ В. В. Ильина). Это заметное событие в становлении самостоятельной области властного знания*. В семи разделах книги авторы квалифицированно, с позиций философии характеризуют такие темы, как понятие власти, принципы власти, формы власти, онтология власти, структура власти, партия и власть, культура власти. В 1994 году В. В. Ильин и А. С. Панарин издали книгу "Философия политики", а в 1995 году эти же авторы и Д. В. Бадовский издали "Политическую антропологию". Все три книги вышли в издательстве Московского университета.
В настоящее время следует исходить и из необходимости взаимодействия философии власти с другой наукой, обретающей все больший авторитет, - философией политики.
Философия политики (англ. philosophy of politics) - область знания на стыке философии и политологии, имеющая право на признание в качестве самостоятельной науки как в системе философских наук, так и в системе наук о политике. Она дает философскую характеристику политики как важнейшего общественного явления и составляющих ее политических явлений, как реального регулятора общественных отношений и человеческого поведения.
К проблемам философии политики в многовековой истории человечества обращались многие мыслители. Однако целостный, обобщающий труд в этой области еще предстоит создать. Такие шаги уже предпринимаются в России. Серию книг "Философия политики" издавали
* См.: Философия власти / Гаджиев К. С., Ильин В. В., Панарин А. С., Рябов А. В. / Под ред. В. В. Ильина. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1993. 271 с.

преподаватели Российской академии управления в 1992-1993 годах. В них характеризовались базовые понятия и категории современной политической науки, закономерности и законы политического процесса, властные факторы в политической системе общества. Профессор Э. А. Поздняков в 1994 году издал в Москве двухтомную монографию "Философия политики".
Воспользовавшись современной благоприятной ситуацией для нестандартного творческого мышления, отечественные философы заговорили даже о философии философии (метафилософии)*.
Философия очень многогранна и открывает большие возможности для науки. Не случайно история знает труды И. Ньютона "Математические начала натуральной философии" (1687), К. Линнея "Философия ботаники" (1751), Ж. Б. Ламарка "Философия зоологии", П. С. Лапласа "Опыт философии теории вероятностей" (1814). Однако на философию власти веками не обращали внимания.
Теперь же, осуществляя переход из сферы общей политики в область непосредственно власти, от философии политики к философии власти, мы можем получить значительное приращение знания и его действенную отдачу на важном социополитическом и социокультурном поприще. Фактически мы стоим перед дилеммой: или продолжать чего-то ждать, не замечая новых возможностей в той области знаний, которая требует обратить на нее внимание, или, наконец-то, сделать назревший решительный шаг. Мы и так уже застоялись (и в России, и в мире) на поприще общих разговоров о значении власти.
Надо развивать науку о власти, теорию власти по всем ее направлениям и научиться применять эти знания на деле. Это относится не только к философии власти, но и ко всем другим комплексным областям кратологического знания.
2. История власти
История власти (властей) (англ. history of power) - важная многообещающая наука о происхождении, эволюции и перспективах развития власти как решающего общественного явления. Это ключевая составная часть всей семьи наук о власти и фундаментальная часть исторических наук. Это также и одна из необходимых учебных дисциплин. Она находится на стыке дисциплин кратологических (наук о власти) и исторических.
Из всех комплексных отраслей кратологии именно история в целом и история власти в особенности обладают наибольшим массивом сведений по различным странам, континентам, эпохам.
Если подойти к вопросу непредвзято и в то же время под определенным углом зрения, то мы увидим, что за историю какой страны, какого периода ни возьмись, она практически всегда является наилучшей иллюстрацией
* П. В. Алексеев и А. В. Панин свой учебник для вузов "Философия" (М.:
ТЕИС, 1996. 504 с.) открывают разделом "Философия философии (метафилософия)". Они утверждают, что основоположником подобного рода взглядов был немецко-польско-русский философ Генрих Егорович Струве, поставивший вопрос о такой дисциплине в своей книге "Введение в философию" (1890). Надо, однако, заметить, что в Германии в 1840 году Фр. Кеппен уже опубликовал книгу под названием "Философия философии".

прежде всего властных решений и действий, картиной поведения как властителей, так и подвластных.
Об этом убедительно говорят такие новаторские по замыслам и оригинальные по содержанию современные публикации, как хронология истории государства и права России и зарубежных стран с древнейших времен до настоящего времени* и справочное издание о правителях России**.
А если посмотреть на проблему истории власти более широко, то окажется, что все сколько-нибудь известные историки разных стран были очень яркими и убедительными ее исследователями, описателями и свидетелями. Здесь очень впечатляет блестящее созвездие имен отечественных дореволюционных историков. Прежде чем назвать эти имена, приведем свидетельство одного из них. В своих выдержавших десять изданий лекциях по русской истории С. Ф. Платонов в 1917 году писал:
"Когда же началось систематическое изображение событий русской исторической жизни и когда русская история стала наукой? Еще в Киевской Руси, наряду с возникновением гражданственности, в XI в. появились у нас первые летописи. Это были перечни фактов, важных и не важных, исторических и не исторических, вперемежку с литературными сказаниями. С нашей точки зрения, древнейшие летописи не представляют собою исторического труда; не говоря о содержании, и самые приемы летописца не соответствуют теперешним требованиям. Зачатки историографии у нас появляются в XVI в., когда исторические сказания и летописи стали впервые сверять и сводить в одно целое. В XVI в. сложилась и сформировалась Московская Русь. Сплотившись в единое тело, под властью единого московского князя, русские старались объяснить себе и свое происхождение, и свои политические идеи, и свои отношения к окружающим их государствам
Характерно, что, строя свои лекции, С. Ф. Платонов по большей части именовал их, используя имена тех или иных российских властителей (правителей). Об этом можно судить по некоторым примерам из оглавления его лекций:
Время великого князя Ивана III.
Время Ивана Грозного.
Время царя Михаила Федоровича (1613-1645)*'.
Кстати говоря, после трех периодов Смуты - 1) борьбы за московский престол, 2) разрушения государственного порядка, 3) попытки восстановления порядка (по терминологии С. Ф. Платонова) - избрание на царствование Михаила Романова обеспечило тридцать два года его уверенного правления.
Время Петра Великого
Время Елизаветы Петровны (1741-1761)
Время Екатерины II (1762-1796)
Время Александра I (1801-1825)
Время Николая I (1825-1855).

* История государства и права: Хронология: Учеб. пособие / Под ред. М. И. Сизикова. М.: ИНФРА-М, 1996. 160 с.
** Пчелов Е. В., Чумаков В. Т. Правители России от Юрия Долгорукого до наших дней. М.: Сполохи, 1997. 240 с.
*** Платонов С. Ф. Лекции по русской истории. Спб.: Кристалл, 1997. tC. 10.
**** См. там же. С. 836-838.



Называя первых лиц государства на нашей земле (наименования государства были разными), Е. В. Пчелов и В. Т. Чумаков от Юрия I Владимировича Долгорукого до Бориса Николаевича Ельцина насчитывают 68 имен*.
Эти же авторы, отдавая должное церковной власти на Руси, приводят список патриархов Московских и всея Руси (1589-1700, 1917 - до наших дней), включающий 16 имен**.
А теперь назовем некоторые имена отечественных историков, рассказывавших о прошлом России и истории власти в стране.
Вслед за хронографом старца Филофея (1512), "Степенной книгой" XVI века, летописями появился первый учебник русской истории "Синопсис" Иннокентия Гизеля (1674), очень распространенный в эпоху Петра I. M. В. Ломоносов написал учебную книгу по русской истории и один том "Древней Русской истории" (1766).
Славу и известность приобрели труды по истории российской таких авторов, как M. Н. Щербаков (1733-1790), Н. Н. Новиков (1744-1818), Н. M. Карамзин (1766-1826), К. С. Аксаков (1817-1860), С. M. Соловьев (1820-1879), Н. И. Костомаров (1817-1885), К. Д. Кавелин (1818-1885), Б. Н. Чичерин (1828-1904), В. О. Ключевский (1841- 1911), С. Ф. Платонов (1860-1933) и др.
О напряженных поисках верного осмысления исторических событий и пройденного страной пути, в том числе ее властью и правом, убедительно говорят труды Н. И. Кареева (1850-1931). В 1915 году он издает книгу "Историология (теория исторического процесса)", а в 1916 году появилась "Историка (теория исторического знания)"***.
К вопросам истории власти и истории науки о власти в начале XX века активно обращались наши отечественные правоведы. В 1915 году С. А. Котляревский в книге "Правовое государство и внешняя политика" писал: "...мы встречаем теорию разделения властей уже у Аристотеля, и притом в настолько развитом виде, что могла высказываться и доказываться мысль о заимствованиях у него Монтескье"****. Котляревский утверждал: "Идея правового государства стоит в фокусе современного юридического мышления. Она есть зрелый плод той долгой борьбы за право, которая представляет одну из важнейших глав в истории человеческой цивилизации".
Мы видим, какой дорогой ценой, выразившейся в отставании на целых три четверти века, обошлись исторической науке времена запрета на все разумные идеи, не вписывавшиеся в марксизм-ленинизм. Поистине не зря С. А. Котляревский с симпатией цитировал французского мыслителя Б. Констана (1767-1830), писавшего: "Вот вечный принцип, который должен быть провозглашен. Нет неограниченной власти на земле - ни власти народа, ни тех, кто называет себя его представителями, ни власти монарха, ни власти закона, который, будучи

* См.: Пчелов Е. В., Чумаков В. Т. Правители России от Юрия Долгорукого до наших дней. M.: Сполохи, 1997. С. 201-203
** См. там же. С. 223-225.
*** Кпреев Н. И. Историология (теория исторического процесса). Пг.: Тип. M. M. Стасюлевича, 1915. 320 с.; Кареев Н. И. Историка (теория исторического знания). Пг.: Тип. M. M. Стасюлевича, 1916. 281 с.
**** Котляревский С. А. Правовое государство и внешняя политика. M.:
Междунар. отношения, 1993. С. 13.


выражением воли монарха или народа - смотря по форме правления, - должен быть заключен в те же границы, как и самая власть, его дающая"*.
Наконец, стоит привести высказывания замечательного русского юриста А. Ф. Кони по поводу государственной власти, который более (ста лет назад писал: "Твердая государственная власть зиждется на уважении к закону; как бы хороши ни были законы, но там, где власть государства сама будет относиться к ним поверхностно; где представители ее вместо осуществления закона будут действовать по своему произволу и злоупотреблять дарованной им властью; где гражданин будет знать, что норма деятельности определяется не законом... а усмотрением лиц "власть имущих", там не может быть истинной свободы, истинного порядка и того, что составляет поддержку всякого общества - уважения к закону. Власть не может требовать уважения к закону, когда сама его не уважает; граждане вправе отвечать на ее требования:
"Врач, исцелился сам"**.
В советские времена с подобными оценками не считались. Следовало бы хоть теперь извлечь из них выводы и научиться руководствоваться законом и творить разумные законы. Конечно, столь ярких, точных, полезных суждений не будет знать тот, кто не знает истории власти и истории науки о власти, кто не хочет или не умеет считаться с необходимостью знать эти науки и помогать их развитию. В этой связи обратим внимание на труды всемирно известного русского историка Г. В. Вернадского (1887-1973) - сына В. И. Вернадского, активно исследовавшего в эмиграции русскую историографию. В России лишь в 1998 году впервые опубликована его книга "Русская историография"***.
В начале 20-х годов Н. А. Бердяев, издавая свои лекции по философии истории, прочитанные в Москве в 1919 году, рассуждал: "Исторические катастрофы и переломы, которые достигают особенной остроты в известные моменты всемирной истории, всегда располагали к размышлениям в области философии истории, к попыткам осмыслить исторический процесс, построить ту или иную философию истории"****. Похоже, что это мироощущение свойственно не только началу, но и концу нашего драматического XX века.
Сегодня в еще большей мере, чем когда-либо, для выхода из нынешнего переломного состояния не просто российского, но и мирового масштаба нужны и новая философия истории, и новая философия власти, и новая история власти. Надо признать правоту суждения Карла Ясперса: "По широте и глубине перемен во всей человеческой жизни нашей эпохе принадлежит решающее значение. Лишь история человечества в целом может дать масштаб для осмысления того, что происходит в настоящее время"*****.
Наше время, казалось бы, далеко не самое лучшее для такого рода аналитических изысканий, но может случиться, что другого времени (по крайней мере, у России) не будет вообще. И сам вопрос стоит в беспощадно резкой форме: теперь или никогда!

* Котляревский С. А. Правовое государство и внешняя политика. С. 312.
** Кони А. Ф. Избранные произведения. M., 1956. С. 4.
*** Вернадский Г. В. Русская историография. M.: Аграф, 1998. 448 с.
**** Бердяев Николай. Смысл истории. M.: Мысль, 1990. С. 4.
***** Ясперс К. Смысл и назначение истории / Пер. с нем. 2-е изд. M.: Республика, 1994. С. 29.

3. Социология власти
Обратимся к очень своеобразной многоплановой отрасли знаний, которую нередко считают и областью сугубо социологического знания.
Социология власти (англ. sociology of power) - одна из важных формирующихся комплексных и относительно самостоятельных областей знания, берущая начало в сфере социологии, политологии и кратологии. Основным ее предметом являются собственно власть и ее проявления во всех формах общественной жизни, исследуемые с помощью социологических методов и процедур.
Хотя серьезное изучение власти как социально-политического явления и социологического объекта началось с середины XX века, ее исходные идеи были намечены еще древнегреческими мыслителями, особенно Аристотелем, много занимавшимся вопросами государственного устройства. Проблемы социологии власти фактически по существу рассматривались виднейшими мыслителями нового времени - Макиавелли, Гоббсом, Локком, Монтескье, Токвилем и др. Они привлекали внимание дореволюционных российских ученых и исследователей.
Активное становление и развитие социологии в 60-70-х годах XIX века в России подводило и к разработке социологии власти. Трудно переоценить роль юристов в отечественной социологии. У Б. Н. Чичерина есть "Курс государственной науки". Ч. II. "Наука об обществе, или Социология" (1896); у Г. Ф. Шершеневича - "Социология" (1910); у В. М. Хвостова-"Социология" (1917).
Еще до 1917 года в России появились такие издания, как "Этическая социология" (1897), "Антропосоциология" (1900), "Этнографическая социология" (1901), "Прикладная социология" (1908), "Общая социология" (1912). В этот ряд входит и понятие "социология власти", употребленное С. А. Котляревским (1909).
Отметим и нынешний растущий интерес правоведов к социологии. В монографии В. И. Кудрявцева и В. П. Казимирчука "Современная социология права" (1996) в той или иной связи речь идет о девяти направлениях социологии, связанных с правом (законодательная социология, юридическая социология, социология административного права и др.). К сфере власти обращены исследования и самих социологов*. (В бывшем СССР вопросы социологии власти, очевидно, в силу политических причин во многом обходились и игнорировались**.)
Теорией власти теперь активно занимаются ученые многих стран. В России в связи с демократизацией жизни открывается возможность на базе социологических исследований непредвзято и всесторонне судить о сложной сфере власти и ее органов, ее практике и механизмах. К числу первых ученых, которые стали говорить и писать о социологии власти, относятся Ж. Т. Тощенко, М. И. Колесникова, В. Т. Бор-зунов, А. Г. Здравомыслов.
Сегодня важно использовать знания, вырабатываемые в социологии политики (политической социологии) (англ. political sociology), как

* См., напр.: Россия: власть и выборы. / Под ред. Г. В. Осипова. М.:
ИСПИРАН, 1996. 350с.
** Среди единичных упоминаний о социологии власти можно выделить статью В. Д. Попова "Социология и психология власти" // Драма обновления. М.:
Прогресс, 1990. С. 369-400.



отрасли знания на стыке политологии и социологии, берущей на свое вооружение их идеи, методы и процедуры.
Очень важно обратить внимание на новейшие тенденции в социологии, на ее поворот к проблематике власти. Правда, российским ученым это дается пока нелегко. И это объяснимо. С догматических марксистских позиций вся активность в науке сводилась к написанию трудов и ведению разговоров вокруг так называемого научного руководства и управления. Настоящую власть, как правило, не трогали. Оценок властей не касались. И не умели этого делать, и боялись.
Вместе с тем надо указать на то, что серьезные изменения в жизни России и положении ее науки отмечены не только немалыми трудностями и кризисными проявлениями, но и открытием новых возможностей в развитии и общества, и науки, а также стремлением ученых продуктивно их использовать. В связи с этим следует одобрительно отозваться о появлении социологической литературы нового поколения, характеризуемой выделением социологии власти. Так,

К. Т. Тощенко в своей книге "Социология" выделил целый раздел
Политическая социология" и в его рамках специальную главу "Социология власти"*.
Происходящий ныне крупный социальный поворот в развитии общества будет сопровождаться серьезными переменами в системе социального знания и, в частности, проявится как в резко возросшем спросе на кратологическую проблематику, так и в ее назревшем расцвете при непременном углублении демократизации всей общественной и государственной жизни.
4. Азбука власти
Говоря о фундаментальных комплексных областях междисциплинарного властеведения - философии власти, истории власти и социологии власти, следует отметить, что эти области знания существуют в своего рода окружении большой группы хотя и менее впечатляющих, но столь же необходимых и важных компонентов властных знаний. Из них на первом плане конечно же должна быть азбука власти (англ. the АВС of power). Именно она вводит нас во властную проблематику и во властную практику. Она представляет собой надежного путеводителя и доброго партнера общей кратологии и философии власти.
В За тысячелетия рациональной практики люди выработали немало полезных навыков при обретении новых знаний, их осмыслении, освоении. Эти ключевые области знаний, вводящие в конкретные науки, именовались по-разному: начала, основы, введение, азбука, а то и арифметика соответствующей науки. Примеров здесь множество**. Очень существенную,



* См.: Тощенко Ж. Т. Социология. Общий курс. М.: Прометей, 1994. С.
191-202.
** См.: Берви-Флеровский В. В. Азбука социальных наук. Спб., 1871;
Емельянов Н. Б. Основы организации народовластия. Пг., 1917; Ковалев А. Н. Азбука дипломатии. 3-е изд. М.: Междунар. отношения, 1977; Закошанский В. Азбука и арифметика экономики. Рига: Зинатне, 1992; Шаталова Г. С. Азбука здоровья и долголетия. М.: Энергоатомиздат, 1995; Азбука природы. Более 1000 вопросов и ответов о нашей планете, ее животном и растительном мире / Пер. с англ. М.: Издат. дом "Ридерз дайджест", 1997, и т. д.


и не просто вспомогательную, а подчас центральную, конструктивную роль играют здесь словари.
Взявшись за систематизацию и классификацию знаний и наук о власти, автор издал в последние годы ряд статей и книг такой ориентации. В их числе: Власть. Основы кратологии. М.: Луч, 1995. 304 с.;
Введение в науку о власти. М.: Технологическая школа бизнеса,1996. 380 с.;
Власть. Кратологический словарь. М.: Республика, 1997. 431с.
Такого рода труды позволяют все более полно, основательно и со знанием дела оценивать ситуацию в кратологии, ее своеобразие и перспективы.
Что же такое азбука власти как область знания? Это-система основных, простейших (азбучных) идей, правил, истин и положений, освоение которых необходимо для того, чтобы разобраться в сути и своеобразии власти и тем более принять личное участие в оценке, формировании и деятельности властных структур. К азбуке власти примыкает азбука управления - основы управленческой деятельности, начальные понятия, правила, приемы, необходимые для достижения успеха, желаемого результата в руководящей деятельности.
Не только не умаляя, но и по-своему возвеличивая смысл и ценность труда мыслителей и правителей разных эпох и народов, мы можем высоко оценить многое сделанное ими в разработке азбуки власти и управления в Древнем Египте, Индии, Китае, Риме, Греции и других государствах и на последующих этапах истории человечества. И здесь вновь среди звезд первой величины следует назвать труды Платона, Аристотеля, Цицерона, Макиавелли, Гоббса, Локка, Монтескье, Г. Гроция, Гегеля, И. Канта, О. Конта, К. Маркса, Ф. Энгельса, М. Вебера, многих отечественных мыслителей.
В многовековом ряду разнообразных кратологических деяний несомненно останутся имена и Христа, и Цезаря, и властителей-царей, полководцев, правителей разных времен и народов - Петра I, Наполеона, Дж. Вашингтона, Ленина, Черчилля, Рузвельта, как сохранятся и имена по-своему учивших человечество опасности власти Гитлера, Муссолини, Пол Пота, Пиночета.
Чтобы разбираться во власти или участвовать во власти, а тем более возглавлять власть на разных ступенях этой величественной пирамиды, надо обращаться к делам и мыслям наших предшественников - и за 20-30 веков до наших дней, и в XX веке, и просто к нашей поучительной современной практике, невероятно умноженной ясновидением информатики или, напротив, тщательно укрываемой той же информатикой за недоступными тайнами исторических и текущих архивов.
Мудрый К. Ясперс, вспоминая в 1920 году о мудром М. Вебере, счел возможным заявить: "Что такое социология? Это столь же неясно, как и то, что есть философия. Начиная от греков и до Гегеля, философию всегда понимали как самопознание человеческого духа... К этому самопознанию направлена в значительной степени и социология"*. И далее:
"Многое из того, что называют социологией, представлялось ему надувательством"**.


* Вебер М. Избранное. Образ общества / Пер. с нем. М.: Юристъ, 1994. С. 554.
*Там же С.562

Надо ювелирно точно, честно и усердно трудиться в науке, чтобы уйти от надувательства. И в сфере кратологии это намного труднее. Чтобы достойно властвовать, надо обладать истинными знаниями, постоянно их накапливать, глубоко обдумывать, эффективно использовать в анализе, диагнозе, синтезе, прогнозе. В противном случае придется творить произвол, хитрить, бесчинствовать, быть деспотом и узурпатором.
Хорошо сказал в свое время в книге "Политика как наука" (1872) родившийся в семье крепостного крестьянина, добившегося вольной для своих детей, и ставший философом, социологом, просветителем А. И. Стронин(182б-1889):
"Как знание начинается с богатства, так власть начинается от знания. Если превосходство в силе есть единственный первоначальный источник богатства, если превосходство в богатстве есть единственный первоначальный источник знания, то единственно первоначальным источником власти бывает только превосходство в знании. Но так как это последнее превосходство предполагает и два первые, то отсюда и выходит, что власть есть соединение силы, богатства и знания, а всякое соединение силы, богатства и знания есть власть. Тезис этот подтверждается и исторически, и социологически. Исторически, потому что каждый раз, как появлялись эти три условия соединенными, каждый раз возникала и власть. В восточных деспотиях богатство и знание совмещались в жрецах - отсюда и власть была у них, а не у воинов. В классическом мире богатство и знание сосредоточено у аристократий - оттого у них и власть. То же и в средние века. В новейшей Европе знание и богатство - в среднем сословии, у буржуазии, а потому у нее же и власть политическая"*.
Разумеется, азбука власти - наука, лишь внешне кажущаяся легкой, доступной. Она требует владения первоосновами, глубокого понимания множества изначальных явлений, фактов, примеров и обусловленных ими терминов, понятий, обширного словарного ряда конкретных обозначений. Здесь-то и подстерегают и читателя, и современного пользователя системы Интернет, и исследователя, и самого власть имущего возможность неразработанности понятий, неизученности явлений, многозначности слов, тем более их несовпадения в разных языках.
Разумеется, на языковых высотах алгебры и высшей математики науке о власти сразу заговорить невозможно. Надо учиться азбуке этой науки, ее азам, ничего здесь не упуская и не перепрыгивая через важные ступени. Овладевать системным знанием надо последовательно и системно, отправляясь от его основ. Вроде бы прописная истина, вроде бы даже говорить об этом неловко, даже стыдно, настолько это очевидно. А разве не стыдно с позиций системности вести речь о тех знаниях, которые сами в систему до сих пор так и не приведены? И это относится к пока еще не ставшей серьезно на ноги кратологии.
Освоение азбуки власти требует серьезной теоретической подготовки, знаний из многих областей науки, исторических познаний. Вот что писал в 1905 году юрист, историк, социолог, этнограф М. М. Ковалевский в труде "Из истории государственной власти в России":
в "Государственный порядок, какой мы теперь видим в России, не

<< Пред. стр.

стр. 7
(общее количество: 11)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>