<< Пред. стр.

стр. 17
(общее количество: 26)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

В первую очередь это понятые, присутствие которых обязательно по закону (ст. 169 УПК РСФСР). Понятых должно быть не менее двух. Если обыск проводится одновременно в нескольких местах (в жилом доме, на приусадебном участке, в нежилой застройке на участке), то в каждом должно быть по два понятых. В их задачу входит внимательное наблюдение за всеми действиями участников обыска с тем, чтобы в последующем они могли объективно засвидетельствовать, кем и какие действия проводились, что и где было обнаружено в результате этих действий. Подобным свидетельством является подписание ими протокола обыска, а также, в случае необходимости, показания в ходе допроса на следствии и (или) в суде. Для выполнения понятыми данной задачи им должна быть предоставлена реальная возможность непосредственного наблюдения за действиями участников обыска.
В соответствии с порядком, установленным законом (ст. 169 УПК РСФСР), должно быть обеспечено присутствие лица, у которого производится обыск, либо совершеннолетних членов его семьи. Если это невозможно, то приглашаются представители жилищного управления или местных органов управления (администрации).
В тех случаях, когда обыск проводится в учреждении, необходимо присутствие его представителя.
Если в помещении, где проводится обыск, окажутся посторонние, следователь вправе запретить им покидать место обыска до его окончания, а также сноситься друг с другом или иными лицами (ст. 170 УПК РСФСР).
Лицам, присутствующим при обыске в соответствии с положениями закона: обыскиваемому, понятым, представителям жилищного управления или местного органа управления, представителю учреждения (организации, предприятия), следователь обязан разъяснить их права присутствовать при всех его действиях и делать заявления (которые заносятся в протокол) по поводу этих действий (ст. 169 УПК РСФСР). В протоколе указывается, что каждому из вышеназванных лиц были разъяснены его права (ст. 176 УПК РСФСР).
Закон запрещает производство обыска в ночное время (т. е. с 22 до 6 часов по местному времени), кроме случаев, не терпящих отлагательства (ст. 170 УПК РСФСР).
Процессуальный порядок обыска состоит в том, что следователь предъявляет обыскиваемому постановление; этот факт удостоверяется его подписью на постановлении. Затем следователь предлагает ему добровольно выдать орудия преступления, предметы и ценности, добытые преступным путем, а также другие предметы или документы, имеющие значение для дела (ст. 170 УПК РСФСР). Здесь возможны два варианта. Первый — обыскиваемый отказывается выдать требуемое, заявляя, что этих предметов у него нет. Второй вариант сложнее и требует неоднозначного решения. Обыскиваемый добровольно выдает требуемое. Если цель обыска — получить именно эти объекты и есть основания полагать, что обыскиваемый ничего не утаил от следствия, дальнейший поиск может не проводиться. Однако такая ситуация встречается на практике довольно редко.
Чаще следователь не имеет полного представления обо всем, что может находиться в месте обыска и иметь отношение к делу. Отсюда его решение — продолжать обыск, стремясь обнаружить важные для дела предметы, документы и другие объекты. Нельзя игнорировать и то, что обыскиваемый нередко с готовностью быстро выдает искомое, надеясь таким образом предотвратить дальнейший поиск и скрыть что-либо более важное для следствия.
При отказе выдать объекты добровольно и открыть запертые помещения и хранилища следователь имеет право вскрывать такие помещения. При этом он должен стремиться не причинять каких-либо излишних повреждений (ч. 4 ст. 170 УПК РСФСР). В ходе обыска изымаются предметы и ценности: а) могущие иметь отношение к делу (ст. 168 УПК РСФСР); б) запрещенные к обращению (ст. 171 УПК РСФСР); в) материальные ценности, на которые одновременно с обыском наложен арест в целях обеспечения гражданского иска и возможной конфискации имущества (ст. 175 УПК РСФСР).
Обнаруженные вещи и документы следователь предъявляет понятым, обращая их внимание на место обнаружения, наличия тайников, маскирующих объектов и т. п. Изымаемое предъявляется также обыскиваемому и. представителю администрации при производстве обыска в служебном помещении.
В протоколе должно быть указано, добровольно выданы предметы и документы или изъяты принудительно, в каком именно месте и при каких обстоятельствах они обнаружены. Все изымаемое перечисляется в протоколе или в прилагаемой описи с точным указанием количества, меры, веса или индивидуализирующих признаков (например, номеров), по возможности стоимости вещей (ст. 176 УПК РСФСР).
В соответствии с требованием закона (ч. 5 ст. 170 УПК РСФСР) следователь обязан принимать меры к тому, чтобы не были оглашены обстоятельства интимной жизни лица, занимающего данное помещение, или иных лиц. В порядке принятия таких мер следователь, руководствуясь ст. 139 УПК РСФСР, может предупредить всех присутствующих при обыске лиц о недопустимости разглашения сведений, ставших им известными в результате обыска, и отобрать у них подписку с предупреждением об ответственности по ст. 310 УК РФ (разглашение данных предварительного следствия).
Порядок производства личного обыска. Личный обыск осуществляется в соответствии с теми же статьями УПК и на него распространяются все положения, которые рассматривались выше. Вместе с тем, если в ходе обыска у следователя возникнут обоснованные подозрения, что кто-то из находящихся в помещении лиц скрывает при себе предметы или документы, значимые для дела, следователь вправе произвести личный обыск такого лица, вынося для этого отдельное постановление. Предварительно лицу, по общим правилам производства обыска, предлагается добровольно выдать искомое. Принудительно обыск может проводиться только лицами одного пола с обыскиваемым в присутствии понятых того же пола. Если дело касается обыска лежачего больного и его постели, лица, на теле которого имеются медицинские повязки, наложен гипс и т. п., то необходимо присутствие врача.
Личный обыск может осуществляться также при задержании и при заключении лица под стражу.
Повторный обыск. Уголовно-процессуальный кодекс не запрещает производство повторного обыска в том же месте и у тех же лиц, но как исключение и при наличии веских к тому оснований. Такими основаниями могут стать сведения о необнаруженных тайниках, что разыскиваемые объекты, ранее отсутствовавшие в месте обыска, в настоящее время туда доставлены. . :
Групповой обыск — это проведение нескольких обысков по одному делу, у разных лиц, в разных местах в одно и то же время. Применяемый при расследовании деятельности преступных структур, этот обыск создает эффект внезапности и часто приводит к положительным результатам. Цель группового обыска определяется задачами, которые ставит перед собой следственная группа. Объекты поиска в значительной мере зависят от специализации преступного формирования (в сфере экономики, в сфере банковской деятельности, общеуголовная преступность — бандитизм, вымогательство, разбой, грабеж, кражи, похищение человека и т. п.). ,
На повторный и групповой обыск распространяются все положения закона о порядке производства обыска (см. таблицу 1).




Таблица 1


§ 2. Подготовка к обыску

Принятие решения о производстве обыска и его обоснование требуют наличия определенной информации. В процессе подготовки к обыску объем этой информации должен быть существенно увеличен при помощи как следственных, так и оперативных действий. Собираемая при этом информация должна касаться, как минимум, трех категорий сведений: а) о личности обыскиваемого и окружающих его лицах; б) об искомых объектах; в) о месте (местах), где предстоит проводить обыск.
В отношении личности обыскиваемого должны быть получены такие установочные данные, как фамилия, имя, отчество, год рождения, семейное положение, образование, профессия, место работы, наличие (отсутствие) судимости. Немаловажное значение имеет и то обстоятельство, кем данное лицо является в расследуемом деле: обвиняемый или его родственник, знакомый, сосед, товарищ по работе, по совместному проведению свободного времени и т. п. В зависимости от указанных обстоятельств следователь вправе рассчитывать на добровольную выдачу искомого или, наоборот, отказ. С учетом этого будет строиться тактика как подготовки, так и проведения обыска, определяться состав участников и количество лиц в группе. Например, ожидается активное противодействие, вплоть до физического сопротивления, или обыскиваемому безразлична судьба обвиняемого.
Выяснить надо не только точный адрес места обыска, но и данные о том, где действительно проживает обыскиваемый, состав его семьи, наличие близкой подруги, друга, родителей, всех тех мест, где он может укрыться сам или спрятать вещи, документы, интересующие следствие. Представляют интерес и данные о лицах, проживающих по соседству, их отношение к обыскиваемому, возможность получить от них ориентирующую информацию. Известны случаи, когда соседи сообщали данные о реконструкции помещений в квартире обыскиваемого, о его действиях на садовом (дачном) участке, где и были обнаружены тайники.
Особенно важно как можно более полно выявить связи обыскиваемого: с кем он дружит, кто его посещает, кого посещает он, с кем проводит свободное время. Из этого вытекает характеристика самого обыскиваемого: общительность или замкнутость, взаимоотношение с окружающими, сослуживцами, товарищами по работе. Важным элементом такой характеристики является профессия обыскиваемого, его навыки, действительный род занятий в настоящее время, манера проводить свободное время, склонности, интересы.
Все эти сведения должны быть использованы для построения версий о том, где, у кого, в каком месте (местах) могут находиться искомые объекты; какие и где могли быть сооружены тайники, какие профессиональные навыки обыскиваемого или его друзей могли быть для этого применены; кто из окружения может располагать информацией об искомых объектах.
Имея в виду необходимые меры безопасности, требуется установить, есть ли в планируемом месте обыска огнестрельное или холодное оружие, получено ли на него разрешение или оно хранится нелегально.
Сведения об искомых предметах должны формироваться с учетом вида этих объектов: орудия преступления, оружие, предметы, документы, скрывающееся лицо, труп, его части, биологические составляющие человека.
В отношении орудий преступления, предметов, вещей, документов должны быть получены сведения, включающие: наименование предмета и его назначение, родовые (видовые) признаки: форма, размеры, материал, цвет, запах; индивидуализирующие признаки (номера, характерные признаки эксплуатации, дефекты и т. п.). Важным является знание, хотя бы приблизительно, количества предметов (в том числе однородных), которые предстоит искать (оружие, ценности, валюта, похищенное имущество и т. п.).
С учетом характеристики объекта должны строиться версии, где, в каком месте может быть спрятан данный (или подобный ему) предмет, разбирается ли он на части (оружие, транспортное средство), может ли быть изменена его форма, размеры, внешний вид.
Знание предмета и его природы должно учитываться при обнаружении следов, возникающих в результате уничтожения самого предмета (сожжение, переплавка, уничтожение в концентрированной кислоте, и т. п.).
Источниками получения приводимых выше сведений являются материалы уголовного дела (показания свидетелей, потерпевших, заключения экспертов, протоколы осмотров и фотоснимки, имеющиеся в деле), иные документы, подтверждающие реальное существование предметов, которые предстоит искать: паспорт на данную вещь, товарный ярлык, чек, квитанция, счет. Следователю могут быть представлены аналогичные вещи. Для получения данных о специфических объектах используется консультация специалиста. Часть сведений получают оперативным путем.
Если объектом поиска является разыскиваемое лицо или труп (его части), то выясняются такие, сведения, как: описание внешнего вида человека (трупа), включающее анатомические признаки (пол, возраст, рост, телосложение, признаки лица (головы), особые и броские приметы); сопутствующие объекты, которые обычно имело при себе разыскиваемое лицо.
Эти сведения могут быть получены из материалов дела, медицинских документов, фотоснимков и видеозаписей, а также из оперативно-розыскных данных и криминалистических учетов.
Сведения о месте (местах), где предстоит проводить обыск. Этот круг сведений также дифференцируется в зависимости от того, что собой представляет обыскиваемый объект.
Если это здание, служебное помещение, квартира, гараж, надворные постройки и т. п., то должны быть установлены точный адрес строения, его назначение, расположенность, планировка.
Если обыскивается гараж, надворные постройки, жилой дом в сельской или дачной местности, то выясняются также близлежащие ориентиры, подступы к объекту, возможность приблизиться незаметно.
В отношении жилых и служебных помещений надо установить количество комнат, окон, дверей, куда выходят окна, наличие подсобных помещений, подвалов, чердаков, балконов, не являются ли балконы общими с соседней квартирой (квартирами).
Эти данные есть в документации на строение, имеющейся в Бюро технической инвентаризации каждого района. Можно заранее осмотреть аналогичные помещения (например, квартиру двумя-тремя этажами выше или ниже, или аналогичную квартиру в другом корпусе). Могут быть опрошены соседи, лица из аналогичных домов, или работающие в таких же помещениях, где планируется провести обыск.
Помимо указанных сведений общего характера, необходимы и более конкретные данные с учетом места предстоящего обыска: количество лиц, проживающих (работающих) в данном помещении, распорядок их дня, вид запоров на дверях, наличие сигнализации, домофонов, телефона, есть ли в доме (во дворе) сторожевая или служебная собака.
Желательно иметь сведения о количестве, виде и расположении мебели в квартире (оборудования на предприятии), виде освещения, достаточности его для производства обыска.
Если обыск будет проводиться на открытой местности, то следователю предстоит установить: что представляет собой эта местность, является ли она служебной территорией или находится в частной собственности (приусадебный участок, сельский двор); имеются ли строения на этой территории, их предназначение, огорожена ли территория, каковы к ней подъезды и подходы.
Так как в качестве тайников могут быть использованы самые разные устройства, то целесообразно собрать сведения о том, есть ли на данной территории какие-либо канавы, ямы (в том числе засыпанные), кучи мусора, перегноя; не складировались ли на территории какие-либо материалы (строительные материалы, удобрения и т. п.).
С учетом того, что при обыске могут потребоваться раскопы, желательно установить, каков характер грунта на данном участке местности.
Все эти сведения могут быть получены из поземельных планов, имеющихся в местном муниципальном органе, путем опроса соседей, ознакомления с протоколом осмотра (если он проводился).
Собрав все необходимые сведения, следователь планирует обыск. Этот этап включает в себя как составление реального плана, который уточняется и дополняется по прибытии на место, так и ряд подготовительных действий, предшествующих обыску (см. таблицу 2).
Эти действия заключаются в уточнении и конкретизации задач обыска: какие объекты станут его предметом; их количество, групповые и индивидуализирующие признаки; в каких местах с учетом характеристики объекта они могут быть спрятаны.
Определяется время производства обыска. Обычно для этого стараются выбрать утренние часы (7—8 час.). Во-первых, в это предрабочее время, как правило, дома находится обыскиваемый или кто-либо из совершеннолетних членов его семьи; во-вторых, обыск лучше начинать с утра, со свежими силами, так как это следственное действие изнуряет его участников и физически, и психологически. Поэтому планируется не только время начала, но и приблизительная длительность обыска, с учетом характера места его проведения, сложности предстоящего поиска, имеющихся в распоряжении следователя сил и средств.
День проведения обыска выбирается с учетом следственной ситуации. Общее правило на этот счет гласит, что обыск надо проводить, как только станет очевидным его необходимость и обоснованность. Вместе с тем бывают и такие ситуации, когда с учетом оперативных данных следует дождаться определенного благоприятного момента (доставка на место партии оружия, наркотиков, иных предметов; появление разыскиваемых лиц и т. п.). В любом случае обыск должен быть внезапным.
С учетом места проведения обыска, искомых объектов и приблизительного объема работ определяется количество участников и роль каждого из них, о чем уже говорилось ранее. Здесь целесообразно рассмотреть вопросы реального формирования группы.
Подбор понятых осуществляется с учетом места и времени обыска. Если его предстоит проводить в ночное время или в отдаленном месте, то понятых берут с собой. В иных случаях следователь должен располагать информацией, можно ли будет найти на месте понятых, не заинтересованных в исходе дела. Во всех случаях это должны быть люди без физических недостатков, затрудняющих восприятие, знающие язык, с применением которого будет проводиться обыск.






Таблица 2


Очень важно определить количественный состав оперативных сотрудников с учетом обеспечения безопасности участников обыска, необходимости наблюдения за обыскиваемыми, возможности выделить оперативным сотрудникам самостоятельные участки для обыска. Крайне желательно, чтобы среди них были лица, обладающие опытом проведения обысков, имеющие склонность к поисковой работе.
Если предполагается проведение личных обысков, то в состав оперативной группы должны быть включены лица обоего пола (это относится и к понятым).
Наряду с оперативным составом в группу могут быть включены сотрудники милиции. Они охраняют двери, наблюдают за окнами, в особенности в момент проникновения группы обыска, когда преступники нередко пытаются выбросить компрометирующие их объекты в окно. С учетом искомого и места поиска решается вопрос о специалисте. В качестве специалистов-криминалистов привлекаются сотрудники экспертно-криминалистических подразделений, органов внутренних дел. Специалисты-взрывники могут быть вызваны из войсковых соединений. При проведении обыска на предприятии в качестве специалиста привлекают лицо, работающее на аналогичном предприятии.
При определении состава группы следователь должен предусмотреть, при необходимости, и присутствие технических помощников.
На стадии подготовки к обыску должно быть определено, какие технические средства для обнаружения и фиксации искомого следует взять, кто будет осуществлять эту фиксацию, какие поисковые приборы необходимы и имеются ли они в наличии; какой потребуется транспорт — как для прибытия и убытия с места обыска, так и для перевозки изъятого.
Отличительной особенностью группового обыска является его одномоментное синхронное поведение в нескольких местах (в один день, в одни часы, с проникновением в помещение с точностью до минут). Поэтому требуется не только готовность к обыску в каждом месте по схеме, изложенной выше, но и разработка общего плана. Этот план должен предусматривать количество и состав оперативных групп, средства связи между группами обыска, транспорт для всех групп.
На заключительном этапе подготовительной стадии (иногда это делается непосредственно перед выездом на обыск) следователь инструктирует всех участников, чтобы по прибытии на место каждому было ясно, чем он должен заниматься. Это касается способа проникновения в помещение, охраны места обыска и задержания находящихся там лиц, принятия мер к сохранению на месте обыска обнаруженных следов, связи между участниками обыска, условных знаках, репликах. Если предстоит групповой обыск, то еще раз уточняется связь между группами, проверяются коротковолновые радиостанции.

§ 3. Общие положения тактики обыска

Тактика производства обыска складывается из четырех стадий: подготовительной, обзорной, детальной и стадии фиксации результатов обыска. В свою очередь каждая из этих стадий характеризуется комплексом тактических приемов, призванных обеспечить успех обыска.
Подготовительная стадия заключается во внезапном проникновении следственно-оперативной группы на объект обыска и в проведении ряда неотложных действий. С этой целью принимают меры, обеспечивающие незаметность прибытия группы: оставляют транспорт вне поля видимости из окон обыскиваемого помещения, подходят к дому и входят в него поодиночке или небольшими группами (2—3 человека). Следователь сразу же организует наблюдение за окнами и за вторым выходом (если таковой имеется).
Для того чтобы попасть в квартиру, прибегают к помощи лица, известного проживающим: представитель ЖЭКа, слесарь-сантехник и т. п. Проникновение в квартиру может быть приурочено к выходу из нее кого-либо. В тех случаях, когда дверь долго не открывают, следователь оповещает о принудительном вскрытии квартиры и дает указание вскрыть ее, руководствуясь ст. 170 УПК РСФСР. Когда есть сведения, что преступник вооружен и может оказать сопротивление, проводятся специальные комбинации (силами ОМОНа, СОБРа) по обеспечению безопасности и разоружению лица (лиц), находящегося на месте обыска.
После принятия мер безопасности входить в помещение необходимо всей группе сразу, включая понятых. Это позволит им воспринимать действия с самого начала, в том числе и попытки обыскиваемого оказать сопротивление.
Если помещение окажется открытым и пустующим, следователь приступает к обыску в присутствии представителя ЖЭКа или местного органа управления.
Войдя в помещение, следователь предъявляет обыскиваемому свое служебное удостоверение, знакомит с постановлением и предлагает удостоверить этот факт своей подписью. Одновременно он поручает оперативным сотрудникам милиции быстро осмотреть все помещение, установить, кто в нем находится, не дать им скрыться или предпринять меры по сокрытию либо уничтожению искомого, собрать всех присутствующих в одном месте и наблюдать за ними.
Обзорная стадия включает обход следователем всего помещения или участка местности, подлежащего обыску. Он непосредственно знакомится с обстановкой места обыска: количество и расположение комнат, наличие антресолей, чуланов, встроенных шкафов, надворных построек, подсобных помещений и т. п. С учетом этого он уточняет окончательный вариант плана, очередность поиска, закрепляет самостоятельные участки за оперативными сотрудниками, принимает решение об использовании технических средств (каких, где, в какой последовательности), намечает версии о наиболее реальных местах нахождения тайников и определяет, какие участки он будет обыскивать сам. В этой стадии следователь уточняет у обыскиваемого, какие помещения и хранилища используются им лично, а какие — членами его семьи. При обыске в служебном помещении аналогичные вопросы выясняются в отношении обыскиваемого и сослуживцев. Порученные данные тут же проверяются путем опроса других присутствующих лиц.
Следователь предлагает обыскиваемому выдать ключи от хранилищ, предупреждая о возможности принудительного проникновения в них.
В этой же стадии, после обхода помещений (местности), следователю предстоит решить ряд организационных вопросов. Они касаются необходимости привлечения дополнительного числа оперативных сотрудников, специалистов, технических помощников; доставки технических средств. С учетом трудоемкости предстоящей работы следователь устанавливает перерывы на отдых, прием пищи. Общие тактические приемы детальной стадии обыска. Тактика детальной стадии может строиться по-разному. Существует прием последовательного обыска, когда методично изучается вся площадь. Для этого выбирают направление, гарантирующее от пропусков (по часовой стрелке, по линиям определенных полос, на которые разбивается территория). При значительной площади последовательный обыск требует сил двух групп, двигающихся навстречу друг другу.
Выборочный поиск осуществляется на отдельных участках территории или местах площади здания при наличии достаточных оснований предполагать, что искомое находится именно в данном месте. Если основанием являются показания свидетелей, потерпевшего, имеющиеся в деле, то выборочный поиск можно начинать незамедлительно. Если сведения получены оперативным путем, то приближаться к месту выборочного поиска следует постепенно, чтобы не раскрыть источник информации.
Выборочный поиск возможен и при наличии демаскирующих признаков: свежевскопанная земля, пожухлые растения на ограниченном участке, свежеоклеенный участок стены и т. п.
Если выборочный поиск не дал результатов, то приступают к последовательному обыску.
Частичное обследование применяют при отыскании специфических объектов: людей, животных, крупногабаритных объектов.
Тактический прием обследования без нарушения цельности объекта состоит в измерении, прощупывании, прокалывании, исследовании с помощью поисковых приборов. Так, измерение комнаты по периметру и сопоставление полученных данных с наружными промерами дает возможность установить наличие фальшивой стенки, используемой для создания хранилища (тайника). В ходе такого обследования сопоставляются между собой, например по весу, аналогичные объекты, что может позволить обнаружить в них искомое.
Тактический прием обследования с частичным разрушением объекта осуществляется лишь при наличии достаточных оснований полагать, что только так может быть найдено искомое. Сюда входят, взлом стены, отклейка обоев, поднятие паркета (досок пола), распарывание мягкой мебели и одежды, раскопка грунта и т. п.
Запоры и замки в этой стадии вскрываются только после отказа обыскиваемого открыть их.
Важными в тактическом отношении являются систематичность и аккуратность поиска. Прежде всего это означает предельную внимательность при обыске, его целенаправленное проведение, способность не отвлекаться. Осмотренные вещи должны быть помещены на свое место, чтобы не загромождать помещение и не дезориентировать, что уже обыскано, а что нет. Отобранное при обыске должно сноситься в одно охраняемое место для детального осмотра (с дополнительным освещением, столом, техническими средствами осмотра и предварительного исследования).
Чтобы ничего не пропустить, целесообразно на схеме помещения отмечать участки, подвергнутые обыску.
Следователь, как руководитель, обыска, может быть и его исполнителем в составе одной из групп. Если помещение (территория) обширно и обыск производится несколькими группами, то в задачу следователя входит постоянный контроль и координация их деятельности.
Важное значение должно быть уделено тактике наблюдения за обыскиваемым, его поведением, реакцией на действия обыскивающих [228 Более подробно психологические особенности поведения обыскиваемого, как и иные психологические аспекты обыска, рассмотрены далее, в § 4 данной главы. ]
.
К тактическим приемам относится и способ обмена информацией между обыскивающими и манера их поведения. Приемы обмена информацией жесты, реплики, условные фразы оговариваются заранее, чтобы посторонние лица их не поняли.
Поведение должно быть ровным, бесстрастным, без видимой реакции на провокационные реплики и действия обыскиваемого. Это влияет угнетающе и на обыскиваемого, и на близких ему лиц. В сочетании с методичностью поиска такое поведение способно создать атмосферу неотвратимости тех результатов обыска, которых они боятся. Внешняя бесстрастность и деловитость должны демонстрироваться и при обнаружении тайника, изъятии из него содержимого, и предъявлении понятым.
Основные признаки и обстоятельства, указывающие на целесообразность изъятия или тщательного исследования конкретных обнаруженных предметов, сводятся к следующим [229 См.: Ратинов А.Р. Обыск и выемка. М.,1961. С.124—125.]
:
1. Попытки заинтересованных лиц спрятать или уничтожить предмет, отвлечь от него внимание следователя. Проявление особой, нервозности при осмотре этого предмета.
2. Сомнительные объяснения обыскиваемых по поводу осматриваемого предмета (о его происхождении, времени приобретения, о его свойствах).
3. Подозрительное сочетание предметов, обнаруженных на месте обыска.
4. Несоответствие характера и назначения найденных предметов личности обыскиваемого, его общественному статусу, культурному уровню.
5. Другие признаки, свидетельствующие о том, что найденные вещи не принадлежат обыскиваемому.
6. Подозрительный способ хранения предмета (в тайнике, замаскировано под другой предмет).
7. Необычные свойства предмета, неизвестность его назначения.
8. Если задача обыска—- обнаружить следы преступления (следы крови, выделений человека, следы орудий преступления), отбираются предметы с подозрительными пятнами, предметы, на которых могли остаться следы, и т. п.
Если цель обыска состоит в изъятии документов, то их характер определяется видом преступной деятельности (в сфере экономики, в сфере банковской деятельности, в сфере налогообложения и т. д.).
Для снятия информации с персонального компьютера привлекается специалист.
Среди прочих тактических приемов необходимо обратить внимание на целесообразность просмотра, а возможно, и изъятия фото - и видеофиксаций различных событий из жизни обыскиваемого — для установления круга его связей, встреч с определенными людьми, фактов биографии.
§ 4. Технология обыска

В психологических основах обыска сочетаются две противоположные формы деятельности: работа следователя по поиску и обнаружению объектов, имеющих значение для дела, и действия (стремления) обыскиваемого, направленные на то, чтобы воспрепятствовать обнаружению этих объектов.
Доминировать должна психологическая установка следователя. На основе информации, полученной как процессуальным, так и оперативным путем, на основе анализа обстановки места обыска и личных наблюдений следователь моделирует психологический облик обыскиваемого и, учитывая его установки, склонности, навыки, стремится определить, где и как в данной обстановке он может скрывать искомые объекты.
Например, до производства обыска в семье должны быть получены и проанализированы сведения: 1) о психологическом облике обыскиваемого и членов его семьи, особенно о степени их самообладания; 2) об уровне культуры обыскиваемого и членов его семьи, об интересах, привычках; 3) о профессиях как основных, так и побочных, о хобби; 4) об образе и распорядке жизни; 5) о том, к кому наиболее расположен обыскиваемый, кто, кроме него, может знать о наличии тайников;
6) кто из обыскиваемых менее других владеет собой и может стать объектом особо пристального наблюдения при обыске (если он знает, где спрятано похищенное).
Важно правильно представить психологический портрет обыскиваемого для решения вопроса о месте и способе сооружения тайника. Чаще всего преступник выбирает для тайника такое место, которое кажется ему надежным с позиции его профессии, жизненного опыта, привычных представлений. При этом конструкция и качество исполнения тайника определяются профессиональными или любительскими навыками прячущего. Главное внимание лицо направляет на то, чтобы замаскировать тайник. Для этого выбор места и способа хранения производится с учетом не только габарита и иных свойств предмета, но и главным образом необычности этого места, способа. Так, в расчете на естественную брезгливость преступники и их соучастники упаковывают предметы, оружие, ценности в непромокаемый материал и: помещают их в помойки, выгребные ямы, дворовые уборные, в грязное белье и т. п.
Нередко вещи скрывают таким образом, что, оставаясь спрятанными, они находятся на виду. Например, золото, драгоценные камни, ювелирные изделия упаковывают в полиэтиленовые мешочки и помещают в банки с вареньем, стоящие на полке, подоконнике, в чулане.
Для того чтобы скрыть тайники и утомить тех, кто производит обыск, деморализовать их "неудачами", преступники и их соучастники прибегают к сооружению ложных тайников и фабрикации их внешних признаков. Например, вбивают свежие гвозди на ограниченном участке пола, делают ложную "заплатку" из обоев и т. п. Преступники, знающие о наличии поисковых приборов, используют для сокрытия, например, не металлическую коробку, а деревянную, пластмассовую и т. п.
Участники преступной группы нередко сооружают единообразные тайники, прячут оружие, деньги, вещи, наркотики, подражая друг другу. Это важное психологическое обстоятельство должно учитываться при проведении обысков, в том числе групповых, у членов преступных сообществ.
В любом случае следует исходить из того, что преступник, предполагая возможность обыска, основательно к нему подготовился.
Психология поиска включает в себя умение моделировать действия преступника, а также формирование у обыскиваемого твердой установки, что целенаправленная, планомерная, методичная деятельность следователя увенчается успехом, т. е. все объекты, имеющие значение для дела, будут найдены.
Вступив в контакт с обыскиваемым, следователь проверяет свое представление о нем и пополняет его личными наблюдениями. От того, как держит себя обыскиваемый, как он реагирует на появление следственно-оперативной группы, в какой форме и какие чувства проявляет, зависит решение следователя о выборе тактики обыска, о том, кого из членов семьи или иных присутствующих следует оставить, за кем следует наблюдать особо и т. п.
Таким образом; первая психологическая конструкция, с учетом которой создается система поиска, — это способность следователя воссоздать (смоделировать) психологические портреты обыскиваемых и умение совмещать поиск с анализом их поведения. Вторая психологическая конструкция основывается на неослабном наблюдении как следователя, так и его помощников за обыскиваемыми. В задачу такого наблюдения входит: а) предотвратить нападение на должностных лиц, осуществляющих обыск; б) не допустить уничтожения обыскиваемыми каких-либо предметов, документов, ценностей; в) замечать реакции обыскиваемых на различные ситуации в ходе обыска.
Многолетней практикой производства обысков отмечено, что приближение следователя к тайнику вызывает у лиц, знающих о тайнике, определенную реакцию, которая во многом зависит от склада характера субъекта, от типа и состояния нервной системы. В одних случаях, наблюдается заметная скованность движений, в других— проявления реакций вегетативной нервной системы: бледность, краснота, выступание пота, частое сглатывание слюны и т. п. Возможна судорожная подвижность пальцев, тряска ноги, постукивание каблуком (носком) обуви по полу, постукивание пальцами руки, неотрывный взор в одну точку, находящуюся в стороне от тайника.
Разумеется, есть люди, хорошо владеющие собой и способные скрыть волнение. Однако не всегда это делается удачно. Так, лицо, державшее себя до определенного момента корректно и уважительно, начинает вымученно позевывать, потягиваться, посматривать на часы, изображать из себя уставшего и скучающего человека.
Достаточно часто обыскиваемые пытаются отвлечь внимание, сбить с "маршрута" поиска.
Варианты подобных попыток могут быть самые разные: внезапно возникшие вопросы к следователю и его помощникам; отвлекающие разговоры, анекдоты; активные действия с видимым "желанием" помочь следователю (открытие дверок шкафа, извлечение из него ящиков с бельем, снятие вещей с антресолей).
Попытки вывести следователя из душевного равновесия могут выражаться в отталкивании его от двери, окна, детской коляски, постели больного; истерические выкрики, оскорбления, обвинения; вырывание из рук следователя взятых им предметов, документов. Целью подобных действий является: а) сорвать психический настрой обыскивающих на спокойный, планомерный обыск; б) спровоцировать ответную реакцию с тем, чтобы впоследствии использовать это как мотив для жалоб, для отвода следователя и т. п.
Наблюдение за реакциями обыскиваемых должно быть неослабным, но в то же время незаметным. Главная задача — уловить резкие переходы от одного психологического состояния к другому и с учетом этого уточнить то место, приближение к которому вызывает тревогу обыскиваемого. При этом надо учитывать возможность симуляции тревоги с целью привлечь внимание следователя к участку, где ничего не спрятано. Подобная тактика имеет целью утомить следователя и его помощников бесплодными поисками, создать у них мнение об отсутствии тайников.
В психологическом плане могут быть использованы поисковые приборы. Практике известны случаи, когда сам их вид и манипуляции с ними побуждали обыскиваемых к выдаче спрятанных объектов. Целесообразно информировать обыскиваемого о свойствах прибора, убедить его в том, что все будет найдено, и затем повторно предложить добровольно выдать искомое.
Обобщение практики обысков, учитывающих психологию прячущего, позволило выработать определенные тактические приемы применительно к обыскам, проводимым: в помещениях, на открытой местности, при поиске живых лиц, трупов и т. д.
Обыск в помещении. Для обнаружения тайников под поверхностью пола обращают внимание на признаки вскрытия плинтусов, наличие вмятин между досками от инструмента, использованного для их извлечения (стамеска, долото, гвоздодер); отсутствие "пазовой грязи" между досками (паркетинами), наличие свежевбитых гвоздей, различие в оттенках покраски, признаки перестилания линолеума или его части. Такие участки исследуют с применением лупы, простукивают, используют металлоискатель.
Специально устроенные в стенах тайники устанавливают по следующим признакам: значительное отличие по толщине одной из стен от остальных, устанавливаемое путем обмера помещения снаружи и изнутри; различие в покраске и штукатурке стен, отличие материала, использованного для изготовления стены, от материала других стен; следы, указывающие на повторное крепление или замену облицовочных плиток.
При исследовании подобных участков их простукивают, причем удары, наносимые со значительной силой по кирпичной кладке, могут вызвать сдвиг кирпича внутрь тайника. При необходимости подозрительные места проверяют тонким длинным сверлом, продалбливают стамеской или шлямбуром, используют металлоискатель.
Особенно тщательному осмотру подвергают участки стен за картинами, мебелью, трюмо; пространства под подоконником, за отопительными приборами, участки стен под обшивкой дверных коробок и оконных проемов. Вскрытие должно производиться только при наличии достаточных оснований и с наименьшими повреждениями.
Для установки наличия хранилищ в санитарно-техническом оборудовании, вентиляционной и отопительной системах осматривают внутренность водосливного бачка, пространство под ним и за ним, пространство за радиаторами отопления и под ними, состояние вентиляционных каналов, дымоходов, мусоропроводов; полости в печах, пространство за ними, пол под железным листом, прибиваемым перед топкой печи.
При осмотре лестниц и лестничных клеток проверяют прочность крепления ступеней, перил, балясин; крепление их способом, отличным от крепления других аналогичных частей.
При обыске в подвалах, погребах измеряют внутренние и наружные размеры для установления с учетом толщины фундамента и стен несоответствия, вызванного сооружением тайника. Обращают внимание на места с отсутствием грязи, паутины на фоне общей загрязненности. О наличии тайника может свидетельствовать свежая кирпичная кладка, выявление менее плотных участков земляного покрытия. Овощи, хранящиеся в погребах, перемещают и зондируют участки, где они ранее находились. Может потребоваться снятие верхнего слоя земли. На чердаках обследуют засыпки, осматривают периметры стропил. Особое внимание обращают на карнизы в местах соединения обрешетки крыши и чердачной поверхности.
Обыск мебели и других предметов, находящихся в жилых и подсобных помещениях. При осмотре мебели обращают внимание на следы свежей покраски, ремонта крепежных деталей, признаков снятия и повторной установки декоративных украшений, накладок, планок и т. п. Особое внимание обращают на скрытые части мебели: поверхности, обращенные к полу, стене, потолку; внутренние части, полые части ножек, спинок кровати. В ходе осмотра мягкой и полумягкой мебели ее прощупывают, прокалывают тонкой спицей.
С учетом характера и габаритов отыскиваемых предметов может быть осмотрена одежда, висящая в шкафах, содержимое карманов, прощупывание подкладки, швов и т. д.
При поиске документов, ценностей, оружия осматривают книги. Каждая книга перелистывается, изучается обложка и корешок. Осмотру подвергаются пустоты музыкальных инструментов, телевизоров, радиоприемников, магнитофонов, пылесосов, напольных и настенных часов, иных средств бытовой техники. Проверяется кухонная и столовая посуда, в том числе емкости с сыпучими продуктами, контейнеры с овощами, банки с вареньем, солениями и т. п. Исследуется содержимое мусорного ведра, емкости с грязным бельем и т. п. Осматриваются детские игрушки, в особенности полые. Они встряхиваются, прокалываются, разъединяются. Исследуются также осветительные электроприборы, чемоданы, сумки, футляры, коробки, ящики; кастрюли с пищей, в том числе стоящие на огне.
Обыск личных гаражей и автомашин желательно осуществлять с участием специалиста-автотехника. В личном гараже, где может храниться не только транспортное средство, но и бытовые вещи, обыск проводится так же, как и в жилых (подсобных) помещениях.
При осмотре транспортного средства исследуют как обычные места хранения (багажник, ящик в передней панели), так и скрытые полости (за обшивкой двери, за спинкой заднего сиденья, под сиденьем, под ковриками, за бензобаком, под запасным колесом и т. п.). Обивку прощупывают с прокалыванием спицей, так же обследуют потолок. Поиск ведется с учетом вида и габаритов искомого предмета. В практике имел место случай, когда водитель надрезал камеру запасного колеса, поместил туда ценности, после чего заклеил камеру, смонтировал колесо и накачал его.
Обыск в служебных помещениях осуществляется незамедлительно, как только появятся основания, поскольку их доступность для многих лиц может способствовать умышленному или нечаянному уничтожению искомых объектов.
С учетом размеров обыскиваемого помещения может быть одновременно задействовано несколько групп, работающих в разных местах. Особое внимание при этом уделяют наблюдению за обыскиваемыми и пресечению контактов. Кроме того, учитывают характер работы и границы рабочего места обыскиваемого: кабинет, стол, шкаф, станок, инструментальный ящик, полки и т. п. Если обыскивается производственное помещение, желательно привлечь специалиста. В ходе обыска может возникнуть необходимость проверки весов, измерительных приборов, проверки на радиоактивное излучение и т. п. Такие действия осуществляют в ходе следственного эксперимента, осмотра как самостоятельных следственных действий. Об их производстве выносится постановление, а сами действия — протоколируются. О проведении подобных действий (осмотр, эксперимент) делается отметка в протоколе обыска в качестве основания для изъятия проверенного объекта.
Обыск на открытой местности (приусадебный участок, садовый участок, огород, хозяйственный двор и т. п.), находящейся в собственности или пользовании определенного лица или организации, осуществляется поочередно на отдельных, сравнительно небольших участках, на которые разбивается вся территория. Границами таких участков могут быть естественные рубежи (грядки, тропинки, ограждения) или искусственно созданные (вешки, натянутая веревка, флажки и т. п.).
При обыске на каждом участке используют визуальное наблюдение и приборы (металлоискатель, трупоискатель, щуп). Визуальное наблюдение позволяет установить такие признаки, которые могут являться результатом захоронения: отличие верхнего слоя земли от почвы на окружающих участках (повышенная рыхлость, бугристость или следы оседания, цвет почвы, состояние растительности, ее цвет и т. п.); грунт на траве, следы перетаскивания, волочения; предметы, которые могут быть истолкованы как знаки (метки) хранилища; неоправданное перемещение каких-либо предметов (стройматериалов, тары и т. п.); посадка, саженцев, деревьев, не диктуемая необходимостью.
Наряду с этим обследуются колодцы, мусорные и выгребные ямы, бочки с водой, кучи удобрений, песка и иные объекты, способные быть местом захоронения искомого.
При обнаружении тайника наряду с изъятым объектом целесообразно взять образцы окружающей его среды. Это позволит при необходимости доказать местонахождение тайника.
Обыск с целью обнаружения человека (спрятавшегося или похищенного). Если обыск осуществляется для обнаружения прячущегося лица, то следует учитывать возможность оказания им сопротивления и привлекать к обыску группу захвата. Желательно использовать служебно-розыскную собаку. Необходимо принять меры к охране обыскиваемого помещения (территории), так как лицо может скрыться в ходе обыска.
До начала обыска устанавливают личность каждого присутствующего, чтобы определить, нет ли среди них разыскиваемого. Осмотру подвергают все укромные места помещения (чуланы, подполы, чердаки), а также крупную мебель (шкаф, сундук и т. п.). Тайники обнаруживают по тем же признакам, что и при обыске помещения. Особое внимание обращают на поиск лаза в тайник. Он может быть сделан под крыльцом дома, под железным листом у печи, в стенке погреба или подпола.
На дворе исследуются сараи, голубятни, поленницы дров, штабеля строительного материала. Обращают внимание на возможные следы пребывания: остатки пищи, окурки, импровизированная постель (в сарае, подвале, подполе и т. п.).
Обыск с целью обнаружения трупа. Если обыск производится на открытой местности (во дворе, на приусадебном участке, на огороде) или в подвале (подполе) с земляным покрытием, то применяются те же технологические приемы, что и при обыске на открытой местности:
зондирование (в т. ч. трупоискателем), бурение, "водяные пробы" грунта. Поиск в колодце, надворных уборных, выгребных ямах проводят с помощью багров, водоемах — с помощью трала. Положительный результат дает металлоискатель, если на теле (в одежде) трупа имеются металлические объекты (связки ключей, нож, огнестрельное оружие и т. п.). К поиску может быть привлечена и служебно-розыскная собака.
При подозрении на то, что труп расчленен, принимают меры к "тщательному розыску следов расчленения. В жилых помещениях это могут быть замытые следы крови, затеки крови в пазы (щели) пола, под плинтуса; мельчайшие кусочки мышечных и костных тканей. В ванных комнатах проверяются сливы в поисках волос и т. п. Осматриваются мебель, на которой могли остаться следы от брызг крови.
Если есть информация, что убитого или его одежду сожгли в печи, топочном котле, то изымается содержимое топок, в том числе и то, что было выброшено ранее.
Личный обыск. При личном обыске прежде всего изымают предметы, которые могут быть использованы для нападения, а также различные жидкости, порошки, табак. Отбираются не только предметы, которые изобличают преступника, но и те, назначение которых неясно.
Обыскивая одежду, начинают с карманов. Далее обследуют двойные слои ткани (воротники, лацканы, полы, пояс брюк), где могут быть спрятаны документы, драгоценные камни, наркотики, крупные купюры денег.
В головных уборах могут быть скрыты как объекты, указанные выше, так и более массивные: золотые изделия, оружие, орудия преступления. Для их обнаружения применяют прощупывание, подпарывают подкладку, отделяют мех.
В обуви могут быть спрятаны драгоценные камни, документы, наркотики. Для этих целей используют полости в каблуках, места под стельками, в заднике обуви.
Как хранилища малогабаритных объектов могут быть использованы дамские сумки, портфели, дипломатки, хозяйственные сумки, портсигары, зонты, трости, часы.
При обыске обнаженного тела осматривают волосы, ушные раковины, полость рта, зубной аппарат. К исследованию иных естественных отверстий целесообразно привлечь врача. Из следственной практики известно, что прямую кишку или влагалище нередко используют для хранения и перевозки наркотиков, золотых украшений, драгоценных камней, золотого песка.
Если есть подозрение, что обыскиваемый успел проглотить искомое, прибегают к просвечиванию желудка в условиях медицинского учреждения. Так, по одному уголовному делу женщина-цыганка проглотила более 20 золотых монет и была госпитализирована из-за сильных болей в желудке.
Если обыскиваемый подозревается в убийстве, то на его одежде и теле ищут следы крови, иных микрочастиц и микроволокон одежды убитого. Также тщательно обыскивается одежда лица, если предполагается, что он был на месте преступления и на его одежде могли остаться следы такого пребывания. Это может быть негорючая засыпка взломанного сейфа, следы краски, пыли, частиц специфического мусора.
Фиксация результатов обыска. От полноты и объективности фиксации хода и результатов обыска зависит его доказательственное значение как следственного действия. Протокол обыска составляют после его окончания независимо от его результатов.
В соответствии со ст. 176 УПК РСФСР протокол является основным средством фиксации обыска. В нем указывают: когда, кем, где, по какому делу, у кого, в чьем присутствии произведен обыск и каковы его результаты. В протоколе подробно излагаются сведения о найденных предметах и месте их обнаружения. При этом стремятся как можно более точно указать общие и частные признаки объектов, наиболее броские их приметы: форму, размеры, цвет, назначение предмета; наличие на нем номеров, фирменных или маркировочных обозначений. Особое внимание уделяют качественной характеристике объектов: новые, старые, бывшие в употреблении и т. д. Если изымаются однородные предметы, то их количество указывается прописью.
При изъятии ценных бумаг, чековых и сберегательных книжек, аккредитивов и т. п. в протокол заносят их реквизиты. Иностранные деньги и российская валюта указываются раздельно (например, билеты Банка России достоинством 500 руб. — 40 штук и т. п.). Если известны номера похищенных денег, то в протокол заносится номер и серия каждой купюры.
При изъятии документов указывают их назначение, реквизиты, состояние; при изъятии рукописей — первую и последнюю фразу каждой страницы.
В тех случаях, если обыскиваемый заявляет, что изымаемые предметы изготовлены из благородных металлов, необходимо подробно описать каждый предмет, указать, есть на нем проба или нет. Следует категорически избегать описания в форме: "золотое кольцо", "золотая цепочка", даже если на этих изделиях имеются знаки, схожие с пробирными. В протоколе должно быть записано: "кольцо из металла желтого цвета", "цепочка из металла желтого цвета". При описании антикварных изделий могут зарисовываться имеющиеся на них обозначения, фирменные знаки и т. п.
Особое внимание уделяется описанию обнаруженных тайников, их места нахождения, маскировки, содержимого тайников. В протоколе следует указать, какие предметы были выданы добровольно.
Если в ходе обыска применялись технические средства, в протоколе перечисляются названия и типы приборов, а также то, что о применении технических средств были уведомлены лица, присутствовавшие при обыске.
В заключительной части протокола указывают, какие предметы были изъяты, как упакованы, опечатаны, кому и что именно было передано на ответственное хранение. Протокол обыска составляется в трех экземплярах под копирку. Первый приобщается к делу. Второй остается у обыскиваемого или его представителей, которые должны расписаться на первом экземпляре в получении копии. Третий экземпляр вместе с изъятыми объектами сдается в камеру хранения вещественных доказательств. Все страницы оригинала и копий должны быть подписаны следователем, понятыми, другими участниками обыска и обыскиваемым или его представителем. Какие-либо пояснения обыскиваемого, например о происхождении тех или иных вещей, в протокол не заносятся.
Наряду с составлением протокола могут быть использованы и иные способы фиксации доказательств: составление планов, схем, фотографирование, видеозапись. На обзорных планах, схемах целесообразно указать расположение обнаруженных тайников: на узловом — сам тайник, на детальном — каким образом там располагались искомые объекты.
По этому же принципу осуществляют фотосъемку и видеозапись: обзорный кадр, узловой, детальный. На узловом снимке фиксируют обнаруженный тайник с находящимися в нем объектами, на детальном — объекты, изъятые из тайника. Запечатлевать объекты необходимо так, чтобы отчетливо были видны их признаки: общие, частные, опознавательные.
Если изъятые крупногабаритные объекты не могут храниться при уголовном деле, то они обязательно должны быть сфотографированы в соответствии со ст. 84 УПК РСФСР.
Качественные фотоснимки представляют серьезную доказательственную базу: свидетельствуют о наличии, виде, характере тайников, об изъятых предметах; исключают подмену предметов и не дают возможности ссылаться на нее заинтересованным лицам.
Не позднее следующего после изъятия дня деньги, ценности и вещи должны быть сданы в финансовый аппарат соответствующего органа МВД. Данное правило не распространяется на те случаи, когда экспертным путем предстоит установить подлинность денежных знаков, наличие на них отпечатков пальцев определенного лица, подлинность драгоценных изделий, камней и т.п.
§ 5. Производство выемки

Производство выемки регламентировано ст. 167 УПК РСФСР, в которой указано, что в случае необходимости изъятия определенных предметов и документов, имеющих значение для дела, и если точно известно, где и у кого они находятся, следователь производит их выемку. Основанием для выемки являются данные, установленные при расследовании, о наличии у конкретного лица или организации определенных предметов, которые могут быть вещественными доказательствами, либо документов, содержание которых имеет значение для дела.
При проведении выемки действия следователя сводятся к тому, что он предлагает лицу или руководителю учреждения выдать определенный предмет (документ). В случае отказа производится принудительное изъятие.
В отличие от обыска закон не требует для производства выемки санкции прокурора, если это не касается изъятия документов, содержащих государственных тайну. Выемка (как и обыск) в помещениях, занимаемых дипломатическими представительствами, или в помещениях, где проживают члены дипломатических представительств, производится по их просьбе или с их согласия, в присутствии прокурора и сотрудника МИД РФ.
При выемке присутствует тот же круг лиц, что и при обыске. Основные рекомендации, относящиеся к обыску, могут быть использованы и здесь. Если в известном месте требуемых документов не оказалось, то искать их в других местах нельзя, так как это будет уже не выемка, а обыск.
Выемка не является частью обыска, а представляет собой самостоятельное следственное действие. При производстве выемки важно обеспечить, чтобы было изъято именно то, что имеет значения для дела, т. е. надлежащий документ, его оригинал, а не копия; сам предмет, а не его имитация, подделка. Поэтому в тех случаях, когда такая опасность существует, для участия в выемке необходимо привлечь соответствующего специалиста. Например, планируя выемку бухгалтерских документов, следует пригласить ревизора, аудитора или эксперта.
Если предполагается выемка вещей украденных (отобранных, полученных путем вымогательства), может быть приглашен потерпевший.
Успех во многом зависит от контакта следователя с лицом, у которого производится выемка, с представителем организации, где она осуществляется. Здесь также необходима наблюдательность и убежденность в том, что выдано все требуемое. Если возникают интуитивные догадки о сокрытии объектов, то следователь выносит постановление об обыске и приступает к нему.
Особый вид выемки представляет собой наложение ареста на почтово-телеграфную корреспонденцию и ее выемка. К выемке корреспонденции прибегают обычно для установления местонахождения скрывающегося лица, похищенного имущества, спрятанных ценностей и т. п. Выемка почтово-телеграфной корреспонденции возможна только с санкции прокурора или по определению (постановлению) суда. В постановлении об аресте (выемке) должно быть указано, в связи с чем налагается арест, на чью корреспонденцию. Постановление обычно исполняется начальником того отделения связи, куда должна поступить (или регулярно поступает) корреспонденция, интересующая следствие. На практике начальник задерживает корреспонденцию, указанную в постановлении, и извещает об этом следователя. Последний принимает решение с учетом следственной ситуации. Выемка корреспонденции производится в присутствии понятых и оформляется протоколом (ст. 169, 174 УПК РСФСР).
Глава 35. Тактика допроса

§ 1. Понятие, значение и виды допроса

Допрос — это процесс получения показаний от лица, обладающего сведениями, имеющими значение для расследуемого дела. Это самое распространенное, но и самое сложное следственное действие. И дело не только в том, что следователю нередко противостоит человек, не желающий говорить правду или вообще давать показания; ошибаться, заблуждаться может и искренне стремящийся сообщить все известное ему по делу. Искажение и вымысел надлежит своевременно обнаружить и учесть при оценке и использовании показаний.
Для следователя показания — источник доказательств, а содержащиеся в них фактические данные — доказательства. Для подозреваемого и обвиняемого показания — средство защиты от возникшего против них подозрения или предъявленного обвинения. Это необходимо учитывать, оценивая значение допроса как следственного действия.
Допрос представляет собой процесс передачи информации о расследуемом событии или связанных с ним обстоятельствах и лицах. Эта информация поступает к допрашиваемому в момент восприятия им тех или иных явлений или предметов, запоминается и затем при допросе воспроизводится и передается следователю. Процесс формирования показаний — от восприятия до передачи информации — носит психологический характер; на всем его протяжении на психику человека влияют многочисленные объективные и субъективные факторы, действие которых в конечном счете так или иначе отражается на полноте и достоверности показаний. Такими, например, объективными факторами, препятствующими восприятию расследуемого события или его элементов, являются неблагоприятные погодные условия, отдаленность наблюдателя от места события, кратковременность этого события или наблюдения и т. п.
Точно так же влияют и субъективные факторы: сильное возбуждение, страх, утомление, произвольность или непроизвольность внимания, отсутствие или наличие интереса к наблюдаемому и т. п. Действие всех этих факторов, специально изучаемых наукой судебной психологии, должно быть хорошо известно следователю. Он также должен знать основанные на данных судебной психологии тактические приемы, позволяющие ослабить вредное влияние этих факторов на полноту и объективность показаний, оживить память о воспринятом, упорядочить воспроизведение хранящейся в памяти допрашиваемого информации.
Для того чтобы успешно осуществить допрос, следователь должен четко представлять себе, какую информацию и с помощью каких приемов и средств он намерен получить. Круг тех обстоятельств, которые следователь намерен выяснить, называется предметом допроса, К их числу относятся обстоятельства, связанные с самим событием преступления (его способом, местом совершения, временем, последствиями и пр.); устанавливающие или опровергающие виновность определенных лиц и мотивы их действия, влияющие на степень и характер ответственности обвиняемого, а также относящиеся к характеру и размеру ущерба, причиненного преступлением. В предмет допроса могут входить обстоятельства, способствовавшие совершению преступного акта, любые другие данные, значимые для установления истины по расследуемому делу. Предмет допроса зависит как от процессуального положения допрашиваемого, так и от того, какой информацией он может располагать.
В зависимости от процессуального положения различают допрос: свидетеля; потерпевшего; подозреваемого; обвиняемого; эксперта.
Особым видом является допрос на очной ставке.
Каждый вид допроса имеет свою процессуальную регламентацию и тактически проводится по-своему. Однако существуют и некоторые общие положения.
Общие положения процессуального характера. Процессуальный порядок допроса предусматривает, что это следственное действие может быть проведено по месту производства следствия или по месту нахождения допрашиваемого, как правило, в дневное время. Допрашиваемые дают показания наедине со следователем, за исключением случаев, прямо предусмотренных законом (присутствие защитника, педагога, законных представителей или близких родственников несовершеннолетнего допрашиваемого).
Перед допросом следователь при необходимости удостоверяется в личности допрашиваемого, разъясняет ему его права и обязанности, выясняет нужные сведения анкетного характера. Допрос по существу дела начинается с предложения лицу рассказать все известное по делу, после чего следователь может задать вопросы.
Показания записываются в протокол в первом лице и по возможности дословно. В Случае необходимости записываются и заданные допрашиваемому вопросы, и его ответы. После этого допрашиваемый может (по своей инициативе) написать свои показания собственноручно. По окончании допроса протокол предъявляется ему для прочтения или по его просьбе прочитывается следователем. Правильность фиксации показаний удостоверяется подписями допрошенного и следователя.
К общим положениям тактики допроса следует отнести его активность, целеустремленность, объективность и полноту, необходимость учета свойств личности допрашиваемого.
Активность допроса заключается в том, что следователь прочно удерживает в своих руках инициативу, умело использует все необходимые тактические приемы. Применительно к лицам, уклоняющимся от дачи правдивых показаний, допрос носит наступательный характер: с помощью всех имеющихся в его распоряжении законных средств следователь стремится получить правдивые показания, а не быть простым регистратором сообщенных ему сведений.
Целеустремленность допроса означает проведение его с заранее обдуманной целью, для получения определенной, а не всякой информации. Целеустремленность обеспечивается наличием у следователя твердого представления о предмете допроса.
Объективность и полнота проявляются в том, что следователь не вправе по собственному усмотрению сокращать полученные показания, изменять их в соответствии со своими представлениями о ходе вещей, навязывать допрашиваемому эти представления. Одной из законодательных гарантий объективности допроса является запрет задавать наводящие вопросы, а полноты — требование по возможности дословно изложить показания.
Успех допроса зависит от того, насколько полно следователь учтет и использует — для установления психологического контакта — особенности личности допрашиваемого — его психики, культурного и образовательного уровня, профессии, мировоззрения и т. п.
Под психологическим контактом понимают создание такой атмосферы, при которой допрашиваемый проникается уважением к следователю, пониманием его задач и обязанностей, исключает всякие личные мотивы в его действиях.
Учет психологических особенностей личности допрашиваемого необходим и для правильного выбора тактических приемов допроса.
Различают первоначальный, повторный и дополнительный допрос. При первоначальном допросе его предмет выясняется в полном объеме (за исключением тех случаев, когда по тактическим соображениям следователь считает необходимым не касаться тех или иных обстоятельств, выяснение которых связано с предварительным проведением других следственных действий). При повторном допросе следователь вновь обращается к выяснению всех или некоторых обстоятельств, о которых допрашиваемый уже давал показания. Целями повторного допроса являются: детализация ранее полученных показаний, их уточнение; получение повторных показаний для сравнения их с первоначальными на предмет выявления возможных противоречий; склонение допрашиваемого изменить позицию и дать правдивые показания.
В отличие от повторного дополнительный допрос — это процесс выяснения тех обстоятельств дела, о которых раньше речь не шла. Его задача — восполнить уже полученные показания. Поэтому дополнительный допрос может строиться по вопросно-ответной схеме, без свободного рассказа.
Тактика допроса как раздел криминалистической тактики имеет своим предметом анализ таких положений, которые характерны для каждого вида' допроса. Особенности же тактики допроса по различным видам преступных посягательств разрабатываются методиками их расследования.

§ 2. Подготовка к допросу

Подготовка к допросу включает: а) собирание исходных данных;
б) тактическое обеспечение; в) выбор момента и места, определение способа вызова на допрос; г) техническое обеспечение.
Собирание исходных данных предопределяет успех и эффективность допроса. По своим источникам и содержанию эти данные неоднородны — прежде всего выделим те, которые относятся к предмету допроса.
При подготовке к допросу следователь должен определить круг обстоятельств, в отношении которых предстоит получить показания. При отсутствии у следователя четкого представления об этих обстоятельствах допрос лишится целеустремленности, в показаниях, с одной стороны, неизбежно будут пробелы, а с другой — ненужная информация.
Информация, относящаяся к предмету допроса, может носить специальный характер, требовать ознакомления со специальной литературой, теми или иными технологическими процессами, порядком документе и товарооборота на предприятии, системой учета и отчетности и др. В таких случаях следователь вправе использовать консультации специалистов, данные, содержащиеся в заключениях экспертов по делу, справочные материалы.
Информация, относящаяся к предмету допроса, может быть получена и из оперативных источников. Используется она с соблюдением специальных правил и с учетом того, что имеет не доказательственное, а лишь ориентирующее значение.
К числу исходных для допроса данных относятся сведения о личности допрашиваемого. Объем таких данных зависит от процессуального положения лица, обстоятельств дела, предмета предстоящего допроса и значимости показаний. Особую важность приобретает изучение личности обвиняемого, необходимое не только для успешного допроса, но и для расследования в целом.
Данные о личности допрашиваемого связаны с его психофизиологическими свойствами и состоянием, общественно-политической и трудовой деятельностью, отношением к коллективу и коллектива к нему, моральным обликом и поведением в быту, отношением к другим лицам, проходящим по делу. Они могут быть почерпнуты из материалов дела и оперативных источников либо получены специальными методами, рекомендуемыми для этой цели психологической наукой: наблюдение за субъектом, беседа, анализ деятельности (в том числе и способ совершения и сокрытия преступления), обобщение независимых характеристик, даваемых субъекту разными лицами, по разным поводам и в разных ситуациях.
Изучение личности допрашиваемого помогает следователю определить особенности, которые приобретает у него процесс формирования показаний и выработать нужную тактику допроса.
Изучение личности допрашиваемого в тех случаях, когда это необходимо, следует начать сразу, же, как только принимается решение о его допросе. И здесь следует остановиться на данных, полученных из оперативных источников.
Оперативная информация может ориентировать следователя:
о преступных действиях допрашиваемого или о его аморальных, позорящих поступках; о его взаимоотношениях с соучастниками и другими связями, о его роли в преступном сообществе;
о действиях посторонних для допрашиваемого лиц по сокрытию преступления;
об акциях или намерениях различных лиц по противодействию расследованию.
Использовать эту информацию при допросе можно по-разному: учитывая ее при определении очередности вопросов и их формулировке, для достижения превосходства в ранге рефлексии, для восполнения картины события при демонстрации осведомленности о деталях преступления и роли в его совершении допрашиваемого.
Письменный план предпочтительно составлять при допросах, связанных с выяснением широкого круга обстоятельств, с использованием значительной исходной информации, в том числе и оперативной, трудной в тактическом отношении. План составляется в произвольной форме, в качестве одного из образцов которой можно рекомендовать следующую:
Обстоятельства, подлежащие выяснению
Имеющиеся данные (источник, листы дела)
Вопросы допрашиваемому
Заметки о тактике

При подготовке к простым допросам допустимо мысленное планирование или составление плана по упрощенной форме, иногда в виде перечня вопросов. Предусмотреть все вопросы невозможно; заранее планируются только наиболее важные, а также такие, для которых особое значение имеет формулировка (например, если они исходят из оперативных данных, которые должны остаться неизвестными для допрашиваемого) или очередность, связь с предыдущими и последующим вопросами.
Криминалистической науке и следственной практике известны следующие разновидности вопросов, которые могут быть заданы допрашиваемому: дополняющие, уточняющие, напоминающие, контрольные, изобличающие.
Дополняющие — это вопросы, задаваемые с целью восполнить полученные показания, ликвидировать имеющиеся в них пробелы. Они могут быть направлены на детализацию показаний, например: "Вы сказали, что были в кино. Какой фильм Вы смотрели и были ли Вы в кино до конца сеанса?"
Уточняющие вопросы также могут быть заданы с целью детализировать показания, но чаще — для конкретизации полученных сведений, например: "Вы показали, что нож лежал около трупа. Не можете ли сказать, с какой стороны и на каком расстоянии от трупа лежал нож?"
Напоминающие вопросы преследуют цель оживить память допрашиваемого, вызвать в ней те или иные ассоциации. Напоминающих вопросов обычно задается несколько, чтобы способствовать процессу последовательного припоминания. Например, зная, что событие произошло в день рождения допрашиваемого, о чем тот забыл, следователь спрашивает: "Как Вы отмечали свой день рождения в этом году?", "Что Вы делали после того, как разошлись гости?", "В каком месте парка Вы гуляли?", "Почему Вы пересели на другую скамейку?", "Когда же, следовательно, Вы впервые увидели обвиняемого Иванова?" Напоминающие вопросы -надо отличать от наводящих, т. е. таких, формулировка которых содержит в себе ответ, желаемый для спрашивающего: "Был ли на Иванове в тот вечер серый плащ с металлическими пуговицами?" В силу того, что наводящие вопросы оказывают внушающее воздействие на допрашиваемого, ориентируют его в том, какой ответ хотел бы услышать от него следователь, и поэтому могут помешать установлению истины, они запрещены законом.
Контрольные вопросы задаются с целью проверить полученные показания или получить данные для такой проверки, например: "На основании чего Вы утверждаете, что все, о чем Вы рассказали, произошло 15 сентября?"
Изобличающие вопросы призваны вскрыть ложь, очевидную для следователя. Их постановка связана обычно с предъявлением допрашиваемому достоверных доказательств, опровергающих его показания. Такой вопрос, как правило, состоит из двух частей. В первой фиксируется предъявление допрашиваемому того или иного доказательства, вторая содержит предложение объяснить это доказательство или связанное с ним обстоятельство: "Вам предъявляется заключение дактилоскопической экспертизы о том, что на стекле, лежащем на столе в квартире потерпевшего Иванова, обнаружены отпечатки пальцев Вашей правой руки. Каким образом они там оказались, если Вы утверждаете, что никогда не были в квартире Ивановых?"
Формулировка вопросов должна быть такой, чтобы исключить возможность односложного ответа (типа "да" и "нет"). Вопросы должны быть четкими, конкретными, понятными и относиться к предмету допроса. Важна их логическая последовательность и обоснованность.
К тактическому обеспечению допроса относится выбор приемов, которые следователь предполагает использовать при допросе. Эти приемы должны: а) не противоречить закону, принципам расследования;
б) соответствовать нормам нравственности; в) не ограничивать свободу волеизъявления допрашиваемого, возможность выбора им линии поведения на допросе. В литературе называют и другие требования к тактическим приемам допроса: они должны быть логичными, эффективными, т. е. "срабатывать" на достижение определенной цели, обеспечивать активность допроса со стороны следователя и оказывать избирательное воздействие, т. е. влиять лишь на лиц, действительно обладающих значимой для следствия информацией.
Выбор момента и места допроса. Момент допроса определяется с учетом важности сведений, которыми обладает допрашиваемый, его процессуального положения, роли в расследуемом событии, связей с другими лицами, подлежащими допросу по делу. В отношении некоторых категорий лиц этот момент в известном смысле определяется законом: задержанного или арестованного подозреваемого надлежит допросить в течение 24 часов с момента задержания или ареста, обвиняемого — немедленно по предъявлении обвинения.
На выбор момента допроса влияют и избранная последовательность допроса тех или иных лиц, и интересы, сохранения следственной тайны, сила и характер переживаний, испытанных допрашиваемым. Не рекомендуется допрашивать лиц, находящихся в состоянии сильного волнения, растерянности, подавленности, кроме исключительных случаев, не терпящих отлагательства.
Решение вопроса о том, где допрашивать, т. е. о месте допроса (по месту производства расследования или по месту нахождения допрашиваемого), зависит от конкретной ситуации. Однако во всех случаях следователь должен стремиться, чтобы место соответствовало требованиям, предъявляемым к обстановке допроса, — было удобным для проведения этого следственного действия, способствовало установлению необходимого психологического контакта с допрашиваемым, сосредоточенности его внимания на предмете допроса, обеспечивало сохранение следственной тайны. Желательно, чтобы в комнате, где производится допрос, в это время не находились другие следователи (занятые своими делами) и тем более посторонние лица, чтобы на столе у следователя не было никаких лишних предметов, был отключен телефон, если только не предполагается специально использовать его для целей допроса.
Определение способа вызова на допрос. Из числа предусмотренных законом способов вызова на допрос (по телефону, телеграммой, повесткой, приводом) свидетелей, потерпевших, а также обвиняемых, не находящихся под стражей, следователь избирает тот, который в данной ситуации оптимально содействует установлению психологического контакта с допрашиваемым, сохранению в тайне от других лиц самого факта вызова на допрос, проведению допроса в намеченное время и в нужном месте.
Техническое обеспечение допроса. Сюда входит: приготовление необходимых бланков протоколов, бумаги, пишущих принадлежностей, пишущей машинки; обеспечение стенографистки, если допрос предполагается стенографировать; подготовка средств магнитной записи; обеспечение приема информации диктофонным центром; обеспечение необходимых транспортных средств и охраны, если они могут потребоваться; подготовка помещения для допроса.

§ 3. Общие положения тактики допроса свидетелей и потерпевших

Предметом допроса свидетелей являются любые обстоятельства, подлежащие установлению по делу, в том числе относящиеся к личности обвиняемого и потерпевшего и к взаимоотношениям с ними свидетелей (ст. 74 УПК РСФСР).
Любое лицо, которое способно правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания, может быть свидетелем. Исключение составляет лишь защитник обвиняемого, который не может быть допрошен об обстоятельствах дела, ставших ему известными в связи с выполнением своих обязанностей.
Возраст, по достижении которого лицо может быть допрошено в качестве свидетеля, законом не установлен. Способность малолетнего или несовершеннолетнего свидетеля правильно воспринять событие и дать о нем показания зависит, помимо общих факторов, которые упоминались ранее, от степени развития ребенка или подростка, понимания им происходящего, что необходимо учитывать при оценке его показаний.
Свидетелем может быть как человек, непосредственно воспринимавший событие преступления или другие значимые для дела обстоятельства, так и тот, кто знает о них со слов других лиц или из документов. В последнем случае он должен сообщить источник своих сведений.
Потерпевший, т. е. лицо, которому преступлением причинен моральный, физический или имущественный вред, как и свидетель, может быть допрошен о любых обстоятельствах, подлежащих доказыванию по делу, а также q своих взаимоотношениях с обвиняемым. Однако его заинтересованность, а также возможность ошибочного восприятия фактов в силу обстановки события и опасности, которой он подвергался, должны быть учтены при допросе и оценке показаний. ,В остальном тактика допроса потерпевшего и свидетелей настолько близки, что их можно рассматривать совместно.
Допрос свидетелей и потерпевшего можно разделить на четыре этапа: установление психологического контакта; свободный рассказ; постановка вопросов; ознакомление допрашиваемого с протоколом и магнитной записью показаний.
На установление контакта влияют обстановка допроса, манера поведения следователя, умение владеть собой, его тон, внешний вид. Определенное значение имеет также и форма предупреждения допрашиваемого об ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу ложных показаний. Выполнять это требование закона нельзя шаблонно. В зависимости от личности допрашиваемого и его ожидаемого поведения следователь и выбирает форму предупреждения: от строго официальной с акцентом на возможную ответственность перед законом до осторожного разъяснения с подчеркиванием того, что эти требования относятся ко всем свидетелям и потерпевшим и не обусловлены недоверием.
В целях установления контакта с допрашиваемым может быть использована и та беседа, которую ведет с ним следователь при заполнении анкетной части протокола допроса. При этом следователь может выходить за рамки протокола, интересоваться не только анкетными, но и иными данными, его окружением, условиями жизни и работы, психофизическими качествами. Таким образом следователь получает и дополнительную информацию о личности допрашиваемого.
При затрудненном контакте рекомендуется:
а) проявить подчеркнуто чуткое, внимательное, уважительное отношение к допрашиваемому, спокойствие и уравновешенность в обращении с ним;
б) выразить потерпевшему сочувствие и понимание;
в) провести беседу на второстепенную, нейтральную тему; подробно расспросить об образе жизни, связях, увлечениях, круге интересов и т. п.;
г) помочь советом, сообщить номер служебного телефона для срочной связи в случае необходимости;
д) выяснить мотивы, по которым допрашиваемый отказывается давать показания, и попытаться преодолеть их; об этом будет сказано подробнее [230 См. также: Справочник следователя. Вып. I. М., 1990. С. 153.]
.
Далее следователь предлагает допрашиваемому рассказать все известное по делу. Начинается этап допроса, именуемый свободным рассказом.
Свободный рассказ — это изложение лицом известных ему фактов в той последовательности, которую ему рекомендует следователь или которую он избирает сам. Этот этап допроса является необходимым по следующим основаниям:
следователь не всегда представляет себе, какими данными и в каком объеме располагает свидетель или потерпевший. При свободном рассказе он может сообщить такую важную информацию, о характере и наличии которой следователь и не предполагал и которую не стремился бы получить путем постановки вопросов;
изложение допрашиваемым тех или иных данных в удобной для него последовательности облегчает их припоминание, способствует более полному воспроизведению запечатленного;
свободный рассказ помогает следователю составить более полное и правильное, представление о взаимоотношениях допрашиваемого с другими проходящими по делу лицами, об избранной им линии поведения на следствии, о степени его фактической осведомленности.
Следователь может рекомендовать определенный порядок (последовательность) изложения, когда допрашиваемому предстоит дать показания по большому количеству эпизодов или обстоятельств и сам он затрудняется в выборе такого порядка (иногда даже спрашивает, с чего ему начать рассказ). В некоторых случаях следователь из тактических соображений может предложить допрашиваемому сначала осветить определенный факт, а уж потом рассказать обо всем остальном. В криминалистике такой тактический прием получил название "деление темы свободного рассказа". Цель этого приема двоякая: либо направить его рассказ по определенному руслу — на выяснение наиболее важных обстоятельств, либо удержать его от дачи ложных показаний, если такая опасность вероятна. В последнем случае, дав правдивые показания об одном факте, допрашиваемый будет вынужден, чтобы не противоречить самому себе, правдиво рассказать и об остальных.
Как правило, следователь не должен прерывать свободный рассказ репликами или вопросами. Подобное вмешательство может сбить допрашиваемого, порядок его изложения окажется нарушенным, и, как следствие, он может запутаться в показаниях, упуская при этом важные для дела данные. Только когда следователь убедится, что допрашиваемый очень отклонился от предмета допроса и что такое отклонение не является необходимым для припоминания значимых для дела фактов, он может предложить допрашиваемому держаться ближе к существу. Не рекомендуется останавливать рассказ для того, чтобы потребовать от допрашиваемого изложить те или иные данные более подробно, указать какие-то детали освещаемого им факта. Все это можно будет сделать на следующем этапе допроса, не рискуя прервать нить воспоминаний.
По ходу свободного рассказа протоколирование не рекомендуется, поскольку неминуемо приводит к перерывам, отвлекает допрашиваемого, ослабляет его усилия по припоминанию тех или иных фактов, нарушает возникшие у него ассоциативные связи. На этом этапе допроса следователь должен делать лишь заметки о соображениях, возникших у него по ходу свободного рассказа, пропусках в нем, вопросах, которые нужно будет задать впоследствии. Допрашиваемый должен постоянно чувствовать заинтересованность в его показаниях. Это укрепит его в сознании важности исполняемого им гражданского долга, оказываемой им помощи следствию и послужит дополнительным стимулом к даче правдивых показаний. И следователь при этом сможет полнее воспринимать свободный рассказ допрашиваемого, четче его анализировать и оценивать.
После окончания свободного рассказа, который, как правило, не исчерпывает предмета допроса, следователь путем постановки вопросов восполняет и уточняет полученные показания, выявляет новые факты, которые не упоминались в свободном рассказе, получает контрольные данные, необходимые для проверки показаний, помогает свидетелю или потерпевшему вспомнить забытое. Если полученные показания, по оценке следователя, являются ложными, то на этом этапе допроса он должен:
при добросовестном заблуждении допрашиваемого — помочь ему исправить ошибки, при умышленной даче ложных показаний — изобличить его и побудить дать правдивые показания.
В целях "оживления" памяти свидетеля или потерпевшего (эти приемы могут быть использованы также и при допросе подозреваемого и обвиняемого, искренне стремящихся вспомнить то или иное обстоятельство) применяются следующие тактические приемы допроса.
1. Допрос с использованием ассоциативных связей. Представления, возникающие в сознании свидетеля или потерпевшего в связи с воспринимавшимся событием, вступают друг с другом в определенные связи, называемые ассоциативными. Поэтому за припоминанием одного факта "всплывают" и связанные с ним — предшествующие, сопутствующие, последующие либо сходные или контрастные. С целью появления таких связей следователь задает допрашиваемому вопросы, относящиеся не к искомому, а к смежным с ним фактам, помогает установить сначала их (они могут хорошо сохраниться в памяти допрашиваемого), а затем, по ассоциации, и искомый.
2. Допрос на месте. Это разновидность допроса с использованием ассоциативных связей, когда их "оживлению" служит не задаваемый следователем вопрос, а повторное восприятие той обстановки, в которой происходило расследуемое событие. Допрос на месте не следует смешивать с другим следственным действием — проверкой и уточнением показаний на месте, о котором речь пойдет в дальнейшем. Это обычный допрос, только проводится он на месте события (место допроса при этом не осматривается, показания с обстановкой не сопоставляются).
Сходный с допросом на месте прием — предъявление допрашиваемому для повторного восприятия тех или иных предметов, связанных с интересующими следствие обстоятельствами. Такие предметы могут оказаться своеобразным стимулятором в припоминании забытого: их вид вызовет связанные с ним ассоциации, которые и приведут к припоминанию искомого факта. Этим же целям может послужить графическое изображение допрашиваемым определенной ситуации, например схемы расположения предметов на описываемом им месте или участников события либо изображение какого-либо объекта. Сам процесс изготовления схемы, плана, чертежа, рисунка может рождать нужные ассоциации.
3. Повторный допрос по ограниченному кругу обстоятельств. Воспроизводя показания повторно, допрашиваемый может вспомнить упущенные или забытые им при первом допросе факты. Это объясняется явлением реминисценции, под которым в психологии понимают усиление в памяти новых смысловых связей при отсроченном воспроизведении. Как показали опыты, примерно в 40% случаев повторное воспроизведение было полнее первоначального. Это вовсе не значит, что практика повторных допросов должна стать правилом; но, во-первых, повторный допрос иногда служит целям припоминания забытого и, во-вторых, не следует непременно подозревать допрашиваемого в нечестности, если при повторном допросе он расскажет о фактах, которые ранее упустил.
Ассоциативные связи могут быть использованы и в тех случаях, когда свидетель или потерпевший дает на допросе неверные показания, искренне считая, что говорит правду. Такое заблуждение может быть результатом воздействия упоминавшихся объективных и субъективных факторов, в том числе влияния других лиц, собственных переживаний, фантазий. Задача следователя заключается в том, чтобы отделить все эти "наслоения" от подлинно воспринятого, попытаться устранить причины искажения истины и восстановить в представлении допрашиваемого картину события в том виде, в каком оно происходило в действительности. Помимо ассоциативных связей могут быть использованы и такие средства, как ознакомление допрашиваемого (в необходимых пределах) с показаниями других лиц о тех же обстоятельствах и очная ставка.

§ 4. Общие положения тактики допроса подозреваемых и обвиняемых

Значение допроса обвиняемого определяется той ролью, которую играют его показания, являющиеся, как известно, не только источником доказательств, но и средством защиты от предъявленного обвинения. К этому можно добавить, что показания выражают оценку содеянного, знать которую необходимо для эффективности мер по исправлению преступника.
Как и допрос свидетелей или потерпевшего, допрос обвиняемого, помимо подготовки к нему, включает в себя установление психологического контакта, свободный рассказ, постановку вопросов, ознакомление допрашиваемого с протоколом допроса и фонограммой.
Дополнительно к сказанному в § 2 о подготовке необходимо упомянуть лишь об особенностях допроса ранее судимого. Такой обвиняемый обычно хорошо знаком с процедурой допроса и со своими правами; ему могут быть знакомы и многие тактические приемы. Это необходимо учесть при разработке тактики предстоящего. Известным ориентиром для следователя могут служить данные, почерпнутые из архивных уголовных дел; о позиции, которую он занимал; о его личности и связях; реакции на предъявление уличающих доказательств; ухищрениях, к которым обвиняемый прибегал для дезориентирования следствия, маскировки содеянного, преуменьшения степени своей вины. Эти данные полезно выписать на отдельную карточку, которая позволит оперативно их использовать при допросе. Существенным подспорьем может оказаться и схема связей допрашиваемого с его соучастниками или иными лицами, проходящими по делу, составленная при компоновке плана расследования.
Готовясь к допросу, следует изучить протоколы осмотра вещественных доказательств и заключения экспертиз, особенно уличающие допрашиваемого в присутствии на месте происшествия или в совершении тех или иных действий. Подбираются все те доказательства, предъявление которых может потребоваться по ходу допроса (подготавливаются требуемые вещественные доказательства, выписываются номера листов дела, относящихся к доказательствам или содержащих те или иные показания и т. п.). При этом заранее следует предусмотреть меры обеспечения сохранности доказательств, т. е. не допустить попыток допрашиваемого насильственно их уничтожить, повредить и т. д. Для этого изготавливают ксерокопии нужных документов и предъявляют их, а не подлинники.
Свою специфику при допросе обвиняемого имеет и установление психологического контакта.
Лицо, впервые совершившее преступление, нередко еще до допроса испытывает угрызения совести, чувство стыда, сожаления о содеянном. Видя в лице следователя человека сопереживающего, такой обвиняемый проникается доверием к нему и его словам, что чистосердечное признание вины и правдивый рассказ о случившемся явится смягчающим вину обстоятельством. Идея обоюдной заинтересованности в даче правдивых показаний является в подобных случаях основой установления контакта.
Важную роль играет и эмоциональное состояние следователя, его настроенность и обусловленный ими тон допроса. Беспристрастность, которая должна определять действия следователя, вовсе не означает бесстрастности. В литературе совершенно правильно отмечалось, что гнев и презрение, испытываемые следователем при допросе преступника, — закономерные чувства. Речь должна идти о форме их проявления, о недопустимости унижения обвиняемого, грубости, оскорблений. Ровный, спокойный тон — лишь один из тактических приемов, применяемый чаще всего тогда, когда обвиняемый преднамеренно стремится создать конфликтную ситуацию. В остальных случаях следователь вправе в разумных пределах пользоваться всей гаммой интонаций, а в исключительных случаях — и повышенным тоном. Проявление следователем своего отношения к обвиняемому и им содеянному не только не препятствует установлению нужного контакта, но подчас активно способствует этому, ибо допрашиваемый видит в следователе не сухого чиновника, а живого человека, принимающего к сердцу то, с чем его столкнули служебные обязанности. Повторяем, что все дело в форме проявления переживаемых следователем эмоций.
Более сложным может оказаться установление контакта с обвиняемым, настроившимся на дачу заведомо ложных показаний, да еще и ранее судимым. Иногда в подобной ситуации контакт установить не удается. Допрос приобретает характер противоборства, и в таких условиях психологическая задача следователя — лишить обвиняемого надежды обмануть следствие.
Свободному рассказу предшествует вопрос о том, признает ли он себя виновным в предъявленном ему обвинении. Свободный рассказ, по существу, и начинается с ответа на этот вопрос.
Обвиняемый может признать себя виновным полностью, частично пли не признать вообще. Следует сразу оговориться, что признание вины вовсе не означает, что его показания правдивы, как и непризнание вины еще не позволяет во всех случаях оценить показания как ложные.
Допрос обвиняемого, полностью признающего себя виновным, как правило, носит бесконфликтный характер, за исключением случаев самооговора или попыток скрыть от следствия или преуменьшить вину кого-либо из соучастников. Однако бесконфликтность ситуации не сводит роль следователя к простой фиксации. Обвиняемый должен дать подробные показания по всем обстоятельствам, подлежащим доказыванию по делу. Это не должны быть общие заявления о виновности и о характере совершенного преступления. Активно ведя допрос, следователь получает детальные данные не только о самом преступлении, но и о его причинах, мотивах, подготовке, обстоятельствах, способствовавших его совершению, способах сокрытия следов преступления и преступника.
Известно, что последовательность (порядок) изложения обвиняемым обстоятельств преступления может быть различной. При хронологическом порядке повествование ведется от обстоятельств, предшествовавших преступлению, до наступления преступного результата и последующих действий обвиняемого. Если избран логический порядок, то рассказ ведется от причин совершения тех или иных действий к их следствиям (по фактам или эпизодам). Наконец, если следователь избрал для свободного рассказа тактический порядок (последовательность), то он предлагает обвиняемому сначала рассказать о том факте, который, по мнению следователя, тактически целесообразнее осветить вначале. Затем речь идет о других фактах.
Направляющая роль следователя на этом этапе допроса обвиняемого и заключается в определении порядка изложения допрашиваемым обстоятельств дела во время свободного рассказа; без особой необходимости он не должен прерывать допрашиваемого, торопить его, делать замечания.
По окончании свободного рассказа следователь задает вопросы. При этом очень важно не только восполнить и уточнить полученные показания, но и получить данные, с помощью которых они могут быть проверены, подтверждены иными доказательствами. Это необходимо уже в силу того, что признание, не подтвержденное иными доказательствами, не может лечь в основу обвинительного приговора. Такими контрольными данными могут быть сведения о лицах, подтверждающих показания обвиняемого; местах сокрытия орудий преступления, похищенных ценностей, документов и иных объектов, обнаружение которых подтвердит показания; упоминание о таких обстоятельствах, которые объективно подтверждают показания (например, о скандале в кинотеатре, при котором присутствовал обвиняемый, или об аварии автомашины), так как эти факты во всех деталях могли быть известны допрашиваемому только в том случае, если он действительно находился в указанном месте.
Следует иметь в виду, что вопросы, задаваемые обвиняемому, должны быть сформулированы так, чтобы исключить предположительный ответ, а также простое утверждение или отрицание. Нужно внимательно отнестись и к последовательности вопросов.
Допрос обвиняемого, признающего вину частично, отличается от описанного тем, что наряду с правдивыми показаниями следователю приходится иметь дело в рамках одного допроса и с показаниями ложными, а значит, решать задачу изобличения допрашиваемого во лжи, как и при допросе обвиняемого, полностью отрицающего свою вину. Особенности тактики допроса в этих случаях будут рассмотрены в следующем параграфе. Здесь же остановимся на другой форме противодействия — отказе от дачи показаний.
Закон не обязывает обвиняемого давать показания, как и не запрещает ему давать ложные показания. Этим законодатель, как представляется, возлагает на следователя обязанность установить истину независимо от показаний обвиняемого, учитывая вероятность ложных показаний, в том числе и самооговора. Но следователь должен всегда помнить, что обвиняемый, как правило, лучше чем кто бы то ни было знает обстоятельства подготовки, совершения и сокрытия преступления, его мотивы и цель. Содержащиеся в его показаниях доказательства могут оказаться незаменимыми, и тогда их отсутствие отразится на полноте расследования. Кроме того, получение полных и правдивых показаний обвиняемого существенно ускорит расследование, так как из них следователь узнает о существовании других источников доказательств, на розыск которых ему не потребуется тратить силы и время. Все это определяет задачу не только изобличить обвиняемого во лжи, если он избрал такой способ противодействия следователю, но и преодолеть отказ от дачи показаний.
Тактическими приемами преодоления отказа являются:
убеждение обвиняемого в неправильности занятой им позиции;
сообщение о том, что соучастники обвиняемого дают показания, в том числе такие, которые его изобличают;
использование противоречий между интересами соучастников. Для: того чтобы убедить обвиняемого в неправильности занятой им позиции, следователь должен разъяснить ему, к каким последствиям приведет его отказ: затяжка расследования, трудности в определении степени виновности соучастников, в выявлении обстоятельств, смягчающих его вину или исключающих ответственность. Сообщая обвиняемому о том, что соучастники его изобличают, знакомить его с содержанием таких показаний (до дачи показаний им самим) не следует. Наконец, обвиняемый может изменить свою позицию из опасения опоздать с признанием, если следователю удалось его убедить, что выгоднее дать показания до того, как заговорят соучастники, и во всяком случае не последним.
Тактика допроса подозреваемого имеет некоторую специфику. Последняя объясняется тем, что данные о личности подозреваемого, которыми располагает следователь, обычно скуднее; в распоряжении еще нет такого количества доказательств, как при допросе обвиняемого. Но зато на стороне следователя — особенно при первом допросе подозреваемого — фактор внезапности: допрашиваемый не успел еще продумать линию защиты, не представляет, какими доказательствами его вины располагает следователь.
Как в процессе допроса подозреваемого, так и обвиняемого решается еще одна задача — выявить данные о преступлениях, совершенных или замысленных другими лицами. Решение этой задачи, которую можно назвать разведывательной, очень важно как для раскрытия преступлений прошлых лет, так и для предупредительной работы по материалам расследования.

§ 5. Особенности тактики допроса при изобличении во лжи

Ложные показания могут относиться к любому обстоятельству дела и быть даны любым из допрашиваемых, причем как в своих интересах, так и в ущерб им (например, самооговор).
Мотив дачи ложных показаний свидетелем:
боязнь испортить отношения с другими лицами, проходящими по делу; боязнь мести со стороны подозреваемого, обвиняемого, их знакомых и родственников;
стремление скрыть свои собственные неблаговидные поступки, аморальное поведение, трусость;
желание выгородить или смягчить вину подозреваемого или обвиняемого в силу родственных, семейных, дружеских отношений или из корыстных соображений, либо, наоборот, усугубить вину этих лиц — из мести, ревности или иных побуждений;
ошибочная оценка своих действий как преступных и стремление скрыть их или описать иначе;
нежелание в последующем выступать в качестве свидетеля, опознающего или участника иного следственного действия, быть вызванным в суд и т. д.
Мотив ложных показаний потерпевших:
боязнь мести со стороны преступника, его родственников, знакомых;
дружеские в прошлом, родственные или семейные отношения, преступная связь с подозреваемым или обвиняемым (совместно совершенные преступления, оставшиеся нераскрытыми);
стремление преувеличить причиненный ему преступлением ущерб как из чувства мести, так и из корысти и иных побуждений (ревность, злоба и др.);
желание занизить причиненный ему материальный ущерб, чтобы скрыть источник приобретения утраченных ценностей;
стремление скрыть собственное неблаговидное поведение (супружескую неверность, стяжательство, трусость и пр.);
скептическое отношение к возможности органов дознания и следствия раскрыть преступление, обеспечить компенсацию материального ущерба, безопасность потерпевшего.
Мотивами дачи ложных показаний подозреваемым и обвиняемым являются: желание избежать ответственности за содеянное или преуменьшить свою вину либо понести наказание не за совершенное, а за менее тяжкое преступление — действительное или мнимое; выгородить или смягчить вину соучастников в силу дружеских, семейных или родственных связей, из корыстных соображений; оговорить соучастников из мести или в целях обеспечения собственной безопасности в будущем, а также оговорить себя в силу болезненного состояния психики, либо исходя из желания попасть в особые условия жизни — по причинам семейного, служебного и иного характера, либо из бахвальства и т. п. Самооговор возможен при желании скрыть неблаговидное, в том числе и преступное, поведение близкого человека.
В криминалистике разработаны специальные рекомендации разоблачения самооговора, когда подозреваемый или обвиняемый берет на себя всю или часть вины соучастников или вообще обвиняет себя в преступлении, которого не совершал. При наличии данных о самооговоре следует:
а) скрупулезно проанализировать показания, останавливаясь на неправдоподобных деталях, противоречиях, совпадениях слов допрашиваемого со слухами, циркулирующими в данной местности и не соответствующими материалам дела, форме изложения;
б) провести тщательный анализ протокола допроса с целью проверки, нет ли в показаниях признаков, характерных для самооговора: чрезмерное словесное совпадение показаний, данных на разных допросах;
слишком общий характер, схематичность показаний; обилие противоречий между показаниями, в том числе данных на разных допросах;
в) вновь изучить материалы дела и дополнительные данные о личности допрашиваемого, в том числе личные записи в дневнике, письмах, отзывы родственников, сослуживцев, друзей, заключения судебно-психиатрической и судебно-психологической экспертиз, если они проводились; учесть волевые качества, характер, темперамент допрашиваемого, склонность к внушению; .
г) провести повторный допрос (допросы) с соблюдением иной последовательности выяснения обстоятельств дела по существу (это мешает воспроизведению стереотипа показаний);
д) выяснить, что явилось причиной самооговора (намерение взять на себя ответственность соучастников или преуменьшить ее, самопожертвование, оказание воздействия и др.), кто, где и когда незаконно воздействовал на лицо с целью склонить к самооговору; чем объективно может быть подтверждено заявление о самооговоре [231 См.: Справочник следователя. Вып. I. М., 1990. С. 159—160.]
.
Сомнения, в достоверности показаний могут возникнуть у следователя как во время, так и после допроса. В процессе допроса такие сомнения порождаются противоречивостью показаний, их изменением, отсутствием внутренней логики, явным несоответствием известным обстоятельствам дела, имеющимся в распоряжении следователя доказательствам.
Ложность полученных показаний может быть обнаружена в ходе иных следственных действий (проверка и уточнение показаний на месте, проведение следственного эксперимента, очной ставки и др.). Ложность показаний выявляется и при допросах других лиц, и на основании новых вещественных доказательств, заключений экспертов.
Дача ложных показаний определяет конфликтный характер ситуации, в которой протекает допрос. Установление контакта с допрашиваемым во время изобличения его во лжи затруднено или невозможно. Как допрашиваемый, так и следователь обычно находятся в состоянии эмоционального напряжения, их реакции обостряются. Возможны психологические срывы со стороны допрашиваемого и провокация следователя.
Тактические приемы изобличения по своему характеру и направленности могут быть разделены на три группы: приемы эмоционального воздействия, приемы логического воздействия, тактические комбинации. Разумеется, это деление условно, так как один и тот же прием в одной ситуации может оказаться эффективным именно ввиду своего эмоционального воздействия на допрашиваемого, в другой — стать средством логического убеждения.
Приемы эмоционального воздействия. К их числу при изобличении свидетеля и потерпевшего относятся: убеждение в неправильности занятой позиции; разъяснение вредных последствий для близких лиц из числа потерпевших, подозреваемых, обвиняемых; воздействие на положительные стороны личности допрашиваемого — чувство собственного достоинства, благородство, идейность и т. п.
Приемы эмоционального воздействия на подозреваемого или обвиняемого:
побуждение раскаяться и чистосердечно признаться путем разъяснения как вредных последствий запирательства и лжи, так и благоприятных последствий признания своей вины и активного содействия следствию, в том числе по преступлениям прошлых лет, оставшихся нераскрытыми;
воздействие на положительные стороны личности допрашиваемого, использование его привязанностей, увлечений, высокого профессионального мастерства и заботы о профессиональном авторитете и т. п.;
использование антипатии, питаемой допрашиваемым к кому-либо из соучастников, его зависимости от них, унижающей его достоинство, его сомнений в их "надежности" и способности до конца придерживаться ранее обусловленной линии поведения на следствии;
использование фактора внезапности путем постановки неожиданных вопросов в ситуации, когда допрашиваемый таких вопросов не ждет, внутренне демобилизовался, успокоенный безопасным с его точки зрения содержанием и направлением допроса (иногда этот прием именуют постановкой "лобовых" вопросов). Этот прием может быть элементом тактической комбинации, сочетаясь с нейтральным, притупляющим бдительность допрашиваемого фоном, на котором задается неожиданный вопрос.
Приемы логического воздействия заключаются в демонстрации несоответствия показаний действительности. К их числу относятся:
предъявление доказательств, опровергающих показания допрашиваемого. Известны два порядка предъявления доказательств допрашиваемому: последовательно, в соответствии с их доказательственной силой — от менее веских к более веским; предъявление сразу наиболее важного доказательства. Выбор порядка зависит от личности допрашиваемого и характера доказательств;
предъявление доказательств, требующих от допрашиваемого детализации показаний, которая приведет к противоречиям между ним и соучастниками;
логический анализ противоречий, имеющихся в показаниях допрашиваемого;
логический анализ противоречий между интересами допрашиваемого и его соучастников;
доказательство бессмысленности занятой позиции. Приемы логического воздействия с успехом могут быть использованы и в случаях так называемой "пассивной лжи" допрашиваемого, когда он скрывает правду, заявляя "не знаю", "не помню", "не видел" и т. п. Они весьма эффективны и при разоблачении ложного алиби.
Существует несколько способов создания ложного алиби. Так, преступник, предвидя возможность своего ареста, договаривается с близкими о даче ими ложных показаний. В этом случае опровержение достигается путем детального допроса этих лжесвидетелей с целью обнаружить существенные противоречия в их показаниях, поскольку невозможно согласовать все детали вымышленного события; к тому же ложь запоминается плохо и при повторном допросе нередко воспроизводится в другом варианте.
Другой способ создания ложного алиби более изощрен и разоблачается с трудом. Преступник проводит с избранными им лицами какое-то время, например участвует в совместном чаепитии и т. п., но условливается, что время будет указано иное, нежели в действительности. Средством установления истины в этом случае служит также детальный допрос плюс тщательное исследование того, где в действительности могли находиться эти лица в названное следователю время.
Наконец, преступник может ввести лиц, подтверждающих его алиби, в заблуждение относительно того времени, когда он с ними был. В этом случае свидетели будут искренне считать, что говорят правду. Следователь должен выяснить, как определяют такие свидетели время, о котором дают показания, обнаружить причину их заблуждения и таким образом опровергнуть ложное алиби.
Тактические комбинации. Под тактической комбинацией при допросе понимается создание ситуации, рассчитанной на неправильную оценку ее допрашиваемым, что объективно приводит к его изобличению. Тактические комбинации не следует смешивать с обманом допрашиваемого. Обман — это сообщение ложных сведений или извращение истинных фактов. Тактические комбинации — это создание ситуации на основе истинных фактов, которые могут быть двояко — правильно или неправильно — истолкованы самим допрашиваемым. При тактических комбинациях используют:
приемы, преследующие цель скрыть от допрашиваемого осведомленность следователя о тех или иных обстоятельствах дела;
метод косвенного допроса, который заключается в постановке вопросов, второстепенных с точки зрения допрашиваемого, но фактически маскирующих главный вопрос — о причастности к преступлению. Например, если на месте происшествия обнаружены следы пальцев рук обвиняемого, то сначала задаются вопросы, ответы на которые затем исключают возможность утверждать, что эти отпечатки оставлены не в момент преступления, а раньше или позже;
приемы, направленные на создание ситуации, при которой допрашиваемый проговаривается: его побуждают пространно изложить свои объяснения события в расчете на то, что среди ложной информации он сообщит достоверные данные, попавшие в его показания вследствие непонимания их значимости;
предложение допрашиваемому, утверждающему, что он говорит правду, сказать своему соучастнику или связанному с ним предварительным сговором свидетелю фразу примерно такого содержания: "Я сказал всю правду, расскажи правду и ты". Допрашиваемый попадает в сложную ситуацию: отказ будет означать признание в даче ложных показаний, согласие же может привести к его изобличению.
Тактические комбинации, осуществляемые в процессе допроса, относятся к классу простых и бывают трех видов: рефлексивные, обеспечивающие и контрольные. В большинстве своем это рефлексивные комбинации, преследующие либо цель получить информацию от допрашиваемого, либо, кроме того, создать такие условия, при которых допрашиваемый сам сформирует себе неправильное представление о степени осведомленности следователя по поводу тех или иных обстоятельств дела, или о его планах и намерениях, или о состоянии расследования.
Рефлексивные комбинации проводятся при допросах недобросовестных свидетелей (потерпевших) и дающих ложные показания подозреваемых (обвиняемых); обеспечивающие и контрольные тактические комбинации могут быть осуществлены при допросе любого лица. Целью обеспечивающей комбинации может быть сохранение в тайне факта допроса (например, замаскированный вызов на допрос), оказание помощи добросовестному допрашиваемому в припоминании существенных для дела фактов и т. п. Цель контрольной комбинации — получить в процессе допроса данные для оценки показаний или ориентирующей информации, позволяющей следователю выяснить правильность линии своего поведения при допросе и т. д.
Содержание тактических комбинаций составляют приемы допроса. Поскольку их сочетание в тактических комбинациях даже в рамках одного следственного действия настолько велико, что практически не поддается описанию, то целесообразно, на наш взгляд, обратиться к отдельному рассмотрению тех приемов, которые могут быть использованы с наибольшим успехом.
Внезапность. Суть этого приема трактуется как неожиданная постановка допрашиваемому вопроса, не связанного с предыдущими, на который он должен дать немедленный ответ.
Не отрицая принципиальной допустимости таких вопросов, следует учесть обоснованные опасения, высказанные А. Н. Васильевым. Добросовестный допрашиваемый, будь то обвиняемый или свидетель, воспримет это как проявление недоверия к его показаниям, а иногда и как обман, что может вызвать настороженность и нарушение психологического контакта [232 См.: Васильев А. Н., Карнеева Л. М. Тактика допроса при расследовании преступлений. М., 1970. С.148. ]
. Г. Ф. Горский и Д. П. Котов совершенно справедливо замечают, что "внезапный вопрос должен всегда опираться не на "голую" следственную интуицию, не на оперативные данные, не закрепленные процессуальным путем, а на какие-либо доказательства. Тогда в любом случае следователь не попадает в неудобное положение. Даже если внезапный вопрос "не прошел", следователь всегда может объяснить обвиняемому, почему этот вопрос был задан, сославшись на доказательства, которые лежали в основе вопроса" [233 Горский Г. Ф., Кокорев Л. Д., Котов Д. П. Судебная этика. Воронеж, 1973. С. 107.]
.
О других формах использования фактора внезапности уже говорилось в гл.31.
Последовательность. Прием заключается в последовательном предъявлении допрашиваемому доказательств в порядке нарастания их силы. Иногда можно встретить рекомендацию предъявлять доказательства в обратном порядке — начиная с самого веского. Этот совет весьма сомнителен: если самое веское доказательство оказало должное воздействие, незачем предъявлять остальные; если же предъявление самого веского доказательства не дало нужного эффекта, то вряд ли он будет достигнут предъявлением менее веских.
В тактической комбинации этот прием сочетается с другими — "допущение легенды" и "пресечение лжи".
Создание напряжения обеспечивается путем предъявления множества доказательств, напоминанием о нравственной оценке совершенного преступления. В тактической комбинации этот прием может сочетаться с приемом, именуемым "снятие напряжения", что достигается различными средствами: голосом, интонацией, репликами следователя и т. п. Г. Ф. Горский и Д. П. Котов, считая эти приемы нравственно допустимыми, справедливо полагают, что "иногда целесообразно", объединяя приемы, сперва создать напряжение, а затем снять его. Однако создание напряжения не должно происходить за счет грубости или иного психологического насилия со стороны следователя [234 Горский Г. Ф., Кокорев Л. Д., Котов Д. П. Судебная этика. С. 108.]
.
"Допущение легенды" — допрашиваемому предоставляется возможность беспрепятственно излагать свою ложную легенду. Данный прием сочетается с другими приемами, такими, как "пресечение лжи", внезапность, последовательность, повторность допроса.
Косвенный вопрос, упоминавшийся ранее, комбинационно может сочетаться с приемом "форсирование темпа допроса" и "инерция". Под последним понимают незаметный перевод допроса из одной сферы в другую в расчете на то, что допрашиваемый "по инерции" проговорится.
По поводу этичности расчета на проговорку допрашиваемого также существуют полярные мнения. Г. Ф. Горский и Д. П. Котов выражают мнение большинства криминалистов, когда указывают, что "данный прием можно считать нравственным, ибо опора здесь делается не на случайную оговорку, а на проговорку об обстоятельствах, как правило, известных только лицу, причастному к преступлению" [235 Там же. С. 109.]
.
В основе многих тактических комбинаций при допросе лежит такой прием, как создание условий для неправильной оценки недобросовестным допрашиваемым переживаемой ситуации. Как элемент рефлексивного управления, этот прием рассчитан на возможную ошибочную оценку того или иного обстоятельства допроса лицом, действительно причастным к этому обстоятельству.
Здесь нет ни обмана, ни принуждения допрашиваемого к выбору одной, ошибочной позиции, ни воздействия, носящего наводящий характер. Дезинформация допрашиваемого, которая может явиться следствием применения этого приема, — "дело рук" самого допрашиваемого. Следует согласиться с А. Р. Ратиновым и Ю. П. Адамовым, указывающими, что "следователю нет нужды прибегать к ложным утверждениям, в его распоряжении имеется неограниченный запас таких средств, как прямой отказ в сообщении данных, которые хотят выведать заинтересованные лица, умолчание, реплики и заявления, допускающие многозначное толкование, создание ситуаций, скрывающих действительное положение дела, разнообразные вопросы, которые способны породить те или иные догадки у допрашиваемого. Такой образ действий, на наш взгляд, не противоречит... критериям допустимости тактических приемов" [236 Ратинов А., Адамов Ю. Лжесвидетельство. М., 1976. С. 101. ]
.
Выжидание заключается в том, что в допросе делается перерыв для того, чтобы в психическом состоянии допрашиваемого произошли изменения под влиянием оказанного воздействия; создание "заполненности" — это подчеркивание следователем невыясненных мест в деле, вызывающее у допрашиваемого стремление "заполнить" пробелы в соответствии с логикой; вызов преследует цель побудить допрашиваемого к объяснению логическим путем обстоятельств, обеспеченных доказательствами.
Рассматриваемый прием хорошо комбинируется с такими тактическими ходами, как выжидание, создание "заполненности", вызов [237 Там же. С. 102.].
В заключение остановимся на одной из разновидностей оперативно-тактических комбинаций, непосредственно связанной с допросом подозреваемого. Мы имеем в виду комбинацию с использованием так называемых трансферов — специальных приспособлений для защиты различных объектов путем оставления на субъекте посягательства следов его преступных действий. Трансферты могут быть химического действия, могут представлять собой устройство для получения фото- и киноизображения преступника в момент его деяния и т. п.
Действие большинства трансферов рассчитано не на захват преступника с поличным (хотя могут быть и такие варианты), а на последующее изобличение с использованием комбинации следственных действий:
задержания подозреваемого, его освидетельствования с целью обнаружить признаки воздействия на тело или одежду трансферов, допроса. В процессе этого допроса могут быть использованы все упоминающиеся приемы, причем наиболее эффективным, как показывает практика, оказываются последовательность, создание и снятие напряжения, допущение легенды в сочетании с пресечением лжи.
Изобличение допрашиваемого во лжи может привести к последствиям двоякого рода: к даче им правдивых показаний либо к замене новыми ложными. Во втором случае процесс изобличения во лжи должен быть продлен, но уже с помощью других тактических приемов.
§ 6. Особенности тактики допроса несовершеннолетних
Тактика допроса несовершеннолетних в значительной степени обусловлена особенностями их психики (повышенной внушаемостью и самовнушаемостью, склонностью к фантазированию, высокой эмоциональностью, неустойчивостью поведения и др.), незначительным жизненным опытом, что нередко приводит к неправильной оценке ими расследуемого события в целом или отдельных его элементов.
Следователь, готовясь к допросу несовершеннолетнего, должен обратить особое внимание на степень развития ребенка или подростка, влияния на него взрослых, особенностей его характера. От этого в первую очередь зависит выбор места допроса. Детей младшего возраста целесообразно допрашивать в привычной для них обстановке: в школе, детском учреждении, иногда у них дома. Наоборот, на несовершеннолетних в возрасте 15—17 лет официальная обстановка места допроса оказывает положительное влияние: проникаясь чувством ответственности, они скорее скажут правду.
Учитывая быструю утомляемость ребенка, его неспособность долгое время сосредоточивается на одном и том же объекте, следователь не должен затягивать допрос. Если допрос все же оказывается продолжительным, то целесообразно устраивать специальные перерывы, во время которых малолетним следует предоставить возможность отвлечься, отдохнуть за игрой, успокоиться.
Ложные показания несовершеннолетних в возрасте до 14 лет, помимо сознательного отказа говорить правду, могут объясняться самовнушением, повышенным влиянием взрослых, в чем несовершеннолетние не отдают себе отчет, могут быть плодом их фантазии или следствием немотивированного желания солгать. При фантазировании в показаниях несовершеннолетних ложь мешается с правдой или придуманными нелогичными подробностями.
Основным средством изобличения во лжи малолетних являются приемы эмоционального воздействия, ибо средства логического убеждения могут оказаться малоэффективными как вследствие непонимания допрашиваемым самого факта изобличения, так и в силу "духа противоречия", свойственного детям и приводящего к упрямому повторению явно бессмысленной лжи. Эффективным может оказаться и повторный допрос с учетом следующих моментов.
Если на повторном допросе ребенок (подросток) слово в слово повторяет ранее данные показания, употребляя при этом выражения, не свойственные его возрасту, следователь вправе предположить, что такие показания являются результатом воздействия взрослого. Существенные отличия в деталях указывают на фантазирование ребенка: выдуманные детали обычно плохо удерживаются в памяти и заменяются новыми. Однако следователь должен при этом учитывать и внушающее воздействие собственных вопросов, поэтому особенно важно правильно формулировать вопросы и определять их последовательность.
При допросе несовершеннолетних подозреваемых и обвиняемых следователь должен держаться спокойно, уверенно и вместе с тем дружелюбно, но не в ущерб настойчивости и твердости. Такая манера поведения способствует необходимому контакту с подростком, располагает его. Нервозность следователя, его срывы скорее, чем при допросе взрослых, приведут к тому, что допрашиваемый ожесточится, замкнется или от испуга и волнения начнет путаться и лгать. Страх перед следователем может побудить к самооговору.
Несовершеннолетнему следует облегчить переход от ложных показаний к правдивым. Это достигается установлением причин лжи и разъяснением возможности и необходимости изменить свою позицию как в интересах следствия, так и для облегчения собственной участи.
§ 7. Тактика иных видов допроса

Допрос эксперта. В случае, если у следователя возникают вопросы по заключению эксперта, которые не требуют дополнительных исследований, он может выяснить их путем допроса.
Предметом допроса могут быть приведенные экспертом формулировки или использованная терминология; вопросы, относящиеся к процессу проведенного исследования, его методам и основаниям выводов, его компетентности и причинам расхождений с другими экспертами, если экспертиза была комиссионной либо повторной.
Особенностью допроса эксперта является отсутствие в нем такого этапа, как свободный рассказ. Обстоятельства, интересующие следователя, выясняются непосредственно путем постановки соответствующих вопросов. Не случайно поэтому и закон (ст. 192 УПК) предоставляет эксперту право изложить собственноручно не вообще показания, а именно ответы на вопросы. В результате допроса эксперта следователь приходит к выводу: об отсутствии оснований для дополнительной или повторной экспертизы, если все имевшиеся у него сомнения и неясности разрешены; о необходимости назначить дополнительную экспертизу, если пробелы и неясности в заключении эксперта не удалось устранить путем допроса; о назначении повторной экспертизы, если допрос подтвердил сомнения следователя в компетентности эксперта или в обоснованности его заключения.
Следует учитывать, что ответы эксперта могут носить вероятный характер, как и его заключение.
Допрос на очной ставке. Если в показаниях ранее допрошенных лиц имеются существенные противоречия, следователь вправе произвести между ними очную ставку. Очная ставка — это одновременный допрос двух ранее допрошенных лиц об обстоятельствах, в отношении которых они дали противоречивые показания.
По сравнению с обычным допросом психологическая атмосфера очной ставки обычно является более сложной. Это обусловлено самим фактом участия второго допрашиваемого, эмоциональной напряженностью в связи с возможностью изобличения во лжи, чувством страха за свои правдивые показания или неловкости за ложь. Практически очная ставка всегда проходит в конфликтной ситуации, хотя острота конфликта может быть различной — от откровенной враждебности до обычного спора по поводу правильности того или иного утверждения.
Тактика очной ставки призвана помочь устранить противоречия в показаниях допрашиваемых. Однако цель очной ставки можно считать достигнутой только в том случае, если противоречия устранены на основе показаний, отражающих истинное положение вещей, т. е. таких показаний, которые не только субъективно правдивы, но и объективно истинны. При этом необходимо иметь в виду и возможные отрицательные результаты этого допроса, когда один из участников очной ставки, ранее дававший правдивые показания, изменяет их на ложные либо умышленно, либо под влиянием другого участника очной ставки.
Другим отрицательным последствием может быть изменение показаний обоими участниками очной ставки и дача ими новых, тоже ложных показаний, но уже не противоречащих друг другу.
Очная ставка может быть проведена между свидетелями, потерпевшими, подозреваемыми, обвиняемыми — в любом сочетании. В зависимости от того, какое процессуальное положение занимает участник очной ставки, закон определяет его права и обязанности и при проведении этой разновидности допроса. Если допрашивается свидетель или потерпевший, то он в обычном порядке предупреждается об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу ложных показаний.
Решая вопрос о проведении очной ставки, следователь должен учитывать существенность противоречий в показаниях допрошенных, возможные отрицательные последствия очной ставки. Если противоречия в показаниях можно устранить другими средствами и с меньшим тактическим риском, то от очной ставки лучше отказаться.
Подготовка к очной ставке включает в себя:

<< Пред. стр.

стр. 17
(общее количество: 26)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>