<< Пред. стр.

стр. 4
(общее количество: 26)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

По нашему мнению, приведенное выше определение предмета криминалистики на данном этапе не требует уточнений, поскольку рост области применения криминалистических рекомендаций пока не повлек за собой появления новых объектов, изучаемых криминалистикой.
В дальнейшем, очевидно, будет создано криминалистическое обеспечение, специфическое для каждой из этих областей.
Тесная связь существует между криминалистикой и наукой уголовного права. Без определения признаков составов преступлений, содержащихся в уголовном праве, невозможна разработка методик их расследования, ибо, например, прежде чем решить вопрос, какими путями установить событие преступления, нужно знать, какое событие следует установить, каковы его элементы, т. е. признаки состава преступления.
Смежной для криминалистики является и наука административного права, особенно в части, посвященной собиранию, исследованию, оценке и использованию доказательств по делам об административных правонарушениях. Кроме того, связаны с криминалистикой, разделы, посвященные системе управления правоохранительной сферой (органами внутренних дел, прокуратурой и пр.), без знания которой нельзя правильно организовать раскрытие и расследование преступлений.
Положения уголовно-исполнительного права учитываются при раскрытии и расследовании преступлений, совершаемых в условиях уголовно-исполнительных учреждений, что определяет связь этой науки с криминалистикой.
Неразрывные связи существуют у криминалистики с теорией оперативно-розыскной деятельности, которая возникла и развивалась вначале как часть криминалистики. В последние годы была обоснована необходимость формулирования самостоятельного предмета этой науки, отличного от предмета криминалистики, хотя и тесно с ним связанного. Эта взаимосвязь выражается в том, что при разработке проблем криминалистической тактики и методики расследования учитываются возможности оперативно-розыскной деятельности, определяемые ее теорией, а при разработке последней — положения и рекомендации криминалистики.
Современную криминалистику невозможно представить в отрыве от таких общественных наук, как философия, этика, логика, судебная психология.
На основе философских категорий строится общая теория науки криминалистики, формируются представления о системе ее методов, определяются те закономерности судебного исследования, которые должны быть учтены в целях повышения эффективности и практической значимости криминалистических рекомендаций. На положениях этики как науки о морали, нравственности, о системе норм и правил поведения в обществе основана разработка проблем криминалистики, определяющих линию поведения оперативного работника, следователя, судьи при собирании, исследовании и использовании доказательств, их действий и отношений в процессе доказывания.
Связь с логикой проявляется в том, что криминалистические научные исследования невозможны без анализа и синтеза, дедукции и индукции, абстракции, аналогии и т. п. Положения логики, и особенно такого ее раздела, как логика доказывания, являются отправными при решении многих тактических и методических вопросов, например, при установке последовательности применения тактических приемов и проведения следственных действий, выборе тех или иных средств фиксации доказательств;
при оценке доказательств и выборе путей их использования и т. п.
Очень много точек соприкосновения у криминалистики с судебной психологией, данные которой активно используются при разработке тактико-криминалистических приемов и рекомендаций, а также при анализе проблем и создании методик расследования отдельных видов преступлений, например убийств при отсутствии трупа потерпевшего.
Поскольку криминалистика обеспечивает своими рекомендациями выбор наиболее эффективных способов действий и их последовательности, наиболее целесообразной линии поведения при собирании, исследовании и использовании доказательств, т. е. в конечном счете нацелена на оптимизацию расследования и судебного разбирательства, она вступает в определенные связи и отношения с наукой управления и ее разделом — научной организацией труда.
Криминалистику многое связывает с такими специальными отраслями естественных наук, как судебная химия (токсикология), судебная медицина, судебная психиатрия. Их роднит и цель применения — борьба с преступностью, и общность многих объектов исследования, а также взаимопроникновение и взаимодополнение средств и приемов исследования. Данные этих наук учитываются криминалистикой при разработке практических рекомендаций. Например, разрабатывая тактику осмотра трупа на месте происшествия, принимают во внимание характеристику трупных явлений и их динамику во времени, признаки, по которым можно судить об орудии, которым причинено повреждение. В свою очередь судебная медицина все шире использует данные, например, трасологии для решения собственных задач.
Естественные и технические науки наиболее тесно связаны с разделом криминалистической техники. Их влияние на тактику и методику опосредовано через применение технических средств, приемов и методов в производстве процессуальных действий и в методиках расследований отдельных видов преступлений. Основные новации (даже по традиционным "чисто криминалистическим" направлениям, таким как дактилоскопия, микротрасология, технико-криминалистическое исследование документов и пр.) в криминалистической технике и экспертизе возникают при интеграции в них достижений этих наук. Например, для выявления латентных следов рук используются портативные твердотельные лазеры, вакуумное напыление металлов, разнообразные химические реагенты. Обнаружение и исследование микрочастиц и микроследов сейчас уже трудно представить без использования электронной сканирующей микроскопии. Исследования материалов документов основаны в первую очередь на физико-химических методах (рентгеноспектральном и рентгеноструктурном анализе, молекулярной спектроскопии, хроматографии). Причем подобная деятельность производится как с помощью стандартных приемов и методик, используемых в базовых естественных и технических наук, так и (преимущественно) по специально разработанным криминалистическим методикам с учетом специфики объектов (вещественных доказательств)и возможностей методов.
Тесное соприкосновение криминалистики с другими науками не означает слияния или поглощения одной науки другой. Каждая из них занимает свою "нишу", определенную ее предметом и задачами. В качестве примера можно назвать связь криминалистики и находящейся на стадии формирования новой синтетической науки — общей теории судебной экспертизы, которая возникла в недрах криминалистики. Для теории и практики экспертизы криминалистика играет роль обосновывающего знания, как и другие науки, например физическая химия, молекулярная биология. Поэтому связь криминалистики (как и других наук) и общей теории судебной экспертизы выступает как взаимодействие, а не подчиненность.
В сферу взаимодействия с криминалистической наукой включаются все новые области знания, но в то же время и разработанные ею методы и средства начинают использоваться другими науками и в других сферах практической деятельности (археологии, искусствоведении, банковском деле и пр.).

§ 3. Современные тенденции развития криминалистики

Тенденции развития общей теории криминалистики определяются в первую очередь современными представлениями о синтетической природе науки и, соответственно, включают:
дальнейшее изучение закономерностей, составляющих ее предмет, т. е. закономерностей механизма преступления; движения потоков криминалистически значимой информации (и в этой связи возможности новых информационных технологий) и другие;
развитие методологических основ криминалистики — изучение возможностей интеграции в криминалистику новых научных методов и разработка на их основе криминалистических методик;
совершенствование криминалистической систематики и унификация языка науки на основе интеграции в нее компьютерных технологий;
пополнение системы частных криминалистических теорий новыми за счет творческого использования ею достижений фундаментальных и прикладных наук.
Изменение взгляда на природу криминалистики особенно сильно влияет на тенденции развития криминалистической техники, поскольку имеет самое конкретное практическое значение. Если, придерживаясь взглядов некоторых ученых, считать криминалистику наукой чисто юридической, то, следовательно, как полагает, например, Н. П. Яблоков, "она использует и приспосабливает в своих целях достижения современных естественных и технических наук [75 Яблоков Н. П. О некоторых дискуссионных вопросах, касающихся основ криминалистики и судебной экспертизы // Проблемы криминалистики и методики ее преподавания. М., 1994.]
", другими словами, использует уже готовые разработки. Такой подход формирует потребительское и. поверхностное отношение к новым технологиям — неюридическую материю развивать для судопроизводства должен кто-то другой, а криминалисты — только использовать. Однако, к сожалению, период, когда можно было просто черпать технические решения из "большой" науки, давно закончился. По этой причине во многих исследованиях по криминалистической технике ставятся проблемы, обосновывается актуальность их разработки, но редко даются конкретные методики их решения (исключением являются работы по судебной экспертизе узко методического характера), что приводит к серьезным негативным последствиям: техническая оснащенность растет, а раскрываемость преступлений — нет.
Попытки включения в криминалистическую технику новых разделов обычно вызывают бурную дискуссию: является ли это направление криминалистическим или нет. Причем основным критерием разграничения считается доминирующая роль криминалистических методов. Утверждается, что раз криминалистика — наука юридическая, то разделы, где превалируют естественнонаучные методы, в нее включать нельзя. Однако это разделение в значительной мере искусственно, о чем уже говорилось выше.
Другим критерием является традиция, исторический аспект. Какие-то направления традиционно включались в криминалистическую технику, например технико-криминалистическое исследование документов, а какие-то нет, например исследование наркотических веществ, хотя в них могут использоваться те же методы и методики.
Безусловно, криминалистическая техника не беспредельна. Новые разделы, чтобы быть включенными в нее, должны реально существовать, а добавление слова "криминалистическая" к какому-либо разделу науки еще не означает, что такое направление уже имеется.
По каким же критериям можно судить о том, сформировалось ли новое направление криминалистической техники или нет? По нашему мнению, во главу угла должны быть поставлены три аспекта:
решение специфических криминалистических задач, которые не ставятся при исследовании подобных объектов в других сферах человеческой деятельности;
специфика объектов исследования и в то же время их распространенность, частая встречаемость на местах происшествий;
методологическая и методическая разработанность данного направления.
Этим критериям соответствуют уже достаточно сформировавшиеся (хотя несколько десятков лет все еще называемые новыми) направления, становление которых отражает тенденции развития криминалистической техники:
криминалистическая фоноскопия, где описываются звуковые следы человека и их криминалистическое значение, акустический и лингвистический анализ устной речи, диагностические и идентификационные задачи, разрешаемые при фоноскопических исследованиях, и получаемая при этом криминалистически значимая розыскная и доказательственная информация;
криминалистическая одорология, позволяющая анализировать следы запаха, разрабатывающая правила отбора проб и приемы одорологической идентификации с помощью собак — биодетекторов и рекомендации по использованию результатов исследования в раскрытии преступлений;
криминалистическое исследование веществ и материалов, включающее изучение как макро-, так и микроколичеств наиболее распространенных в следственной практике веществ и материалов, таких, как наркотические вещества и лекарственные средства, лакокрасочные покрытия, металлы и сплавы, волокна, нефтепродукты и горюче-смазочные материалы.
Безусловно, в дальнейшем будет происходить пополнение этого перечня, а также развитие уже существующих направлений криминалистической техники за счет расширения арсенала методов и средств, разработки новых методик собирания и исследования вещественных доказательств в уголовном процессе, а также за счет применения этих (и, возможно, разработки новых) методик при производстве по гражданским делам и делам об административных правонарушениях.
Тенденции развития криминалистической тактики включают следующее.
1. Теоретическое уточнение содержания криминалистической тактики (в соответствии с современными представлениями о природе криминалистики), ее границ, связей с иными областями научного знания. Углубленная разработка особенностей следственных ситуаций с использованием современных информационных технологий. Будучи подсистемой криминалистики, криминалистическая тактика претерпевает изменения, связанные с расширением возможностей предварительных и экспертных исследований и разработкой научно обоснованных рекомендаций по этому направлению. В связи с интенсивной разработкой научных основ оперативно-розыскной деятельности все более насущной становится проблема установления границ между криминалистической и оперативно-розыскной тактикой, о чем упоминалось ранее.
2. "Технизация" и " психологизация" криминалистической тактики, т. е. тенденция к использованию точных экспериментальных методов естественных, технических, экономических наук и судебной психологии (совершенствование психологических основ следствия, разработка различных вариантов линии поведения следователя, оперативного работника и судьи в процессе доказывания). Другим направлением является использование: математической логики — для оптимизации производства конкретного следственного действия; теории информации — для изучения процессов возникновения и передачи информации, разработки новых эффективных тактических приемов допроса и других следственных действий.
3. Совершенствование существующих и разработка новых тактических приемов и типичных тактических комбинаций. Эта тенденция обусловлена непрерывным совершенствованием практики борьбы с преступностью, а также влиянием на тактику других разделов криминалистики или иных наук. Необходимость в новых тактических приемах возникает еще и как результат соответствующих изменений процессуального законодательства.
4. Разработка тактики судебного следствия, поскольку рекомендации криминалистики могут быть. с успехом использованы судом для исследования и оценки имеющихся и собирания новых доказательств.
5. Разработка путей и форм использования рекомендаций криминалистической тактики в гражданском, административном и арбитражном производстве. В первую очередь это касается рекомендаций по получению и проверке вербальной информации и тактическим приемам, связанным с применением технико-криминалистических средств и методов.
Тенденции развития методики расследования отдельных видов преступлений в первую очередь связаны с изменением уголовного законодательства. Принятие нового Уголовного кодекса требует корректировки существующих и разработки новых методик расследования отдельных видов преступлений.
Весьма перспективно использование информационных и, в частности, компьютерных технологий, которые позволяют произвести информатизацию и алгоритмизацию самого процесса расследования преступления.
Глава 6. Содержание и структура общей теории криминалистики

При определении содержания и структуры общей теории криминалистки необходимо следовать принципу ее соответствия содержанию и структуре познаваемого объекта. Исходя из этого основными элементами общей теории криминалистики являются следующие.
1. Положения, в которых формулируются понятия предмета криминалистики, ее задач, целей и места в системе научного знания, понятие и содержание ее общей теории. Назовем этот раздел введением в данную область знания.
2. Положения, отражающие закономерности механизма преступления в аспекте криминалистики.
3. Положения, отражающие объективные закономерности возникновения информации о преступлении и преступнике, закономерности собирания, оценки и использования доказательств.
Эти положения можно сгруппировать в четыре раздела, обозначив их как криминалистические учения о закономерностях:
а) возникновения информации о преступлении и преступнике;
б) собирания доказательств;
в) исследования доказательств;
г) оценки и использования доказательств.
Эти разделы содержат общие положения, отражающие сущность, характер, направленность и формы проявления данной группы закономерностей, и систему частных криминалистических теорий, опирающихся на эти положения и выражающих, во-первых, результаты познания перечисленных закономерностей, а во-вторых, формы, пути и цели использования этих результатов познания в плане решения задач, стоящих перед криминалистической наукой. К их числу могут быть отнесены частные криминалистические теории:
о навыках;
о способе совершения и сокрытия преступлений;
о механизмах следообразования;
о признаках;
о фиксации доказательственной информации;
о криминалистической регистрации;
криминалистической идентификации;
о розыске;
причинности;
о криминалистической версии и о планировании расследования;
криминалистического прогнозирования и др.
Приведенный перечень, что вполне очевидно, нельзя считать ни исчерпывающим, ни окончательным.
Частные криминалистические теории служат методологической базой исследования и разработки средств, приемов и методик расследования и предотвращения преступлений. Эти средства, приемы и методики группируются в соответствующие системы и образуют разделы или отрасли: криминалистическую технику, криминалистическую тактику и криминалистическую методику (методику расследования и предотвращения отдельных видов преступлений). Каждый из этих разделов состоит из системы определенных научных положений, именуемых в литературе "общими" и основанных на этих положениях систем средств, приемов и методик работы с доказательствами и т. д. Возникает вопрос: каково теоретическое значение общих положений техники, тактики и методики и в какой связи они находятся с общей и частными криминалистическими теориями?
По нашему мнению, общие положения каждого из разделов криминалистики представляют собой систему тех положений, тех элементов частных криминалистических теорий, которые относятся к данной совокупности средств, приемов и методик. Это своеобразный "экстракт" из содержания частных криминалистических теорий, состав которого зависит от того, где он будет применяться: в технике, тактике или в частной методике. Все, о чем говорится в "общих положениях", содержится в частных криминалистических теориях, взятых в совокупности; в то же время не все содержание частных криминалистических теорий входит в общие положения. Они включают лишь специфическое только для данного раздела криминалистики, а общее для всех ее разделов в них не входит. Из этого следует, что общие положения, хотя и являются системой теоретических знаний, самостоятельного методологического значения по отношению к частным криминалистическим теориям не имеют. Как системы элементов частных теорий общие положения входят в состав общей теории криминалистики, но не на правах ее самостоятельных структурных частей, а лишь как условные группировки некоторых ее категорий и понятий. Именно так следует оценивать и методологическое значение общих положений.
Вместе с тем и частные криминалистические теории не исчерпывают собой содержания общей теории криминалистики.
Теория науки не может обойтись без своего терминологического аппарата — языка науки. Научная терминология — это языковая форма предметного выражения мысли.
На базе естественного (обычного) языка создаются те или иные термины и символы, принятые в конкретной области научного знания и обладающие, в отличие от обычного языка, необходимыми для научного познания строгостью и однозначностью. Касаясь этого вопроса, Н. Бор писал, что, например, язык математики можно признать усовершенствованием общего языка, оснащающим его удобным средством для отображения таких зависимостей, для которых обычное словесное выражение оказалось бы неточным или слишком сложным. В связи с этим можно подчеркнуть, что необходимая для объективного описания однозначность определений достигается при употреблении математических символов именно благодаря тому, что таким способом избегают ссылок на сознательный объект, которыми пронизан повседневный язык. А. Эйнштейн и Л. Инвельд выразили ту же мысль еще более выпукло: "Научные понятия часто начинаются с понятий, употребляемых в обычном языке повседневной жизни, но они. развиваются совершенно иначе. Они преобразуются и теряют двусмысленность, связанную с обычным языком, они приобретают строгость, что и позволяет применять их в научном мышлении [76 Эйнштейн А., Инфелъд Л. Эволюция физики. М., 1956. С. 48.]
.
В настоящее время криминалистика обладает большим терминологическим аппаратом. Однако некоторым ее терминам еще свойственна многозначность общеязыковых понятий, что порождает их нечеткость и расплывчатость. Упорядочение терминологии, ее систематизация и унификация — задача общей теории криминалистики. В связи со все более расширяющимся процессом использования в криминалистике методов и понятий теории информации, формальной и математической логики, теории вероятностей и т. п. возникает проблема разработки знаковых систем в криминалистике. Исследование тенденций такой разработки также следует считать задачей общей теории криминалистики.
К числу общетеоретических вопросов криминалистики относится и ее методология в узком смысле — учение о методах криминалистических научных исследований, "инструментарий" исследователя-криминалиста, с помощью которого познается предмет науки. Учение о методах отражает: а) особенности применения в криминалистике общенаучных методов; б) сущность и содержание специальных методов криминалистики; в) формы трансформации методов криминалистических научных исследований в методы практической деятельности, в том числе в сфере судебного исследования.
Наконец, элементом общей теории выступает систематика науки. В криминалистике она выражается, во-первых, в общей систематизации научных знаний, т. е. в системе науки. Это означает деление науки на части или разделы с указанием оснований такого деления, выяснение внутренних связей между элементами, составляющими содержание каждой такой части или раздела науки, и внешних связей между частями или разделами. Во-вторых, систематика в криминалистике — это совокупность частных систем, каждая из которых объединяет только одну группу явлений, процессов, сторон объективной действительности. Таковы, например, системы приемов проведения тех или иных процессуальных действий, системы рекомендаций по расследованию отдельных видов преступлений, структуры таких объективных процессов, как планирование расследования и т. п. И, в-третьих, систематика — это различные криминалистические классификации объектов, их свойств и признаков, связей и отношений, категорий и понятий, с которыми приходится иметь дело.
Перечисленные три раздела: учение о языке криминалистики, учение о методах криминалистических научных исследований и криминалистическая систематика — самостоятельные части общей теории криминалистики, которая в таком виде может быть соотнесена с предметом криминалистики в структурном соответствии с ним.
Характеристика общей теории криминалистики была бы неполной без рассмотрения ее функций. При этом обычно говорят об объяснительной и предсказательной функциях. Иногда к ним добавляют синтезирующую, описательную, информационную, а также эвристическую и ретросказательную функции общей теории криминалистики.
Под функциями общей теории криминалистики следует понимать типы решаемых ею научных задач, функции, в свою очередь, есть необходимое условие для выполнения криминалистической наукой социальной, служебной роли (функции) — научного обеспечения борьбы с преступностью, т. е. решения данной наукой ее общей и специальных задач (в чем и заключен смысл криминалистики).
Прежде всего следует сказать о методологической, мировоззренческой функции общей теории криминалистики. Эта функция обеспечивает правильное понимание предмета и содержания криминалистической науки, ее связи со всеобщей методологией — материалистической диалектикой, позволяет установить верное соотношение теории и практики. На этой функции основывается эвристическое и ретросказательное [77 Под эвристикой понимают науку, изучающую закономерности построения новых действий в новой ситуации. Ретросказание — получение знаний о прошлом на основе знания о настоящем или о другом прошлом событии, факте.]
значение общей теории криминалистики. Познание, проникновение в сущность предмета исследования — не самоцель; они необходимы криминалистике для решения главной задачи — способствования практической деятельности по борьбе с преступностью. Будучи одной из научных основ такой деятельности, криминалистика вооружает следователя, эксперта, оперативного работника, судью знанием того, как нужно поступать в будущем для познания преступления (т. е. прошлого), или для того, чтобы не допустить преступления (т. е. не допустить в будущем того, что опять-таки было в прошлом). Систематизированное, обобщенное знание того, как следует поступать в будущем, и есть эвристическая сторона содержания общей теории криминалистики.
Таким образом, этой своей стороной общая теория криминалистики обращена в будущее, к тем ситуациям, которые могут возникнуть и возникают при расследовании и предотвращении преступлений, к той деятельности, которая будет необходима в этих ситуациях. Основой для такого знания (как поступать в будущем) служит информация о том, как поступали в прошлом и поступают в настоящем, т. е. практика, опыт, рассматриваемые в самых различных аспектах.
Эвристическая сторона общей теории криминалистики неотделимо связана с ее ретросказательной стороной. Моделируемая криминалистикой будущая деятельность — это деятельность с целью либо познать прошлое, либо не допустить "рецидива", повторения прошлого (по предупреждению преступлений). В этом смысле можно говорить, что общая теория криминалистики обращена наряду с будущим и в прошлое, играя роль методологической основы познания прошлого (прогресса ретросказания). Исследуя закономерности возникновения доказательств и работы с ними, общая теория криминалистики показывает пути перехода от знания о настоящем к знанию о прошлом. В этом и заключается смысл ее ретросказательной стороны.
Но помимо методологической функции общая теория криминалистики, как и составляющие ее частные теорий, выполняет еще и ряд эмпирических функций, т. е. тех, которые проявляются ею по отношению к данным практики, результатам эксперимента, самому процессу научного исследования. Рассмотрим эти функции.
Объяснительная функция заключается в раскрытии сущности предмета познания, его сторон и элементов. Именно в этом состоит научное отражение предмета криминалистической науки. Теория в процессе объяснения выступает в форме модели объясняемого явления с указанием на его сущность. Так, не только констатируется существование, например, объективных закономерностей работы с доказательствами, но и показывается механизм проявления этих закономерностей, результат их действия, характер связей между причиной и результатом.
Описание и регистрирование фактов, явлений не выступают самостоятельными функциями теории, а представляют собой необходимые предпосылки, можно даже сказать — начальные этапы объяснения.
Описание как познавательная процедура — это сообщение о некотором предмете, выполненное с такой степенью точности, которая позволяет отличить этот предмет от других. Выделение отличительных признаков необходимо предшествует объяснению причин этих отличий, т. е. проникновению в сущность предмета. За описанием следует регистрирование описанного как момент накопления эмпирического материала, условие его дальнейшего осмысливания.
В научном объяснении различают две части: первая — экспланандум (то, что объясняется); вторая — эксплананс (то, что объясняет). Экспланандум — это данные практики, научных исследований, в нашем случае — практики борьбы с преступностью, применения криминалистических средств и методов судебного исследования и предотвращения преступлений. Экспланансом служит либо общая теория криминалистики (когда речь идет о предмете науки в целом), либо положения частных криминалистических теорий. Научное объяснение помогает установить взаимную связь между объясняемым и криминалистической теорией. Объясняемое явление включается в структуру теории.
Синтезирующая функция есть отражение общих процессов синтеза научного знания. Формы выражения этой функции общей теории состоят в следующем:
1. Упорядочение накопленного криминалистикой эмпирического материала путем его синтеза, выявляющего внутреннее единство полученных сведений. Условиями такого синтеза служат систематизация и обобщение материала, которые играют роль необходимых предпосылок синтеза, подобно тому, как описание и регистрация фактов играют роль предпосылок объяснения. Систематизация и обобщение на современном уровне также являются не самостоятельными функциями криминалистической теории, а предпосылками или начальными этапами осуществления синтезирующей функции.
2. Возрастающее влияние концепций общей теории криминалистики на теоретические основы смежных областей знания, проникновение ее положений в теорию уголовно-процессуальной науки и других правовых наук.
3. Объединение частных криминалистических теорий в единую систему в соответствии с предметом криминалистики, отражаемым всей совокупностью теоретических построений криминалистики.
Предсказательная функция общей теории криминалистики неотделима от ее объяснительной функции. И та и другая опираются на одинаковые закономерности и существенные связи между явлениями, хотя объяснение относится к уже известным, существовавшим или существующим фактам, а предсказание — к фактам, которые будут существовать или уже существуют, но еще неизвестны. Предсказательная функция позволяет предвидеть развитие знаний о предмете исследования, определить перспективы развития криминалистики и наметить тем самым направления научных исследований в этой области.
Предсказательная функция — основа для теории криминалистического прогнозирования, одна из форм практического приложения науки к практике борьбы с преступностью.
Реализация названных функций общей теории криминалистики возможна лишь на основе глубокого анализа и обобщения практики.
Глава 7. Криминалистическая идентификация

§ 1. Понятие и научные основы криминалистической идентификации

В процессе расследования преступлений нередко возникает необходимость установить по следам и иным отображениям связь человека, предмета, иного объекта с расследуемым событием. Так, по следам рук и ног устанавливают лицо, бывшее на месте происшествия; по следам транспортного средства — скрывшийся автомобиль; по следам на пуле и гильзе определяют, не выстрелены ли они из пистолета, изъятого у подозреваемого; исследуя рукописный текст, выясняют, не выполнен ли документ конкретным лицом.
Во всех приведенных и подобных им случаях главное заключается в том, чтобы по результатам отображения идентифицировать объект, оставивший это отображение. При этом оба понятия — объект и отображение — трактуются достаточно широко. Под объектом понимают человека, предметы его одежды и обувь, орудия преступления, транспортные средства, оружие, инструменты и т. п. В качестве отображений фигурируют различные следы, документы, фотоснимки, части объектов, мысленные образы, зафиксированные в памяти.
Идентифицировать [78 От латинского identificare — отождествлять (identicus — одинаковый, тождественный).]
объект — значит установить (выявить) его тождественность с самим собой в разные периоды времени или в разных его состояниях, используя для этих целей оставленные им отображения.
Идентичность или тождество объекта означает в первую очередь его неповторимость, индивидуальность, отличие от подобных ему. В фундаментальном исследовании "Диалектика природы" Ф. Энгельс отмечал: "Само собой разумеется, что тождество с собою уже с самого начала имеет своим необходимым дополнением отличие от всего другого" [79 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 530.]
. Нет двух вещей в природе, которые были бы одинаковы. Можно говорить о наличии сходных объектов, которые объединяются по этому признаку в классы, роды, виды и т. п., но нельзя допустить наличия двух тождественных, совпадающих целиком и полностью объектов.
Криминалистическая идентификация (отождествление) является одним из средств установления истины в уголовном судопроизводстве. Это обстоятельство определяет ее отличие от идентификации, используемой в других науках, в технике и т. д. Отличие заключается как в самой сущности отождествления, так и в форме, в которую оно облекается.
Идентифицировать в химии, ботанике, зоологии, минералогии и т. д. — это значит установить принадлежность объекта к определенному стандартизованному классу, роду, виду, подвиду, семейству, т. е., по существу, провести классификацию объекта.

В отличие от этого криминалистическая идентификация имеет целью и содержанием установление индивидуального тождества, т. е. идентификацию конкретно-определенного объекта с самим собой. Определяя ее содержание, обычно подчеркивают специфичность ее целей, средств и приемов [80 Так, Н. А. Селиванов отмечает: "Криминалистической является идентификация, производимая при помощи средств и приемов, разработанных в рамках науки криминалистики" (Селиванов Н. А. Советская криминалистика: система понятий. М., 1982 С 30)]
.
Существенными признаками криминалистической идентификации могут считаться следующие: а) объекты криминалистической идентификации индивидуально определены и обладают устойчивым внешним строением; б) криминалистическая идентификация осуществляется по отображениям устойчивых свойств идентифицируемых объектов; в) криминалистическая идентификация реализуется в процессе расследования, раскрытия преступления и судебного рассмотрения дела [81 См.: Белкин Р. С. Курс криминалистики. Т. 2. М., 1997. С. 267.]
.
Термин "криминалистическая идентификация" употребляется в нескольких значениях. Им обозначают цель (задачу) и результат исследования ("объект идентифицирован"). Второе значение термина — характеристика процесса идентификации, т. е. системы действий, выполняемых в определенной последовательности. И, наконец, термином "криминалистическая идентификация" обозначают также метод познания — теоретическую концепцию, включающую учение об общих принципах и приемах отождествления материальных объектов как способа установления истины по уголовному, гражданскому, административному, арбитражному делу [82 Подчеркивая это значение теории криминалистической идентификации, Р. С. Белкин называет ее "криминалистическим средством работы с доказательствами" (Белкин Р. С. Там же. С. 267).]
.
При разработке теории криминалистической идентификации использованы философские категории о тождестве объектов и явлений материального мира, их обусловленности, взаимосвязи и взаимозависимости. На этой основе в теории содержится развернутое толкование понятий тождества и различия, индивидуальности объекта; учение о признаках как выразителях свойств предмета изложены принципы и приемы анализа идентификационных признаков. При конструировании теории криминалистической идентификации широко использованы положения логики (формальной, диалектической) и теории информации.
Сущность криминалистической идентификации заключается в сопоставлении объекта и его отображений. В основе такого сопоставления — криминалистические постулаты об использовании материалистической теории отражения как свойств живой и неживой материи. В соответствии с этим учением говорят о закономерностях возникновения отображения как результата действия (в том числе преступного события), о закономерной возможности судить по отображению о свойствах отобразившегося объекта или явления; о закономерности использования полученных данных для установления истины по делу.
Сам процесс отражения обусловлен в каждом случае взаимодействием отражаемого объекта или явления (действия) с окружающей средой, в которой происходит его отражение. Эта взаимосвязь определяет как форму отражения свойств объекта, так и полноту его отражения. Поэтому факт установления тождества — это, по существу, еще и факт установления взаимодействия двух систем: отражаемой и отражающей. Отсюда следует, что непременным условием успешной идентификации является познание условий отражения объекта, способа передачи его признаков в отражающей системе (отображении).
В теории и практике криминалистической идентификации различают две формы отражения: материально-фиксированную и психофизиологическую. Первая означает объективную фиксацию признаков в материальных объектах. К ним относятся следы (рук, ног, оружия, транспортных средств и т. п.); фотоснимки (живых лиц, трупов, вещественных доказательств, участков местности, строений и т. д.); описания (в том числе картотеки учета) и подобные им объекты.
Психофизиологическая форма — отображение мысленного образа предмета в памяти конкретного лица — носит субъективный характер. Поэтому субъектом отождествления (лицом, осуществляющим идентификацию) здесь может быть только человек, в сознании которого запечатлен данный образ.
Необходимым условием идентификации является метод сравнения — одновременное изучение двух или нескольких объектов с целью установления того, что их объединяет и что различает. Анализ различий в процессе отождествления очень важен. В соответствии с положениями диалектической логики, допуская возможность отождествления объекта, не следует забывать о его постоянных изменениях. "Растение, животное, каждая клетка в каждом мгновении своей жизни тождественны с собой и тем не менее отличаются от самих себя благодаря сумме непрерывных молекулярных изменений, которые составляют жизнь", — подчеркивал Ф. Энгельс, отмечая, что "... постоянное изменение, т. е. снимание абстрактного тождества с самим собой имеется также и в так называемой неорганической природе" [83 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 529—530. ]
. Иными словами, не может существовать абстрактного тождества, оно всегда конкретно. При этом его следует понимать как момент относительного покоя в движении (изменении материи), некоторую неизменность, устойчивость. Вместе с тем даже воспринимая тождество как акт, отражающий состояние относительного постоянства, необходимо принимать в расчет всегда имеющиеся различия. "Истинное, конкретное тождество содержит в себе различие, изменение", — добавляет Ф. Энгельс. — Тождество и различие в конкретном явлении являются "односторонними полюсами", которые представляют нечто истинное только в своем взаимодействии, во включении различия в тождество" [84 Там же. С. 530.]
.
Изучение неизбежных различий помогает лучше уяснить и объяснить факт тождества, определить допустимую меру различий, не исключающих вывода о тождественности предмета.
Различия могут быть обусловлены множеством факторов: природой вещества, условиями изготовления предмета, его использования и т. п. Различия могут носить естественный характер. Например, по мере старения человека изменяются черты его внешности, используемые для отождествления.
Искусственные различия являются результатом намеренных действий, следствием изменения объекта под влиянием различных воздействий. Так, в следе пальца может отобразиться шрам, возникший на пальце преступника после того, как он был в свое время зарегистрирован.
Изменения, вызывающие различия, по своему основанию подразделяются на необходимые и случайные. Необходимые — это те, которые закономерно обусловлены действием какого-либо фактора. Например, возрастное изменение; появление различий, определяемых фактом употребления вещи. Пример случайных изменений — появление неровностей в канале ствола, оставляющих следы в виде трасс на пуле. При этом всякая случайность несет в себе элементы закономерности. Неровности в канале ствола возникают как результат суммы закономерных явлений: выстрел, резкое изменение давления и температуры, отложение твердого и рыхлого нагара, воздействие физических и химических факторов. Однако распределение по поверхности канала ствола неровностей, их размеры, выраженность и т. п. носят случайный характер.
Чрезвычайно важное значение для криминалистики имеет градация различий на существенные и несущественные. Первые свидетельствуют: вещь изменилась настолько, что стала другой, или всегда отличалась от отождествляемого объекта, т. е. не была им. Несущественные различия вызваны изменением лишь некоторых свойств предмета, оставшегося в своей основе прежним.
В процессе сравнения объектов устанавливают как совпадающие, так и различающиеся признаки; определяют, какие из них преобладают, находятся ли различающиеся признаки в пределах допустимого, и на основе такого анализа приходят к выводу о тождестве или его отсутствии.
Явление, обратное положительной идентификации, носит название различения или дифференциации. Дифференциация, как и идентификация, является одним из актов исследования объектов с целью их узнавания (опознание по мысленному образу) или экспертного отождествления (по материально-фиксированному отображению).
Понятие различия также важно для криминалистической идентификации, как понятие сходства. В зависимости от природы различий, их качественного и количественного выражения, доли различия, в окончательном результате сравнительного исследования приходят к одному из трех выводов: а) о наличии тождества; б) о его отсутствии; в) о невозможности решения задачи.
Диалектический подход к методу и процессу идентификации позволяет отождествить объект по его отображениям в тех случаях, когда наряду с преобладающими совпадениями отмечаются несущественные, вполне объяснимые различия. В то же время существенные различия, определяющие несходство в главном, служат основанием для акта дифференциации (отрицательной идентификации).
Если же природа различий остается невыясненной, решить вопрос об отнесении их к существенным или несущественным не удается, то формулируется вывод о невозможности решения задачи идентификации (дифференциации).
Несмотря на то, что отождествление и дифференциация — два разных, взаимоисключающих вывода, путь исследования, ведущий к ним, один; Он заключается в объективном исследовании свойств сравниваемых объектов и их сопоставлении между собой.
В качестве объектов криминалистической идентификации фигурируют люди (обвиняемый, потерпевший), различные материальные предметы (орудия преступления, огнестрельное оружие, транспортные средства, здания, сооружения и т. п.), вещества (см. таблицу 1).
В зависимости от способа отображения в качестве непосредственного объекта исследования при криминалистической идентификации изучают: следы рук, ног, зубов человека и предметов его одежды, обуви; следы орудий взлома; следы от частей оружия на пулях и гильзах; следы от ходовой части транспортного средства и его выступающих частей: следы ног (копыт, подков). Так как непосредственное исследование таких следов в лабораторных условиях не всегда возможно (ввиду сложности их изъятия в натуре), то объектами исследования становятся их копии (модели, оттиски) в виде слепков, отпечатков, фотоснимков.
В качестве средств идентификации исследуют и документы, например для отождествления печати (штампа) по оттиску на документе; для отождествления лица по почерку, если документ рукописный; для отождествления пишущей машинки или типографского набора.
Участки местности, здания, сооружения могут отождествляться как путем их предъявления в натуре (например, при опознании), так и по фотоснимкам.
Разновидностью индивидуального отождествления является так называемое "установление целого по его частям (фрагментам)" или, говоря иначе, установление факта взаимопринадлежности частей единому целому. При решении этой задачи совмещают между собой фрагментированные части объекта (осколки, обломки, детали, клочки бумаги и т. п.) и исследуют взаимное отображение признаков внешнего строения частей на совмещающихся поверхностях разделения. Например, требуется установить, не составляли ли единое целое осколки фарного рассеивателя, обнаруженные в месте наезда и найденные при осмотре проверяемого транспортного средства.
Однако понятие целого применительно к решению идентификационных задач трактуется в криминалистике достаточно широко. Этим понятием охватываются:
предметы монолитного строения неорганического происхождения (различные изделия, материалы и т. п.);
биологические объекты (растения, куски древесины и т. п.);
механизмы и агрегаты, состоящие из комбинации взаимодействующих частей;
материальные компоненты, комплекты вещей, составляющих единый объект целевого назначения (нож и ножны, пиджак и брюки и т. п.);
хаотические системы (жидкости и сыпучие вещества, не имеющие собственной устойчивой формы).
Целое может быть разделено на части как во время преступного события (излом ножа в момент ранения, потеря каблука от подошвы обуви на месте происшествия и т. д.), так и до совершения преступления (например, обнаружение на месте убийства пыжа, изготовленного из страницы тетради, найденной при обыске у подозреваемого; снаряжение патрона дробью, отделенной от массы дроби, изготовленной ранее кустарным способом, и т. п.).
В любых подобных случаях установление целого методами и приемами идентификации позволяет установить связь между совершенным действием и фактом разделения целого на части, т. е. зависимость между событиями, причастность лица к совершенным действиям и т. д.
При идентификации в качестве объектов исследования могут быть использованы и данные криминалистических учетов (регистрация преступников, неопознанных трупов, без вести пропавших), картотеки отпечатков пальцев, коллекции пуль и гильз, изъятых с мест преступления.
Круг субъектов идентификации достаточно широк. Криминалистическую идентификацию могут осуществлять эксперт, следователь, судья, специалист, любой участник процесса. Однако объем их действий и значение актов идентификации неодинаковы.
Эксперт проводит идентификацию только в процессуальной форме. Заключение о наличии или отсутствии тождества, даваемое им по результатам исследования материально-фиксированных отображений объекта, имеет значение судебного доказательства и в качестве такового находит отражение в материалах дела. Следователь и суд могут осуществлять идентификацию как в непроцессуальной, так и в процессуальной форме. Например, когда следователь или судья убеждается, что перед ним именно то лицо, которое вызвано на допрос, это элементарный акт идентификации. Изымая при обыске искомые вещи, признаки которых известны из обстоятельств дела, следователь также проводит их идентификацию. Наконец, она осуществляется и при таком следственном действии, как предъявление для опознания (людей, предметов), в ходе которого опознающее лицо отождествляет объект по мысленному образу. Выводы следователя и суда о тождестве недоказательственны и используются ими для принятия соответствующих решений. Например, убедившись, что вызванное лицо является определенным гражданином, следователь (суд) приступает к его допросу. Идентифицировав вещь, обнаруженную при обыске, как похищенную, следователь принимает решение ее изъять. Обнаружив на месте происшествия след пальца с завитковым узором, следователь будет учитывать это при отборе сравнительных образцов. Если у проверяемых лиц нет таких узоров, то отпечатки их пальцев следователь на экспертизу не направит.
Некоторые виды идентификации следователь и суд осуществляют на основе доказательств, которые сами содержат сведения об отождествлении. Например, экспертное заключение о тождестве, протокол предъявления для опознания.
Идентификация может осуществляться и специалистом (не экспертом). Она всегда проводится в непроцессуальной форме. Получаемые при этом результаты не имеют силы доказательства по .делу и используются в оперативно-розыскных целях, а также при построении версий.
Иные участники процесса осуществляют идентификацию в ходе опознания объектов, при сопоставлении описания признаков предмета с самим предметом, и т. д. (см. ниже).

Таблица 1
















Таким образом, при общем сходстве целей идентификации ее частные задачи предопределены субъектом исследования (его процессуальным положением). В свою очередь задачи идентификации и особенности объектов обусловливают выбор методов исследования. О видах и формах идентификации см. таблицу 2.
Таблица 2
Виды и формы проведения идентификации (по Ф. П. Сове)

Наряду с установлением индивидуально-конкретного тождества широко распространена групповая идентификация, или установление групповой принадлежности. Такое исследование позволяет установить принадлежность объекта к определенному классу, роду, виду, т. е. к некоторому множеству однородных объектов. При этом под однородными понимают объекты, которые при всех их различиях обладают одним и тем же набором признаков группового свойства (например, топоры одного целевого назначения, одной формы, размера и т. д.). Однородные объекты отличаются от просто сходных. Под сходными понимают объекты, имеющие лишь некоторые одинаковые признаки или не обладающие свойством эквивалентности, взаимозаменяемости (например, столы, различающиеся по форме, размерам и целевому назначению, но совпадающие по конструкции). Собирательным, понятием для категорий однородных объектов является термин "группа", почему и исследования трактуют как установление групповой принадлежности. Оно осуществляется либо как первоначальный этап (первая стадия) всякого индивидуального отождествления, либо как решение самостоятельной задачи.
Иногда установление групповой принадлежности искусственно выделяют из теории криминалистической идентификации, полагая, что отождествление может касаться только индивидуально-определенного объекта. Возражая против этого и считая установление групповой принадлежности органической частью криминалистической идентификации, можно в качестве аргумента сослаться на философскую трактовку понятия отождествления.
"Отождествление означает усмотрение одного и того же, как того же самого, в его различных проявлениях. При этом или один и тот же предмет рассматривается как тот же самый во всех своих различных состояниях, или во многих предметах усматривается одна и та же общая черта, по которой эти различные предметы сходствуют между собой, образуя ряд однородных предметов [85 Савинов А. В. Логические законы мышления: М., 1958. С. 12.]
". Трактовка ряда однородных предметов представляет собой не что иное, как понятие группы, а усмотрение общей черты — установление групповой принадлежности, отнесение конкретного объекта (в том числе и по его отображению) к определенной группе. Например, по следу обуви определяют, что лицо, оставившее следы на месте происшествия, было обуто в мужскую обувь 42-го размера с закругленным носком и передним срезом каблука выгнутой формы.
Установление принадлежности объекта к определенной группе проводится на основе изучения признаков объекта и сопоставления их с признаками других объектов этого же класса (группы). Так, форма пули, ее размеры, конструкция и следы, оставшиеся на ней при прохождении канала ствола, позволяют судить о том, из оружия какой системы (модели) выстрелена данная пуля. Следующим этапом (стадией) может явиться индивидуальное отождествление оружия, если оно будет обнаружено и изъято. При отсутствии оружия отождествление закончится лишь установлением групповой принадлежности, хотя в следах на пуле имелись признаки, позволяющие провести индивидуальное отождествление объекта.
Установлением групповой принадлежности приходится ограничиться и в тех случаях, когда в следах не отображены признаки, способные индивидуализировать объект. Так, по следам транспортного средства может быть установлена модель автомобиля, оставившего следы (группа, к которой он принадлежит), однако отсутствие в следах отображения характерных деталей не позволит отождествить этот автомобиль, даже если он будет обнаружен.
Говоря об установлении групповой принадлежности, имеют в виду, что в качестве групп могут выступать существующие классифицированные системы, например, можно говорить о делении орудий и инструментов на: рубящие, колющие, режущие и т. п.; о транспортных средствах модели ВАЗ-2101, ВАЗ-2103 и т. п.
Группы могут быть и не классифицированными заранее, а создаваемыми по произвольным признакам с учетом их отображения в следе. Так, при наличии в следе автомобиля отображения трещины (дефекта) в шине заднего левого колеса следователь установит сначала объем стандартизованной группы (например, ВАЗ-21011), а затем отнесет его к произвольной группе "ВАЗ-21011 с трещиной в шине заднего левого колеса". Точно так же по степени изношенности, форме и размерам, отобразившимся в следе ботинка, может быть сформулирована группа "ботинок 42-го размера со значительной степенью изношенности заднего края каблука". Создание подобных классов (групп) имеет существенное значение, помогает сузить группу и тем самым облегчить розыск искомого объекта, а при его обнаружении с большей вероятностью судить о его связи с расследуемым преступлением. Основанием для этого является то положение, что с увеличением числа признаков, взятых за основу, классификации, количество входящих в группу объектов неизменно уменьшается.
Разновидностью классификации по групповой принадлежности является определение общего источника происхождения. При таком исследовании устанавливается принадлежность двух и более объектов к одной группе (массе). Такими объектами могут быть чернила в авторучке и в штрихах текста; дробь, изъятая из трупа, и дробь в патронах подозреваемого и т. п. При этом сопоставление проводится по признакам, отражающим в основном внутренние свойства объектов, их состав, структуру и т. д.
В других случаях общий источник происхождения устанавливается' на основе сопоставления внешних признаков. Например, по следам, отражающим процесс изготовления и рабочие грани производственных механизмов, устанавливают принадлежность объектов к одной партии, выпущенной на определенной машине в определенный период. Подобные исследования проводятся достаточно часто в отношении так называемых изделий массового производства.
Важно отметить, что понятие "источник происхождения", так же как и любое иное понятие группы, может быть сужено за счет увеличения числа исследуемых признаков. Это могут быть признаки состава вещества, его структуры, посторонних включений; признаков, отражающих технологию производства или условий хранения, и т. д.

§ 2. Криминалистическое учение о признаках

Одним из главных в теории криминалистической идентификации является понятие идентификационного признака. Признак понимают как выражение свойств предмета, как его примету, способную характеризовать объект определенным образом. Признак неотделим от самого объекта и может быть использован для его отождествления.
Каждый объект материального мира обладает суммой свойств. Эти свойства характеризуют внешнее строение объекта, его форму, размеры, материал, из которого состоит объект, и т. п. Познать все свойства объекта — задача достаточно трудная, требующая значительных затрат времени и усилий. Однако для идентификации объекта совсем не обязательно исследовать все его свойства. Объект в достаточной мере может быть охарактеризован комплексом признаков, дающих необходимое представление о нем. В качестве идентификационных могут выступать признаки внешнего строения предмета или его внутренние свойства: химический состав, плотность, твердость, электропроводность и т. д. Наконец, идентификационные признаки могут являться преобразованным отображением свойств объекта идентификации. Так, отождествление человека по почерку представляет собой идентификацию по признакам, запечатленным в рукописном тексте и отображающим систему двигательных навыков, сформировавшуюся у данного лица для письма.
Для того чтобы признак мог быть использован в качестве идентификационного, он должен отвечать нескольким условиям. Главное из них — это специфичность, оригинальность признака. Иными словами, в качестве идентификационных признаков выбирают такие, которые наиболее полно и точно отражают свойства объекта. Говоря об оригинальности идентификационного признака, имеют в виду его нетипичность, отклонение от средних величин и норм. Такие признаки имеют тем большее значение, чем реже они встречаются в однородных объектах одной группы.
Иногда утверждают, что в качестве идентификационных выступают существенные признаки объекта. Это не совсем верно. Под существенным признаком понимают такой, без которого предмет не мог бы существовать, функционировать, служить по своему прямому назначению. Однако идентификационные признаки далеко не всегда являются выразителями именно таких свойств. Они могут носить случайный для объекта характер, отражать его второстепенные свойства, если судить о них с позиции использования, но при всем этом иметь важное идентификационное значение. Например, наличие набойки на подошве ботинка не имеет важного, существенного значения для ее характеристики как таковой. Однако для целей идентификации ботинка по следу место расположения набойки и иных ее деталей чрезвычайно важно.
Таким образом, под специфичностью признака понимают его способность выделять объект, отграничивать его от группы однородных объектов.
Так как при идентификации чаще всего приходится иметь дело с анализом не самих признаков, а их отображения (в следе, копии, модели), то вторым важным условием идентификационного признака является его выраженность, способность к систематическому адекватному отображению. Признак должен быть воспроизводим в каждом случае образования следа, и его отображение должно однозначно передавать информацию о свойствах объекта.
Третье условие, которому должны отвечать идентификационные признаки, — их относительная устойчивость. Все объекты материального мира постоянно изменяются. Говоря об изменении свойств, а следовательно, и признаков вещи (предмета), разграничивают качественные превращения и качественные изменения. При качественных превращениях вещь теряет свои основные свойства, становится, по существу, другой.
При качественных изменениях основные свойства сохраняются; вещь остается той же самой, теряя лишь незначительные для нее свойства.
Говоря об относительной устойчивости идентификационных признаков, имеют в виду, что многие свойства (признаки) остаются относительно неизменными в течение длительного времени. В теории криминалистической идентификации существует понятие "идентификационный период". Это период, прошедший от момента возникновения (отображения) следа до того момента, когда осуществляется идентификация объекта по его отображению. Идентификационный период не может быть заранее определен какими-либо отрезками времени, так как изменяемость признаков объекта, равно как и их устойчивость, определяются не только и не столько длительностью отрезка времени, сколько характером возможных изменений, условиями хранения или эксплуатации объекта и т. п. Например, если из оружия совершили убийство, а затем .его вычистили, смазали и положили в сухое место, то идентифицировать такое оружие по пуле (гильзе) можно спустя несколько лет. Иной пример, если топор, использованный для взлома, несколько дней находился в интенсивной эксплуатации (часть признаков микрорельефа лезвия обязательно претерпит изменения). Поэтому каждый раз при идентификации объекта по следам (отображениям) необходимо не просто принимать в расчет временной отрезок идентификационного периода, а располагать сведениями о том, в какой мере можно считать устойчивыми сохранившиеся признаки.
Идентификационные признаки могут быть классифицированы по различным основаниям. Прежде всего они делятся на общие и частные. К общим относят такие, которые свойственны (присущи) однородным объектам. Иными словами, общие признаки позволяют выделить данную группу из других подобных групп, а также отнести объект по отображению его общих признаков к данной группе. Например, общие признаки, отобразившиеся в машинописном тексте (полнота и форма шрифта, его размер, величина шага главного механизма, величина интервалов), позволяют установить модель пишущей машинки [86 Иногда под общими признаками понимают признаки, характеризующие объект в целом. Однако охарактеризовать объект в целом — это значит обратить внимание на такие его признаки, как форма, размеры, вес, цвет, способ изготовления и тому подобные признаки, позволяющие сделать вывод, что объект принадлежит к группе объектов, обладающих однородными признаками. То есть вновь происходит слияние понятий "общий признак" и "групповой признак".]
.
В отличие от общих (групповых) частные идентификационные признаки позволяют выделить конкретный объект из группы однородных ему. В качестве частных признаков обычно фигурируют детали объекта. Однако сам по себе отдельный частный признак не идентифицирует его. Было бы неверно ставить знак равенства между понятиями "частный признак" и "индивидуальный признак". Индивидуальных признаков нет и быть не может, иначе это противоречило бы понятиям материалистической диалектики о закономерном и случайном. Каждая деталь объекта может повториться и случайно, и закономерно, реже или чаще в другом однородном объекте (той же группы). Индивидуализировать объект способна только сумма (комплекс) частных признаков, которую в теории криминалистической идентификации именуют индивидуальной совокупностью.
Природа частных признаков различна. Это могут быть детали живой материи, заложенные в ее основе. Так, частными признаками узора ногтевой фаланги пальца руки человека являются элементы, создаваемые папиллярными линиями (валиками кожного покрова).
Частные признаки могут сформироваться в ходе изготовления объекта. Так, на деталях огнестрельного оружия частные признаки возникают как результат индивидуальной (ручной) обработки отдельных деталей. Отображаясь при стрельбе на пулях и гильзах, они позволяют идентифицировать оружие по следам.
Наконец, частные признаки могут возникать в процессе эксплуатации (использования) предмета, например, в виде микроскопических неровностей на режущем крае лезвия ножа (топора); следов износа (ремонта) на подошвах обуви; в тексте, исполненном на пишущей машинке.
Совокупность частных признаков способна индивидуализировать объект потому, что распределение их на поверхности объекта, а иногда и их возникновение носят случайный характер, а стало быть, по теории вероятностей, практически неповторимы в данной совокупности и данной локализации.
В зависимости от своей природы частные признаки могут быть классифицированы на внешние и внутренние, о чем говорилось выше.
Идентификационные признаки делят на качественные (атрибутивные) и количественные, что призвано отразить различие в способах их восприятия, фиксации, оценки. Атрибутивные излагаются в виде терминов, содержащих качественную характеристику объекта. Это характеристика типа и разновидности папиллярного узора (завитковый, круговой); формы орудия, оставившего след отжима (прямоугольная, закругленная); способа выполнения буквы при письме (левоокружное, правоокружное); особенностей, отобразившихся в следе.
Количественные признаки выражаются числовыми величинами, определяющими, например, величину следа, количество нарезов ствола и наклон этих нарезов, размер шрифта пишущей машинки и т. д. Иногда идентификационные признаки объекта могут быть охарактеризованы и в количественном, и в качественном отношении. Например, характеристика цвета предмета может быть дана визуально: синий, голубой, желтый, а также получена с помощью специальных приборов (спектрофотометров), позволяющих с большой точностью измерить коэффициенты отражения света данным объектом в наличных зонах спектра.
Идентификационные признаки могут быть поделены на необходимые и случайные. В необходимых признаках проявляется сущность объекта, без них он не был бы тем, чем является. Например, признаки, характеризующие пистолет как огнестрельное оружие. Случайными будут, например, неровности, оставляющие на пуле следы в виде трасс (см. таблицу 3).
Совокупность всех идентификационных признаков, используемых в конкретном случае, образует так называемое идентификационное поле. Этим термином определяется круг признаков, запечатленных в материально-фиксированном отображении объекта и сопоставляемых с признаками самого
Таблица 3

объекта. Главной задачей исследователя при изучении и сопоставлении признаков, составляющих идентификационное поле, является их оценка с позиции необходимости и достаточности для вывода о тождестве.
Решение этой задачи невозможно без разграничения объектов на идентифицируемые и идентифицирующие. Идентифицируемые (отождествляемые) объекты — это те, тождество которых необходимо установить, .а идентифицирующие (отождествляющие) — те, с помощью, которых оно осуществляется. Например, если на месте происшествия обнаружены следы пальцев, то идентифицируемым будет человек (точнее, пальцы его руки), а идентифицирующим — следы пальцев. Если обнаружен след обуви, то идентифицируемым объектом будет обувь (точнее, ее подошва), а след — идентифицирующим.
При идентификации целого по частям в качестве идентифицируемого объекта выступает предмет в целом, каким он был до его разделения (расчленения), а идентифицирующими объектами— его части в их состоянии на данный момент.
При отождествлении объекта по мысленному образу этот образ является идентифицирующим, а сам объект, который опознается (узнается), — идентифицируемым.
Не на каждом этапе расследования преступления можно однозначно определить, в отношении какого объекта будет осуществлена идентификация. Порой предстоит сначала разыскать такой объект среди ему подобных. Поэтому на данном этапе идентифицируемый объект именуют искомым. Для установления искомого объекта исследуют так называемые проверяемые объекты, среди которых может находиться искомый. Например, на месте происшествия найден след пальца. Подозрение в совершении преступления падает на, троих: А, Б, С. Эти лица являются в данной ситуации проверяемыми, среди которых может быть одно искомое. В случае идентификации гр. Б он будет установлен как искомое лицо и при этом понятия "искомый" и "идентифицируемый" сольются.
Как отмечалось ранее, сущность идентификации состоит в сопоставлении признаков объекта с отражением этих признаков. Однако непосредственное сопоставление идентифицируемого и идентифицирующего объектов возможно далеко не всегда. След, возникнув в результате контактного взаимодействия, является преобразованным отображением объекта — выпуклостям объекта соответствуют вмятины следа; оттиск печати зеркален тексту, имеющемуся на ее клише, и т. п. Отображение воздействовавшей поверхности может иметь вид вообще не сопоставимый со следом. Например, в следе разруба от топора видны трассы, оставленные неровностями его лезвия, однако их нельзя сопоставить непосредственно с этими неровностями. Невозможно технически сопоставить следы на пуле с неровностями канала ствола, которые их оставили. При идентификации лица по почерку не представляется возможным сопоставить рукописный текст и какие-либо признаки самого человека, так как объектом идентификации служит система навыков.
Таким образом, при изучении самих идентификационных признаков исследователь имеет дело с прямой, непреобразованной информацией об объекте, а при изучении отображения этих признаков — с косвенной, преобразованной информацией.
Поэтому во всех вышеуказанных и подобных случаях для проведения идентификации требуются образцы для сравнительного исследования. В качестве таких образцов фигурируют несомненные отображения идентифицируемого объекта. Они могут отображать его внешнее строение (отпечатки пальцев, оттиск печати); делать возможным исследование динамических следов (следы разреза, разруба); позволяют идентифицировать по отображению внутренних свойств (образцы почерка).
В зависимости, от способа получения такие образцы делят на экспериментальные и свободные. Экспериментальные получают специально для идентификации. Например, подозреваемый выполняет рукописный текст под диктовку следователя; эксперт производит отстрел пуль из проверяемого пистолета; суд запрашивает образцы оттисков печати из учреждения, выдавшего сомнительный документ.
Свободные образцы возникают вне связи с совершенным преступлением. Ценность их заключается в том, что они могут быть содержательнее по объему заключенной в них информации и более совпадать по времени происхождения с идентифицируемым объектом. Например, письма как образцы почерка; оттиск печати на документе такой же давности, что и исследуемый. В качестве образцов могут изыматься массы веществ и предметов (дробь, краска, горюче-смазочные материалы), образцы почвы, объектов растительного происхождения и т. п. Образцами могут служить и данные криминалистического учета (например, дактилоскопические карты).

§ 3. Стадии криминалистической идентификации

Стадией именуют период, этап в развитии какого-либо процесса. При осуществлении идентификации по материально-фиксированным отображениям выделяют: а) осмотр объектов; б) раздельное исследование объектов; в) эксперимент; г) сравнительное исследование (сопоставление) объектов; д) оценка признаков и формулирование вывода. Эксперимент не является обязательной стадией и может не проводиться, если в нем нет необходимости.
В стадии осмотра эксперт изучает все представленные ему объекты: идентифицируемые, идентифицирующие, сравнительные образцы. При этом он определяет: передано ли ему все необходимое для идентификации; что собой представляют объекты идентификации; соответствуют ли они тем, которые указаны в постановлении (определении) о назначении экспертизы, не претерпели ли они изменения при транспортировке; пригодны ли для идентификации.
В стадии раздельного исследования идентифицирующий и идентифицируемый объекты (в том числе сравнительные образцы) изучаются изолированно друг от друга. Цель — выявить как можно большее количество признаков (общих и частных), отразившихся в следах и характеризующих объект идентификации.
Изучая общие признаки объекта по его отображению, эксперт решает, что это за объект, каково его целевое назначение, какую он имеет форму, размеры и т. д. На основании этих данных объект относят к определенной группе.
Выявленные в. следе (отображении) общие признаки сопоставляют с общими признаками идентифицируемого (проверяемого) объекта. При несовпадении общих (групповых) признаков процесс идентификации прекращается и формулируется вывод об отсутствии тождества.
Установив совпадение объектов по групповой принадлежности, приступают к анализу и синтезу частных признаков. Главная задача этой стадии — выявить идентификационные признаки. Для этого уясняют сущность каждого признака: его устойчивость (воспроизводимость), идентификационную значимость. На данной стадии эксперт широко использует сведения предметных наук, являющихся основой криминалистических экспертиз: трасологии, судебной баллистики, судебного почерковедения и т. д. В каждой из них определены общие и частные идентификационные признаки, разработаны методы их выявления и изучения.
Стадия раздельного исследования может сопровождаться проведением эксперимента. В ходе эксперимента получают сравнительные образцы (пуль, гильз, следов разруба и т. д.). Он позволяет определить воспроизводимость признаков в следах, отграничить необходимые признаки от случайных, лучше понять механизм отображения признаков. Эксперимент осуществляют в условиях, максимально приближенных к тем, в которых протекало событие (образование следов разруба; возникновение следов близкого выстрела и т. д.). Обязательным условием эксперимента является многократное повторение опытов с целью получения стабильных результатов.
На последующих стадиях производят сопоставление частных признаков сравниваемых объектов (идентифицируемого и идентифицирующего) и их оценку. Эти этапы — самые ответственные и сложные. Трудность в оценке сопоставляемых идентифицируемых признаков и их комплексов заключается в том, что наряду с совпадениями всегда приходится иметь дело с некоторыми различиями, природа которых была рассмотрена ранее. К тому же сама оценка совпадающих и различающихся признаков носит во многом еще субъективный характер и в значительной мере зависит от опыта эксперта.
Вместе с тем процесс оценки как совпадающих, так и различающихся признаков подчиняется определенным закономерностям. В ходе оценки проверяется соответствие и совпадение как отдельных признаков, так и индивидуализирующих комплексов в целом. Под соответствием признаков понимают такую их согласованность, при которой наблюдаемые различия не выходят за определенные допустимые пределы. Например, производится сопоставление выстреленных пуль по ширине следов от полей нарезов. Различие в ширине следа на пуле в пределах сотых долей миллиметра будет вполне допустимым и объясняется, в частности, возможными различиями (в пределах ГОСТа) диаметра пуль.
Оценивая соответствие или несоответствие признаков, эксперт должен определить, являются ли несходство, несовпадение, различия признаков существенными или нет, можно ли ими пренебречь как несущественными, предварительно объяснив причины различия. Определив соответствие признаков, он анализирует их совпадение, которое может выражаться многозначно. Прежде всего это совпадение признаков по их понятийной сущности. Например, совпадение такого частного признака папиллярного узора, как "мостик", "крючок", совпадение трасс в первичных следах на пуле и т. д. Совпадение может выражаться в пространственном совмещении конфигурации, например, по форме следа от обуви и подошвы самой обуви; размера и взаимного расположения частных признаков в следе протектора и на самом протекторе, Совпадение может быть представлено соответствием числовых величин, например числовые значения совпадающих признаков в исследуемой рукописи и в образцах почерка проверяемого лица; числовые значения размеров идентифицирующего и экспериментальных следов.
В каждом случае отождествления эксперт должен установить, что преобладает в результатах сопоставления: совпадение или различие, чем объясняются имеющиеся различия, являются ли они закономерными или случайными, естественными или искусственными, существенными или несущественными; не исключают ли они возможности вывода о тождестве.
На заключительной стадии идентификации, завершая оценку совпадающих и различающихся признаков, эксперт формулирует вывод о наличии или отсутствии тождества. При этом он опирается как на результаты исследования, так и на научные основы идентификации данного рода объектов (трасология, судебная баллистика и т. д.), собственный экспертный опыт, результаты обобщения практики. Вывод эксперта должен логически вытекать из его исследования и не противоречить промежуточным выводам, к которым он приходил на разных стадиях исследования. По своей природе выводы эксперта могут быть утвердительные (устанавливающие факт тождества) и отрицательные (исключающие тождество). По форме выражения различают выводы категорические (достоверные) и вероятные (предположительные).
По характеру отношений между объектом исследования и тем, что утверждается (или отрицается) на основании процесса отождествления, выводы делят на ассерторические, проблематические, разделительные и условно-определенные. Ассерторический вывод констатирует факт, имевший место в действительности. Например: "пуля выстрелена в стволе пистолета системы Макарова №... "; "рукописный документ выполнен гр. Н." и т. п.
Проблематические выводы устанавливают возможность существования какого-либо факта в прошлом. Например: возможность выстрела из охотничьего ружья без нажатия на спусковой крючок; возможность отпирания замка отмычкой.
Разделительные выводы допускают равную возможность оставления отображения одним из двух объектов, но исключают все остальные однородные с ними объекты. Естественно, что к такому выводу эксперту приходится прибегать, когда налицо два чрезвычайно сходных объекта: два человека с очень сходными почерками; фотографии близнецов и т. п.
Условно-определенные выводы формулируются в тех случаях, когда суждение эксперта выносится при отсутствии сведений об условиях, влияющих на конечный результат (исследуемый факт). Так, решая вопрос о дистанции выстрела, произведенного из охотничьего ружья, эксперт рассматривает разные варианты в зависимости от того, как был снаряжен патрон (ввод и навеска пороха, количество и размер дроби, примененные пыжи, способ снаряжения и т. д.).
§ 4. Значение криминалистического отождествления и различия для расследования и раскрытия преступлений

Значение идентификации и дифференциации для раскрытия и расследования преступлений определяется важностью для дела тех обстоятельств, которые могут быть установлены с помощью рассматриваемых методов. Доказательственное значение получаемых при этом фактов зависит от их отношения к предмету доказывания, от той роли, которую они играют в качестве промежуточных элементов доказывания.
Рассматривая преступление как один из актов отражения, а идентификацию как метод изучения взаимодействия материальных объектов, получают сведения, касающиеся технической стороны такого взаимодействия (каким объектом, в каких условиях оставлены следы, не оставлены ли они данным объектом). Устанавливаемый при этом факт физического взаимодействия оценивается в его связи с другими обстоятельствами (лицами, предметами, явлениями), фигурирующими в деле. В результате определяется не только его отношение к главному факту (предмету доказывания), но и дается правовая оценка факту взаимодействия.
Акты идентификации (дифференциации) могут касаться фактов, относящихся к любому из элементов состава преступления: объекта, объективной стороны, субъекта, субъективной стороны [87 Выяснению обстоятельств, относящихся к субъективной стороне, акты идентификации способствуют косвенным образом. В расчет принимаются идентификационные исследования фактических обстоятельств объективной стороны, в которых отражены волевые моменты поведения преступника (характер умысла, неосторожные действия, цели и мотивы преступления).]
.
Одним из главных элементов предмета доказывания является установление объекта преступления и обстоятельств его совершения (время, место, способ). В этом плане идентификация позволяет выявить предмет преступного посягательства, определить орудия и средства совершения преступления, место и время действия; наличие причинной связи между преступным действием и наступившими последствиями.
Анализ и идентификация (дифференциация) следов на месте преступления позволяют судить о предмете преступного посягательства:
взлом сейфа, убийство человека, кража материальных ценностей. При отсутствии такого предмета о нем позволяют судить акты идентификации объектов, имеющих к нему отношение: одежды потерпевшего, обнаруженной у подозреваемого; упаковки от похищенных предметов и т. п. При расследовании убийств особое значение имеет идентификация физического лица (опознание или отождествление трупа), так как не зная, кто убит, невозможно установить все элементы состава преступления.
Существенно значима идентификация для установления способа совершения преступления (объективная сторона). Выявление групповой принадлежности орудия по его следам способствует розыску этого орудия (определению круга проверяемых объектов), а индивидуальное отождествление конкретного экземпляра — установлению факта его применения в данных условиях. По этим сведениям определяют лицо, использовавшее данное орудие.
Велика роль идентификации (дифференциации) для установления субъектов преступления. Необходимо различать три возможных варианта отождествления лица:
по следам, оставленным частями тела (рук, босых ног, зубов);
по следам, оставленным предметами человека (обувью, перчатками, орудием преступления) и по самим предметам (утерянным или брошенным вещам);
по совокупности данных, полученных путем идентификации в отношении предмета преступления, времени и способа его совершения, места преступления и т. п. [88 Н. А. Селиванов предлагает разграничивать эти категории по источнику происхождения и его связи с обвиняемым и расследуемым преступлением: (См.: Селиванов Н. А. Советская криминалистика: система понятий. М., 1982. С. 32.)]

а) источник слит с подозреваемым, является его неотъемлемой частью (рука, нога и т. д.);
б) источник принадлежит подозреваемому или находится в его владении (пистолет, обувь);
в) источник не принадлежит подозреваемому и не находится в его владении (предприятие, изготовившее изделие массового производства, которое найдено на месте происшествия и у подозреваемого: пуговицы, куски веревки и т. д.).
Значение идентификации в каждом из вариантов будет различно, однако во всех случаях факт идентификации, взятый сам по себе, т. е. изолированно от других доказательств, не может свидетельствовать о совершении преступления определенным лицом. Исключение составляют такие ситуации, когда действия, отраженные в идентифицирующем объекте, однозначно и очевидно связаны с преступным событием, например написание преступником клеветнического письма.
В подавляющем большинстве случаев связь отображений даже частей тела, в отношении которых проведена идентификация, не является достаточно очевидной и в силу этого нуждается в специальном доказывании. Оно включает установление фактов, подтверждающих возникновение отображения (следов рук, ног) в связи с совершенным преступлением, а также фактов, исключающих возможность оставления следов ранее или позже совершенного преступления.
Еще более сложным является процесс доказывания, когда лицо идентифицируется по отображениям принадлежащих ему предметов (обуви, транспортного средства, орудия преступления) или путем отождествления самих предметов. В подобных случаях подозреваемый (обвиняемый) обычно заявляет, что идентифицированные предметы были взяты у него кем-либо или похищены (пропали) еще до преступления. Подобные заявления должны тщательно проверяться.
Идентификация (дифференциация) играет существенную роль при исследовании объектов или продуктов незаконченной деятельности. Так, установление принадлежности исследуемого объекта к группе огнестрельного оружия является непременным актом доказывания при расследовании преступлений о незаконном изготовлении, ношении или хранении огнестрельного оружия. Точно так же требуется провести идентификацию (дифференциацию), чтобы установить принадлежность вещества к группе ядовитых или наркотических средств.
Подделка монеты может быть установлена на основании дифференциации пресс-формы, в которой она чеканилась, и пресс-форм, используемых в государственном предприятии. Дифференциация штрихов красителя, которым выполнен документ, и штрихов, дописанных впоследствии, позволяет установить приписку (исправление); дифференциация печатей и штампов служит основанием для доказывания факта подделки документа.
Значение идентификации (дифференциации) в установлении фактов по делу и причинной связи между ними определяется также формой вывода о тождестве: установлена групповая принадлежность или осуществлено индивидуальное отождествление, сформулирован вывод в категорической или в вероятной форме.
Глава 8. Криминалистическая диагностика

§ 1. Понятие и задачи криминалистической диагностики

Криминалистическая диагностика распознает состояние объектов, познает события, явления, процессы. Так, по следам ног можно не только идентифицировать человека, но и судить о направленности его движения, приблизительной скорости, о факте перетаскивания тяжести, о передвижении в темноте. По следам взлома судят не только об использованном орудии, но и о способе взлома, о навыках лица, его физической силе, затраченном времени и т. п.
Слово "диагностика" греческого происхождения и означает "распознавание", "различение", "определение". Каждый из этих терминов, не являющихся синонимами, способен охарактеризовать один из аспектов этого сложного процесса. Распознать — значит установить некое подобие уже известному. В криминалистике это установление сходства изучаемой ситуации с некоторой типовой моделью (типичной ситуацией). Различить — значит отделить, отдифференцировать эту ситуацию от других ей подобных. В медицине, например, есть понятие дифференциальной диагностики, когда типовая форма устанавливаемого заболевания отграничивается от иных форм, обладающих сходными симптомами. И, наконец, определить (заключительный этап диагностирования) — значит через сходство с типовой моделью, различение исследованного выявить индивидуально конкретное, присущее данной исследуемой ситуации.
С учетом этого общая задача криминалистической диагностики трактуется как установление (определение, раскрытие) объективной истины путем изучения и объяснения свойств и состояний объекта (явления). Следовательно, диагностика может быть определена как процесс познания, в основе которого лежат общие события (явления, факты), по их результатам. Являясь одним из методов в сложной системе судебного доказывания, диагностика полностью согласуется с его общими принципами установления истины. С познавательной стороны судебное доказывание расценивается как мысленная реконструкция прошлых событий, в ходе которой преобладают выводы так называемого обратного направления: от явления — к его сущности, от следствия — к его причине, от отображения — к анализу свойств и состояния отображенного объекта. Методологической основой процесса такого познания является теория отражения.
Криминальная ситуация как объект доказывания обладает в информационном плане следующими чертами:
а) ретроспективностью, ибо познаваемое событие уже произошло;
б) уникальностью, т. е. неповторимостью, определяемой сочетанием условий и обстоятельств данной ситуации;
в) отображаемостью в материальных и идеальных формах, т. е. вещной (вещественной) обстановке события и в сознании людей (участников, свидетелей, потерпевших).
Рассматривая событийную ситуацию как определенную систему, в ней можно условно выделить две большие группы подлежащих установлению фактов:
относящихся к относительно стабильным компонентам ситуации. Это участники события, орудия преступления, иные предметы, средства сокрытия следов преступления;
относящихся к изменчивым компонентам ситуации. Сюда относятся состояние объектов, условия места и времени, механизм взаимодействия субъектов, предметов.
В соответствии с этим и информацию о рассматриваемых фактах можно разделить на два вида: об относительно стабильных материальных объектах, причастных к преступлению, и об изменчивых ситуативных условиях, также связанных с происшедшим событием. Если для его реконструкции необходима информация о тождестве конкретных объектов, то решаются идентификационные задачи (отождествление объекта по его следам, установление частей по единому целому, установление общего источника происхождения и т. п.). Если предметом изучения при реконструкции является установление конкретных ситуационных факторов (условия, в которых находились и взаимодействовали объекты первого вида, характер их взаимодействия, причина наблюдаемых последствий), то на первый план выходит решение диагностических задач.
В наиболее общем виде задачи криминалистической диагностики могут быть классифицированы следующим образом:
а) установление пространственной структуры обстановки преступного события (где, в какой обстановке произошло преступление, каково точное место столкновения транспортных средств, какие из имеющихся следов относятся к совершенному преступлению и т. п.);
б) установление механизма отдельных этапов (стадий) события (направление и характер взлома преграды, взаимное положение транспортных средств в момент столкновения, способ изготовления фальшивых денежных знаков и т. п.);
в) определение вещественной структуры обстановки места происшествия (каковы свойства и состояние объектов этой обстановки, в какой мере они могли обусловить механизм преступления, выбор орудия преступления, оставить следы на преступнике и его одежде, обеспечить скрытность преступления и т. п.);
г) установление временных характеристик преступного события (когда оно произошло, сколько времени могло потребоваться для его совершения; в какой последовательности совершались действия, какие следы возникли раньше, а какие позже и т. п.);
д) определение свойств действовавших объектов (лиц, орудий, транспортных средств), их количества, характера функционирования (сколько было участников преступления; обладало ли лицо, совершившее взлом, профессиональными навыками, какое оборудование и навыки были применены при изготовлении огнестрельного оружия или взрывного устройства; исправно ли транспортное средство и если нет, то в какой связи неисправность находится с ДТП и т. п.);
е) ретроспективное исследование причинно-следственных связей (какова причина пожара, что могло явиться причиной выстрела без нажатия на спусковой крючок, имеется ли причинная связь между определенными действиями и наступившими последствиями, могла ли быть причиной ДТП техническая неисправность, установленная при экспертизе транспортного средства, и т. п.);
ж) прогнозирование действия причинно-следственных связей (какие последствия могли наступить в результате действий определенного лица, какие повреждения должны были остаться на скрывшемся транспортном средстве, в результате ДТП и т. п.);
з) установление в целом механизма преступного события. Эта задача представляет собой интеграционное диагностирование многих из приведенных выше факторов, являясь по сути своей ситуационным анализом всего события как системы действий. Для ее решения необходимо изучить и использовать все виды информации: личностной — об участниках события; вещной — о предметах отражаемых и отражающих; операционной — о механизме действий, их условиях, обстоятельствах;
и) установление соответствия ситуации, излагаемой участником процесса (обвиняемым, потерпевшим), тому механизму происшествия, который может быть определен по следам и иным вещественным доказательствам;
к) установление криминогенных факторов, составляющих элементы причин и условий преступного события (какие обстоятельства способствовали или могли способствовать его совершению; в какой обстановке может произойти аналогичное преступление; обеспечивает ли конструкция замка его надежность, может ли он быть открыт подобранным ключом, отмычкой; какие несовершенства документов способствуют их подделке и др.).
Из приведенного перечня видно, что при всем. своем многообразии диагностические задачи касаются изучения трех категорий свойств и условий: внутренних (свойства и состояние объекта); внешних, обстановочных (время, место, функционирование объектов); механизма возникновения и развития процессов (взаимодействия объектов между собой и т. п.).
С учетом изложенного предмет криминалистической диагностики можно определить как исследование свойств и состояния объекта (ситуации) с целью установления происшедших в нем изменений, определение причины этих изменений и ее связи с совершенным преступлением.
При наличии общей цели идентификации и диагностики — установление фактов, свидетельствующих о происшедшем событии преступления, — имеется немало различий в сущности решаемых при этом задач. В первом случае это установление индивидуальности объекта, во втором — определение конкретного ситуативного условия события. Оба процесса тесно связаны между собой. Так, определение условий следообразования всегда сопутствует отождествлению объекта по его следу-отображению. В свою очередь, при диагностическом установлении механизма следообразования всегда учитываются свойства и состояние следообразующего объекта. Однако решение задач обеих групп не составляет единого целого. Они могут чередоваться, перемежаться, но могут решаться и по отдельности. Например, при экспертном анализе следов взлома чередование задач и их взаимосвязь будут выглядеть следующим образом: определение направленности взлома (диагностическая задача) — определение вида использованных орудий взлома (классификационно-диагностическая) — установление свойств субъекта: сила, рост, навыки (диагностическая) — установление групповых свойств примененного орудия взлома (идентификационная) — пригодность следов для отождествления (диагностическая) — отождествление орудия по следам (идентификационная задача). Главное заключается в том, что эти задачи не должны противопоставляться и отрываться одна от другой.

§ 2. Теоретические основы криминалистической диагностики

Первоначальное понятие диагноза связывалось с медициной, с методом распознавания болезни. По мере развития науки и техники, интеграции знаний и методов, их перенесения из одной области знания в другую появляются и реализуются понятия диагностики технической, ботанической, зоологической, психологической и др.
Например, психологическая диагностика широко используется в судебно-психологической экспертизе и включает методы распознавания психологических свойств и состояний человека: диагностика индивидуальных различий, личностного развития детей и подростков, интеллекта, умственной отсталости и т. п. Техническая диагностика широко применяется в судебно-автотехнической экспертизе. Все это позволяет считать, что данный термин утратил свое некогда сугубо медицинское значение.
Введению понятий "криминалистическая диагностика" и "экспертная криминалистическая диагностика" предшествовало выделение теоретических аспектов познавательной деятельности, не решающей идентификационных задач и имеющей самостоятельное направление в криминалистике [89 Существенный вклад в развитие криминалистической диагностики внесли работы: Снетков В. А. Проблемы криминалистической диагностики. М., 1972. Вып. 23; его же. Экспертная криминалистическая диагностика. М., 1984; Корухов Ю. Г. Трасологическая диагностика. М., 1982; Орлова В. Ф., Шляхов А. Р. Принципы классификации задач криминалистической экспертизы // Актуальные проблемы теории судебной экспертизы. М.,1984.]
.
Для создания научных основ криминалистической диагностики потребовалось проанализировать и систематизировать большое количество типичных ситуативных условий, характеризующих как состояние и свойства отдельных объектов, так и целые криминальные ситуации. Выявляемые при этом закономерности легли в основу соответствующих методик.
Например, чтобы установить, не исполнена ли рукопись в необычной позе, нужно знать закономерности влияния позы на процесс письма, свойства почерка и их проявление при выполнении рукописи в необычной позе; чтобы установить, исправно ли запирающее устройство, необходимо знать его характеристики и варианты возможных повреждений; чтобы установить последовательность выстрелов, необходимо располагать сведениями об изменении интенсивности и характера отложения продуктов выстрела в области входного отверстия по мере производства выстрелов и образования нагара в канале ствола.
Подобный теоретический базис метода диагностирования исходит из одной закономерности материального процесса — его повторяемости, что в конечном счете приводит к выводу о ситуационном характере возникновения, существования и исчезновения доказательств. Повторяемость события, действия обеспечивает стабильное отображение, позволяющее выявить данные, общие для всех аналогичных процессов, а также сведения о возможных отклонениях и причину этих отклонений. Так, криминалист-трасолог, опираясь на классификацию следов по механизму их образования, решает диагностическую задачу по определению условий возникновения следов на месте происшествия: сначала каждого следа в отдельности, затем групп однородных следов, после этого — групп разнородных следов, и на основе анализа их совокупности переходит к диагностированию ситуации в целом.
Структуру процесса криминалистической диагностики в общем виде можно представить так: определение цели, предварительное изучение объектов, анализ диагностических признаков, сравнение по аналогии, оценка и корректирование полученных результатов, формулирование выводов. В приведенной схеме просматривается традиционное представление о криминалистическом идентификационном процессе. Здесь нет какого-либо противоречия. Уже отмечалось, что идентификация и диагностика имеют много общего. Однако совпадение стадий того и другого процессов не лишает их самостоятельности. Важно обратить внимание на другое: метод сравнительного исследования применяется и в идентификации (для установления индивидуального объекта), и в диагностике (для установления наличия конкретного ситуативного условия события).
При идентификации признаки объекта сравниваются с признаками, отобразившимися в следе, что позволяет при их совпадении говорить об отождествлении уникального (единичного) объекта. Целью диагностики является установление конкретных, но не обязательно уникальных условий ситуации. Здесь метод сравнения используется для того, чтобы сопоставить ситуацию, изучаемую по отображениям, с ситуацией типичной, известной по закономерностям повторяющихся событий. Стержневым в любой диагностике — медицинской, технической или криминалистической — является сравнение по аналогии. С помощью приема аналогии выводят умозаключение, степень вероятности которого зависит от числа сходных признаков и от того, насколько они существенны.
Многообразие возможных отклонений от типичной ситуации затрудняет однозначный вывод. Конкретность вывода, носящего диагностический характер, зависит от объема и характера информации об исследуемой ситуации, от меры конкретности данных о типичных ситуациях подобного рода, а при экспертизе — еще и от степени детализации вопросов, поставленных эксперту.
Таким образом, диагностирование можно представить как процесс сужения и конкретизации альтернатив — вплоть до выбора наиболее вероятной на стадии перехода в достоверное суждение о факте. Конкретность решаемой при этом задачи определяется тем, что: а) устанавливается одно условие из всех возможных, б) устанавливаемое условие само по себе достаточно конкретно, так как связано с конкретной ситуацией, с определенными объектами.
Наряду с методами аналогии и сравнения в диагностическом процессе широко используются методы моделирования, эксперимента, экстраполяции.
В теории криминалистической идентификации существует четкая классификация объектов на идентифицируемые и идентифицирующие, на искомые и проверяемые. Подобная классификация имеется и в диагностике. Здесь объекты могут быть поделены на диагностируемые и диагностирующие, искомые и проверяемые. Диагностируемым является состояние, свойство объекта, механизм происшествия. Диагностирующими — признаки, отражающие в материальном виде это состояние, свойство, механизм. Искомыми являются ситуативные условия, определяющие динамику события и отраженные в его вещной обстановке. Проверяемыми — предположения (версии) следователя, суда, эксперта, объяснения иных участников процесса (потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого, подсудимого).
Так, назначая экспертизу для решения диагностических задач, следователь, суд всегда действуют в состоянии неопределенности (энтропии) [90 Энтропия — в теории информации — мера неопределенности ситуации.]
в отношении устанавливаемого факта. Степень энтропии может быть различной, в зависимости от полноты (неполноты) зафиксированных условий и сложности ситуации. В любом случае имеющиеся данные позволяют конструировать некоторую версию (общую, частную), требующую проверки (подтверждения или опровержения) с помощью экспертизы. В качестве проверяемого объекта может выступать, например, предположение о динамике ДТП, основанное на анализе следов, оставшихся на месте происшествия и на транспортных средствах. Нередко проверяемым объектом выступает ситуация, изложенная в показаниях кого-либо из участников процесса. В подобных случаях в задачу эксперта входит диагностирование следов, условий их возникновения и определение возможности их образования в том виде, в тех местах и при тех обстоятельствах, как показал допрашиваемый.
Характерным отличием диагностики от идентификации является то, что при идентификации проверяемый объект всегда существует материально, а при диагностировании этого может и не быть. Например, "место нахождения стрелявшего", фигурирующее в качестве объекта исследования, было как таковое в момент прошлого события, во время выстрела. Этой ситуации к моменту диагностирования уже нет, что обусловливает необходимость реконструкции, моделирования.
Таким образом, диагностируемый объект — это устанавливаемое условие (предмет, ситуация), а диагностирующие объекты — это материальные носители признаков, отображающих свойства (систему свойств, признаки, комплексы признаков) и воздействие на них определенных условий происшедшего события.
Методические основы криминалистической диагностики базируются, с одной стороны, на гносеологической сущности процесса диагностирования, с другой — на солидном фундаменте общей методологии криминалистики. В этом плане методологическую основу криминалистической диагностики определяют:
принципиальная возможность познания объекта, события по его отображению;
сведения об общих закономерностях возникновения доказательств, включая вещественные, как средств отражения и носителей потенциала криминалистически значимой информации;
сведения, накопленные криминалистикой о закономерностях возникновения исследуемых ею объектов, их свойствах и признаках;
сведения о типичных моделях отражения действия (события) с учетом объективных свойств, взаимодействовавших предметов, условий взаимодействия и, при необходимости, свойств личности (физических, психофизиологических и др.);
владение методиками исследования объектов криминалистической экспертизы и всем арсеналом необходимых методов (аналогией, моделированием, экстраполяцией, анализом, синтезом, экспериментом и др.).
Приведенные положения отражены в общей методике процесса диагностирования.
Чаще всего в качестве диагностируемого объекта выступает некая конкретная ситуация, а в качестве диагностирующих — различные виды доказательственной информации: предметной (вещественные доказательства, слепки, копии); вербальной (описания в протоколах следственных действий); графо-аналитической (схемы, планы); наглядно-образной (фото-кино-, видеоизображения). Диагностирование конкретной ситуации является, по сути, интегративным, требующим не только изучения всей вышеназванной информации, но при необходимости и ее пополнения путем отдельных следственных действий (следственный эксперимент, повторный осмотр места происшествия), экспертизы и др.
При диагностировании результатов действия, а также соотношения фактов, событий одним из главных обстоятельств, требующих тщательного анализа, в том числе и при изучении материалов дела, является механизм [91 Под механизмом в данном случае понимается "совокупность состояний и процессов, из которых складывается какое-либо явление" (Ожегов С. И. Словарь русского языка. М., 1958).]
происшествия. В криминалистической литературе понятие "механизм происшествия" трактуется в двух аспектах: вещественно-энергетическом и структурно-ситуационном. Вещественно-энергетический механизм характеризует происшествие с точки зрения динамических процессов взаимодействия материальных тел (предметов, вещей, объектов). Под структурно-ситуационным понимают стадии течения процесса, переход из одной стадии в другую. Для решения диагностических задач, связанных с изучением механизма происшедшего события, необходимо получить достаточно четкое и достоверное представление о взаимодействовавших объектах, условиях их взаимодействия, стадиях события, его динамике. В ходе диагностирования определяется, каким образом информация о событии распределена по объектам отражающего комплекса (по диагностирующим объектам), какой потенциал информации и о каких признаках ситуации несут те или иные отображения, следы и т. п.
Особенно важной является оценка достоверности и достаточности информации. При ее дефиците или сомнении в надежности необходимо определить, из каких источников и с помощью каких средств она может быть уточнена, проверена, восполнена. Что касается вариантов ложного отражения, умышленного создания недостоверной информации (инсценировка иного события), то оценка подобных ситуаций представляет, по сути, решение двух диагностических задач: установления факта инсценировки, а затем определения истинного механизма преступления.
Важную роль при диагностировании играют построение и проверка гипотез (версий). Без конструирования, проверки, уточнения, окончательного принятия гипотезы, вплоть до перехода от нее к достоверному выводу, диагностирование невозможно. Под гипотезой понимают предположение, объясняющее происхождение, существование и сущность фактов, а также причин изучаемого явления на основе уже известных ранее фактов. Как один из способов выяснения фактов и наблюдений (включая опытные данные), гипотеза чаще всего создается по принципу: "То, что мы хотим объяснить, аналогично тому, что мы уже знаем' [92 БСЭ. 3-е изд. М., 1971.]
. Необходимо отметить, что гипотеза — это не просто предположение, а выражение известной системы знаний, отражающее связь с достоверно установленными фактами.
Всякая гипотеза должна удовлетворять по меньшей мере трем условиям.
Во-первых, гипотеза должна быть проверяемой, т. е. следствия, выведенные из нее путем логической дедукции, должны поддаваться опытной проверке и соответствовать результатам опытов, наблюдений и имеющемуся материалу. Для криминалистической диагностики это накопленный следственный опыт, специальные экспертные познания.
Во-вторых, гипотеза должна обладать достаточной общностью и предсказательной силой, т. е. объяснять не только те явления, из рассмотрения которых она возникла, но и все связанные с ними. Она должна служить основой для вывода о неизвестных еще явлениях (в рассматриваемом случае — диагностируемой ситуации).
И наконец, в-третьих, гипотеза не должна быть противоречивой. Когда при идентификации формулируется предположение "след оставлен данным объектом — след не оставлен данным объектом", то это не одна противоречивая гипотеза, а две самостоятельные, и каждая может иметь только одно следствие. Так и при диагностировании может быть создано несколько гипотез, отражающих многовариантность условий, каждая из которых не должна быть противоречивой.
В криминалистике, говоря о значении гипотез (следственных, оперативно-розыскных, судебных, экспертных версий), отмечают их правомерность и необходимость в процессе собирания, исследования и оценки доказательств. Подчеркивают их предположительный характер и цель — объяснить происхождение конкретных фактов или причин, лежащих в основе закономерностей исследуемых явлений. С учетом этого гипотеза при криминалистическом диагностировании должна быть достаточно обоснованной, касаться фактов, имеющих значение для дела, содержать объяснения, проверка которых призвана способствовать установлению истины.
Разрешение таких сложных задач, как установление события по его результату, динамики и условий события, выявление причинной связи между фактами, не только требует разработки нескольких гипотез, но и заставляет конструировать эти гипотезы различными по объему, в зависимости от степени охвата изучаемого факта (или суммы фактов) и степени детализации гипотезы. Так, на месте происшествия частные гипотезы могут касаться обстоятельств возникновения отдельных следов и их групп, а общая — очередности возникновения всех групп следов или механизма происшествия в целом. Вместе с тем необходимость разработки нескольких гипотез не должна вести к конструированию необоснованных, надуманных, нереалистических гипотез.
Как отмечалось выше, в структуре всякой гипотезы различают элементы достоверного и предположительного знания. К первым относятся сведения о свойствах и признаках исследуемых объектов, сведения о фактах, ко вторым — предположительное суждение об их сущности, истолкование связи и взаимосвязи фактов, событий. По мере выявления данных связей, установления закономерностей изменений, наступивших в результате определенного действия, предположительное объяснение перерастает в достоверное.
Построение гипотезы может быть упрощено путем его расчленения на составляющие. Для этого из суммы многообразных фактов рекомендуется выделить два, относящихся друг к другу как причина и следствие. Изучая следствие, надо предположить его непосредственную причину, может быть, несколько причин. Рассматривая другой факт как причину, следует предположить его следствие (несколько следствий). Подобная работа со звеньями причинного ряда существенно облегчает построение гипотезы.
Гипотеза подвергается постоянной проверке и корректировке. Так, анализ собранной информации, обнаружение в ней ранее не замеченных деталей позволяют уточнить гипотезу или, наоборот, указать на ее несостоятельность. Вместе с тем гипотеза, основанная на изучении ситуации, может позволить усомниться в достоверности сведений, содержащихся в материалах уголовного дела, например показаниях обвиняемого о его действиях в условиях дорожно-транспортного происшествия.
На сравнительной стадии исследования сконструированная гипотеза сопоставляется с типичными ситуациями. Из сходных ситуаций должна быть выбрана одна, наиболее близкая к исследуемой (диагностируемой). Как бы они ни совпадали по своим признакам и комплексам признаков, исследуемая ситуация всегда отличается от выбранной типичной. Для объяснения отличий на пути к достоверному выводу должны быть объяснены причины расхождений. Как правило, они определяются конкретными особенностями диагностируемой ситуации. В результате проводимой при этом корректировки гипотезы существенно уменьшается энтропия и конструируемая модель ситуации все более приближается к диагностируемой. На заключительном этапе (синтез всех исследуемых сведений) необходимо убедиться в соответствии смоделированной ситуации имеющимся фактическим данным.

§ 3. Экспертные диагностические задачи

Наиболее разработана в настоящее время часть криминалистической диагностики, которая осуществляется в процессе криминалистических экспертиз. Здесь типичными задачами являются следующие.
1. Диагностические исследования свойств и состояния объекта при его непосредственном изучении.
1.1. Исследование свойств объекта, включая его соответствие определенным (заданным, установленным стандартом) характеристикам. Например, является ли объект огнестрельным оружием, может ли быть использовано по назначению данное взрывное устройство.
1.2. Определение фактического состояния объекта, наличия или отсутствия каких-либо отклонений от его нормальных параметров. Например, исправно ли данное огнестрельное оружие, пригодно ли оно для производства выстрелов.
1.3. Установление первоначального состояния объекта. Например, какие изменения внесены в первоначальный текст исследуемого документа; подвергался ли изменению номер на кузове транспортного средства, и если подвергался, то каков был его первоначальный вид.
1.4. Определение причин и условий изменения свойств (состояния) объекта. Например, какова причина разрыва канала ствола охотничьего ружья № ...; каким способом был удален первоначальный текст в документе.
2. Диагностические исследования свойств и состояния объекта по его отображению.
2.1. Определение степени информативности следа. Например, имеются ли на бутылке следы рук, и если имеются, то пригодны ли они для идентификации; можно ли по имеющимся следам обуви определить рост лица, оставившего эти следы.
2.2. Установление свойств и состояния объекта в момент возникновения отображения. Например, в каком состоянии находился пишущий в момент выполнения рукописного текста; обладает ли профессиональными навыками лицо, отпечатавшее данный текст на пишущей машинке.
2.3. Определение причины изменения свойств или состояния объекта. Например, не подвергался ли данный текст травлению, смыванию, исправлению; какова причина слабой выраженности следов от полей нарезов канала ствола на выстреленной пуле.
3. Исследования механизмов, процессов и действий по результатам (объектам, отображениям).
3.1. Определение структуры механизма.
3.1.1. Определение возможности судить о механизме и обстоятельствах события по его результатам (последствиям, отображениям). Например, возможно ли по форме и расположению следов крови на одежде гр. N судить о механизме их возникновения; можно ли по имеющимся следам ходовой части автомобиля ВАЗ-21011, госномер ..., определить режим его движения до наезда на пешехода (осуществлялись ли торможение, маневр и другие действия).
3.1.2. Определение отдельных этапов (стадий, фрагментов) события. Например, каково, судя по следам ходовой части на дорожном покрытии, было направление движения транспортного средства до момента столкновения; из каких стадий состоял процесс изготовления данных поддельных денежных банкнот и какое требовалось оборудование для реализации каждой из этих стадий.
3.1.3. Установление механизма события в его динамике. Например, какими частями контактировали транспортные средства в момент их столкновения, как перемещались транспортные средства после этого.
3.1.4. Установление возможности (невозможности) совершения определенных действий при определенных условиях. Например, возможен ли выстрел из данного охотничьего ружья при его падении на пол с высоты не более метра при условии удара тыльной стороны приклада о поверхность пола.
3.1.5. Установление соответствия (несоответствия) действий специальным правилам. Например, какие отступления от специальных правил были допущены при изготовлении бланков данного документа.
3.2. Определение условий (обстановки).
3.2.1. Определение времени (периода) или хронологической последовательности действия (события). Например, в какой последовательности, судя по следам на месте происшествия, действовал преступник.
3.2.2. Определение места действия (его локализация, границы), позиции участников. Например, по следам на месте происшествия определить, на какой стороне проезжей части и на каком расстоянии от осевой линии произошло столкновение транспортных средств; где, на улице или в помещении, происходил разговор, записанный на магнитную ленту; каково было взаиморасположение стрелявшего и пострадавшего в момент выстрела.
3.2.3. Определение иных условий, при которых происходило событие. Например, не изготовлен ли данный рукописный, документ в необычных для пишущего условиях.
3.3. Определение причинности.
3.3.1. Определение причины наблюдаемого результата. Например, какова причина неисправности замка, не явилась ли эта неисправность следствием его открывания (попытки открывания) подобранным ключом, отмычкой, иным посторонним предметом.
3.3.2. Установление причинной связи между действиями и наступившими последствиями. Например, в какой мере действия водителя транспортного средства обусловили возникновение аварийной ситуации; правильны ли утверждения гр. N о том, что изготовленное им взрывное устройство на самом деле являлось его имитацией и заведомо было непригодно для производства взрыва.
Выводы эксперта могут иметь как самостоятельное значение в качестве промежуточных доказательственных фактов в общей системе доказательств, так и быть использованы следователем для криминалистической диагностики ситуации в целом.
§ 4. Диагностика в работе следователя

Наиболее существенно элементы криминалистического диагностирования проявляются в построении и проверке следственной версии. "Версия, — по определению И. М. Лузгина, — представляет собой обоснованное предположение относительно события преступления, его отдельных элементов либо о происхождении и связи доказательственных фактов" [93 Лузгин И. М. Методологические проблемы расследования. М., 1973. С. 133.]
. В структуре следственной версии отчетливо просматриваются те же элементы, что и в диагностической гипотезе; построение и проверка версии проходят те же этапы, что и гипотеза при диагностировании.
Основываясь на определенных данных, следователь формулирует версию как первую стадию создания гипотезы.
На второй стадии осуществляется анализ версии как предположения о совершенном преступлении, и даются выводы (выведение следствий) из этого предположения. Третья стадия — проверка этих выводов и сопоставление с данными, полученными в результате проведения следственных действий.
Информационной базой версии принято считать, с одной стороны, фактические обстоятельства, из которых исходит версия, т. е. реальные факты, а с другой — абстракции, выражающие такие юридические понятия, как состав преступления, его элементы, предмет доказывания, т. е. те категории, с которыми предстоит сопрягать эти факты.
Как было показано ранее, диагностирование криминальной ситуации состоит в основном в исследовании механизма преступления (его подготовки, совершения, сокрытия). С учетом этого приемы и методы криминалистического диагностирования применяются в построении и проверке частных версий, касающихся отдельных элементов состава преступления, в первую очередь его объективной стороны.
Говоря о построении следственной версии, обычно отмечают, что основой ее являются факты, фактические обстоятельства, собранные по делу. По сути это правильно, но для подлинно научного построения версии (гипотезы), в том "числе на основе принципов диагностирования, этого явно недостаточно. При построении версии необходимо оперировать понятием "признак" как отражением характеристик конкретного преступления. В криминалистической литературе приводились классификации таких признаков [94 См., например: Густое Г. А., Танасевич В. Г. Признаки хищений социалистической собственности // Вопросы совершенствования предварительного следствия. Л., 1971. С. 89; Белкин Р. С. Криминалистика (проблемы, тенденции, перспективы). М., 1988. С. 243.]
по различным основаниям.
1. По содержанию: признаки приготовления к преступлению, его совершения, сокрытия; признаки использования преступных результатов.
2. По месту проявления: на месте преступления или месте происшествия (если эти места не совпадают); в иных местах; в документах федеральных, муниципальных, коммерческих и других структур; в быту и личной жизни преступников, их связях; содержащиеся в данных о других преступлениях или происшествиях.
3. По связи с событием преступления: непосредственно указывающие на возможное преступление, опосредованно свидетельствующие о нем, признаки инсценировок и иных способов сокрытия преступления.
4. По связи с предметом доказывания: оцениваемые как прямые, как косвенные доказательства (в том числе улики поведения).
5. По отношению к процессу отражения механизма преступления в окружающей среде: закономерные и случайные, общие и частные, взаимосвязанные и изолированные, специфические и неспецифические, достоверные и относительно достоверные.
Для построения версии по логическим законам создания и проверки гипотезы должны быть использованы комплексы признаков, особую ценность среди которых имеют признаки закономерные, взаимосвязанные, специфические.
Обычно построение версии начинается с признаков преступления, наблюдаемых на месте происшествия. Затем эти признаки (как частное) следователь сопоставляет по законам индукции, играющей едва ли не главную роль в диагностировании, с признаками различных типовых ситуаций (общее, целое). Определив наиболее схожую типовую ситуацию, следователь осуществляет обратный процесс (дедукция): от общего он движется теперь к частному — конкретному преступному событию. В этой стадии происходит выявление недостающих признаков, способных полностью раскрыть механизм преступления, выделить то конкретное, что отличает его от типовой ситуации, объяснить вариационность признаков, найти место каждому из них в структуре доказательств.
Важнейший элемент криминалистической диагностики в работе следователя — установление причинных связей. Установление причинности может быть как целью диагностирования, так и частью этого процесса, промежуточным этапом на пути к познанию события (явления, факта).
Механизм преступления, познаваемый методами диагностики по его отображению, является одним из объектов криминалистической теории причинности.
Установление следователем события преступления по его следам (диагностика ситуации) основывается в целом на следующих положениях теории причинности:
наличие пространственной или временной связи причинности, ее неразрывный характер, представляющийся следователю в виде цепочки событий, находящихся между собой в причинно-следственных отношениях;
направленность причинной связи от причины к следствию, возможность установления этой связи между двумя известными фактами (причина и следствие) и, наоборот, выяснение того, какие последствия могла вызвать известная, имевшая место причина;
необратимость причинно-следственной связи, т. е. возможность изучать комплекс вопросов, связанных с установлением причинно-следственных связей, имевших место при совершении преступления в прошлом.
Обнаруживая следы на месте происшествия, следователь устанавливает причину их возникновения (начало создания версии). От выявления отдельных следов и объяснения причин их возникновения следователь переходит к изучению групп однородных следов (и их причин), затем — к группам разнородных следов (их причин и взаимосвязей), после чего на основе изученных признаков обстановки в целом выдвигает определенную гипотезу (версию) как предположение о преступном событии. В обосновании этого предположения существенную роль играют причинно-следственные связи, установленные в ходе криминалистической диагностики.
При изучении следов как материальных носителей криминалистически значимой информации следователь устанавливает как возможность, так и обстоятельства совершения (происхождения) определенных действий — на основе анализа двух форм связи: причинной (генетической) и функциональной, производной от первой.
Первая, выражая связь между причиной и следствием, условием и обусловленным, позволяет устанавливать зависимость сущности явления и наступивших результатов (в том числе имеющихся отображений).
Вторая, функциональная, позволяет делать вывод о многих факторах, характеризующих эту зависимость: устанавливать время события (конкретный отрезок времени или некоторый временной интервал); расстояние, скорость движения (транспортного средства, человека); силу воздействия (орудия при взломе, транспортных средств при столкновении); определять взаиморасположение объектов на определенный момент и т. д. Таким образом, с помощью функциональной связи познается событие, имевшее место в прошлом. Иными словами, функциональная связь ценна тем, что позволяет раскрывать пространственные, временные, энергетические и другие более частные формы связи.
Следственная версия, претендующая на роль подлинно обоснованной гипотезы о механизме преступления, должна отражать обе формы связи — и причинную (генетическую), и функциональную.
Диагностирование механизма преступления по исследуемой материальной обстановке должно быть таким, чтобы на основе изучения элементов этой обстановки и связей между ними в конечном счете было воспроизведено все событие в целом, во всем многообразии фактов, составляющих его. Будучи, по сути, программой исследования, такая методика должна предусматривать определенную последовательность изучения механизма происшествия как структуры: от более простых элементов к более сложным, от изучения самих элементов к изучению связей между ними, от изучения очевидных связей к неявным, многоступенчатым,
Подобный системно-структурный подход нашел отражение в трактовке такого диагностического понятия, как ситуалогические (ситуационные) исследования места происшествия.
Диагностическое установление причинных связей осуществляется следователем и при производстве следственного эксперимента, проводящегося для установления возможности совершения некоторых действий в определенных условиях. Эксперимент, подобно диагностической гипотезе, опирается на прошлый опыт, используемый как для принятия решения о нем, так и для выбора тактики его осуществления. Эксперимент позволяет проверять следственную версию, вносить в нее коррективы, отвергать ее как несостоятельную.
Рассматривая следственный эксперимент с позиции криминалистической диагностики, выделим следующие его характерные черты: проверка предположения о каком-то событии (факте); построение версии, требующей проверки; анализ специфических признаков проверяемого события с целью их воспроизведения; движение от частностей, отдельных опытных действий к общему представлению о целом (т. н. реконструктивная индукция).
Как всякое диагностическое исследование, следственный эксперимент имеет своей предпосылкой известное упрощение и идеализацию исследуемого объекта. Это позволяет исключить "мешающие" факторы и сконцентрировать все внимание на выделении необходимых, достаточных (в том числе специфических) комплексов признаков. Подобно тому, как при криминалистическом диагностировании необходимо сопоставлять проверяемую ситуацию с набором типичных, при следственном эксперименте также должны быть предусмотрены все варианты возможных изменений условий, чтобы из них выбрать наиболее соответствующий проверяемому. Подобный подход обеспечивает одно из важнейших требований, предъявляемых к следственному эксперименту, — адекватность условий его проведения тем, которые, имели место при совершении преступления.
Элементы криминалистического, диагностирования отчетливо просматриваются и при проведении иных следственных действий: обысков, очных ставок и др. Наблюдение следователя за поведением обыскиваемого, допрашиваемого, его реакциями при допросе должно осуществляться по схеме диагноза: анализ признаков, построение гипотезы, ее проверка.
С этих же позиций должна -рассматриваться возможность применения инструментальной диагностики эмоционального состояния человека, т. е. использование полиграфа в уголовном процессе при таких следственных действиях, как допрос, обыск, эксперимент и др. В подобных случаях субъективная диагностика эмоционального напряжения по внешне наблюдаемым признакам заменяется объективной фиксацией изменений в функциональной деятельности организма (частота дыхания, пульс, артериальное давление, электропроводимость кожи и т. п.).
Глава 9. Теории криминалистического прогнозирования и временных связей и отношений

§ 1. Содержание теории криминалистического прогнозирования

Теория отражения, определяя роль науки в познании объективно существующих закономерностей, служит базой для научного прогнозирования (прогностики). Прогностика как специальная отрасль знаний изучает общие принципы построения методов прогнозирования развития объектов любой природы и закономерности процесса разработки прогнозов. Цели прогностики — создание рабочих методов научного предвидения.
Под научным предвидением понимается обоснованное предположение о необходимости или вероятности наступления событий, процессов, которые либо еще не произошли, либо существуют, но еще не наблюдаются. Научное предвидение становится возможным при познании объективно действующих закономерностей возникновения и развития предметов, явлений, процессов и фактически является результатом отражения наукой этих закономерностей. Из этого следует, что научное предвидение становится доступным только той науке, которая от изучения явлений перешла к изучению сущности своего предмета, к изучению закономерностей, определяющих явление, т. е. обладает общей теорией. Вот почему определение предмета криминалистики только через приемы и средства расследования и предотвращения преступлений закрывало путь научному прогнозированию. Включение в предмет криминалистики закономерностей,. которые управляют процессом разработки, совершенствования средств и приемов расследования и предотвращения преступлений, а также устанавливают тенденции их развития в будущем, открывает широкое поле деятельности для разработки подлинно научной теории криминалистического прогнозирования, которая может иметь чрезвычайно важное значение для практики борьбы с преступностью.
Криминалистическое прогнозирование представляет собой один из видов отраслевого прогнозирования, развивающегося на базе общей прогностики. Это процесс, результатом которого является составление прогноза как формы научного предвидения, как системы аргументированных представлений о будущем, как характеристики вероятных направлений развития.
Результатом этого процесса служит прогноз — вывод о возможном наступлении явлений, процессов, событий, основанный на анализе соответствующих данных. Прогноз характеризует тенденции и закономерности развития прогнозируемого объекта от прошлого к настоящему и от настоящего к будущему.

<< Пред. стр.

стр. 4
(общее количество: 26)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>