<< Пред. стр.

стр. 12
(общее количество: 12)

ОГЛАВЛЕНИЕ

ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ
УПРАЖНЕНИЙ
В ИНДИВИДУАЛЬНОМ
КОНСУЛЬТАТИВНОМ
СОПРОВОЖДЕНИИ
СОЗАВИСИМЫХ КЛИЕНТОВ
ТЕРАПИЯ — УПРАЖНЕНИЯ — ТРЕНИНГ
На протяжении нескольких лет работы, всякий раз, когда мне приходилось сталкиваться с необходимостью психотерапевтического процесса с созависимыми клиентами, я убеждалась, что и те клиенты, которые добились успеха, и те, которые бросили начатое, не достигнув намеченных результатов, а в особенности те, кто сразу отказался от целенаправленной работы — все они не могли спокойно воспринимать само слово «психотерапия». Именно тогда возникла потребность заменить его на термин «консультативное сопровождение».
В то же время, я заметила, что многие из клиентов, которые выражали сомнение или затруднения, связанные с прохождением психотерапии (или консультативного сопровождения), с готовностью отзывались на предложение сделать психологическое упражнение. Это вызывало интерес, пережитое в результате его выполнения активно обсуждалось, даже спустя время эти люди обращались вновь, чтобы поделиться результатами своих размышлении, обсудить возникшие вопросы.
Все это не называлось психотерапией, хотя, по сути, ею являлось, и не пугало клиентов, несмотря на то, что осознавание иногда приносило болезненные переживания. Некоторые из них таким образом проходили целый комплекс упражнений, связанных между собой единым целеполаганием.
ПЗак "656 337
Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами
Я отметила, что такая форма работы снимает значительную долю тревожности, и предполагаю, что это — результат видимой структуры того, что происходит и будет происходить при общении с психологом. Такая структуризация процесса, по-видимому, создает ощущение некоторого контроля, стремление к которому, как мы выяснили ранее, весьма выражено у созависимых.
Тем не менее поскольку я до сих пор не встречала в литературе никаких упоминаний о данном виде психотерапевтической помощи, то для меня было важно получить хотя бы косвенную поддержку со стороны коллег.
Частично я получила ее, когда была опубликована статья Е. Михайловой «Кроткие встречи», отрывок из которой я привожу: «...Люди, нуждающиеся в психотерапевтической помощи, зачастую предпочитают так ее не называть, ищут другого «фрейма» для ее получения... Что же касается психотерапевтической работы с «населением», — как ни ужасно это слово, — и здесь многие клиенты предпочитают изъясняться эвфемизмами: «консультация», «занятия», «тренинг». А когда приходят, — если приходят, — запрос зачастую оказывается терапевтическим, и еще каким! «У меня проблемы с самооценкой, не могу ли я получить консультацию?» (найдется ли хотя бы один консультант Телефона Доверия, который бы не слышал подобного, по крайней мере, раз за дежурство?), — на которой буквально в течение первых же десяти минут вскрывается тяжелейшая история семейного насилия, навязчивости и страхи...
...наш потенциальный клиент — обычный человек с улицы, представитель среднего класса, в меру успешный и в меру несчастный, почему-то очень не хочет называть психотерапию — психотерапией. Не прижилось, в отличие от йогурта и тренажерных залов. Но, оказавшись в терапевтической ситуации, когда уже есть контакт, случилось нечто живое, всем своим поведение говорит: да! Я пришел за этим, мне все равно, как это называется, давайте работать!
То же и с группами: маловразумительное слово «тренинг» (с отчетливым терапевтическим акцентом в аннотации) собирает нормальных терапевтических клиентов, часто — с довольно ясными запросами. Предложение же пройти групповую психотерапию, по моим наблюдениям, находит довольно слабый отклик. Ссылка на западную традицию — вроде лозунгов времен «группового бума» («Психотерапия слишком хороша, чтобы доставаться только больным»), — не работает. Нового слова, понятного и без «отягощенной наследственности», не придумано. Возможно, его и не будет. Ну, что же, «тренинг» так «тренинп», хоть горшком назови...»101
101 Михайлова Е. Короткие встречи // Московский психотерапевтический журнал. №1.2002. С. 160.
338
Глава 8. Использование психологических упражнений в индивидуальном консультировании
Опираясь на мнение авторитетной коллеги по поводу тренинга вместо классической психотерапии и на свой собственный опыт, я делаю вывод, что оказалась на верном пути. Кстати, я и сама вела и сейчас провожу так называемые «клиентские» групповые тренинги, оказывающие на участников нередко именно психотерапевтическое воздействие.
И вот здесь возникла еще одна трудность в работе с созависимыми: оказалось, их довольно трудно объединить в единую группу. Выражая принципиальное согласие, они всякий раз находили бесчисленное количество причин, почему они именно сейчас не могут посещать занятия. Некоторые из них отказывались сразу. Типичных аргументов было два: 1) «Я хочу сохранить в тайне свою проблему. Даже для общения только с вами мне пришлось переступить через себя»; 2) «Мне и своих проблем хватает, я не хочу общаться с такими же, как я, несчастными и выслушивать их. Чего мне не хватает, так это светлых впечатлений».
Итак, несколько попыток собрать группу из созависимых клиентов окончились неудачей. Тем не менее опыт применения психологических упражнений в процессе индивидуального консультативного сопровождения со всей очевидностью показывает, что это эффективный инструмент психологической помощи.
Без всякого сомнения, отдельно взятые упражнения, хорошо подобранные к теме обсуждения и целям данной конкретной сессии и всей психотерапии, способствуют ускорению процессов сознавания и помогают поднимать темы, до того скрытые от сознания и внимания клиента.
И если некоторое количество упражнений объединены единой задачей, например, помочь процессу сознавания или развитию каких-либо коммуникативных навыков, необходимых данному конкретному клиенту, — это уже по сути своей индивидуальный психологический тренинг.
Но тогда встает вопрос: одно дело тренинг в группе, а как быть с тренингом индивидуальным!
Сразу напрашивается параллель: групповая терапия — индивидуальная терапия. Групповая, безусловно, наиболее эффективна. Но даже представить себе невозможно отсутствие индивидуальной терапии — настолько необходимым средством онаявляется для многих людей при решении их проблем.
339
Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами
На схеме с помощью математических знаков «больше», «больше или равно» я представила соотношение эффективности воздействия индивидуальной терапии, индивидуального тренинга и группового тренинга, из которой видно, что групповой тренинг — наиболее эффективная форма работы.

1. Структура и четкие временные границы снижают тревожность.
2. Психологические упражнения вызывают интерес и кажутся безопасными.
3. Психологические упражнения являются катализатором психических процессов.
4. Психологические упражнения стимулируют осознавания, дают прямой или метафорический опыт переживаний.
Рис. 10. Преимущества тренинга как формы работы с клиентами
Действительно, система работы, когда консультант предлагает клиенту упражнение и затем обсуждает эффекты, дает намного меньше, чем обсуждение в группе, но отнюдь не хуже, чем обычная консультативная беседа, а порой даже лучше, потому что упражнения являются как бы катализаторами психических процессов, которых при обычной беседе можно было бы дожидаться довольно долго.
Другое дело, если психолог будет прятаться за упражнения, скрываясь от клиента как личность, да и как профессионал. Тогда он лишит человека необходимого живого общения, непосредственных реакций, которые он мог бы получить в группе. И здесь мы выходим на
340
Глава 8. Использование психологических упражнений в индивидуальном консультировании
важный аспект применения индивидуальных психологических тренингов (ИПТ) вместо традиционной психотерапии. Как психотерапия становится мертвой и неэффективной, когда психолог прячет свою личность за профессиональной личиной (а еще хуже, если он прячет ее за низкопрофессиональной личиной), также и ИПТ не отменяет живое взаимодействие, в котором к консультанту предъявляется гораздо больше требований, чем к клиенту.
Внимание, змпатия, профессиональные
знания, а главное — умение пребывать «здесь
и теперь», умение понимать и доверять себе
и клиенту — остаются воздухом терапии,
какими бы техническими средствами мы
ее ни оснащали.
МЕТОДИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ РАЗРАБОТКИ ИПТ
Основной процесс — подбор упражнений и выстраивание их в определенную программу. Даже для обычного группового тренинга приходится немало потрудиться, прежде чем удается создать достаточно логичную и одновременно гибкую конструкцию, позволяющую, соблюдая структуру тренинга, учитывать процессы, происходящие с участниками.
При составлении ИПТ я встретилась с теми же трудностями, да еще и ограничениями — отсутствием возможности участия в едином действии нескольких людей. Но тем не менее задача оказалась выполнимой. Многие книги по самопомощи построены на таких упражнениях, выполняемых в одиночку, и комментариях к ним. Здесь же клиент имеет живое общение с консультантом, с которым можно обговорить не общие идеи, а конкретные собственные переживания.
Разработка ИПТ
Разработка ИПТ начинается с выяснения его актуальности. Обычно при консультировании клиентов достаточно быстро проявляется картина наиболее часто встречающихся проблем.
341
Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами
С другой стороны, разрабатываемая тема должна интересовать консультанта, поскольку после разработки им ИПТ к нему начнут «притягиваться» клиенты именно с данной проблемой. Я не берусь рассуждать о причинах такого притяжения, однако оно известно многим практикующим консультантам. Кроме того, коллеги, зная о разработке, переправляют к нему клиентов. Без личной заинтересованности в теме работать даже с несколькими клиентами довольно трудно.
Выявив актуальность и свою заинтересованность темой, необходимо четко разобраться с целеполаганием и целевой группой ИПТ.
Целевая группа тренинга — определение категории клиентов или тех проблем, для которых он предназначен или решению которых посвящен.
Например, ИПТ «Я люблю себя» предназначен для клиентов от 21 года и старше, чьи трудности связаны с непринятием себя, низкой самооценкой, игнорированием собственных потребностей и интересов во имя других.
Цель тренинга — это основной вопрос при создании любого тренинга, в том числе и ИПТ. А. А. Александров отмечает, что целью групповой работы является «коррекция нарушенной системы отношений, неадекватных реакций и форм поведения»102. Далее он указывает, что эти изменения проходят на основе изменений в трех сферах: 1) когнитивной, 2) эмоциональной, 3) поведенческой.
И. В. Вачков пишет: «...Общие цели, объединяющие различные по направленности и содержанию тренинговые группы:
• исследование психологических проблем участников группы и оказание помощи в их решении;
• улучшение субъективного самочувствия и укрепление психического здоровья;
• изучение психологических закономерностей, механизмов и эффективных способов межличностного взаимодействия для создания основы более эффективного и грамотного общения с людьми;
• развитие самосознания и самоисследование участников для коррекции или предупреждения эмоциональных нарушений на основе внутренних и поведенческих изменений;
• содействие процессу личностного развития, реализации творческого потенциала, достижению оптимального уровня жиз-
недеятельности и ощущения счастья и успеха»
103
102 Александров А. А. Современная психотерапия. СПб., 1997. С 213.
103 Вачков И. Основы технологии группового тренинга. М , 1999. С. 20.
342
I
Глава 8. Использование психологических упражнений в индивидуальном консультировании
Конкретные цели ИПТ формулируются в соответствии с общими задачами тренингов и целями, поставленными создателем ИПТ. Цель отражает предназначение ИПТ, то есть определяется тем, для стимуляции каких именно осмыслений и изменений он предназначен.
Формулировка цели должна звучать точно и согласно законам позитивного мышления. Она должна содержать в себе то, к чему должен прийти клиент, а не то, от чего он хочет «убежать».
Например, можно предположить, что цель ИПТ «Психологическая диета» — обучение навыкам эмоционального самовосстановления в условиях дистресса. Цели ИПТ «Зеркало моего Я»: 1) стимулирование сознавания способов своего поведения и его причин; 2) стимулирование уяснения меры своего участия в возникновении конфликтных и травмирующих ситуаций; 3) изменение восприятия своих отношений с окружающими. Цель ИПТ «Я люблю себя» — стимулирование изменения эмоционального отношения к самому себе, получение эмоциональной поддержки, ослабление защитных механизмов, повышение самооценки и самоуважения, изменение восприятия своих отношений с окружающими.
Здесь я привожу названия и цели, которые сама использовала при работе с клиентами, в то время как каждый консультант может предложить свои варианты.
Слишком широко определенная цель или целевая группа в конечном итоге может привести к ошибочному применению тренинга. Например, цель «Работа с гневом» — ошибочна, так как не определяет сути и сферы этой работы и дает возможность нескольких ее интерпретаций: работа по осознаванию своего гнева, работа с моделями проявления гнева и работа по принятию своего гнева. Таким образом, истинная цель остается неясна. Целевая группа «люди, испытывающие затруднения при переживании эмоции гнева» тоже слишком широко определена. Например, для «разблокирования» подавленного гнева нужны одни упражнения, а для изменения деструктивного проявления гнева на конструктивные модели — другие и т. п.
Следующий вопрос: сколько контактов с клиентом потребуется, чтобы выполнить все упражнения будущего тренинга. По крайней мере, приблизительно это должно быть определено заранее, поскольку можно найти бесконечное множество замечательных упражнений почти на каждую тему или разработать их самостоятельно, но клиенту вовсе не нужны наши профессиональные изыски. Для него важно за максимально короткое время получить максимально возможный эффект.
Например, мой опыт показывает, что сообщение о двадцати тре-нинговых занятиях клиента пугают (хотя, позже они могут посетить и
343
Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами
больше индивидуальных сессий, поначалу такой объем работы отталкивает). Пяти таких занятий всегда слишком мало для достижения цели. Оптимальное число — от 8 до 12 занятий при контактах 1-2 раза в неделю. Иногда после окончания тренинга клиенты просят продолжения работы по какой-нибудь из «вскрывшихся» проблем. Тогда они либо просят проведения с ними другого тренинга и даже соглашаются на групповую работу, либо выражают желание «поразбираться без упражнений».
Важный момент, который надо иметь в виду, — объем каждого занятия. Как правило, по времени — это примерно один час. За это время клиент может сообщить о своих раздумьях, переживаниях и событиях за период с момента прошлого занятия, выполнить одно, редко два упражнения, обсудить полученный опыт после каждого из них, подвести резюме занятию и договориться о следующем.
Это серьезная нагрузка для одной сессии, и на большее просто нет смысла рассчитывать. Значит, в тренинг может быть включено от 8 до 20 (но это максимум!) упражнений. Причем, последнее занятие лучше всего посвятить подведению итогов тренинга, проверке эффективности проведенной работы и обсуждению дальнейших планов клиента, связанных с изменениями.
Определившись с «размерами» тренинга, необходимо наметить основные его этапы, то есть основные темы каждого занятия.
Тема занятия должна отражать определенный этап или шаг на пути к цели.
Структура занятия должна содержать:
• вступительную (разминочную) часть; если это не первое занятие, то во вступительной части обсуждаются переживания, результаты размышлений и события, связанные с предыдущим тренинговым контактом;
• основную часть (состоящую из определенных упражнений и обсуждений результатов их выполнения);
• заключительную часть (в ней могут подводиться итоги данного занятия, намечаться план самостоятельной работы (если это необходимо) между контактами с психологом, проясняться некоторые вопросы и формулироваться проблемы, вскрывшиеся в процессе выполнения упражнений).
Например, в ИПТ «Я люблю себя», посвященном развитию безусловного принятия себя, тема одного занятия называется «Любовь в материнском лоне», тема второго — «Рождение с любовью», тема третьего «Нежные руки матери» и т. д. Соответственно этим темам выполняются
344
Глава 8. Использование психологических упражнений в индивидуальном консультировании
упражнения, построенные на соединении направленной визуализации и фокусировании на ощущениях и эмоциональном состоянии.
Существенным вопросом методологии тренинга является подбор или разработка упражнений, основным критерием привлечения которых является точное целеполагание и продумывание возможных последствий.
Д. С. Витакер пишет: «Иногда можно наблюдать, что игры, упражнения или различные занятия используются так, что в первую очередь отвечают потребностям ведущего, а не членов группы... На самом же деле игры и упражнения являются весьма мощными механизмами, которые при верном подборе и правильном использовании могут непосредственно принести ту пользу, которую вы и намереваетесь принести. Однако чтобы это произошло, игры и упражнения и различные занятия требуют тщательного подбора с учетом той конкретной ситуации, в которой оказались люди, с которыми вы работаете, и с полным осознанием всех возможных последствий»104.
Опираясь на практические рекомендации Витакер, я выделила следующий ряд вопросов, которые необходимо обдумать при подборе и разработке упражнений для ИПТ.
1. Получение какого опыта вы планируете стимулировать с помощью упражнения?
2. Каковы возможные побочные результаты упражнения кроме запланированных?
3. Что вы будете делать с возможными побочными результатами упражнения? Будете ли вы включать их в «актив» в дальнейший процесс тренинга? Будете ли вы вообще каким-то образом работать с этими последствиями?
4. Не окажутся ли отдельные последствия вредными? В каком случае это может произойти? Каким образом вы собираетесь нейтрализовать возможные вредные последствия?
5. Есть ли возможность совсем избежать вредных последствий? Каким образом?
6. Каким образом опыт, предполагаемый при выполнении данного упражнения, связан с опытом предыдущего упражнения и как он будет связан с предполагаемым опытом последующего упражнения?
7. Видите ли вы последовательный процесс нарастания или «перетекания» опыта, приближающий к цели тренинга? Как это, по-вашему, выглядит?
104 Витакер Д. С. Группа как инструмент психологической помощи. М., 2000. С. 143.
345
Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами
1де взять необходимые упражнения? В большинстве случаев можно использовать уже готовые разработки. Сейчас выпускается достаточно много литературы по групповым тренингам, посвященным определенным темам и задачам. Некоторые из методик вполне поддаются трансформации для индивидуального использования. Кроме того, различные книги по психологической самопомощи также содержат задания, уже рассчитанные на индивидуальное выполнение.
Ну а если вы обладаете опытом и умением создавать тренинговые модели жизненных ситуаций, то вполне можете придумать упражнения самостоятельно. Только не забудьте опробовать их на себе и своих коллегах (с их согласия) прежде, чем предложите клиентам.
Я в своих индивидуальных тренингах использовала ролевые игры и телесно-ориентированные упражнения, выполняемые в парах. В таком случае мне выпадала роль второго партнера. Иногда для лучшего понимания переживаний члена семьи созависимого клиент сам исполнял роль своего близкого, тогда я играла роль клиента в бытовой ситуации, а он был одновременно моим протагонистом.
Многие упражнения, связанные с направленной или ненаправленной визуализацией, предназначены для индивидуального выполнения. Группа обычно вносит при обсуждении разнообразие опыта и переживаний. Но когда воздействие группы по каким-то причинам невозможно, обсуждение с консультантом также производит заметный эффект.
Индивидуальная работа с клиентом позволяет модифицировать почти каждое упражнение, делая его максимально соответствующим особенностям данного конкретного клиента и обстоятельствам его жизни.
Описание каждого упражнения содержит:
• цель упражнения,
• инструкцию,
• примерное время для его выполнения (если возможно его предусмотреть),
• необходимые пояснения (для психолога и для клиента),
• дополнительные вопросы или различные модификации, которые могут использоваться для обсуждения или вместо основного варианта упражнения.
В принципе, тренинг должен содержать некий инструментарий или хотя бы описание возможного мониторинга, то есть указание на то, по каким признакам будет возможно отследить эффективность тренинга.
346
J
Глава 8. Использование психологических упражнений в индивидуальном консультировании
По опыту знаю, что это самая трудная часть. Дело в том, что изменения могут происходить совсем не так, как мы ожидаем, и у разных людей по-разному. Кроме того, эффект может быть отсроченным во времени. Поэтому лучшее, что получилось у меня, это:
1) записи высказываний клиента, когда он подводит итоги каждому занятию (это позволяет затем совместно с клиентом проследить, как и в каком направлении происходили изменения) и
2) небольшое анкетирование в конце тренинга.
Заключительная анкета состоит всего из нескольких вопросов, которые задаются устно (ответы на них фиксируются психологом для своего анализа и возможных дополнений, изменений ИПТ).
Примерные вопросы к клиенту на заключительном занятии ИПТ.
1. Какой самый важный опыт вы получили в результате прохождения ИПТ?
2. Какие изменения произошли в ваших мыслях, чувствах, убеждениях, поведении и т. п. в результате прохождения ИПТ?
3. Чему вы научились в период прохождения ИПТ и как вы собираетесь этим воспользоваться (или уже пользуетесь) в вашей жизни?
4. Какие трудности возникли в период прохождения ИПТ и что необходимо, чтобы с ними справиться?
5. Что вам больше всего понравилось и что больше всего не понравилось в построении ИПТ и в стиле ведущего?
6. Что вы хотите еще добавить к тому, что уже сказали?
Когда программа тренинга в целом продумана, ее необходимо подробно написать и выстроить в определенную структуру.
Структура ИПТ, в принципе, аналогична структуре любого тренинга личностного роста (хотя, на мой взгляд, это название звучит несколько странно, — как можно тренировать личностный рост? — я сохраняю его как общепринятое).
Насколько жесткой должна быть структура тренинга, решается в каждом случае, исходя из целей ИПТ. Вообще, чем более гибко построена программа тренинга, тем легче будет приспособить ее к каждому клиенту, поскольку гибкость дает возможность естественно перетекать от одной части к другой или использовать только несколько упражнений из программы.
В целом, в структуру тренинга входят:
1. Название, которое передает суть и цели данного тренинга. Например: «Зеркало моего Я», «Встреча со Смертью», «Я люблю себя».
347
Часть 2. Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами
2. Цель данного тренинга.
3. Целевая группа тренинга.
4. Временные рамки, то есть общее количество времени занятий тренинга, количество занятий, время каждого занятия и частота занятий. Например: ИПТ рассчитан на 10 часов и состоит из 10 занятий по 1 часу, которые проходят 2 раза в неделю.
5. Темы занятий, структура и содержание каждого занятия.
6. Заключительное занятие, на котором подводятся итоги всему, что произошло в период прохождения ИПТ.
7. Мониторинг: заключительное анкетирование; анализ высказываний; подведение итогов по процессу изменений.
Методы проведения ИПТ
Методы проведения ИПТ зависят от трех составляющих: 1) личности психолога; 2) личности клиента и 3) темы тренинга.
В данном случае я не случайно поставила психолога на первое место, в отличие от классического и справедливого порядка, когда на первое место ставят клиента. Дело в том, что автор идеи тренинга и ее разработчик опирается, в первую очередь, на свое видение проблемы (по поводу которой создается тренинг), свое философское понимание роли психотерапии в ее разрешении и свое представление о возможных методах воздействия.
И. В. Вачков пишет: «Тренинги, будучи формой практической психологической работы, всегда отражают своим содержанием определенную парадигму того направления, взглядов которого придерживается психолог, проводящий тренинговые занятия. Таких парадигм можно выделить несколько:
1) тренинг как своеобразная форма дрессуры, при которой жесткими манипулятивными приемами при помощи положительного подкрепления формируются нужные паттерны поведения, а при помощи отрицательного подкрепления «стираются» вредные, ненужные, по мнению ведущего;
2) тренинг как тренировка, в результате которой происходит формирование и отработка умений и навыков эффективного поведения;
3) тренинг как форма активного обучения, целью которого является прежде всего передача психологических знаний, а также развитие некоторых умений и навыков;
348
Глава 8. Использование психологических упражнений в индивидуальном консультировании
4) тренинг как метод создания условий для самораскрытия участников и самостоятельного поиска ими способов решения собственных психологических проблем»105.
Соответственно данным парадигмам, тренер может:
• полностью взять на себя ответственность за изменения, происходящие с клиентом, не интересуясь его внутриличностны-ми процессами и пониманием происходящего (стиль «дрессировщик»);
• заниматься натаскиванием для развития необходимых умений и навыков (стиль «тренер»);
• осуществлять сотрудничество с клиентом, но не рисковать полностью отдавать ему ответственность за себя (стиль «учитель»);
• брать на себя ответственность только за создание благоприятных условий, которые будут способствовать самоизменениям (стиль «ведущий» или «фасилитатор»).
Далее И. В. Бачков пишет: «Разумеется, далеко не каждый проводимый тренинг можно уверенно отнести к какому-либо одному из выделенных видов, поскольку обычно перед тренингом ставится не одна, а несколько частных задач, решение которых может осуществляться сквозными методами разных направлений. Кроме того, в литературе не раз подчеркивалась значительная роль личности ведущего тренинговой группы, индивидуальный стиль и особенности которого могут порой идти вразрез с парадигмой того психологического направления, в котором он работает, и иметь большее значение, чем применяемые им методики и приемы»106.
И все-таки, упражнения, уже подобранные ведущим ИПТ, обязывают его к определенному стилю поведения. Например, упражнения, относящиеся к НЛП, в значительной степени требуют директивных указаний по ходу выполнения упражнений и внимания, в основном, к сенсорному опыту клиента. Некоторые упражнения, основанные на направленном фантазировании (например «Любимое дерево», «Полет на облаке»), требуют такого же внимания к сенсорному опыту, но при этом строятся не на директивных указаниях, а на выслушивании рассказа клиента о том, что он переживает, дополнительных вопросах, а затем на обсуждении пережитого.
los Вачков И. В. Основы технологии группового тренинга. М., 1999. С. 17—18. 106 Там же.
349
Часть 2 Индивидуальная консультативная работа с созависимыми клиентами
Некоторые экзистенциально-направленные упражнения (например, «Мудрый старец», «Разговор со Смертью», «Три года до смерти», «Если я получу в подарок еще одну жизнь» и многие другие) требуют от ведущего роли фасилитатора, предполагающей внимательное, заинтересованное выслушивание с уточняющими вопросами и невмешательством в процесс.
Упражнения, связанные с диалогом субличностей клиента («Общение с Внутренним Ребенком», «Диалог Я-Матери с Я-Женщиной» и т. п.), часто подразумевают помощь, поддержку и даже некоторое посредничество между конфликтующими субличностями, а иногда просто теплые слова участия после диалога.
Безусловно, невозможно рассмотреть весь спектр различных методологических подходов при проведении ИПТ. Важно только учитывать, что тренинг будет тем успешнее, чем он более гибок, чем в большей степени он отражает проблемные стороны клиента и чем лучше сочетается стиль консультанта с потребностями клиента.
Опробирование ИПТ
Опробирование ИПТ — довольно трудный процесс. Иногда случается так, что любовно выстроенная пирамида упражнений буквально рассыпается перед неожиданными реакциями (или их полным отсутствием) клиента. Особую сложность составляет как раз момент индивидуальности, а не группового воздействия.
В группе мы можем достаточно убедиться в верности или ошибочности построения программы тренинга по реакциям большинства участников. В конце концов, вопрос к группе «Что сейчас происходит?» помогает разобраться и ведущему, в чем его ошибка. При проведении индивидуального тренинга почти невозможно сразу определить (если, конечно, не применяешь давно известное и многократно проверенное упражнение), что именно является причиной неожиданной реакции или ее отсутствия: особенности клиента, ошибка в разработке или ошибка в ведении.
Вот здесь-то и проверяется позиция консультанта. В принципе, нет ничего зазорного в обсуждении всех этих вопросов с клиентом. Вполне допустимо спросить: «Как вы думаете, что привело к такой реакции: само упражнение, то, как я с вами разговаривала или что-то в ваших мыслях, ассоциациях?» Как правило, клиенты охотно дают объяснения. Причем, если я говорю, например, что ИПТ только что разработан и я с удовольствием приму помощь в виде комментариев и
350
J
Глава 8. Использование психологических упражнений в индивидуальном консультировании
замечаний, клиенты начинают в буквальном смысле слова сотрудничать со мной. Иногда мы снова делаем упражнение в новом варианте, в ряде случаев мы оставляем его и переходим к следующему.
Однако мнение и реакции одного клиента далеко не всегда могут служить поводом для изменений в содержании тренинга. Только после того, как, по крайней мере, несколько человек пройдут разработанный ИПТ, можно суммировать наблюдения и внести коррекцию.
Второй вариант тренинга необходимо вновь опробовать. Иногда выясняется, что в некоторых случаях лучше «работает» один вариант, в других случаях — второй. Это означает только одно — в большинстве случаев тренинг, даже достаточно жестко структурированный, не может быть неподвижным сооружением, напоминающим монумент.
Тренинг — это всегда нечто живое, изменчивое, никогда в точности не повторяющееся. И ведущий всегда должен быть готов поменять местами упражнения, пропустить какое-нибудь из них или буквально на ходу модифицировать его «под клиента». В моей практике случалось, что после двух-трех упражнений мы уже не возвращались к самому тренингу, так как возникала необходимость обсуждать возникшие при их выполнении чувства, мысли и озарения. Порой динамические процессы клиента в таких случаях намного опережали задачи тренинга и делали его уже не актуальным.
В общем, необходимо быть «здесь и теперь» с клиентом, его проблемой, его переживаниями и находиться в состоянии творчества.
Приложение.
ЖЕСТКАЯ ЛЮБОВЬ. МЕТОДИКА СОПРОВОЖДЕНИЯ СОЗАВИСИМЫХ, РАЗРАБОТАННАЯ АНГЛИЙСКОЙ ОРГАНИЗАЦИЕЙ «РОДИТЕЛИ НАРКОМАНОВ»
Близкие, живущие рядом с человеком, пристрастившимся к наркотикам, реагируют на изменение его поведения обычно одинаково: обиды, гнев, чувство виновности, нервные срывы, ощущение бесполезности и бессилия.
ЧУВСТВО ВИНЫ
Вся семья наркомана выбита из нормальной колеи жизни и страдает. Обычно родители ощущают ответственность за состояние ребенка и задают себе вопросы: «Где упустили? В чем наша ошибка?». Вопросы правомерные, но даже ответив на них, вы не найдете выхода из ситуации. Самому же наркоману выгодно, что вы ощущаете себя виновными, и он / она также прилипают к этой мысли: «Это вы во всем виноваты — никогда не понимали меня! Вы всегда только стремились подавлять меня, командовать, унижать (или вам не было дела до меня и т. п.)». И все это еще больше усиливает чувство виновности родителей (или супруги).
352
Приложение
ГНЕВ
Все в семье становятся раздражительными. Нет ничего удивительного, что обычно уравновешенные и здравомыслящие взрослые под влиянием резко изменившегося поведения своего ребенка начинают говорить и совершать поступки, ранее им не свойственные.
В период психического срыва люди могут действовать как буйные сумасшедшие. Родители могут: упрекать, угрожать, обзывать, ругать, упрашивать, даже бить. Но ни одно из этих средств, конечно, не идет на пользу ситуации. Наркоман только ощущает угрозу и неприятие его близкими; эти чувства добавляют смятение к его ненормальному, больному состоянию.
ВРЕДЯЩАЯ ЗАЩИТА СВОЕГО РЕБЕНКА
С целью защитить и уберечь от лишних неприятностей многие родители сами раздают долги, сделанные наркоманом, звонят в школу или на работу и придумывают причины его отсутствия, лгут на звонки по телефону. Родители боятся, что наркоман навредит своей жизни, потому они пытаются вмешаться и исправить его поступки, исходя из лучших намерений. Возможно, многие, в первую очередь, думают и о своей репутации. Многие делают все это, движимые чувством виновности. Другим невыносимо видеть сына / дочь страдающим.
НАГРАДЫ ЗА ПЛОХОЕ ПОВЕДЕНИЕ
Когда наркомана спасают и заглаживают его ошибки, именно этим родители усиливают его склонность продолжать поведение, которое уже привело его к беде. Ведь за свое плохое поведение он получает вознаграждение — сначала в виде кайфа от наркотика, а потом еще и облегчение всех последствий — на работе все улажено, долги — отданы, проданные вещи заменены новыми. Таким образом, «заботливые родители» сделали все, чтобы ребенок не столкнулся с результатом своего поведения и не сделал бы выводов. Ребе-
353
Приложение. Жесткая любовь
нок, которого постоянно прощают за то, что он / она пропускает, а потом и теряет работу / учебу, за то, что не исполняет обязанности по дому, за то, что теряет (а потом и ворует) деньги или вещи, практикует в своей семье быть безответственным, непригодным к жизни в обществе. ¦ *
УХОДИТ ЛЮБОВЬ
В семье, где нарастает пристрастие к наркотикам, ощущается уменьшение чувств любви. Мы — только люди, поэтому зачастую любовь ваша обусловлена. Если любовь не вознаграждается ожидаемым, она угасает. Любовь живет любовью. Если же в ответ на любовь нет ничего хорошего, она становиться горечью.
НУЖНА ЖЕСТКАЯ ЛЮБОВЬ
Когда наркотики (включая и алкоголь) становятся для употребляющих их важнее по значению, чем его близкие, чувство любви подвергается испытанию и, к сожалению, зачастую, злоупотребления постепенно убивают любовь. Родители наркоманов, уже осознавшие губительность своего поведения пособничества, выявили альтернативу такому поведению, это «жесткая любовь». Любить своего ребенка жесткой или суровой любовью — значит заботиться о нем настолько, чтобы уметь сказать ему «нет!» в ответ на злоупотребление, не вредить ему, но быть готовым обидеть обидчика.
Твердая любовь говорит наркоману: «Все, хватит. Мы отказываемся вытаскивать тебя из проблем, которые ты создаешь себе сам; мы тебя любим и потому говорим тебе: хочешь страдать — страдай, не хочешь — ищи путь спасения». Когда родители найдут в себе силы и терпение осуществлять жесткую любовь, начинается несение ответственности каждым за себя и, следовательно, процесс оздоровления.
Это единственный шанс на избавление от болезни — наркомании, — которой поражены все члены семьи, в той или иной степени.
354
Приложение. Жестокая любовь
12 ШАГОВ ЖЕСТКОЙ ЛЮБВИ
1. Я бессильна(лен) удержать сына / дочь от употребления наркотиков. Я обращаюсь в этом за помощью к любящему Богу.
Родители наркоманов, следуя программе «12 шагов», признают, что они бессильны перед проблемой наркомании, перед возможностью исправлять жизнь другого человека. Признать свое бессилие не на словах, а на деле непросто. Большинство из нас просто ошеломит такая мысль — «Оставить ребенка один на один с проблемой». Ведь мы не можем отделить проблему сына или дочери от своей проблемы. «Я должна что-то сделать с ним / ней. Если он / она еще не меняется, значит, я должна еще больше стараться», — считает мать наркомана. Родители убеждены, что дело еще в их руках, надо только сильнее ругать, угрожать, настаивать, упрашивать и т. д. И вдруг, первый шаг предлагает — «Оставить и признать свое бессилие».
Нас убеждают: ничего не надо делать, это напрасно пытаться уберечь наркомана от критической ситуации, к которой он ведет себя сам. Нам же кажется, что совсем наоборот, именно мы должны и можем решить проблему сына /дочери. Поэтому только тогда, когда мы полностью измучаем себя и истощим физические и моральные силы в поисках средств воздействия на наркомана, только тогда мы способны прийти к смирению и признать — «мы не в состоянии его изменить, его болезнь сильнее нас».
Только в своем бессилии мы признаем, что не властны изменить решения другого человека (даже своего ребенка). Попытки управлять им / ею не дают никакого результата: ребенок все больше отдаляется от нас. Все, что здесь пишется, это просто логические выводы — это опыт других родителей. Они прошли до вас этим путем и они утверждают — дорога к оздоровлению начинается с Первого шага: Признаться в бессилии и «Отпустить». Сделать этот шаг легче, когда у вас есть понятие «Высшая сила» (или Бог).
Вы не просто отступаетесь от больного ребенка, нет, вы доверяете ее / его заботе любящего и Всемогущего Бога. Вы сами, конечно, не прекращаете любить и проявлять заботу, а только прекращаете давить, влиять, покрывать ее / его ошибки. Конечно, ваше живое сердце будет полно страхов, но преодолевать их Вы будете с Богом и другими людьми, у которых такая же проблема, как Ваша, но которые уже перешагнули черту отчаяния. Работая над собой, укрепляя дух, получая знания о заболевании «наркомания», Вы будете расти и оздоравливаться, и это отразится на самом больном.
355
Приложение. Жесткая любовь
Признать свое бессилие — начало пути к оздоровлению.
2. Мой сын / дочь имеет индивидуальные потребности и чувства; я постараюсь бережно относиться к его / ее внутреннему миру.
В любом возрасте у человека есть свой ряд потребностей. Младенцу нужны нежная опека, кормление и охрана. Дети нуждаются в защите, обучении, в честном и требовательном воспитании. Подросток должен увидеть и познать мир вне себя, почувствовать себя признанным себе подобными. Взрослому необходимо чувство собственной полноценности и цель жизни.
Человек в любом возрасте нуждается в удовлетворении основных потребностей, необходимых для его существования — еда, крыша над головой, одежда.
Кроме основных, есть и другие, не менее важные потребности человека: желание быть признанным и желанньш. И еще веемы нуждаемся в душевном спокойствии относительно себя и других людей. Человеку трудно почувствовать потребность другого, если тот проявляет безразличие к нашим чувствам, да и к своим тоже.
Когда пристрастившийся к наркотикам ребенок начинает лгать, грубить, ловчить, вынуждать нас к чему-либо, мы огорчаемся, злимся, порой теряем равновесие и совершаем неблагоразумные поступки. Когда он / она абсолютно пренебрегают своим здоровьем, своей жизнью, будущим, родителям очень трудно заботиться о таком ребенке. Как же любить ребенка, который хитрит и врет, пропускает занятия, съезжает «на двойки», «вылетает» из учебного заведения, грубит дома, не помогает, не желает все обсудить — как его / ее любить?
Ребенок, становясь подростком, остро нуждается в ощущении собственной значимости, в самостоятельности, поэтому он стремится не повиноваться нашему всезнанию и решению за него. В нарушении запретов он находит удовольствие, так как хотя бы это возвышает его в своих глазах и глазах друзей.
Нам трудно выносить, когда в поисках собственной значимости ребенок сворачивает на ложную дорогу и может навредить себе и другим. Но нам необходимо понять, что потребности в самостановлении без нашего руководства насколько глубоки и сильны, что ребенок отдаляется от нас, чтобы не слышать наших наставлений, и попадает в беду. Возможно, понимание его отчаянной борьбы за свое место, за свое миропонимание и за свои чувства сделает нас более терпимыми и сострадательными.
356
Приложение. Жестокая любовь
3. Я также осознаю, что у меня есть собственные потребности и чувства, я ожидаю, чтобы мой ребенок также уважал и мои чувства и потребности.
Принятие своих собственных потребностей оказывается порой гораздо более трудным делом, чем признание потребностей другого. Близкие наркомана, живущие вокруг, забывают о своих проблемах, настолько его / ее беда вытесняет из жизни все другие мысли и заботы. Мы терпеливо смиряемся, когда наша потребность в отдыхе нарушается какофонией магнитофона или криками компании нашего возлюбленного чада. Мы расстраиваемся и выходим из рабочего или творческого состояния, обеспокоенные звонком из школы или милиции.
Поведение же самого наркомана кажется совершенно лишенным уважения к потребностям и чувствам другого человека: он / она может позволить себе сказать всякие ужасные вещи, может разбудить среди ночи, может исчезать, не предупредив и т. п. Так что мы порой и сами забываем о своих потребностях и, вроде бы, стыдимся, вспоминая о них.
Многие из нас имеют привычку чутко откликаться на каждое требование близкого (наших детей или других членов семьи), мы все делаем, чтобы никого не обидеть, чтобы всем было хорошо. К сожалению, хорошо почему-то не получается. Мы же с такой привычкой угодить всем совершенно забываем о своих потребностях и рано или поздно мы сгораем — доходим до физического и морального истощения.
Мы забыли о том, что каждый из нас — это личность. Чтобы жить в умственном, психическом и физическом здоровье, мы должны удовлетворять свои личные потребности и настаивать на этом, если другие нам мешают. Если не делать этого, то альтернатива — болезнь, депрессия, угасание.
Но те, кто живут рядом с наркоманом, знают: ожидать и требовать уважения к себе — это все равно, что говорить со стеной. Мы даже не надеемся быть услышанными, поэтому единственный путь оставаться здоровыми — позаботиться о себе самим, перестать быть рабом кого-либо и чего-либо. Такое рабство осуществляется, когда мы отказываемся от своих человеческих прав на жизнь и счастье.
Необходимо научиться говорить «НЕТ!» или «ИЗВИНИ, НО МНЕ НУЖНО ТОЖЕ». Необходимо научиться устанавливать четкие пределы наших благодеяний для другого, доводить до сведения другого, что есть и другие со своими личными запросами, желаниями и правами.
Мы должны показать сыну / дочери наше новое уважительное отношение к собственной личности. Но мы не должны зависеть от его/ее
357
Приложение Жесткая любовь
одобрения, мы должны продолжать идти путем совершенствования знаний о себе, о заболевании. С принятием себя такими, как мы есть, с познаванием своих чувственных реакций на окружающий мир, с практикой по исправлению больного в себе, мы приходим к душевному равновесию и здравомыслию.
4. Постараюсь сделать все, что от меня зависит, как от родителя, отвечающего за своего ребенка.
Родительская ответственность — дело непростое. Нести ответственность за совершенно безответственного ребенка — дело еще гораздо более сложное, порой и невозможное. Как часто живущие рядом с наркоманом срываются и ведут себя, как сумасшедшие, в ответ на поведение больного!
Всем нам, живущим рядом с наркоманом, знакомы эти отчаянные срывы. В принципе, здоровые, контролирующие себя люди, мы порой предпринимаем безумные шаги под влиянием страха или гнева на наркомана. Доведенные до морального, физического или финансового краха, мы обнаруживаем, что нам все труднее быть отвечающими за себя.
Очень часто эмоции брали верх над здравомыслием, и мы превращались в воплощение Саможалости, Гнева, Мстительности.
Любому нетрудно понять, что под мощным давлением таких чувств мы вели себя безответственно. Мы говорили про такие срывы: «Я была не в себе». Когда из-за наркомана начинает меняться наше поведение, это значит, что его / ее болезнь захватила и нас.
Беда началась с небольшого — с безответственного отношения к своим обязанностям — и вот это превратилось в большую проблему для всей семьи. Кажется, что все члены семьи утратили здравомыслие.
Итак, наше стремление вернуть нормальную жизнь себе и детям должно иметь дело с чувством долга, ответственностью. Не думайте, пожалуйста, что сейчас уже не до этого. Разумное, зрелое, взвешенное действие именно сейчас нужнее всего.
Конечно, учить ребенка несению ответственности за свои поступки — это процесс длительный, выходящий за пределы того практического положения, в котором, вероятно, он / она сейчас находится.
Но прежде всего мы сами должны взять себя в руки, успокоить расшатавшиеся нервы, отбросить страхи завтрашнего дня, сосредоточиться на возможностях и надеждах дня сегодняшнего — в этом наш родительский долг.
Да, мы сами сбились с ритма жизни, потерялись, зашли в тупик. Теперь — время выбраться на прочную почву, привести себя в порядок, чтобы помочь больному ребенку.
358
Приложение. Жестокая любовь
5. Я ожидаю от сына / дочери участия в жизни семьи.
Такое утверждение вызовет, вероятно, злую усмешку или смех у тех, кто живет рядом с наркоманом. Ожидать, чтобы наркоман делал что-либо по дому — это просто глупо. Любой родитель скажет: «Я не могу даже представить, что он / она может действовать как нормальный человек. Ведь ему / ей нет ни до чего дела, лишь бы получить кайф. Даже если он / она обещает, я никогда не надеюсь».
Да, к сожалению, все это на самом деле верно. Мы знаем на горьком опыте о безответственности наркомана, поэтому ждем от него / нее только плохого, только очередных душевных ран.
Тем не менее такая позиция — заранее отказываться от возможности несения ответственности наркоманом — нам вредит. Ведь мы продолжаем отвечать за дела в доме. Мы бессильны повлиять на ее / его пристрастие, поэтому придется переносить все, что связано с поведением наркомана.
Мы можем и должны допускать, чтобы наркоман испытывал на себе результаты своих неверных решений. Если же он делает все, чтобы попасть в беду, а мы тут же делаем все, чтобы беды не случилось, мы приучаем таким образом к безответственности.
Мы можем и должны устанавливать пределы допустимого. Например, можно заранее условиться по поводу краж, шума, драк, компаний под кайфом в доме и многом другом. Если же ничего не оговорено и нет никаких требований, дом превращается в поле битвы, где каждую минуту могут раздаться взрывы.
Если пристрастившемуся к наркотикам его близкие позволяют жить рядом, значит, от него ожидают нормального к себе отношения. Родители, нетребовательные и всепрощающие, обнаружив, что все их благие усилия не приносят ничего хорошего, становятся обидчивыми и развивают непомерную жалость к себе.
Когда один человек делает что-либо вместо другого, он способствует развитию у другого чувства депрессии, противодействия. «Доброжелатель» сам впадает в зависимость — потребность постоянно делать что-то вместо другого ввергает в беду и себя, и близкого.
Поэтому очень важно для родителей сохранить хоть какую-то надежду ожидать, что наркоман способен нести ответственность за себя. Ждать многого — нереально, это ведет к разочарованию. Но ждать слишком мало и ничего не требовать — это фактически приглашение садиться на шею с результатом, плачевным для обеих сторон.
359
Приложение. Жесткая любовь
6. Я постараюсь не быть злым и карающим родителем.
Ведья знаю, любому человеку приятно понимание, одобрение, преданность, и я попытаюсь видеть и хвалить каждую его / ее попытку отвечать за свои дела, слова, мысли.
Все мы оказались в нашем сообществе из-за того, что наш близкий пристрастился к наркотикам, его стиль жизни пошел наперекор другим членам семьи. Мы с ужасом осознали, какие резкие изменения произошли с личными качествами сына / дочери из-за употребления наркотиков. Те, которых мы знали как добрых, отзывчивых и умных, вдруг превратились в монстров, постоянно лгущих, издевающихся, ворующих, и все ради желания получить свое удовольствие.
Нам кажется, что весь мир перевернулся с ног на голову. Неудивительно, что мы стали раздражительными и злыми. Как же мы хотим выдернуть корни зла, разъедающего наших любимых! Но, к сожалению, мы давим не туда, вместо причины мы терзаем жертву. Всю силу ненависти к наркотикам мы направляем на того, который страдает от этой болезни. Печально, но факт — начавшись с нашего близкого, болезнь повредила и нас. В круг беды втянута вся семья наркомана.
Если мы еще способны спокойно рассуждать, мы должны понять: обида и гнев — не лучшие помощники в поисках выхода. Нам необходимо душевное равновесие, чтобы думать и принимать правильные решения.
Находиться в психически плачевном состоянии — значит вредить нашему больному. Если мы считаем, что «так ему и надо!», — мы отказываемся от желания его выздоровления. Ведь показывая своей жизнью пример несчастливой судьбы, мы как бы оправдываем желание наркомана бежать от этой жизни.
Более полезный и здравый подход к наркоману — это использовать возможности похвалы, одобрения, поддержки. Это особенно важно, когда мы заметили попытки наркомана вырваться из губительной сети и вернуться к нормальным людям. Многие из нас недооценивают такие простые вещи, как улыбка, доброе слово, ласка.
Сейчас мы настолько встревожены и озабочены, что просто боимся стать дружелюбными. Много раз мы горели на попытках быть любящими, так что теперь мы сдержанны. И все-таки многое все еще зависит от нас: сумеем ли мы преодолеть в себе боль, страхи, обиды, отчаяние. Мы должны показать своему ребенку пример, как нести ответственность за свою жизнь, за свое счастье, как стать человеком, способным принимать от других участие, так же, как и дарить его. Поэтому, если Ваши положительные примеры вызовут хоть какие-то небольшие изменения, это стоит Ваших усилий переменить тактику —
360
Приложение. Жестокая любовь
перестать быть гонителем и стать другом. А в принципе, кому же помешает, если из злого, нетерпимого, раздражительного Вы станете добрым, терпимым, принимающим разумные решения.
7. Постараюсь быть реалистичным в своих претензиях к больному сыну / дочери. Но я также стану отдавать себе отчет в своей обязанности установить рамки допустимого поведения в доме для него / нее.
Чтобы наши требования к наркоману были реалистичными, от нас требуются усилия. Ведь нам предстоит глубоко осознать, что живущий рядом — это больной человек со смещенными понятиями и чувствами. Мы можем наблюдать, как он «меняет лица», демонстрируя то жалкое, подавленное состояние, то враждебность, напор, жестокость, то неестественное дружелюбие, разговорчивость. Все эти резкие смены поведения зависят от биохимического состояния, связанного с дозой наркотика. Таким образом, жизнь семьи становится также зависимой от перепадов поведения пристрастившегося.
Каким же образом нам удастся быть реалистичными в ожиданиях и требованиях? Мы просто должны сохранять эти надежды, должны устанавливать границы и правила и требовать их соблюдения. Иначе мы отдаем свой дом для воцарения хаоса, связанного со злоупотреблением наркотиками.
Программа «12 шагов» призывает признать свое бессилие в попытке управлять или исправлять жизнь другого человека. Но программа вдохновляет нас — мы имеем права и возможности изменить к лучшему себя и свою жизнь.
Термин «жесткая любовь» напоминает нам, что у нас есть право наличную жизнь, есть свои потребности, которые необходимо удовлетворять. Мы вправе иметь спокойный и надежный кров. Мы вправе отказаться от беспокойных ночей из-за телефонных звонков, звуков музыки и криков, стуков (список может быть длинным). Мы имеем право определять, что нам неприемлемо в поведении близкого, хотя это не должно наносить ему оскорбления. Мы все имеем право сказать «Нет!» любому безрассудному требованию наркомана. Наш родительский долг — установить границы допустимого и быть неуклонными.
Очень часто психологическая потребность быть любимыми делает из нас мягких потакателей, и мы терпим то, что вредит нам.
Ожидать невозможного не стоит. Но необходимо уважать себя настолько, чтобы запретить другому пренебрегать нами, злоупотреблять, держать нас в рабстве. Если мы не возьмемся за восстановление своих
361
Приложение Жесткая любовь
прав и достоинств, будем пренебрегать родительским долгом, то и другие станут пренебрегать нашими правами до тех пор, пока мы окончательно не утратим человеческое лицо.
8. Я знаю, человек не может быть совершенным, поэтому я не стану ожидать максимально хорошего, как от себя, так и от наркомана. Приложу усилия, чтобы честно анализировать свои недостатки и ошибки, буду стремиться стать лучше.
Многие из нас уже натерпелись от людского несовершенства. А как бы хотелось, чтобы люди вели себя как ангелы! Но ведь пока поведение других не задевает лично нас, мы терпимо относимся к людским недостаткам.
Есть и исключения из этого, когда мы пытаемся давать оценку себе и нашим близким, живущим рядом. Порой мы безразличны к какому-то изъяну у большинства людей, но в себе этот недостаток доставляет нам много досады.
Многие родители наркоманов несут острое чувство вины и несостоятельности за то, что ребенок стал безответственным и несчастным. Нам стыдно, мы страдаем, спрашиваем себя: где упустили? каким поступком или словом нанесли рану? Родителям свойственно брать всю тяжесть положения на себя.
Осуждение и обвинение себя делу не поможет. Да, конечно, честное признание в своих неверных ориентациях, привычках, отношениях — это хорошо. Но теперь, когда жизнь ребенка в опасности, необходимо осознать, что восстановление самообладания, своих личных достоинств — это дело спасения и себя, и ребенка-наркомана.
Тот же подход мы практикуем и к наркоману. Разумеется, он далек от совершенства в своих привычках и поступках. Не будем ожидать нереального. Но надо быть внимательным и не пропустить попытки наркомана приложить усилия в сторону положительных перемен. Тогда от нас потребуется забыть обиды и разочарования, решая только самые насущные проблемы дня или даже текущего часа, без ожидания совершенства от себя, другого члена семьи и самого наркомана.
9. Я знаю, что большинство родителей (или другие члены семьи) склонны спасать детей из бедственных ситуаций, которые дети создали сами. Я понимаю, что несение ответственности за другого человека не несет помощи ему, а, наоборот, ослабляет. Я буду стараться, чтобы ребенок нес на своих плечах последствия своего поведения, своего неверного выбора.
Когда наркоман в беде, вполне естественно, что члены его семьи начинают принимать все меры по спасению. Уберечь от страданий, от
362
Приложение Жестокая любовь
трудностей — цель любящих людей. Чтобы вытянуть бедолагу из беды, мы уже потратили немало денег. Конечно, в каждом конкретном случае только сам человек решает свою проблему — как помочь близкому в беде. Но необходимо научиться анализировать свое неверное поведение, замечать, как отработаны определенные нездоровые взаимореакции, как вредит всем наше «спасательство».
Не испытав физического или морального страдания, наркоман не видит повода что-либо менять в своей жизни. Ведь наркотик дает удовольствие, облегчение жизни — зачем от этого бежать?
Когда мы отступаем в сторону, осуществляем так называемое отделение от его проблемы, то мы допускаем, чтобы в жизни наркомана произошли негативные последствия его поведения. Только это может заставить его начать искать путь к спасению. Его собственное желание необходимо.
Нам кажется, что мы пытаемся помочь, движимые чувством любви. Нам хочется сделать его сильнее, освободить от смертоносной зависимости. Но, к сожалению, результат нашей помощи противоположен: мы мешаем ребенку развить самостоятельность и ответственность за свои решения, мы ослабляем его.
Наша программа напоминает нам: чтобы оказать истинную помощь наркоману, надо позволить ему страдать. Только страдание даст ему толчок к росту.
10. Каждый должен нести свой груз. Я приложу все силы, чтобы сопротивляться своему желанию быть с наркоманом «в паре», «в одной игре». Когда я попадаюсь на его уловки, это ведет меня к злым обидам, а ему дает повод бежать от меня дальше.
Многим людям для того, чтобы повысить чувство собственной значимости, нужно проявить какое-либо участие в жизни других людей. Таким образом мы становимся зависимыми от окружающих, от их оценок, и мы теряем самоуважение.
По той же схеме развивается отношение с наркоманом. По мере роста его зависимости от наркотиков он все чаще начинает злоупотреблять близкими, вынуждая их делать то, что он должен делать сам. Обычно наркоман прекращает зарабатывать денежные средства, прекрасно устраиваясь за счет работающих родственников.
Ничего удивительного, что он устраивает сцены возмущения, когда родные не представляют ему желаемых вещей. Он упрекает в нелюбви, жадности, несовременности и тому подобное. И чаще всего мы сдаемся, уступаем, делаем то, о чем позже жалеем. Возможно, к этому нас толкает не покидающее чувство своей вины.
363
Приложение. Жесткая любовь
Сопротивляться желанию наркомана быть зависимым от нас довольно трудно. Наши благие намерения, наше чувство вины, желание угодить помогают наркоману манипулировать нами, и таким образом еще больше усиливать взаимозависимость. И вместе с его зависимостью от нас растет его недовольство нами.
Сначала это не видно. Когда мы делаем что-то для него, мы рассчитываем, что это сделает его счастливым и благодарным нам. Но почему-то ребенок, наоборот, становится все более враждебным. Когда мы регулярно делаем что-то вместо него, у наркомана нарастает презрение к себе. Он начинает ненавидеть тех, кто вызвал такие чувства собственной беспомощности.
Таким образом, все, что мы можем дать наркоману, идет ему во вред. От нас же требуется твердость, непреклонность, способность сказать «Нет!». Мы должны научиться мужественно отказываться принимать участие в падении наркомана, в его неуважении к себе.
11. Я знаю, что единственным человеком, за которого я могу нести ответственность, являюсь я сам. Это нелегко. Но я постараюсь сделать все, на что способен, чтобы своими чувствами, поступками и мыслями не наносить вред себе и близким. Я способен справиться с чувствами жалости к себе и обиды.
Есть вещи, которые мы не в состоянии делать за другого человека, например, дышать или стыдиться. Из горького опыта жизни мы убедились, что мы не можем удержать другого от употребления наркотиков или от терпимого отношения к плохому поведению. Разумеется, существует множество моментов, когда мы можем и должны оказать ближнему поддержку и помощь. Но делать за другого то, чему он должен научиться сам, все равно, что вредить.
Момент отделения имеет жизненное значение для больного наркоманией. Мы учимся новому отношению к проблеме: перенести центр внимания с поведения и привычек наркомана на свои.
У нас будет достаточно работы, когда мы возьмемся за себя. Задача, которую мы должны решить прежде всего — вернуть себе психическое и моральное здоровье. Этому способствует наше отделение.
Мы приняли свое бессилие над наркоманией, смирились с тем, что бессильны изменить другого.
Теперь мы направляем все свои силы на то, что нам подвластно — на самих себя. Стремимся стать уравновешеннее, приобрести новые положительные качества, так необходимые в наших обстоятельствах. Мы прекращаем ругаться, угрожать, читать мораль — делать то, что заставляло других избегать общения с нами. Мы оставляем привычку
364
Приложение. Жестокая любовь
жалеть себя и обижаться — этим мы только вредим себе и другим. Мы стремимся выработать новое отношение к наркоману: «Я не могу изменить его, я позабочусь о себе, чтобы жизнь стала лучше». Такое отношение пойдет на пользу мне, семье и наркоману.
12. Я нуждаюсь в людях, и я им нужна.
Всем понятно, что любому человеку нужны другие люди. Наше место в обществе зависит от действий других людей, даже неизвестных нам: продавщицы булочной, оператора-телефониста, водителя транспорта. В своей семье мы зависим от своих близких, начиная с настроения и кончая способностью выжить.
Когда мы приобретем новые знания и способности, когда лучше узнаем себя и научимся правильному отношению к наркоману, хотя мы и не будем совершенны, мы уже приобретем какой-то опыт, уже продвинемся в лучшую сторону в борьбе за себя и свою жизнь, мы поделимся этими знаниями и этим опытом с теми людьми, которым это будет необходимо.
ЛИТЕРАТУРА
/. Абрамова Г. С. Введение в практическую психологию. М., 1996.
2. Айви А., Айви М., Саймен-Даунинг Л. Психологическое консультирование и психотерапия. М., 1999.
3. Алберти Р. и др. Самоутверждающее поведение. СПб., 1998.
4. Александров А. А. Современная психотерапия. СПб., 1997.
5. Ассаджиоли Р. Психосинтез. М., 1997.
6. Балинт М. Базисный дефект. М., 2002.
7. Белогуров С. Б. Популярно о наркотиках и наркоманиях. СПб., 1998.
8. Бишоп С. Тренинг ассертивности. СПб., 2001.
9. БлазерА. и др. Проблемно-ориентированная психотерапия. М., 1998.
10. Бурнард Ф. Тренинг межличностного взаимодействия. СПб., 2001.
11. БьюджентальДж. Искусство психотерапевта. СПб., 2001.
12. Васильев Н. Н. Тренинг преодоления конфликтов. СПб., 2002.
13. Бачков И. В. Основы технологии группового тренинга. М., 1999.
14. ВитакерД. С. Группа как инструмент психологической помощи. М., 2000.
15. Зимбардо Ф. Застенчивость. СПб., 1996. й.
16. Зимбардо Ф. и др. Социальное влияние. СПб., 2000. |)
17. Кочюнас Р. Основы психологического консультирования. М., 1998.
18. Литвак М. Е. Если хочешь бьпь счастливым. Ростов-на-Дону, 1998.
19. ЛоуэнА. Депрессия и тело. М., 2002.
20. ЛоуэнА. Радость. Минск, 1999.
21. Макаров В. В., Макарова Г. А. Транзактный анализ — восточная версия. М., 2002.
22. Мак-Кей М. и др. Укрощение гнева. СПб., 1997.
23. МакМаллин Р. Практикум по когнитивной терапии. СПб., 2001.
24. Менте М. Эффективный тренинг с помощью ролевых игр. СПб., 2001.
25. Михайлова Е. Короткие встречи // Московский психотерапевтический журнал. № 1. 2002.
26. Норвуд Р. Надо ли быть рабой любви? М., 1995.
27. Норвуд Р. Как принимать удары судьбы. М., 1995.
28. Папуш М. Психотехника экзистенциального выбора. М., 2001.
29. Перлз Ф. Опыты психологии самопознания. М., 1993.
30. Риман Ф. Основные формы страха. М., 1999.
31. Роджерс К. Консультирование и психотерапия. М., 1999.
32. Сатир В. Психотерапия семьи. СПб., 1999.
33. Стивене Дж. Приручи своих драконов. СПб., 1996.
34. Стюарт В. Работа с образами и символами в психологическом консультировании. М., 2001.
35. ФицджеральдР. Эклектическая психотерапия. СПб., 2001.
36. Франка В. Основы логотерапии. СПб., 2000.
37. Фромм Э. Душа человека. М., 1996. '
38. Фромм Э. Иметь или быть. М., 1996.
39. Фромм Э. Искусство любить. М., 1993.
40. ХейЛ. Полная энциклопедия здоровья Луизы Хей. М., 2001.
41. ХеллД. Ландшафт депрессии. М., 1999.
42. Хорни К. Наши внутренние конфликты // Собрание сочинений: В 3 т. Т. 3. М., 1997.
43. Хорни К. Невротическая личность нашего времени // Собрание сочинений: В 3 т. Т. l.M.,1997.
366
Литература
44. Хорни К. Самоанализ. Собрание сочинений: В 3 т. Т. 2. М., 1997.
45. Шаг за шагом от наркотиков. Центр профилактики наркомании. СПб., 1999.
46. Шорохова О. А. Жизненные ловушки зависимости и созависимости. СПб., 2002.
47. Ялом И. Мамочка и смысл жизни. М., 2002.
48. Ялом И. Экзистенциальная психотерапия. М., 1999.
49. Япко М. Боль жизни. М., 1999.
Елена Владимировна Емельянова
КРИЗИС В СОЗАВИСИМЫХ ОТНОШЕНИЯХ. ПРИНЦИПЫ И АЛГОРИТМЫ КОНСУЛЬТИРОВАВ
Главный редактор И. Авидон
Художественный редактор Л. Борозенец
Технический редактор Л. Васильева
Директор Л. Янковский
Подписано в печать 02.11.2004 г. Формат60x88'/i6. Усл. печ. л. 23. Тираж 4000 экз. Заказ № 3656
ООО Издательство «Речь»
199178, Санкт-Петербург, ул. Шевченко, д. 3 (лит. «М»), пом. тел. (812) 323-76-70, 323-90-63, info@rech.sbp.ru, www.rech.spb.ru
Интернет-магазин: www.internatura.ru
Представительство в Москве: (095) 502-67-07;
e-mail: rech@online.ru
Отпечатано с готовых дматючнптов
в ГУП «Типография «Наука» 199034. Санкт-Петерб\рг. 9 линия. 12




Текст взят с психологического сайта http://www.myword.ru

<< Пред. стр.

стр. 12
(общее количество: 12)

ОГЛАВЛЕНИЕ