стр. 1
(общее количество: 2)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>


Сборник

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ
ПРОБЛЕМЫ
САМОРЕАЛИЗАЦИИ
ЛИЧНОСТИ

Под ред. А.А.Крылова, Л.А.Коростелевой

Изд-во: Санкт-Петербургского университета, 1997.

С. Л. Братченко, М. Р. Миронова

ЛИЧНОСТНЫЙ РОСТ И ЕГО КРИТЕРИИ

Я обнаружил, что... понятие самоактуализации оказа-
лось очень похожим на чернильные пятна Роршаха.
Чаще всего употребление этого понятия больше гово-
рило мне о человеке, который им пользуется, чем о са-
мой реальности, стоящей за этим понятием.

АМаслоу


В отечественной психологии и педагогике сегодня стали очень распространенными, даже модными слова “самореализация личности”, “самоактуализация”, “личностный рост” и т. п. Однако, на наш взгляд, полноценного содержательного наполнения эти “новые формулы” пока у нас не получили и либо используются в метафорическом смысле, очень неопределенно, скорее как лозунги, либо служат лишь новым красивым ярлыком, который с легкостью перешивают на старые “одежки” (вместо, например, устаревших “всестороннее развитие личности”, “формирование нового человека” и т. п.). В последнем случае с неизбежностью получаются своеобразные “кентавры”, так как попытки механического переноса идей зарубежных авторов на нашу психолого-педагогическую теоретическую “почву” заведомо обречены как минимум на несоответствие (а чаще именно “почва” решает дело, и ростки нового просто не приживаются). Поэтому важно понять, что идеи самореализации, личностного роста и многие другие не возникли сами по себе, а являются следствием более глубоких установок, задающих вполне определенныйподход к человеку и его развитию.
В свое время Макс Отто утверждал: “Глубочайшим источником философии человека, источником, который питает и формирует ее, является вера или отсутствие веры в человечество. Если человек питает доверие к людям и верит в то, что с их помощью он способен достичь чего-то значимого, тогда он усвоит такие взгляды на жизнь и на мир, которые будут находиться в гармонии с его доверием. Отсутствие доверия породит соответствующие представления” (цит. по: Хорни К., 1993, с. 235). Из этого, в частности, следует, что в любой концепции кроме привычно выделяемых теоретической и практической составляющих всегда имеется (но не всегда осознается и заявляется) еще одна — ценностная составляющая. Именно это аксиоматическое кредо и является реальным фундаментом концептуальных построений.
Если приложить критерий веры-неверия в человека. В свое время Макс Отто утверждал: “Глубочайшим источником философии человека, источником, который питает и формирует ее, является вера или отсутствие веры в человечество (подчеркнуто нами — С. Б., М. к основным психологическим теориям, то они достаточно четко разделятся на две группы (увы — неравные): “доверяющих” человеческой природе (т. е. гуманистически ориентированных) и “недоверяющих”. Однако и внутри каждой группы, в свою очередь, можно найти весьма существенные различия, поэтому имеет смысл ввести еще одно подразделение:
а) в группе “недоверяющих” (пессимистов) есть более жесткая позиция, утверждающая, что природа человека негативная — асоциальная и деструктивная, и что сам человек с этим справиться не может; и есть более мягкая, в соответствии с которой у человека природной сущности в общем-то нет и изначально он представляет собой нейтральный объект формирующих внешних влияний, от которых и зависит обретаемая человеком “сущность”;
б) в группе “доверяющих” (оптимистов) также есть более радикальная точка зрения, утверждающая безусловно-позитивную, добрую и конструктивную сущность человека, заложенную в виде потенциала, который раскрывается при соответствующих условиях; и есть более осторожный взгляд на человека, который исходит из того, что изначально человек не обладает сущностью, но обретает ее в результате самосозидания, причем позитивная актуализация не гарантирована, но является результатом собственного свободного и ответственного выбора человека, эту позицию можно назвать условно-позитивной.
В соответствии с базовой установкой и решением проблемы сущности человека решается и вопрос о том, “что делать” с этой сущностью, чтобы человек стал “лучше”, как его правильно развивать, воспитывать (этим, естественно, озабочены все психологи, хотя само это “лучше” понимается весьма различно). Этот вопрос о смысле воспитания принципиально решается следующим образом: если сущность человека негативная, то ее надо исправить; если ее нет — ее надо создать, сконструировать и “вложить” в человека (при этом в обоих случаях главным ориентиром выступают так называемые интересы общества); если она позитивная — ей надо помочь раскрыться; если сущность обретается посредством свободного выбора, то следует помочь ей сделать этот выбор (в последних двух случаях во главу угла ставятся интересы самого человека).
Более схематично типологию базисных имплицитных установок в мире психологических концепций можно представить в виде таблицы. Хотя эта схема (как и любая попытка классификации в психологии), безусловно, упрощает реальное многообразие подходов, но она, на наш взгляд, фиксирует очень принципиальные различия и достаточно ясно очерчивает пространство профессионального самоопределения психолога и педагога, варианты выбора и глубинные основания этого выбора.

Базисные установки психологических концепций

Базисная установка
Природа человека
Смысл воспитания
Основные представители
Неверие в человека
Негативная
Исправление,
компенсация
Классический фрейдизм
Нейтральная
Формирование,
коррекция
Бихевиоризм,
Большинство подходов в советской психологии
Вера в человека
Безусловно-
позитивная
Помощь в актуализации
Концепции К. Роджерса,
А. Маслоу
Условно-
позитивная
Помощь в выборе
Экзистенциальный подход В. Франкла, Дж. Бюджентала

Таким образом, очевидно, что концепция личностного роста и самореализации является логическим продолжением взгляда на человека в гуманистической психологии и по сути своей несовместима с подходами, не доверяющими человеку, исправляющими, формирующими и т. п.
Представленное здесь понимание личности и личностного роста опирается на концепцию одного из лидеров “движения за гуманизацию психологии” Карла Роджерса — его личностно-центрированный подход. (При этом важно иметь в виду, что одна из отличительных особенностей этого направления в психологии — отсутствие жесткой концептуальной схемы, строгих дефиниций и однозначных толкований; его представители признают неисчерпаемость тайны человека, относительность и априорную неполноту наших представлений о нем и не претендуют на завершенность теории.)

Личность

В самом общем виде личность — это человек как субъект собственной жизни, ответственный за взаимодействие как с внешним миром, включая и других людей, так и с внутренним миром, с самим собой. Личность — это внутренняя система саморегуляции человека. Она испытывает влияние двух других детерминирующих сил, которые условно можно обозначить как организм, внутренний мир (т. е. человек как живое существо в целом), и среда, внешний мир в широком смысле, включая в первую очередь других людей. Соотношение между этими тремя движущими силами и определяет линию жизни человека; его можно представить в виде своеобразного треугольника развития:

ЛИЧНОСТЬ


ВНУТРЕННИЙ ВНЕШНИЙ
МИР МИР

Важнейшими характеристиками зрелой личности являются: интенциональность, автономность, динамичность, целостность, конструктивность, индивидуальность. Однако эти атрибуты личности не даны, а скорее заданы, и степень их актуализации зависит от определенных условий — прежде всего как раз от того, какие у личности сложатся взаимоотношения с двумя другими силами. Причем, в соответствии с исходной позицией веры в природу человека, актуализирующее, созидательное начало признается в первую очередь за организмом, внутренним миром, в котором изначально заложен мощный потенциал, “главная движущая сила жизни” и развития человека — стремление к росту, к раскрытию способностей и усилению возможностей, к большей эффективности, зрелости и конструктивности, называемая К. Роджерсом “тенденцией к актуализации”. И потому для личности исходные, определяющие отношения — именно с внутренним миром, с самим собой.
Это одна из центральных идей личностно-центрированного подхода: если человек (личность) свободен и имеет возможность прислушаться к себе и опереться на себя как на целостное природное существо, точно и полно отражая происходящее в нем самом, то “тенденция к актуализации” действует в полную силу и обеспечивает движение человека — несмотря на возможные ошибки и трудности — к большей зрелости, к более полноценной жизни. Очень важно, что эта тенденция признается заложенной в природе человека как потенциал, который актуализируется при определенных условиях, но не формируется и не управляется внешними силами: “это внутренняя тенденция, она не мотивируется извне, и научить этому невозможно” (Лэндрет Г., 1994, с. 63).
Отношения личности с внешним миром — особенно с миром других людей — куда более сложные, неоднозначные и драматичные. Со стороны личности есть сильная заинтересованность в контакте с другими людьми, — человек, как утверждает К. Роджерс, “неизлечимо социален; он имеет глубокую потребность во взаимоотношениях” (П. Тиллих, К. Роджерс..., 1994, с. 136). Более того, центральный компонент личности — “Я” — имеет очень сильную потребность в самоуважении, которая поначалу (в детстве) удовлетворяется в первую очередь через получение уважения, признания и любви от других людей (прежде всего — значимых взрослых). Иными словами, личность ребенка не просто ориентирована на взаимоотношения с социальным миром, а оказывается в существенной зависимости от них.

Личностный рост

Прежде всего, можно определить то, что, исходя из гуманистических представлений, не является собственно развитием личности, но с чем его часто смешивают. То есть личностный рост (ЛР) — это: не усвоение каких-либо знаний (включая и этические); не освоение какой- либо деятельности, и уж тем более — “общественно-полезной”; не формирование устойчивой “системы ценностных ориентации”; не “присвоение ребенком общественной человеческой сущности”; не формирование “активной жизненной позиции”; не развитие “способности созидать новые формы общественной жизни”; не освоение “образа идеального взрослого”.
Каждое из перечисленных направлений изменения человека имеет определенный позитивный смысл. Но в контексте обсуждаемой проблемы важно то, что все они в той или иной степени усиливают разворот личности “от себя” и потому не способствуют ЛР, а скорее препятствуют ему, пытаясь подменить развитие личности формированием важных и нужных качеств, но с точки зрения каких-либо внешних, внеличностных критериев. Причем во всех этих случаях формирующие усилия прикладываются только по одной линии “треугольника развития” — по линии взаимодействия “внешний мир — личность”.
Главный психологический смысл ЛР — освобождение, обретение себя и своего жизненного пути, самоактуализация и развитие всех основных личностных атрибутов (см. выше). А взаимодействие личности с собственным внутренним миром в целом не менее (а во многих отношениях — более) значимо, нежели с миром внешним. Принципиально важным для человека является также признание и уважение его внутреннего мира другими людьми. То есть полноценный ЛР возможен только в том случае, если интраперсональность не будет подавляться интерперсональностью и если между всеми тремя вершинами “треугольника развития” не будет борьбы или пренебрежительного игнорирования, а будет конструктивное сотрудничество, диалог.
Личностный рост не тождествен продвижению человека по “лестнице возрастов”; это сложный многоаспектный процесс, следующий своей внутренней логике и имеющий всегда индивидуально-своеобразную траекторию. Есть основания говорить лишь о самом общем “основном законе личностного роста”, который, опираясь на известную формулу К.Роджерса “если — то” (Rogers С., 1959), можно сформулировать так: если есть необходимые условия, то в человеке актуализируется процесс саморазвития, естественным следствием которого будут изменения в направлении его личностной зрелости. Иными словами, именно эти изменения — их содержание, направленность, динамика — свидетельствуют о процессе ЛР и могут выступать в качестве критериев ЛР.
При полноценном ЛР эти изменения затрагивают взаимоотношения личности как с внутренним миром (интраперсональность), так и с внешним миром (интерперсональность). Соответственно и критерии ЛР складываются из интраперсональных и интерперсональных. Важнейшими из них являются следующие:

Интраперсональные критерии ЛР:

Принятие себя. Это означает признание себя и безусловную любовь к себе такому, каков я есть, отношение к себе как “личности, достойной уважения, способной к самостоятельному выбору” (Роджерс К., 1993, с.69), веру в себя и свои возможности, доверие собственной природе, организму. Последнее следует подчеркнуть особо, так как в данном случае доверие к себе не означает лишь веру в возможности сознательного “Я” (тем более — лишь в силу своего интеллекта), но также понимание того, что “цельный организм может быть — и часто является — мудрее, чем его сознание” (Роджерс К., 1994, с. 242).
Открытость внутреннему опыту переживаний. “Опыт переживаний” — одно из центральных понятий в гуманистической психологии, | используемое для обозначения сложного непрерывного процесса (“потока”) субъективного переживания событий внутреннего мира (включающих и отражение событий мира внешнего). Чем более сильная и зрелая личность — тем более она свободна от искажающего влияния защит и способна прислушаться к этой внутренней реальности, отнестись к ней как к достойной доверия и “жить настоящим”.
Понимание себя. Как можно более точное, полное и глубокое представление о себе и своем актуальном состоянии (включая реальные свои переживания, желания, мысли и т. д.); способность увидеть и услышать себя подлинного, сквозь наслоения масок, ролей и защит; адекватная и гибкая “Я”-концепция, чувствительная к актуальным изменениям и ассимилирующая новый опыт, сближение “Я”-реального и “Я”-идеального — вот основные тенденции ЛР по этому критерию.
Ответственная свобода. Во взаимоотношениях с самим собой это означает прежде всего ответственность за осуществление своей жизни именно как своей, осознание и принятие своей свободы и субъектное (своего, как говорил М. М. Бахтин, “не-алиби-в-бытии”). Это также означает “внутренний локус оценивания” — ответственность за выбор ценностей и вынесение оценок, независимость от давления внешних оценок. И, наконец, это ответственность за актуализацию своей индивидуальности и самобытности, за то, чтобы остаться верным себе.
Целостность. Важнейшее направление ЛР — усиление и расширение интегрированности и взаимосвязанности всех аспектов жизни человека, а особенно — целостности внутреннего мира и самой личности. Точнее было бы говорить о сохранении и защите целостности, которой человек обладает изначально. Как подчеркивал К. Роджерс, с самого начала “младенец... является интегрированным и целостным организмом, постепенно индивидуализирующимся” (П. Тиллих, К. Роджерс., 1994, с. 140). Проблема в том, чтобы эти нарастающие индивидуализированность и дифференцированность не вели к утрате внутреннего единства человека, к потере конгруэнтности, к разрывам или диспропорциям, например, между интеллектом и чувствами, “Я”-реальным и “Я”-идеальным и вообще между личностью и организмом. Целостность и конгруэнтность являются непременным условием эффективной регуляции жизни человека.
Динамичность. Внутриличностное единство и согласованность не означают косности и завершенности. Наоборот, личность существует в постоянном, непрерывном процессе изменений. В этом смысле зрелая личность — это непременно становящаяся личность, т. е. рост личности есть способ ее существования Поэтому важнейший критерий ЛР — динамичность, гибкость, открытость изменениям и способность, сохраняя свою идентичность, развиваться через разрешение актуальных противоречий и проблем и постоянно “быть в процессе” — “скорее быть процессом зарождающихся возможностей, чем превратиться в какую-то застывшую цель” (Роджерс К., 1994, с. 221).

Интерперсональные критерии ЛР:

Принятие других. В интерперсональном направлении ЛР проявляется прежде всего в динамике отношения к другим людям Личность тем более зрелая, чем в большей мере она способна к принятию других людей такими, какие они есть, к уважению их своеобразия и права быть собой, к признанию их безусловной ценностью и доверию им. А это, в свою очередь, связано с “основополагающим доверием к человеческой природе” и чувством глубинной сущностной общности между людьми.
Понимание других. Зрелая личность отличается свободой от предрассудков и стереотипов, способностью к адекватному, полному и дифференцированному восприятию окружающей действительности вообще и в особенности — других людей. Важнейший критерий ЛР — готовность вступать в межличностный контакт на основе глубокого и тонкого понимания и сопереживания, эмпатии.
Социализированность. ЛР ведет ко все более эффективному проявлению фундаментального стремления человека — к конструктивным социальным взаимоотношениям. Человек в контактах с другими становится все более открытым и естественным, но при этом — более реалистичным, гибким, способным компетентно разрешать межличностные противоречия и “жить с другими в максимально возможной гармонии”: (The Carl Rogers..., 1989, p. 251);
Творческая адаптивность. Важнейшее качество зрелой личности — готовность смело и открыто встречать жизненные проблемы и справляться с ними, не упрощая, а проявляя “творческую адаптацию к новизне конкретного момента” (Ibid.) и “умение выразить и использовать все потенциальные внутренние возможности” (Роджерс К., 1994,1 с. 81). \
Естественно, изменения в каждом из этих направлений ЛР происходят (если происходят) в соответствии со своими специфическими закономерностями. В то же время это процесс целостный, взаимосвязанный и рост в одном “личностном измерении” способствует продвижению в других. Поэтому важнее всего сам факт движения в этих на правлениях, включение в процесс открытия и обретения себя, что дает возможность человеку становиться все более свободным и ответственным, аутентичным и неповторимым, дружелюбным и открытым, сильным и творческим и, в конечном итоге, — более зрелым и способным воспринимать мир (внешний и внутренний) не как угрозу, а как ВЫЗОВ ЖИЗНИ и одновременно — ПРИЗЫВ К ЖИЗНИ...

УКАЗАТЕЛЬ ЛИТЕРАТУРЫ

Лэндрет Г. Игровая терапия: искусство отношений. М., 1994.
Тиллих, К. Роджерс: диалог // Моск. психотерапевтич. журн. 1994. № 2.
Роджерс К. Эллен Вест и одиночество // Моск. пснхотерапевтич. журн. 1993. № 3.
Роджерс К. Взгляд на психотерапию. Становление человека. М, 1994.
Хорни К. Невротическая личность нашего времени. М., 1993.
Rogers С. A theory of therapy, personality and interpersonal relationship, as developed in client — centered framework // Psychology: A Study of a Science. 1959.Vol. 3.
The Carl Rogers reader /Ed by H.Kirschenbaum, V Henderson. Boston, 1989.



В. Д. Балин

О СТРУКТУРЕ ИНДИВИДУАЛЬНОГО СОЗНАНИЯ

Одно во всем, все в одном;
Одно в одном, все во всем.
из традиций хуаянь

Понятие “сознание” — одно из наиболее многозначных общепсихологических понятий. Очень часто его смешивают с понятием “психическое”, “разумное” У некоторых авторов сознание обозначает “внутренний опыт”, “рефлексию”. Иногда термин “сознание” считается эквивалентным терминам “отражение”, “мышление”, “бодрствование” и т.п. (Рубинштейн С. Л., 1957; Платонов К. К., 1982; Джемс У., 1991). Такая многозначность объясняется, на наш взгляд, тем, что разные авторы в этот термин вкладывают разный смысл, т. е. указанная многозначность является свидетельством того, что в семантическом поле понятия “сознание” можно выделить несколько смыслов, которые, во избежание существующей путаницы, необходимо развести и обозначить.
В данной работе мы рассмотрим только такую форму сознания, как “индивидуальное сознание”, подразумевая тем не менее, что оно организовано принципиально одинаково с другими формами сознания: общественное, коллективное, групповое, отличаясь от них только исходными элементами.
Сознание, вообще говоря, это некоторое целостное образование, состоящее из исходных элементов и структуры связи между ними. Это образование обладает некоторой функцией Последняя и есть сознание. Дело, стало быть, за тем, чтобы выяснить, что является элементами той или иной формы сознания и что, собственно, является функцией формирующегося на их основе целостного образования.
Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо выбрать определенную схему психогенеза, которой подчиняется образование любого психического явления. Кроме этого, необходимо коротко описать процесс анализа-синтеза свойств среды нервной системой. Существуют два в известной степени независимых способа анализа-синтеза свойств среды (характеризующейся с точки зрения организма высокой неопределенностью — события в ней носят вероятностный характер).
1-й способ анализа-синтеза свойств среды. В процессе эволюции происходит закрепление в генетической памяти способов поведения, приводящих к успешной адаптации к условиям среды обитания. Эти образы действия закрепляются в виде генетических программ (ГП). ГП могут иметь разную сложность: от программы регуляции клеточного метаболизма до сложноорганизованных программ сексуального поведения, охоты, ухода за детьми и т. п. Под влиянием определенных сигналов, приходящих извне, эти ГП могут быть деблокированы и запущены. Одновременно может быть реализовано сразу несколько программ (батарея ГП). Запущенная ГП свидетельствует о том, что организм находится с окружающей средой в определенных отношениях, т. е. организм тем самым как бы дает среде оценку. На базе ГП окружающая среда оценивается с точки зрения генетического опыта, эмоционально. Можно сказать, что эмоциональная оценка события — это одновременно “подсказка” субъекту о том, как обычно оценивалось подобное событие ранее. Такая оценка является ядром любого психического акта.
2-й способ анализа-синтеза свойств среды. Внешний раздражитель, воздействуя на органы чувств и вызывая реакции отдельных рецепторов, создает картину в виде распределения возбуждений на выходах рецепторов, которое используется в дальнейшем для первичного анализа. В результате такого анализа выделяются отдельные признаки действующего стимула. Выделение признаков осуществляется посредством нейронов-детекторов. Каждому параметру объекта соответствует свой набор рецепторов и детекторов. Эта конструкция в совокупности называется локальным анализатором (отражает отдельное качество объекта). Сенсорный анализатор состоит из множества локальных (анализаторов признаков), на вход которых поступают сигналы только от определенной группы рецепторов. Синтез поступающей по разным каналам информации идет таким образом, что постоянно происходит процесс совмещения разнохарактерной информации с целью выделения инвариантных характеристик, уточнения тем самым параметров объекта. Переработка информации в нервной системе с целью ее интеграции осуществляется определенными структурами — модулями, которые различаются по степени сложности и производят обработку информации каждый по своему алгоритму. Чем больше модуль, тем более сложную информацию он может обрабатывать. Модулями являются микросети, локальные сети, колонки, поля и доли коры, полушария мозга (Шеперд Г.,1987).
Работа двух описанных механизмов отражения свойств окружающей среды (назовем их условно “эмоциональным” и “когнитивным”) идет параллельно. Один механизм работает для определения объективных характеристик события, а другой оценивает его смысл, давая организму возможность избегать крупных ошибок при программировании поведения. Такая возможность заложена в конструкции отражательной системы. Поскольку число признаков ситуации достаточно велико, а возможности сенсорных систем не безграничны, то Природа нашла способ того, как учесть все наиболее важные параметры среды, одновременно не перегружая сенсорные системы излишней информацией. Она начала объединять потоки информации в крупные блоки, формы, и по этой причине вся поступающая информация становится обозримой. Блокировка потоков информации подчиняется определенным законам. Некоторые из них таковы.
Для существования целого нужны элементы и отношения между ними. Чем большее число элементов составляет психическое целое, тем, вообще говоря, оно является более устойчивым, а элементы все в большей степени приобретают признак эквипотенциальности. Элементом психического целого может выступать материальный предмет или его символ, его “вакансия”, а также отношения между элементами другого целого.
Не все элементы психического целого равноценны: некоторые играют роль доминанты, системообразующего фактора. Доминанта обладает следующими свойствами: повышенные активность и вариативность активности, способность подавлять активность других элементов и интегрировать их активность. Изменения активности доминанты носят более сложный характер, нежели ее изменения у других элементов, причем изменения этой активности коррелируют с таковой у остальных элементов целого.
Психическое целое имеет многослойный характер, причем каждый слой представляет собой сферу, вложенную в сферу с большим Радиусом, аналогично строению земного шара. Число слоев достаточно велико, но можно говорить по крайней мере о трех основных сферах психического, каждая из которых, в свою очередь, также состоит из множества слоев. Эти сферы целесообразно назвать экзопсихикой, эндопсихикой и мезопсихикой (Лазурский А. Ф., 1982).
Каждый слой психического можно рассматривать как отдельное целое. Он характеризуется энергетическим уровнем, степенью связности элементов в рамках этого целого, допустимым диапазоном вариативности величины связности между элементами, минимально возможной связью между элементами, еще допускающей существование целого и допустимым диапазоном вариации активности отдельного элемента.
Психическое целое обладает такими свойствами, как интегрируемость, конвергируемость, саморегулируемость, инвариантность, эквипотенциальность, статистический характер связей между элементами.
Для того чтобы ответить на вопрос о том, почему мы выделяем три компоненты индивидуального сознания, необходимо описать функции и свойства трех сфер психики.
1. Экзопсихика. Это внешний слой психического акта. Он управляет взаимодействием с окружающей средой. Основу экзопсихики составляют сенсорные системы. Обрабатываемая здесь информация “специфична”, объективна, связана с анализом среды по признакам. Экзопсихику составляют ощущения, восприятие, представление, воображение, словообразование.
Видение мира с позиции экзопсихики отличается дифференцированностью и точностью. Такой мир выглядит несколько абстрактным, но он имеет предметный характер. Явления не иерархизованы, они рядоположены: в объективном мире все предметы и явления равноценны. Главный недостаток такого способа отражения — чрезмерная! “объективность”.
2. Эндопсихика. Это ядро любого психического акта взаимодействия субъекта с объектом. Основу составляет генетическая память, в которой хранятся врожденные поведенческие программы. В долговременной памяти хранятся приобретенные при жизни навыки, привычки и т. п. Основная функция этой сферы — самозащита. Здесь формируются эмоции, состояния, чувства и мотивы. Эндопсихика проявляе себя в виде эмоционального фона, который сопровождает любое психическое явление, причем чем больше затрагиваются биологические интересы организма, тем сильнее эмоциональный фон.
Эндопсихика “видит” мир через призму своих реакций, реакция вызывается определенными стимулами из внешней среды или их совокупностью. Основное назначение реакции — регуляция состояния организма с целью адаптации к окружающей среде. Но совокупность таких реакций отражает характеристики стимулов, которыми они “запускаются”, и эта совокупность сама может служить инструментом для познания окружающего мира.
Регулируя себя, эндопсихика регулирует и отражение окружающего мира с позиций интересов организма. “Объекгивное” отражение внешнего мира осуществляется экзопсихикой, но смысл синтезированного ею образа определяется эндопсихикой. Мир с позиции эндопсихики виден обобщенным, он поляризован, акцентирован, состоит из “враждебных” и “дружественных” объектов и сил, поскольку в конечном счете любая врожденная реакция направлена на то, чтобы либо стремиться к объекту, либо избегать его.
Из сказанного видно, что экзопсихика является более мощным инструментом взаимодействия организма со средой, нежели эндопсихика. Но первая имеет одно уязвимое место — она плохо учитывает прошлый опыт (онто- и филогенетический). Экзопсихика постоянно как бы все открывает заново, не учитывая того, что многие события повторяются. Эндопсихика, наоборот, направлена на прошлый опыт. Ее недостаток — в том, что она статична, для нее внешний мир не меняется (в рамках индивидуальной жизни).
Таким образом, любая крайность в отражении окружающей среды снижает эффективность адаптации к ней. Нужна система, которая совмещала бы два способа отражения этой среды. Такой системой является мезопсихика.
3. Мезопсихика. Ее основная функция — совмещение возможностей организма с требованиями окружающей среды. Здесь происходит наложение “фигуры”, сформированной экзопсихикой, на эмоциональный фон, который создается эндопсихикой. Любые психические явления в привычном для нас виде (“фигура” + “фон”) формируются здесь. Мезопсихика отражает ситуацию наиболее адекватно с точки зрения интересов организма. Она как бы наносит масштабную сетку на фигуру, рисуемую экзопсихикой. Главный способ действия мезопсихики — совмещение, что позволяет получать новую информацию, для приобретения которой нет соответствующих рецепторных образований.
Психическое в известной степени “независимо” от субстрата, главное, чтобы при его формировании выполнялись определенные фундаментальные условия, некоторые из которых описаны выше. Можно сказать, что психика в целом “многосубстратна”, а каждое психическое явление есть продукт эволюции, появившийся в свою историческую эпоху. Логическая схема образования психического явления такова: субстрат —> элементы —> функциональная структура -> психическая функция —> инвариант —> психическое явление. Исходя из описанной схемы психогенеза, можно “сконструировать” любое психическое явление.
Прежде всего покажем, что все “конструируемые” психические явления “привязаны” к трем сферам психического: экзо-, эндо- и мезо-психике.При этом предполагается, что психические явления в рамках каждой из сфер также представляют собой систему, в которой есть элементы, структура связей между ними, функция. Рассмотрим примеры.
Экзопсихике соответствуют явления психического взаимодействия; ощущение, восприятие, представление, словообразование, внимание. В соответствии с описанной схемой психогенеза формирование, например, ощущения, выглядит таким образом. Субстрат — рецепторные образования и соответствующие им проекционные зоны определенного анализатора (сенсорной системы). Элементы — рецепторные клетки и их проекции в коре головного мозга. Функциональная структура — совокупность проекций рецепторных клеток в коре, связанных с определенным предметом в окружающей среде. Психическая функция — выделение инвариантных (устойчивых) качеств среды. Инвариант — общая, инвариантная часть множеств раздражений одного типа рецепторов. Психическое явление — ощущение. Это функция динамического целого, образующегося на базе рецепторных элементов и их проекций в коре. Оно служит для выделения в потоке постоянно поступающих раздражений наиболее устойчивых сочетаний.
По этой же схеме можно “сконструировать” и другие явления зопсихики: восприятие, представление и т. п. Кроме этого, все психические явления данной сферы в совокупности представляют собой конченное целое, но уже более высокого уровня. Его элементами являются теперь уже ощущения, восприятия, представления, словообразование, внимание. Доминантой здесь выступает внимание. Общей психической функцией такого нового целого является сознание, точнее миросознание (Гостев А. А., 1993). Миросознание — это инвариантная часть информации, полученной нервной системой всеми доступными средствами: с помощью ощущения, восприятия, мышления, речи и т. п. Миросознание — это знание о том, что окружающий мир константен. Чем “сознательнее” человек, тем более устойчивым для него является окружающий мир. Главная функция сознания — это стабилизация окружающей среды.
Точно так же можно сконструировать “ядерные” психические явления, связанные с эндопсихикой: состояния, эмоции, чувства, мотивы. Как выглядит в этом случае, например, состояние? Субстрат — множество систем организма: нервная, гуморальная, пищеварительная и т. п. Элементы — указанные системы регуляции, за которыми стоят генетические программы. Функциональная структура — совокупность генетических программ, “запущенных” конкретной ситуацией. В этой структуре всегда есть доминантная ПТ. Структура характеризуется определенным уровнем упорядоченности и энергетизации. Психическая функция. Их несколько: адаптация, регуляция, антиципация, энергетизация, интеграция. Инвариант — общая, совмещенная часть совокупности ГП, “запускаемых” наличной ситуацией. Психическое явление — это функция динамического целого, образующегося на базе ГП. В результате деятельности указанных систем регуляции образуются физиологические константы (достаточно стабильные пульс, артериальное давление, частота дыхания и т. п.), что делает состояние субъекта стабильным. Психологическое состояние воспринимается субъектом в обобщенной форме как самочувствие.
Совокупность явлений эндопсихики также представляет собой целостное образование нового уровня. Элементами этой новой системы являются состояния, эмоции, чувства, а также мотивы. Доминантой здесь выступает мотив. Общей функцией такого нового образования является “чувство Я”, самость, ощущения самобытия, которое направлено на осознание факта своего существования (константный образ самого себя). Чем лучше развито ощущение самобытия, тем стабильнее в конечном счете для человека является его среда обитания. С другой стороны, если оно развито слабо, то человек путает собственные реакции с воздействиями извне. В результате мы имеем всякого рода эффекты в виде мифов о “домовом, который что-то делает за нас в нашем доме”, или, того хуже, эффект “охоты на ведьм”, характерный для неразвитого общественного сознания, когда неблагоприятные последствия собственной неудачной деятельности связываются с воздействием неких “враждебных сил”, “ведьм” или “врагов народа”.
Третья сфера психического — психические явления как продукт совмещения. Их мы относим к сфере мезопсихики. Последняя совмещает продукты экзо- и эндопсихики (“фигуру” накладывает на “фон”). Нельзя отрывать ощущение от эмоционального фона, разрывать когнитивную и эмоциональную составляющие психического акта. В сфере мезопсихики можно выделить два класса явлений: а) совмещенные инварианты эндо- и экзопсихики, например ощущение и его эмоциональный тон; б) собственные “продукты” мезопсихики: речь, воля, мышление.
Речь, например, в нашей схеме психогенеза выглядит так. Субстрат — речевые зоны Брока и Вернике. Элементы — понятия. Функциональная структура — высказывание, умозаключение, предложение. Психическая функция — выделение устойчивых (инвариантных) отношений между понятиями. Инвариант — смысл. Психическое явление — речь, которая позволяет объединить и интегрировать информацию, полученную разными людьми, что делает последнюю еще более инвариантной.
Выше мы уже говорили, что психические явления, существующие в границах каждой из трех сфер психического, сами являются элементами функциональной структуры более высокого уровня. Эти структуры также обладают психической функцией. Рассмотрим их более детально.
Высшим продуктом эндопсихики является “чувство Я”, самость, ощущение самобытия. Его субстратом являются все анатомо-физиологические атрибуты человеческого организма, в первую очередь его регуляторные системы. Элементами выступает множество состояний, эмоциональных реакций, мотивов и чувств. Функциональную структуру образуют типичные для данного индивида элементы. Психическая функция “чувства Я” состоит в осознании факта своего существования. Оно членит мир на две категории “Я” и “не Я”, позволяет видеть окружающую среду независимой от факта своего существования, дает критерий для иерархизации предметов и явлений среды обитания, задает ее мерность и масштаб, дает начало координат для ее; отражения. Инвариантом этой функциональной структуры является общая часть множества собственных реакций на события в окружающей среде. “Чувство Я” — это знание о том, что вопреки тому, что разные события вызывают разные реакции, тем не менее за всеми за ними стоит нечто общее, которое и есть “Я” Психическое явление, связанное с осознанием самого себя, означает сведение своих ощущений и реакций в целостную картину. “Чувство Я” позволяет отделить себя среды и противопоставить себя ей. Наличие “чувства Я” означает, субъект уже отделил свои реакции от самого себя и смог посмотреть на себя как бы со стороны (это хорошо показано Ж. Пиаже: ситуация, когда ребенок говорит о себе в третьем лице; на наш взгляд, это свидетельствует о появлении “чувства Я”). Если при формировании миросознания происходит усвоение окружающей среды, то при формировании “чувства Я” происходит отчуждение своих реакций от себя, то есть мы имеем два процесса, идущих навстречу друг другу. Они совмещаются на уровне мезопсихики.
Высшим продуктом экзопсихики является миросознание. Его субстратом являются все органы и системы, обеспечивающие взаимодействие с окружающей средой. Элементами выступает множество актов ощущения, восприятия, представления, словообразования, мышления, внимания. Функциональную структуру образуют типичные в данной среде элементы. Психическая функция миросознания состоит в продуцировании некоего интегративного образования из множественных потоков информации, что позволяет субъекту быть уверенным в том, что окружающая среда константна. Инвариантом, таким образом, здесь выступает общая, наиболее стабильная часть информации, поступающей в нервную систему по всем сенсорным каналам и “обрабатываемой” с участием всех психических процессов. Главная цель этого явления — “стабилизация” окружающей среды. Такое психическое явление, как миросознание, есть знание о том, что окружающий мир константен. Миросознание интегрирует полученную информацию об окружающем мире. Это означает, что такой мир субъективизирован и “обозначен” (через ощущения и “словообразование”), он предметен (восприятие), события воспринимаются в динамике (представление).
Высшим продуктом мезопсихики является самосознание. Это инвариантная часть двух компонентов индивидуального сознания, “чувства Я” и миросознания. Субстрат — регулятивные и сенсорные системы. Элементы — множество актов осознания среды и осознания фактов своего существования. Функциональную структуру образуют типичные соотношения в конкретной ситуации значений миросознания и “чувства Я”. Психическая функция состоит в получении адекватной информации о своей роли и месте в объективном физическом и социальном пространстве. Это приводит также к коррекции своего психологического пространства. Инвариант — совмещенная часть миросознания и “чувства Я”. Это знание о том, что в известном диапазоне условий “мое” место в среде и “моя” роль постоянны. Психическое явление — самосознание — это создание индивидуального психологического пространства с указанием в нем места для самого себя. Для этого совмещаются два отображения среды, созданные эндо- и экзопсихикой. Дифференцированность такой обобщенной картины становится меньшей, она делается более искаженной, нежели та, которую дает экзопсихика, но она становится акцентированной, иерархизованной, в ней можно выявить доминанты. Этот акцентированный образ окружающе2й среды приобретает свойства регулятора поведения, получая регулирующую функцию именно благодаря своей субъективности, “искаженности”, акцентированности.
Таким образом, мы предлагаем трехчленную индивидуального сознания. При этом два его компонента – “чувство Я” и “миросознание” - являются рядоположенными. Самосознание – это более сложная форма индивидуального сознания, она формируется на базе двух первых и в известном смысле является их совмещенной, инвариантной частью.
Такую линию рассуждений можно распространить и на другие психические явления. Например, личность можно рассматривать как инвариантную часть множества ролей, в которых выступает человек. Здесь требуются некоторые пояснения. Данное выше определение самосознания относится к некоторой идеальной ситуации. В большинстве же случаев человеку не дано знать свое истинное положение в окружающем его мире. Он и окружающие его люди довольствуются только знаниями о ролях, которые “играет” этот человек. “Обобщенная” роль и называется личностью (Гинецинский В.И.,1997).
Говоря о сознании, нельзя не сказать о бессознательном. На бессознательном уровне человек также отражает ситуацию. На наш взгляд, и “бессознательное” имеет субстрат, элементы, функциональную структуру, инварианту и т.п. Но его отличие от “сознательного” состоит в том, что в образуемой функциональной структуре нет доминанты. “Бессознательное” становится “сознательным” только тогда, когда осознаваемая ситуация или явление акцентуируются, становятся неравновесными, несимметричными, напряженными, поляризованными.

УКАЗАТЕЛЬ ЛИТЕРАТУРЫ

Гинецинский В.И. Пропедевтический курс общей психологии. СПб., 1997.
Гостев А.А. Эволюция индивидуального сознания в процессе решения глобальных конфликтов. М., 1993.
Джеймс У. Психология. М., 1991.
Лазурский А.Ф. Классификация личностей // Психология индивидуальных различий. Тексты / Под ред. Ю.Б, Гиппенрейтер, В.Я. Романовой. М., 1982.
Платонов К.К. система психологии и теория отражения. М., 1982.
Рубинштейн С.Л. Бытие и сознание. М.,1957.
Шеперд Г. Нейробиология. М., 1987.


Кризис жизненного пути

С понятием кризиса в научной литературе соотносятся разнородные жизненные события: профессиональное самоопределение, бракосочетание, рождение ребенка, уход или смерть близкого человека, выход на пенсию. Общим радикалом для них является их повышенная эмоциогенность, обусловленная необходимостью переосмысления человеком своего места в жизни своих прав, обязанностей, ответственности. Однако в контексте обсуждаемой нами темы представляется целесообразным сосредоточиться на иной трактовке понятия кризиса.
Длительное следование по жизни “не своим” путем с неизбежностью должно приводить к ничем не компенсируемой диссоциации между сознательным поведением и личностным потенциалом подсознания, выражающейся в дисфорических состояниях и эмоциональных переживаниях. При всей условности субъективного оценивания можно порекомендовать для индивидуальной самодиагностики несколько чувственных (т. е. управляемых подсознанием) индикаторов, обнаруживающих факт следования по жизни “не своим” путем:
1. Чувство устойчивого невезения, неудачливость, “все складывается против...”.
2. Тягостная утомительность дел и достижений, генерализованная неприятная усталость как ведущее переживание.
3. Отсутствие выраженного и полноценного удовлетворения от достигнутого успеха, безрадостность долгожданных событий или достижений.
В качестве частного, но диагностически ценного индикатора движения по “не своему” пути можно назвать появление чувства дискомфорта, раздражения в ответ на предложение перечислить (для себя, но на бумаге) свои жизненные цели (перспективы, планы и т. п.)
Регуляторный смысл перечисленных индикаторов заключается в том, что они создают субъективные условия, благоприятные для отказа от деятельности, которая по своим требованиям и вероятным результатам идентифицирована подсознанием как “не своя”.
Механизмы возникновения соответствующих переживаний становятся понятными при учете приведенных выше функций подсознания
Переживание неудачливости обусловлено тем, что “не своя” цель не запускает работу подсознательного мышления, конечной целью которой служит дополнение результатов работы сознательного мышления обобщенными данными (по всему объему имеющейся по этой задаче информации) в форме интуиции. Ограничение информационного базиса принимаемого решения только его сознательной частью резко снижает адекватность планирования и вытекающую из этого успешность действия.
Утомительность “не своего” действия объясняется тем, что подсознание отказывает ему в непосредственном интересе, как наиболее эффективном мотиваторе. Осуществляемая же преимущественно благодаря волевому напряжению деятельность является в высшей степени энергозатратной и потому утомительной.
Безрадостность успехов можно считать наиболее ярким и однозначным указанием со стороны подсознания на ошибочность предпринятых человеком действий. Метафорически это следует понимать как сообщение о том, что достигнутая цель не была по-настоящему “твоей”. Следовательно, в смысле продвижения по индивидуальному жизненному пути никакого достижения нет, и потому отсутствует эмоциональное подкрепление подсознанием выполненной работы
Самым типичным признаком “непутевости” является так называемый кризис середины жизни, относимый разными авторами к возрасту в интервале от 35 до 45 лет. Его особенностью оказывается то, что он исподволь формируется у социально и психологически благополучных людей, которые начинают совершать поступки абсолютно неожиданные не только для окружающих, но и для самих себя. Нарастающий у них в душе психологический дискомфорт долгое время не имеет логического основания: в субъективном плане по отдельности все хорошо, а в целом как-то плохо. Неочевидность причины эмоционального дискомфорта делает невозможной целенаправленную борьбу с ней и в конце концов приводит к неординарным последствиям: алкоголизация, супружеские измены, уход из семьи, смена профессии, самоубийство. Частным признаком жизненного кризиса служит формирующаяся готовность к усвоению религиозной картины мира. Как следует из социологических опросов, среди городских жителей старше 42 лет увеличивается доля тех, кто склонен причислять себя к людям верующим.
Механизмом кризисообразования, по нашему мнению, является потеря динамизма в развитии целостной личности, в ее самореализации. Неопределенность собственного “Я” и его будущего — проблема юности. Она решается испытанием себя в разных делах и ситуациях (отсюда — “Хочу все знать”, “Надо все в жизни попробовать”). Каждое испытание позволяет молодому человеку решить для себя: это я могу, а на это не способен, это качество у меня есть, а этого — нет. В итоге таких усилий человек постепенно определяется с тем, что он собой представляет. И тем самым попадает в психологическую ловушку, с далеко идущими последствиями. Его “Я” становится весьма локальной территорией, надежно отрезанной от “не Я” (от неопределенности) запретами и самозапретами. Сверхопределенность настоящего как раз и становится со временем ведущей проблемой взрослости. Прекращение изменений в себе и в мире — это и есть окончание жизни.
Частью общей стабилизации взглядов личности становится окостенение картины окружающего мира. На самом деле, сколько людей, столько существует разных картин мира (в том числе прямо противоположных по своим основополагающим позициям) и представлений о личности друг друга. Но тем не менее для всякого взрослого человека самоочевидно и не нуждается в каких-либо обоснованиях, что его представления о себе и окружающем его мире умеренно точны и объективны, а какие-либо отклонения от них — свидетельство плохого знания жизни, слабости ума или нечестности. В этих обстоятельствах положение человека, переживающего кризис середины жизни, по-настоящему драматично. Все его попытки логически усовершенствовать неудовлетворяющую его жизнь принципиально обречены на неудачу. Диффузное переживание того, что “все не так, как надо”, ощущение “потери смысла жизни”, потому и возникают, что при данном представлении о своих возможностях в данном субъективном мире потребность полноценной самореализации в принципе не может быть удовлетворена. Поэтому технология отыскания собственного пути обязательно должна заключаться в освобождении сознания от опутавших его иллюзорных “истин”.

Технология поиска своего пути

Конкретные формы обретения взрослым человеком “своего” жизненного пути могут быть бесконечно разнообразны. Поэтому в рамках статьи наметим хотя бы основные этапы такого обретения. Представляйся, что в развернутом виде отыскание личного пути слагается из трех последовательных этапов: осознание кризиса, самоидентификация, ре-ориентация.
Осознание того, что жизнь зашла в тупик и дальнейшее существование в прежней форме невозможно, требует от человека весьма значительного мужества. Тем более что подсознание, свято выполняя свою защитную функцию, выставляет на обозрение сознанию набор “очевидных” мелких проблем (я такой тревожный человек, не складываются отношения с сотрудниками... дети меня не слушаются...). Переставшему изменяться сознанию гораздо легче бесконечно долго копаться в любом наборе псевдопроблем, чем понять, что так жить дальше нельзя. На пике переживания бессмысленности своего существования у каждого взрослого человека есть выбор из трех возможных решений:
1. Устрашиться неизбежных потрясений прежнего уклада жизни, “взять себя в руки” и делать вид, что все в порядке. Исступленно заняться чем-либо — работой, рыбалкой, порядком в доме, чтением и т. д. Фактически это кратчайший путь благообразной деградации души, ее омертвения, за которым разрушение тела (повышенное кровяное давление, инфаркт, инсульт, язва, гормональные расстройства) ждать себя особенно долго не заставит.
2. “Спрятать голову в песок”, постараться заглушить ощущение бессмысленности более интенсивными переживаниями. Убогость самой этой цели порождает убогость используемых при этом средств: алкоголь, стремление к риску как таковому, разгульный образ жизни, реже — употребление наркотиков. Самоубийство — самое радикальное из средств этого рода.
3. Начать разрушать свой прежний мир, словно в скорлупу спрятавший целостную личность от насыщенной жизни. В скорлупе, конечно, плохо — и душно, и затхло, и тесно. Но, с другой стороны, скорлупа предохраняет от неизвестности и связанных с ней опасностей и невзгод. И поэтому всякий, кто захочет от нее освободиться, должен быть готов к тому, что поначалу “на свободе” его будут встречать преимущественно только новые трудности и проблемы. Правда, они будут качественно иными, чем в его прошлом мире.
Под самоидентификацией мы подразумеваем полное, деятельное и соответственно не искаженное выражение вовне и осознание своего целостного “Я”. В ходе занятий по психологической подготовке людей, претендующих на общественное признание, обнаруживается любопытный факт. По программе обучения каждый обучаемый должен выступить перед группой по заранее оговоренной теме. После того как с аналогичными речами выступят все члены группы, выступление повторяется. И так несколько раз подряд. Понятно, что первый выход на публику — это масса переживаний, речевых ошибок и ораторских дефектов. С каждым последующим повтором форма выступления (благодаря специальному групповому обсуждению) становится все более и более!” совершенной. И вот тогда некоторые обучаемые вдруг осознают, что на самом деле не разделяют те мысли, которые они изначально искренно хотели донести до слушателей. Только при полном выражении себя вовне можно в полной мере увидеть, ты ли это.
Каждому, наверно, знакомы горестно-сладостные мысли типа: “Ах, если бы я только мог... (некое субъективно притягательное действие), но ведь... (мотивировка, почему этого не следует делать)”. Пока все притягательное реально не попробовано, иллюзии невозможно отделить от истины.
Ускорению самоидентификации может существенно помочь общение с профессиональным психологом (консультантом, психотерапевтом). Не “озвученные” суждения о себе и мире могут оставаться сколь угодно долго непоследовательными и нестыкующимися друг с другом — самому человеку этого не заметить. Как и для многих прочих задач, для точного самопонимания необходимо внешнее действие (рассказ), направленное во внешний мир (на консультанта). Задача консультанта при этом состоит в том, чтобы послужить умным зеркалом, в которое клиент сможет увидеть всего себя без привычных ему искажений, ретуши и “белых пятен”.
Под термином “реориентация” мы понимаем отыскание (открытие для себя) новой ориентировочной основы в восприятии и оценке обстоятельств и ситуаций мира. Пока человек смотрит вокруг себя “прежними” глазами, он сможет увидеть только то, что видел и раньше: свой прежний мир, прежние проблемы, прежнюю неспособность их как-то разрешить. Человек, пытающийся выбраться из жизненного кризиса, обязательно спрашивает консультанта: “Так что же мне делать?”. Но сложность ответа состоит как раз в том, что весь набор действий, доступных этому человеку в данный момент, является органичным элементом его прежней жизни и привести он может только к ее временной реанимации. Единственным адекватным действием при кризисе является то, что может быть обозначено как “недеяние”, т е. отказ от стереотипных для себя, “очевидных” и “объективно обусловленных” ожиданий, установок и реакций.

Выводы

1. Самореализация целостной личности представляет собой процесс ее преобразования из субъективно-психологической во внешне-объективную форму бытия. Реализовавшая себя личность — та, у которой все задатки, способности и склонности воплотились в изменениях внешнего мира.
2. Успешная самореализация расширяет границы индивидуального “Я” в пространстве и времени, субъективно ослабляя “привязанность” личности к периоду ее физического существования
3. Итогом неуспешной (по разным причинам) или недостаточной самореализации становится постепенно нарастающая, генерализованная дезадаптация личности в ее сложившемся жизненном мире. Кризис середины жизни — наиболее сильное выражение подобной дезадаптации.
4. Становление образа своего жизненного пути является важнейшим индикатором психологического созревания личности и необходимым условием для преодоления кризиса и отыскания “своего” пути в жизни.
5. Разработка эффективной технологии поиска “своего” пути в жизни предполагает отказ личности от сложившихся в ее опыте (как сугубо рационалистических, так и диктуемых сильными эмоциями) способов преодоления жизненных трудностей Подсознание способно стать существенной опорой в поиске, поскольку только оно обладает полной информацией о том, что именно может быть “самореализовано” данной личностью.
6. Для конструктивного использования возможностей подсознания необходим отказ от ложных представлений о неизбежном в человеческом обществе антагонизме сознания и подсознания. Большинство наблюдений, якобы демонстрирующих этот антагонизм, легко могут интерпретироваться и совершенно противоположным образом как результат взаимодействия сознания и подсознания, обеспечивающего целостной личности актуальную самореализацию в ситуативно наиболее приемлемой (доступной) форме.




Е. В. Сидоренко

ЛИЧНОСТНОЕ ВЛИЯНИЕ
И ПРОТИВОСТОЯНИЕ ЧУЖОМУ ВЛИЯНИЮ

Проблема индивидуального психологического влияния особенно актуальна именно теперь, когда отношения людей даже в деловой обстановке уже не столь формально регламентированы. Каждый человек становится мишенью влияния множества других людей, ранее не имевших возможности на кого-либо влиять вследствие отсутствия у них соответствующего статуса и полномочий. С другой стороны, расширились возможности не только влияния, но и противостояния чужому влиянию, поэтому успех влияния стал в гораздо большей степени зависеть от индивидуальных психологических возможностей тех, кто влияет, и тех, кто испытывает влияние.
Как показывает опыт практической работы, и прежде всего группового психологического тренинга, для многих людей становится привычно безнадежным мучением поиск психологически корректных способов воздействия на других людей — будь то собственные дети, родители, подчиненные, начальники, деловые партнеры и т. п. Характерно, что для большинства актуальной проблемой является не столько то, как влиять на других людей, сколько то, как противостоять их влиянию. Субъективно гораздо большее психологическое страдание вызывает ощущение безнадежности собственных попыток преодолеть чужое влияние или отстраниться от него психологически оправданным образом. Собственная неспособность влиять на других людей переживается гораздо менее остро. Иными словами, большинству людей кажется, что методами влияния они владеют в достаточной для них степени, а вот методами противостояния чужому влиянию — явно не в достаточной.
Между тем методы влияния, осознанно или неосознанно используемые участниками группового тренинга, также далеко не всегда являются оправданными с морально-этической точки зрения, психологически безошибочными и эффективными. Трудности усугубляются еще и тем, что эти три характеристики относительно независимы друг от друга и могут встречаться в разных сочетаниях. Влияние может быть “неправедным” с морально-этической точки зрения, но в то же время, весьма искусным и сиюминутно эффективным, как, например, манипуляция. С другой стороны, оно может быть “праведным”, но совершенно безграмотно, с психологической точки зрения, построенным и неэффективным.
В то же время психологическая “грамотность” построения влияния и его эффективность отнюдь не всегда оказываются на одном полюсе. Это объясняется, во-первых, тем, что сами критерии эффективности влияния являются спорными. Например, очень часто понятие сиюминутной эффективности влияния не совпадает с понятием его психологической конструктивности, т. е. его эффективности в долгосрочной перспективе. Во-вторых, психологическая грамотность означает лишь, что выполняются психологические правила. Однако грамотно написанный текст — это еще не художественное произведение, того чтобы влияние произвело требуемый эффект, оно должно быть просто грамотным, а искусным, виртуозным, артистичным.
Влияние может совершаться и тогда, когда его специально не оказывают, и оно выступает как неосознаваемый и субъективно неуправляемый феномен. Самое присутствие определенного человека зачастую приводит к тому, что на других людей начинают действовать его обаяние, его способность неосознанно заражать других своим состоянием или побуждать их к подражанию.
Все эти вопросы нуждаются в прояснении. Рассмотрим их в последовательности, которая отражает логику практической заинтересованности людей в этом предмете.

Понятие психологического влияния.
Виды влияния и противостояния влиянию.
Истинные цели влияния.
Понятие психологически конструктивного влияния.
“Технические” средства влияния и противостояния влиянию.

Понятие психологического влияния

Рассмотрим некоторые основные понятия.
Психологическое влияние — это воздействие на психическое состояние, чувства, мысли и поступки других людей с помощью исключительно психологических средств: вербальных, паралингвистических или невербальных. Ссылки на возможность применения социальных санкций или физических средств воздействия также должны считаться психологическими средствами, по крайней мере, до тех пор, пока эти угрозы не приводятся в действие. Угроза увольнения или побоев — это психологические средства, факт увольнения или побоев — уже нет, это уже социальные и физические воздействия. Они, несомненно, имеют психологический эффект, но сами психологическими средствами не являются.
Характерным для психологического влияния является то, что у партнера, на которого оказывается влияние, есть возможность ответить на него психологическими же средствами. Иными словами, ему предоставлено право ответить и время для этого ответа.
В реальной жизни трудно оценить, сколь велика вероятность того, что угроза может быть приведена в действие, и насколько быстро это может произойти. Поэтому многие виды влияния людей друг на друга являются смешанными, сочетающими в себе психологические, социальные, а иногда и физические средства. Однако такие методы влияния и противостояния им должны рассматриваться уже в контексте социального противостояния, социальной борьбы или физической самообороны.
Психологическое влияние — прерогатива более цивилизованных человеческих отношений. Здесь взаимодействие принимает характер психологического соприкосновения двух душевных миров. Всякие внешние средства слишком грубы для его тонкой ткани.
Итак, психологическое влияние — это воздействие на состояние, мысли, чувства и действия другого человека с помощью исключительно психологических средств, с предоставлением ему права и времени отвечать на это воздействие.
Противостояние чужому влиянию — это сопротивление воздействию другого человека с помощью психологических средств.
Инициатор влияния — тот из партнеров, который первым предпринимает попытку влияния любым из известных (или неизвестных) способов.
Адресат влияния — тот из партнеров, к которому обращена первая попытка влияния. В дальнейшем взаимодействии инициатива может переходить от одного партнера к другому в попытках взаимного влияния, но всякий раз тот, кто первым начал серию взаимодействий, будет называться инициатором, а тот, кто первым испытал его влияние, — адресатом.

Виды влияния и противостояния влиянию

В табл. 1 даны определения различных видов влияния, в табл. 2 — различных видов противостояния влиянию. При составлении таблиц использованы работы отечественных и зарубежных авторов (Доценко Е. Л., 1996; Jones Е. Е., 1964; Steiner С. М, 1974).

Таблица 1. Виды психологического влияния

Вид влияния
Определение
1. Убеждение
Сознательное аргументированное воздействие на другого человека или группу людей, имеющее своей целью изменение их суждения, отношения, намерения или решения
2. Самопродвижение
Объявление своих целей и предъявление свидетельств своей компетентности и квалификации для того, чтобы быть оцененным по достоинству и благодаря этому получить преимущества на выборах, при назначении на должность и др.
3. Внушение
Сознательное неаргументированное воздействие на человека или группу людей, имеющее своей целью изменение их состояния, отношения к чему-либо и предрасположенности к определенным действиям
4. Заражение
Передача своего состояния или отношения другому человеку или группе людей, которые каким-то образом (пока не нашедшим объяснения) перенимают это состояние или отношение. Передаваться состояние может как непроизвольно, так и произвольно, усваиваться – также непроизвольно или произвольно
5. Пробуждение импульса к подражанию
Способность вызывать стремление быть подобным себе. Эта способность может как непроизвольно проявляться, так и произвольно использоваться. Стремление подражать и подражание (копирование чужого поведения и образа мыслей) также может быть как произвольным, так и непроизвольным
6. Формирование благосклонности
Привлечение к себе непроизвольного внимания адресата путем проявления инициатором собственной незаурядности и привлекательности, высказывания благоприятных суждений об адресате, подражания ему или оказания ему услуги
7. Просьба
Обращение к адресату с призывом удовлетворить потребности или желания инициатора воздействия
8. Принуждение
Угроза применения инициатором своих контролирующих возможностей для того, чтобы добиться от адресата требуемого поведения. Контролирующие возможности – это полномочия в лишении адресата каких-либо благ или в изменении условий его жизни и работы. В наиболее грубых формах принуждения могут использоваться угрозы физической расправы. Субъективно принуждение переживается как давление: инициатором – как собственное давление, адресатом – как давление на него со стороны инициатора или “обстоятельств”
9. Деструктивная критика
Высказывание пренебрежительных или оскорбительных суждений о личности человека и/или грубое агрессивное осуждение, поношение или осмеяние его дел и поступков. Разрушительность такой критики – в том, что она не позволяет человеку “сохранить лицо”, отвлекает его силы на борьбу с возникшими отрицательными эмоциями, отнимает у него веру в себя
10. Манипуляция
Скрытое побуждение адресата к переживанию определенных состояний, принятию решений и/или выполнению действий, необходимых для достижения инициатором своих собственных целей


Приведенная классификация отвечает не столько требованиям логического соответствия, сколько феноменологии переживания влияния обеими сторонами. Переживание деструктивной критики качественно иное, чем переживание, возникающее в процессе убеждения. Это различие в качестве без труда может вспомнить любой человек. Предметом деструктивной критики является сам адресат воздействия, предметом убеждения — нечто более отвлеченное, отстраненное от него, и поэтому не столь болезненно воспринимаемое. Даже если человека убеждают в том, что он совершил ошибку, предметом обсуждения является эта ошибка, а не человек, допустивший ее. Различие между убеждением и деструктивной критикой, таким образом, в предмете обсуждения.
С другой стороны, по форме деструктивная критика часто неотличима от формул внушения: “Ты безответственный человек. Все, к чему ты прикасаешься, превращается в ничто”. Однако инициатор воздействия имеет своей осознаваемой целью “улучшение” поведения адресата воздействия (а неосознаваемой — освобождение от досады и гнева, проявление силы или месть). Он отнюдь не имеет в виду закрепления и Упрочения тех моделей поведения, которые описывают используемые им формулы. Характерно, что закрепление отрицательных моделей поведения — один из наиболее разрушительных и парадоксальных эффектов деструктивной критики. Известно также, что в формулах внушения и аутотренинга настойчиво отдается предпочтение положительным формулировкам, а не отрицанию отрицательных (например, формула “Я спокоен” предпочтительнее формулы “Я не волнуюсь”).
Таким образом, различие между деструктивной критикой и внушением — в том, что критика формулирует то, чего не следует делать и каким не следует быть, а внушение — то, что следует делать и каким следует быть. Мы видим, что деструктивная критика и внушение также различаются по предмету обсуждения.
Аналогичным образом различаются и остальные виды влияния. Все они имеют дело с разными предметами.

Таблица 2. Виды психологического противостояния влиянию

Вид противостояния влиянию
Определение
1. Контраргументация
Сознательный аргументированный ответ на попытку убеждения, опровергающий или оспаривающий доводы инициатора воздействия
2. Конструктивная критика
Подкрепленное фактами обсуждение целей, средств или действий инициатора воздействия и обоснование их несоответствия целям, условиям и требованиям адресата
3. Энергетическая мобилизация
Сопротивление адресата попыткам внушить или передать ему определенное состояние, отношение, намерение или способ действий
4. Творчество
Создание нового, пренебрегающее влияниям образца, примера или моды, либо преодолевающее его
5. Уклонение
Стремление избегать любых форм взаимодействия с инициатором воздействия, в том числе случайных личных встреч и столкновений
6. Психологическая самооборона
Применение речевых формул и интонационных средств, позволяющих сохранить присутствие духа и выиграть время для обдумывания дальнейших шагов в ситуации деструктивной критики, манипуляции или принуждения
7. Игнорирование
Действия, свидетельствующие о том, что адресат умышленно не замечает либо не принимает во внимание слов, действий или выраженных адресатом чувств
8. Конфронтация
Открытое и последовательное противопоставление адресатом своей позиции и своих требований инициатору воздействия
9. Отказ
Выражение адресатом своего несогласия выполнить просьбу инициатора воздействия

Как видно из табл. 1 и 2, количество выделенных видов влияния и противостояния влиянию — неодинаковое. Кроме того, виды влияния и противостояния влиянию с одинаковыми номерами отнюдь не во всех случаях составляют подходящую пару. Каждому виду влияния могут быть противопоставлены разные виды противостояния, и один и тот же вид противостояния может использоваться по отношению к разным видам влияния. Возможные соотношения проиллюстрированы в табл.3.

Истинные цели влияния

Убеждая другого человека в чем-либо или внушая ему какую-либо идею, чего на самом деле мы пытаемся добиться? Например, чего мы добиваемся, убеждая директора фирмы, что принять на работу следует кандидата А, а не Б? К чему мы на самом деле стремимся, когда внушаем ребенку, что он должен быть самостоятельным? Какую цель мы преследуем, когда призываем учеников или подчиненных брать с нас пример или копировать наше поведение? Традиционный ответ на эти вопросы выражается двумя известными житейскими формулами: “это делается ради пользы дела” и “это делается для пользы этих людей”. Но так ли это? Действительно ли целью нашего влияния является польза для дела или для других людей?
При определенной привычке к самоанализу каждый человек может признать, что во многих случаях он пытался убедить других людей в чем-либо или склонить их к определенной линии поведения потому, что это отвечало его собственным интересам, в том числе материальным.
Но все же бывают случаи, когда инициатор влияния искренне верит в то, что его целью является служение интересам дела или других людей. Однако, как гласит известное изречение, “никто не хорош настолько, чтобы учить других”. Всякая человеческая правота относительна, и люди могут расходиться во взглядах на то, что является полезным для дела, для них самих или для других людей. С этой точки зрения любое влияние неправедно, так как самой попыткой влияния мы замахиваемся на то, что выше нас — неведомый нам замысел чужой души и, в действительности, совершенно неведомые нам приоритеты разных человеческих дел. Кто может судить о том, какое дело является более, а какое — менее важным для данного человека, для данного предприятия, для общества, для постижения универсальной истины? Лишь с определенной долей условности мы можем допустить, что маркетинговое исследование важнее производства, бухгалтерские расчеты важнее приема посетителей, чтение книги важнее игры в футбол и т. п. На самом деле суждение о приоритетах основывается на принятой нами экономической концепции или на личностной системе ценностей. Но ведь всякая концепция и система ценностей условна. Однако вместо того, чтобы переживать эту условность и посвятить себя поиску чего-то более приближенного к истине, мы стремимся убеждать, внушать, объявлять нечто условное образцом для подражания и т. д.
Объяснение, по-видимому, состоит в том, что тяга к абсолютной истине в реальной жизни нам гораздо менее присуща, чем неизбывное стремление утвердиться в факте собственного существования и в значимости этого существования. Способность действовать на других — несомненный признак того, что ты существуешь и что это существование имеет значение. Убеждая, внушая, вызывая стремление подражать себе, мы помогаем себе увериться в том, что мы существуем и это существование имеет значение. Очевидно, что и с этой точки зрения всякое такое влияние эгоистично, и — уже по одному этому основанию — неправедно. Оно диктуется соображениями собственной пользы, а не, “пользы для дела”, “пользы для других” или вообще — “высшей пользы”.
В борьбе за обретение чувства собственной значимости человек стремится добиться внимания со стороны других, власти над ними возможности мщения за тот вред, который они ему ранее причинили (Dreikurs R., 1947). Первоначально внимание, власть и мщение были описаны Рудольфом Дрейкурсом как цели “плохого поведения” детей. Фактически же речь идет о попытках их влияния на взрослых, совершаемого в незрелых, агрессивных и неприемлемых для этих взрослых формах. Сами становясь взрослыми, многие бывшие дети по-прежнему нуждаются в подтверждении своей личностной значимости, однако теперь они умеют добиваться внимания, власти и отмщения более приемлемыми для других людей средствами. Например, человек мс отстаивать какое-либо предложение, выдвигая все новые и новые аргументы, лишь для того, чтобы как можно дольше удерживать на внимание окружающих. С другой стороны, он может не соглашаться; чужим доказательством только потому, что это дает ему ощущение силы. Принуждение может удовлетворять потребность мщения.
Люди, способные сконцентрироваться на предметной стороне дела и полностью отвлечься от утверждения собственной значимо составляют скорее исключение, чем правило. По-видимому, причиной этого является то, что в раннем детстве любое действие ребенка получает оценку взрослых, в то время как первоначально ребенок нуждается лишь в описании самого действия. По мнению гештальт-терапевтов, например, ребенку раннего возраста необходимо, чтобы окружающие признавали факт его существования и его действий. Однако очень быстро ребенок начинает понимать, что признание фактов своего существования он получит только одновременно с их оценкой. Усвоив это, в дальнейшем он начинает ориентироваться на оценки, на признание социальной значимости (Perls F., Hefferline R. E., Goldman P., 1951).
Другая человеческая потребность, обусловливающая попытки влиять на других или противостоять их влиянию, — стремление экономить собственные усилия, которое внешне выражается как сопротивление новому. Энергетически гораздо легче отстаивать собственную точку зрения, чем дать себе труд прислушаться к чужому мнению и усвоить его. Сопротивление новому связано с последней из четырех описанных Р. Дрейкурсом целей “плохого поведения” — признанием себя несостоятельным и поэтому имеющим право быть оставленным в покое Если отказ от попыток что-либо сделать или вообще как-то реагировать на внешние воздействия может быть отнесен к детским незрелым формам демонстрации несостоятельности, то настаивание на своем мнении, на преимуществах собственного образа мыслей, действий, жизни — это скорее “взрослые” способы прикрытия (а на самом деле — демонстрации) своей несостоятельности перед напором нового.
Итак, истинной целью “бескорыстного” влияния является подтверждение значимости собственного существования. Однако встречаются непреднамеренные виды влияния, которые, на первый взгляд, опровергают это утверждение. Для некоторых людей характерно, например, оказывать влияние на окружающих одним фактом своего присутствия. Их слово весомо, что бы они ни говорили, их взгляд смиряет или вызывает воодушевление, их смех, энтузиазм заразительны, их поведению невольно хочется подражать, а их цели назвать своими. Таково действие харизматической или обаятельной личности. В Оксфордском толковом словаре харизма определяется как психологическая притягательность, способность вызывать у людей приверженность своим целям и энтузиазм в их достижении. В Толковом словаре С. И. Ожегова обаяние определяется как очарование, притягательная сила “Механизм” действия этой способности притягивать к себе людей пока неизвестен и ждет своих исследователей.
Действие другого человека может быть и иным Его слово может казаться даже слишком тяжеловесным, и одно присутствие его может подавлять, лишать сил, погружать в вязкую бесконечность скуки или зыбкую трясину тревоги. Подобные факты доказывают, что непреднамеренное влияние может быть атрибутом человеческого существования. Человек распространяет влияние, как некоторые физические объекты распространяют тепло или излучают сияние. Непреднамеренное влияние — одно из проявлений жизни.
Если преднамеренное влияние совершается зачем-то, для чего-то, то непреднамеренное действует почему-то. У первого есть цель, а у второго — только причина.
Аналогичным образом различаются произвольное и непроизвольное внимание или произвольная и непроизвольная память. По существу любое влияние — это напряжение той нашей способности, которая может проявляться и совершенно спонтанно, безо всякого усилия с нашей стороны. Это способность психологического излучения, способность создавать вокруг себя индивидуальное неповторимое поле со своеобразным распределением сил притяжения и отталкивания, согревания: охлаждения, облегчения и отягощения, успокоения и напряжения, поле может электризовать или замораживать других, придавать энергию или усыплять, вызывать в их душе ощущение блаженства непреодолимое стремление немедленно уйти.
Люди, несомненно, различаются по природному дару непреднамеренного (непроизвольного) влияния на других Психологическое излучение некоторых людей является столь сильным, что подавляет слабое излучение других
Дар влияния, по-видимому, до определенной степени ассоциируется в нашем сознании не только с психологическими, но и с антропометрическими характеристиками человека. Прежде всего это его физические размеры. Что означает выражение “внушительных размеров” голова, рука или даже нога'' Что они внушают'' Можно предположить, что это уважение, смешанное со страхом. Этот страх быть уничтоженным или подавленным кем-то другим, кто больше и сильнее нас, по-видимому, биологически обусловлен. Все мы рождаемся маленькими беспомощными и потом еще долго учимся использовать свои силы. На протяжении всего периода развития ребенок испытывает чувство, что он уступает в чем-то как своим родителям, так и всему миру в целом. Вследствие незрелости его органов, его неопределенности и самостоятельности, вследствие его потребности опираться на более сильные натуры и из-за часто возникающего болезненного ощущения подчиненности другим людям, в ребенке развивается чувство несостоятельности, которое затем выдает себя в продолжение всей жизни” (Adler A., 1924, р. 13).
В этом мы находим возможное объяснение тому факту, что люди гораздо острее и мучительнее переживают неспособность противостоять чужому влиянию, нежели свою неспособность оказывать собственное влияние. Страх раствориться в чужих лучах, утратить ощущение собственной значимости, отдельности и самобытности своего собственного существования, потерять свое Я — вот основная драма человеческого взаимодействия. Люди с более сильным личностным излучением просто лучше защищены от этой драмы и даже не всегда ее осознают, поскольку это драма скорее других людей — тех, которые находятся рядом с ними и испытывают их излучение. В тех случаях, когда им указывают на их непреднамеренное, но неизбежное влияние, они, как правило, не знают, что с этим делать. Проиллюстрируем это высказыванием одной из участниц тренинга: “Да, может быть, мое поле слишком жесткое. Но это я Что я могу сделать с этим? Только перестать быть, умереть, и тогда действие моего поля прекратится. Но если вы не хотите, чтобы я умерла, терпите. Что тут еще можно сделать?”
По-видимому, необходимо признать, что всякий акт влияния, независимо от степени его осознанности и преднамеренности, реализует сознательное или бессознательное стремление человека утвердить факт своего существования и значимость этого существования. Если прямо признавать это, отпадает необходимость морально-этической оценки влияния, определения его “праведности” или “неправедности” Мы влияем потому, что отстаиваем свои интересы, а не потому, что нам открылась абсолютная истина и мы почувствовали себя вправе решать за других.
У каждого человека есть право влиять на других, но у каждого же есть право и отвергать чужое влияние Это касается и тех, кто кажется нам стоящим ниже по уровню психического, нравственного или профессионального развития Каждый человек может и будет пытаться влиять на нас тем или иным образом, потому что это один из способов выражения им своих собственных потребностей, и каждому дано равное право выражать свои потребности и отстаивать их. Таким образом, всякое влияние неправедно, в том смысле, что оно диктуется не высшими соображениями Божьего промысла, а собственными потребностями. С другой стороны, всякое влияние правомерно, потому что каждый человек имеет право выражать свои потребности. Важно лишь признавать, что взаимное влияние — это взаимное выражение своих потребностей, и в этой борьбе все в равной степени правы
На это можно было бы возразить, что потребности некоторых людей неразвиты или низменны, в то время как потребности других — развиты и возвышенны, поэтому первые могут быть менее правы, чем вторые. Влияние первых нужно было бы ограничивать, а влияние вторых — усиливать. Однако кто в каждом конкретном случае будет определять степень развития потребностей и перевес правоты?
По-видимому, проблема влияния из морально-этической плоскости рассмотрения должна быть переведена в психологическую. С психологической же точки зрения будет правомерно говорить не о том, кто имеет право влиять, а кто — нет (все имеют право), а о том, насколько конструктивны те или иные способы взаимного влияния, т. е. о том, насколько они полезны и созидательны для его участников.

4. Понятие психологически конструктивного влияния

На наш взгляд, психологически конструктивное влияние должно отвечать трем критериям: 1) оно не разрушает личности людей, в нем участвующих, и их отношений, 2) оно психологически корректно (грамотно, безошибочно); 3) оно удовлетворяет потребности обеих сторон.
Психологически конструктивное противостояние влиянию также должно отвечать этим трем критериям. В реальности влияние и противостояние влиянию — это две стороны единого процесса взаимодействия, поэтому правильнее говорить о взаимном психологическом влиянии.
Психологически корректной (грамотной, безошибочной) будет такая попытка влияния, в которой: а) учитываются психологические особенности партнера и текущей ситуации, б) применяются “правильные” психологические приемы воздействия.
Для того чтобы влияние было признано психологически конструктивным, должны быть соблюдены все три приведенных выше критерия. Например, очевидно, что психологически безошибочным может быть и разрушительное влияние на другого человека. Поэтому понятия психологической конструктивности и психологической корректности (безошибочности) являются перекрещивающимися, но не совпадающими.
Если оказываемое влияние соответствует критериям психологической конструктивности, у его адресата есть два пути: 1) поддаться влиянию; 2) конструктивно противостоять ему корректными психологическими способами.
Традиционно поведение, описываемое формулой “поддаться влиянию”, считается в нашей отечественной культуре признаком слабости и незрелости личности. Привычнее сказать “уступил дурному влиянию”, чем “уступил хорошему влиянию”. Дурному влиянию “поддаются”, а хорошее влияние “оказывают”. Между тем опыт участия автора данной статьи в интервьюировании претендентов на посты менеджеров и директоров многонациональных компаний показывает, что одной из важнейших способностей руководителя в современной западной деловой культуре считается его гибкость, умение поддаваться влиянию и изменять свое поведение и свои оценки. Многие вопросы западных интервьюеров направлены на выявление именно этой способности: “В каких случаях вас бывает трудно переубедить?” или “Каким образом на ваше решение может повлиять подчиненный?”
Умение уступить конструктивному влиянию — признак преобладания направленности на задачу над сиюминугным стремлением подтвердить свою собственную значимость. В конечном счете успешное выполнение задачи будет в большей степени способствовать подтверждению собственной значимости, чем несгибаемость в споре.
В случае если доводы партнера нас убеждают, мы просто соглашаемся с ним, не прибегая к методам контраргументации; в случае если его цели и запросы, а также продемонстрированный им уровень компетентности нас удовлетворяют, мы не препятствуем его самопродвижению, а просто принимаем его на работу. Аналогичным образом мы можем согласиться быть зараженными чужим энтузиазмом или добровольно начать подражать профессионалу высокого класса.
И напротив, если оказываемое влияние не соответствует нормам психологической конструктивности, то правомерным будет только один путь — противостоять ему психологически конструктивными способами. Отказ от противодействия означал бы, что адресат согласен, чтобы его личности был нанесен более или менее серьезный урон; противодействие же с помощью психологически неконструктивных способов, несомненно, нанесет урон адресату и/или инициатору воздействия и/или их отношениям.
В табл. 3 отражена попытка определить степень конструктивности разных видов влияния и видов противостояния влиянию.
Таблица 3. Классификация видов влияния и противостояния влиянию по признаку психологической
конструктивности – неконструктивности

Вид влияния
Характеристика конструктивности - неконструктивности
Конструктивные
виды
контрвлияния
Неконструктивные
Виды
контрвлияния
1. Убеждение
Конструктивный вид влияния, при условии, что мы ясно и открыто сформулировали партнеру цель нашего воздействия
Контраргументация
Игнорирование
Принуждение
Деструктивная критика
Манипуляция
2. само-
продвижение
Конструктивный вид влияния, при условии, что мы не используем обманных “трюков” и раскрываем свои истинные цели и запросы
Конструктивная критика
Отказ
Деструктивная критика
Игнорирование
3. Внушение
Спорный вид влияния; внушение – это всегда проникновение через “черный вход”
Конструктивная критика
Энергетическая мобилизация
Уклонение
Деструктивная критика
Манипуляция
Принуждение
Игнорирование
4. Заражение
Спорный вид влияния; никто не может определить, насколько полезно адресату заражаться именно данным чувством или состоянием и именно сейчас
Конструктивная критика
Энергетическая мобилизация
Уклонение
Деструктивная критика
Манипуляция
Принуждение
Игнорирование
5. Пробуждение импульса к подражанию
Спорный вид влияния; считается приемлемым в воспитании детей и при передаче мастерства от профессионала высокого класса молодому профессионалу
Творчество
Конструктивная критика
Уклонение
Деструктивная критика
Игнорирование
6. Формирование благосклонности
Спорный вид влияния; лесть, подражание как высшая форма лести и услуга адресату влияния могут быть манипуляцией
Конструктивная критика
Уклонение
Энергетическая мобилизация
Деструктивная критика
Игнорирование
7. Просьба
Спорный вид влияния; в российской культуре считается разрушительным для того, кто просит; в американской культуре считается оправданным
Отказ
Уклонение
Деструктивная критика
Игнорирование
8. Принуждение
Спорный вид влияния; считается конструктивным в некоторых педагогических, политических системах и в аварийных ситуациях
Конфронтация
Деструктивная критика
Манипуляция
Ответное принуждение
Игнорирование
9. Деструктивная критика
Неконструктивный вид влияния
Психологическая самооборона
Уклонение

стр. 1
(общее количество: 2)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>