<< Пред. стр.

стр. 5
(общее количество: 16)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>


Евразийская цивилизация

9

Культура
славянской древности


Знание прошлого — ключ для понимания и настоящего, и грядущего. Человек, не знающий и не любящий прошлое, не имеет и будущего. Крайне важно услышать голос предков, почувствовать себя частицей исторического потока, не прерывающегося в течение тысячелетий,
Древние славяне были людьми ведической культуры. Древнюю славянскую религию правильнее именовать не язычеством, а ведизмом. Слово «веды» — однокоренное с русским «знать», «ведать». Это мирная религия высококультурного земледельческого народа, родственная другим религиям ведического корня, — верованиям Древней Индии и Ирана, Древней Греции.



Существует убеждение, что тексты древних священных славянских песен, мифов погибли после христианизации Руси. В отечественной исторической науке даже то немногое, что осталось — Велесову книгу, предположительно написанную новгородскими жрецами не позже IX в., считают подделкой. До сих пор ведутся споры о сущности упоминаемых в летописях славянских богов. И тем не менее древнейший пласт славянских мифов сохранился лучше греческих, индийских, иранских или библейских. Причина тому — особый путь развития славянской культуры.
Мифические сказания других народов искажались при записи и обработке уже в древнейшее время. Славянский фольклор — это живая устная традиция, в меньшей степени претерпевшая изменения под влиянием письменной культуры.
Мир славянского фольклора красочен и объемен. Фольклорно-этнографи-ческий интерес к русскому народу пробудился в XVIII в. Тогда появляется серия записей, сборников и книг, среди которых выделяются сборники Кирши Данилова и словарь М. Д. Чулкова «Абевега русских суеверий». Сокровища устной культуры — народные песни, сказки, былины, духовные стихи — начинают интенсивно собираться и записываться только в первой половине XIX в. К середине этого века изучение народного мировоззрения, мифологии и фольклора оказалось столь глубоким, что А.Н. Афанасьев (1826—1871) смог осуществить публикацию сначала сборника «Народных русских сказок» (1855—1864), а затем обобщающего труда «Поэтические воззрения славян на природу» (1865—1869). В 1860—1874 гг. выходила в свет десятитомная публикация «Песен, собранных Кириевским», посмертный итог выдающейся деятельности русского археографа и фольклориста П.И. Кириевского (1808—1856), собравшего и обработавшего тысячи текстов мифических и исторических песен, былин, сказок. Подвижническую работу в этом направлении проводили этнограф П.И. Якушкин (1822—1872), поэт Н.М. Языков (1803—1847), идеолог славянофилов А. С. Хомяков (1804—1860).
Во второй половине XIX—XX вв. последовательно складываются целые школы русской фольклористики и мифологии как науки.



9.1. Велесова книга
История книги


В настоящее время проделана большая работа по реставрации славянских антропотеокосмогонических мифов на базе фольклора и текстов дощечек Велесовой книги1 [1 Русские Веды. Песни птицы Гамаюн. Велесова книга. — М.: Наука и религия, 1992.]. История книги, посвященной богу богатства и мудрости древних славян Велесу, или Волосу, загадочна и трагична. В 1919 г., во время Гражданской войны, она была найдена офицером белой армии Ф.А. Изенбеком недалеко от станции Великий Бурлук близ Харькова в имении князей Куракиных. В 1924 г. в Брюсселе книга попала в руки писателя Ю.П. Миролюбова. Пятнадцать лет он переписывал и расшифровывал древние записи, скопировав около 75% текста. В 1943 г. в оккупированном немцами Брюсселе после смерти Изенбека пропал весь его архив, в том числе и подлинник Велесовой книги. Остались лишь записи Ю. П. Миролюбова и фотография одной дощечки.
Велесова книга
о происхождении славян
Велесова книга — памятник сложный и объемный. Подделать его так же трудно, как невозможно заново создать Ригведу, Авесту или Библию. Велесова книга разрешает древний спор о происхождении славян. Она описывает судьбы различных племен, участвовавших в славянском этногенезе. Древнейшее событие, представленное в ней, — исход индоевропейских племен из Семиречья, области, которая локализуется близ озера Балхаш и сегодня носит такое же название из-за семи рек, впадающих в него. По данным археологии, миграция индоевропейских племен из Средней Азии происходила в последней трети II тыс. до н. э. и разворачивалась на обширнейшей территории от Балкан (эллины-дорийцы) до Енисея и Северного Китая (мас-сагеты и саки). Велесова книга описывает события мифической и древнейшей истории славян конца II тыс. до н. э. — конца I тыс. н. э.
Триглав богов
Начинается Велесова книга призывом склониться перед Триглавом богов: Сварогом, Перуном и Свентовитом. Эта славянская архаическая Троица родственна индуистской
ведической Тримурти, в которую древние арии включали Варуну — небесного бога (у славян Сварог), Индру— громовержца (аналог Перуна) и Шиву — бога разрушителя Вселенной (славянский Волос, Велес). Различные жреческие школы древних славян неодинаково понимали тайну Троицы. В К и е в е в нее включали Сварога, Дажьбога и Стрибога. Вместе с ними наиболее почитаемыми были бог огня Семаргл, посредник между людьми и небесными богами, представавший в облике священного сокола Рарога и победивший в первой битве светлых и темных сил Черного Змея; бог богатства и скота Велес, проводник в загробный мир и его царь, разрушитель Вселенной и одновременно символ мудрости, сын небесной коровы Земун, соперник Перуна в свадебном мифе, низверженный на землю с небесного свода; мать счастливого жребия, богиня судьбы и водной стихии Макошь, которая вместе с помощницами Долей и Недолей прядет нити человеческой судьбы, подобно античным мойрам; сестры богини жизни и смерти Жива и Марена (Мармара).
В Новгороде Триглав понимали иначе. Первоначально в него входили Сварог, Перун и Велес. Следы такого понимания сохранились в Велесовой книге под именами Дид — Дуб — Сноп. Позже Велес был заменен Свенто-витом. Небесным отцом, дедом богов новгородцы считали только Сварога, который ожидает людей в небесном рае Ирии, или Сварге-Ясуни. Он родник всему Роду, мужская половина, ипостась Рода. Древнейшим верховным мужским божеством славян был Род — бог неба, грозы, плодородия. Род—повелитель всего живого. Родом древние славяне называли всю Вселенную, но также понимали его как домашнего пращура, бога-предка, прародителя. Как личность Род выступал редко, поэтому славили не его, а мужское воплощение Рода — Сварога. Он предстает творцом Вселенной, достает из Океана Землю. Как небесный кузнец, ударяя молотом по «бел горюч камню», рождает Семар-гла (бога огня) и создает первых людей, учит их кузнечному ремеслу, дает им законы. Женская ипостась Рода и супруга Сварога матерь богов Лада. Она же — Рожаница, матерь-Родиха, помогающая при родах. Лада — богиня брака, изобилия, времени созревания урожая. К богине обращались с мольбами. Имя ее повторялось в припевах песен — «Ой, Ладо!»
Материнский культ
Почитание женских предков связано с широким распространением материнских культов. От Франции и до Байкала повсеместно встречаются каменные фигурки женских богов, рожаниц с ярко выраженными чертами пола, получивших название палеолитических вечер и служивших атрибутами магии плодородия. В эпоху патриархата материнские культы трансформируются в женские ипостаси богов, сохраняя при этом всю тяжесть архаической смысловой нагрузки и символики. Вместе с тем они приобретают некую единую функцию — становятся покровительницами дома, очага, огня, территории, страны, человека, семьи, любви в виде хозяек (Хозяйка Медной горы в сказе Бажова), бабушек, матерей (например, Мать Индии или Матерь Сва, птица покровительница Руси, инкарнация Великой Матери). Женские культы, в какой бы модификации они ни встречались, всегда тяготеют к одному из двух своих проявлений: либо они олицетворяют мир любви небесной (Иштар, Астарта, Афродита, Венера, славянская Леля1 [1 Леля — богиня незамужних девушек, богиня весны. Ее имя встречается в словах, связанных с детством: «ляля», «лялька», «лелеять».]), либо — земной (Гея, Юнона, славянская Мать Сыра Земля).



9.2. Космогонические
представления древних славян
Сварог


Архаическая философия древних народов, уровень их духовной зрелости наиболее полно реконструируется по космогоническим2 [2 Космогония — от греч. слов «космос» — мир, Вселенная, «гонеа» — рождение.] мифам главных священных книг. С именем Сварога связан древний космогонический миф славян, открывающий текст «Русских Вед»:

До рождения света белого тьмой кромешною был окутан мир. Был во тьме лишь Род — Прародитель наш. Род — Родник Вселенной, Отец Богов.
Был вначале Род заключен в яйце, был он семенем непророщенным, был он почкою нераскрывшейся. Но конец пришел заточению. Род родил Любовь — Ладу-матушку.
Род разрушил темницу силою Любви, и тогда Любовью мир наполнился.
И родил Он царство небесное, а под ним создал поднебесное. Пуповину разрезал радугой, отделил Океан — море синее от небесных вод твердью каменной. В небесах воздвигнул три свода Он. Разделил Свет и Тьму, Правду с Кривдою.
Род родил затем Землю-матушку, и ушла Земля в бездну темную, в Океане она схоронилася...
Родом рождены были для Любви небеса и вся поднебесная. Род — Отец богов. Род и Мать богов. Род — рожден собой и родится вновь.
Род — все боги и вся поднебесная. Род — что было и то, чему быть предстоит, что родилось и то, что родится.
Род родил Сварога небесного и вдохнул в него свой могучий дух. Дал четыре ему головы, чтоб он мир осматривал во все стороны... Вот Сварог по небу похаживает и свои владенья оглядывает. Видит — Солнце по небу катится, Месяц светлый видит и звезды, а под ним Океан расстилается... Оглядел свои он владения, не заметил лишь Землю-матушку.
— Где же мать-Земля? — опечалился.
Тут заметил он — точка малая в Океане-море чернеется. То не точка в море чернеется, это уточка серая плавает, пеной серою порожденная.
— Ты не знаешь ли, где Земля лежит? — стал пытать Сварог серу уточку.
— Подо мной Земля, — говорит она, — глубоко в Океане схоронена...
— По велению Рода небесного, по хотенью-желанью Сварожьему Землю ты добудь из глубин морских!
Ничего не сказала уточка, в Океан-море нырнула и три года в пучине скрывалась. Как срок кончился — поднялась со дна.
В клюве горсть земли принесла она.
Взял Сварог горсть земли, стал в ладонях мять.
— Обогрей-ка, Красно Солнышко, освети-ка, Месяц светлый, вы же, ветры буйные, — дуйте! Будем мы лепить из земли сырой Землю-матушку, мать-кормилицу. Помоги нам. Род! Лада, помоги!
Землю мнет Сварог — греет Солнышко, Месяц светит и дуют ветры. Ветры сдули Землю с ладони, и упала она в море синее. Обогрело ее Солнце Красное — Мать Земля запеклась сверху корочкой, остудил же ее Месяц светлый.
Так Сварог сотворил Землю-матушку. Три подземных свода он в ней учредил — три подземных, пекельных царства.
А чтоб в море Земля не ушла опять, Род родил под ней Юшу мощного — змея дивного, многосильного. Тяжела его доля — держать ему годы и века Землю-матушку.
Так была рождена Мать Сыра Земля. Так на Змее она упокоилась.
Если Юша-Змей пошевелится — Мать Сыра Земля поворотится1 [1 Русские Веды. — М.: Наука и религия, 1992. — С. 8—11.].
Духовное родство культур славян
и индоариев

В священных книгах древних народов космогонические мифы всегда тесно переплетены с преданиями о происхождении богов (теогонией) и людей (антропогонией), мир которых вторичен по отношению к рождающим силам космоса, но тесно с ними взаимодействует. 129-й гимн
10-й мандалы Ригведы наглядно демонстрирует общность космогонических представлений славян и индоариев, духовное родство двух ведических культур древности:

Не было тогда ни несуществующего, ни сущего... Не было тогда ни смерти, ни того, что живет вечно; никакого признака, разделявшего ночь и день. Это единое бездыханное дышало лишь собственной своей сущностью. Помимо него не было ничего вообще. Была тьма: скрытая сперва в тьме, все это было бесформенным хаосом. Все, что существовало тогда, было пустым и бесформенным. Великой силой тепла рождено было это единое. Затем возникло вначале желание — первичное семя и зародыш духа... Кто знает воистину и кто может здесь сказать, когда это родилось и когда свершился этот акт творения?
Боги появились позже сотворения этого мира. Кто же тогда знает, когда появился мир? Он первоисточник всего созданного, все равно, создал ли он все это сам, или же нет. Тот, чье око надзирает за этим миром с высоты неба, он воистину знает это, а может быть, он и не знает1 [1 Открытие Индии. — М., 1987. — С. 54—55; Лукьянов А.Е. Становление философии на Востоке (Древний Китай и Индия). — М.: Инсан, 1992. — С. 90.].

Единым священным праисточником, существовавшей некогда общей духовной колыбелью, вероятно, обусловливается сходство представлений в славянской и индийской ведической культурах о первичном антропоморфном существе, носителе высшего жизненного принципа — любви или тепла — тапаса, и первичном зерне, золотом зародыше (хиранья гарпх), прорастающем в ходе становления человечества, — силе желания.
Так, силой Любви в славянской мифологии было рождено Солнце, вышедшее из лица Рода, Месяц светлый — из груди Его, Звезды частые — из очей Его, Зори ясные — из бровей Его, Ночи темные — из дум Его, Ветры буйные из дыханья Его, Дождь, Снег, Град — от слез Его, Гром и Молния — от голоса Его2 [2 Русские Веды. С. 8.]. В индийском источнике Упанишадах такое первичное антропоморфное существо Пуруше («purusa», дословно с санскр. человек, мужчина), хранитель миров был извлечен из вод Атманом, тем, кто был поистине вначале одним, и кто придал Пуруше внешний облик3 [3 Упанишады. Т.Н. - М.: Наука, 1992. - С. 39.].
Перун и Свентовит
Сын Сварога Перун, второе лицо славянской Троицы-Триглава, бог войны и грозы, оживлял явленное, следил за миропорядком, вращая солнечное золотое колесо.
Культ победителя зверя-Скипера, царя Пекла, Морского царя и Велеса поддерживался высшими слоями патриархального славянского общества, князьями и дружинниками, особенно в эпохи противостояния миру кочевых племен. После христианизации Руси культ Перуна был замещен Ильёй-Пророком, а в фольклорной традиции — Ильёй Муромцем и Егорием Храбрым.
Третья ипостась новгородского Тритлава—Свентовит первоначально был богом света у западных славян. Его четырехглавый идол стоял в Арконе, главном святилище балтийских славян на острове Руян в Балтийском море. Вера в него была принесена в Новгород переселенцами из западных земель — обо-дритами и руянами. Велесова книга говорит о великой тайне триединства Сварога — Перуна — Свентовита, сила которого пронизывала все уровни жизни, множила миры богов и людей властию любви. Священное знание древних славян обладало, таким образом, чертами монотеизма1 [1 Монотеизм — система религиозных верований, основанная на представлении о едином Боге.], но при этом непротиворечиво сочетало его с первобытными формами религии: тотемизмом, фетишизмом, анимизмом и магией.
Таким образом, и для мировоззрения индоевропейских народов, и для мировоззрения древних славян был характерен антропотеокосмиз, т. е. нерасч-ленность сфер человеческого, божественного и природного, отсвечивающих друг в друге. Это то, что Гераклит заложил в понятие «сферос» как мира, никем не созданного, «вечно живого огня, мерно загорающегося и мерно потухающего, на который обмениваются все вещи, выплавленные из него как слитки из золотого песка»2 [2 Философский энциклопедический словарь. — М.: Советская энциклопедия, 1983. — С. 110.].
Признаки культа предков, получившего название манизм3 [3 Манизм (от лат. Manes) – душа умерших предков.], наиболее зримо представляются в факте возведения родословной славян к праотцам, родственникам богов, обучившим людей основным ремеслам, и прежде всего умению обращаться с железом. Знание выступает как мгновенное проникновение в бытие сущего, осуществляемое с помощью магических операций, и с целью упорядочения из хаоса пространства обитания древнего человека. Жертвоприношения обожествлявшимся силам природы, во главе которых выступало Солнце, входили в практику магии жизни, не расчленявшую слово и дело и служившую целям победы человека над небытием, над смертью.



9.3. Обряды и обычаи
древних славян

Связь обычаев
с природными силами

Непрерывная борьба и поочередная победа светлых и темных сил природы наиболее зримо запечатлена в представлениях славян о круговороте времен года. Его исходной точкой было наступление нового года — рождение нового солнца в конце декабря, празднование, получившее у славян греко-римское название «коляды» (calendae — первый день нового месяца). Полную победу нового громовника над зимой — «смертью» в день весеннего равноденствия справляли обрядом похорон Марены. Сюда же относится обычай ходить с маем (символом весны), маленькой елкой, разукрашенной лентами, бумагой, яйцами. Божество солнца, провожаемого на зиму, получило название Купалы, а также Ярилы и Костромы. В одном из старинных памятников XVII в. он описывался следующим образом:

Вечером накануне Иванова дня собираются вместе молодцы и девушки и плетут венки из разных цветов, надевая их на голову или привешивая у пояса. Они зажигают костер и, взявшись за руки, пляшут кругом него и поют песни, в которых часто упоминают Куполу. Потом они перепрыгивают через огонь1 [1 Хрестоматия по истории России. В 4 т. Т 1. — М.: МИРОС-МЮ, 1994. — С 17.].

Сожжение или потопление в реке соломенного чучела или другого изображения Купалы напоминает о связи праздника с солнечным божеством.
Архаичные народные праздники вроде новогодних гаданий, разгульной масленицы, хороводов и зеленых березок «семика», «русальной недели» и других сопровождались заклинательными магическими обрядами и были своего рода молениями богам об общем благополучии, урожае, избавлении от грозы и града. Так, в несколько мрачный Ильин день русские крестьяне еще в XIX в. закалывали выкормленного всем. селом быка в честь повелителя Молний, воспреемника древнего Перуна.
Двоеверие:
язычество и христианство
Большие глубокие сосуды в Древней Руси именовали чарами и использовали для новогоднего гаданья об урожае (чародейство). На них часто изображали 12 разных рисунков, составлявших замкнутый круг, — символ 12 месяцев. В селе Лепесовке на Волыни было обнаружено древнее святилище так называемой Черняховской культуры II—IV вв. Алтарь святилища был сложен из осколков больших глиняных чаш. По венчику одной из них шел орнамент из 12 прямоугольных рамок с разными рисунками. Среди них три косых креста, обозначавших три срока главных солнечных праздников: 25 декабря, 25 марта и 24 июня. На трех других рисунках изображались рало, колосья и плетенки льна, что сопоставимо с месяцами: апрелем — пахота ралом, августом — уборка урожая и октябрем — трепка льна. Лепесовская чара — типичный ритуальный сосуд древних славян, предназначенный для новогодних гаданий. Найдены и идентифицированы также сосуды, использовавшиеся для обрядов сева-жатвы, весенне-летних водных обрядов, проводившихся в священных рощах, у родников и связанных с богиней-девой, покровительницей плодородия2 [2 Сквозь века. — М.: Знание, 1986 — С. 15 — 24.].
К моменту принятия христианства славянская религия не успела еще выработать строгих форм культа. Жрецы еще не выделились в особое сословие. Жертвы родовым и небесным богам приносили представители родовых союзов, а о сношениях с низшими демонами земли, об избавлении людей от их вредного влияния и о получении от них разных услуг заботились вольнопрактикующие волхвы. Место жертвоприношения, капище, не превратилось в храм даже и тогда, когда на этом месте стали ставить капь-идола, изображающего богов (капь—капище).
При воцарении в Киеве Владимира I им была произведена в 980 г. своего рода языческая реформа. Стремясь, очевидно, поднять древние народные верования до уровня государственной религии, рядом со своими теремами, на холме, князь приказал поставить деревянные кумиры шести богов: Перуна с серебряной головой и золотыми усами, Хорса, Дажьбога, Стрибога, Семаргла и Макоши. Владимир установил будто бы даже человеческие жертвоприношения этим богам, что должно было придать их культу трагический, но в то же время и очень торжественный характер.
Культ главного бога дружинной знати был введен в Новгороде Добрыней. Вокруг идола Перуна там горело восемь негасимых костров, а память об этом вечном огне сохранялась у местного населения вплоть до XVII в.

Фрагмент вышивки северорусского полотенца
с изображением богинь плодородия и магическим орнаментом, символизирующим плодородие
К концу языческого периода в связи с развитием дружинного элемента сильно усложнились погребальные обряды славян. Со знатными русами сжигали их оружие, доспехи, коней. По свидетельству арабского пу-тешественника Ахмеда Ибн-Фадлана, совершившего поездку в Волжскую Болгарию в качестве посла
багдадского халифа, он наблюдал русские похороны и описал ритуальное убийство на могиле богатого руса его жены.
Огромный курган высотою с четырехэтажный дом («Черная Могила» в Чернигове) подтверждает это. Здесь, по преданию, был похоронен черниговский князь. В процессе раскопок в кургане были найдены золотые византийские монеты, оружие, женские украшения, турьи рога, окованные серебром, с чеканными узорами былинного сюжета — смерти Кощея Бессмертного в черниговских лесах.
С древнейших времен человек, охраняя себя от злых сил, покрывал одежду и жилище изображениями— оберегами, сплетая охранительную символику в единый образ мироздания. Именно таковы уборы древнерусских княгинь времен двоеверия (язычества и христианства) и изображения на фасадах русских изб, сохранившиеся на Севере до настоящего времени.
Головной убор княгини символизировал небо и увенчивался диадемой с изображением главнейших небесных сил, в центре находился Дажьбог или Христос (в зависимости от того, языческим или христианским был весь убор). Чело княгини украшали височные кольца, означающие движение солнца по небу. Вниз от венца спускались цепи — рясны, символизирующие воздушное пространство. Они покрывались изображениями либо струй дождя, либо птиц, либо семян, падающих с неба. К ряснам привешивались колты (подвески) с изображением русалок, крылатых вил, орошающих поля. Эти колты находились на одном уровне с ожерельями, изображающими распустившиеся ростки. На женских браслетах, как правило, были представлены картины русалий (весенних праздников в честь

богинь — подательниц дождя). Наконец, на шею надевалась длинная цепь с двумя головами Ящера, скрепленными кольцом, символизирующим солнце. Так в женском костюме была отражена вся картина миросоздания — небо, земля и подземный мир.
На фасаде русской избы изображались небеса и ход солнца. Небо представлялось двухслойным, состоящим из «тверди» и «хлябей», т. е. неиссякаемых запасов воды. Хляби изображались волнистыми линиями. На тверди, располагающейся ниже хлябей, было показано положение солнца в трех позициях — утром, в полдень и вечером; чтобы подчеркнуть, что оно движется ниже хлябей, изображения светила помещали на деревянных «полотенцах», спускавшихся с крыши. Особенно богато украшалось узором центральное «полотенце», символизировавшее полдень, — там ярко светящее солнце изображалось несколько раз, либо знак солнца (круг, разделенный на восемь секторов) дублировался коньком крыши, означавшим Солнце-коня. На центральном «полотенце» часто помещали и громовой знак (круг, разделенный на шесть секторов) — символ Рода или Перуна, оберегавший дом от попадания в него молнии.
Языческая символика княжеско-боярских украшений
Сведения об обычаях славянских племен дошли до нас из сочинений римских, византийских и арабских авторов I тыс. н. э. Так, интересные сведения о военном искусстве славян сообщает византийский трактат «Стратегикон», написанный на рубеже VI—VII вв. н. э.:

Опытны они и в переправе через реки, превосходя в этом отношении всех людей. Мужественно выдерживают они
пребывание в воде, так что часто некоторые из числа остающихся дома, будучи застигнуты внезапным нападением, погружаются в пучину вод. При этом они держат во рту специально изготовленные выдолбленные внутри камыши, доходящие до поверхности воды, а сами лежа навзничь на дне реки, дышат с помощью их; и это они могут проделывать в течение многих часов, так что совершенно нельзя догадаться об их присутствии1 [1 Хрестоматия по истории России. С. 20—22.].


Языческие символы на славянских колтах и диадемах

Первые оригинальные сочинения восточных славян относятся к концу XI в. и в них строй жизни предков описывается сквозь призму христианского мировосприятия с резко негативными оценками. Вот как «Повесть временных лет» описывает законы, предания и нравы разных племен:

Поляне имеют обычай отцов своих кроткий и тихий, стыдливы перед снохами своими и сестрами, матерями и родителями; имеют и брачный обычай: не идет зять за невестой, но приводят ее накануне, а на следующий день приносят за нее — что дают. А древляне жили звериным обычаем, жили по-скотски, убивали друг друга, ели все нечистое, и браков у них не бывало, но умыкали девиц у воды. А радимичи, вятичи и северяне имели общий обычай: жили в лесу, как звери, срамословили при отцах и при снохах. И браков у них не бывало, но устраивались игрища между селами, и сходились на эти игрища, на пляски и на всякие бесовские песни и здесь умыкали себе жен по сговору с ними; имели же по две и по три жены. И если кто умирал, то устраивали по нем тризну... мертвеца сжигали, а после, собрав кости, вкладывали их в небольшой сосуд и ставили на столбах при дорогах, как делают и теперь еще вятичи. Этого же обычая держались и кривичи и прочие язычники, не знающие закона божьего, но сами себе устанавливающие законы2 [2 Древнерусская литература: Книга для чтения. — М.: Школа-Пресс, 1993. — С. 21-22.].



9.4. Письменность
древних славян

Узелковая письменность

Ни одна культура духовно развитого народа не может существовать без письменности. «Прежде убо словене неймъаху письменъ, ну чертами и ръзанми гадааху погани сущи». Обычно, основываясь на этих словах, написанных в IX в. болгарским монахом-черноризцем Храбром, и делают вывод о том, что славяне до миссионерской деятельности Кирилла и Мефодия не знали письменности. По мнению же ряда современных лингвистов и историков, Кирилл (ок. 827—869) и Мефодий (ок. 815—885) были не создателями, а лишь реформаторами уже существовавшей азбуки, основанной на греческом алфавите и использовавшейся при записи Велесовой книги. Имеются также свидетельства, что, кроме греческой, славяне имели и свою оригинальную систему письма: так называемую узелковую письменность. Знаки ее не записывались, а передавались с помощью узелков, завязанных на нитях, которые заматывались в книги-клубки. Память о древнем узелковом письме осталась в языке и в фольклоре. Мы до сих пор завязываем «узелки на память», говорим о «нити повествования», «хитросплетении сюжета». В сказках Иван-царевич прежде чем отправиться в путешествие, получает клубок от бабы Яги. Разматывая этот своеобразный древний путеводитель, он, возможно, читал узелковые записи и таким образом узнавал, как добраться до места.
Период письменной жреческой культуры, видимо, начался у славян задолго до принятия христианства. Сказка о клубке бабы Яги уводит во времена матриархата. По мнению известного ученого-фольклориста В.Я. Проппа, баба Яга — это типичная языческая жрица, возможно, и хранительница «библиотеки клубков». Хранились они в берестяных коробах (не отсюда ли выражение: наврать с три короба»), а при чтении нити с узелками вполне могли «наматываться на усы», приспособления для чтения.
В древности узелковая письменность была распространена достаточно широко. Узелковым письмом «кипу» и «вампум» пользовались древние инки и ирокезы. Письмо «цзе-шен» было известно в древнем Китае. Финны, угры, карелы, издревле совместно проживавшие со славянами на северных территориях России, имели узелковую письменность, упоминание о которой сохранилось в карело-финском эпосе «Калевала». На многих предметах, поднятых из захоронений языческого времени, просматриваются несимметричные изображения узлов сложной конфигурации, напоминающие иероглифическую письменность восточных народов.
Прообразы пиктографического письма
Часто в сочинениях христианского времени встречаются иллюстрации с изображениями сложных переплетений, вероятно, перерисованных с предметов архаической эпохи. Художники, изображавшие эти узоры, следовали существовавшему в то время правилу наряду с христианской символикой использовать и языческую. Следы узелковой письменности можно найти на стенах храмов эпохи «двоеверия», когда христианские святилища украшались не только ликами святых, но и орнаментальными узорами.
То, что Храбр назвал чертами и резами, есть некий прообраз рисуночного, пиктографического письма, широко использовавшегося в орнаментальных украшениях ритуальных предметов. По нему ученые восстанавливают содержание узелкового письма. Так, изображение простой петли-окружности предположительно расшифровывается как знак Рода. В пиктографическом письме этот знак трактуется более широко: Род —как племя, группа, женщина, орган рождения, глагол родить. Символ Рода — окружность, является основой для многих других узлов-иероглифов и условием, способным придать словам сакральное значение. Окружность с крестом — это солярный символ, знак Солнца и бога солнечного диска Хорса. Знак другого солнечного бога более сложен, ибо Дажьбог еще и хозяин Вселенной, податель благ и прародитель русского народа. Решеткой во времена первых пиктографических записей обозначалось вспаханное поле, сам пахарь, а также богатство, благодать.
Праславяне были земледельческим народом, поклонявшимся Роду, этим можно объяснить совмещение символов Рода и поля в едином символе Дажь-бога. Чуть усложненный солярный символ, у которого вместо окружности рисовалась ломаная линия, приобретал значение «громового колеса», знака бога грозы Перуна, остроугольная колесница которого вызывала небесный грохот-гром. Узел-иероглиф солярной усложненной формы наподобие трезубца принадлежал богу огня Семарглу и его ипостаси соколу Рарогу. Как показали исследования археологов, трезубец есть стилизованное изображение этой птицы, сложившей крылья (у египтян один из верховных богов Хор или Гор изображался соколом, расправившим крылья в полете). Историки связывают происхождение племенного знака-герба трезубца Рюриковичей и даже самого имени основателя династии русских князей Рюрика с птицей-тотемом западных славян-ободритов Рарогом.
Узелково-иероглифическая письменность древних славян, видимо, была очень сложна. Доступная лишь избранным — жрецам и высшей знати, — она стала священным письмом. По мере распространения христианства и угасания древней культуры славян вместе с жрецами-волхвами погибали и тысячелетние знания, «завязанные» узелковым письмом. Очевидно, что узелковая письменность в ту пору не могла соперничать с более простой системой письма, основанной на кириллице.



Православие стало вытеснять древнюю культуру и веру славян не ранее XI в и много позднее, чем у других европейских народов. До этого она эволюционировала по крайней мере не менее полутора тысяч лет. Ее принято возводить к культуре скифов-сколотов — высокоразвитого земледельческого народа, жившего в Приднепровье в VI—IV вв. до н. э и достигшего, по выражению Б.А. Рыбакова, «высшего уровня первобытности»1 [1 Скифов-сколотов не следует путать с их южными соседями — ираноязычными скифами-кочевниками Крыма и Северного Кавказа.]. В упадок культура праславян-сколотов пришла во время сарматского нашествия в III в. до н. э. Затем последовали Зарубинецкий (III в. до н. э.) и Черняховский (II в. до н. э. — VI в. н. э.) периоды, культурное развитие в рамках последнего было прервано вторжением гуннов во время Великого переселения народов IV—V вв. н. э. Тем не менее от легендарного славянско-антского князя Буса (упоминание о нем есть в «Слове о полку Игореве» и у готского историка Иордана) и до Владимира 1 славянская культура в условиях рождающегося феодализма развивалась почти полтысячелетия, так что «Повесть временных лет» относит даже рождение Киевского государства к VI в. н. э.
Наследие столь мощного пласта славянской культурной архаики не может оставаться невостребованным ее историческими воспреемниками. Это богатство заявляло и продолжает заявлять о себе исподволь: в образе мышления, стиле и фразеологии речи, мимике и жестах, неосознаваемых движениях души, соприкасающейся с миром родной природы. Ее формообразующее для нас значение состоит еще и в том, что с образами персонажей того далекого мира мы знакомимся в раннем детстве, поре, когда человек наиболее открыт этому мирозданью.





Цивилизации Нового Света

10

Культура народов
Северной Америки


Культура Америки ассоциируется у большей части читателей либо с небоскребами Манхэттена и статуей Свободы, либо с Диснейлендом и китчем1 [1 Массовая продукция, рассчитанная на внешний эффект.], в лучшем случае — с плясками и пением независимых и гордых индейцев прерий, стреляющих без промаха и не знающих пощады. Но есть и другая Америка — страна провидцев и поэтов, художников и великих интеллектуалов, страна фантастических цивилизаций, в ряде вопросов превосходящих цивилизацию Европы.
Традиционно считается, что Америка не является областью прародины человечества — там нет и не было архантропов2 [2 Архантроп (от греч. archaios — древний и ап1гбро&-человек) — обобщенное название древнейших ископаемых людей (питекантропы, синантропы, неандертальцы и др.).], и заселялась она людьми современного вида через существовавший 28—30 тысяч лет назад сухопутный мост между Аляской и Чукоткой — так называемую Берингию. Именно с этого момента начинается отсчет истории американской культуры.
Современная академическая наука считает, что древние обитатели материка принадлежали к протомонголоидной или протоазиатской группе, генетически связанной с алтайскими, финно-угорскими, сино-тибетскими народами. Это утверждение базируется на лингвистических данных и антропологических признаках аборигенов — прямые жесткие волосы, слабый третичный волосяной покров и т. п.
Ко времени открытия и завоевания континента европейцами его территорию населяли многочисленные коренные народы. Их общая численность равнялась примерно 15—20 миллионам. В результате ошибки первых мореплавателей, принявших открытые ими земли за Индию, начиная с XVI в. эти народы стали называться индейцами. Как правило, сами аборигены зовут себя иначе — самоназвания племен в большинстве случаев образованы от местных топонимов1 [1 Топоним (греч. topos — место) — географическое название.].
Уровень развития населения в различных частях материка был неодинаков. Среди безбрежного океана первобытных племен с их мировоззрением, творчеством и образом жизни находились островки уникальных культур классового общества Центральной Америки и западной части Южной Америки с их поистине потрясающими достижениями.





10.1.Культура племен
Северной Америки
Племена арктической зоны


Северную часть континента населяло большое количество племен и народов, находящихся на стадии первобытности. Первые стоянки собирателей и бродячих охотников, владевших огнем и каменными орудиями, обнаружены в Техасе, Неваде, Калифорнии (Лыоисвилл, Тьюл-Спрингс, о. Санта-Роса) и в районе Сандиа (25—15 тыс. до н. э.), а более поздние — в Кловисе (1500— 9 тыс. до н. э.) и в Фолсоме (9000—7000 тыс. до н. э.). Поселки земледельцев в Аризоне и Нью-Мексико датируются 7—6 тыс. до н. э.
К XVI в. уровень развития североамериканских народов был неодинаков:
они находились на различных стадиях развития первобытного общества. По местам обитания их можно подразделить на несколько групп. К первой относятся охотники и рыболовы арктической зоны— алеуты и эскимосы2 [2 От индейского слова «эскимантьик» — поедающий сырое мясо.].
В этом районе выработался своеобразный хозяйственно-культурный тип, обусловленный сложными климатическими условиями: каждодневный быт был нацелен на главную задачу — выживание. Охота на морских животных, оленей, пушных зверей, птиц, рыболовство и собирание водорослей, ягод, кореньев и трав были их основным занятием. Жилища из жердей, покрытых шкурой или корой, — летом и землянки или иглу (дома изо льда с пологами из шкур внутри) — зимой защищали людей от холода и непогоды. Двухслойная одежда из меха (нижний слой мехом к телу, верхний — мехом наружу), торбаса (высокие меховые сапоги), плащи из рыбьей кожи, кишок или травы и шляпа из бересты — так был одет житель арктического севера.
Природа была сурова к нему, но в битве за жизнь человек не забывал о художественном творчестве. Оно находит выражение в песнях и танцах, резьбе по дереву, камню, рогу и в орнаментации одежды, в узорах татуировки и в изобретении оригинальных средств передвижений (саней, запряженных соба-ками или оленями, снегоступов, лодок различных модификаций — от одноместного каяка до уммаке на несколько человек). Стойбище было главной социальной единицей и представляло собой соседскую общину с большим количеством родовых пережитков.
Индейские племена Тихоокеанского побережья и севера Канады
К арктической группе примыкают жители северной лесной области Канады {атапаски, часть алгонкинов) и северо-западного Тихоокеанского побережья (тлинкиты, хайда и др.)
У них были похожие занятия, основные орудия труда (лук, стрелы, гарпуны, силки, ловушки, остроги, капканы) и жилища (принцип землянок), но у алгонкинов были также конусообразные постройки с деревянным каркасом, обтянутые берестой или шкурами, — вигвамы.


Для зимней одежды индейцы сохраняли мех, для летней делали мягкую замшу. Основой служили рубаха (у мужчин ниже колен, у женщин — до щиколоток) и штаны, соединенные в одно целое с обувью — мокасинами. Голову закрывал капюшон, руки — перчатки (зимой — от холода, летом — от насекомых). У обитателей северо-западных районов к одеждам из мехов и кож добавлялась еще тканая — из шерсти горных коз. Особую гордость тлинкитов составляли тканые накидки, украшенные причудливыми узорами.
Древнеиндейская маска
Украшалась одежда бахромой, иглами дикобраза, оленьим волосом, вышивкой и красочным орнаментом из морских ракушек. Индейцы лесов ценили ожерелья из косточек редких рыб, серьги с розовыми и зелеными жемчужинами из раковин моллюска, нарезные браслеты, гибкие пояса, сплетенные из очищенных корней кедра, окрашенные и искусно разрисованные, а также головные уборы из хвоста рыжей лисицы и орлиных перьев.
Лицо и тело раскрашивались татуировкой. Богатые женщины носили украшения в отверстии нижней губы, что считалось необычайно изящным.
Тотемный столб
Однако прославился этот народ великолепной обработкой дерева. Из него делали разнообразную утварь (ложки, сосуды, ковши, блюда), а также предметы ритуала: щиты и шлемы-маски для воинов, жезлы шаманов, трещотки, тотемные маски и тотемные столбы. Это были священные вещи, их создание считалось опасным магическим действием. Шлем олицетворял личное достоинство человека, его внутреннюю силу и храбрость. Щит приносил обладателю счастье и удачу, кольца на нем считались местом входа в наш мир спешащих на помощь богов и духов. Трещотка помогала шаману в вызывании духов и вхождении в транс. Маска была действительным воплощением предка или сверхъестественной силы, и надевший ее перевоплощался в того, кого изображал.
Резные символические фигурки различных животных, с которыми племя чувствовало особую внутреннюю связь, покрывали тотемные столбы. Искусство резьбы и раскрашивания этих фигурок часто достигает высокого художественного уровня. Поразительных результатов добивались лишь при помощи точильного камня из песчаника и кусков кожи акулы для полировки.
Тлинкиты были умельцами в изготовлении украшений из меди. Используя способ холодной ковки, мастера делали серьги, кольца, браслеты и ожерелья. И жители северной Канады, и жители севера Тихоокеанского побережья находились на родовой ступени развития общества, но индейцы северо-запада знали рабство, хотя рабы и принадлежали всей общине.
Калифорнийские индейцы
К калифорнийским индейцам относятся шошоны, пенути, хока, юки и др. Эти племена жили в лесистых районах либо с влажным и мягким, либо с жарким и сухим климатом. Именно поэтому исключительное значение в их жизни имело собирание орехов, плодов, семян и кореньев диких растений. Охота и рыболовство дополняли это занятие. В поисках пищи семьи кочевали с места на место, не зная постоянных жилищ. Навесы из ветвей и травы защищали их от летнего солнца, а землянки — от зимнего ветра. Неотъемлемой частью каждой стоянки были бани и ритуальные парилки.
Не зная гончарства, калифорнийцы плели великолепные корзины, используя древнюю технику спирально-жгутового плетения. Очищенные от коры ивовые прутья или ветви красного дерева свивались в жгуты и сшивались костяными или деревянными иглами. Изделия украшались двухцветным орнаментом в сочетании коричнево-красного и белого цветов. Плетение было таким плотным, что не пропускало воду. В таких корзинах готовили пищу — раскаленные на огне камни опускались щипцами в заполненную водой посуду. Остывшие камни заменялись новыми. Именно поэтому калифорнийцев часто называют камневарами.
Они не умели ткать и носили легкую одежду: мужчины — набедренную повязку из кожи оленя, а женщины — короткие юбки из луба дерева. И только вожди имели право в особых случаях надевать плащи из перьев птиц.
Калифорнийские индейцы считаются наиболее примитивной группой коренного населения Северной Америки.
Население лесных областей востока Северной Америки
В лесных областях востока — южнее Великих озер, от Миссисипи до Атлантического океана — жили племена ирокезов, делаваров, могикан, мосгенов. Эти племена вели оседлый образ жизни. Помимо охоты, рыболовства и собирательства занимались мотыжным земледелием (огородничеством). Зарождение земледельческой культуры на континенте произошло еще в 6500—1500 гг. до н. э. Выращивали бобовые, кабачки, маис (кукурузу), подсолнечник, тыквы, арбузы. В пищу шло мясо диких животных, исключая хищников, и различные растительные лесные дары. К любимым лакомствам относились патока и сахар из кленового сока, из него же готовили опьяняющие напитки. Использовались даже такие продукты, как ореховое и медвежье масло.
Славу жителям восточных областей принесли их ремесленники: мастера по созданию украшений из перьев, скорняки, плетельщики, гончары, ткачи. Ткань создавали из крапивы, древесной коры и даже из индюшачьих перьев. Но самым удивительным было их умение работать с берестой. Из бересты изготавливали не только корзины, емкости для жидкости, шкатулки, но даже каноэ и своеобразную бумагу.
Пиктографические рисунки, нанесенные на нее, свидетельствуют о зарождении письменности. Хроникой такого рода является запись делаваров «Валам олум», что означает «правдивая живопись». Особо сложную информацию передавали пояса вампум — нанизанные на шнур кружочки из белых и фиолетовых раковин квохауг. Они имели высокую денежную стоимость. С помощью комбинации раковин записывались официальные документы. Подобный текст договора о земле, заключенный между индейцами и Уильямом Пенном1 [1 Основатель английской колонии в Северной Америке (Пенсильвании).] в 1682 г., сохранился до настоящего времени.
Щедрые и гостеприимные земледельцы, жители этого региона, в одночасье могли превратиться в дисциплинированных и непобедимых воинов, объединенных в союзы, подобные Лиге ирокезов. Сами себя ирокезы называли «ходеноса-уни» — «людьми длинного дома», так как жили они в больших жилищах из коры с множеством комнат и очагов, вмещающих около 100 человек. Американцы восхищались ирокезами. Их общественное устройство в качестве модели для Конституции США предлагал Бенджамин Франклин (1706—1790)2 [2 Американский просветитель и государственный деятель, ученый, один из авторов Декларации Независимости и Конституции США.].
Высока была роль женщины в обществе, потому что великим делом считалось быть матерью.
Как смогут жить и процветать люди, как сможет крепнуть народ без женщины-матери, способной подарить племени сыновей и дочерей? Оскорбить женщину — значит оскорбить Природу и навлечь на народ несчастья, голод, мор, нищету. Поэтому именно женщине принадлежит главная исполнительная власть. Правительница и совет матерей выбирали военного старейшину рода. Все вместе они составляли совет племени.
Индейцы прерий
Перечень племен Северной Америки был бы неполон без упоминания индейцев Великих Равнин (прерий) — аппачей, навахо, команчей и других, которые вошли в сознание европейцев в

виде злодеев в боевой раскраске с томагавками1 [1 Изогнутая деревянная палица.] и человеческими скальпами2 [2 Военный трофей в виде кожи, снятой с головы вместе с волосами.] в руках.
Действительно, обычай смешивать жир с краской и наносить эту смесь на кожу был чрезвычайно распространен среди индейцев вообще и жителей прерий в том числе. Раскраска не просто украшала человека, а защищала его от внешнего вредоносного влияния и должна была приносить удачу. Помимо этого она содержала информацию о родовой и племенной принадлежности, общественном положении, о личных качествах и пр. Воинская окраска служила для отпугивания врагов и злых духов в бою. Из всех цветов красная краска считалась предпочтительной, за что индейцы и были прозваны краснокожими.
Реальностью жизни племени на тропе войны было снятие скальпов, но это были скальпы врагов, нарушивших нормы жизни и справедливости. Снимая с головы кожу вместе с волосом — средоточием энергии, магическую силу противника подчиняли и использовали после его смерти. Считалось, что скальпы способствовали плодородию, приносили здоровье, мощь и духовную силу. Чем могущественнее была жертва, тем больше магической силы давал ее скальп.
Охота за людьми была характерна лишь для военного времени. В обыденной жизни индейцы прерий — охотники на бизонов. Они не занимались ни земледелием, ни ремеслом, часто кочевали вслед за стадами животных, перевозя имущество на собаках. Охотились пешими, с луком и стрелами, часто используя протяжный, пронзительный вопль, сбивающий бизонов с ног (этому крику специально обучались у девушек). Такая охота была сложна и опасна, но риск стоил того — бизоны давали пищу, топливо (жир), а также кожи для одежды, лодок и переносных домов в виде конических палаток (типи). Такие дома ставились по кругу, в центре которого находилась палатка племенного совета еще материнского рода.

Несмотря на кочевой охотничий быт, в прериях велись даже летописи. В виде рисунков, начертанных на тщательно выделанных шкурах бизонов, отмечались главные события года. Развивалось изобразительное искусство: вышивание по коже или ее разрисовка. Часто использовались символы:

солнце — счастье,
бабочка — вечная жизнь,
глаз знахаря — наблюдение, мудрость,
перья орла — вождь,
рог буйвола — успех и т. д.
Образцом религиозной скульптуры могут считаться курительные трубки. Они имели различные формы и размеры, были богато орнаментированы и носили ритуальный характер. Существует легенда о том, что первая трубка была дана людям духом грома для того, чтобы они могли использовать ее при вызывании священных сил и установлении гармонии между ними и человеком. Поэтому трубка была не только символом духов, но и символом защиты. Своей энергией и силой она охраняла людей. Отсюда ее название — Трубка Мира. Тот, кто ею владел, был другом всех индейцев и мог свободно путешествовать от племени к племени.
Племена пуэбло
Последнюю группу составляют жители северной части юго-запада США (зуни, хохокамы, хопи и пр.), Их называют пуэбло, что в переводе с испанского означает поселение, народ. Этим словом называли не только постройки и ту область, для которой они были характерны, но и людей, населявших их.
Типичные пуэбло — это внутрискальные, многосемейные жилища, вмещающие до тысячи человек. Они имели вид замкнутого двора с отвесной внешней стороной и внутренней стеной в форме амфитеатра, ступени которого представляли собой ряды жилых построек. На склонах каньонов и в скалах создавались колоссальные сооружения в четыре-пять этажей. Правда, были и небольшие поселения.
Все пуэбло, независимо от размеров, представляли собой общины с принадлежащими им землями и охотничьими угодьями. Люди этих племен прослыли великолепными агрономами и инженерами. Используя ирригационные системы, длина которых достигала 300 миль, они получали высокие урожаи, несмотря на крайне скудные почвы. Под руками этих индейцев пустыня расцветала, повсюду зеленели посевы маиса, фасоли, хлопка и тыквы. Были приручены собаки и индейки, высоко ценившиеся из-за перьев, используемых для украшений и обрядовых целей.
Жители юго-запада были не только хорошими земледельцами и строителями, но и отменными ремесленниками. Их гончарные изделия имели кремовый, оранжевый, желтый цвета, изящную форму и рисунок, богато украшались разноцветными глинами, антропо- и зооморфными фигурами с миндалевидными глазами или просто черным геометрическим орнаментом. Эта керамика очень напоминает произведения гончаров Древнего Востока и Европы. Изготовление глиняной посуды такого качества требовало высокого мастерства и отнимало достаточно много времени — ведь ее делали без гончарного круга. Однако все затраты были оправданы, поскольку изделия из глины для индейцев пуэбло — не просто предметы обихода. Совершенством и пластикой форм, способностью вмещать в себя любое содержимое они воплощали образ Космоса. Искусство гончара отождествлялось с искусством Бога — Творца Мира и было поэтому значимым и почетным.
Среди пуэбло популярностью пользовалось и ремесло ткачей. Они делали цветные покрывала и накидки, пояса, фартуки и юбки, которые до сих пор славятся по всему миру.
В мире индейцев юго-запада преобладал материнский род, во главе которого стояла мать, и личная собственность наследовалась только по женской линии. Но несмотря на это, главой семьи считался мужчина. Он же выполнял жреческие функции и руководил кланом.


10.2. Мировоззрение
североамериканских индейцев

Различные племенные жизненные стили североамериканских индейцев выливались в контрастирующие друг с другом религиозные ориентации: старые охотничьи религии и новые земледельческие.
В первом случае человек в одиночку искал помощи и защиты у сверхъестественных сил, необходимых ему в жизни и охоте. Лишь в экстремальных случаях, когда иссякали собственные ресурсы, он обращался либо к знахарю, либо к помощи коллективного ритуала. В аграрных обществах, напротив, индивидуализм подавлялся, и основными были ритуализм, кооперация и коллективизм, концентрирующие энергию членов племени для достижения общего результата.
Несмотря на различия бытовой и ритуальной жизни индейских племен, у них была основа, которая объединяла их всех. Эти люди пребывали в общей гармонии с одухотворенной Природой, в которой существуют рядом боги и люди, животные, растения и души умерших; с природой, в которой все взаимосвязано, сбалансировано, имеет одни и те же божественные корни. Задача человека заключалась не в том, чтобы создать новую внешнюю цивилизацию, а в том, чтобы, сотрудничая со священной Вселенной, поддерживать уже существующие Красоту и Порядок.
По верованиям индейцев, Вселенная состоит из трех основных уровней: верхнего — небесного, нижнего — подземного и среднего — земного. Они соединены так называемым Мировым деревом — моделью космоса и символом связи. Его корни уходят в преисподнюю, крона достает небо, ствол соединяет их и одновременно представляет мир людей.
Все этажи Вселенной пронизаны сверхъестественными силами — пуха, в фокусе которых находится фигура
Представления
о Вселенной
единственного сверхбога. Его часто называют «Отец Наш», хотя у каждого народа он носит свое имя (Там Ало — у шошонов, Уакан Танка — у лакотасиу, Ауонавилона — у зуни и т. д.). Как
правило, имя Отца объединяло несколько мощных духов — это как бы квинтэссенция всех сил. «Мы думаем о нем как о небе; он покрывает весь мир. Он человек на небе. Его власть простирается над всей землей», — говорят индейцы1 [1 Религиозные традиции мира. В 2 т. Т 1. — М.: Крон-Пресс, 1996. — С. 274.]. Верховное существо может выражать свое величие через звезды, солнце, луну. Именно оно, эманируя2 [2 Эманация (позднелат. emanatio) — истечение, исхождение — переход от высшей онтологической ступени универсума (Единое — Бог) к низшим, менее совершенным.], сотворило мир и людей в момент начала всех начал, и оно же управляет всей Вселенной, обновляя ее каждый год. Рядом с ним существует целый класс могущественных богов, более важных для продолжения жизни: Отец — Солнце, Мать — Луна, Мать — Земля, а также боги Грома и Молнии, Ветра и Дождя. Они обладают сверхъестественными силами, с одной стороны, благоприятными для людей, с другой — опасными и способными причинить вред.
Есть великое множество и других божественных духов, близких к человеку. Они принимают разнообразные формы и воплощают различные силы, могут быть доброжелательными к людям и нет. Места их обитания священны, опасны и встречаются по всей земле. Чаще всего это высокие горы, гейзеры и воды, населенные коварными существами, или холмы, леса и предгорья, где, как правило, живут духи-покровители. Всегда рядом с индейцем находятся тени умерших.
Мир сверхъестественного
Мир сверхъестественного постоянно окружает человека, поэтому он готов столкнуться с ним в любом месте, в любое время, умеет распознать его и
оказать знаки уважения: поделиться с духами пищей, невидимой сущностью которой они питаются, или обратиться с молитвой к богам и силам природы. Для улучшения контакта с высшими планами мироздания индейцы используют так называемые молитвенные перья или молитвенные трости — веточки красной ивы, раскрашенные в символичные цвета, с прикрепленными к ним перьями. Обычно их держат в поднятых руках или устанавливают, «сажают», в землю, произнося магические слова. Считается, что именно они содействуют передаче молитвы.
Особую роль в жизни всех индейских племен играли шаманы1 [1 Шаман — от эвенкийск. шамаан, саман — возбужденный, исступленный человек.]. Они выполняли функции жреца и врача, философа и знахаря, провидца, экстрасенса и колдуна. Считается, что шаманы умеют по собственному желанию при помощи определенных приемов (пение заклинаний, звуков барабана, бубна, трещотки и танцев) приводить себя в особое состояние — шаманский транс и вступать в прямое общение с духами2 [2 Лабораторные исследования показали, что барабанный бой, звуки трещотки вызывают изменения состояния центральной нервной системы; ритмическая стимуляция воздействует на активность обычно бездействующих областей мозга, а продолжительный танец способствует выбросу большого количества энергии. Все вместе это приводит к экстатическому состоянию — трансу.]. С их помощью шаманы могут проникать в скрытую реальность для того, чтобы обрести знание, силу и возможность помочь другим, будь то лечение людей или поиск пропажи, призыв удачи или поддержка умершего в момент перехода в новое состояние. Эта «работа» считалась крайне опасной — неправильное использование магической силы или непродуманный контакт с недоброжелательными духами могли привести к болезни или даже смерти.
Миф
о происхождении
Важную роль в мировоззрении индейцев играл так называемый миф о происхождении. В нем говорится о том, что однажды Отец-Небо (или Отец-Солнце)
появился из тумана первобытного мира и стал жить с Матерью-Землей. В результате в самом глубоком слое Земли была зачата жизнь. Это были суще-ства в определенной степени человеческого происхождения. Они понимали друг друга и обитали в недрах планеты.
Мир был пуст до тех пор, пока дети Неба (божественные силы) не вывели людей на белый свет. Тогда все существа на Земле были в определенной степени человеческого происхождения и понимали друг друга. Затем многие .из первобытных обитателей планеты превратились в животных и птиц. Только люди сохранили свое первоначальное обличие, но с тех пор перестали понимать своих бывших родственников в обычной реальности. Тем не менее сохранилось внутреннее подобие различных форм жизни и поэтому, считают индейцы, все связаны и зависимы друг от друга.
Тотемы
В знак признания такой связи индейцы уважали мир животных и имитировали его в действиях и одежде: украшали себя перьями птиц, звериными хвостами, испол-няли танцы, повторяющие повадки наиболее таинственных животных. Считалось, что они обладают магическими свойствами (силой), которую если хотят, могут передавать почитающим их людям. Так, медведь дарит внутреннюю мощь, кролик — удачу, сова — магию, змея — примитивную энергию, олень — быстроту в беге и благородство. Обладая силой какого-то одного животного, человек обретает свойство целого вида, например, архетипа орлов, волков и т. д. У каждого родового коллектива было такое животное-покровитель, дававшее ему свое имя. Поэтому существовал род Бобра и род Ястреба, род Цапли и род Бизона. Эти животные воспринимались как сородичи и назывались тотемами1 [1 Тотем — на яз. оджибве от отем — его род.] В их честь устраивались праздники, на которых события древних преданий как бы заново воспроизводились рассказом, танцевальной пантомимой и ритуальной песней. Таким образом прошлое вновь утверждалось в своем значении, а участники ритуала приобщались к нему.
Долгое время думали, что подобные действия играли исключительно магическую роль, способствуя увеличению числа животных, но сегодня большинство ученых склонны видеть в них скорее подтверждение родства и выражение желаний. Это своеобразная молитва в пластике и в то же время часть общего драматического процесса жизни. Ее цель — привести человека, общество в состояние гармонии с духом Вселенной и обеспечить природе продолжение.
Священное видение
В мировоззрении индейцев процветание жизни зависит от баланса трех компонентов — природы, человека и сверхъестественных сил, а ритуалы гармонизируют их, способствуя космическому единству и благополучию мира. Особое внимание уделялось так называемым священным видениям. Для их стимуляции часто использовались психотропные растения, например, особый вид маленького гладкого кактуса (мескал или пейот), растущего в штате Техас и в Мексике2 [2 Североамериканские индейцы создали целую религию — пейотизм (мескализм). Сходный культ у индейцев пуэбло был связан с дурманом (толоаче). За ним каждый год после предварительного очищения (поста, бани и т.п.) в пустыню отправлялись целые экспедиции. Иногда дурман и кактус заменялись водой зеленого табака.]. Он помогает войти в измененное состояние сознания (транс) и увидеть личного духа-покровителя. Узнать его просто. Считается, что если дух покажется кому-либо и заговорит с ним, значит он избирает этого человека и хочет ему покровительствовать.
Дух может явиться в людском обличий или зверином (что случается чаще)1 [1 Связано это с тем, что в «другой реальности» форма не играет решающей роли. Там сохраняется родство людей и животных, и они по-прежнему понимают друг друга.]. Он передает свои качества избраннику и обучает его «песне силы» (определенному коду из слов и мелодий) и «танцу силы» (выражавшему характер духа), которые призваны пробуждать и призывать хранителя. В момент их исполнения происходит своеобразная сделка: человек попадает в необычную реальность, а дух — в обычную, входя в тело человека. Со временем дух-покровитель и человек как бы сливаются в одно целое. Дух выражает себя в движениях своего проводника, их темпе, выражении лица, жестах, способности к перевоплощению (из человека в животное и обратно), в возможности понимать язык природы, а человек реализует его в нашей обычной жизни.
Североамериканские индейцы уверены, что люди, упустившие возможность обрести духа-покровителя, обречены на отсутствие успеха и могущества в жизни.


10.2. Мифы и легенды
Северной Америки

Мировоззрение индейцев Северной Америки как в зеркале отражалось в их легендах и мифах. Не было дерева или валуна, речного порога или тихой заводи, не связанной с каким-нибудь древним поэтическим поверьем. Так выражалась нежная и трогательная любовь народа к природе.
Язык сказаний богат так же, как и внутренний мир индейцев, он полон метафор, сравнений, очень образен и поэтичен. Не часто в текстах упоминается слово «любовь». Но именно этим чувством наполнены сказания индейцев. В них раскрыты все его оттенки и глубина: о дочерней верности и преданности говорит легенда «Серая Арка», об отцовском долге и самопожертвовании повествует «Скала Сиваш», о глубине и силе чувства двух любящих сердец, стремящихся победить смерть, рассказывает версия об Орфее индейцев зуни, о женской верности поют «Семь белых лебедей».
Индейские поверья особенно красивы, когда речь заходит об уроках действия добра и зла на душу человека. В них, по законам справедливости, жестокие, злые, кровожадные люди превращаются в камни, подобно их сердцам, а любовь и доброта продолжают жить и приносить пользу людям даже тогда, когда перестает биться сердце, вмещавшее их («Чародейка из Стэнли-Парка»). Доброта расценивалась индейцами как высшая добродетель. Отзываясь о том, кого особо почитают и любят, они первым делом говорят: «Он добрый». По их мнению, если человек добр, значит он уже владеет всем.
Легенды учат тому, что самые презренные состояния, до которых только может дойти человек, — это алчность, страсть к наживе, накопительству и жадность. Среди ирокезов, например, позорно иметь в доме еду, если ее нет у соседей. Неписаный закон гласил: следует делиться добром с менее удачливыми сородичами («Морской змей»). Присущая индейцам мораль требовала, чтобы дух наживы был уничтожен любой ценой. На Тихоокеанском побережье сохранилась легенда, в которой жадность уподобляется змею — скользкому и противному, победить его можно лишь чистотой и щедростью души.

Великий ворон
Во многих легендах вороны предстают как заколдованные люди. В мифах североамериканских индейцев они даже играют роль творческого сверхъестественного начала. Во всех североамериканских сказках, мифах и легендах всегда торжествуют самые высокие устремления человеческого сердца, и непременно терпят поражение его темные проявления. На шлифование граней добра и любви, честности, самопожертвования и благородства нацелено творчество индейцев. Есть в нем и здравый смысл, рожденный незаурядным умом, глубокая и мудрая философия, чистота этических норм и поэтическая красота высокой духовности — отражение прекрасной души народа.



Культура коренных народов Северной Америки является продуктом развития индейских племен, которые по месту обитания можно условно подразделить на несколько групп: народы арктической зоны, севера Тихоокеанского побережья, севера Канады, Калифорнии, лесных областей востока, прерий и юго-западной части современных США. Они находились на различных стадиях становления первобытного общества: от примитивных объединений собирателей и охотников до сложноогранизованных сообществ земледельцев. Это определило наличие различных традиций, характеризующихся либо явно выраженным индивидуализмом, либо коллективными ориентациями и проявлениями. Подобные черты культур аборигенов Америки, а также простой и безыскусный быт, наивное и искреннее восприятие мира, непосредственный каждодневный контакт с природой и наполнявшими ее священными силами только подчеркивают их единство с культурным миром других первобытных народов.










II


Культура
эпохи Средневековья






Западная Европа

11


Культура
Западной Европы в эпоху
Раннего и Классического
Средневековья

Крупный исторический период, именуемый «Средними веками», не имеет общепринятых хронологических рамок. Во многом это определяется различием взглядов на своеобразие и место данной эпохи в истории западноевропейских стран, культуру их народов. Так, до настоящего времени еще сохраняется взгляд на Средние века как период некоего провала в культурном развитии между античностью и Новым временем. Этот взгляд был сформирован еще в эпоху Возрождения и получил более полное обоснование в творчестве просветителей (однако подобную распространенную оценку, например, опровергала историко-культурологическая литература романтиков). Лишь в условиях кризисных явлений, поразивших западную цивилизацию на рубеже XIX—XX столетий, ученые-купьтурологи стали постепенно отходить от господствовавшей в науке (впрочем, как и в обыденном сознании) оценки на основе более всестороннего изучения несомненно противоречивой и многообразной культуры Средневекового мира.
Во всяком случае сегодня можно с известной долей вероятности считать, что период культуры Раннего и Классического Средневековья охватывает по меньшей мере десять веков, с V в. по конец XIV в., т. е. с момента падения Западной Римской империи до момента активного формирования культуры Возрождения. Период Раннего Средневековья занимает период V в. — XI вв., а Классического — XII — XIV вв.




11.1. Общая характеристика
Раннего Средневековья
Основными чертами Раннего Средневековья являются процесс формирования европейской общности народов, складывание феномена западноевропейского христианского типа культуры на основе повсеместного распространения христианства.
Христианство возникло в условиях тяжелого социально-экономического кризиса, охватившего рабовладельческие устои Римской империи и на ее излете в IV в. становится государственной религией в Риме. Первоначально в I в. н. э. христианство еще не знало церковной организации. Институт священства заменяли пророки, учителя, апостолы, проповедники, которые выходили из числа рядовых верующих и отличались в общей их массе харизмой1 [1 Под харизмой (от греч. charisma — милость, божественный дар) понималась способность, дарованная духом, к пророчеству, учительству, совершению чудес, исцелению и т.п.]
.
Укрепление
и распространение христианства
По мере сосредоточения руководства в христианских общинах в руках пресвитеров, диаконов, а затем епископов формируется институт священства. Епископы становятся блюстителями веры, пастырями, надзирающими за прихожанами, а также начинают бесконтрольно распоряжаться имуществом христианской общины. По мере роста отдельных общин епископы окружали себя должностными лицами, в круг обязанностей которых входила проповедническая деятельность наряду с финансовой, судебной и пр. На фоне упадка городского самоуправления, ослабления института светской власти епископы становятся первыми лицами в городах и городских округах. Столица дряхлеющей Римской империи тем не менее оставалась центром христианства, а ее христианская община стремилась придать римскому епископу особое значение. Так, получает распространение версия о том, что основателем римской общины и первым ее епископом был сам апостол Петр, а начиная с IV в. римский епископ стал именоваться папой римским.
Укреплению и распространению христианства и формирующейся церкви способствовали Никейский (325 г.) и Константинопольский (381 г.) Вселенские соборы, на которых были приняты основополагающие положения христианского вероучения, сформулированные в 12 пунктах «Символа веры». Они-то и становятся обязательными для всех христиан. Никейский собор принял догмат о троичности Бога: «Сын Божий есть истинный Бог, рожденный от Бога Отца прежде всех веков и так же вечен, как Бог Отец; Он рожден, а не сотворен, и единосущен с Богом Отцом». Константинопольский собор утвердил
догмат о равенстве и «единосущности» Божественной Троицы. Вера в воскресение Христа, в воскресение мертвых, в Божественную Троицу стала основой христианского учения. Вместе с тем христианство учило, что человек является земным воплощением Бога, любовь которого к человеку всеобъемлюща, зло же — результат первородного греха и нарушения заповедей. Слабый и склонный к греху человек может получить спасение с помощью церкви.
Христианство все более становится универсальным учением, охватывая огромные массы людей, занимавших различное социальное положение. Этому способствовал прежде всего его мировоззренческий аспект, трактующий человека вне зависимости от социального статуса как земное воплощение Творца, призванного стремиться к совершенству тернистым путем отказа от бренного, земного и бесконечной любви к Создателю и любви к ближнему по примеру Иисуса Христа. Одновременно христианство вовсе не отбрасывало, а на первоначальном этапе скорее синтезировало культурные достижения предшествовавших эпох, что облегчало обращение в него различных народов. Кроме того, идея единого происхождения рода человеческого как нельзя лучше отвечала тенденции к образованию крупных раннефеодальных государств, получив воплощение в Вестготском королевстве, королевствах бургундов, франков и наиболее ярко — в империи Карла Великого (конец VIII — первая треть IX вв.).

Карл Великий. Бронзовая статуэтка
Однако столь однозначно позитивная оценка ^ новой религии не отвечает на вопрос о том, почему на протяжении всего существования христианство было вынуждено бороться с многочисленными враждебными ему доктринами, и более того, претерпевать под воздействием этой борьбы изменения, модернизации как в отношении содержательной части вероучения, так и организационных его форм. По всей видимости следует обратить внимание на то, что христианство, как и любой тип культуры, претендующий на господство, по-своему сформулировало главное противоречие, лежащее в основе мира. Это противоречие между земным и небесным, телом и духом бескомпромиссно решалось христианством в пользу последнего. Христиане были призваны таким образом отрицать a priori проявления земной жизни, что вело на практике к жесткой регламентации извне всех видов культурной деятельности человека со стороны церкви. Отсюда берут корни многочисленные ереси и прочие виды сопротивления, столь жестоко подавлявшиеся церковью в рассматриваемый период.
Положение римско-католической церкви с момента падения Рима отличалось от положения греко-католического христианства. Так, уже в V в. византийские императоры добились существенного подчинения церкви своей власти, включения ее в политическую систему. Несмотря на то, что высшим органом греко-католической церкви являлись соборы, решение об их созыве принимал византийский император. На Западе Европы положение церкви было иным. Она не только не подчинялась верховной политической власти, но и сохранила практически полную самостоятельность в решении внутренних и целого ряда политических вопросов, начиная с IV в., с момента оформления института папства. Впрочем, история папства знала и период резкого ослабления (X — сер. XI вв.), когда в условиях обострившейся междоусобицы папский престол был временно подчинен светской власти германских императоров. Но уже с середины XI в. могущество и независимость пастырей римско-католической церкви были восстановлены. А в последующий период Классического Средневековья (XII—XIII вв.) влияние католической церкви и папства на все сферы общественной жизни еще более возросло. Достаточно упомянуть о самом могущественном главе католической церкви папе Иннокентии ///(1198—1216). Если его предшественнику Григорию VII (1073—1085) пришлось бороться за разграничение власти духовной от светской, то спустя сто лет Иннокентию III уже удалось не только получить практическую независимость от светской власти, но и заставить отдельных монархов признать вассальную зависимость от Ватикана. Преемник Григория VII имел уже полное основание сравнивать власть духовную и светскую с солнцем и луной: подобно тому как луна получает свой свет от солнца, так и королевская власть получала при Иннокентии III свой блеск и величие от власти папской. Соответственно активизировалось вмешательство церкви в международные дела, расширилась миссионерская деятельность, возросло ее экономическое могущество.
В значительной степени росту влияния католической церкви, а вместе с этим и утверждению западноевропейского типа культуры способствовал окончательный разрыв между западной и восточной христианскими церквами. Разногласия между блюстителями веры приобрели форму теологического спора о филиокве (fllioque}1 [1 Филиокве (от fllioque — и от сына) добавление, сделанное в VII в. западнохристианской (католической) церковью к христианскому «Символу веры» IV в. в догмате Троицы: об исхододении святого духа не только от Бога-Отца, но и от Сына. Православная церковь не приняла филиокве.], т. е. о том, исходит ли Дух Святой только от Бога-Отца (как утверждали византийские теологи) или от Бога-Отца и Бога-Сына (на чем настаивал Рим). В течение столетия разногласия приобретали все более непримиримый характер, и в 1054 г. обе церкви (православная и католическая) провозгласили полную независимость друг от друга. Этот разрыв способствовал в известной мере закреплению различий и некоторых особенностей в культурном развитии Западной Европы и народов, оказавшихся в орбите православия.

11.2. Влияние религии
на культурную жизнь


Для характеристики состояния средневековой культуры необходимы комплексное рассмотрение и оценка достижений различных ее отраслей (сфер). Однако при этом необходимо учитывать духовную доминанту социокультур-ного процесса Средневековья, или религиозные ориентиры общества. Религиозное миропонимание, как уже отмечалось, было основано на требовании подавления плоти и освобождения духа (философия аскетизма). На практике не представлялось возможным полное устранение рациональной человеческой деятельности, в силу чего церковь создает достаточно прочную систему регламентации общественной жизни путем ограничения ее проявлений различными правилами, предписаниями, обычаями и т. п. С другой же стороны, для поддержания беспрекословного авторитета церкви, сохранения чистоты ее догматов делается упор на развитие не рационального, а главным образом эмоционального восприятия действительности и основ вероучения. Проявления плотских страстей, признанные за греховные, заменялись страстной, подчас фанатической любовью к Христу, Деве Марии, с одной стороны, и фанатической ненавистью к врагам христианства. Вот что замечает в связи с этим известный исследователь средневековой культуры А. Я. Гуревич:

Эмоциональная насыщенность средневековой жизни при жестком ограничении всех форм рациональности делала средневековых людей чрезвычайно легковерными. Вера в видения, чудесные исцеления, посещения людей нечистой силой были неотъемлемой частью индивидуального и общественного сознания. Люди жили в атмосфере чуда, считавшегося повседневной реальностью1 [1 Гуревич А.Я. Категория средневековой культуры. 2-е изд. — М., 1984. — С. 182.].

Так постепенно вместе с распространением и укреплением позиций христианства и католической церкви религия становилась в центре всего социокультурного процесса, подчиняя и регламентируя основные его сферы. Расцвет данного типа культуры пришелся на период Классического Средневековья.
Неудивительно, что в иерархии сфер средневековой культуры бесспорное лидерство имело богословие {теология), в рамках которого осуществлялись распространение идеи христианства, воспитание священнослужителей,
Богословие. Еретизм
разработка эффективных методов воздействия на человека. Остальные сферы культуры так или иначе призваны были служить богословию, существовать в рамках выдвигаемых теологией доктрин и постулатов. Теология сыграла не последнюю роль в защите официальной церковной доктрины в области догматики и культа от многочисленных ересей (от греч. hairesis — особое вероучение), возникновение которых относится ко времени Раннего Средневековья и без учета которых нельзя представить социокультурную ситуацию этого времени.
Среди наиболее распространенных ранних ересей можно выделить моно-физитство (отрицало учение о двойственной, богочеловеческой природе Христа), нестроианство (доказывало положение о «самостоятельно существующей» человеческой природе Христа) адопцианскую ересь, в основе которой лежала идея об усыновлении (adopcio) Богом человеческого сына Христа и многие другие. Если в период Раннего Средневековья ереси отражали во многом процесс становления института церкви, ее иерархического строя, а во главе еретических движений часто стояли представители епископата (например, адопциане—толедский епископ Элипанд и ургельский епископ Феликс), то во времена расцвета Средневековья ереси были направлены уже против института церкви, значительной части клира, погрязшего в алчности и разврате, против всепроникающей церковной регламентации жизни. Таковыми были весьма распространенные в странах Западной Европы ереси катаров (Италия, Фландрия, Франция XI—XII вв.), вальденсов (Франция, конец XII в.), лоллардов (Антверпен, особое распространение получила в Англии), альбигойцев (Франция XII—XIII вв.) и др. Еретические движения Классического Средневековья носили достаточно ярко выраженный сословный характер, отражали интересы в основном малоимущих сословий, выступали против церковного землевладения, церковной десятины и т. п., проповедовали философию аскетизма. Одновременно они выдвигали постулаты, направленные против отдельных догматов церкви.

Аутодафе. Гравюра неизвестного художника
Римско-католическая церковь с момента своего оформления активно боролась с распространением ересей. Среди различных методов борьбы с ними в период Классического Средневековья наибольшее распространение получила инквизиция (от лат. ,nqusitio — розыск), действовавшая с XIII в. как регулярный церковный суд. Террор инквизиции был направлен не только против еретиков, но и против различных проявлений вольнодумства, колдовства, знахарства и т.п. Итогом тайного дознания с применением пыток в застенках инквизиции стали не менее устрашающие публичные казни, сожжения еретиков (так называемые аутодафе, букв. акт веры). Наибольшая активизация деятельности инквизиции пришлась на период Реформации (см. гл. 12).
Небезынтересно отметить, что расходы по содержанию этого репрессивного органа церкви покрывались из сумм, конфискованных у еретиков. Наряду с традиционными источниками пополнения церковной казны, широкой коммерческой, общеэкономической деятельностью, доходами по линии инквизиции и пр. значительное распространение получает продажа индульгенций (от лат. indulgentia — милость). Схоластика разработала целое учение об индульгенциях — грамотах об отпущении грехов как уже совершенных, так и предполагаемых. Цена индульгенции зависела от тяжести совершенного преступления, цена же индульгенции, отпускающей будущее преступление, зависела также и от срока действия индульгенции. По сути церковь, призванная стоять на страже христианской морали и законности, в действительности поощряла преступления, что не могло не вызывать роста возмущения, в частности, распространения еретических движений.
Философия
Заметное место в иерархии сфер средневековой культуры занимала философия. Она являлась первой «служанкой» богословия. Главной ее задачей относительно религии было предоставлять доказательства истинности христианской веры. Особенно преуспели в решении данной задачи схоласты, многими положениями которых пользуются и современные теологи. Самое веское доказательство существования Бога представил Томас Аквинат (1225—1274), доминиканский монах, объявленный католической церковью во второй половине XIX в. непререкаемым авторитетом в области богословия, философии, истории, политики и права. Т. Аквинат, в частности, утверждал, что в поисках причин всех явлений человеческий разум, восходя по лестнице причин, неизбежно должен прийти к идее верховной причины всех явлений и процессов, коей и является Бог. Впрочем, наряду с вопросами апологии религии философия Средневековья разрабатывала и собственную проблематику: формальную логику, диалектику понятия, искусство спора и т. д.
Строго определенный иерархический порядок, соответствующий феодальной сословной лестнице, подчинял остальные «низшие» науки (астрономию, геометрию, историю и т. д.) философии, которая в свою очередь, как отмечалось, сама служила теологии. Но так же, как и философия, «низшие» науки решали свои внутренние задачи, постепенно накапливая опыт и знания, подготавливая следующий этап культурного развития западноевропейского общества. Одним из примеров такого накопления знаний под неусыпным оком теологии было создание энциклопедий или энциклопедических сводов («сумм») в форме ответов на вопросы, соединявшие богословие, рациональную методику, формально-логические проблемы. Энциклопедии не просто предоставляли читателю сумму знаний, а должны были, по замыслу составителей, доказывать единство мира как создания Творца. В них содержались сведения по различным отраслям знаний. Наряду с энциклопедиями были созданы учебники по медицине и математике.
Институт монашества
Огромную роль в распространении религиозного мировоззрения как на Западе, так и Востоке, играл институт монашества. Максимально приближенная к христианскому идеалу аскетизма, самоотреченной любви к Всевышнему и ближнему, организация монастырской жизни позволила не только добиться значительных успехов в области ведения хозяйства, о чем достаточно широко известно, но и превратить монастыри в подлинные центры средневековой культурной жизни, образования, воспитания, науки. Например, еще в период Раннего Средневековья, в 529 г. Бенедикт Нурсийский основал католический монашеский орден в Монтекассино (Италия), по образцу монастырей на Востоке, поставив задачу накопления знаний и развития науки. Монахи бенедиктинских монастырей вскоре стали известны как искусные врачеватели и фармацевты, научившиеся выращивать лекарственные растения и изготавливать лекарственные средства. На рубеже VII и VIII вв. англосаксонский летописец монах Беда Достопочтенный (672 — 755) произвел расчет церковного календаря, связанного с периодичностью астрономических явлений. Известность получили энциклопедический сборник аббата Грабана Мавра (VIII в.), в котором были собраны сведения по различным наукам: «Книга о делении чисел», «Правила счета на абаке», а также трактат по геометрии французского монаха Герберта (X в.); «Записки о различных ремеслах» монаха Теофила (X в.) и т. д. В период Классического Средневековья монастыри не потеряли своего значения как центры культурной жизни. В начале XIII в. возникли нищие монашествующие ордены, члены которых в поисках хлеба насущного бродили по городам и селам, оказывая влияние на народную культуру.
Главную роль в становлении системы образования сыграли школы, находившиеся в V—IX вв. в руках церкви. Целью школ была подготовка служителей церкви, которая составляла программы обучения и осуществляла отбор учащихся. Наряду с изучением богословских наук в церковных школах сохранились предметы, доставшиеся ей в наследство от античной системы светского образования: грамматика, риторика, диалектика с элементами логики, арифметика, геометрия, астрономия и музыка. Параллельно с этими школами церковь открывала «внешние» школы, где обучались юноши, не предназначенные для церковной карьеры. Во второй половине XI в. в Европе стали появляться светские школы для обучения детей из знатных семей.
В 1088 г. на основе Болонской юридической школы был открыт первый университет(рг лат. universitas — совокупность, общность).
В XII—XIII вв. возникают университеты в других странах Западной Европы. В Англии первым был университет в Оксфорде (1167), вторым — университет в Кембридже (1209). Первый университет Франции был основан в Париже (1160). Это был типичный средневековый университет, где преподавание велось на латинском языке, поэтому здесь могли обучаться студенты со всей Европы. В Парижском университете имелось четыре факультета: общеобразовательный (младший, подготовительный, где преподавались семь свободных искусств) и богословский, медицинский, юридический (старшие факультеты, куда принимались студенты, окончившие общеобразовательный факультет). Церковь достаточно успешно осуществляла контроль за преподаванием в университетах. Так, по требованию церкви из университетов изгонялись неугодные ей преподаватели, а богословы получали привилегированное положение среди коллег, как это произошло, например, в 1255 г. в Парижском университете на основе специальной буллы папы Александра IV.
Искусство и архитектура
Художественное творчество Средневековья также испытывало сильнейшее влияние церкви. Средневековый художник был призван отображать лишь совершенство

Романский стиль. Церковь монастыря
Мария Лах. Германия
миропорядка, строго следуя все более ужесточавшимся церковным канонам. Характерно в этой связи распространенное название художника — геометр, которое лишь в XIV в. было заменено на аджест (художник). И тем не менее универсальные каноны церкви накладывались на специфику национальных культур, что выражалось в особенностях архитектурных форм, в разнообразии приемов изобразительного искусства и пр. Подтверждением этого может служить, в частности, наличие нескольких стилей, характеризующих архитектуру Средневековья.
Для Западной Европы периода Раннего Средневековья был характерен романский стиль, особенно получивший развитие с конца Х в. Сам же термин «романский» был введен в научный оборот в начале XIX в. французскими археологами, которые увидели сходство обнаруженных построек с древнеримской архитектурой, с ее полукруглыми арками, элементами украшений и т.д. Светские постройки романского стиля отличаются массивностью форм, узкими оконными проемами, значительной высотой башен, так как они выполняли функции фортификационных сооружений. Те же черты массивности характерны для храмовых сооружений, которые изнутри покрывали настенные росписи — фрески, а снаружи — ярко раскрашенные рельефы. Рыцарский замок, монастырский ансамбль, церковь — основные виды романских сооружений, дошедшие до нашего времени. Характерными образцами романской архитектуры являются собор Нотр-Дам в Пуатье, соборы в Тулузе, Орсинвале, Велезе, Арне (Франция), соборы в Оксфорде, Винчестере, Нориче (Англия), в Станагере (Норвегия), в Луиде (Швеция), церковь монастыря Мария Лах (Германия) и др.
Для росписи и скульптуры романского типа характерно плоскостное двухмерное изображение, обобщенность форм, нарушение пропорций в изображении фигур, отсутствие портретного сходства с оригиналом, напряженная духовная выразительность. Изображения исполнены строгостью, зачастую крайне наивны.
К концу XII в. романский стиль сменяется готическим1 [1 От итал. gotico — готский, по названию германского племени готов.].

Расцвет его относится к XIII— XV вв. Эпоха готики совпала со временем становления и развития городских центров в период Классического Средневековья. Первые храмовые постройки готического стиля, ставшие образцом для более поздних сооружений, характеризуются уносящимися ввысь стройными колоннами, собранными как бы в пучки и раскрывающимися на каменном своде; огромными вытянутыми вверх окнами, украшенными витражами и непременной «розой» над входом в храм. В основе общего плана готического храма лежит форма латинского креста.
Снаружи и изнутри соборы украшались статуями, рельефами, витражами, живописью, подчеркивавшими наиболее характерную черту готики — устремленность ввысь. Таковы были готические соборы в Париже, Шартре, Бурже, Бове, Амьене, Реймсе (Франция).
Готический стиль.
Собор Нотр-Дам,Амьен. Франция
Несколько отличались соборы Англии, для которых были характерны большая протяженность и своеобразное пересечение стрельчатых арок сводов. Наиболее яркими образцами готического стиля Англии являются Вестминстерское аббатство в Лондоне, соборы в Солсбери, Йорке, Кентербери и др.
Переход от романского стиля к готике в Германии был более медленным, чем во Франции и Англии. Этим объясняется наличие большого количества сооружений эклектического стиля. Недостаток строительного камня, особенно в северных районах Германии, вызвал к жизни кирпичную готику, распространившуюся достаточно быстро по всей Европе. Первым кирпичным готическим храмом была церковь в Любеке (XIII в.)
В XIV в. возникает новая техника — пламенеющая готика, для которой было характерно украшение здания каменным кружевом, т. е. тончайшей резьбой по камню. К шедеврам пламенеющей готики можно отнести соборы в городах Амбере, Амьене, Аласоне, Конше, Корби (Франция).
Готическая архитектура выдвинула новые требования к скульптуре и живописи. Появляется круглая скульптура, изображение становится более реалистичным, богаче палитра красок.
Литература
Важным элементом художественной культуры Средневековья было литературное творчество. Высокого развития достигает устная поэзия. Лучшими образцами ее являются произведения героического эпоса Англии и Скандинавии. Крупнейшее произведение героического эпоса Англии «Поэма о Беовульфе», созданная около 700 г. и повествующая о ратных подвигах мужественного, справедливого и бесстрашного витязя Беовульфа.
Памятник скандинавского эпоса — «Старшая Эда» представляет сборник древненорвежских и древнеисландских песен и сказаний о героях. Эти произведения исполнялись певцами-музыкантами.
Весьма важный элемент устного творчества — саги, сохранившие память народа о действительных исторических событиях («Сага о Ньяле», «Сага об Эгиле», «Сага об Эрике Рыжем» и др.).
Еще одно крупное направление художественного творчества — рыцарская литература, получившая повсеместное развитие в период Классического Средневековья, в условиях феодальной раздробленности. Героем ее был воин-феодал, совершающий подвиги. Наиболее известны «Песнь о Роланде» (Франция), рыцарский стихотворный роман «Тристан и Изольда» (Германия), «Песнь о Нибелунгах» (Германия), «Песнь о моем Сиде» и «Родриго» (Испания) и др.
К западноевропейской рыцарской литературе относится и распространенная рыцарская лирическая поэзия, воспевавшая образцы верности даме сердца, ради которой рыцари подвергали себя всевозможным испытаниям с риском для жизни. Поэты-певцы, прославлявшие в своих песнях рыцарскую любовь, в Германии назывались миннезингерами (певцы высокой любви), на юге Франции — трубадурами, а на севере страны — труверами.
Весьма значительным явлением в литературном творчестве средневековой Европы была поэзия вагантов (от лат. vagari — бродить), родиной которой считается Франция. Вместе с появлением нецерковных школ в XII в. и возникает данная субкультура — в форме поэтического творчества учащихся этих школ, бродивших по городам и весям. Особенностью творчества вагантов была его яркая антиклерикальная направленность, что безусловно вызывало ответные репрессивные меры со стороны церкви.
Городская культура
С развитием городской культуры связано творчество жонглеров (Франция) и шпильманов (Германия), которые выступали в XI—XII вв. на площадях городов как актеры, акробаты, дрессировщики, музыканты и певцы. Среди шпильманов (spilman — букв. игрец) можно было встретить и небогатого рыцаря, и школяра, и подмастерья. Церковь, как и светская власть, издавна преследовала шпильманов. Например, по судебнику («Саксонское зерцало», VIII—IX вв.) шпильманы, как преступники, стоят вне закона. Тот же, кто против воли отца становился шпильманом, по судебнику лишался наследства. Однако, когда в XII в. среди шпильманов стали появляться странствующие клирики, отношение к игрецам стало меняться. Известно достаточно много случаев, когда знатные особы не только принимали их на службу, но и доверяли шпильманам посольские поручения в силу специфики их образа жизни и достаточно высокого образовательного уровня. В целом для эпического искусства шпильманов были характерны анонимность, т. е. автор не называл своего имени и не давал собственных оценок действующим лицам своих произведений, а также гиперболизм (намеренное преувеличение числа или силы).
Театр
Одной из основных форм театрального искусства был церковный театр. Приблизительно с XI в. во время литургии в храмах стали разыгрываться драматические религиозные сценки, основанные на библейском сюжете, называемые мистериями. В XIII в. эти действа стали выноситься на площади перед храмом. Участники представлений были горожане. По ходу представления появились различные импровизации, включавшие сценки из обыденной жизни, которые получили название фарса. Позднее фарсом стали называть самостоятельную форму средневекового сатирического, юмористического, зачастую фривольного содержания спектакля, персонажи которого представляли определенные социальные типы.
Одновременно широкое распространение с XIII в. получает особый жанр драмы в стихах — моралите, назидательной аллегорической пьесы, персонажи которой были олицетворениями добродетелей и пороков.
Уже в XIV в. в культурной жизни европейских стран возникают новые тенденции, проявляющиеся в усилении интереса к человеческой личности, реалистическому отображению действительности. Особенно эти тенденции стали заметны в культуре средневековой Италии. Приближался новый период в_кулыурном развитии Западной Европы -— Ренессанс.



Эпоха Средневековья не может рассматриваться как период провала в развитии западноевропейской культуры от античности к Новому времени. Также едва ли можно смотреть на нее как на период своеобразного застоя. При всей противоречивости культурологического процесса более правомерно утверждение о том, что именно в это время сложились важнейшие черты западноевропейского христианского типа культуры на основе повсеместного распространения христианства. Институт церкви, христианское вероучение занимали в рассмотренный период доминирующие позиции практически во всех сферах культурной жизни средневекового общества. Однако на излете эпохи Классического Средневековья отчетливо проявилась тенденция к секуляризации прежде всего в духовной сфере на основе распространения гуманистических идей.


















12

<< Пред. стр.

стр. 5
(общее количество: 16)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>