<< Пред. стр.

стр. 8
(общее количество: 16)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>



В Коране, помимо проповедей, молитв, заклинаний, назидательных рассказов и притчей, содержатся и обрядовые, и юридические установления, регулирующие различные стороны жизни мусульманского общества. В соответствии с этими предписаниями и строились семейные, правовые, имущественные отношения людей. Свод норм морали, права, культурных и прочих установок, регламентирующих всю общественную и личную жизнь мусульманина, называемый шариат1 [1 Шариат (от араб. шариа, букв. надлежащий путь) — важнейшая часть мусульманского права, его источник. Излагает общие положения Корана и Сунны, касающиеся поведения верующих мусульман.], является важнейшей составной частью системы ислама.
Шариат формировался в течение VII—VIII вв. К IX в. на базе норм шариата была разработана оценочная шкала для всех поступков верующих.
К обязательным поступкам, были отнесены те, невыполнение которых наказывалось при жизни и после смерти: чтение молитв, соблюдение поста, различных ритуалов ислама. В число желательных поступков входили дополнительные молитвы и посты, а также благотворительность, это поощрялось при жизни и вознаграждалось после смерти. Безразличные поступки — сон, еда, вступление в брак, пр. — не поощрялись и не запрещались. Неодобряемыми, хотя и не наказуемыми поступками, назывались поступки, вызванные желанием насладиться земными благами: чувственной была культура средневекового Арабского Востока, склонного к роскоши. Особенно это проявлялось в еде. В городах в почете были дорогие, индийские ядра фисташек, вымоченные в розовой воде, яблоки из Сирии, стебли сахарного тростника, съедобная глина из Нишапура1 [1 Родионов М. Голубая бусина. С. 79.]. Важную роль играли благовония, применявшиеся в жизни: благоуханные масла готовили из лотоса, нарциссов, белого жасмина, лилий, гвоздики, розы, популярными были ванны из фиалкового масла, пр. К запрещенным поступкам относились те, которые наказывались и при жизни, и после смерти: так, запрещалось пить вино, есть свинину, играть в азартные игры, заниматься ростовщичеством, колдовать, пр. Несмотря на запреты ислама, многие жители средневекового Арабского Востока продолжали пить вино (особенно это было характерно для городов), но все прочие запреты — на свинину, кровь, мясо любого животного, убитого не по мусульманскому обряду, — строго соблюдались.
Положение мужчины и женщины
На основе Корана и с учетом доисламских традиций было разработано право наследования, опекунства, заключения браков и разводов. Брак рассматривался как важнейшее событие в жизни мужчины и женщины. Идеальным считался союз двоюродного брата и сестры, а число законных жен было ограничено четырьмя. Было подтверждено подчиненное положение женщины в семье и обществе, и счет родства велся строго по отцовской линии.
Мужчина признавался абсолютным лидером. Божье благословение, как полагали на Арабском Востоке, лежало именно на сыновьях, и поэтому только после рождения сына человек здесь считался полноценным. Настоящего мужчину отличали великодушие, щедрость, умение любить и веселиться, доблесть, верность данному слову. От мужчины требовалось постоянно утверждать свое превосходство, быть стойким, терпеливым и готовым к любым невзгодам. На нем лежала забота о старших и младших, он должен был знать свою родословную и родовые предания.
Благотворное влияние оказал ислам на отношение общества к рабам: освобождение раба теперь рассматривалось как гуманный и желательный для благочестивого мусульманина поступок. Однако на протяжении всего Средневековья количество рабов почти не сокращалось, работорговля была обычным для купцов занятием, а рабы — одним из самых ходовых товаров на восточных рынках: устойчивые традиции менялись медленно.
Традиционные нормы поведения восточного общества сочетались с традиционным мышлением. Оно, в свою очередь, во многом определялось мифологией.
Важнейшей составной частью ее была джиннология — учение о джиннах2 [2 Джинн (араб , букв. дух), по Корану — фантастическое существо из "чистого" (бездымного) огня, сотворенное Аллахом.]. Ислам так определял их место в мире: джинны-демоны, сотворенные из
Мифология Арабского Востока. Менталитет
чистого огня, уступали человеку, сотворенному Аллахом из глины, и, разумеется, ангелам, сотворенным из света. Все они — и человек, и ангелы, и демоны — покорны воле Аллаха.
Джинны-демоны в чем-то похожи на людей: они смертны, хотя и могут жить очень долго, многие сотни лет, они нуждаются в пище, могут сочетаться браком друг с другом или с людьми. Во многом, однако, они превосходили человека: способны летать, проникать глубоко под землю и воду, становиться видимыми и невидимыми, оборачиваться различными людьми, животными, растениями.
Джинны могли быть добрыми и злыми; добрые приняли ислам, злые остались неверными, однако человеку следует опасаться и тех, и других. Самых свирепых демон-шайтанов называли маридами, их следовало особо остерегаться. Кроме того, кровожадными и зловредными были ифриты, — то ли злые духи, то ли призраки умерших. На кладбищах и в других заброшенных пустынных местах обитали волосатые оборотни гули, всегда готовые сожрать одинокого путника.
Вообще на Арабском Востоке верили, что джинны подстерегают человека на каждом шагу. Поэтому даже в повседневной будничной жизни следовало быть настороже: так, прежде чем зажечь огонь в очаге или достать воду из колодца, следовало попросить у Аллаха защиту от демонов и демониц.
Определенную защиту от злых сил обеспечивали амулеты. Важнейшим амулетом была изготовленная из меди ладонь с голубой бусинкой — это была «ладонь Фатымы» — по имени дочери пророка Мухаммеда. Считалось, что «ладонь Фатымы», так же как и другие амулеты — плоские серебряные лягушки-близнецы, серебряные броши, раковины каури, — предохраняли человека от сглаза.
Сглаза очень боялись и им объясняли многие явления в жизни — от болезни до неурожая. Считалось, что сила сглаза многократно усиливается, если это сопровождается недоброжелательными или, напротив, слишком льстивыми речами. Так воспитывались уклончивость в речах, склонность к постоянным оговоркам: «По воле Аллаха», желание скрыть от чужих за глухой стеной свою частную семейную жизнь. Это повлияло и на стиль одежды, в первую очередь, женской: женщины носили глухие лицевые покрывала и довольно бесформенные платья, почти полностью скрывающие фигуру.
Большое значение на Арабском Востоке придавалось снам; там верили в вещие сны, и уже в начале XI в. Ад-Динавари составил первый сонник на арабском языке. Придумывать и домысливать сны не дозволялось: «Лгущий о своих снах ответит в день восстания мертвых», — сказано в Коране.
Гадание по снам было средством заглянуть в будущее. Кроме того, гадали по птицам, прежде всего, по полету воронов и орлов, и были уверены в том, что коршун, страус, голубь и сова предвещают несчастье. Желание заглянуть в неведомое приводило к занятиям магией и ворожбе. Отношение к магии было неоднозначным: дозволялась белая, или высокая магия, к которой прибегали благочестивые люди в благородных целях. В этом им помогали небесные ангелы и добрые джинны, принявшие ислам. Черной магией, полагали на Арабском Востоке, занимались нечестные люди, и помощниками их выступали злые шайтаны.
Склонность к гаданию, как и многие другие черты менталитета жителей Ближнего Востока, обнаружились задолго до принятия там ислама и пережили эпоху Средневековья, перейдя в Новое время, а затем и Новейшее время.



Арабская средневековая культура сложилась в тех странах, которые подверглись арабизации, восприняли ислам и в которых классический арабский язык господствовал долгое время как язык государственных учреждений, литературы и религии.
Вся средневековая арабская культура, повседневный быт и образ жизни людей, нормы морали в обществе развивались под воздействием Исламской религии, возникшей у племен Аравийского полуострова в VII в.
Наибольший расцвет арабской культуры пришелся на VIII—XI вв. В это время успешно развивались поэзия, давшая миру Омара Хайяма и для которой был присущ светский, жизнерадостный и одновременно философский характер; составлены знаменитые и сейчас на весь мир сказки «Тысяча и одна ночь»; активно переводилось на арабский язык множество произведений других народов, прежде всего античных авторов.
Арабы внесли значительный вклад в мировую математическую науку, развитие медицины, философии. Они создали такие своеобразные архитектурные памятники, как мечети и знаменитые храмы в Мекке и Дамаске, придав значительное своеобразие постройкам, украсив их орнаментом — арабской вязью.
Влияние ислама обусловило неразвитость в арабской культуре живописи и скульптуры, предопределив уход изобразительного искусства в ковровость.
Ислам — самая молодая из трех мировых религий, значение которой неуклонно возрастает. В современном мире ислам — вторая по числу последователей мировая религия.



















17

Культура
средневековой Индии



Средневековая Индия — страна развитой культуры, фундамент которой закладывался с глубокой древности. Средневековая культура страны формировалась под влиянием многих факторов, среди которых главным оказалось иноземное мусульманское влияние. В эпоху мусульманского господства родилось национальное сознание индийского народа, оформилась общность индийской культуры и религии



17.1. Раджпутский период
Общая характеристика периода

В эпоху Средневековья Индия вступила в VII в. раздробленной на ряд мелких государств, которые образовались после недолгого господства кочевников-эф-талитов, уничтоживших империю Гуптов. Эпоха Гуптов стала восприниматься как золотой век индийской культуры. Однако обособления районов и упадка культуры в феодальных центрах не произошло из-за развития портовой торговли. В результате слияния пришлых народов с местным населением возникла компактная этническая общность раджпутов, возводивших свои родословные к кшатрийским Солнечной, Лунной и Огненной династиям. Под эгидой раджпутских кланов оформилась система устойчивых политических центров — Северная Индия, Бенгалия, Декан и крайний юг (VII—XII вв.).
Религиозные воззрения
Раздробленность страны и кастовое неравенство ее жителей поддерживала религия — индуизм, вобравшая в себя многие древнеиндийские культы. В период раздробленности индуизм окончательно взял верх над буддизмом. В Х—XII вв. последние очаги буддизма, вытеснявшегося в страны Юго-Восточной Азии, угасали в Кашмире, Бихаре и Бенгалии, а к XIII в. буддизм в Индии и вовсе перестал существовать. На юге страны прочно утвердились джайны, которые пользовались поддержкой многих царствующих династий.
Идеологическим центром религии вплоть до XIII в. оставался г. Мадураи, оказывавший огромное влияние на культуру. В VIII в. в Индию переселились, спасаясь от преследований мусульманских завоевателей, парсы (то есть персы), последователи пророка Заратустры, потомки иранских зороастрийцев. Объявленные мусульманскими правителями Средневекового Ирана неверными, парсы вплоть до XII в. мигрировали на западное побережье полуострова Индостан, где и осели, сделав порт Сурат своим центром.

Определяющую роль в утверждении индуизма в Индии сыграли шиваизм (поклонение Шиве, одному из трех лиц индуистской Троицы, наряду с Брахмой и Вишну) и деятельность философа Шанкарачарьи (788—820), способствовавшего основанию шиваитских монастырей по всей Индии. В XI в. философ Рстануджа (? — 1137) дал теоретическое обоснование течению бхакти, поставив в центр идею любви к Богу и показав возможность прямого, без обрядов и жрецов, эмоционального контакта с Ним. Это послужило импульсом для развития вишнуизма (поклонение Вишну, в том числе одной из наиболее популярных его персонификаций — Кришне). Роль первого лица индуистской Троицы (Брахмы) была оттеснена на второй план. Он все больше стал ассоциироваться с Вишну и изображался сидящим на лотосе, который вырастал из пупа покоящегося Вишну.
Шива и его жена Парвати
При отсутствии канона, церкви и догматики общим для индуистских сект было учение о долге, поступках, непричинении вреда живым существам и обряд поднесения цветов и плодов богам. Течение бхакти было широко распространено географически и этнически и наименее организованно в социальном плане. С ним связаны «взрыв» храмового строительства и установление регулярного храмового богослужения, а также расцвет гимнотворчества.
Особенностью религиозной жизни Индии эпохи Раннего Средневековья стало широкое распространение тантризма (от «тантра» — система, традиция, текст), берущего свои истоки в древнейшем культе Великой Богини-Матери (Дэви). Этот животворный мифологический образ, вошедший в официальный индуистский пантеон в облике супруги Шивы (под разными именами), был широко популярен в Индии, но особенно почитался в Бенгалии и на дравидском юге. Тантризм отождествляет мироздание с телом человека, обоготворяет женщину, допускает для особо зрелых духом ритуальное снятие обычных социальных и религиозных запретов во имя высших целей. Тантризм имел множество верных почитателей, особенно из среды женщин.
Праздники, обряды, обычаи
Праздники Индии, большинство которых имеет религиозную основу, дают наглядное представление о красочном многообразии индийской культуры. В стране с древности и по сей день действует лунный календарь, поэтому новолуние и полнолуние обрели здесь священный смысл. Осенью, обычно в конце октября, в самую лунную ночь года индийцы отмечают праздник полной луны. Существуют праздники в честь священного дерева, в честь змей. Особый праздник — целый месяц с января по февраль отмечают у слияния Ганги и Ямуны. Раз в 12 лет здесь проходит праздник, во время которого в день зарождения новой луны к устью приходит более 5 млн. человек, чтобы произвести священное омовение.
Многие праздники посвящаются какому-либо божеству, в честь которого произносятся торжественные речи, поются гимны, читаются священные тексты. Так, богиню Дурги (Недосягаемую) прославляют в октябре, богиню знаний и искусств, мудрости и красноречия Сарасвати — ранней весной.
Один из трех центральных индуистских праздников — Холи — самый красочный праздник. Он отмечается в день полнолуния месяца пхальгун (март— апрель). Это праздник весны и расцветающей природы, посвященный Кришне. Особенно весело праздник проходит на его легендарной родине во Вриндаване. На перекрестках разжигают костры, символизирующие очищение от злых сил, а утром люди, и старые, и молодые, выходят на улицы и начинают поливать друг друга подкрашенной водой, женщины выходят из своего уединения, ломаются кастовые барьеры. После купания в священной реке люди обнимают друг друга и угощают сладостями. Согласно легенде, Холи знаменует победу Кришны над дьяволицей по имени Холика. Это был любимый праздник Кришны, героя-пастуха, пленявшего своей красотой деревенских девушек.
Другой популярный персонаж индуистских празднеств — герой, легендарный царевич Рама, седьмое воплощение великого Вишну, сошедший на землю ради уничтожения зла, персонифицированного в образе царя демонов Раваны. В марте-апреле празднуется день рождения Рамы. Наиболее ревностные почитатели Рамы покрывают все тело татуировкой имен Рамы, его возлюбленной Ситы, его друга, обезьяньего полководца Ханумана. Герою Раме посвящены также два из трех самых больших индуистских праздников. Один из них (отмечаемый в октябре) посвящается победе Рамы над Раваной, добра над злом, другой праздник света (три недели спустя), в этот день люди воздают благодарность орудиям своего труда, очищают их, украшают цветами, воздают им почести.
Еще один популярный праздник — Шиваратри, его называют еще Великой ночью бога Шивы. Праздничный обряд его предписывает пост, повторение имени бога, пение гимнов в его честь, почитание его священного изображения — осыпание листьями дерева бэль-бильва и экстатические пляски.
В эпоху индийского Средневековья стремительно набрал популярность образ слоноголового бога Ганеши. Это бог — устранитель препятствий, благой покровитель любых начинаний, он стал воплощением мудрости и образованности, патроном искусств и литературы. Этому богу посвящалось много праздников. Гигантские гипсовые изображения четырехрукого Ганеши, восседающего на лотосе, украшали цветами, драгоценностями, подносили ему сладости и фрукты, а после всех церемоний бросали в воду.
Философия
и наука
В Раджпутской Индии философия впервые превращается в самостоятельную отрасль знания. В рамках индуизма завершается оформление шести классических философских учений — даршан1 [1 На санскрите понятию философия соответствует слово «даршана», что буквально означает взгляд, видение.]. Особенностью индийской философии является ее интеллектуальная терпимость. Различные учения не опровергают, а дополняют друг друга, утверждая, что истина одна, но она многогранна. Философское знание — не самоцель, а средство внутренней трансформации, ведущей к освобождению. Последнее же не может исходить от какой-либо внешней силы (например, судьбы), но достигается собственными делами и мыслями на протяжении всей жизни. Точкой соприкосновения философов всех направлений была уверенность в том, что для достижения высшей мудрости недостаточно проникнуть разумом в сущность вещей, нужны еще нравственная чистота и восприимчивость поэта.
В индийской философской мысли выделяются шесть основных ортодоксальных школ. Первая (санкхья) признает две исходные реальности: дух, сознание и материальную первопричину существования любых объектов. Независимые, сами по себе, при соприкосновении друг с другом они дают начало миру объектов путем нарушения исконного равновесия трех составляющих сил: ясности, активности и инертности. Вторая школа (йога) принимает учение первой школы и применяет его на практике с целью наибольшей самореализации человека. Йога главным образом стремится разрушить искажения, порождаемые умом, и в первую очередь (смещение), неразличение интеллекта и духа.
Третья школа (ньяя) рассматривает логические проблемы познания, четвертая (вайшешика) — различные категории материи, утверждая, что все физические объекты состоят из несотворенных и вечных атомов четырех видов. Пятая школа (миманса) изучает причинные связи, шестая — венец классической индийской философии (веданта) — объединяет в себе множество религиозно-философских направлений. Ее наиболее влиятельная разновидность — адвайта, занявшая господствующее положение в индийской философии. Представители этой школы утверждали реальность одного Брахмана, мирового духа, а все сущее объявлялось результатом Его деятельности.
Неортодоксальные школы стояли на материалистических позициях, отрицали реальность каких бы то ни было духовных субстанций. Исповедуя объективный детерминизм, они утверждали, что все происходит в силу рока, обстоятельств и природы существ.
В Индии издавна считается, что каждый элемент мироздания имеет свой смысл и потому заслуживает тщательного изучения. Поэтому такие фундаментальные науки, как астрономия и медицина, развивались непрерывно и интенсивно с самой глубокой древности. Выдающимися математиками Раджпутского периода являются Брахмагупта (VII в.), Махавира (IX в.) и Бхаскара (XII в.). Они поняли значение положительных и отрицательных величин, решили множество сложнейших уравнений, впервые стали извлекать квадратный и кубический корни, а также вскрыли смысл таких понятий, как ноль и бесконечность. Бхаскара математически доказал, что бесконечность, как бы ее ни делили, все равно останется бесконечностью. Считается также, что именно в Индии позаимствовали свою десятичную систему с использованием ноля арабы, от которых она затем попала к европейцам.
В Раджпутскую эпоху была создана оригинальная по своим методам лечебная школа — аюрведа (наука о долголетии), отводившая главное место профилактике болезни, гигиене и диете. Индийские медики особо подчеркивали значение свежего воздуха и водных процедур. Важную терапевтическую роль играла также йога, дававшая ценную информацию о значении дыхания и физиологических последствиях эмоциональных состояний. Хорошо разработанной областью индийской медицины оставалась хирургия. Вера в священность всего живого способствовала расцвету ветеринарии и появлению трактатов о лечении животных.
Литература
В Раджпутский период в большинстве районов Индии развивается литература на местных языках. Перевод «Махабхараты» и «Рамаяны» с санскрита на эти языки
становился этапом в развитии их зрелости и выразительности. Так появляются бенгальская, тамильская, маратхская, гуджаратская и телугу литература. На местных языках создавалась и оригинальная литература. На юге Индии наиболее развитой была литература на тамильском языке. В Северной Индии появился новый жанр героической поэмы на языке хинди. Такова поэма Чанда Бардаи (1126—1196) «Баллада о Притхвирадже», где в жанре панегирика1 [1 От греч. panegyrihos logos — похвальная публичная речь; литературный жанр, восхваляющий божество или власть.] описана борьба Притхвираджа Чаухана с монгольскими завоевателями.
На санскритском языке в Средние века развивалась в основном поэзия, которая становилась все более изысканной. Ярким образцом этого направления является поэма «Рамачарита», написанная Сандхьякаром Нандином (1077— 1119), который жил при дворе бенгальского правителя Рамапалы. Каждый стих произведения имеет двойной смысл: один относится к эпическому Раме, другой — к царю Рамапале, тем самым как бы приравнивая их друг другу. Большую популярность приобретала также поэма «Песнь пастуху» бенгальца Джаядевы (вторая пол. XII в.), повествующая о любви Кришны и Радхи, которая символизирует стремление человеческой души к богу. Благодаря тесной связи с фольклором, образному строю эта поэма перешагнула рамки традиционной санскритской поэтики и оказала влияние на развитие поэзии почти всех новоиндийских языков.
Значительное место в средневековой индийской литературе занимает так называемая обрамленная повесть. Это жанр небольших рассказов, связанных единым сюжетом и героями. Они, как правило, носят единое название и представляют собой сборники притчей, историй, басен, загадок с вкраплением стихов. Многие из них фольклорного происхождения. Наиболее известны «Хитопадеша» («Доброе наставление», IX—Х вв.), «Катхасаритсагара» («Океан из потока сказаний») поэта Сомадевы, созданные между 1063—1081 гг., «Синхасанадватринщика» («Тридцать два рассказа царского трона», или «Деяния Викрамы», XI в.)
Искусство
Потребность индуизма в прославлении божеств вызвала к жизни строительство грандиозных храмовых комплексов. До IX в. строили в основном либо пещерные храмы, либо храмы, высеченные из скалы-монолита. Выдающимся образцом пещерного зодчества стал шиваитский комплекс храмов острова Элефанта близ Бомбея, сооружение которого началось в VII в. и продолжалось вплоть до XIII в. Двух- и трехэтажные залы, высеченные друг над другом на глубину 40 метров в толще скалы, были сплошь украшены горельефными, почти отрывающимися от стен скульптурными изображениями божеств и героев в смелых ракурсах и динамичных позах.
Тип скального монолитного храма представлен ансамблем Махабалипурама (VII в.) близ г. Мадраса и храмом Кайласанатха (725—755) в Эллоре, неподалеку от Аджанты. Храмовый комплекс Махабалипурама был высечен целиком из огромных валунов, которым зодчие придали формы ступенчатых пирамидальных колесниц божества — ратха, воспроизводивших то образ сельской хижины, то шатра, то сводчатой постройки. Дополнял ансамбль девятиметровый многофигурный скальный рельеф. На нем представлен миф о нисхождении реки Ганга на землю к людям, после того как гневный Шива отпустил плененные им струи. Рельеф расщеплен надвое естественной впадиной, так что в период дождей по ней стекают потоки воды, оживотворяя всю грандиозную панораму фигур людей, животных, духов, божеств.
Скальный храм Кайласанатха — единственный в своем роде. Он посвящен владыке гор Кайласы — Шиве. Вырубание храма началось сверху. Трехчастный храм-монумент, увенчанный ребристым куполом, включал залы, галереи, портики, пилоны, рельефные композиции и статуи. Восьмиметровый цоколь здания опоясали горельефные фигуры священных львов и слонов трехметровой высоты. Главная горельефная композиция цоколя представляет Шиву и Парвати, возлежащих на вершине горы Кайласы, которую снизу пытается сокрушить демон Равана.
С IX в. храмовые комплексы стали возводить из тесаных камней и придавать им самые разнообразные и причудливые формы. На севере их, как правило, делали удлиненно-овальными, располагая на верхушке зонт в виде ло тоса.

На юге храмы строили в виде прямоугольных пирамид. Постройки северных и южных районов отличались также и материалом (на севере — известняк, на юге — песчаник, мрамор, гранит). Вместе с тем сохранялось общее для индийских зодчих понимание храма как памятника и уподобление его священной горе. Существовали также единые каноны культовых наземных построек, создававшихся из крупных блоков тесаного камня. Ядро индуистского храма составляло кубическое святилище с главной святыней и башней, за святилищем следовали притвор и помещение для молящихся. Особенностью архитектурных построек IX—XII вв. было изобилие скульптурных украшений, так что сами храмы стали служить как бы постаментом для них.
Фрагмент барельефа храма Кхаджурахо
Наиболее совершенные архитектурные сооружения северного типа — храмы Кхаджурахо (ок. 954—1050) в Центральной Индии, где барельефы преимущественно эротического содержания иллюстрируют трактат об искусстве любви «Камасутра»; храмы Конарака (1234— 1264), один из которых изваян в форме ступенчатой пирамиды; храмы Бхубанешвара в штате Орисса, покрытые от основания до крыши тонким и сложным скульптурным орнаментом, так что каждый камень представляет собой совершенное ювелирное изделие.
Вершиной средневекового зодчества Южной Индии является «Большой храм» — Брихадешвара в Танджуре (X в.), посвященный Шиве. Идею могущества Шивы зодчие воплотили в 63-метровой башне из 13 ярусов четкой конусообразной формы и в обилии покрывающих ярусы скульптур.
Выдвижение скульптуры на первое место в изобразительном искусстве связано с прекращением росписей стен буддийских монастырей фресками, а также с использованием скульптуры в религиозном ритуале, что предопределило консервацию изобразительного канона. Однако в тамильских районах, где широко развивалось искусство бронзового мелкого литья, сохранилась жизненность жеста скульптурных изображений. Классической здесь стала статуэтка «Танцующий Шива», впоследствии неоднократно воспроизводившаяся с небольшими вариациями на всем юге Индии.
17.2. Эпоха
Делийского султаната
Общая характеристика периода

В XIII в. на севере Индии утверждается крупное мусульманское государство — Делийский султанат, главенствующее положение в котором занимали мусульманские военачальники из среднеазиатских тюрок. Государственной религией становится ислам суннитского направления, а официальным языком — персидский. Просуществовало это государственное образование почти триста лет вплоть до 1526 г., когда султанат пал под натиском войск правителя Кабула тимурида Бабура. В эпоху мусульманского завоевания Индии наряду с Делийским султанатом существовали и другие крупные мусульманские государства: империя Брахманидов на Декане, султанат Голконда на восточном побережье полуострова, государство Гуджарат на западе Индии. Единственным немусульманским централизованным государством была империя Виджаянагар на юге, просуществовавшая почти 200 лет, с середины XIV до середины XVI вв.
Религия
С утверждением власти Делийского, султаната, в котором ислам был насильственно насаждавшейся государственной религией, Индия оказалась втянутой в культурную орбиту мусульманского мира. Однако несмотря
на ожесточенную борьбу индусов и мусульман, длительное совместное проживание привело к взаимному проникновению идей, обычаев и образа жизни. Именно в эпоху мусульманского господства в стране начало складываться осознание общности всех индийских религий и появился термин для их обозначения — хинду. В результате индийского влияния ислам получил ярко выраженную пантеистическую окраску и стал распространяться в стране в форме суфизма — мистического учения о наличии разных дорог к единению с Богом.
Разные суфийские ордены неоднозначно относились к индуизму. Одни резко возражали против проникавших в индийский ислам новшеств, другие защищали идеи и практику, близкие к индуизму. Большой популярностью пользовался шейх Фарид уд-дин Гандж-и-Шакар, переведший на язык хинди мистические высказывания суфиев своего ордена. Он был известен своей гуманностью. Ему приписывают афоризм

Игла лучше ножа: она сшивает, а нож разрезает.

Его также считают автором гимнов, сохранившихся в священной книге сикхов «Ади Грантх».
Одна из национальных религий Индии — сикхизм (от слова «шишья» — ученик) — сложилась в XV в., когда страна стала местом встречи двух религиозных традиций — индуистской и мусульманской. Основатель религии индус Нанак (1469—1539) происходил из семьи мелкого торговца зерном из касты кхатри в г. Лахоре, штат Пенджаб. Его последователями кроме торговцев и ремесленников были крестьяне из касты джатов. Все они и стали называть себя сикхами — учениками. Нанак выступал против кастового неравенства и требовал от своих соратников участия в общей трапезе. Отвергал он идею отшельничества и аскетизма. Около четверти века Нанак ходил по стране в сопровождении мусульманина-музыканта и индуса, записывающего за учителем проповеди и гимны во славу Бога. Конец жизни он провел в г. Картапуре, где и начала складываться сикхская община, превратившаяся со временем в компактную этноконфессиональную организацию. Ее члены до сих пор преимущественно сосредоточены в штатах Пенджаб и Хариана.
Организация религиозной общины имела много общего с суфийскими орденами. С самого начала в сикхизме утвердились идеи монотеизма и принципы индо-мусульманского единства. Одним из важнейших ритуалов для сикхов являлась общая трапеза, за которой собирались все желающие вне зависимости от касты, пола, возраста и религиозной принадлежности. Центром религиозной жизни у сикхов являются молельные дома. В них находится главная святыня сикхов — священная книга «Ади Грантх» (букв. «Изначальная книга»), символический представитель всех сикхских учителей (гуру). Наряду с их сочинениями в книгу вошли стихи средневековых поэтов — индусов и мусульман — всего свыше 6 тысяч произведений.
Учение сикхов проповедует глубокую преданность личному Богу и непосредственную эмоциональную связь с ним как главный способ спасения. Отсюда неприятие жрецов-священников и канонических текстов, в том числе Корана и Вед. Истинное служение богу рассматривается как служение людям, поэтому сикхизм высоко ценит активную жизнь на благо людей. Основополагающим моментом сикхизма является наставничество гуру. Все сикхские учителя жили в обществе, имели семьи и занимались духовным развитием своих подопечных, а подопечный беспрекословно подчинялся авторитету своего гуру.
Литература
Значительные сдвиги в развитии литературы Индии XIII— XVI вв. были связаны с утверждением в Делийском султанате нового государственного языка фарси, на основе
которого велось официальное делопроизводство и преимущественно создавались поэтические произведения. Этот язык оказал большое влияние на формирование в Северной Индии нового языка с индийской грамматикой и преобладанием персидско-арабской лексики, названного урду. Крупнейшим поэтом этого времени, писавшим на фарси и урду, был Амир Хосров Дехлеви (1253—1325), автор «Хамсе» и многих других поэм.
Проза на фарси представлена в основном хрониками. До мусульманского завоевания в Индии летописных произведений не составляли. Первый энциклопедический труд «Индия», содержавший сведения и по истории страны, написал хорезмиец Рейхан Бируни (973—1048). Первая же подлинная летопись принадлежала перу иранца Минхаджа уд-дина Дзуждани (ок.1193—?), бежавшего от монгольских завоевателей в Индию и назвавшего свою хронику «Та-бакат-и-Насири» — в честь делийского султана. В XIV в. в честь султана Фи-руза Туглака были составлены две одноименные хроники на фарси — «Тарих-и Фируз-шахи».
Произведения на языке урду по системе стихосложения и изобразительных средств, жанровым формам и тематике восходили к традициям персидской литературы. Особенностью этой литературы было и то, что, развившись на основе делийского разговорного диалекта, она сначала возникла на юге страны, в мусульманских княжествах Декана, куда этот язык был принесен войсками мусульманских завоевателей с севера Индии. Здесь язык получил новое название дакхини (что значит «деканский», «южный»).
Так же стали называть раннюю деканскую литературу на урду. Традиции этого языка оформились к концу XVI в. На начальном же этапе (XIV—XV вв.) развивалась религиозная литература, в форме трактатов суфийских проповедников. Первое такое прозаическое произведение на урду (дакхини), дошедшее до настоящего времени, принадлежало перу Гейсудараза (1318—1422), известного суфийского проповедника, родившегося на Декане, но большую часть жизни проведшего на севере страны. В своем трактате «Восхождение влюбленных» (1420—1422) он изложил религиозно-мистические идеи суфизма.
Другие, кроме фарси и урду, индийские литературы на живых языках развивались в XIII—XV вв. по двум направлениям: либо в русле придворной поэзии под санскритским влиянием, либо как литературы новых религиозных движений, мало связанные с нормами санскритской поэтики и ориентированные преимущественно на фольклор. Санскритская литература в эту эпоху продолжала переводиться и перелагаться на все языки средневековой Индии, на которых оформлялись под ее воздействием самобытные жанры, равно как использовались и традиционные: эпическая поэма, лирическая поэма-послание, поэма из ста строф (шатака), чампа — смесь стихов и прозы. Гуманистические устремления в литературах Индии также проявлялись с разной степенью зрелости. В одних (литература телугу) они давали о себе знать в виде неосознанных тенденций, в других (хинди, бенгальская) обозначились вполне определенно.
Крупнейшими представителями южноиндийской поэзии телугу XV в. были Шринатх (1380—1465) и Баммер Потана (1405—1480). Для Шринатха характерно воспевание красот и радостей жизни (поэмы «Повествование о любви нишадца», «Воспевание любви»), патриотическая тематика (поэма «Сказание о героях Палнаду»). Главное произведение Баммера Потаны «Андхра-Махабхагаватаму» («Великое сказание о Господе») было создано на основе санскритской «Бхагаваты-пураны» и приобрело в Андхаре популярность, большую, чем великая поэма древности «Рамаяна».
Яркими выразителями гуманистических идеалов в средневековой индийской литературе стали представители мощного демократического направления в поэзии, связанные с религиозно-реформаторским движением бхакти (букв. — преданность). В своем творчестве они утверждали, что жизнь человека самоценна и определяется не обстоятельствами его рождения, а силой преданности и любви к Богу. Объявив стремление к Богу естественной целью человеческой жизни, они выводили его из единства души человеческой и божественной души (Мирового духа). Идею равенства людей перед Богом они переносили также в социальную сферу. Независимо от языка и локализации литература бхакти — явление общеиндийское.
Искусство
Проникновение ислама в Индию привело к изменениям в национальной архитектуре и изобразительном искусстве, внедрению новых типов зданий — мечетей, минаретов, мавзолеев, медресе, утверждению плоского узорчатого орнамента взамен объемного скульптурного декора. Запрет ислама изображать живые существа нанес тяжелый урон индийской скульптуре и живописи. Многие индусские храмы разрушались, а новые не возводились. Лишь с середины XV в. при воцарении династии Лоди в мусульманскую архитектуру начали проникать некоторые элементы индусского стиля. Здания стали выглядеть изящнее и были невелики по размерам, являя яркий контраст величественной архитектуре династии Туглаков (XIV в.), о которой дают представление развалины города Сири и Туглакабада.
Шедевром мусульманской архитектуры стал возведенный в Дели в 1220 г. 73-метровый минарет Кутб-Минар. Он представляет собой мощную, ребристую башню, облицованную красным и золотистым песчаником, с резным сплетением геометрического орнамента и арабской вязи. Схватывающие ствол минарета массивные полуколонны (гофры), перехваченные узорными поясами и балконами, роднят Кутб-Минар с индуистскими храмовыми башнями — шикхарами. По типу постройки минарет (от араб. минара — маяк, сигнальная световая башня) представлял собой высокую башню, предназначенную для призыва мусульман на молитву, совершаемого служителем мечети — муэдзином (от араб. взывающий) с кругового балкона, галереи или верхней площадки башни, обычно увенчанной фонарем. Минарет — один из главных наружных признаков мечети, мусульманского культового здания, предназначенного для молитвы, символ мусульманского присутствия на завоеванных арабами землях. Рядом с гигантским минаретом, построенном при султане династии Гулямов, Ильтутмыше (1210—1246), находится и гробница правителя — мавзолей Ильтутмыша — другой яркий образец архитектуры эпохи. Это квадратное купольное здание с арочными входами с четырех сторон, стены которого украшены орнаментом и каллиграфией, послужило образцом для более поздних мавзолеев.
17.3. эпоха
Монгольской империи
Общая
характеристика эпохи

Начало Могольской империи, просуществовавшей в Индии почти 200 лет (XVI—XVIII вв.) и охватившей большую часть полуострова Индостан, положил правитель Кабула тимурид Бабур (1483—1530), который разбил войска делийского султана Ибрахима в битве при Панипате в 1526 г. В годы правления Акбара (1556—1605) власть Моголов окончательно утвердилась в Индии, а столица была перенесена в г. Агру на реке Джамне. При преемниках Акбара Могольская держава достигла наивысшего расцвета. В XVIII в., когда страну сотрясали междоусобные войны, она стала легкой добычей английских колонизаторов.
Религия
В Могольскую эпоху активизируются религиозные споры, на основе которых рождаются широкие народные движения. Так, в XV в. в Гуджарате в среде мусульманских городских торгово-ремесленных кругов зародилось махдистское движение. Ученый Мир Сайид Мухаммад (1443—1505) объявил себя махди (мессией) и призывал вернуться к демократическим принципам раннего ислама, проповедуя восстановление имущественного равенства среди мусульман. В отличие от бхакти махдисты обращались только к мусульманам.
К движению махдистов примкнул суфийский шейх Мубарак. Его сын Абу-л Фазл (XVI в.), в ранней юности скитавшийся с отцом в изгнании, впоследствии стал великим писателем, другом и советником могольского правителя Акбара. Под его влиянием правитель познакомился с верованиями индусов, джайнов, парсов, христиан и стал вводить их обычаи при дворе. В 1575 г. Акбар повелел выстроить молитвенный дом для религиозных дискуссий. Все эти мероприятия вызвали в 1580 г. опасное для правителя восстание мусульманских шейхов, которое Акбар подавил с большим трудом. Вернувшись в столицу победителем, он ввел при дворе новую религию — «дин-и-илахи» («божественную веру»), в которой должны были слиться воедино разумные элементы основных религий Индии. Сам же Акбар при этом возвеличивался как справедливый правитель в махдистском духе. Хотя «божественная вера» после смерти Акбара просуществовала только полвека, исповедуемая небольшой сектой, заложенный им дух веротерпимости оказал сильное влияние на культуру индийского общества.
Воцарение Аурангзеба (1618—1707), фанатичного приверженца ортодоксального ислама суннитского толка, означало крутой поворот в религиозной политике государства — бесправие для индусов и преследование мусульман-шиитов.
В 1665—1669 гг. Аурангзеб приказал разрушить все индусские храмы и из их камней построить мечети. Им были также запрещены шиитские праздники, музыка, танцы, живопись, употребление вина, восстановлен джизыо1 [1 Джизья (араб.) — подушный налог, взимавшийся с немусульманского населения стран мусульманского Востока.] с индусского населения. В ответ на эти преследования народы восстали.
Сикхи при Моголах превратились в сильную и влиятельную организацию на северо-западной границе империи, в Пенджабе. Во второй половине XVI в. движению сикхов покровительствовал сам Акбар, разрешивший общине купить земли и обустроить на них религиозный центр. Так, в 1577 г. была заложена будущая столица сикхов город Амритсар в Пенджабе. Город получил свое название от священного пруда, в центре которого был возведен главный молитвенный дом — Золотой храм. Рядом с ним на западной стороне пруда с 1606 г. находилась другая святыня — Акал Тахт (букв. Трон Бессмертного), построенная как символ светской власти и место решения мирских дел общины. Здесь же хранилась ее документация. По традиции в Акал Тахт помещалась на ночь священная книга сикхов «Ади Грантх» из Золотого храма, которую каждое утро торжественно переносили обратно.
Община сикхов в конце XV — начале XVI вв. упрочилась в структурном отношении и значительно возросла в численности, распространившись в пределах всего Пенджаба. Противостояние общины и имперских властей становилось неизбежным. Результатом его явилось преобразование мирной религиозной общины в могущественную военную организацию и обретение сикхами того воинственного духа, который неизменно стал ассоциироваться с ними с XVII в. Военные преобразования особенно активными были при Харгобинде (1606—1645) и Гобинде Сингхе (1675—1708). Не случайно правители сикхских княжеств носят имя Сингх — лев.
История
и литература
Новый этап в развитии исторических сочинений, посвященных Индии, открыли всемирно известные записки основателя империи Моголов, узбекского писателя и поэта Захиреддина Мухаммеда Бабура (1483—1530) — «Бабур-наме», в которых отражена история народов Средней Азии, Афганистана и Индии конца XV — начала XVI вв. В последней, третьей, части книги описываются политические события в Северной Индии 1525—1530 гг., географические данные страны, содержатся сведения о народах Индии. В отличие от большинства восточных историков современной ему эпохи, которые компилятивно повторяли сведения более ранних источников, Бабур в своем трактате остается оригинальным повествователем, описывая все исходя из своих наблюдений.
Перу Абу-л Фазла принадлежат книги «Акбар-наме» («Деяния Акбара») и «Аин-и Акбари» («Установления Акбара»), в которой особое внимание уделялось изложению философских систем Индии, нравам и обычаям индусов, их мифологии. В одной из глав этого труда («Обзор десяти суб») Абу-л Фазл подробно описывает каждую область страны (суба), приводя сведения о священных местах индусов и их памятниках. При Аурангзебе традиции летописания начали слабеть. От его времени до нас дошли «Избранные отрывки» Хафи-хана.
Государственным языком Индии в Могольской империи оставался фарси (таджикско-персидский), а в деканских государствах — североиндийскцй язык урду. И хотя эти языки во многом были чуждыми коренному населению страны, на них были созданы высокохудожественные произведения. По выражению религиозного деятеля Дары Шуроха, процесс «слияния двух океанов» — индусской и мусульманской культур, приостановить было не под силу никому. В придворной персоязычной поэзии (на фарси) все чаще звучали мотивы веротерпимости, воспевалась всеобщая любовь людей друг к другу, в нее все более проникали индийские герои и боги, вместо привычных роз и соловьев поэты воспевали лотос, а жителя пустыни верблюда заменили индийские слоны и леопарды.

Крупнейшим персоязычным поэтом времени Акбара был Файзи (вторая половина XVI в.), автор знаменитой поэмы «Ноль и Даман», сюжет которой заимствован из индийского эпоса. Выдающимся персоязычным литератором был также Мирза Абдулкадир Бедиль (1644—1720). В юности дервиш, знахарь и аскет, он после долгих странствий отошел от крайних вероучений и, как никто, восславил мир земной, человека и его труд, знания и разум, справедливость и равенство. Особо знаменитой стала его последняя поэма «Ирфан» («Откровение»):

Сколько может чудес создать этот чародей (человек), какую смуту он способен посеять!

Пир Бабура. Миниатюра рукописи «Бабур-наме»
Ведущими центрами южной, деканской школы литературы на урду были Биджапур и Голконда. Выдающийся поэт биджапурского двора Мухаммад Нусрати (? — 1684) — автор трех выдающихся классических поэм: «Цветник любви», «Али-наме», «История царствования Искандера». Султан Голконды Мухаммад Кули Кутуб-шах (годы правления 1580—1611), государственный деятель, полководец, ученый, писатель, основатель города Хайдерабад на Декане, прославил свое имя еще и как автор самого крупного в литературе урду средних веков стихотворного сборника «Куллият», насчитывающего 50 тыс. строк. Особой известностью пользуются его лирические газели1 [1 Газель (араб. газаль) — распространенный на Востоке вид лирического стихотворения, состоящего из двустиший и связанного единой рифмой.]. Они позволяют считать Кутуб-шаха родоначальником любовной лирики на урду.
Придворный поэт Кутуб-шаха Мулла Ваджахи (? — 1660) в 1608 г. по заказу правителя создал одно из самых ранних маснави на урду — «Кутуб и Муш-mapus>. Сделанная по традиционным канонам маснави имеет типичный для этого жанра сказочный характер, однако в ее основе лежали подлинные события — любовь юного наследника престола Кутуб-шаха к бенгальской принцессе Муштари и их счастливое соединение. Аллегорическую повесть «Саб рас» («Трогающий все сердца»), написанную Ваджахи в 1634 г., считают первым значительным прозаическим произведением на урду. В ней действуют аллегорические герои Страсть, Разум, Красота, Сердце, Взгляд, излагаются философские концепции суфийского толка.
В эпоху Моголов продолжалось развитие литератур на новоиндийских языках (хинди, бенгали, педжаби, маратхи, телугу и др.). Крупнейшим поэтом эпохи, писавшим на различных наречиях хинди, был Тулси Дас (1532—1624). Филологи признают достоверно принадлежащими поэту 12 из 20 приписываемых ему поэтических произведений. Самой знаменитой являются поэма «Рамачарита-манаса» («Священное озеро деяний Рамы»), именуемая «Рамаяной» Тулси Даса. Широко известная в народе, она распевалась на индусских праздниках.
В культуре Индии XVII в. на хинди возникло новое явление — поэзия рити — орнаментальная поэзия усложненного стиля, ориентировавшаяся на санскритскую поэтику. Сам термин, буквально означавший «стиль», в средневековой индийской литературе стал употребляться для обозначения высокой поэзии (ритикавья) в противовес литературе бхакти. Поэты рити преимущественно создавали любовную лирику. Среди них наиболее талантливым признается Бихарилал Чаубе (1603—1665), автор свободного поэтического произведения «Семьсот строф» (1663), самого популярного на хинди после «Рамаяны» Тулси Даса. Не связанное единым сюжетом произведение состоит из отдельных двустиший, каждое из которых представляет собой законченную миниатюру.
Еще одним новым явлением на языке хинди было рождение прозаического жанра житийной литературы. Наиболее известные ее образцы — «Жития 84 вишнуитов» и «Жития 252 вишнуитов» (XVII в.).
Расцвет бенгальской литературы связан с именем Мукундорама Чокроборти (XVI в.), автора поэмы «Песнь о благодарении Чонди», написанной уже после покорения Бенгалии Акбаром. Это реалистический рассказ о жизни Бенгалии того времени, в который вплетались элементы фантастики и фольклора. Другое выдающееся произведение бенгальской литературы — «Нектар деяний Чайтаньи» — принадлежало Кришнодасу Кобираджи (1517—1615). Оно представляет собой жизнеописание крупнейшего проповедника бхакти в Бенгалии Чайтаньи и по художественным достоинствам не имеет себе равных в средневековой бенгальской литературе.
В XVII в. идеи бхакти продолжали развиваться в литературе сикхов и маратхов, но в отличие от произведений на других новоиндийских языках они были пронизаны призывами к активной борьбе. С 1609 г. началась военная история сикхской общины, все члены которой должны были к своему имени прибавлять окончание «сингх» — «лев».
Другой областью Индии, где бхакти стало официальной религией, а бхак-тийская литература — официальной литературой, была Махараштра. Маратхскую литературу, как никакую другую, отличала живая связь религиозных идей с политикой. Так, автор одного из маратхских вариантов «Махабхараты» Муктешавара (1608—1660) ввел в традиционный эпос современные ему исторические реалии, заставив героя древнего произведения царя Душьянту сражаться с моголами, англичанами и французами. В XVII в. в Махараштре, славившейся своим независимым национально-патриотическим духом, жили два больших поэта — Тукарам (1608—1649) и Рамдас (1608—1681). В юности оба они были монахами, сподвижниками героя маратхского сопротивления Шиваджи, оба воспевали радость соединения с Богом, а не страх перед Ним, в то же время проповедуя радикальные методы борьбы с иноземцами. В своей самой знаменитой книге «Дасбодх» Рамдас от мотива аскезы и безысходности, который он развивал в первой части, переходит к утверждению земной жизни и проповеди служения ближнему. Становление Махараштры как самостоятельного государства под руководством Шиваджи заставило Рамдаса превратить свои идеи в оружие борьбы. Его молитвы все более становились похожи на военные гимны.
Расцвет виджаянагорской литературы на телугу пришелся на XVI в. Обратившись к человеческой личности, эта школа ставила своей целью не поучение, а развлечение читателя. Распространенным прозаическим жанром была поэма, представленная произведением правителя Кришнадевы Райя (1487—1530) «Гирлянду цветов подарившая», поэмами Аласини Педдана (1475—1535) «История Ману» и Тенали Рамакришны (1585—1614) «Величие Пандуранги».
Искусство
При Великих Моголах архитектура в большей степени, чем другие искусства, стала зависеть от богатых меценатов. С распространением могущества государства все больше появлялось выдающихся архитектурных сооружений, прославлявших власть Моголов. Мусульманские мотивы начали все больше сочетаться с индийскими традициями. Развернулось строительство крепостей (Агра-форт, Аллахабад), городов-резиденций (сикхской столицы Амритсара, Фатхпур-Сикри с беломраморной гробницей шейха Салима Чишти).
Своего расцвета богатство и пышность построек достигли при султане Шах-Джахане (1592—1666). Основным декоративным материалом построек, особенно в столицах Агре и Дели, был отборный белый мрамор, инкрустированный полудрагоценными камнями, которые доставляли из Тибета (бирюзу), Багдада (сердолик), с острова Шри-Ланка (ляпис-лазурь), из Египта (хризолит), из горного Бадахшана (рубины) и даже с Урала (самоцветы). Жемчужиной архитектуры Агры эпохи Шах-Джахана является мавзолей Тадж-Махал («Венец Дворца»), построенный им для любимой жены-персиянки, которую любящий муж называл только Мумтаз-и-Махал (Избранница дворца). Несмотря на внушительные размеры (высота сооружения 74 м), мавзолей кажется невесомым и легким, удивительно гармонирующим с окружающей природой. По обеим сторонам усыпальницы находятся два одинаковых сооружения из красного песчаника: мечеть и джамаат-хана (дом для гостей).
Во время правления последнего Великого Могола, могущественного Ауран-гзеба, здания сначала также возводились из дорогостоящих материалов, как например, знаменитая Моти-Масджид (Жемчужная мечеть) в Дели. Но позднее недостаток средств заставил его упростить сооружения.
Построенный в Аурангабаде мавзолей Рабия-Даурани по форме повторяет Тадж-Махал, но белым мрамором облицован у него лишь фасад на высоту человеческого роста, остальная облицовка — из светлого песчаника. Кирпичные минареты мавзолея оштукатурены чинамом — штукатуркой из мелких ракушек.
Могольская школа индийской миниатюры возникла как придворная еще в XVI в. при Акбаре, но достигла своего высшего расцвета в XVII в. Основанная мастерами из Тебриза и Шираза могольская школа первоначально находилась под сильным иранским влиянием. К моменту оформления самобытности стиль могольской миниатюры уже отличался особенной красочностью, динамичностью композиции, точностью в передаче архитектурных и этнических деталей, индивидуальностью характеристик персонажей. Наиболее популярными были сцены историко-героического содержания и портретный жанр. Местные школы живописи, которые в XVI—XVII вв. развивались в Раджастхане, Пенджабе, Декане, объединяются под одним названием — раджпутская миниатюра. Воспринявшая традиции древней и средневековой индийской живописи, эта миниатюра характеризуется преобладанием сюжетов, связанных с культом Кришны, и развитием иллюстративного жанра. В XVIII в. прежние стили живописи пришли в упадок, но в мелких раджпутских княжествах развились новые школы живописи, получившие название «пахари» (гордые).



Культура средневековой Индии складывалась на стыке самых разнообразных религиозных, бытовых, этнических традиций, которые она переплавила в своих недрах, дав начало неповторимому по многоликости феномену индийского межнационального синкретизма. При этом не терялась опора на богатейшие традиции древности, которые продолжали питать культуру своими соками. «Страной чудес» называли Индию познакомившиеся с ней впервые в XV в. европейцы. Посетивший в 1469 г. страну русский путешественник Афанасий Никитин был поражен великолепием дворцов и храмов. Однако процесс притирания индусской и мусульманской культур не всегда шел гладко, что нередко определялось личными симпатиями правителей. Вместе с тем веротерпимость, столь свойственная индийцам, оказала свое благотворное влияние на мусульманских завоевателей страны. Лишь в Позднее Средневековье вместе с ростом общеполитической нестабильности, обусловленной интенсивным проникновением в страну англичан, все чаще вспыхивали конфликты на почве религиозных и этнических противоречий, все более предавались забвению лучшие традиции культурной консолидации, яркий образец которых оставила эпоха Акбара.

























18

Культура
Средневекового Китая

Многовековые традиции великой китайской культуры в бурную эпоху Средневековья не только не были прерваны, но, наоборот, обогатились новым содержанием. Большое влияние на весь строй жизни оказал буддизм, пришедший в Китай из Индии в 1 в. н.э. и приобретший здесь особую национальную окраску. Эпоха Классического Средневековья была временем высочайшего взлета китайской культуры — «золотым веком» литературы и живописи. В годы господства монгольской династии, когда Китай стал частью обширной империи завоевателей, особенно интенсивно развивались культурные связи, рушилась многовековая замкнутость китайского народа. Культура Зрелого Средневековья подошла к пределу развития своих многовековых традиций, претерпев неизбежные при этом превращения и обратив свой лик вспять, к истокам народной жизни, глубинам национального сознания.


18.1. Эпоха Раннего
Средневековья
Общая характеристика периода

Эпоха политической раздробленности, открывающая историю Средневекового Китая, не прервала традицию культурного развития страны. Вслед за империей Хань, сметенной народным восстанием «желтых повязок», наступила эпоха Троецарствия (220 — 280): образовались три самостоятельных государства — Вэй, Шу и У. Это было время войн, эпидемий, голода, крестьянских волнений. Противоборство трех царств завершилось победой правопреемницы Вэй — империи Цзинь (280—316). И хотя формально страна в эти годы была объединена, однако распри и перевороты продолжались. Разложение имперского порядка сделало Китай легкой добычей кочевых племен, хлынувших в северные и западные районы государства. Под их натиском китайцы бежали на юг, за реку Янцзы. Так произошло разделение страны на северную и южную части, продолжавшееся с 316 по 589 гг. и вошедшее в историю под названием периода Северных и Южных династий. Это обособление стало одним из ключевых моментов истории и культуры Китая III—VI вв.
Религия
Политическая ситуация отразилась на духовном строе эпохи и породила такие новые явления, как религиозный даосизм и чань-буддизм. Даосизм был тесно связан с мистическими сектами. Возглавлявшие их священники, чаще всего из простолюдинов, притязали на обладание ниспосланных им лично с Неба откровений. Движение «небесных наставников», зародившееся в Северном Китае, с IV в. стало интенсивно проникать на юг страны вместе с беженцами. К концу столетия народный даосизм уже имел все признаки организованной религии. Оставаясь элитарным учением, он вместе с тем обеспечивал широким слоям общества доступ к самым разнообразным видам шаманских услуг в повседневном быту. Популярными в этой среде были идеи близкого конца света.

Дао, объединяющее в себе три «даоские драгоценности»: энергию – ци, семя – цзини, дух — шэнь

Датой прихода буддизма в Китай считается 65 г. н. э., когда близ города Лояна был возведен знаменитый монастырь Баймасы (Белой лошади). По преданию, именно на лошади белой масти в Китай из Индии были доставлены первые буддийские сочинения — сутры (букв. — нить, жанр произведений, состоящий из афоризмов). Падение династии Хань в 220 г. ослабило позиции той части знати, которая ратовала за традиционное конфуцианство, что благоприятно сказалось на распространении в Китае буддизма. Правящие династии, часто сменявшие друг друга, видели в буддизме свою опору. Так, в одном только V в. было основано 17 тысяч культовых мест. Признанными центрами буддизма стали города Лоян, Чаньань и Нанкин.
Буддизм в Китае быстро приспособился к национальным традициям. Буддизм утверждался здесь сначала в форме учения Нагарджуны, а затем в мистической разновидности учения Бодхидхармы (1-я пол. VШ в. н.э., кит. Дамо).
Со временем буддизм нашел некое уникальное соотношение с даосизмом, а позже и с конфуцианством, что позволило ему органически войти в плоть и кровь китайской культуры.
Таким образом, первоначально буддизм воспринимался в Китае как одна из форм даосизма. К VI в. буддизм стал в Китае господствующим идеологическим течением и приобрел статус государственной религии. Буддийские монастыри превращались в крупных земельных собственников. В комплексе с конфуцианством и даосизмом буддизм составил синкретическое единство «трех религий», в котором каждое учение как бы дополняло два других.
В течение довольно короткого периода времени, во второй половине VI в., сформировались основные школы собственно китайского буддизма, оказавшие влияние на буддийские традиции всего Дальнего Востока. Среди них наибольшее распространение получили школы чанъ-цзун, проповедовавшие взгляд на мир как совершенное целое и утверждавшие возможность спасения всех живых существ в этой жизни. По сей день большим влиянием пользуется оформившаяся в конце VI в. школа «Чистой Земли», обещающая спасение верой в будду Амитабху. Это учение, доступное пониманию широких масс и обещавшее человеку лучшую посмертную участь, не требовавшее знания сутр и исполнения сложных религиозных обрядов, призывало к «думанию о Будде», утверждало, что одно лишь произнесение с верой имени Амитабхи способно даровать человеку перерождение в блаженном царстве.
В середине VI в. индийским проповедником Бодхидхармой была основана школа чань, что значит созерцание, медитация. Именно ее приверженцы отказались от изучения сутр и всякого ритуала. В отличие от других школ чаньские учителя высоко ценили физический труд, особенно в коллективе. Медитацию они также трактовали по-новому — как спонтанное самораскрытие истинной природы человека в ходе его существования. Будучи наиболее китаизированной формой буддизма, школа чань оказала большое влияние на национальное искусство.
Литература
Литература в Китае издревле занимала уникальное по значимости место. Проявленная на государственных экзаменах литературная одаренность давала ученику право претендовать на высшие должности в империи. Ведущее место в китайской классической литературе занимала поэзия, ее же основу составляла лирика, сущность которой китайцы усматривали в выражении чувств.
Жанр литературной поэзии III—VI вв. прошел несколько этапов развития. К концу II — первой трети III вв. относится творчество поэтов из семейства Дао и плеяды «Семь цзяньаньских мужей». До наших дней дошло около 300 стихотворений поэтов той поры. Для их творчества были характерны подражание народной песне, усиление элементов реалистичности и личностного начала, пафос объединительных идей, сочувствие к бедам народа.
Событием в истории китайской поэзии было рождение пятисловного стиха — фу, который пришел на смену четырехсловному, господствовавшему ранее. Пятый иероглиф приблизил поэтический язык к разговорной речи, народной песне, из которой он и развился. «Золотой век» фу начался с Кун Жуна (153—208) и Цао Чжи (192—232). Лучшие стихи самого смелого из поэтов Кун Жуна были написаны в тюрьме, куда его заточил за критику основателя династии Вэй. Через все творчество Цао Чжи прошел образ странствующего воина, мечтающего о героических делах.
Следующий шаг в развитии пятисловных стихов сделали семь друзей литераторов — «Семь мудрых из бамбуковой рощи». Они положили начало поэтическому профессионализму в Китае. До наших дней дошли стихи двух представителей этого поэтического содружества — Жуань Цзи (210—263) и Цзи Кана (223—262). Творчество Жуань Цзи отличали глубокий лиризм и трагизм мироощущения. Его дух сопротивления выражался в переживании непостоянства всего сущего, изменчивости всего, даже «солнце и луна появляются и исчезают». Разоблачение алчности власть имущих в «Стихах о скрытом негодовании» Цзи Кана, написанных им в тюрьме, стоило поэту жизни. Петицию с выражением симпатии к казненному подписали 3000 человек, что было невиданным прецедентом.
IV столетие проходит под знаком господства «Поэзии таинственных речений» — модных среди аристократов стихов на темы даоской философии. Контрастом ей явилось творчество великого национального поэта Китая Too Юань-мина (365—427), жившего на юге страны, автора дошедших до нас 160 стихотворений. Его стихи утверждают идеал простоты и духовной свободы:

Жену я зову, детей мы берем с собою,
И в добрый к нам день гулять далеко уходим.

Сам поэт совершил подвиг разрыва с обеспеченной жизнью, предназначенной ему по праву рождения. Государственную службу он начал в 29 лет, а в 41 год покинул ее, уйдя с должности начальника небольшого уезда. Выбрав правду простого существования, вместе с ней он получил в придачу и бедность. Одним из лучших в китайской поэзии считается его стихотворение из цикла «За вином»:

Очертанья горы
так прекрасны в закатный час,
Когда птицы над ней
чередою летят домой!

В этом всем для меня
заключен настоящий смысл,
Я хочу рассказать,
и уже я забыл слова.

На V в. приходится расцвет пейзажной лирики («Стихи о горах и водах»). Открыватели ее — поэты юга из семейства Се — Се Линьюнь (385 —433) и Се Тяо (464— 499). Се Линьюнь всматривается и вслушивается в природу, находясь в постоянном предчувствии минуты, когда очертания гор откроют ему смысл мироздания. Поэзия Се Тяо уже во многом предвосхищает «золотой век» танской лирики. Она становилась все более предметной и ясной, хотя и сохраняла еще налет рафинированности, обусловленный вкусами среды и времени. С конца V в. началось формирование придворного стиля, который господствовал в китайской поэзии в течение последующих двух столетий. Ему были присущи забота о благозвучности стиха, узкий набор заданных тем, словесный этикет.
Наряду с литературной поэзией в III—VI вв. развивался жанр народной песни. Произведения дошли до нас благодаря деятельности особого государственного учреждения — Музыкальной палаты, ведавшей сбором среди народа песенных текстов и мелодий. Основная часть песен относится к жанру любовной лирики, возникшей в среде горожан. Северная поэзия в отличие от южной разнообразнее по содержанию. В ней немало воинских песен, по стилю она более груба и непосредственна.
Китайская проза III—VI вв. продолжала оставаться многожанровой. Исторические и географические сочинения становились все более научными. Среди них выделялись сочинения Чэнь Шоу (233—297) «История Троецарствия», Фань Е (398—445) «История поздней Хань», Ли Дао-юаня (?— 527) «Комментарий к Книге Вод» и То Пу (276 — 324) «Комментарии к Книге гор и морей».
Ведущим прозаическим жанром эпохи была близкая к поэзии ритмическая философская проза, родившаяся вокруг бесед и споров на религиозные темы: «Письма о разрыве», трактаты «О долголетии», «Опровержение теории о естественной любви к учению».
Период смутного времени отмечен рождением в Китае из «рассказов об удивительном» художественной повествовательной прозы. Такие сочинения имели назидательный характер, утверждали с помощью собранных примеров веру в нечистую силу, даоских бессмертных, могущество учения Будды. Интерес к таким рассказам в обществе был огромен, их коллекционировали и распространяли в виде сборников, типа «Записей о духах» Тань Бао (III—IV вв.), «Жизнеописаний святых и бессмертных» Гэ Хуна (III—IV вв.).
Рассказы о мирских событиях и людях, в том числе и исторические анекдоты, как особый жанр прозаической литературы также появились в IV— VI вв. Подобные повествования были всегда лаконичны и содержали запись лишь одного события. Наиболее популярными стали «Рассказы о событиях в мире» Лю И-цина (403—444), распределенные по рубрикам: дела, язык, правления, поступки. Деление не было случайным. Автор создал как бы художественную иллюстрацию к трактату III в. Лю Шао «Описание людей», дававшему оценки черт человеческого характера.
Искусство
Несмотря на явный литературоцентризм культурного развития Раннего Средневековья, многовековые традиции искусства не только не были прерваны, но, наоборот, обогатились новым содержанием. На стыке торговых путей началось бурное строительство грандиозных скальных буддийских монастырей с многочисленными пещерами, украшенными статуями, рельефами, фресками. Среди прочих выделяются монастыри близ Дуньхуана — Юньган, Лунмэнь и Цяньфодун. В святых местах сложился обычай строить пагоды (кит. бао-та — башня сокровищ) — многоярусные мемориальные башни-реликварии.
В изобразительном искусстве центральное место заняли образы небожителей и юных заступников за человечество, отмеченные удлиненными пропорциями и изяществом исполнения. В скульптуре пещерных монастырей преобладали тяжеловесные и статичные, сросшиеся с массой скалы колоссальные статуи Будды, сидящего в строго фронтальной позе с поднятой в жесте поучения рукой.
На юге страны, где древние традиции не были прерваны иноземным нашествием, получил развитие не связанный с буддийской тематикой тип иллюстрированной повести на горизонтальных свитках. Они выполнялись тушью и минеральными красками, по средствам же выразительности, разнообразию линейного штриха явно сближались с искусством каллиграфии. От V в. дошел до нас самый древний сохранившийся целиком трактат о живописи, духовном назначении искусства и эстетических норм «Шесть правил живописи». Его автор Се Хэ (ок. 500) оказал основополагающее влияние на теорию изобразительного искусства Китая. Первые два закона Се Хэ содержали философские принципы живописи — постулат одухотворенного ритма и пластической динамики, остальные четыре намечали частные аспекты техники — сходство, цвет, композицию, копирование.
Наука
и техника
Период политической раздробленности не приостановил развитие науки и техники в Китае. Великим достижением китайской математики стали результаты вычислений, сделанные в V в. отцом и сыном Цзу Чунчжи и Цзу Гэньчжи. С помощью не известных нам методов они получили точное число до десятого знака после запятой. Это достижение было зафиксировано в летописи, сами же труды бесследно исчезли.
Китайцы открыли способ измерения физических тел на расстоянии, пришли к выводу, что «земля имеет форму, а небо лишено тела». Впервые в истории календаря в Китае использовали прецессию1 [1 От позднелат. praecessio — движение вперед.], знали около полутора тысяч звезд. Разработали диагностику заболеваний: исходя из учения о темном и светлом началах, объяснили связь между физиологией, патологией и заболеванием, открыли методы биологического контроля за растениями.
В V в. был разработан процесс сплавления металлов, при котором чугун и ковкая сталь плавились до получения новой стали1 [1 В Европе этот процесс открыли в 1863 г. Мартен и Сименс.].
В III в. впервые в мировой практике китайцы научились отливать металлические стремена совершенной формы. На запад их принесли с собой воины племени жуань-жуань, которое стало известно под именем аваров. Появился навигационный «кибернетический прибор», работающий по принципу обратной связи. Его называли «повозкой, указывающей на юг». Это устройство не имело ничего общего с магнитным компасом и представляло собой именно повозку, увенчанную нефритовой фигуркой мудреца. Куда бы ни поворачивалась повозка, даже если она ездила по кругу, вытянутая рука мудреца всегда показывала на юг.
Одним из наиболее удивительных предметов, созданных китайскими мастерами, были «волшебные зеркала». Они существовали уже в V в. Выпуклая отражающая сторона зеркала отливалась из светлой бронзы и полировалась до блеска. Оборотная сторона покрывалась литыми бронзовыми рисунками и иероглифами. Под яркими лучами солнца через отражающую поверхность можно было смотреть насквозь и видеть узоры обратной стороны, словно бронза становилась прозрачной. Тайну разгадали только в XX в., когда изучению доступна стала микроструктура металлических поверхностей.
В VI в. появились в Китае первые спички. Считается, что своим появлением они обязаны осаде императорского дворца в 577 г. в северном царстве Ци. Когда у осажденных вышел весь трут, кто-то придумал окунать маленькие сосновые палочки в серу и, высушив, держать их наготове. Сначала это чудесное изобретение называли «рабом, приносящим огонь», а позже, когда спички начали продавать, появилось новое название — «зажигательные палочки».


18.2. Эпоха Классического
Средневековья
Общая характеристика эпохи

Эпоха Классического Средневековья (VII—XIII вв.) начинается правлением династии Тан, продолжавшимся почти 300 лет (618—907). В результате объединения враждовавших между собою княжеств было создано мощное государство со столицей в Чанъвани, городе с миллионным населением. После падения Танской династии и нескольких десятилетий междуцарствия (907— 960) к власти пришла династия Сун (960—1275). Сунский Китай со столицей Кайфэн, ослабленный недавними междоусобицами, вынужден был непрерывно отбиваться от наседавших на него кочевников. В 1126 г. кочевники нанесли сокрушительное поражение сунским войскам, захватив в плен императора, а вместе с ним и весь Северный Китай. Сунам еще удалось полтора столетия (1127—1279) продержаться на юге страны (столица Ханчжоу), пока весь Китай не стал добычей новых завоевателей — монголов.
Религиозно-философская традиция
Новая страница Истории чань-буддизма в Китае начинается с деятельности шестого патриарха Хуэйнэна (638— 713). Он считается основателем южной школы чань, которая придерживалась принципа «внезапного просветления», исходя из того, что постепенное приближение к нему невозможно. Хуэйнэну приписывается авторство знаменитой «Алтарной сутры шестого патриарха», являющейся ключевой среди священных текстов чань-буддизма.
Хуэйнэн учил, что вместо попыток очистить сознание нужно лишь дать ему свободу, ибо сознание не есть то, чем можно овладеть. Освободить сознание — значит отпустить поток мыслей и впечатлений, дать им возможность приходить и уходить, не вмешиваться в их ход, не подавлять их и не удерживать. После смерти Хуэйнэна школа распалась на два направления — Северное и Южное. Последнее сумело консолидироваться вокруг учения Хуэйнэна и стало ведущим в чаньской традиции. С середины VIII в. в монастырях этой школы начинает применяться практика «вопросов-ответов» (вэньда, япон. мондо). Как правило, на вопрос ученика учитель давал неожиданный, чаще всего алогичный ответ. Ответ мог выражаться и жестом (удар, поднятый палец) и криком. Вопросы и ответы явились основным материалов для историй из жизни чаньских патриархов. Многие из таких сборников передавались из поколения в поколение. Два наиболее знаменитых сборника были составлены в XI—XIII вв.: «Застава без ворот» и «Записки у бирюзовой скалы».
До середины IX в. буддизм пользовался покровительством императорского двора. В 845 г. император У-цзун с целью подрыва экономического могущества и самостоятельности буддийских монастырей и сокращения их численности стал инициатором суровых гонений на буддизм. Вскоре начинается медленный, но неуклонный упадок буддизма в Китае, происходит его слияние с народной религией.
Народная религия рождается в XI в. из сплава культа предков, жертвоприношения духам, веры в призраков и демонов, гаданий, медиумизма, дополненных буддийскими понятиями кармы и перевоплощения, а также даоским учением об иерархии богов. У этой религии изначально и по сегодняшний день нет профессиональных священнослужителей. Расходы на содержание храмов несли местные жители. Почти все боги — обожествленные духи умерших людей. Во главе иерархии богов — Нефритовый государь (Юй Ди). В оппозиции к богам находятся демоны, неуспокоенные души людей, умерших насильственной смертью. Их изгнание составляет основной ритуал религии. От имени какого-либо могущественного божества медиум делает надпись на талисмане, которая представляет собой приказ злым силам немедленно покинуть тело. После прочтения вслух она сжигается. Считается, что дым доносит послание к небу.
Обеспокоенные ростом популярности буддизма, некоторые чиновники и мыслители занялись созданием новой конфуцианской философии. Они заимствовали идеи из даосизма и буддизма, соединяя их в новую систему с преобладанием конфуцианских ценностей. Наиболее известным неоконфуцианцем был Чжу Си (ИЗО—1200). Он утверждал, что обязанность каждого человека — наполнять жизнь смыслом и порядком, укреплять их и способствовать упорядочению семьи, общества и государства. Этим сочетанием личного самосовершенствования с общественной ответственностью неоконфуцианство понравилось правительству. Стабильность общества ставилась в прямую зависимость от верности каждого человека своей социальной роли. Позже, уже в XIV в., правительство распорядилось, чтобы толкования Чжу Си конфуцианской классики были положены в основу программы государственных экзаменов. С тех пор их должен был изучать каждый образованный человек.
Литература
Эпоха Тан считается «золотым веком» китайской поэзии. Это время было расцветом пятисловных и семисловных стихов с двухстрочной рифмой. Выдающимися поэтами были Ван Вэй, Ли Бо, Ду Фу и Бо Цзюй-и. Расцвету поэзии способствовало появление в VII в. первого крупного словаря литературного языка, включавшего 12158 иероглифов.
Первый в ряду великих классиков танской эпохи Ван Вэй (699—759) — не только замечательный поэт, но и талантливый живописец. Он сумел сделать свои стихи объемными, приблизив их к картине, а картины — к стиху. В его творчестве большое место занимает природа. Ли Бо (701—762) принадлежал к числу тех немногих гениев, чье творчество выразило самый сокровенный дух китайского народа. Сохранилось более 900 его стихотворений. Жизнь поэта не вписывалась в рамки стандартов его положения. Он ушел из дому, странствовал, развивая идеал свободы. Однако в величии Ли Бо не было ни тени высокомерия.
С поэзией Ду Фу (712—770) связана тема сострадания к человеку, обличения несправедливости, стыда благополучного перед страждущим, мотив самопожертвования. В одном их стихотворений последних лет Ду Фу мечтает об огромном доме, в котором нашли бы спасение от непогоды все бедняки Поднебесной.
Во второй половине VIII в. раскрывается дарование последнего из великих танских поэтов Бо Цзюй-и (772—846). Если его знаменитые предшественники определили свой разлад с обществом самой своей жизнью, то Бо Цзюй-и вступил на путь государственной карьеры и при каждом независимом слове рисковал ею. Среди обличительных стихов поэта центральное место занимают «Новые народные песни» и «Циньские напевы».
В танскую эпоху появляется новый прозаический жанр — новеллы — чуань-ци (букв. передавать удивительное). Танскими признано 79 рассказов. Они невелики по размеру, занимательны по сюжету, назидательны по характеру и динамичны по действию. Характерная черта — тяготение к «исторической точности» повествования, которая обеспечивается частыми отсылками на личное знакомство авторов с друзьями героев. Тема любви составляет более трети дошедших до нас новелл, ибо, по представлениям рассказчиков, любовь безраздельно правит миром и находит свои жертвы повсюду. Многочисленную группу составляют рассказы о снах. Любопытно, что в новеллах не дается ни одного яркого отрицательного героя. Завоеванием жанра стал диалог, сближавший новеллу с драмой.
Сунская эпоха в истории китайской словесности (X—XIII вв.) была последней, достойно завершившей период ее расцвета. Обогащение выразительных средств поэзии было связано с развитием нового стихотворного жанра — романса — цы. Родившись в тесной связи с музыкой, этот жанр приобрел самостоятельность. Его отличало многообразие, связанное с многочисленностью мелодических образцов. Другая особенность романса состояла в использовании в стихотворении строк разной длины. В целом романс был более свободной поэтической формой, чем предшествующие жанры поэзии. Однако на первых порах его отличала узость тематики — преимущественно любовного содержания.
Обновление литературы периода Сун составляло одну из граней борьбы за реформы. Ее возглавил выдающийся китайский реформатор, ученый, писатель и поэт (мастер цы) Ван Аньши (1021—1086). С общественными исканиями связано творчество лирика Лю Юна (987—1052), создавшего новую, более крупную форму романса. Другой поэт Су Дунпо (1037—1101) способствовал отделению романса от музыки и превращению цы в самостоятельный жанр. Величайшим мастером цы была поэтесса Ли Цш-чжао (1084—1151).
С момента завоевания империи Сун чжурчжэнями в 1127 г. и вплоть до монгольского нашествия во второй половине XIII в. китайская поэзия была посвящена теме родины и борьбы за ее освобождение. Был сформирован идеал активной творческой личности с обостренным чувством собственного достоинства и свободолюбия.
Завоеванием Классического Средневековья стала «проза древнего стиля», наивысшего расцвета достигшая в эпоху Сун. Ее отличала свободная манера изложения, усиление личного начала, сочетание лиричности со злободневностью. Инициатором обновления прозы был представитель политической элиты Оуян Сю (1007—1072), автор «Новой истории Тан» и «Истории пяти династий». Никому прежде в китайской историографии не удавалось написать историю целой эпохи со своей личной точки зрения. Оуян Сю первым взялся за пересмотр толкований конфуцианского канона. Выдающимся современником Оуян Сю был Сыма Гуан (1019—1086), автор «Зерцала всеобщего, в управлении помогающего». Это была летопись истории Китая с древнейших времен и до Х в. — первый образец большой формы исторической прозы связанного повествования.
В сунское время рождается новый жанр — народная повесть, пришедшая на смену танской новелле. Сложился этот жанр в процессе коллективного творчества рассказчиков, выступавших на улицах городов. В отличие от новеллы повесть создавалась на основе разговорного языка и была более демократична. Основными персонажами стали прежде презиравшиеся сословия — земледельцы и торговцы. Решающими при оценке человека оставались в это время богатство и чины, но важными уже становятся личные качества героя. Новым был и язык повести, ставший основой языка современной китайской художественной литературы и сохранивший в себе фольклорные элементы, воспроизводивший особенности живой разговорной речи. Условный литературный язык вкрапливался лишь в речи чиновников и в документы. Таким образом, народная повесть сунского времени совершила решительный поворот к массовому читателю и слушателю.
Музыка
Эпохи Тан и Сун отмечены необычайным взлетом всех видов искусств, находившихся под покровительством правящих династий. В VIII в. было открыто пять специальных учебных заведений, в том числе Придворная школа и консерватория «Грушевый сад». Специальные канцелярии ведали музыкой и оркестрами. С Х в. в Нанкине действовала императорская Академия живописи. В XII в. при кай-фэнском дворе был организован музей-хранилище более 6000 произведений живописи и каллиграфии.
В китайской традиционной культуре музыка издревле занимала одно из самых почетных мест. Она была включена в число шести конфуцианских экзаменов. Благодаря своей многозначности звук, особенно ценившийся китайцами, обретал способность подчинять себе все остальные виды искусства. Подобный образно-эмоциональный строй китайской духовности во многом задан характером национального языка, в котором слово, произносимое с разными интонациями, может иметь разные значения.
Популярна была поговорка «Слова могут обманывать, люди могут притворяться, только музыка не способна лгать». Музыка приносила китайцам не только эстетическое наслаждение, но и вызывала благоговейный страх. Ее издревле почитали за одну из самых сильных разновидностей магии.
В танскую эпоху придворная музыка была представлена двумя жанрами:
музыкой на открытом воздухе и музыкой, исполнявшейся в помещении. В домах образованных людей стала распространяться традиция камерного музицирования на струнных (арфе, кунхоу, цине) и духовых (флейте ди) инструментах. Перелагавшиеся на музыку стихи исполнялись певицами под аккомпанемент лютни. В IX—Х вв. в городах получили распространение песенные сказы и декламация под музыку отрывков из буддийских канонических книг.
В эпоху Сун популярными становятся зрелищные искусства: разыгрывавшиеся в балаганах песенные сказы с инструментальным сопровождением, многочастные драмы, южные музыкальные драмы.
Архитектура
Пантеистическое1 [1 Пантеизм (от пан... и греч. theos — бог) — религиозное и философское учения, отождествляющие бога и мировое целое.] мировосприятие китайцев в зодчестве проявляло себя древней практикой фэн-шуй («ветер-вода»), представлявшей собой систему ориентации и пла-
нировки городов, парков, зданий в соответствии с благоприятным расположением светил, рек, гор, направлением воздушных потоков. По этим правилам главным фасадом здания была продольная стена, ориентированная на юг. Таиской архитектуре был присущ дух монументального величия и праздничности. Города представляли собой прямоугольные в плане мощные крепости, обнесенные стенами и рвами, с прямыми улицами и разделенные на участки для защиты от пожаров и набегов кварталы. Размеры каждой городской постройки были строго регламентированы. Торжественный облик городу придавали почти лишенные украшений кирпичные и каменные пагоды, триумфальные ворота из камня или дерева, пролеты которых образовывались резными столбами и перекрывались изогнутыми крышами. Их возводили при входе в храм, погребальный ансамбль, парк либо в честь правителей и героев. Наиболее распространенным типом дворцового и храмового сооружения в Средневековом Китае были постройки стоечно-балочной системы — дянь. Одноэтажный однозальный четырехугольный в плане павильон под широкой загнутой вверх одно- или двухъярусной крышей возводился на высокой каменной платформе, разделялся колоннами на три нефа, параллельных фасаду, и обносился с наружной стороны обходной галереей, образованной рядом крытых лаком колонн. Важнейшим декоративным элементом фасада зданий была система расписных и покрытых лаком многоцветных деревянных кронштейнов, поддерживавших перекрытие.
В Сунский период в дворцовом и храмовом зодчестве распространение получили многоэтажные здания с обходными галереями на каждом этаже. Пагоды были более вытянуты и имели легкость форм. В период, когда могущество государства оказалось подорванным, архитектура приобрела более интимный и изысканный характер, стала восприниматься как часть природы. Сложился принцип пейзажных композиций. В южных городах стали создаваться маленькие приусадебные сады, воспроизводившие в миниатюре все многообразие окружающей природы. Непременным атрибутом садово-паркового зодчества была деревянная сквозная галерея на невысоком каменном цоколе. Ее венчала выкладывавшаяся глазурованной черепицей крыша, опиравшаяся на столбы с лаковым покрытием. По тому же принципу строились садовые беседки.
Скульптура
С приходом в Китай буддизма получает развитие скульптура. Ее изготавливали из дерева, камня, лёссовой глины, чугуна, бронзы. Китайских мастеров отличала высокая техника литья. Им удавалась тонкая моделировка лица и одежды. Популярными были изображения Будды и других божеств. Самая ранняя буддийская скульптура представлена рельефами и изваяниями пещерных монастырей. Самой известной является высеченная в VII в. в скалах Лунмэня 17-метровая статуя Будды Вайрочаны (владыки Космоса). Скульптурная композиция «Бодхисатва и Ананда» пещерного буддийского храма Цяньфодун близ Дуньхуана (VIII в.) выполнена из лёссовой глины и раскрашена.
Больших успехов достигли танские и сунские мастера в погребальной пластике. В погребения знатных людей клались небольшие красочные статуэтки из поливной керамики: боевые кони в пылу сражения, согбенный раб, ученый, погруженный в раздумья, или грациозная танцовщица. С угасанием буддийских монастырей скульптура все более уступала место живописи, расцвет которой приходится на сунское время.
Живопись. Каллиграфия
Китайская живопись, как и музыка, необыкновенно привлекательна, однако для европейского сознания она сложна. Главное для китайского художника — не то, что нарисовано, а то, что сокрыто за видимым. На китайскую картину не смотрят, а вглядываются, каждый раз открывая и постигая новые смыслы. Поэтому их не принято вывешивать, отсюда и форма картины — горизонтальный или вертикальный свиток. Произведения китайской традиционной живописи основывались на соединении живописных и графических приемов, с включением в композицию картины каллиграфической поэтической надписи. С помощью кисти картины создавались на шелке или особой бумаге тушью или водяными красками. При этом использовались строго ограниченный набор и сочетание цветов. По доминирующему тону картины можно определить не только историческую эпоху, но и характер описываемого события. Линия, пятно и фон — основные средства выразительности, каждое из которых благодаря индивидуальной манере делает картину неповторимой и нуждающейся в рассекречивании. Так, минимумом средств достигалась удивительная многозначность1 [1 Современная китайская живопись водяными красками на шелковых и бумажных свитках называется гохуа (кит. — национальная живопись).].
В союзе с живописью, а также и как самостоятельный вид искусства выступала каллиграфия — шуфа. В Средневековье выделились четыре основных стиля шуфа: деловое письмо неровными волнистыми линиями; уставное письмо с уравновешенностью всех элементов иероглифа; стиль, переходный от уставного к скорописному; скоропись со стремительным движением линий, тяготевших к безотрывности.
В эпоху Тан произошел перелом в эстетических теориях живописи. Утверждалась духовная концепция живописи, появились теоретические трактаты о живописи. Одним из наиболее значительных художников и теоретиков живописи первой половины Х в. был Цзын Хао. Он жил один в горной хижине и писал картины для собственного удовольствия. В оставленном им коротком трактате, представляющем беседу таинственного старца с юным художником, целью живописи провозглашается не красота, а истина, подлинное значение которой заключается в том, как она улавливает сущность вещей, а не их внешние формы.
Во второй половине XI в. (1074) появилась наиболее важная работа Го Жо-сюя по истории искусства эпохи Сун — «Записки о живописи: что видел и слышала. Он был автором аристократической концепции живописи. Живопись рассматривалась им не как ремесло, а как высшее проявление внутреннего порыва человека. Ценность произведения поэтому являлась прямым следствием культуры и духовной высоты ее создателя.
В VII—VIII вв. главными сюжетами живописи были образы буддийского рая, изображениями которого покрывались стены пещерных монастырей. Придворная светская живопись преимущественное внимание уделяла сценам пиршеств, игр, прогулок знатных красавиц, поэтических собраний. В народной среде популярным становился лубок — новогодние картинки, изображающие персонажей народной и даоской мифологии.
Иконография высшего божества народной религии — Нефритового императора сложилась около Х в. В народных лубках он изображался на троне в царском головном уборе и халате, расшитом драконами, с нефритовой дощечкой в руках, символом закона и справедливого суда.
В IX—Х вв., когда преимущественное развитие получила монохромная живопись, оформились три ведущих жанра: живопись людей, пейзажная живопись и цветы-птицы. Эволюция жанра живописи людей отмечена переходом от легендарно-исторических сюжетов к реальным сценам дворцового быта. С XII в. в живопись вводятся мотивы детских игр, пейзажные и архитектурные фоны.
Выдающимся достижением китайской культуры эпохи Тан и Сун была пейзажная живопись, которая вобрала все лучшие достижения изобразительного искусства предшествующих эпох.
Пейзаж, изображающий горы и реки, как наиболее почитавшиеся священные элементы природы, композиционно строился в соответствии с противоборствующими во Вселенной темными и светлыми силами. Размывы
черной туши создавали впечатление единства всей природы. Воздушные прорывы, полоса тумана или водная гладь между расположенными друг над другом пейзажными планами и объединяющая композицию точка зрения сверху давали иллюзию грандиозных далей. Обилие свободного пространства

вызывало ассоциацию с бесконечностью Вселенной. Прославленным мастером пейзажа в эскизной манере был великий поэт Ван Вэй.
Наряду с пейзажным жанром ведущим стал жанр — цветы-птицы. Размещенные на чистом фоне свободные композиции цветов, птиц, растений, плодов, насекомых в сопровождении каллиграфических надписей отражали даоско-буддийские представления о дуальности сил Вселенной. Широкое распространение получили благожелательные композиции, в которых человеческие качества сопоставлялись с особенностями изображавшихся предметов. Особое место занимало изображение так называемых «четырех благородных» растений: орхидеи, дикой сливы мэйхуа, бамбука и хризантемы. Так, мэйхуа символизировала благородство, чистоту и стойкость. В одном их трактатов по живописи о ней сказано так:

Небольшие цветы, и нет изобилия их — это изящество. Тонкий ствол, а не толстый — вот утонченность. В возрасте не особенно юном — вот элегантность. Цветы полуоткрыты, а не полное цветение — в этом изысканность.
Декоративно-прикладное искусство
Среди направлений декоративно-прикладного искусства, таких, как вышивки, ткани, лаки, эмаль, инкрустированная мебель, ведущее место заняли фарфор и керамика. Секрет изготовления фарфора был открыт в Китае в первые века нашей эры, намного раньше, чем в других странах, поскольку китайским мастером удалось найти подходящую глину и получить высокую (1280°) температуру для ее спекания. Компонентами фарфора, наряду с пластичной глиной, являются каолин, полевой шпат и кварц. Секреты производства фарфора в Китае строго охранялись. Знаменитым центром фарфорового производства, где находились императорские мастерские и создавались изделия из белоснежного фарфора, был Синчжоу. В Танское время славились трехцветные зелено-желто-коричневые сосуды округлой формы. В Сунскую эпоху распространение получили голубовато-зеленые вазы и чаши, прозванные в Европе селадоном. Их декор часто дополнялся легкими трещинками по глазури, называвшимися кракле. Белые сосуды, как правило, декорировались рельефными тонкими цветочными узорами, желтоватые вазы украшались черным каллиграфическим орнаментом. В последующее время фарфор расписывался кобальтом и покрывался сверху прозрачной глазурью. Также появилась пятицветная роспись эмалевыми красками поверх глазури. Рисунок постепенно усложнялся, но всегда подчеркивал форму изделия.
Наряду с фарфором в Средневековом Китае, равно как и за его пределами, славились многоцветные тканевые картины, выполнявшиеся по рисункам прославленных живописцев, — кэсы. Их создавали на небольших ручных станках из шелка-сырца (нити основы) и шелка (нити утка). Для изготовления одной такой картины необходимо было несколько месяцев напряженного труда. В технике кэсы ткались и ткани для одежды придворных.
Известным видом прикладного искусства была вышивка по шелку, — «живопись иглой». Ею украшались панно, ширмы, одежда.
Наука и техника
Великие открытия Средневекового Китая были немыслимы без развития научных знаний. Усилиями математиков были созданы основы китайской алгебрдаря изобретениям буддийского монаха И Сына (683—727) стало возможно измерить скорость движения небесных тел. Развитию медицины способствовало создание в Танскую эпоху медицинского управления, с помощью которого было положено начало преподаванию различных специальностей медицинской практики. Расцвет географии связан с появлением записей о горных и речных системах Китая и Западного края. Была создана «Карта китайцев и варваров, проживающих в пределах четырех морей».
Выдающимися открытиями были книгопечатание, порох и компас. В IX в. с резных досок была напечатана первая книга. В середине XI в. появился подвижной глиняный наборный иероглифический шрифт, а примерно в XII в. — и многокрасочная печать. Эти достижения привели к созданию первых крупных библиотек и газетного дела. Опыты китайских алхимиков завершились в Х в. изобретением пороха. В XII в. китайские мореплаватели первыми в мире стали использовать компас.
Общекультурное значение имело также изобретение бумажных денег — ассигнаций. Они появились в стране в конце VIII в. и назывались тогда «летающими деньгами», так как ветер легко уносил их из рук.
В Х в. возникло понятие вакцинации, когда стала практиковаться прививка против оспы.
Китаю принадлежало и первенство в изобретении механических часов. Их сделал И Син, а усовершенствовал в 976 г. Чжан Сисюнь. Их изобретения стали ступенями на пути создания «Космической машины» — величайших китайских часов эпохи Средневековья, построенных Су Суном в 1092 г. Они представляли собой астрономическую часовую башню 10-метровой высоты. Принцип часов Су Суна лег в основу первых механических часов Европы.
Чудом инженерной техники своего времени стал первый арочный мост протяженностью 37,5 м, называемый китайцами и поныне Великим каменным мостом. Он был построен в 610 г. Ли Чунем через реку Цзяо в предгорьях Шаньси на окраине Великой китайской равнины. Самый же известный средневековый пологий арочный мост Китая получил имя Марко Поло потому, что был им подробно описан во время путешествия по стране и назван «самым замечательным в мире». Этот мост был возведен через реку Юндин в 1189 г. к западу от Пекина. Действующий до сих пор, он состоит из 11 арок, длина пролета каждой составляет 19 м, а общая протяженность — 213 м.
Еще одним китайским чудом литейного и инженерного искусства является восьмиугольная колонна — так называемая «Небесная ось». На ее сооружение в 695 г. пошло 1325 т чугуна. Колонна (32 м в высоту и 3,6 м в диаметре) покоилась, на фундаменте окружностью 51 м и высотой 6 м. На ее вершине был расположен «облачный свод» с четырьмя бронзовыми драконами (каждый высотой 3,6 м), поддерживавшими позолоченную жемчужину.
Самое крупное цельнолитое сооружение из чугуна сохранилось и поныне. Это шестиметровое изваяние «Великий Лев Цзанчжоу». Достижением китайской металлургии стала сооруженная в 1061 г. чугунная 13-метровая пагода Юцюань в Даньяне. В 70-е годы XIII в. была построена 13-метровая каменная башня, которую китайские астрономы считали центром мира. Она предназначалась для измерения тени в период зимнего и летнего солнцестояния.


18.3. Эпоха монгольского
завоевания Китая

Общая характеристика эпохи
Китай завоевывался монголами в XIII в. поэтапно. В 1234 г. пала независимость Северного Китая. В 1280 г, был покорен весь Китай. Период господства монголов в масштабе всей страны охватывает около 70 лет. В 50-е годы XIV в. центральные и южные районы фактически отсоединились от правящей монгольской династии Юань, окончательное свержение которой пришлось на 1368 г. В эпоху Юань равноправными столицами были монгольский город Каракорум, Пекин и Кайпин. Перевод официальной резиденции монгольских завоевателей из Каракорума в Пекин в 1264 г. стал датой рождения новой династии китайских императоров — Юань.
Опустошительная война и иноземный гнет серьезно деформировали традиции китайской культуры. Однако были и положительные моменты. В обширной монгольской империи стали активно развиваться культурные связи, процветали ремесло, торговля, росли города.
Религия
Веротерпимость монгольского двора, равно как и утрата конфуцианством статуса господствовавшей идеологии, способствовали демократизации жизни. С середины XIII в. официальной религией монгольского двора становится ламаизм — тибетская разновидность буддизма. В ставке императора было создано управление тибетскими делами и ламаистской церкви. Принятие ханом Хубилаем имперской формы управления Китаем неизбежно вызвало обращение к конфуцианскому учению, тесно сросшемуся с государством. И хотя ведущее положение конфуцианства восстановлено при Юань не было, однако в 1315 г. вводилась экзаменационная система отбора, чиновников, учреждалась Академия сынов отечества — кузница высших конфуцианских кадров страны.
Все более проникает в страну мусульманство, пользовавшееся покровительством монголов. Первые общины мусульман появились тогда на Центральной равнине и в Юньнани. Хороший прием встретили и первые христиане, преимущественно несторианцы1 [1 Несторианство — течение в христианстве, основанное Константинопольским патриархом Несторием в Византии в 428—431 гг. и утверждавшее, что Христос, рожденный человеком, лишь впоследствии стал сыном божьим (мессией). Осуждено как ересь на Эфесском Соборе 431 г. Пользовалось влиянием до XIIT в. в Иране и от Средней Азии до Китая.], выходцы из Сирии. Они имели приверженцев главным образом в среде некитайского населения из числа допущенных в страну иностранцев для содействия в торговле и управлении.
При монголах в Китае проживало несколько итальянских миссионеров-католиков, строивших храмы. С изгнанием монголов исчезли из страны и христиане.
Характерной особенностью религиозной жизни было появление многочисленных сект, рождавшихся на базе буддийского и даоского вероучений. Одни из них признавались властями, другие — преследовались. Создавались они, как правило, монахами-проповедниками. Особую популярность приобрел будда грядущего мирового порядка Майтрея (кит. Милэфо, буквально — связанный дружбой), чье скорое пришествие должно было преобразить мир и сделать жизнь людей счастливой.
Среди сект, ожидавших прихода нового Будды и проповедовавших «монашество в миру», наибольшую известность получила секта Белого лотоса, предрекавшая скорую мировую катастрофу и наступление эры Белого Солнца.
Литература. Искусство
Попытка монгольского двора ввести в качестве официального алфавитное письмо (так называемое квадратное письмо) не удалась. Развитию китайской литературы эпохи Юань способствовало совершенствование национальной иероглифической традиции, обогатившейся в 20—50-е годы XIV в. рядом новых фонетических словарей.
Поэтическая лирика, бывшая на протяжении почти тысячелетия ведущим жанром китайской литературы, с XIII в. уступает первенство драматургии и прозе.
Наиболее яркой страницей литературной жизни юаньского Китая была драматургия. Всего за эту эпоху было написано около 600 пьес (до нас дошло 170).
Северокитайская драма характеризовалась четким делением на четыре акта, каждому из которых соответствовал цикл арий одной тональности и рифмы. Арии исполнялись только одним персонажем, другие вели прозаический диалог на языке, близком к разговорной речи, либо декламировали стихи. В начале пьесы и между актами вставлялись интермедии. Такая форма была рассчитана на восприятие широких масс городского населения.
Суровые законы монголов не позволяли прямо говорить правду о бедствиях китайцев в эпоху иноземного ига. Поэтому распространение получает традиция перенесения современных событий в прошлое, обращение к историческим и фантастическим сюжетам, что однако не лишало пьес злободневности.
В истории драматургии принято выделять два основных периода: ранний и поздний, рубежом которых является начало XIV в. Ранний период отмечен творчеством наиболее известных драматургов — Гуань Ханьцина, Ван Шифу, Ма Чжиюаня и Бо Пу.
Если в эпоху Тан родился прозаический жанр новеллы, в эпоху Сун — городской повести, то в годы Юань популярными становились народные книги, основанные на устном сказе. Они нередко иллюстрировались гравюрами, занимавшими верхнюю треть каждой страницы. Такое соотношение текста и изображения, как предполагают, восходит к буддийским сказам, которые нередко велись по картинкам, нарисованным на стенах пещерных храмов. В 1320 г. на языке, близком к простонародному, было издано сразу пять народных книг в одной серии. Они были едины по принципу построения и имитировали знаменитую летопись Сыма Гуаня «Зерцало всеобщее, в управлении помогающее» XI в. Ярче других в народных книгах отразилось буддийское вероучение.
Главным содержанием поэзии эпохи Юань была патриотическая тематика, описание ужасов монгольского завоевания, бедственного положения людей. Смутное время конца династии Юань нашло отражение у знаменитого поэта-отшельника Ван Меня (?—1359) и в стихах живописца Ни Цзаня (1301 —1374).
Изобразительные виды искусства эпохи Юань не отличались самобытностью. Художники преимущественно подражали живописи эпох Тан и Сун. Наиболее талантливым пейзажистом, стремившимся развивать традиции живописи Сун, был Ни Цзань. Среди произведений портретного жанра наибольший интерес по своей художественной выразительности представляли картины, изображавшие юаньских императоров. В скульптуре и архитектуре усилилось индийское и тибетское влияние. С XIV в. в буддийской архитектуре Южного Китая стал распространяться новый тип кирпичного храма с полуциркульным коробовым сводом. В жилой архитектуре по-прежнему преобладал тип планировки усадьбы с четырьмя-тремя- павильонами по сторонам прямоугольного в плане двора.
Наука
и техника
В эпоху Юань были введены некоторые усовершенствования: прялка с ножным приводом, новый вариант шелкоткацкого станка. Внедрялись новые виды орошения полей с помощью бамбуковых водопроводов и водяного колеса с ведрами-черпаками. Распространилась новая полевая культура сорго (гаолян). В быт стали входить некоторые элементы монгольской одежды, конструкции седла, смычковые инструменты. В 40-е годы XIV в. были написаны три новые династийные истории.
Самым же знаменитым научным открытием эпохи Юань был календарь, в котором длительность года составляла 365, 2425 суток, что лишь на 26 секунд расходилось с тем временем, в течение которого Земля совершает один полный оборот вокруг Солнца. Это совпадает с действующим в настоящее время григорианским календарем, который появился на 300 лет позже.
Таким образом, эпоха монгольского завоевания Китая не может быть расценена однозначным образом, как время беспросветного для китайцев иноземного ига. Шло взаимное обогащение культур, приспособление их друг к другу. Вместе с тем рост патриотических настроений в обществе привел к падению монгольской династии. Началась новая эпоха истории.



18.4. эпоха Мин.
зрелое средневековье
Общая характеристика эпохи

В правление династии Мин (1368—1644) Китай снова стал самостоятельной державой, пережившей период интенсивного обновления и духовного развития. Минский Китай родился в горниле великой крестьянской войны против монгольских завоевателей, которую возглавил крестьянский сын и бывший монах Чжу Юаньчжан.
В быту возрождались традиции домонгольской эпохи, а привнесенные монголами обычаи, одежда, прически демонстративно искоренялись правительством. Свой законченный вид в Минскую эпоху приобрела опиравшаяся на национальные традиции система управления обществом. О грандиозности замыслов минских императоров и их стремлении опираться на седую древность говорит затеянное в начале XV в. по инициативе двора составление свода всех литературных памятников Китая, а также восстановление Великой китайской стены.
Минская держава занимала всю территорию так называемого внутреннего Китая, то есть в пределах Великой стены. Два с половиной столетия мира и процветания способствовали удвоению численности населения державы, так что к началу XVII в. она составляла более 150 млн. человек. Особенно выделялся уровнем культурного и экономического развития район нижнего течения Янцзы. Его по праву считают Китаем в миниатюре. Здесь находилось несколько крупнейших городов, где проживало большинство виднейших ученых и литераторов, имелся обширный рынок сбыта произведений искусства, находились крупнейшие книжные издательства и печаталось около половины всей книжной продукции империи.
Религия. Идеология
Возрождая имперские традиции, минские правители неизбежно вынуждены были обратиться к конфуцианству, которое и заняло господствовавшее положение, обогатившись некоторыми элементами даосизма и буддизма. Согласно этой доктрине империя представлялась земным проявлением небесного, космического порядка, в котором сходятся божественное и человеческое. Поэтому управление в Китае, с одной стороны, было техникой манипулирования людьми, а с другой, — торжественным священнодействием. Провозглашая принцип единства жизни и морали, минские правители в то же время не верили в способность людей наладить свою жизнь без твердой направляющей руки. Поэтому в Китае нарастал деспотический характер императорской власти. Правители считали своим долгом держать умы подданных под неусыпным контролем и одновременно поощряли академическую декоративную ученость. Так, по приказу Чжу Юаньчжана из главного конфуцианского канона «Мэнцзы» было изъято более 80 мест, бросавших, по его мнению, тень на авторитет государя.
В конце XVI в. впервые в истории Китая были введены наказания для тех, кто на экзаменах посмел бы толковать каноны в противоречии официальным комментариям. С этого времени прослеживается стремление властей поставить даосизму и буддизму определенные ограничения. В 1373 г. в каждой административной области империи было разрешено иметь по одному буддийскому и одному даоскому храму. Самовольная организация монастырей каралась законом. В целях сокращения численности монахов устанавливались возрастные ограничения и вводились испытательные проверки для выявления их посвященности в суть учения. В XVI в. подверглись репрессиям проповедники синкретизма «трех религий» и разного рода нонконформистские мыслители. При этом в эпоху Мин многочисленными и популярными оставались локальные народные культы и религиозные секты.
Терпимым оставалось отношение властей к мусульманам, общины которых в это время численно прирастали и китаизировались: заимствовали язык, одежду, национальный стиль при возведении мечетей. После полутора веков самоизоляции Китая, когда все христианские миссии покинули страну, было получено от властей разрешение на прибытие итальянских иезуитов. Им давалось право на проповедь и постройку церквей. Некоторые из них были назначены придворными математиками и астрономами. Проповедуя христианское учение в среде китайской аристократии, иезуиты вместе с тем соглашались считать Конфуция великим мудрецом и признали культ предков. Благодаря такой гибкой политике христианские приходы стали быстро расти. Позже в страну были допущены и другие католические миссионеры.
Образование и наука
В империи Мин была возрождена традиционная система образования, однако она не смогла достичь размаха Сунского времени. В обеих минских столицах, Пекине и Нанкине, были открыты высшие государственные школы, в которых обучали военным наукам, медицине и даже магии. Восстанавливались местные школы-академии, областные, окружные и уездные училища. Указом 1375 г. предписывалось создать сеть начальных деревенских (общинных) школ. Наряду с государственными открывались частные учебные заведения. Все типы школ находились под контролем администрации.
Развитие научных знаний отразилось в практике создания трудов энциклопедического характера, в которых обобщались знания по сельскому хозяйству, технике ремесленного производства, фармакологии. Особое развитие в эпоху Мин получила история. В начале XV в. был издан «Великий свод годов правления Юн-лэ». Эта энциклопедия состояла из 11095 томов и 22877 глав и содержала разделы по истории, географии, медицине, технике и искусству. Период монгольского завоевания Китая был отражен в «Истории династии Юань». Появился новый тип исторической хроники — «Записи о свершившемся». В области философии ведущей в эпоху Мин оставалась неоконфуцианская школа, представленная именами мыслителей У Юйби (1391—1469), Лоу Ляна (1422-1492), Чэнь Сяньчжана (1428-1500).
Расширению географического кругозора способствовали описания земель, сделанные участниками грандиозной экспедиции под руководством Чжэн Хэ, и составленная в ходе нее «Карта морских плаваний Чжэн Хэ». С 1405 по 1435 гг. в страны Юго-Восточной Азии, Индию, Аравию и Африку было совершено семь экспедиций китайского флота под руководством Чжэн Хэ, который в разных походах вел от 48 до 62 только крупных кораблей. Кроме культурно-познавательных экспедиции имели торговые и дипломатические цели.
Литература
Выдающимся событием литературной жизни эпохи Мин было появление крупной повествовательной формы — героической эпопеи и романа. Героическая эпопея представляла собой сплав народного и авторского творчества. В основе первых книжных эпопей («Троецарствие» и «Речные заводи»)— народные сказы, элементы драматургии, историографии. По сравнению с ними эпопея второй половины XVI в. «Путешествие на Запад» была больше проникнута личным авторским началом. Первым крупномасштабным произведением, основанным всецело на авторском творчестве, было «Плавание Трижды Праведного по Индийскому океану» Ло Маодэна (конец XVI в.).
В эпоху Мин продолжалось развитие драматургии. Крупным драматургом был Сюй Вэй (1521—1593). Наибольшей известностью пользовался его цикл пьес под названием «Четырехголосая обезьяна», одной из которых была «Мулань», посвященная знаменитой героине китайского фольклора.
С конца XV в. наблюдается расцвет большого южного театрального представления, ориентированного исключительно на южные мелодии. Среди наиболее известных драматургов этого направления был Тан Сяньцзу (1550—1616). Самая знаменитая из его пьес — «Пионовая беседка» (1598).
Арихитектура. Искусство
В эпоху Мин, когда Китай снова стал самостоятельной державой, интенсивно развивалось градостроительство. Были обновлены большие участки Великой китайской стены, и вся она была облицована камнем: За короткий срок отстроили императорские резиденции в северной (Пекин) и южной (Нанкин) столицах, а в их пригородах сооружены грандиозные погребальные комплексы для первых минских императоров.

В Пекине был построен императорский дворцовый комплекс, оказавший влияние на градостроительство последующих веков, — «Запретный город» площадью более 17 кв. км. Он был обнесен прямоугольным в плане внутренним городом, который, в свою очередь, замыкался каменными стенами с мощными надвратными башнями. В планировке города учитывался рельеф местности. Утомительную для восприятия прямизну парадных улиц китайские архитекторы живописно дополняли искусственными холмами и озерами.
«Запретный город». Пекин
Главный пекинский Храм Неба (1420—1530), алтарь которого служил местом вознесения императором молитв Небу и Земле, был построен в соответствии с космогоническими представлениями китайцев. Обнесенная стенами квадратная территория символизировала землю, а все заключенные внутри ограды здания имели в плане круг — знак солнца и неба. С небом перекликались и остроконечные синие вершины черепичных крыш.
Мощь минской архитектуры наиболее зримо проявила себя в ансамбле тринадцати царских погребений XV—XVII вв. в пригородах обеих столиц. Эти комплексы включали храмы, башни, подземные дворцы, поражавшую воображение «Аллею духов» со скульптурами воинов, чиновников, мифических и реальных животных. Вдоль аллеи можно было встретить скульптуру главного из всех почитавшихся в Китае зверей — цилиня. Это фантастическое благовещее животное с мягким наростом на голове, копытами коня, бурой шерстью (цвет бессмертных). Появление цилиня означало покой и благоденствие в стране.
Возрождению живописных традиций в Китае эпохи Мин способствовало новое открытие придворной Академии живописи на рубеже 20—30-х годов


Храм Неба. Пекин
XV в. Для ее художников была характерна ориентация на сунские традиции и прежде всего жанр «цветов-птиц».
Расцвет получила повествовательная живопись. Тесно связанная с литературным произведением, она усвоила колорит его персонажей и занимательность сюжета. Живописцы этого направления создали увлекательный и поэтичный тип свитков-повестей. С XV в. широко распространились погребальные портреты, которые отличались реалистичностью в передаче черт лица человека. Их создавали после смерти и использовали в ритуальных целях.
Независимые от двора художники преимущественно работали в жанре пейзажа. Для пейзажистов этой эпохи главным было не просто передать внешний мир и свое отношение к нему, а как бы увиденным кем-то другим прежде. Поэтому на первое место выдвинулся стиль как способ отношения художника к миру. Такой стиль регулируется принципом экономии выразительных средств и ставит трудноразрешимую задачу добиться одновременно сходства и несходства между образом и прототипом. В итоге развития такого направления в Китае утвердилась живопись пейзажей «в манере древних мастеров». Образцы таких пейзажей заполняли страницы появившегося в XVII в. классического руководства по искусству живописи — «Слова о живописи из Сада с горчичное зерно».
Живописцы этой поры, нередко выступавшие в образе мудрецов, стремились рисовать «древнее», много раз виденное до них, запечатлеть наиболее выразительные свойства вещей. Они обнаружили, что вещи обретают свою выразительность в тот момент, когда они открываются в непривычном ракурсе. Наиболее фантастический вид приобрела природа в «пейзаже сновидений*, вошедшем в моду в начале XVII в. и отражавшем наиболее емко индивидуальный стиль авторов.
Лучшие достижения живописи XVII в. связаны с именами художников, порвавших с условностями академической традиции и творчески развивавших свободную порывистую манеру письма и экспрессивную интерпретацию природы. Для Сюй Вэя, ведущего пейзажиста XVI в., характерно обращение к красоте и логике строения видимых случайными природных форм. В жизни эти художники, как правило, были монахами или бедными скитальцами. Один из них, Гун Сянь, прославил свое имя особенно необычным пейзажем — «Тысяча пиков, миллион ущелий» (ок. 1670).
Минская эпоха отмечена расцветом декоративно-прикладного искусства, в котором все более проявлялись фольклорные начала. Появились новые образцы вещей: чайник для заварки чая, стулья, кресла, высокие столы. В изготовлении мебели новую жизнь обретает древняя традиция многослойных лаков. С середины XV в. начинают создаваться фарфоровые изделия с кобальтовой подглазурной росписью. Изменился и принцип орнаментации фарфоровых изделий, поверхность которых (белая, розовая, зеленая) использовалась как фон для создания пейзажей, жанровых и орнаментальных композиций. Начинают выпускаться трех- и пятицветные глазури, черные гладкие сосуды, вазы «пламенеющего стиля» с переходом от голубых к пурпурным тонам. В широкое употребление вошли изделия из перегородчатой эмали, выполненные из латуни или бронзы. В этой технике создавались вазы, курильницы, ширмы, фигурки. Пышностью и многозначной символикой отличались церемониальные одежды минских императоров. Цвет императорского халата, темный сверху и желтый снизу, символизировал гармонию Неба и Земли. Выдающиеся произведения прикладного искусства, императорские халаты расшивались строго каноничными знаками высшей власти, соответствующими ритуалу жертвоприношения. Традиция различала 12 основных знаков державной власти, располагавшихся вертикально, по порядку старшинства.



Китайская средневековая культура, начавшаяся в эпоху Троецарствия (III в.), претерпела ряд существенных изменений и подошла к пределу своего развития, завершению традиции в эпоху Мин. В древности китайские мудрецы говорили: «Вещи, достигнув своего предела, претерпевают превращения». Общества, которые достигают подобного кульминационного состояния, невольно обращаются к прошлому, оценивают себя в его свете, одновременно отстраняясь и преодолевая тягу к нему. Каждое новшество соизмеряется с этим прошлым, рассматривается как уже однажды бывшее, но вместе с тем вступившее в новый круг обновлений. Предметом поиска в прошлом становится непроницаемая для досужего взгляда сокровенная глубина народной жизни, дающая исток всякой традиции. Поэтому с древнейших времен и по сегодняшний день законом духовной эволюции Китая было не выявление и овладение, а сокрытие и следование потаенному потоку бытия, сопровождавшиеся освобождением от всего внешнего, броского, лишнего. Китайские мастера достигли поразительного мастерства показывать свое искусство, скрывая его. Из-за этого своего свойства китайская культура не дает легких путей познания своей мудрости, тем более что предлагает человеку мужественно довериться персту судьбы, игре случая и возводит эту неуловимую изменчивость в принципиальный постулат своего мировидения. По этой же причине китайская традиция никогда не отрывала мысль от бытия, разум от чувства, а стремилась уловить изменчивый дух в бытии вещей этого мира. Отсюда и символизм языка китайской культуры, который уподобляется «ветру и волне» и всегда указывает в явленном присутствие неведомого, как отражение небесной пустоты в земной тверди.




19

Культура
Средневековой Японии

<< Пред. стр.

стр. 8
(общее количество: 16)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>