<< Пред. стр.

стр. 43
(общее количество: 51)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

рактер хозяйства.
Но возможности данного метода не безграничны. Невозможно,
утверждает О. Шпенглер, до конца вникнуть силами собственной
души в мир чужих культур. Здесь всегда остается какой-то недо­
ступный остаток, тем более значительный, чем ничтожнее собствен-
1
Шпенглер О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории. Т. 1. С. 265.
19.2. О. Шпенглер об исторической типологии мировой культуры 487


ный исторический инстинкт исследователя, его физиогномический
такт и знание людей. «Историческая окружающая среда других людей
составляет часть их существа, и нельзя понять кого-либо, не зная
его чувства времени, его идеи судьбы, стиля и степени сознательно­
сти его внутренней жизни»1.

Мир символов Пониманию истории мировой культуры способ-
в культуре ствует проникновение в мир символов, которые
• приобретают особую ценность.
О. Шпенглер предлагает осмыслить символическое значение ча­
сов как способа измерения времени. В античной культуре время
обычно определяли днем по длине тени от собственного тела, хотя
солнечные и водяные часы уже были в употреблении. Существо­
вание человека было сосредоточено на настоящем, полностью за­
мыкалось в текущем моменте, его мало волновало прошедшее и
•будущее. Видимо, поэтому античности не были известны ни архео­
логия, ни ее «душевная изнанка» — астрология. Не было распрост­
ранено в обыденном сознании историческое летоисчисление, а счет
годам велся по олимпиадам. В античных городах ничто не напоми­
нало о глубокой древности, не было благоговейно опекаемых руин.
Так понималось время при обожествлении тела и сиюминутности
жизнеощущения.
Совсем иное отношение ко времени складывается в последу­
ющие века в западноевропейской культуре. Механические часы,
гротескный символ башенных часов, отмеряющих время горожан, и
карманные часы, сопровождающие каждого человека, — таково из­
мерение символики времени.
Столь же древнюю семантику отношения к смерти ученый обна­
руживает в различных формах погребения. Возвышенный стиль в
Индии начинается с надмогильных храмов, античный — с могиль­
ных ваз, египетский — с пирамид, древнехристианский — с ката­
комб и саркофагов. В первобытные времена многие формы смеша­
ны, но затем каждая культура возводит одну из них на символиче­
скую ступень.
Содержательна историко-культурная символика отношения к
эротике. В античности особое значение придавалось актам.зачатия
и рождения. Поэтому эротическое было средоточием культа Де-
метры. Домашний культ римлян был связан с детородной силой
главы семейства. Западная душа противопоставила этому знак ма­
теринской любви. Свое высочайшее выражение он нашел в «Сик-

Щпенглер О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории. Т. 1. С. 289.
488 Глава 19. Историческая типология культур и теория локальных цивилизаций

стинской Мадонне» Рафаэля. Символ Богоматери в христианстве
вознес эту идею на огромную нравственную высоту.
Интересные идеи высказывает О. Шпенглер о роли отца как сим­
вола охраны дома и очага, мудрого правителя. Символами проникну­
та организация хозяйства, от беспечности до скаредности, от порядка
до разгильдяйства, от заботы о будущем до жизни «одним днем».
Науки, искусства, города, языки каждой эпохи составляют физио­
гномические штрихи высочайшей символической значимости. По­
этические творения и битвы, празднества и католические мессы, за­
воды и гладиаторские игры, дервиши и дарвинисты, железные доро­
ги и римские улицы, прогресс и нирвана, газеты, скопища рабов, деньги
и машины — «все это разным образом суть знаки и символы в
картине мира прошлого, многозначительно воскрешаемого душой»1.
Мысль о всемирной истории расширяется до идеи всеобъемлю­
щей символики. Дорический, раннеарабский, романский орнамент,
образ крестьянского дома, семьи, человеческих отношений, одеяний
и культовых действий, а также облик, осанка, походка определенного
человека, целые сословия и народы, диалекты и формы оседлости
всех людей и животных и, кроме того, немой язык природы с ее
лесами, выгонами, стадами, облаками, звездами, лунными ночами и
грозами, цветением и увяданием, близостью и далью суть символи­
ческое воздействие космического на нас, когда мы внемлем этому
языку в моменты раздумий. Действительность культуры предста­
ет как «макрокосм» в совокупности всяческих символов, соотноси­
мых с конкретной душой, которая погружается в этот мир и рас­
шифровывает для себя и другие ее значения.
Люди одной культуры и одного душевного склада переживают
эти многочисленные знаки, усваивают их при помощи выразитель­
ных средств языка, искусства, религии, слов, формул. Что же касает­
ся возможности проникновения в мир других культур, то мы мо­
жем весьма неполно понимать индийскую или египетскую душу,
проявленную в людях, нравах, божествах, словах, идеях, постройках,
деяниях. Это происходит потому, что мы вкладываем в выражение
чужой души собственное понимание. Равным образом, добавляет
О. Шпенглер, толкуются древнеегипетские и китайские портреты
при отталкивании от западного опыта в искусстве-. Здесь понима­
ние нередко переходит в самообман. Основные черты мышления,
жизни, сознания столь же различны, как черты лиц отдельных лю­
дей. «Сколь далеким, диковинным и мимолетным по самой своей
идее был индийский или вавилонский мир для людей пяти или шести

1
Шпенглер О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории. Т. 1. С. 322.
19.2. О. Шпенглер об исторической типологии мировой культуры 489


следующих за ними культур, столь же непонятным станет однажды
и западный мир для людей не рожденных еще культур»1. Культура
жива, пока глаз ее видит, ухо слышит, мозг осознает, человек в це­
лом воспринимает и объясняет.
Исходя из принципа символики культур, О. Шпенглер предлага­
ет описание аполлоновской, фаустовской и магической души2. Апол-
лоновской ученый называет душу античной культуры, избравшей
чувственное тело идеальным типом пространства. К этому типу
культуры им отнесены скульптура обнаженного человека, механи­
ческая статика, чувственные культы олимпийских богов, политиче­
ски изолированные греческие города. Античный храм, античный ре­
льеф, замкнутая колоннада лишь подчеркивают контуры объема,
священное установление границ. Множественность отдельных тел
требует аналогичного мира богов — таков смысл античного поли­
теизма.
Фаустовская душа воплощена в западноевропейской культуре,
на северных равнинах и связана с рождением романского стиля в
X столетии. Ее символами стали искусство фуги в музыке, динами­
ка Галилея, католическая и протестантская догматика, великие ди­
настии эпохи барокко с их политикой, судьба короля "Лира и идеал
Мадонны, живопись, соединяющая пространства посредством света
и тени. Зодчество находит выражение в исполинских готических
храмах, в которых ощущается безграничное одиночество. Это но­
вое переживание мира повторяется в поэзии и в религии, связу­
ющей участников в мистическую общину. Здесь Божество явля­
ется лишь в буре органной фуги ,или в торжественной поступи
кантаты и мессы.
Магическая душа арабской культуры между Тигром и Нилом,
Черным морем и Южной Аравией выражается в алгебре, астроло­
гии и алхимии, мозаиках и арабесках, халифатах и мечетях, таин­
ствах и священных книгах персидской, индийской, христианской
религии.
Египетская душа видися идущей по узкой и четко определенной
жизненной тропе. Культура Египта — бытие странника, всегда бре­
дущего в каком-то одном направлении. Ее язык и формы служат
воплощению одного этого мотива. Надгробные храмы Древнего цар­
ства, в особенности мощный пирамидный храм I династии, являют
собой ритмически расчлененную последовательность пространств.
Сакральный путь, постоянно сужаясь, ведет от ворот у Нила через

1
Шпенглер О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории. Т. 1. С. 345.
2
Там же. С. 345—388.
490 Глава 19. Историческая типология культур и теория локальных цивилизаций


проходы, дворы и колонные залы к усыпальнице. Равным образом
храмы Солнца V династии являются не «постройкой», а дорогой,
отделанной мощными каменными породами. Рядами тянутся нескон­
чаемые рельефы и стенопись, вынуждающие двигаться в опреде­
ленном направлении. Сфинксовые аллеи с львиными и бараньими
головами, относящиеся к Новому Царству, построены с той же це­
лью. Продвигаясь вперед и превращаясь тем самым в символ жиз­
ни, человек становится частью каменной символики.
«Путь» означает одновременно судьбу и третье измерение. Пи­
рамида над царским гробом -— треугольник. Египетское искусство
не допускает никаких отклонений, ослабляющих напряженность души,
и египтянин проходит предначертанный путь до конца.
Китайская культура основывается на символе «Дао», что бук­
вально переводится как «путь», «дорога». «Дао» как всеобщий закон
мироздания призывает человека согласовывать свое поведение с
природой, стремиться к гармонии с ней. Китайская культура орга­
нично вписывается в ландшафт. В композицию ее храмов включа­
ются холмы и водоемы, деревья и цветы, камни. Архитектура Китая
«ластится» к окружающему природному миру, устремленные ввысь
пагоды, цветовые сочетания подчеркивают гармонию человека и
природы. Это единственная культура, пишет О. Шпенглер, где садо­
водство оказывается религиозным искусством.
В русской культуре прасимволом является «бесконечная равни­
на». Это подчеркивается отсутствием какой-либо вертикальной тен­
денции в русской картине мира, проявляется в былинном образе
Ильи Муромца. Русский этнос выражает себя в братской любви,
всесторонне проявляющейся в человеческих отношениях. Верти­
кальная тенденция отсутствует и в русских представлениях о госу­
дарстве и собственности. В архитектуре холмообразный купол по­
чти не выделяется на фоне ландшафта, а коньки с кокошником мас­
кируют и нейтрализуют движение вверх.
В общей исторической картине какой-либо культуры может гос­
подствовать только один образ — стиль этой культуры. Стили
следуют друг за другом подобно волнам. У всякой культуры есть
собственный стиль познания людей и жизненного опыта. Поэтому
каждая эпоха проектирует свой образ природы, картину мира, кото­
рые отображаются в собственной картине души. При этом наблю­
датель не может выйти за рамки условий своего времени и своего
круга. Все культуры имеют однородное развитие — от рождения к
смерти. Эпоха расцвета сменяется периодом угасания, что означает
неизбежность перехода в цивилизацию. Такова неотвратимость судь­
бы, хотя каждая культура и ее современники верят в вечное бытие.
19.2. О. Шпенглер об исторической типологии мировой культуры 491


О. Шпенглер завершает исследование морфологии культур мыс­
лью о неизбежности духовного кризиса, который «охватывает весь
1
европейско-американский мир» . Каждой культуре присущ особый
способ духовного угасания, но у этого этапа есть и общие симпто­
мы. Цивилизация начинается в духовном смысле с переоценки всех
ценностей: «перечеканивает все формы предшествовавшей культу­
ры, иначе толкует их, иначе ими пользуется. Она ничего уже не
порождает, она только дает новые интерпретации. В этом заключа­
ется негативный аспект всех эпох подобного рода»2.
Причем речь идет не столько о внешних чертах, сколько о внут­
ренней исчерпанности души, без остатка реализовавшей свои воз­
можности. Для античности это состояние наступило в римскую
эпоху. Для Европы, пишет О. Шпенглер, время заката придет через
2000 лет. Культура и цивилизация различаются между собой как
живое тело и мумия. Человек культуры живет внутренней жиз­
нью, ощущая мир как судьбу. Человек цивилизации живет, в про­
странстве, среди вещей и фактов. Первые симптомы исчерпаннос­
ти души — отчужденность, практицизм, бездушность, рационализм,
отсутствие живой религиозности. Человек цивилизации — это при­
верженец культа духовной посредственности, любитель злободне­
вных газетных новостей, заменяющий идеи — целями, символы —
программами. Люди больше всего озабочены проблемами питания
и гигиены, вопросы алкоголизма и вегетарианства трактуются с ре­
лигиозной серьезностью.
Когда жизнь культуры подходит к концу, а с нею угасают твор­
ческий элемент, изобразительная сила и символика, то остаются «пу­
стые» формулы, скелеты мертвых систем, которые воспринимаются
как нечто бессмысленное, механически сохраняются или презира­
ются и забываются людьми чуждых культур. Формулы, законы уже
ничего не означают, ибо они не имеют плоти, которую им могло бы
придать только живое человечество.
Отказ от культуры совершается нагло и агрессивно. Человек
не испытывает желания подняться до высот культуры, сделать уси­
лие, чтобы ее понять. Он требует, чтобы все было выровнено до его
унылого уровня, а всякая утонченность, изысканность и воспитан­
ность объявляются ненужными излишествами. Таково грозное про­
рочество О. Шпенглера о надвигающейся опасности заката Европы
и Америки.

' Шпенглер О. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории. Т. 1.
С. 624.
2
Лотман Ю.М. Семиосфера. СПб., 2001. С. 399.
492 Глава 19. Историческая типология культур и теория локальных цивилизаций


19.3. А. Тойнби о локальных цивилизациях
в истории мировой культуры
Имя А. Тойнби (1889—1975) — английского исследователя ис­
тории культуры — приобрело широкую известность в гуманитар­
ной науке XX в. Его труды переведены во многих странах мира.
Они привлекают широтой эрудиции, оригинальностью концепции
постижения глубинных источников возникновения, роста и распада
цивилизаций в истории человечества, анализом социально-куль­
турных и психологических последствий контактов между различ­
ными культурами.
А. Тойнби — автор более 30 книг, 12-томного «Исследования
истории», сотен научных статей, публицистических выступлений.
На русском языке опубликованы «Постижение истории» (М., 1991),
«Цивилизация перед судом истории» (М., 1995). Его работы отлича­
ются глубоким интересом ко многим проблемам современности.
Тойнби называл себя историческим оптимистом, преисполнен­
ным веры в победу разума над силами зла, предостерегал об опас­
ности утраты духовности, пренебрежения к идеалам и ценностям.
По его мнению, в истории культуры всегда действуют люди, наде­
ленные различными стремлениями, мотивами, склонностями, симпа­
тиями и антипатиями, отношениями родства, вражды, господства и
повиновения. Он сравнивает деятельность историка с диалогом, в
котором «живые учатся говорить живое слово о живых».
Культурологическая концепция А. Тойнби демонстрирует бли­
зость его позиций к теории культурно-исторических типов. Ори­
гинальность взглядов исследователя достоит в соединении соци­
ально-философского, исторического и культурологического подхо­
дов. Постижение истории культуры, поиск внутренних механизмов,
определяющих взаимосвязь общественных и культурных измене­
ний, выражают особенность понимания роли духовности как осно­
вы перемен в истории культуры и цивилизации. Отметим принци­
пиальные положения культурологической концепции А. Тойнби.

История культу- История культуры разворачивается как драма идей,
ры как непрерыв" столкновения мнений, победы или поражения духов­
ный процесс ных ценностей различных социальных слоев. Непре­
рывность истории нельзя представить в виде скуч­
ной, монотонной и однообразной схемы линейного движения. Понятие
непрерывности истории имеет значение как символический образ, на
котором вычерчиваются контуры реального многообразия жизни.
19.3. А. Тойнби о локальных цивилизациях в истории мировой культуры - 493

Всемирная история может быть представлена в,виде древа, корне­
вую систему которого составляют традиционные культуры. Тойнби
называет приблизительно 650 таких обществ. Они ограничены тер­
риториально, малочисленны и многие из них погибли насильствен­
ной смертью. При этом ученый выражает несогласие с теми, кто
утверждает, что это «народы, у которых нет истории». «Разве нет
вероятности, — пишет он, — что все существующие ныне примитив­
ные общества — это сухие ветви когда-то живого древа и что их
застывшее состояние — эпилог бурной когда-то истории?» В свое
время они были динамичными и внесли вклад в историю культуры.
Основное внимание А. Тойнби сосредоточено на последующих
обществах. Он называет их «локальными цивилизациями», имеющ­
ими духовные традиции и общую территорию. Цивилизации равно­
ценны, каждая из них уникальна.
Цивилизации можно разделить по происхождению на первич­
ные, возникающие непосредственно из примитивных обществ; вто­
ричные, порождаемые на их основе, и третичные, вырастающие из
вторичных. К примеру, из минойской цивилизации появляется эл­
линская и затем уже западно-христианская и восточно-христианс­
кая. Тем самым обнаруживается родство цивилизаций. «Главы
истории любого отдельно взятого общества напоминают последова­
тельные ступени опыта человека»1, — пишет Тойнби. Они похожи
на отношения между родителями и детьми: каждая последующая'
цивилизация наследует определенные свойства, долгое время нахо­
дится под опекой, затем обретает самостоятельность и собственные
достижения, ценности.
В классификации цивилизаций Тойнби выдвигает два критерия:
общность религии и степень удаленности от того места, где данная
культура первоначально возникла. Ученый приводит весьма под­
робную таблицу расположения цивилизаций на карте всемирной
истории. Обобщая результаты своего исследования, он называет
21 цивилизацию и дает' их подробное описание. Судьба названных
цивилизаций была неодинаковой, некоторые остались в виде архео­
логических реликтов, другие мертвы, и только немногие из них су­
ществуют в. XX в.
В настоящее время, согласно Тойнби, мы можем различить:
1)-западно-христианское общество в католической, протестантской,
лютеранской формах в странах Западной Европы, США, Австралии;
2) православно-христианское, или византийское, общестьо, рас­
положенное в Юго-Восточной Европе и в России;
1
Тойнби А. Постижение истории. М., 1991. С. 17.
494 Глава 19. Историческая типология культур и теория локальных цивилизаций


3) исламское общество, сосредоточенное в аридной (сухой) зоне,
проходящей по диагонали через Северную Африку и Средний Вос­
ток от Атлантического океана до Великой китайской стены;
4) индуистское общество в тропической субконтинентальной
Индии к юго-востоку от аридной зоны;
5) дальневосточное общество в субтропическом и умеренном
районах между аридной зоной и Тихим океаном.
Представленный перечень ныне существующих цивилизаций не
является исчерпывающим, ибо А. Тойнби не ставит такой задачи.
Каждая цивилизация проходит путь генезиса, роста, надлома и
распада. Эти этапы можно проследить на историческом материале,
что делает судьбы цивилизаций сравнимыми между собой.

Генезис локаль- Процесс зарождения цивилизаций имеет опреде-
ных цивилизаций, ленный ритм чередования статики и динамики, пас-
Вызов—Ответ сивности и активности.
Географические условия были одной из причин
зарождения цивилизаций: «речных» — египетской, шумерской, ин­
дуистской; «нагорных» — андской, хеттской, мексиканской; «архи-
пелагских» — минойской, эллинской и дальневосточной в Японии;
«континентальных» — китайской, индской и православно-христиан­
ской в России; «лесной» — цивилизации майя.
Территориальный фактор можно назвать сопутствующим, но не
решающим. Цивилизация зарождается благодаря энергетическому
импульсу, прорыву инерции покоя, когда она находит внутреннее,
духовные силы для Ответа на Вызов истории, что приводит к успе­
хам в ремесленно-промышленной, торговой, художественной, поли­
тической, научной, религиозной деятельности.
В местах зарождения цивилизаций человек сталкивался с тя­
желейшими испытаниями, которые А. Тойнби называет Вызовом.
Суровые природные условия создавали «стимул бесплодной зем­
ли», требовавший от людей неимоверных трудовых усилий. Важно
было дать Ответ на этот Вызов: постоянно поддерживать создан­
ные ирригационные системы, источники энергии, способы земле­
делия.
Другим, не менее важным Вызовом можно назвать «стимул но­
вых земель», Ответ на который требовал освоения новых террито­
рий, миграции, торговых путей. Он способствовал культурным кон­
тактам и распространению цивилизации. Существует немало иных
ситуаций, требующих мобилизации жизненной энергии народов:
например, когда народы занимают положение «форпоста», отражая
внешнее давление, или же в случае «стимула ущемления», возника-
19.3. А. Тойнби о локальных цивилизациях в истории мировой, культуры 495

ющего в результате бедности, расовой, классовой или религиозной
дискриминации.
Для того чтобы решить проблемы, найти Ответ на Вызов, необхо­
димо преодолеть инерцию, развить творческую энергию. Таким об­
разом, Вызов-и-Ответ рассматриваются как всеобщий закон генези­
са цивилизаций.
Однако повышение силы Вызова сверх некоторого предела вле­
чет за собой снижение возможностей, когда реальный успех стано­
вится недостижимым и вызывает вместо вдохновения апатию. То
же может произойти при слабом стимуле, который, хотя и вызывает
Ответ, но он практически незаметен и не влечет за собой суще­
ственных перемен в цивилизации. Чрезмерность давления, безгра­
ничность требований могут лишь замедлить, затормозить процесс
развития. Исходя из этого, А. Тойнби считает, что «существует оп­
ределенная мера суровости испытания, когда стимул Вызова дости­
гает наивысшей интенсивности. Назовем эту степень суровости
оптимизмом»1. Именно на отрезке «золотой середины» Вызов мо­
жет стимулировать максимальный Ответ.
Согласно Тойнби зарождение или генезис цивилизации — лишь
начальный период ее развития. Было бы неверным считать, что ее
дальнейшая судьба предрешена и процесс роста будет происхо­
дить сам собой. На этом пути цивилизацию ожидают немалые
испытания.

Расцвет Следующей стадией в развитии цивилизации яв-
цивилизации ляется движение к расцвету, когда энергия твор­
чества достигает высших результатов во всех
сферах культуры. Возникающие проблемы успешно решаются, пла­
ны реализуются, таланты получают признание.
Рост цивилизаций является поступательным движением. Они
развиваются благодаря порыву, который влечет их от Вызова через
Ответ к дальнейшему Вызову, от дифференциации к интеграции.
Изменения постоянно накапливаются и передаются от поколения к
поколению на основе исторической преемственности в развитии
культуры.
Прогресс цивилизаций и их могущество нередко связывают с
территориальной экспансией, расширением границ, стремлением к
распространению своего влияния. А. Тойнби негативно оценивает
такую тенденцию, -считая, что единственным социальным послед­
ствием подобных действий можно считать замедление роста, а иногда

<< Пред. стр.

стр. 43
(общее количество: 51)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>