<< Пред. стр.

стр. 9
(общее количество: 51)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

ческое значение социально детерминированное раздвоение культу­
ры приобрело только тогда, когда технический прогресс предоста­
вил средства, оттеснившие литературу на обочину массовой культу­
ры и выдвинувшие в центр поп-арта эстрадные, кинематографические,
телевизионные и рекламные произведения, которые не оказывают
интеллектуального воздействия. Они обращены к объединенным
на стадионах или в колоссальных концертных залах молодым лю­
дям, жаждущим эмоционального возбуждения, которое бывает осо­
бенно действенным при соединении зримых образов и как можно
более громких звуков, и актуализируют сексуальные и агрессивные
чувства.
Цивилизация, имевшая в основе своей развитие интеллекта наI
всех уровнях культуры и одухотворение инстинктивно-физиологи­
ческой мотивации социального и сексуального поведения людей,
парадоксальным образом привела к вытеснению интеллекта из куль­
туры и к активизации унаследованных человеком от предков фи­
зиологических реакций. Отражая эту ситуацию, психоаналитиче­
ская мысль определила функцию культуры по отношению к натуре
человека не как духовно-возвышающую, а как репрессивную, и ста­
ла искать способы минимизации становящегося едва ли не всеоб­
щим конфликта между либидозными, агрессивными «зовами приро­
ды» и сдерживающими их нравственными «табу».
Оказалось, таким образом, что цивилизация' не является абсо­
лютным благом, и острота сложившейся исторической ситуации
состоит в том, что впервые в своей истории цивилизация раскрыла
таящиеся в ней силы, разрушительные для культуры и для само­
го физического существования человечества, а может быть, и жизни
на нашей планете как таковой. Процессы, происходящие на наших
глазах и, хотим мы этого или нет, при нашем участии, свидетель­
ствуют о том, что человечество ищет выход из тупика, в который
привел его научно-технический прогресс, освободивший вместе с
4.2. Цивилизация 81


религиозными преградами и от всех имманентных культуре нрав­
ственных «регуляторов». Экологический и назревающий генетиче-
ский-кризисы требуют формирования нового типа отношений куль­
туры и цивилизации, который вывел бы современную культуру из
подчинения цивилизации, но не возродил бы при этом ее подчинен­
ность религиозно-мифологической культуре традиционного типа,
враждебно относящейся к цивилизации. Это сможет осуществить­
ся, если культура будет оказывать воздействие на все цивилизаци-
онные механизмы, причем не государственно-политическими дек­
ретами 1и репрессивно правовыми средствами, а нравственными
принципами, регулирующими поведение и деятельность членов об­
щества сознанием ответственности каждого за судьбу всех.
Патриархальный крестьянский быт и монашеская духовная са­
моизоляция считаются архаическими формами культуры именно
потому, что они отрешены от современной цивилизации. Характер­
ная для идеологии наших неославянофилов и почвенников идеа­
лизация прошлого, доцивилизационного состояния человечества —
патриархально-общинного строя крестьянской жизни и порожден­
ного им домостроя, дохристианской языческой древности Руси или
уваровско-николаевской триады «православие, самодержавие, народ­
ность», — должна быть-расценена в лучшем случае как наивно-
романтический ретроспективизм: она наносит реальный вред вос­
питанию сознания вступающих в жизнь поколений, а значит —
формированию нового исторического типа культуры, использующе­
го все механизмы цивилизации и опирающегося на них, но не под­
чиняющего им выработанных в процессе многотысячелетнего раз­
вития культуры высших ценностей человеческого бытия.
Только на этой основе станут и возможными, и необходимыми
преодоление пропасти, разделяющей массовую и элитарную суб­
культуры, и реализация заложенного в бытии культуры импульса к
духовному объединению людей: жизнь духа «снимает» все био­
антропологические и социальные различия (между полами и поко­
лениями, расами и нациями, сословиями и классами и др.), порож­
денная культурой человеческая духовность имеет нравственную, т.е.
общечеловеческую, природу в отличие от духовности религиозной.
Вот почему речь идет о совершенно реальной возможности гармо­
низации интересов науки и нравственности — именно это долж­
но стать фундаментом связи культуры и цивилизации, способной
обеспечить человечеству будущее.
Глава 5

СУБЪЕКТ КУЛЬТУРЫ



5.1. Субъект культуры — человек культуры
Слово «субъект» и производные от него формы происходят от
лат. subject, которое можно перевести как «лежащий внизу, находя-]
щийся в основании, выступающий фундаментом» (от sub —r под,|
jacio — бросаю, кладу основание, устанавливаю).
В истории общественной мысли понятие «субъект» понималось!
по-разному. Современная его трактовка берет начало в работах]
французского ученого и философа Нового времени Р. Декарта. Для|
Декарта резкое противопоставление субъекта и объекта выступало!
исходным пунктом при анализе познавательного процесса, а также)
необходимым моментом обоснования возможностей человеческого!
знания с точки зрения его достоверности. Французский мыслитель,
не раз акцентировал внимание на том, что субъект имеет именно ]
активное начало в познавательных операциях, он неизменный ини­
циатор процесса познания. Немецкий философ И. Кант раскрыл 1
некоторые существенные законы внутренней организации субъек-1
та познания, благодаря которым становится возможным достиже-j
ние всеобщего и необходимого знания. Принципиальным этапом;
в эволюции понятия «субъект» в новоевропейской мысли могут
считаться тезисы Г. Гегеля о социально-исторической природе
субъекта познания, его неразрывной связи с культурой, в которую
погружен индивид, взаимозависимости и взаимообусловленности про­
цессов познания и культурного созидания. Субъект — это не «иде­
альная вещь», но прежде всего практика.
Сознательное воспроизводство объекта познания предполагает
самосознание субъекта, ибо как объект, так и субъект не даны не-
83
5.1. Субъект культуры — человек культуры


посредственно, а воссоздаются активностью самого 'субъекта. При
)том субъект не находится вне своей деятельности по объектива­
ции, опредмечиванию, трансформации и захвату окружающей ре­
альности — без непрерывного воссоздания и перевоссоздания на­
личных форм культуры его попросту не существует.
Введенный в оборот в рамках философии, если точнее — гносе­
ологии, термин «субъект» в последующем стал употребляться в
более широком смысле. Сегодня и в повседневной практике, и в
гуманитарном знании, в том числе в культурологии, под ним под­
разумевается носитель предметно-практической деятельности или
познания, источник и агент активности, направленной на объект,
которым является окружающий субъекта мир во всем его многооб­
разии. Субъектом может выступать как индивид, отдельный чело­
век,'так и социальная группа, некоторая совокупность людей. Одна­
ко для этого недостаточно просто быть человеком или образовать
некоторое сообщество. Субъективность — не онтологическая, не
бытийственная характеристика, но показатель отношений, возника­
ющих между двумя сторонами: делателем и предметом возделыва­
ния. Поэтому ее необходимым уровнем является активная деятель­
ность. Именно в актах овладения, трансформации, вторжения в
окружающий мир, воссоздания его проявляются субъективные чер­
ты. Субъект культуры — это активный деятель, творец, преобразо­
ватель культурной реальности. Он находится на пересечении мно­
жества факторов — как внешних, или объективных, в той или иной
степени его предопределяющих, так и внутренних, или субъектив­
ных, благодаря которым он сам, в свою очередь, посредством актив­
ной деятельности вторгается в культуру и изменяет ее.
Человек приходит в мир уже наделенным определенными биоло­
гическими, физиологическими и психологическими параметрами. Как
любая биологическая целостность, положенная в контекст природ­
ной реальности, он подчиняется тем или иным законам природы.
Однако человек определяется как человек не этими чертами, а теми
характеристиками, которые позволяют ему стать активным реформа­
тором окружающей реальности. Или, говоря другими словами, чело­
век становится человеком в тот момент, когда в нем проявляется
субъект культуры, ибо именно культура отличает человека от всех
феноменов реальной действительности. Благодаря ей мы можем
очертить границы человеческой уникальности — только в культур­
ной плоскости человек проявляется как существо суверенное и авто­
номное, принципиально несводимое к другим формам природного
мира. Субъект культуры присутствует лишь тогда, когда заявляет о
84 Глава 5. Субъект культуры ,

себе Человек культурный, и наоборот. То же самое справедливо и
относительно человеческих сообществ: некое образование индиви­
дов лишь тогда становится социальной автономностью, когда начи­
нает выступать в качестве коллективного субъекта культуры. '
Поэтому необходимо более подробно остановиться на тех чер-,
тах человека и человеческих сообществ, в которых проявляется
человеческое,т.е. культурное.
Ответ на вопрос о человеческой природе пытались дать многие
мыслители в разные исторические эпохи. Сегодня существует целая'
область познания, специально занимающаяся данной проблемой.
Как существо природное, биологическое, человек не обособлен
полностью от явлений окружающего мира — живой или неживой
природы. Так же, как животные, он входит в состав биосферы зем-:
ли. Следовательно, веете законы, которые определяют существова­
ние живой материи, проявляются и в нем. Биофизиологические
пласты — существенный момент природы человека.
За многие века дискуссии о том, что роднит человека с окружа­
ющим миром и что их различает, не раз выдвигались теории, со­
гласно которым человек трактовался только как «сложный меха­
низм», подобный многим другим «биологическим машинам», а пото­
му существенно не отличающийся от животных. Радикальный пример-
подобного подхода можно встретить в сочинении французского
философа Ж. О. де Ламетри (1709—1751) «Человек-машина» (1747).
Наивность многих высказанных доводов в нем сегодня может
вызвать разве что улыбку. Тем не менее попытки редуцировать, т.е.
свести, человека только к природно-биологическим компонентам
не прекращаются до сих пор.

Различие мира Безусловно, человек не исчерпывается биологи-
человека и . ческими или физиологическими характеристика-
природы ми. Он принципиально отличается от животных.
Тем не менее не так-то просто указать, в чем же
именно состоит радикальное различие человеческого и природно­
го миров. В самом деле, выражение «человек общественный», т.е.
живущий в окружении себе подобных, не может считаться реша­
ющим аргументом. Нам прекрасно известно, что очень многие
животные живут стаями, в которых имеется довольно разветвлен­
ная система специализации (волки, крысы, муравьи, обезьяны, пче­
лы и пр.). Однако оттого, что природе человека присуща некая
черта, мы называем объединения людей — социумом, а объедине­
ние, допустим, волков — стаей.
5.1. Субъект культуры — человек культуры 85


Сама по себе способность с помощью тех или иных «знаковых»
форм (телодвижений, звуковых сигналов, артикуляционных после­
довательностей, мимических комбинаций и т.д.) передавать собрать­
ям информацию не позволяет называть обращение человека к чело-
цоку речью. Наоборот: именно потому, что отправитель — человек,
отправляемое им послание становится речью.
Как и животные, люди едят, спят, заботятся о потомстве, защища­
ют себя от внешней агрессии, отдыхают, страдают от болезней, обла­
дают памятью и т.д. Животные же, подобно людям, преобразуют
природу, вторгаются в окружающий мир, активно действуют (вьют
гнезда, роют норы, устраивают запруды и т.д.). Оговорка, что во
всех своих действиях животные подчиняются императиву инстинк­
та, иногда может показаться весьма убедительной. Однако когда
дело касается принципиальных вопросов и речь заходит о точно­
сти и ясности определений, подобное объяснение не представляет­
ся убедительным. Во-первых, в человеке также проявляются ин­
стинкты — очень многие его поступки вполне ими объясняются.
Ьолее того, как показал К. Леви-Стросс, в традиционных культурах
неевропейской ориентации жизнь человека полностью исчерпыва­
ется воспроизведением уже имеющихся, неоднократно опробован­
ных форм, которые по внешнему виду близки к «культурным ин­
стинктам». Во-вторых, инстинкты хоть и медленно, но трансформи­
руются под влиянием внешних обстоятельств. Животный мир не
остается неизменным. Инстинктивная программа, разумеется, в боль­
шинстве случаев предопределяет жизнь зверей, однако допускает
и отклонения,вариации,свободную комбинацию.
Каждому аспекту жизни людей, едва ли не всякому их поступку
можно отыскать аналог в животно-природном мире. Следователь­
но, не какие : то отдельные характеристики человека как биофизио­
логической автономности являются основанием для его отделения
от природного мира, но, напротив, самим этим характеристикам при­
дается статус человеческих, потому что они принадлежат человеку.
Остановимся на трех моментах, имеющих существенное значение
для определения человека вообще, человека культурного, и субъекта
культуры: 1) сознательности; 2) воспитанности; 3) креактивности.
Сознательность. Любой человеческий факт всегда с опреде­
ленностью позволяет идентифицировать его именно как факт чело­
веческий — или оппозиционный природному, или предполагающий
некоторое «приращение» природного.)Он человеческий именно по­
тому, что" не сводим к природности: сверхприроден, надприроден,
ииоприроден. Специфическая человеческая «надстройка» в разные
86 Глава 5. Субъект культуры


времена называлась по-разному: сверхреальное, трансцендентное!
виртуальное, умозрительное, интеллектуальное, рациональное, a6cq
рактное, духовное, сознательное и др. В самом общем виде ее мо
но определить как присутствие в человеке и в человеческом <а
обществе способности удваивать мир: «накладывать» на мир реалй
ных вещей и процессов мир ирреальных сущностей (последни!
хотя и связаны с реальностью природных феноменов, но обладаю;
определенной автономностью).
Итак, собственно человеческое в человеке — это сверхприро
ное, идеальное, надстроенное над реальностью. Человек облада
«второй природой», и именно тогда, когда в его поступках проявл
ется это качество, он становится субъектом. Его поступки и дей
ствия определяются не только материально-природными зависим
стями, но и осознанным выбором. Такова же, как мы видели, и одн'
из характерных черт культуры. «Вторая природа» культуры сопри!
частна «второй природе» человека. Следовательно, человек являет
ся человеком постольку, поскольку он погружен в культуру, выст"
пает субъектом культурных преобразований, обладает возможно)?
стью, навыком, необходимостью находиться в двух мирах, сопрягат
их в каждом акте своей жизни.
Воспитанность. Разумеется, люди должны поддерживать своя
физиологическое существование, поэтому в своих поступках они
нередко руководствуются «зовом природы». Тем не менее в боль)
шинстве случаев человеческие желания и действия подчиняются
требованиям и указаниям, исходящим не из сферы природных ин
стинктов, а из области сверхприродной, духовной. В зависимости Ж
тех или иных обстоятельств приоритетность природных и духов^
ных импульсов может варьироваться — вплоть до радикальног
отказа подчиняться закону одной сферы и полного подчинения дру?
гой. В одних ситуациях человек может полностью «озвереть», руко!
водствоваться только инстинктами, в других, напротив, совершенна
игнорировать веления природы и следовать исключительно «духов­
ному стремлению». Однако чаще всего учитываются оба момент
— природный и сверхприродный. Причем зависимость людей о"1
произвола природных стихий от века к веку ослабляется, степен :
воздействия на человеческую жизнь надприродного компонента
возрастает. В этом проявляется прогресс человечества, который как
раз и исчисляется мерой возрастания в обществе неприродностиу
или культурности. Сегодня определяющую роль в человеческой
судьбе играют не физиологические, а культурные условия; ведущее
положение при формировании жизненного проекта человека при
всех оговорках занимают факторы сверхприродные.
5.1. Субъект культуры — человек культуры 87


Более того, сам человек — даже в своих внешних, физиологи­
ческих контурах— является существом «окультуренным», т.е. сфор­
мованным по канонам культурных императивов, которые отфиль­
тровывают природность как на индивидуальном, так и на обществен­
ном уровнях. Иначе говоря, из мира вообще, из окружающей
действительности, из природных задатков, дающихся человеку при
рождении, выбирается не все, а только то, что необходимо в данных
конкретных условиях. При этом выборка в большей степени дик­
туется не природной предрасположенностью, а культурной целесо­
образностью.
Креативность. Как нами уже не раз отмечалось, не все действия
человека правомерно именовать собственно человеческими. Чело­
век может прожить долгую жизнь, но так и не заявить о себе как о
человеке — субъекте культуры, т.е. существе, наделенном сверхпри­
родными качествами и способном их проецировать вовне. При этом
он даже может считать себя вполне счастливым — успешно обеспе­
чивая полное удовлетворение непосредственных физиологических
потребностей и довольствуясь достигнутым. Прозябание, каждоднев­
ное «отправление нужд тела» и полное отсутствие иных желаний —
то, что чаще всего называется «обывательством», — зачастую пред­
ставляется удобной позицией не только самим «агентам» (конкрет­
ным людям), но и «правителям»: населением, озабоченным лишь до­
быванием и поглощением «хлеба насущного», легко манипулировать.
Таким образом, «животное» существование — это не только кошмар
антиутопий; реальность подчас превосходит любые, самые страшные
пророчества. Существование, которое замыкается на дословной реп­
родукции одних и тех же бытииственных форм — рано или поздно
окостеневающих, запечатлевающихся в структурах реальности и ста­
новящихся в некотором роде аналогом «первой природы» — ив
своем настоящем прямо «цитирует» прошлое, по сути, не является
человеческой жизнью: В нем отсутствует надприродное начало. Тем-
то и отличается надприродность от природности, что, несмотря на
нею свою нормативность, культурность, не является непреложной.
Любая абсолютизация сверхприродного принципа, возведение его в
ранг неотвратимого, вводит его в царство природы, потому что при­
нудительной жестокостью обладают естественные явления.
Человеческая же деятельность не замыкается в границах при­
роды. Она имеет культурный, творческий характер и направлена на
трансформацию природного и надприродного миров. Другими сло­
нами, человек выступает субъектом культуры лишь тогда, когда со­
здает новые формы жизнедеятельности, несводимые полностью
ник прошлому природному, ни к прошлому надприродному. Он не
Глава 5. Субъект культуры

просто активен, но творчески активен. Необходимость учитыват
реально-идеальный контекст, сформованность по ценностно-культур,
ным канонам не препятствует созидательной деятельности, хот
иной раз может казаться ущемлением прав индивидуальное
препятствием в проявлении ее уникальности. Обратим внимани
что акты простой деструкции, уничтожения, ниспровержения не могу
считаться признаками субъективно-культурной деятельности щ
людей или народы, совершавших подобные действия, по праву назад
вают варварами.
Итак, среди наиболее важных характеристик субъекта культур
выступают сознательность (способность и потребность проявлят
надприродные качества), воспитанность (сформованность по реаль
но-идеальной культурной матрице) и креативность (умение произ,
водить «культурный продукт», не уничтожая великие ценности пр
шлого, но, напротив, используя их в своих действиях).
Субъект культуры, как и субъект любого иного порядка, — это
активно действующая инстанция. Поэтому следует рассмотрет
характер и основные черты культурной деятельности.

Культурная К основным критериям • культурной деятельност
деятельность человека можно отнести символичность, смысло!
пологание, коммуникативность, регламентирова
ность, созидательность. Рассмотрим эти критерии.
Символичность. Как мы уже убедились, не любую деятельност
можно считать культурной. Однако всякий поступок, любой жест и
каждое слово, произносимое человеком, могут стать при определен;;
ных условиях культурным актом. Это становится возможным лиш˜
тогда, когда поступок совершается человеком как человеком, т.е
существом, в котором реализуется культурный потенциал, «отра
жаются» идеальные горизонты. Принципиальное значение имее
не то, что фиксируется реально, что мы можем «снять» при помощи
тех или иных датчиков, а то, что находится над реальностью движе­
ний, таится под реальными перемещениями тел и вещей или какой
смысл имеет данное действие. Поэтому первым критерием куль­
турной деятельности следует считать способность посылать и вос­
принимать трансцендентные (т.е. сверхреальные) указания, или, точ;
нее, символичность поступков. Слова, позы, звуки, мускульное на­
пряжение, пространственно-временные перемещения, манипуляции
с окружающими предметами только тогда обретают культурно-че­
ловеческое значение, когда не замыкаются в пределах природной
объективности, но предполагают и иные измерения, т.е. объединяют
89
5.1. Субъект культуры — человек культуры


В себе то, с чем мы сталкиваемся как существа природные, и то, что
апеллирует к нам как существам надприродным, культурным.
Смыслополагание. Человеческие поступки не оцениваются по
•"ой же схеме, что и явления окружающей действительности. Как
кже упоминалось, сам по себе феномен реального или идеального
[Мира «пуст», т.е. он не предопределяет своего места в человечес­
кой культуре, а, напротив, определяется им. Первостепенное значе­
ние имеет отношение к нему со стороны человека и человеческого
сообщества: то, в каких случаях, как именно он оценивается, встра­
иваясь в иерархическую систему значимостей. Культура наделяет
любой факт, как человеческий, так и входящий в орбиту человечес­
кой жизни, смыслом, сущностью, значением. Соответственно, куль­
турная деятельность с неизбежностью должна учитывать это об­
стоятельство и потому носить осмысленный характер. Действен­
ные акты производятся не автономно, сами по себе, но всегда
полагаются в общей ценностной структуре.
Коммуникативность. Деятельность субъекта культуры не сво­
дится к простой активности индивида или сообщества, спонтанной
разрядке энергетических импульсов. Она всегда предусматривает
адресата, человека или группу людей, способных адекватно, т.е. на
том же уровне восприятия, откликнуться на плоды творческих уси-
ший. Благодаря этому возникает специфически человеческое обще­
ние между индивидами, формируется сообщество людей, некоторая
Их совокупность, а не просто собрание разрозненных существ, волей
случая находящихся в одном месте и в одно время. Такая коммуни­
кативная целенаправленность отличает человеческое общество от
животного стада. В стаде тоже происходит обмен информацией —
.шери «общаются», но их «общение» происходит по поводу реально­
сти, и этим необходимость контакта исчерпывается. В социуме на­
ряду с теми же проблемами, которые возникают в зверином стаде,
существует масса других аспектов, не редуцируемых только к необ­
ходимости физиологического воспроизводства жизни. Ойи «завя­
зываются» в сверхприродной сфере, а потому предполагают и взаи­
модействие индивидов на этом уровне.
Регламентированность. «Культурный контакт» — это предва­
рительное условие всякой культурной деятельности. Он должен

<< Пред. стр.

стр. 9
(общее количество: 51)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>