ОГЛАВЛЕНИЕ

В.П. КУЛТЫГИН
ИССЛЕДОВАНИЯ СОЦИАЛЬНОЙ СТРУКТУРЫ В ПЕРЕХОДНЫХ ОБЩЕСТВАХ (ИСТОРИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЙ ОБЗОР)
КУЛТЫГИН Владимир Павлович – доктор философских наук, профессор, руководитель Центра истории социологии Института социально- политических исследований РАН


Проблемы, связанные с изучением социальной структуры общества, динамикой ее развития, являются одними из ключевых в социологии. Сегодня очевидно, что исследование этих проблем в отечественной науке приобретает качественно новые характеристики. Это обусловлено изменившимися объективными и субъективными факторами, из которых наиболее существенным объективным обстоятельством является, прежде всего, переходное состояние российского общества, (причем впервые в истории человечества вектором этой трансформации является переход от социалистического общества к обществу капиталистическому). К числу важнейших субъективных инновационных факторов следует отнести отсутствие изначальной идеологической заданности для научных исследований в этой области. Все это делает необходимым еще раз обратиться к методологическим основам анализа динамики социальной структуры переходного общества с учетом мирового опыта обществоведения, накопленного в этой сфере. В данной консультации рассматриваются, во-первых, становление некоторых важнейших концепций социальных систем и изменения социальной структуры, во-вторых, наиболее известные в истории социологии прикладные исследования, посвященные данной тематике, в-третьих, основы категориального аппарата социологического анализа социальной структуры.


Из истории становления концепций социальных систем и социальной структуры



Необходимо, прежде всего, отметить, что под переходным обществом или обществом переходного периода мы понимаем такое состояние общества, при котором достаточно радикально изменяются его основные задачи и функции, что влечет, в свою очередь качественное изменение социальных институтов на основе трансформирующейся иерархии социальных ценностей. История социального познания свидетельствует о том, что наиболее радикальные и быстрые подвижки и в базовых ценностях, и в основополагающих социальных отношениях начались в мировой истории с середины XIX в. С тех пор процессы трансформации стали практически перманентными для подавляющего большинства обществ на Земле. Бурное развитие капитализма, переход его в империалистическую стадию и положил начало процессам глобализации всех сторон общественной жизни, о которой стали так много дискутировать с конца ХХ в. Именно в ответ на потребности

изучения качественно новых социальных взаимодействий, в социальном познании возник принципиально новый подход - социологический. За полтора века своего существования социология разработала продуктивный детализированный категориальный аппарат анализа социальной структуры и ее подвижек, а также дала образцы достаточно глубоких и практически ориентированных эмпирических исследований состояния и изменения социальной структуры в современных обществах.
Социальной структурой называется определенный способ связи и взаимодействия людей как элементов общества, занимающих определенные социальные позиции (их статус) и выполняющих определенные социальные функции (социальные роли) в соответствии с принятой в данной социальной системе иерархией норм и ценностей. В качестве основных свойств социальной системы, подлежащей социологическому анализу, "Российская социологическая энциклопедия" выделяет следующие параметры:
отношения, взаимоотношения, взаимозависимость;
регулярность, внутреннее разнообразие, постоянство;
фундаментальность, существенность, глубина;
детерминирующее, ограничивающее, контролирующее воздействие по отношению к эмпирически наблюдаемому явлению [1].
Наиболее детальную разработку концепции социальной структуры, получившую широкое признание в мировой социологии, дала гарвардская социологическая школа, созданная великим социологом П.А. Сорокиным и впоследствии предложившая метод структурно-функционального анализа. В американский период творчества, начавшийся в 1923 г., Сорокиным был опубликован ряд работ – таких, как "Социальная и культурная динамика (1937-1941 гг.), "Социальная мобильность" (1927 г.). Приглашенный в Гарвардский университет в 1930 г., он создает здесь департамент социологии и закладывает основы Гарвардской социологической школы. Двадцать пять лет самой активной научной и организаторской работы были связаны у него с этим ведущим гуманитарным академическим заведением США. В этот период ученый уделял постоянное внимание процессам социальной организации, дезорганизации и реорганизации в рамках общего исторического процесса и подчеркивал особое значение периодических флуктуаций как главного содержания социальных изменений.
В методологическом плане социологическую концепцию Сорокина можно назвать социальным реализмом. Он постулировал существование надорганической, надындивидуальной социокультурной реальности. Эта реальность объективируется в материальных и иных "носителях", но она не может быть сведена, редуцирована к физической реальности, поскольку социокультурные явления очень тесно интегрированы благодаря своей структуре значений. Сам он считал себя "интегралистом". Наиболее полно его методологические позиции изложены в работе "Общество, культура и личность" (1947 г.), где, в частности, подчеркивается, что тотальная реальность есть многоаспектная бесконечность, которая трансцендентно превосходит любую единичную вычлененную перспективу. Эта тотальная реальность обнимает истину чувств, истину рационального интеллекта и сверхнациональную, гиперсознательную веру, интуицию, или видение. Все три типа познания должны использоваться в социологических попытках систематизированного изучения социокультурных явлений.
Эти социокультурные феномены не являются случайно распределенными, но формируют когерентные агрегаты. Хотя и не существует общезначимой интеграции всех социокультурных объектов, сосуществующих в данной конкретной среде, социологический анализ может выявить иерархию уровней интеграции. Высший уровень интеграции социокультурных значений и ценностей выражается в основных социальных институтах. Все социальные системы высокого уровня, т.е. те, чей масштаб выходит за рамки конкретных обществ, экзистенциально организованы вокруг фундаментальных предположений, касающихся природы реальности и принципиальных методов ее понимания. Набор основных альтернатив при этом ограничен: реальность предполагается непосредственно данной в органах чувств (чувственной ? sensate); или же открываемой сверхчувственным образом (идеационной ? ideational); либо она рассматривается как органическое и диалектическое сочетание изначально имеющихся возможностей (идеалистической). Соответственно им имеются и три несводимых формы истины ? чувственная, духовная и рациональная. На разных этапах истории возможные базовые предпосылки находятся на разных фазах развития и в каждый четко определенный период истории все пять основных культурных систем ложного общества (право, искусство, философия, наука, и религия) демонстрируют очевидную тенденцию взаимного соответствия в своем отражении реальности.
По Сорокину, культурная интеграция ни в коем случае не является неким статичным условием. Он рассматривает социальную реальность как постоянно изменяющийся процесс, но характеризующийся повторяемыми стандартными характеристиками (uniformities). Более того, процесс в рамках социокультурных систем носит диалектический характер в силу акцентуации и преобладания какого-то одного фундаментального типа мировоззрения или базового восприятия реальности. Процесс ведет к исчерпанию данного типа и последующему переключению на один из двух оставшихся типов альтернативного мировоззрения. Эта диалектика является душой сорокинского "принципа ограничений", предполагающего ритмическую периодичность социокультурных явлений. Коррелирующий с ним принцип – это "принцип имманентных изменений", помещающий главные причины изменений скорее внутри социокультурной системы, нежели во внешние силы. Другим источником изменений является с необходимостью неполное, незавершенное состояние интеграции. Плохая интеграция сложных частей – это один из источников постоянно протекающего изменения системы организации.
Сорокин признавал, что максимального развития социокультурная система достигает только через столетия. Процесс перехода суперсистемы от одного преобладающего мировоззрения к другому, сравнимый с изменением направления в качании маятника, вызывает радикальные преобразования социальных институтов и нормативных образцов взаимодействия. Он выделяет три главных типа таких образцов по шкале солидарности-антагонизма: фамилистический, договорный и обязательный.
Упадок одной интегративной основы и возникновение альтернативного доминантного этоса сопровождается длительными периодами социального кризиса, войн и других несчастий, созданных руками человека. Сорокин считал, что Октябрьская революция и первая мировая война – суть симптомы огромных потрясений социокультурной системы западного общества, и еще в 20-х годах он предсказывал дальнейшие социальные катаклизмы. Как считают многие исследователи его творчества, эти прогнозы реализовались в "великой депрессии" (30-е годы) и во второй мировой войне.
Во времена, когда проблеме социальных изменений и социальных крушений на социетальном уровне уделялось минимальное внимание, Сорокин сформулировал теорию социокультурных изменений. Он исследовал влияния социальных бедствий и революций на международное поведение. Этому посвящены, в частности, его работы "Социология революции" (1925 г.) и "Человек и общество в условиях катастрофы" (1942 г.). Одно из важных обобщений в этой области было сформулировано им в форме "принципа поляризации", согласно которому нормальная для большинства субъектов в повседневном поведении тенденция к моральному безразличию интенсифицируется в периоды острых кризисов (революции, социальные потрясения). В этих условиях большинство преследует лишь гедонистическое, на себя ориентированное удовлетворение, в то время как значимое для общества меньшинство начинает ориентироваться на альтруистическую, религиозную, милосердную и иную, обращенную к внешнему миру, деятельность. Когда же социальное потрясение, наконец, пройдено, это бимодальное или поляризованное распределение возвращается к раннему "нормальному" распределению.
В конце второй мировой войны Сорокин не верил, что Запад оправится от своей фазы имманентного кризиса и перейдет в период гармоничного международного развития. Поэтому он оставался призывающим к бдительности критиком того, что он считал главными тенденциями современного общества, включая концентрацию власти в руках безответственных лиц и сил и анархизацию норм сексуального поведения. Оба эти явления типичны для угасающей фазы чувственных систем. Он полагал, что богатая чувственная культура Западной Европы прошла свой творческий пик. Вот почему он сосредоточил после второй мировой войны свои исследования на таких типах поведения, которые, по его мнению, были прямо противоположны позднечувственным ценностям: на форме и технике любви и альтруизма, на их распределении в обществах и социальных коррелятах. Знание этого жизненно необходимо, если социология должна подготовиться к наиболее вероятным наследованиям чувственной эпохи.
В каком-то смысле работа Сорокина в области "амитологии" (науки о любви и дружбе) представляет собой возврат к наследию европейской социологии ХХ века, которая видела свою цель в нахождении средств, помогающих преодолеть распадение общества. Этот подход, в частности перекликается с идеями консенсуса у Конта, солидарности у Дюркгейма, взаимопомощи у Кропоткина.
Сорокин широко использовал документацию, содержащую количественные данные, в своих теоретических интерпретациях. В период между мировыми войнами он был пионером в эмпирическом изучении малых групп, в анализе других аспектов экспериментальной социологии. В то же время он решительно выступал против квантификации и формализации как самоцели, и его книга "Причуды и слабости в современной социологии" (1956 г.) представляет собой аргументированную методологическую критику модного, но неадекватного использования некоторых современных социологических процедур эмпирического исследования.
Значительное влияние на становление современной социологии оказала его работа "Социальная мобильность", в которой типологизирован и проинтерпретирован обширный эмпирический материал и доказано, что социальная мобильность является базовой чертой современного западного общества, хотя степени мобильности и системы стратификации варьировали на различных этапах исторического развития. В работе социальная мобильность трактуется панорамно: рассмотрены типы и каналы мобильности, анализируются как ее структурные, так и функциональные аспекты, включая также и дисфункциональные ее черты. В целом социальная мобильность соотнесена с дополняющей ее социальной стратификацией.
Крупнейшие американские социологи сформировались в рамках возглавляемой П.А. Сорокиным Гарвардской школы: Т. Парсонс, Р. Мертон, К. Дэвис, К. Лумис, Дж. Райли. Благодаря ему Гарвард стал одним из главных центров теоретической социологии в США. Дальнейшее теоретико-методологическое развитие изучение социальной структуры получило в деятельности концепции структурно-функционального анализа, созданной Т. Парсонсом и развитой затем Р. Мертоном.
Являясь ближайшим коллегой и помощником П.А. Сорокина, Толкотт Парсонс разделял убеждение о необходимости глубокой методологической разработки теоретических основ социологической науки. Сам он сделал очень много для внедрения, в американское обществоведение основных идей и достижений европейской социологической мысли. Так, он перевел и издал с обширными комментариями и критическим анализом основные труды Макса Вебера, Вильфредо Парето, Эмиля Дюркгейма. Основываясь на этих и других работах, а также с учетом путей развития социологической науки в США, Парсонс сосредоточился на построении общей теории индивидуального действия, а также структурно-функциональной теории социальных систем. Его концепция включает антропологический аспект (проблемы культуры), психологический (проблемы личности) и собственно социологический.
Теория действия предполагает анализ с учетом субъекта (actor), ситуации (другие субъекты, их взаимодействие) и ориентации. Парсонс первым вводит понятие образца поведения, включающего выбор определяющих его переменных величин. Этот образец поведения характеризуется специфической конфигурацией и структурой интеракций (взаимодействий), определяемых степенью их соответствия нормативным моделям культурных систем и преобладающими ориентациями данной личности.
В методологии своего социологического подхода Парсонс был не только функционалистом, но и эволюционистом. Он показывал, как определенные цивилизации решали свои проблемы лучше, нежели другие, открывая тем самым возможность для дальнейшего социального продвижения вперед. Ключевыми историческими достижениями развития цивилизации были, по Парсонсу, появление письма и формирование рациональной системы формально организованного права. Он различал три уровня развития обществ: примитивный, промежуточный и современный. Именно появление письменности перевело примитивное общество на промежуточный уровень, а появление системы формально-рационального права продвинуло цивилизацию с промежуточного на современный уровень. К промежуточным цивилизациям он относит, в частности, Древний Египет, Месопотамию, инков, Исламскую, Китайскую, Индийскую, Римскую империи, культуры древних греков и евреев.
Современное общество Парсонс датирует с протестантской Реформации ХVII в. В это время имело место несколько выдающихся событий. Одно из них – развитие системы формального права. Конечно, у римлян была высокоразвитая система права, англичане заимствовали ее, адаптировав к британской жизни. Однако в Англии XVII в. произошло знаменательное достижение, ? право перестало зависеть от короны. Система юстиции стала защищать частные права в противовес короне. Британское правительство, таким образом, было поставлено в положение, при котором оно вынуждено четко определять и ограничивать пределы собственной власти. Развитие формального права дало гражданам способ использовать правительство для защиты себя от правительства и использовать права для защиты себя от правовой системы. Парсонс полагал, что развитие формально-рационального права было важнейшим культурным прорывом, потому что оно предполагало социальный порядок, предсказуемость развития событий, гарантии прав граждан и личную свободу ? все это вместе и разом. На основе этого социального контекста создались благоприятные возможности для поощрения других достижений в области культуры. Парсонс считал этот контекст одним из великих завоеваний западной цивилизации.
В его трудах преобладали три фундаментальных положения:
любое индивидуальное действие основано на субъективном выборе;
социальные системы представляют собой комплекс нормативных правил, ценностей и верований;
такие системы наилучшим образом можно понять, если анализировать их в терминах этих нормативных структур и функций, которые каждая из них выполняет в процессе эволюции систем.
Первое из этих положений подробно развернуто и аргументировано в книге "Структура социального действия" (1937 г.), а остальные представлены соответственно в монографиях "Социальная система" (1951 г.) и "К общей теории действия" (1961 г.). В трудах Парсонса раскрыто, как индивиды и разные типы обществ удовлетворяют свои четыре фундаментальные базовые потребности: достижение целей, интеграцию, адаптацию и поддержание основных социальных норм и ценностей. Для того чтобы реализовать эти основные потребности, общество создает четыре типа характерных, четко специализированных подсистем. Адаптивная система ? это экономика, а инструментом для достижения целей является политика. Поддержание норм и ценностей реализуется через легитимную деятельность с помощью юстиции и морали. Интеграция достигается путем координации деятельности такими институтами, как церковь, средства массовой информации. Последующие книги и статьи Парсонса были посвящены анализу каждой из этих подсистем.
Постоянный и настойчивый поиск Парсонсом источников социальной стабильности привел его к резким столкновениям с представителями социологического радикализма. Широко известна, например, полемика между ним и Ч.Р. Миллсом, который в 60-е годы был кумиром большинства студенчества и прогрессивно настроенной гуманитарной интеллигенции. Тем не менее, до середины 70-х годов концепции Парсонса занимали ведущее, а иногда и почти монопольное положение в социологии США.
Одна из основных работ Р. Мертона ? вышедший под его редакцией фундаментальный коллективный труд "Социальная теория и социальная структура" (1949 г.), в котором определяются взаимоотношения между социальной теорией и эмпирическими исследованиями, продолжается разработка структурно-функционального подхода применительно к обществу и раскрываются понятия явных и латентных функций и дисфункций. В области социологии науки Мертон изучил связи между пуританской мыслью и подъемом науки. Главные его труды в этой области ? "Наука, технология и общество в Англии семнадцатого века" (1938 г.) и "Социология науки" (1973 г.). Другими значительными его работами являются "Массовое убеждение" (1946 г.), "На плечах гигантов" (1965 г.), "О теоретической социологии" (1967 г.), "Социальная теория и функциональный анализ" (1969 г.), "Социальная амбивалентность и другие очерки" (1976 г.).
Мертон впервые ввел в социологию понятие дисфункции, разграничил явные и латентные (скрытые) социальные функции. Среди тем его работ ? изучение механизмов массового убеждения, бюрократических структур, взаимосвязи между пуританской этикой и возникновением современной науки, формирование профессиональных ценностей и установок врачей в период их обучения в медицинских вузах.
Наиболее известна его книга "Социальная теория и социальная структура (1949 г.), являющаяся сборником теоретических и исследовательских эссе. В одном из них "Явные и латентные функции" он выделил два типа деятельности, обуславливающей нормальную работу социальной системы: явная деятельность предполагает, что ее последствия ожидаются и принимаются участниками, а латентная ? это такая деятельность, когда ее последствия не предполагались, ни тем более не являются желательными. В работе "Социальная структура и аномия" он доказывает, что источником аномического поведения является расхождение между социально предписываемыми целями и приемлемыми средствами их достижения, например, в ситуации, когда образовательные и профессиональные средства достижения успеха отрицаются индивидами или группами.
Будучи энергичным и убедительным сторонником необходимости создания теорий среднего уровня в социологии, он много сделал для их становления, сам дал блестящие разработки подобного рода (так, он был одним из создателей социологии науки). Теория среднего уровня должна охватывать ограниченную группу взаимосвязанных явлений, а не весь социальный порядок в целом. Достоинством такой теории является легкость проверки гипотез с помощью эмпирических исследований. Теория среднего уровня, по Мертону, есть связующее звено между общей социологической теорией и эмпирическими исследованиями. В "Справочном пособии по истории немарксистской западной социологии" отечественный исследователь В.С. Семенов трактует разработанную Мертоном теорию аномии, как продолжение идеи Э.Дюркгейма, выведенное на уровень "средней социологической теории", которая объясняет многие реальные дисфункции в современном западном обществе [2].

Первые эмпирические исследования социальной структуры
Прикладные исследования социальной структуры впервые стали осуществляться в Англии со второй половины XIX в. Стремительная индустриализация Британских островов не только принесла стране успехи в политике и экономике, но и породила ряд острейших социальных проблем. Наиболее кричащей среди них была пауперизация ? обнищание низших слоев общества, прежде всего, городского пролетариата. Именно обращение к изучению этой проблемы создало новую исследовательскую процедуру, методику и технику, которые затем были перенесены и на другие области изучения. В 1837 г. в Британии был учрежден Офис всеобщего учета (The General Register Office), деятельность которого в течение 35 лет была связана с именем Уильяма Фарра. Его заслугой, в частности, является разработка и внедрение "Классификации классов" (Register General's Social Class Classification) в регулярную отчетность возглавляемого им Офиса. Социальные исследования в Британии, начавшись со статистических обобщений, в конце ХIХ в. стали самостоятельными, благодаря, в частности, вкладу Ч. Бута и С. Раунтри.
Чарльз Бут успешно занимался изучением проблемы бедности. Результатом стала публикация в 1886 г. статьи в журнале Королевского статистического общества под названием "Занятия народа Соединенного Королевства". За свой счет Бут организовал и провел исследование, завершившееся изданием классического семнадцатитомного труда "Жизнь и труд народа Лондона" (1889-1891 гг.), целью которого было дать широкую картину (качественную и количественную) жизни всего лондонского общества. В работе освещены три главные темы: бедность, промышленность и религиозные влияния. В четырехтомной серии, посвященной бедности, Бут разделил четырехмиллионное население Лондона на восемь социальных классов по уровню доходов. Семья была взята за единицу исследования, а отчеты посетителей из Школьного Совета (School Board), с чьей помощью он проводил свою работу, были основным источником данных. Бут пришел к заключению, что более 30 % населения Лондона находилось "ниже черты бедности", что шокировало очень многих современников. Эти данные совпадали с оценками видного тогдашнего социалиста Х. Хиндмана.
В пятитомной серии, посвященной промышленности, население было сгруппировано по двум критериям: скученности, измеряемой числом людей, проживающих в одной комнате, если речь шла о низших классах, и числом слуг, если речь шла о высших классах. Источником этих данных были результаты переписи 1891 г. Бут являлся консультантом организаторов ее проведения. В целях экономии усилий за единицу анализа здесь была взята улица, а не семья. В результате была составлена полная картина экономической организации города и даны демографические характеристики каждого вида занятости. Примечательно, что локус каждой профессии, а также места проживания лиц, занятых данной профессией, были проанализированы в терминах "внутренних" и "внешних" подразделений кварталов города.
Не совсем точное название носила серия о религиозных факторах, так как Бут четыре из семи томов этой серии посвятил анализу образа жизни бедняков и рабочего класса. Сам Бут часто жил в домах представителей низших классов в качестве включенного наблюдателя.
В завершающем томе "Заметки о социальных влияниях и выводы" дан статистический анализ соотношений между рождаемостью и смертностью, с одной стороны, и бедностью и скученностью – с другой. Здесь он вместо 30 переписных округов сконструировал 50 районов "адекватно удобных для сравнения". Полученная в результате анализа "Индексная карта Лондона", которую он окрасил в соответствии со "средними социальными условиями" жителей, была лишь одной из серии карт, раскрывающих пространственные распределения различных аспектов социальной организации и функционирования английской столицы. Он закартографировал также, например, проживание жителей по классовой принадлежности, размещение "мест религиозного поклонения, публичных начальных школ и помещений, имеющих лицензию на продажу спиртного". В заключительной серии и в финальном томе Бут часто отказывается от простой констатации и предлагает обобщения, а также причинно-следственные интерпретации своих выводов. По результатам его исследований принимались конкретные меры. Сам он предложил и отстаивал введение системы государственных пенсий. Некоторые из его предложений были включены в Парламентские законы при правлении либералов в 1908 г.
Труды Ч. Бута оказали прямое и непосредственное влияние на становление Чикагской социологической школы. По его методикам или под его влиянием впоследствии проводились многие конкретные исследования в США, Великобритании и других странах.
В организации социологических обследований в Британии значительную роль сыграл Бенджамен Сибом Раунтри. Изучение бедности привело его к выводу о том, что опора на собственные силы и индивидуализм ? это не адекватные средства для решения проблемы, крайне необходимо также мудрое законодательство. Он стал энергичным сторонником системы социальной безопасности, построенной на государственной основе, о чем Бут, например, никогда не размышлял.
Надежность выводов и практическая значимость социальных исследований в Англии значительно возросла в результате деятельности в этой области Беатрисы и Сиднея Вебб. Проведение и использование социологических исследований в Британии приобрело массовый характер. Беатриса Вебб была в числе ассистентов Бута при проведении им обследования в Тауэр-Хамлетс. В 1887 г. она провела для него исследование условий труда в доках, а затем в портновском бизнесе в лондонском Ист-Энде. Однако у нее крепло убеждение, что лишь коллективные действия приведут к решению проблем бедности и низкой заработной платы. Она порывает с Бутом и изучает кооперативное движение Британии. В 1892 г. она вступает в брак с Сиднеем Веббом (1859-1947), социалистом, и они вместе начинают свою серию исследований, включающих проблемы профсоюзного движения и местного управления.
Первыми результатами сотрудничества были их классические труды по британскому рабочему движению "История тред-юнионизма" (1894 г.) и "Промышленная демократия" (1897 г.). В последней книге профсоюзы рассматривались как маленькие демократии, эволюционирующие от "примитивной" к "представительной" форме. Начало книги содержит методологические положения, а вторая часть состоит из описательного анализа функций профсоюза, используемых ими методов (страхование, коллективные договоры, правовое обеспечение), процедур профсоюзной работы. Третья часть посвящена теоретическим вопросам. В частности, исследуется влияние соревновательности в индустриальной сфере, дается собственная интерпретация того, как методы, применяемые профсоюзами, влияют на производство и распределение национального богатства. Эта теория позволила Веббам сделать заключение о том, что нарождающаяся новая демократия более эффективна, чем другие формы демократии. Для своего времени "Промышленная демократия" стала подлинным образцом социологического анализа, сочетающего детальные эмпирические данные с концептуальным анализом и стремлением объяснить приводимые факты с помощью их теоретической интерпретации.
Сидней больше интересовался социализмом, социальной реформой и эти политические интересы оказали заметное влияние на дальнейшее творчество Веббов. Супруги пришли к выводу, что достижение таких социальных целей, как высокий уровень здравоохранения, адекватная система образования, гарантии достойных условий существования для инвалидов, больных, престарелых, остро нуждающихся не под силу ни кооперативам, ни профсоюзам, ни коммерческим предприятиям. Эти проблемы могут быть решены только органами местного управления с учетом социальных потребностей. Вот почему исследователи решили в 1898 г. изучить структуру и функции системы британского местного управления. Результаты анализа публиковались с 1906 по 1929 гг. в 10 толстых томах общим объемом свыше 4 тысяч страниц.
Веббы много сделали для создания Лондонской школы экономики и политической науки, реорганизации Лондонского университета. Их предложения по организации государственной системы образования Англии стали основой Законов об образовании 1902 и 1903 гг.

Современный категориальный аппарат анализа социальной структуры
Рассмотрим некоторые важнейшие категории и концепции социальной структуры, используемые мировой социологической наукой.

Виды социальной мобильности
Одной из ключевых категорий анализа социальной структуры является категория социальной мобильности. Социальная мобильность – это перемещение индивидов и групп по различным социальным позициям. Различают несколько типов мобильности. Вертикальная мобильность – это движение вверх или вниз по социально-экономической шкале. Люди, увеличивающие свою собственность, доход или статус, двигаются вверх, есть и противоположный вектор мобильности. Внутрипоколенческая мобильность – это изучение того, наскольво далеко вверх или вниз по социально-экономической шкале индивид продвигается на протяжении своей жизни. Межпоколенческая мобильность – это движение вверх-вниз между поколениями в семье. Обменная мобильность является следствием изменения социальных позиций на социально-экономической шкале, например, продвижение талантливых людей вверх по экономической иерархии при опускании менее талантливых вниз. Структурная мобильность является следствием изменений в количестве и содержании рабочих мест, существующих в обществе.

Концепции социальной стратификации
В современной западной социологии наибольшее распространение имеют следующие три типа теорий стратификации:
Марксова теория стратификации предполагает, что классовое разделение основано на отношении людей к средствам производства или на тех способах, с помощью которых люди зарабатывают себе на жизнь. В современных обществах существуют два класса: капиталисты, которым принадлежат средства производства, и рабочий класс, продающий свой труд. Рабочий класс производит больше, чем он зарабатывает. Прибавочная стоимость и есть источник дохода для капиталиста.
Вебер полагал, что классовые различия основаны на отношениях не только к средствам производства, но также и к другим ресурсам: следует учитывать и другие факторы, например, мастерство и степень доверия. Он выделял еще один аспект стратификации – различия между социальными группами в области социального достоинства или престижа, которыми разные люди обладают в неодинаковой мере. Статусные различия могут различаться независимо от классовых, они могут быть или положительными, или отрицательными. Группы с негативным статусом называются отверженными группами, или группами-париями.
Модный сегодня на Западе исследователь Эрик Райт доказывает, что существует три способа контроля над экономическими ресурсами: контроль над инвестициями или денежный капитал; контроль над физическими средствами производства; контроль над рабочей силой. Капиталисты контролируют все три типа ресурсов, в то время как рабочий класс не контролирует ничего. Между этими двумя классами существует ряд противоречивых классовых позиций, их занимают те, кто влияет на некоторые аспекты производства, но не на все, например, юристы, работающие на большие корпорации [3].
Экономическое неравенство – это постоянная черта всех социальных систем, за исключением первобытных обществ. Классовые различия формируют ядро экономического неравенства в современных обществах. Принадлежность к классу оказывает огромное влияние на жизнь людей. Но деятельность людей никогда полностью не детерминирована классовой принадлежностью: нередко они реализуют возможности социальной мобильности. Многие, однако, оказываются в ситуации бедности, из которой очень трудно выбраться. Относительная бедность и есть, в действительности, мера неравенства. Согласно выводам Гидденса, американское общество тяготеет к большему неравенству, чем большинство других западных обществ [4]. Ряд теоретиков доказывает, что высокий уровень неравенства далек от того, чтобы способствовать экономическому развитию, реально, он действует в противовес экономическому прогрессу.
Понятие богатства охватывает все виды собственности, которыми владеет индивид: наличность, сбережения и банковские счета, инвестиции в акции, займы, собственно собственность, другие виды инвестирования. В понятие дохода включены заработная плата и оклады людей наемного труда, а также деньги, получаемые благодаря инвестированию. Обладание значительным размером богатства, особенно когда оно переходит от поколения к поколению, является главной характеристикой представителей верхнего класса, отличающей его от других классов и групп западного общества. По данным того же Гидденса, сегодня в США около 250 семей обладают богатством более 100 миллионов долларов.
Средний класс состоит в основном из людей, занимающих "беловоротничковые" должности. В последнее время западные социологи делят его на старый средний класс (например, владельцы малого бизнеса), верхний средний класс (менеджеры и специалисты высшей квалификации) и нижний средний класс (служащие в офисе, медсестры и др.). Рабочий класс состоит в основном из людей, занятых в "синеворотничковых" областях, где применяется ручной труд.
Нижний класс (underclass) состоит из людей, хронически бедных, не имеющих постоянной работы. Большинство представителей нижнего класса является выходцами из групп этнического меньшинства.
Гендер является одним из наиболее значимых измерений стратификации. Сегодня не существует обществ, в которых мужчины не обладали бы большим богатством, статусом и властью, чем женщины.

Основания социальной стратификации
Социальная стратификация – это существование социальных неравенств среди различных групп в обществе. Четырьмя базовыми системами стратификации являются рабство, касты, земельная собственность и классовые различия.
Рабство – это крайняя форма неравенства, в которой часть людей является собственностью других людей. Юридические условия рабовладения значительно различаются в разных обществах. Иногда рабы лишены почти всех прав по закону – таким было положение на южных плантациях в США, в других же обществах их позиция больше приближалась к положению слуг. Примером второго могут служить античные Афины, где некоторые рабы занимали довольно ответственные посты в обществе. Древнегреческие рабы были исключены из политической и военной иерархии, однако могли продвигаться в большинстве других видов занятости. Некоторые были образованы и работали в качестве правительственных администраторов, многие имели очень хорошую ремесленно-профессиональную подготовку.
Касты ассоциируются, прежде всего, с культурами индийского субконтинента. Этимологически же слово «каста» происходит из португальского языка и означает расу или «низший сорт». Индийская кастовая система очень сложна и имеет значительные различия в разных регионах страны. Можно даже сказать, что она вообще составляет не столько единую систему, сколько достаточно слабо связанные между собой различия верований и практик. Тем не менее, есть и общие черты. Принадлежность к касте передается по наследству; никто не может перемещаться из касты в касту. Входящие в высшую касту – брамины представляют собой "наиболее высокое состояние чистоты"; "неприкасаемые" же являются самой низшей кастой. Брамины должны избегать определенных типов контактов с неприкасаемыми, и лишь неприкасаемым разрешен физический контакт с животными или субстанциями, считающимися нечистыми. Индийская кастовая система достаточно жестка по сравнению с другими типами стратификации, однако и она не вполне статична. Хотя отдельным людям запрещено перемещаться из касты в касту, но группы в целом могут изменять и реально изменяют свое положение в рамках иерархии каст.
Землевладение являлось важной чертой в европейском феодализме, однако оно также существовало и в других традиционных цивилизациях, блюдущих принцип благородства по рождению. Феодальные землевладения создавали систему социальных позиций разного уровня, каждая из которых отличалась своими обязанностями и правами по закону. В Европе ядро этой системы составляли аристократия и дворянство, чьи богатство и власть проистекали из крупномасштабного землевладения. Клир формировал другое сословие, обладавшее меньшим статусом, однако значительными привилегиями и часто большой властью. Сама церковь владела огромным количеством земли и осуществляла значительное влияние на власть аристократов. Те, кто составлял так называемое третье сословие, были простолюдинами – крепостными, свободными крестьянами, купцами и ремесленниками. Между сословиями допускалась определенная доля межсословных браков и степень индивидуальной мобильности. Простолюдины могли быть возведены в рыцарство, например, за выполнение особых поручений монарха; богатые купцы могли иногда купить титулы и стать аристократами. Остатки этой системы существуют в современной Британии, где наследные титулы все еще признаются, хотя не существует больше власти, основанной на наследуемых титулах. Лидеры бизнеса, государственные служащие могут быть посвящены в рыцарство или получить пэрство в знак признания их заслуг.
Понятие класса – это самый важный компонент при анализе стратификации в индустриальных обществах. Социология определяет социальный класс как большую группу людей, занимающих аналогичную экономическую позицию в системе общества. М. Вебер ввел понятие жизненных шансов, что по мнению Гидденса наилучшим образом помогает понять, что такое класс. Жизненные шансы – это возможности, которые имеет человек для достижения экономического процветания. Так, человек скромного происхождения имеет меньше шансов стать богатым, чем человек из более благополучной среды. А наилучший шанс стать богатым – это начать как богатый с самого начала. Концепция жизненных шансов важна потому, что подчеркивает то обстоятельство, что класс имеет важное влияние на то, что случится в жизни людей, однако не детерминирует ее полностью. Классовое различие влияет на то, в каком окружении живут люди, какой стиль жизни они ведут и даже каких сексуальных или брачных партнеров люди выбирают себе. Однако они не приговаривают людей пожизненно занимать специфические социальные позиции, как это делали прежние системы стратификации.
Классовая система отличается от рабства, каст и сословий четырьмя основными аспектами:
классовые системы гибки и изменчивы. В отличие от других типов страт классы не устанавливаются с помощью юридических или религиозных процедур. Границы между классами никогда не являются застывшими и четко очерченными. Не существует формальных ограничений для смешанных браков между людьми из различных классов;
в значительной степени классовые позиции открыты для их достижения. Принадлежность индивида к классу не дается просто при рождении, как это происходит в других типах стратификационных систем. Социальная мобильность, то есть движение вверх и вниз в классовой структуре, значительно более распространена, чем в других типах структур;
принадлежность к классу обоснована экономически. Классы зависят от экономических различий между группами индивидов от неравенства в обладании материальными ресурсами. В других же типах стратификационных систем наиболее важное значение имеют не экономические факторы (например, религия в индийской кастовой системе);
классовые системы крупномасштабны и имеют обезличенный характер. В других типах стратификационных систем неравенство выражено, прежде всего, в персонализированных отношениях долга или обязанности – между крепостным и дворянином, рабом и рабовладельцем, представителями высших и низших каст. В отличие от этого классовая система действует главным образом посредством безличных крупномасштабных ассоциаций, например, одно из главных оснований классовых различий – это неравенство в оплате и условиях труда.
В заключение следует подчеркнуть, что знание наработанного мировой социологической наукой инструментария и накопленного исследовательской и социально-политической практикой опыта в деле изучения и учета динамики социальной структуры переходного общества, использованное творчески, с пониманием специфики процессов, протекающих в современном российском социуме, несомненно позволят отечественным ученым, вузовским преподавателям-социологам подняться на новый уровень анализа, прогнозирования и социального контроля тенденций и явлений, характеризующих структурные сдвиги в современной России.


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
См.: Налетова А.Д. Структура социальная // Российская социологическая энциклопедия / Под ред. Г.В. Осипова. М., 1999. С. 542.
Справочное пособие по истории немарксистской западной социологии. М.: Наука, 1986. C. 21.
Erik Olin Wright. Classes. N.Y.: Shocken, 1985.
Giddens A. Introduction to Sociology. N.Y.; W.W.: Norton & Co, 1996. Р.163.




ОГЛАВЛЕНИЕ