<< Пред. стр.

стр. 3
(общее количество: 8)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Квалифицирующие признаки тяжкого вреда здоровью, установленные в ч. 2 ст. 111 УК, дублируют соответствующие признаки ч. 2 ст. 105 УК. Кратко изложим содержание этих квалифицирующих признаков и отметим некоторые их положения.
Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью (п. "а" ч. 2 ст. 111 УК) в отношении лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга в большинстве случаев совершается из мести, которая адресуется только тому, кто выполняет служебную деятельность или общественный долг, а также его близким. Виновный действует по мотиву мести с целью воспрепятствовать нежелательной для него правомерной (служебной или общественной) деятельности потерпевшего. Следует отметить, что если посягательство на здоровье было связано с незаконной деятельностью потерпевшего, выразившейся, например, в злоупотреблении служебным положением, то такое деяние не образует анализируемого состава преступления.
Под служебной деятельностью следует понимать деятельность лица, работающего в государственном, общественном или частном учреждении, организации и выполняющего служебные обязанности по трудовому договору (контракту).
Выполнение общественного долга означает осуществление гражданами как специально возложенных на них общественных обязанностей, так и других действий в интересах общества или отдельных лиц (например, пресечение правонарушений, задержание преступника, сообщение органам власти о совершенном или готовящемся преступлении, деятельность депутатов и т.д.).
Для признания посягательства на здоровье совершенным в связи с выполнением потерпевшим своего служебного или общественного долга не имеет значения, совершено ли оно при непосредственном исполнении потерпевшим служебных или общественных обязанностей или в другое время, например, в момент непосредственного выполнения действий или спустя какое-то время. Важно то, что служебная деятельность и общественный долг потерпевшего выступают поводом к посягательству на его здоровье. С субъективной стороны данное посягательство совершается с прямым умыслом.
Причинение тяжкого вреда здоровью с особой жестокостью, издевательством или мучениями для потерпевшего, а равно в отношении лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии (п. "б") практически объединяет два квалифицирующих признака, один из которых свидетельствует о способе совершения посягательства, другой - о физическом состоянии потерпевшего в момент посягательства на его здоровье. Особо следует отметить, что особая жестокость может проявляться как в способе действий виновного, так и в иных обстоятельствах, свидетельствующих об особой жестокости. Понятием особой жестокости охватываются такие случаи, когда в процессе посягательства к потерпевшему применяются пытки, истязания, мучения или иные способы, которые заведомо связаны с причинением потерпевшему особых страданий (нанесение большого количества телесных повреждений, прижигание током или огнем, длительное лишение пищи или воды и т.д.).
Под мучением или издевательством как способом причинения вреда здоровью понимаются действия, причиняющие страдания путем длительного лишения пищи, питья или тепла либо помещения (или оставления) потерпевшего во вредные для здоровья условия, либо другие сходные действия. При этом судебно-медицинский эксперт не устанавливает факта издевательства или мучений (поскольку это понятие правовое), констатирует факт применения именно таких способов причинения вреда здоровью. В судебной практике под квалифицирующим признаком ч. 2 ст. 111 УК, в частности под мучением и издевательством, понимаются такие действия, специальной целью которых было умышленное нанесение тяжкого вреда здоровью с причинением потерпевшему особенно сильной боли либо тяжких физических или моральных страданий*(161).
Беспомощное состояние потерпевшего может определяться его возрастом (престарелый, малолетний), состоянием здоровья (тяжело больной), физическими недостатками, психическими расстройствами и т.п. Беспомощность потерпевшего характеризуется неспособностью в силу физического или психического состояния оказать сопротивление и защитить себя либо уклониться от его посягательства или иным образом противостоять преступнику. К беспомощным следует также относить лиц, находящихся в бессознательном состоянии, в обмороке, в состоянии сильного опьянения, а также сна. Закон в отношении данного квалифицирующего признака делает указание на "заведомость". Из этого следует, что с субъективной стороны виновный сознает беспомощность потерпевшего и использует это состояние для посягательства на него.
Для квалификации посягательства на здоровье человека по п. "в" ч. 2 ст. 111 УК необходимо установить прежде всего общеопасность способа совершения деяния. Здесь имеют значение орудия и средства, с помощью которых оно совершено. Общеопасны применение взрывчатых, ядовитых веществ, отравляющих газов, совершение поджогов, обвалов, затопления, использование огнестрельного оружия в толпе и т.д. Общеопасность способа характеризуют не только поражающие свойства орудия преступления, но и конкретная обстановка происшествия. Об общеопасности способа может свидетельствовать, например, использование транспортных средств при наезде на толпу людей с целью причинить вред здоровью конкретного человека, создавая при этом опасность здоровью или жизни других лиц, находящихся рядом.
По смыслу закона квалификация посягательства как совершенного общеопасным способом возможна лишь в случаях, когда имелась реальная опасность для здоровья или жизни других людей. Для квалификации по п. "в" ч. 2 ст. 111 УК не требуется, чтобы помимо намеченной жертвы вред был причинен посторонним, поскольку квалифицирующим признаком этого вида посягательства является способ его совершения. Виновный должен сознавать, что избранный им способ посягательства является общеопасным. При этом он может действовать с прямым умыслом на причинение вреда здоровью конкретного лица, понимая и безразлично относясь к возможности причинения вреда здоровью и других лиц.
Посягательство на здоровье человека, совершенное по найму (п. "г" ч. 2 ст. 111 УК), - частный случай корыстного посягательства, поскольку виновный (исполнитель) стремится получить материальную выгоду либо иное вознаграждение. Лица, организовавшие посягательство за вознаграждение, подстрекавшие к его совершению или оказавшие пособничество, несут ответственность по соответствующей части ст. 33 и п. "г" ч. 2 ст. 111 УК.
Причинение вреда здоровью из хулиганских побуждений (п. "д" ч. 2 ст. 111 УК) совершается на почве явного неуважения к обществу и общепринятым моральным нормам, обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение. Виновный стремится противопоставить себя любому другому человеку, встретившемуся ему на пути. Отсюда и случайный выбор жертвы. Поэтому причинение вреда здоровью из хулиганских побуждений нередко совершается при отсутствии у виновного какого-либо повода либо конкретной цели. Вместе с тем посягательство из хулиганских побуждений имеет свою мотивацию, получившую в силу многообразия форм признак - "хулиганские побуждения". Для установления этих побуждений необходим анализ всех совокупных действий виновного, имевших место в момент совершения преступления, до него и после его совершения. К хулиганским относятся и те посягательства, которые совершаются по незначительному поводу как предлог.
Умышленное причинение вреда здоровью из хулиганских побуждений может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом.
Если виновным, помимо причинения вреда здоровью из хулиганских побуждений, совершены иные умышленные действия, грубо нарушающие общественный порядок и выражающие явное неуважение к обществу, то содеянное надлежит квалифицировать по условиям реальной совокупности по п. "д" ч. 2 ст. 111 и ст. 213 УК.
Для квалификации причинения тяжкого вреда здоровью по п. "е" ч. 2 ст. 111 УК необходимо установить конкретный мотив - национальную, расовую, религиозную ненависть или вражду. Повышенная опасность этого вида преступления определяется посягательством не только на здоровье человека, но и на гарантированное ст. 19 Конституции РФ равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от его национальной, расовой или религиозной принадлежности. Как правило, посягательство на здоровье по данному мотиву происходит при стремлении отомстить за оскорбление национального или расового достоинства, либо унизить честь и достоинство другой нации или расы, либо проявить превосходство собственной нации или расы.
Преступление совершается с прямым умыслом, поскольку мотив определяет и цель посягательства.
Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью в целях использования органов или тканей потерпевшего (п. "ж" ч. 2 ст. 111 УК) заключается, во-первых, в причинении тяжкого вреда здоровью человека с тем, чтобы изъять тот или иной внутренний орган (ткань), во-вторых, в самом по себе принудительном изъятии у лица путем проведения медицинской операции какого-либо внутреннего органа, в связи с чем причиняется тяжкий вред здоровью.
Обоснованность данного отягчающего обстоятельства в законе вполне оправдана, это новый квалифицирующий признак, ранее не известный действовавшему законодательству. В последние годы медицина расширила возможности по пересадке органов и тканей от одного человека к другому в целях спасения людей. Криминальные же элементы используют это в своих преступных целях, посягая на жизнь и здоровье людей ради изъятия внутренних органов и последующей их продажи.
Оконченным преступление является независимо от того, удалось или нет виновному получить в свое распоряжение орган или ткань человеческого организма.
Субъектом преступления является вменяемое лицо, достигшее возраста, установленного законом, в том числе и медик, без которого совершение этого преступления практически невозможно. Цель данного посягательства на здоровье человека свидетельствует о наличии только прямого умысла. Мотивом чаще всего выступает корысть, но могут быть и другие мотивы - желание спасти жизнь близкого человека за счет жизни другого, постороннего для субъекта лица.
Наказание за совершение действий, указанных в ч. 2 ст. 111 УК, установлено в виде лишения свободы на срок от трех до десяти лет.
Деяния, предусмотренные ч. 1 или ч. 2 ст. 111 УК, считаются совершенными при особо отягчающих обстоятельствах, если они совершены:
а) группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;
б) в отношении двух или более лиц;
в) неоднократно или лицом, ранее совершившим убийство, предусмотренное ст. 105 УК (ч. 3 ст. 111 УК).
Содержание этих особо квалифицирующих признаков преступления аналогично соответственным признакам умышленного убийства, предусмотренного ч. 2 ст. 105 УК. Укажем на некоторые квалифицирующие признаки применительно к причинению вреда здоровью.
Формулировка первого признака (п. "а" ч. 3 ст. 111 УК) охватывает практически все формы группового причинения тяжкого вреда здоровью. Понятия "группа лиц", "группа лиц по предварительному сговору", "организованная группа" раскрываются в ст. 35 Общей части Кодекса.
Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью совершается группой, когда двое или более виновных полностью или частично выполняют объективную сторону причинения вреда здоровью и таким образом выступают в роли соисполнителей этого преступления.
Причинение тяжкого вреда здоровью по предварительному сговору группой лиц должно носить согласованный характер, поскольку речь идет о группе лиц, находящейся в сговоре с целью совершить это преступление. Для квалификации действий виновных по этому признаку важно установить, что сговор был предварительным, т.е. до начала совершения преступления. В группе могут быть не только соисполнители, но и другие виды соучастников (подстрекатели, пособники, организаторы). С субъективной стороны данный вид посягательства на здоровье человека совершается только с прямым умыслом.
Более повышенную опасность представляют действия, совершенные организованной группой лиц. Посягательство признается совершенным организованной группой, когда оно произведено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. Субъективно такое причинение тяжкого вреда здоровью возможно лишь с прямым конкретизированным умыслом.
Причинение вреда здоровью двум или более лицам характеризуется единством преступного намерения виновного и, как правило, совершается это преступление одновременно. К одновременному причинению вреда здоровью двум или более лицам следует относить такие посягательства, при которых потерпевшие получили вред здоровью без разрыва во времени, например, причинение вреда одному за другим.
В то же время состав данного вида причинения вреда здоровью будет налицо и в некоторых случаях разновременного его причинения. В этом случае действия виновного должны охватываться единством умысла, а совершение задуманных действий возможно и не всегда одновременно. Следовательно, решающим критерием для квалификации действий по п. "б" ч. 3 ст. 111 УК является наличие у виновного умысла на причинение вреда здоровью двум или более лицам. Причинение тяжкого вреда здоровью двум или более лицам при отсутствии единого умысла на это следует квалифицировать по п. "в" ч. 3 ст. 111 УК по признаку неоднократности*(162).
Причинение вреда здоровью двум или более лицам с субъективной стороны может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом. Причинение вреда здоровью одного человека и покушение на здоровье другого не может рассматриваться как оконченное преступление и квалифицируется как покушение в целом ко всему составу данного преступления (ст. 30; п. "в" ч. 3 ст. 111 УК).
Под неоднократностью, согласно ст. 16 УК, понимается совершение двух или более преступлений, предусмотренных одной статьей или частью статьи Уголовного кодекса. При этом совершение двух или более преступлений, предусмотренных различными статьями кодекса, может признаваться неоднократным только в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части Кодекса. Из этого следует, что поскольку закон (п. "в" ч. 3 ст. 111 УК) прямо делает оговорку на включение в неоднократность и ранее совершенного убийства, то, стало быть, п. "в" ч. 3 ст. 111 УК может применяться как при неоднократном причинении тяжкого вреда здоровью, так и при совершении ранее виновным умышленного убийства, предусмотренного ст. 105 УК. Коль скоро закон включает в неоднократность лишь совершенное убийство, предусмотренного ст. 105 УК, следовательно, убийства со смягчающими обстоятельствами (ст. 106, 107, 108 УК), ранее совершенные субъектом, ни в каком сочетании не создают неоднократности в смысле п. "в" ч. 3 ст. 111 УК.
Неоднократным причинением тяжкого вреда здоровью является деяние, совершенное в разное время в отношении двух или более потерпевших, а также одного и того же лица, но по вновь возникшему умыслу. Ответственность же по п. "в" ч. 3 ст. 111 УК по признаку совершения ранее убийства, наступает независимо от того, имело место ранее оконченное убийство или неоконченное посягательство на жизнь, а также выступал ли виновный в роли исполнителя или иного соучастника. Для применения п. "в" ч. 3 ст. 111 УК не имеет значения, было ли лицо ранее осуждено за первое преступление или нет. Важно, чтобы за первое преступление лицо не было освобождено от уголовной ответственности либо не истекли сроки давности привлечения его к уголовной ответственности. Если виновный не был осужден за первое преступление, подпадающее под признаки ст. 111 или ст. 105 УК, то это его деяние подлежит самостоятельной юридической оценке, а новое преступление в зависимости от его признака квалифицируется по п. "в" ч. 3 ст. 111 УК, а наказание определяется по совокупности преступлений (ст. 69 УК).
Наиболее опасным видом рассматриваемого преступления являются деяния, предусмотренные ч. 1, 2 или 3 ст. 111 УК, повлекшие по неосторожности смерть потерпевшего. Наличие особо отягчающего обстоятельства относит данное преступление к категории особо тяжких (ст. 15 УК). В этом сложном для уяснения составе преступления как бы слиты воедино два самостоятельных деяния - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью и причинение смерти по неосторожности. Это в какой-то мере создает трудности в квалификации деяний и необходимости отграничения их, с одной стороны, от умышленного убийства, а с другой - от причинения смерти по неосторожности.
С объективной стороны анализируемое преступление заключается в причинении тяжкого вреда здоровью (фактически опасного для жизни), которое вызвало, явившись непосредственной причиной, еще более тяжкое последствие - смерть потерпевшего. Если главной причиной наступления смерти стало что-то иное, например, небрежно оказанная медицинская помощь либо индивидуальные особенности организма потерпевшего, то ч. 4 ст. 111 УК не применяется. Для квалификации деяния по ч. 4 ст. 111 УК необходимо установить наступление смерти непосредственно в результате причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, т.е. между причинением тяжкого вреда здоровью и наступлением смерти должна быть непосредственная причинная связь. При этом не имеет значения, когда наступила смерть: сразу либо вскоре после причинения тяжкого вреда здоровью, либо спустя какое-то время.
Особую сложность на практике представляет оценка субъективной стороны данного преступления, психического отношения виновного к деянию и его последствиям. Анализируя преступления против здоровья, Н.И.Загородников правильно указывал, что необходимо исследовать психическое отношение виновного к общественно опасному действию (бездействию) и к вредным последствиям*(163).
Рассматриваемое преступление совершается с двумя формами вины, представляя собой классический вариант именно такого виновного отношения субъекта к содеянному, о котором говорится в ст. 27 УК. Преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 111 УК, с субъективной стороны характеризуется: умыслом (прямым или косвенным) на причинение тяжкого вреда здоровью (первое последствие) и неосторожностью (легкомыслием или небрежностью) по отношению ко второму последствию - смертельному исходу. Это означает, что причинение смерти не охватывалось умыслом виновного, однако он предвидел возможность ее наступления, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывал на ее предотвращение либо не предвидел, но по обстоятельствам дела должен был и мог предвидеть возможность наступления смерти. Только такая трактовка вины позволяет отграничить содеянное от убийства, при котором лицо желает или сознательно допускает смертельный исход, и от причинения смерти по неосторожности, при котором всегда отсутствует умысел на причинение тяжкого вреда здоровью человека. Если у виновного отсутствовал умысел (прямой или косвенный) на причинение тяжкого вреда здоровью, а смерть наступила от нарушения им правил предосторожности в обращении и он по обстоятельствам дела должен был и мог предвидеть ее, то его действия квалифицируются как причинение смерти по неосторожности.
Например, Кривенко, стоя на лестнице крыльца, покрытого льдом, разговаривал со своим знакомым Ивлевым. В это время к ним подошел Авдеев и, поднявшись по лестнице, схватил Кривенко за грудь, стал трясти его и нецензурно оскорблять. В ответ Кривенко нанес удар Авдееву кулаком в плечо. Авдеев от удара поскользнулся и упал, падая, ударился головой о ступеньки крыльца и асфальт. От полученных при падении повреждений через три дня Авдеев скончался. Суд признал Кривенко виновным в неосторожном причинении смерти (ст. 109 УК) и в приговоре указал, что нанесенный удар сам по себе не причинил какого-либо вреда здоровью Авдеева и что у Кривенко отсутствовал умысел на причинение не только смерти, но и тяжкого вреда здоровью. Однако, нанося удар, Кривенко должен был и мог предвидеть, что Авдеев находился в неустойчивом положении, поскольку был пьян, ступеньки были покрыты льдом и находились от асфальта на высоте двух метров, что своим ударом он собьет Авдеева, и тот упадет, и получит такие повреждения своему здоровью, от которых наступит смерть*(164).
В постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 1 от 27 января 1999 г. "О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)" подчеркивается необходимость отграничения убийства от умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего, имея при этом в виду, что при убийстве умысел виновного направлен на лишение потерпевшего жизни, а при совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК, отношение виновного к наступлению смерти потерпевшего выражается в неосторожности*(165). При решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранения жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения (п. 3 постановления).
Продолжительный промежуток времени, прошедший с момента наступления смерти, не исключает умысла субъекта на лишение жизни другого человека. Точно так же мгновенно наступившая после нанесения тяжкого вреда здоровью смерть не всегда свидетельствует о наличии умысла на убийство*(166). В первом случае налицо может быть убийство (ст. 105 УК), а во втором - речь может идти о преступлении, предусмотренном ч. 4 ст. 111 УК. При решении этого вопроса на практике иногда возникают сложности в вопросах квалификации. Существует ошибочная точка зрения, согласно которой большой промежуток времени между нанесением ранения и наступлением смерти исключает ответственность за убийство. Верховный Суд РФ неоднократно указывал на ошибочность такого мнения, подчеркивая при этом, что разграничение данных составов преступлений должно быть проведено только по субъективной стороне преступления. Например, нанесение ножевого удара в руку, в результате которого от повреждения артерии, вызвавшего острую потерю крови, наступила смерть потерпевшего, свидетельствует об умысле на причинение тяжкого вреда здоровью, а не на убийство*(167). Решая вопрос о квалификации действий лица, результатом которых явилось причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, повлекших смерть, суд должен исходить из направленности умысла виновного, а не только из последствий виновного*(168).
Умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью (ст. 112 УК) с объективной стороны представляет собой причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК, но вызвавшего длительное расстройство здоровья или значительную стойкую утрату общей трудоспособности менее чем на одну треть. Следовательно, признаками средней тяжести вреда здоровью являются:
а) отсутствие опасности для жизни человека в момент причинения;
б) если оно не влечет последствий, предусмотренных в ст. 111 УК в качестве признаков тяжкого вреда здоровью;
в) если оно вызывает длительное расстройство здоровья потерпевшего, или
г) значительную стойкую утрату общей трудоспособности менее чем на одну треть.
Таким образом, для признания причиненного вреда здоровью средней тяжести необходимо установить отсутствие двух первых отрицательных признаков и наличие двух последних признаков или хотя бы одного из них.
Правила судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью 1996 г. под длительным расстройством здоровья понимают временную утрату трудоспособности продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня) (п. 45). Продолжительность заболевания обычно определяется сроком временной нетрудоспособности, зафиксированным в больничном листе.
Значительной стойкой утратой трудоспособности менее чем на одну треть является стойкая утрата трудоспособности от 10 до 30% включительно (п. 46 Правил). Процент утраты трудоспособности устанавливается судебно-медицинской экспертизой, когда определился исход заболевания, вызванного причинением вреда здоровью.
К такого рода причинениям вреда здоровью, в частности, относятся трещины и переломы мелких костей, вывихи в мелких суставах, перелом ребра, ранения мягких тканей, сотрясение головного мозга средней степени и другие повреждения, не опасные для жизни и не вызвавшие последствий, указанных в ст. 111 УК.
Это преступление признается оконченным, если наступили указанные выше последствия и между деянием и наступившими последствиями установлена причинная связь.
Субъективная сторона рассматриваемого преступления характеризуется умышленной виной. Умысел при этом может быть прямым и косвенным. Мотивы и цели данного преступления разнообразны, некоторые из них являются основанием для отнесения причинения средней тяжести вреда здоровью к квалифицированным видам рассматриваемого преступления. Например, п. "д", "е" ч. 2 ст. 112 УК - из хулиганских побуждений и по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды.
Субъектом данного преступления может быть любое вменяемое лицо, достигшее 14-летнего возраста.
Квалифицированный вид рассматриваемого преступления (ч. 2 ст. 112 УК) имеет место в случае совершения деяния:
а) в отношении двух или более лиц;
б) в отношении лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга;
в) с особой жестокостью, издевательством или мучениями для потерпевшего, а равно в отношении лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии;
г) группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;
д) из хулиганских побуждений;
е) по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды;
ж) неоднократно либо лицом, ранее совершившим умышленное причинение тяжкого вреда здоровью или убийство, предусмотренное ст. 105 УК.
Содержание перечисленных квалифицирующих признаков средней тяжести вреда здоровью аналогично содержанию квалифицирующих признаков, предусмотренных ч. 2 ст. 111 УК, что дает основание для нецелесообразности их повторения. Следует только отметить, что действия виновного квалифицируются по п. "ж" ч. 2 ст. 112 УК и в том случае, если он ранее совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью (ст. 111 УК) или убийство (ст. 105 УК).
Причинение средней тяжести вреда здоровью нужно отграничивать от покушения на убийство и покушения на причинение тяжкого вреда здоровью. Отграничение проводится по субъективной стороне составов этих преступлений. Здесь имеет значение установление содержания и направленности умысла виновного. Субъективная сторона убийства характеризуется только умышленной виной. Умысел при этом бывает как прямым, так и косвенным. Покушение же на убийство может быть лишь с прямым умыслом, когда лицо сознает, что совершает деяние, опасное для жизни другого человека, предвидит возможность или неизбежность наступления смерти потерпевшего и желает ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам. В постановлении Пленума Верховного Суда РФ "О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)" говорится: "По каждому такому делу должны быть установлены форма вины, выяснены мотивы, цель и способ причинения смерти другому человеку, а также исследованы иные обстоятельства, имеющие значение для правильной правовой оценки содеянного и назначения виновному справедливого наказания" (п. 1).
Субъективная сторона лежит в основе отграничения причинения вреда здоровью средней тяжести от покушения на причинение тяжкого вреда здоровью. Оба преступления совершаются умышленно, но в обоих из них умысел может быть прямым или косвенным. Однако при покушении на причинение тяжкого вреда здоровью лицо сознает опасность деяния для здоровья другого человека, предвидит возможность или неизбежность причинения тяжкого вреда здоровью и желает (при прямом умысле) либо сознательно допускает причинение такого вреда или безразлично относится к факту его причинения (при косвенном умысле), но вред наступает иной степени тяжести по причинам, не зависящим от воли субъекта.
Причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью при наличии смягчающих обстоятельств (ст. 113 и 114 УК). Преступления, предусмотренные ст. 113 и 114 УК, устанавливают привилегированные составы умышленного причинения вреда здоровью другого человека. Статья 113 УК устанавливает ответственность за умышленное причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, совершенное в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), вызванного насилием, издевательством или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего либо иными противоправными или аморальными действиями (бездействием) потерпевшего, а равно длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего. Как видно из смысла закона, основанием смягчения ответственности в этом случае является прежде всего виктимное (неправомерное или аморальное) поведение потерпевшего и вызванное им состояние сильного душевного волнения (физиологического аффекта) у виновного. Условия признания сильного душевного волнения аффективным состоянием полностью совпадают с теми, которые были рассмотрены при анализе преступления, предусмотренного ст. 107 УК. Объективная сторона причинения вреда здоровью в состоянии аффекта отличается от объективной стороны убийства, совершенного в состоянии аффекта, только характером последствий: в первом случае - это тяжкий или средней тяжести вред здоровью, а во втором - смерть человека.
Понятие тяжкого и средней тяжести вреда здоровью было рассмотрено выше, применительно к анализу ст. 111 и ст. 112 УК.
Субъективная сторона данного преступления характеризуется только умышленной виной в форме прямого или косвенного умысла, внезапно возникшего и аффектированного. Понятие физиологического аффекта изложено при анализе состава преступления, предусмотренного ст. 107 УК. Мотивы преступления по ст. 113 УК могут быть различными (месть, ревность), выяснение их необходимо для решения вопроса, было ли у виновного состояние сильного душевного волнения.
Субъект преступления - физическое вменяемое лицо, достигшее 16 лет.
При совершении данного преступления не исключено причинение по неосторожности смерти потерпевшему или тяжкого либо средней тяжести вреда здоровью двум или более лицам. В судебной практике иногда такие преступления ошибочно квалифицируются либо как убийство в состоянии аффекта (ст. 107 УК), либо как преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 111 УК, или по п. "а" ч. 2 ст. 111 УК*(169). При возникновении указанных ситуаций следует исходить из правил квалификации преступлений при конкуренции норм со смягчающими и отягчающими обстоятельствами. Конкуренция специальных норм разрешается в пользу нормы, предусматривающей состав преступления со смягчающими обстоятельствами. Стало быть, квалификация указанных выше действий должна охватываться признаками ст. 113 УК.
Причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью по неосторожности влечет ответственность по ст. 118 УК, так как состав ст. 113 УК предусматривает причинение такого вреда лишь умышленно.
Умышленное причинение легкого вреда здоровью в состоянии аффекта не выделено в особый привилегированный состав преступления. Поэтому такие действия влекут ответственность на общих основаниях и должны квалифицироваться по ст. 115 УК, а противоправность или аморальность поведения потерпевшего служит смягчающим обстоятельством (п. "з" ч. 1 ст. 61 УК).
Статья 114 УК предусматривает ответственность за два самостоятельных преступления, совершенных при смягчающих обстоятельствах. Это умышленное причинение:
а) тяжкого вреда здоровью, совершенное при превышении пределов необходимой обороны (ч. 1);
б) тяжкого или средней тяжести вреда здоровью при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление (ч. 2).
Условия применения ст. 114 УК по содержанию те же, что и условия применения ст. 108 УК, они различаются лишь характером последствий. В случае причинения вреда здоровью ими являются при превышении пределов необходимой обороны - тяжкий вред здоровью; при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, - тяжкий или средней тяжести вред здоровью, а последствием преступления, предусмотренного ст. 108 УК, - смерть человека. Признаки тяжкого и средней тяжести вреда здоровью указаны в ст. 111 и 112 УК и рассмотрены выше в настоящем параграфе.
Объективная сторона преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 114 УК, состоит в причинении тяжкого вреда здоровью посягающего при защите от общественно опасного посягательства, но с превышением пределов необходимой обороны, т.е. при явном несоответствии защиты характеру и степени общественной опасности посягательства*(170).
Объективная сторона преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 114 УК, состоит в причинении тяжкого или средней тяжести вреда здоровью задерживаемого лица, совершившего преступление, при превышении мер, необходимых для его задержания, т.е. когда такой вред явно не соответствовал характеру и степени общественной опасности совершенного задерживаемым лицом преступления и обстановке задержания*(171).
Субъективная сторона рассматриваемых преступлений характеризуется только умышленной виной в форме прямого или косвенного умысла, при этом умысел здесь всегда внезапно возникший. Причинение вреда здоровью при указанных обстоятельствах в результате неосторожности исключает уголовную ответственность по признакам как ст. 114 УК, так и ст. 118 УК.
Мотивом при превышении пределов необходимой обороны является защита от общественно опасного посягательства, а при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, доминирует цель задержания лица и доставления его соответствующим органам власти.
Субъектом преступления является лицо вменяемое и достигшее 16-летнего возраста.
Причинение вреда здоровью: тяжкого при превышение пределов необходимой обороны, двум или более лицам, а также тяжкого или средней тяжести при превышении мер, необходимых для задержания двух или более лиц, совершивших преступление, квалифицируется соответственно по ч. 1 и ч. 2 ст. 114 УК.
По этой же статье (114 УК) квалифицируется и умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть посягающего (при превышении пределов необходимой обороны) либо задерживаемого (при превышении мер, необходимых для задержания), на что неоднократно указывал Верховный Суд РФ в своих определениях по конкретным делам*(172). Умышленное причинение легкого вреда здоровью, побоев или иных насильственных действий при необходимой обороне либо при задержании преступника, всегда с точки зрения закона укладывается в рамки правомерного поведения и не влечет за собой ответственности.
Умышленное причинение легкого вреда здоровью (ст. 115 УК) предусматривает ответственность за умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности. Уголовный кодекс 1996 г., в отличие от прежнего уголовного законодательства, не предусматривает уголовную ответственность за умышленное причинение легкого вреда здоровью, не повлекшего за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности. Исключение уголовной ответственности за эти действия обусловлено незначительной степенью их общественной опасности.
Таким образом, в отличие от умышленного причинения тяжкого вреда здоровью и умышленного причинения средней тяжести вреда здоровью, умышленное причинение легкого вреда здоровью не может влечь за собой последствий, предусмотренных ст. 111 и 112 УК РФ. Признаками легкого вреда здоровью выступают:
а) кратковременное расстройство здоровья;
б) незначительная стойкая утрата трудоспособности.
Для признания такого вреда существующим, а данного преступления оконченным необходимо установить хотя бы один из названных признаков. Согласно Правилам судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью 1996 г. под кратковременным расстройством здоровья следует понимать временную утрату трудоспособности продолжительностью не свыше трех недель (21 день) (п. 48), а под незначительной стойкой утратой трудоспособности - стойкую утрату общей трудоспособности, равную 5% (п. 49).
Судебная практика к легкому вреду здоровья относит: ослабление зрения и слуха, связанное с незначительной стойкой утратой трудоспособности; множественные ссадины; кровоподтеки; потерю одного пальца на руке (кроме указательного и большого) и т.д. Причинение вреда здоровью, имевшего незначительные, скоропроходящие последствия, которые длились не более шести дней и, в связи с этим, не выразились в кратковременном расстройстве здоровья или незначительной стойкой утрате общей трудоспособности, может в некоторых случаях квалифицироваться как побои или истязание (ст. 116, 117 УК).
При решении вопроса о продолжительности заболевания следует руководствоваться объективными данными, характеризующими тяжесть повреждения здоровья, а не только листком нетрудоспособности. При определении длительности расстройства здоровья в качестве критерия выступают лишь объективно необходимые сроки лечения, установленные заключением специалиста.
Субъективная сторона данного преступления характеризуется умышленной виной, умысел при этом может быть как прямым, так и косвенным. Цели и мотивы данного преступления разнообразны (месть, ревность и др.).
Причинение легкого вреда здоровью по неосторожности не влечет за собой уголовной ответственности.
Уголовная ответственность по ст. 115 УК наступает по достижении лицом 16 лет.
Причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью по неосторожности (ст. 118 УК). В зависимости от степени тяжести вреда здоровью закон устанавливает ответственность отдельно за причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности (ч. 1 ст. 118 УК) и за причинение средней тяжести вреда здоровью по неосторожности (ч. 2 ст. 118 УК). Понятие каждой из этих разновидностей вреда здоровью рассмотрено в предыдущих разделах.
Объективная сторона данных преступлений выражается в определенном действии (бездействии), нарушающем те или иные правила предосторожности и причиняющем соответственно тяжкий или средней тяжести вред здоровью другого человека. Как правило, это связано с грубым нарушением правил бытовой предосторожности или с несоблюдением правил предосторожности в сфере профессиональной деятельности. В последнем случае деяние отличается повышенной общественной опасностью. Поэтому в законе установлен квалифицированный состав причинения тяжкого (ч. 2 ст. 118 УК) или средней тяжести (ч. 4 ст. 118 УК) вреда здоровью по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей. Ответственность за данное деяние наступает, если неосторожное причинение вреда здоровью соответствующей тяжести не охватывается составом иного преступления, сопряженного с причинением вреда здоровью в результате ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей и предусматривается специальными нормами (например, ст. 143, 216, 219, 263, 264, 266, 269).
Субъективная сторона данного преступления характеризуется неосторожной виной в виде преступного легкомыслия или преступной небрежности. Действующим Уголовным кодексом не предусмотрена уголовная ответственность за причинение легкого вреда здоровью по неосторожности.
Тяжкий или средней тяжести вред здоровью по неосторожности следует отличать от случайного (невиновного) причинения вреда. В таких случаях состав преступления отсутствует.
Субъект преступления может быть как общим, так и специальным. По ч. 1 и 3 ст. 118 УК - это любое лицо, достигшее 16-летнего возраста. Части 2 и 4 ст. 118 УК указывают на субъект специальный - по признаку исполнения лицом определенных профессиональных обязанностей.
Зарубежное уголовное законодательство о преступлениях, причиняющих вред здоровью человека. Уголовное законодательство любой страны имеет свою специфику, обусловленную ее историческими, национальными особенностями, политическим устройством общества, его культурой, уровнем развития и многими другими факторами. Например, в структуре Особенной части Уголовного кодекса Франции 1992 г. (книга 2) преступлениям против здоровья посвящена вторая глава: "О посягательствах на физическую или психическую неприкосновенность личности", которая содержит два параграфа: первый - о пытках и актах жестокости (ст. 222-1-222-6), второй - о насильственных действиях (ст. 222-7-222-16). Выделение пыток и актов жестокости в самостоятельные составы наряду с составами "простых" насильственных действий свидетельствует об особом внимании к нормам международного права, запрещающего пытки*(173). Устанавливая ответственность за пытки и акты жестокости, французское законодательство не дает понятия "пытки". Однако судебная практика Франции в соответствии с международными актами под пыткой понимает такие действия, которыми причиняются сильная боль или страдание какому-либо лицу, чтобы получить сведения или признания, наказать за эти действия, запугать или принудить*(174). Эти действия могут совершаться как должностными, так и иными лицами. При этом Кодекс устанавливает повышенную уголовную ответственность за пытки и акты жестокости по сравнению с ответственностью за "простые" насильственные действия - вплоть до пожизненного заключения. Статья 222-3 Уголовного кодекса Франции выделяет в качестве отягчающих обстоятельств этого преступления, если оно совершено в отношении: несовершеннолетнего (п. 1); лица, особо беспомощного (п. 2); родственника по восходящей линии (п. 3); какого-либо лица, конкретно указанного в законе (п. 4, 5), либо если оно совершено: супругом или сожителем (п. 6), публичным должностным лицом (п. 7), группой лиц (п. 8), с применением или угрозой применения оружия (п. 10) и т.д.
Другие насильственные действия, которые не относятся Кодексом к пыткам или актам жестокости, представлены в виде определенной системы. Критерием этой системы являются: наступившие последствия, наличие или отсутствие какого-либо отягчающего обстоятельства, способ совершения преступления. Так, по тяжести наступивших последствий УК Франции выделяет насильственные действия: повлекшие смерть, без намерения убить (ст. 222-7); повлекшие увечье или хроническое заболевание (ст. 222-9); повлекшие полную утрату трудоспособности на срок свыше одной недели (ст. 222-11); не повлекшие полной утраты трудоспособности (ст. 222-13). Все эти же преступления дифференцируются, в свою очередь, по наличию каких-либо отягчающих обстоятельств, например, совершение деяния в отношении: несовершеннолетнего; лица особой беспомощности; родственника по восходящей линии; свидетеля или потерпевшего; несколькими лицами (ст. 222-8, 222-10, 222-12) и т.д. Совершение этих деяний по способу закон называет "применение угрозы или оружия", а также "систематическое их совершение" (ст. 222-8, 222-14).
Уголовный кодекс ФРГ (раздел 17) установил уголовную ответственность за телесные повреждения. При этом он различает: "простое" телесное повреждение (§ 223) - кто физически истязает другое лицо или причиняет вред его здоровью; телесное повреждение, опасное для жизни (§ 223а), - если оно нанесено с помощью оружия, в частности ножа или другого опасного орудия, или путем коварного нападения из засады, или несколькими лицами сообща; тяжкое телесное повреждение (§ 224) - если в результате телесного повреждения потерпевший утрачивает важный орган тела, зрение, слух, речь, способность к деторождению или происходит обезображение лица и т.п.; и особо тяжкие телесные повреждения (§ 225). Этот кодекс предусматривает ответственность, если в результате телесного повреждения потерпевшему была причинена смерть (§ 226). В данном случае субъект преступления действует с двумя формами вины - умысел в отношении причинения телесного повреждения и неосторожность - в отношении смерти.
Предусмотрена ответственность и за неосторожное причинение телесных повреждений, независимо от степени их тяжести (§ 230).
Уголовный кодекс Испании причинение телесных повреждений определяет как нарушение телесной целостности либо физического или психического состояния здоровья. С субъективной стороны ответственность установлена как за умышленное причинение телесных повреждений, так и за неосторожное. Тяжесть телесных повреждений зависит от наступивших последствий, опасности деяния и способа его совершения. Так, в качестве последствий телесных повреждений могут выступать такие из них, которые привели к потере или повреждению существенно важного органа, или конечности, или органа чувств, к импотенции, бесплодию, серьезному уродству, психическому или физическому заболеванию (ст. 149), либо к потере или повреждению несущественно важного органа или конечности или уродству (ст. 150). В качестве способа и опасности деяния закон выделяет прежде всего средства, с помощью которых причинялись телесные повреждения, например - оружие, инструменты, предметы, методы и формы, опасные для жизни либо физического или психического здоровья потерпевшего (ст. 148), либо систематическое причинение физического насилия своему супругу или собственным детям, детям супруга, родителям и т.д. (ст. 153).
В Уголовном кодексе Республики Польша, вступившем в силу с 1 января 1998 г., гл. 19 посвящена преступлениям против жизни и здоровья: она включает 15 статей (ст. 148-162). Однако непосредственно телесные повреждения регулируются лишь ст. 156 и 157. Кодекс различает тяжелый вред здоровью (ст. 156) - это лишение человека зрения, слуха, речи, способности к деторождению, иное тяжелое увечье, тяжелая неизлечимая или продолжительная болезнь, реально угрожающая жизни, хроническое психическое заболевание, постоянная полная или значительная профессиональная нетрудоспособность или постоянное, существенное обезображение или деформация тела. Статья 157 устанавливает иное, не предусмотренное в ст. 156, нарушение функций органов тела или расстройства здоровья. Ответственность за последние дифференцируется в зависимости от их продолжительности (не свыше семи дней и более семи дней) и от вины: умышленно и неумышленно.
Специфики в уголовной ответственности за причинение вреда здоровью по законодательству ряда стран ближнего зарубежья не отмечается. Так, Уголовные кодексы Киргизии, Узбекистана, Казахстана, Таджикистана, Литвы предусматривают ответственность за причинение вреда здоровью и конструируют составы аналогично составам по Уголовному кодексу РФ. В связи с этим анализировать их нецелесообразно.

§ 4. Преступления против здоровья, сопряженные с совершением неоднократных насильственных действий

Побои (ст. 116 УК) относятся к группе преступлений против здоровья, однако их последствия не предусмотрены законом в виде конкретных формализованных признаков.
Объективная сторона рассматриваемого преступления состоит, во-первых, в нанесении побоев, а во-вторых, в совершении иных противоправных насильственных действий, которые причиняют физическую боль, но не влекут последствий, указанных в ст. 115 УК, т.е. кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности. Побои не составляют особого вида повреждений, они характеризуются многократным нанесением ударов по телу потерпевшего. В результате побоев могут возникнуть телесные повреждения (ссадины, царапины, кровоподтеки, синяки и т.д.), однако они не всегда оставляют видимые повреждения, последствия же могут выражаться в физической боли как таковой. Физическая боль сама по себе так же причиняет вред здоровью, поскольку всегда связана с изменениями в клетках и тканях организма, что дает основание относить побои к преступлениям против здоровья. Если в результате многократного нанесения ударов возникает вред здоровью (тяжкий, средней тяжести или легкий), то такие действия оцениваются как причинение вреда здоровью соответствующей степени тяжести и квалифицируются соответственно по ст. 111, 112 или 115 УК. Иные насильственные действия, причиняющие физическую боль, состоят в щипании, сечении, выкручивании рук, сдавливании той или иной части тела потерпевшего. Если после побоев и иных насильственных действий у потерпевшего обнаруживаются повреждения (ссадины, кровоподтеки, небольшие раны), их описывают, но они не расцениваются как вред здоровью и тяжесть их не определяется. Когда побои и иные насильственные действия не оставили после себя никаких объективных следов, судебно-медицинский эксперт в заключении отмечает жалобы потерпевшего, указывает, что видимых признаков повреждений не обнаружено, и не определяет степень тяжести причинения вреда здоровью. В подобных случаях установление факта побоев относится к компетенции органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда (п. 50 Правил судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью 1996 г.).
Для признания наличия состава побоев или совершения иных насильственных действий требуется причинение физической боли потерпевшему. Последний при этом может испытывать психические и моральные страдания, но они самостоятельного значения не имеют и влияния на правовую оценку содеянного не оказывают.
Субъективная сторона данного преступления характеризуется умышленной виной в виде прямого умысла, что логически вытекает из смысла объективной стороны. Мотивом преступления могут выступать месть, ревность, неприязненные отношения и т.д. Неосторожное причинение физической боли не влечет за собой уголовной ответственности.
Субъектом данного преступления может быть лицо, которому исполнилось 16 лет.
Истязание (ст. 117 УК) как преступление является традиционным для российского уголовного законодательства, так как оно было предусмотрено во всех Уголовных кодексах России. В установлении ответственности за истязание по действующему Кодексу усматривается стремление России соответствовать основным международным актам. В настоящее время по проблемам пыток и других жестоких обращений действует Международный пакт о гражданских и политических правах, принятый Генеральной Ассамблеей ООН 16 декабря 1966 г., ратифицированный СССР в 1976 г. Статья 7 Пакта гласит: "никто не должен подвергаться пыткам или жестоким, бесчеловечным или унижающим его достоинство обращению или наказанию"*(175). Этому вопросу посвящена также ст. 5 Всеобщей декларации прав человека.
Имеется также Европейская конвенция по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания. Уголовный кодекс РФ впервые на законодательном уровне раскрывает понятие "истязание" и называет его основные признаки*(176).
Согласно ст. 117 УК под истязанием понимается причинение физических или психических страданий путем систематического нанесения побоев либо иными насильственными действиями, если это не повлекло последствий, указанных в ст. 111 и 112 Кодекса. При этом умышленное причинение в процессе истязания легкого вреда здоровью охватывается ст. 117 УК и дополнительной квалификации по ст. 115 УК не требуется.
Объективная сторона рассматриваемого преступления состоит в причинении потерпевшему физических или психических страданий путем систематического нанесения побоев или иных насильственных действий. Таким образом, сущность истязания заключается в особом способе причинения физических или психических страданий потерпевшему путем систематического нанесения побоев и иных насильственных действий. Под систематичностью деяний понимается многократное их совершение, не менее трех раз в течение фактического года. При этом каждый из эпизодов может складываться из многократных ударов. Систематичность нанесения побоев в истязании означает не только многократность периодически совершаемых насильственных действий, но их взаимосвязь, внутреннее единство, что образует определенную линию поведения виновного в отношении одной и той же жертвы. Нанесение побоев, не носящих характер истязания, во время, например, обоюдных ссор на почве личных неприязненных взаимоотношений не может быть квалифицировано по ст. 117 УК РФ*(177).
Другим способом истязания являются иные насильственные действия, причиняющие физические или психические страдания путем длительного лишения пищи, питья или тепла либо помещения или оставления жертвы во вредных для здоровья условиях, а равно действия, связанные с многократным или длительным причинением боли: щипанием, сечением, причинением множественных небольших повреждений тупыми или острыми предметами, воздействием термических факторов и другими аналогичными действиями (п. 51 Правил судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью 1996 г.).
Побои или иные насильственные действия должны быть причиной физических или психических страданий*(178). Под физическими страданиями понимаются относительно длительная физическая боль, а под психическими - нравственные переживания или психическая напряженность достаточно высокой степени. При этом страдания следует рассматривать как длительную и мучительную боль, которую потерпевший испытывает от истязаний.
Между деянием, носившим характер истязания, и наступившими последствиями должна быть причинная связь.
Субъективная сторона данного преступления характеризуется виной в форме прямого умысла, когда виновный сознает, что систематическим нанесением побоев или иными насильственными действиями причиняет потерпевшему физические или психические страдания, и желает их причинить. Мотивы преступления различны - месть, вражда, неприязненные отношения и др.
Субъектом преступления может быть любое вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста.
Квалифицированный вид рассматриваемого преступления (ч. 2 ст. 117 УК) имеет место в случае совершения истязания:
а) в отношении двух или более лиц;
б) в отношении лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга;
в) в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности;
г) в отношении заведомо несовершеннолетнего или лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии либо в материальной или иной зависимости от виновного, а равно лица, похищенного либо захваченного в качестве заложника;
д) с применением пытки;
е) группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;
ж) по найму;
з) по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды.
Квалифицирующие признаки, предусмотренные п. "а", "б", "в", "е", "ж", "з" ст. 117 УК, по содержанию аналогичны соответствующим признакам квалифицированных составов убийства (ч. 2 ст. 105 УК) и причинения тяжкого и средней тяжести вреда здоровью (ч. 2 и 3 ст. 111 и ч. 2 ст. 112 УК).
Истязание, совершенное в отношении заведомо несовершеннолетнего (п. "г" ч. 2 ст. 117 УК), предполагает совершение этого преступления в отношении лица, не достигшего 18-летнего возраста, при осознании виновным данного обстоятельства. Находящимися в материальной или иной зависимости от виновного считаются лица, находящиеся на его полном или частичном иждивении (содержании); подчиненные ему по службе, а также лица, находящиеся в любой иной от него зависимости (она может быть обусловлена брачными, семейными и родственными, служебными отношениями и т.д.). Другие признаки, указанные в п. "г" ч. 2 ст. 117 УК (лица, похищенного либо захваченного в качестве заложника), аналогичны по содержанию признакам, названным в п. "в" ч. 2 ст. 105 УК.
Истязание, совершенное с применением пытки (п. "д" ч. 2 ст. 117 УК), представляет собой специфическую разновидность данного преступления. При этом преступление совершается особо изощренным способом для усугубления воздействия на жертву, в результате чего причиняется сильная боль или страдание, физическое или моральное.
Все квалифицирующие признаки, установленные ч. 2 ст. 117 УК, при истязании должны охватываться умыслом виновного.
В соответствии с Правилами 1996 г. судебно-медицинский эксперт не устанавливает, имели ли место в данном случае мучения и истязания, так как в его компетенцию решение этого вопроса не входит. Решают его органы дознания, предварительного следствия и суда. Тем не менее эксперт должен определить: а) наличие и характер повреждений; б) давность их нанесения; в) орудия и способ причинения повреждений по медицинским данным; г) степень их тяжести.
Ответственность за истязание известна и уголовному законодательству других стран. Уголовный кодекс ФРГ в числе телесных повреждений (раздел 17) предусматривает ответственность за "истязание опекаемого" (§ 223-б). Из названия указанной нормы следует, что ответственность установлена не вообще за любое истязание, носящее общий характер, а лишь в отношении конкретного потерпевшего, признаки которого указаны в законе. Так, согласно § 223-б Кодекса ответственность наступает для тех лиц, "Кто мучает или грубо истязает лиц, не достигших восемнадцатилетнего возраста, или лиц, находящихся в беспомощном состоянии вследствие физического недостатка или болезни и являющихся опекаемыми данного лица или его домашними работниками, или по отношению к которым данное лицо несет обязанность оказания материального вспомоществования, или которые находятся в служебной зависимости от данного лица, или кто злонамеренно пренебрегает своей обязанностью заботиться о человеке, в результате чего причиняется вред здоровью последнего". Параграф предусматривает и квалифицирующие признаки истязания (ч. 2) в особо тяжких случаях. Это, как правило, имеет место, если лицо, совершая деяние, подвергает опасности: 1) смерти или тяжкого телесного повреждения или 2) значительного вреда физическому или духовному развитию опекаемого.
Уголовный кодекс ФРГ не предусматривает ответственности за побои как таковые. К этому преступлению с определенной долей условности можно отнести § 227 "Участие в драке". Если в результате драки или одним из нескольких нападавших причинена смерть человеку или нанесено тяжкое телесное повреждение, то каждый, кто участвовал в драке или в нападении, уже из-за этого участия подвергается наказанию. В то же время, как вытекает из смысла закона, - это специальная разновидность причинения смерти человеку или тяжкого телесного повреждения, нежели побои.
Уголовный кодекс Испании не дает названия статьям. Поэтому, прежде чем установить, какая статья за что предусматривает ответственность, нужно выявить ее смысловое содержание. К истязанию и побоям можно отнести ст. 153 и 154. Статья 153 устанавливает ответственность того, кто систематически причиняет физическое насилие своему супругу или лицу, находящемуся в отношениях типа постоянной совместной жизни, или собственным детям, или детям супруга либо сожителя, опекаемым, родителям или недееспособным, с которыми он совместно проживает. Термин "истязание" Кодекс не употребляет, однако, как видно из содержания статьи, в ней речь идет об этом деянии. Кодекс Испании ответственность за побои как таковые не предусматривает. Статья 154 же устанавливает ответственность лиц, дерущихся между собой, нападающих друг на друга, вызывая беспорядки и используя способы и орудия, которыми можно причинить вред жизни или здоровью человека. Естественно, эта статья устанавливает ответственность не за нанесение побоев (о них в самой норме речь не идет), но драки и нападения друг на друга не могут совершаться без рукоприкладства и нанесения побоев. Поэтому в понимании побоев, применительно к УК России, следует утвердительно сказать, что в ст. 154 УК Испании ответственность предусмотрена в том числе и за побои.
Уголовный кодекс Республики Польша не знает ответственности за истязание. Ответственность же за участие в драке и нанесение побоев установлена ст. 158 и 159 УК. При этом ответственность установлена как за "простое" участие в драке или нанесение побоев без последствий, так и за квалифицированные ее виды, если: последствием драки или нанесения побоев являются причинение тяжкого вреда здоровью, смерть человека или с использованием огнестрельного оружия, ножа или иного подобного опасного предмета.
Уголовное законодательство Франции не знает таких деяний, как истязание и побои, поэтому ответственности по УК за них нет.
Уголовные кодексы стран ближнего зарубежья, в частности Республик Казахстан, Таджикистан, Киргизия, предусматривают ответственность за побои и истязания, они по содержанию аналогичны нормам Уголовного кодекса РФ. Уголовный кодекс Республики Узбекистан (ст. 110) устанавливает ответственность только за истязание, а за побои ответственности нет. Уголовный кодекс Литвы устанавливает ответственность и за истязание, и за побои, предусмотрев их в одной статье - 117 (ч. 1 - побои, ч. 2 - истязание).

§ 5. Преступления, ставящие в опасность здоровье человека, не сопряженные с применением насилия

Заражение венерической болезнью (ст. 121 УК) - особое преступление против здоровья. Непосредственным его объектом является здоровье человека.
Объективная сторона преступления характеризуется как действием, так и бездействием виновного. Под заражением венерической болезнью в медицине понимается передача возбудителей этих инфекционных болезней через половое сношение, что чаще всего бывает, и иным путем. Как свидетельствует практика, заражение может иметь место и при других действиях - развратных действиях, поцелуях, бытовым путем (например, пользование при еде и питье одной посудой и другими предметами быта). Инфекции передают и врожденным путем. К венерическим болезням относятся сифилис (люэс), гонорея (перелой, триппер), мягкий шанкр, паховой (половой) лимфогранулематоз и др. Способ заражения и вид венерического заболевания для состава рассматриваемого преступления значения не имеют.
На квалификацию действий по ст. 121 УК не влияют вид, характер, методы и продолжительность лечения заболевания. Преступление является оконченным, когда потерпевший заболел венерической болезнью. Для квалификации данного преступления необходимо установить причинную связь между действиями (бездействием) виновного и заражением потерпевшего.
Ответственность по ст. 121 УК наступает, если виновный знал о наличии у него венерической болезни. Этот факт может быть подтвержден, например, предостережением лечебного учреждения или иными данными, свидетельствующими об осведомленности виновного о наличии у него венерического заболевания. Уголовная ответственность лица, больного венерической болезнью, по ст. 121 УК может иметь место в период не только болезни и лечения, но и контрольного наблюдения лечебным учреждением за больным до снятия его с учета. Согласие потерпевшего на поставление его в опасность заражения венерической болезнью не является основанием для освобождения от уголовной ответственности лица, знавшего о наличии у него венерического заболевания и заразившего.
С субъективной стороны это преступление характеризуется умышленной формой вины, оно может быть совершено и по неосторожности, но только в форме легкомыслия. Преступная небрежность при совершении анализируемого преступления невозможна, так как закон предусматривает ответственность лишь такого лица, которое знало о наличии у него венерической болезни. Чаще всего это преступление совершается с косвенным умыслом, когда лицо, знавшее о наличии у него венерической болезни, беспорядочно вступая в половые связи, безразлично относится к возможности заражения партнера. Неосторожная форма вины в виде преступного легкомыслия возникает в тех случаях, когда лицо занималось, например, самолечением и самонадеянно, без достаточных к тому оснований, считало себя здоровым и надеялось, что заражение другого лица не произойдет.
Часть 2 ст. 121 УК предусматривает ответственность за заражение венерической болезнью при следующих квалифицирующих обстоятельствах:
а) заражение одним и тем же лицом двух и более лиц. Заражение может быть совершено как одним способом (например, половым путем), так и разными (одно лицо заражено половым путем, другое - в результате поцелуя). При квалификации действий по этому признаку необходимо установить, что по фактам предшествующего заражения не истекли сроки давности привлечения лица к уголовной ответственности;
б) заражение заведомо несовершеннолетнего. Ответственность по ч. 2 ст. 121 УК возникает, если виновный был достоверно осведомлен, что потерпевший не достиг 18 лет. Если субъект добросовестно заблуждался относительно возраста потерпевшего, то при отсутствии иных признаков содеянное не может быть квалифицировано по ч. 2 ст. 121 УК.
Если лицо, знающее о своем заболевании, заражает потерпевшую в результате ее изнасилования, содеянное квалифицируется по п. "г" ч. 2 ст. 131 УК, поскольку факт заражения входит в число квалифицирующих признаков изнасилования.
Субъектом рассматриваемого преступления может быть вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста, страдающее венерической болезнью и знающее об этом.
Заражение ВИЧ-инфекцией (ст. 122 УК). Вирус иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекция) является возбудителем опаснейшего заболевания, при котором поражается и разрушается иммунная (защитная) система организма человека. Его обоснованно называют "чумой ХХ века" из-за скорости распространения, отсутствия эффективных лекарственных средств, а также тяжкого исхода заболевания.
Вирусоноситель порой не знает о своей болезни, так как инкубационный период длится годы, а иногда и десятилетия. Нарушая правила гигиены и санитарии при контактах с другими людьми, он может заразить большое число людей, обрекая их на смерть, поскольку до настоящего времени медицинских препаратов лечения ВИЧ-инфекции нет.
Передается это заболевание половым путем (отмечается преобладание при гомосексуальных контактах), через кровь, в случаях пользования нестерильными инструментами и шприцами, системами при проведении операций, переливании крови и т.д. Заболевание может передаваться от больной матери ребенку в процессе грудного вскармливания. Предупреждение этого заболевания является одной из серьезных социальных проблем, решению которой посвящен ряд нормативных актов: Закон "О профилактике заболевания СПИД" 1990 г., Федеральная целевая программа на 1993-1995 гг. по предупреждению распространения заболевания СПИДом в Российской Федерации (Анти-СПИД)" 1993 г.; Федеральный закон "О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекция)" 1995 г., в который были внесены изменения в 1996 г.*(179)
Статья 122 УК предусматривает ответственность за три самостоятельных преступления:
а) заведомое поставление другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией (ч. 1);
б) заражение другого лица ВИЧ-инфекцией лицом, знавшим о наличии у него этой болезни (ч. 2, 3);
в) заражение другого лица ВИЧ-инфекцией вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей (ч. 4).
В части 1 ст. 122 УК установлена уголовная ответственность за поставление другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией. Заражение причиняет вред здоровью, но, как правило, оно сопряжено со смертельным исходом. Следовательно, объектом преступления являются жизнь и здоровье человека.
Объективная сторона этого преступления характеризуется лишь действием, поскольку способы, посредством которых передается вирус, исключают бездействие. Как отмечалось выше, вирус передается половым путем при непосредственном контакте, через кровь (содержащую вирус) при ее переливании или введении в организм, при пользовании медицинскими нестерильными препаратами, инструментами, а также с молоком матери. Как подтверждают медики, это практически исчерпывающий перечень способов заражения ВИЧ-инфекцией. Это дает основание для вывода, что нельзя поставить другое лицо в опасность заражения ВИЧ-инфекцией через обычное общение (в том числе и бытовое) больного человека со здоровым. Отсюда нельзя привлечь к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 122 УК человека, больного ВИЧ-инфекцией, если он соблюдал все меры предосторожности. Состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст. 122 УК, сконструирован по типу формального. Ответственность устанавливается за само заведомое поставление другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией. Оконченным данное преступление считается с момента поставления другого лица в опасность заражения независимо от самого факта заражения. Не имеет уголовно-правового значения, знал ли о заболевании потерпевший. Более того, согласие потерпевшего, например, на половое сношение с ВИЧ-инфицированным, сознававшего опасность быть зараженным, не освобождает виновного от уголовной ответственности.
С субъективной стороны преступление по ч. 1 ст. 122 УК характеризуется только прямым умыслом, поскольку лицо знает о наличии у него заболевания и заведомо ставит другое лицо в опасность заражения, т.е. желает совершить эти действия.
Часть 2 ст. 122 УК предусматривает самостоятельный состав преступления, который устанавливает ответственность за заражение другого лица ВИЧ-инфекцией лицом, знавшим о наличии у него этой болезни. Преступление считается оконченным с момента фактического наступления последствий в виде заражения вирусом ВИЧ-инфекции потерпевшего.
С субъективной стороны рассматриваемое деяние может быть совершено умышленно и в результате преступного легкомыслия. Умысел может быть как прямым, так и косвенным, когда виновный сознает опасность своих действий, предвидит последствия в виде заражения другого лица и желает их наступления или сознательно допускает. Заражение ВИЧ-инфекцией может иметь место и по легкомыслию, когда виновный предвидит возможность заражения другого лица в результате его действий, но легкомысленно рассчитывает на их предотвращение. Например, вступая в контакт с потерпевшим, субъект применяет особые меры предохранения, предосторожности, но надежда на эти обстоятельства оказывается неоправданной и наступает заражение потерпевшего. Совершить это преступление по небрежности невозможно, так как ч. 2 ст. 122 УК говорит о субъекте как о лице, знавшем о наличии у него заболевания.
В ч. 3 ст. 122 УК предусмотрены два квалифицирующих данное преступление обстоятельства: заражение ВИЧ-инфекцией двух или более лиц, а также заведомо несовершеннолетнего. Заведомость означает достоверную осведомленность виновного о том, что потерпевший не достиг 18-летнего возраста.
Субъективная сторона рассматриваемого преступления аналогична той, которая предусмотрена ч. 2 ст. 122 УК РФ. Что же касается заражения заведомо несовершеннолетнего, то оно может быть совершено только умышленно.
Субъектами преступления, предусмотренного ч. 1, 2, 3 ст. 122 УК, являются вменяемые лица, достигшие 16-летнего возраста, ВИЧ-инфицированные, а также лица, больные этим заболеванием и знавшие об этом.
Часть 4 ст. 122 УК предусматривает ответственность за заражение другого лица ВИЧ-инфекцией вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей.
Субъектами данного преступления являются медицинские работники (врачи, медсестры), которые в результате несоблюдения правил предосторожности (при совершении операций, переливании крови, инъекциях и т.д.) при взаимодействии с ВИЧ-инфицированными и больными заразили здоровых людей. Если медицинский работник заразил другое лицо ВИЧ-инфекцией в частной жизни, не при исполнении своих профессиональных обязанностей, он несет ответственность по ч. 2 или ч. 3 ст. 122 УК.
Вина при совершении данного преступления может выражаться в виде неосторожности как по легкомыслию, так и по небрежности.
Квалификация действий по ст. 122 УК отличается от умышленного убийства. Отличие состоит в том, что при заражении ВИЧ-инфекцией у виновного отсутствует цель на лишение жизни человека.
Заражение ВИЧ-инфекцией в процессе изнасилования квалифицируется только по п. "б" ч. 3 ст. 131 УК, поскольку это обстоятельство является квалифицирующим признаком указанного состава изнасилования и совокупности со ст. 122 УК не требуется.
По-разному регулируются вопросы об ответственности за анализируемые преступления законодательством других стран. Аналогично российскому уголовному законодательству вопросы ответственности за заражение венерической болезнью и ВИЧ-инфекцией представлены, например, в Уголовных кодексах Польши (ст. 161), Казахстана (ст. 115, 116), Таджикистана (ст. 125, 126), Киргизии (ст. 117, 118), Узбекистана (ст. 113) и др. В то же время законодательство Франции, Италии, ФРГ, Испании уголовной ответственности за такие действия не предусматривает. Во Франции ответственность за заражение ВИЧ-инфекцией предусмотрена другим (не уголовным) законом и деяние это отнесено к проступкам.

§ 6. Иные преступления, ставящие в опасность жизнь и здоровье человека

Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (ст. 119 УК). Ответственность за данное преступление предусмотрена гл. 16 - "Преступления против жизни и здоровья". В Уголовном кодексе 1960 г. это была ст. 207, которая относилась к гл. 10 - "Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения". Статья 119 УК РФ несколько изменилась и по содержанию. В частности, в ней отсутствует (по сравнению со ст. 207 УК 1960 г.) упоминание об угрозе уничтожением имущества путем поджога, что, вероятно, и вызвало указанное перемещение нормы за угрозу в другую главу Особенной части Кодекса.
Диспозиция ст. 119 УК устанавливает ответственность за угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы. Родовым объектом рассматриваемого преступления выступает личность человека, а непосредственным - жизнь и здоровье, поскольку именно эти ценности подвергаются опасности, ставятся под угрозу причинения им вреда при данном преступном посягательстве.
Объективная сторона состоит в угрозе убийством или причинением тяжкого вреда здоровью. Угроза - это устрашение человека путем психического на него воздействия. Способы выражения угрозы могут быть различными: в устной или письменной форме, адресованной непосредственно потерпевшему или через третьих лиц, или через его близких; с использованием телефона, телеграфа, факса и т.п. Если угроза передается через других лиц, то о ней потерпевший должен быть осведомлен. Уголовно наказуемы по ст. 119 УК лишь два вида угрозы: убийством или причинением тяжкого вреда здоровью.
Эти же виды угроз (а также другие), но при особой их направленности, могут влечь уголовную ответственность по другим составам преступлений. Например, по ч. 1 ст. 296 УК, если угроза убийством, причинением вреда здоровью, уничтожением или повреждением имущества направлена в отношении судьи, присяжного заседателя или иного лица, участвующего в отправлении правосудия. Если же угроза применения насилия, не опасного для жизни и здоровья, направлена в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, то ответственность наступает по ч. 1 ст. 318 УК.
Иные виды угроз, например, угроза применения насилия, угроза уничтожения или изъятия имущества, угроза применения насилия, опасного для жизни или здоровья, составляют при определенных условиях признаки преступлений, предусмотренных ст. 131, 132, 133, 162, 302 УК. В этих случаях угроза является способом совершения других преступлений (изнасилования, разбоя, принуждения к даче показаний и т.д.) и ст. 119 УК не применяется. Здесь действует правило конкуренции части и целого, т.е. если содеянное в целом предусмотрено одной статьей Кодекса, а отдельные его части (в данном случае - способ) - другой, то применяется статья, с наибольшей полнотой охватывающая содеянное*(180).
Угроза может быть обращена в будущее или носить непосредственный характер. Обязательным признаком объективной стороны состава угрозы закон называет реальность устрашения, т.е. у потерпевшего по объективной обстановке имеются основания опасаться осуществления угрозы. Реальность угрозы устанавливается исходя из конкретной обстановки с учетом характера взаимоотношений между виновным и потерпевшим, серьезности повода для угрозы, свойств личности угрожавшего. Угроза реальна, когда виновный использует те или иные средства, способы, предметы, дающие основания потерпевшему серьезно опасаться за свою жизнь или здоровье. Как показывает практика, в большинстве случаев при угрозе используется холодное или огнестрельное оружие либо иные предметы.
Состав данного преступления сконструирован по типу формального и считается оно оконченным с момента высказывания угрозы.
От покушения на убийство и на причинение тяжкого вреда здоровью данное преступление отличается тем, что виновный не имеет цели лишить жизни потерпевшего или причинить ему тяжкий вред и не совершает никаких действий, направленных к исполнению угрозы в действительности.
С субъективной стороны угроза может быть совершена при наличии прямого умысла. Виновный сознает, что, угрожая потерпевшему убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, он стремиться устрашить последнего. Совершая преступление, предусмотренное ст. 119 УК, виновный преследует цель - запугать потерпевшего, устрашить его, создать впечатление реальности приведения угрозы в исполнение. Мотивы совершения этого преступления различны (месть, злоба, ревность и т.д.).
Субъектом преступления может быть любое вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста.
В уголовном законодательстве других стран эти деяния имеют несколько иное содержание, и закон не требует ее реальности. Так, Уголовный кодекс ФРГ в § 241 "Угроза преступлением" устанавливает ответственность того лица, "кто угрожает другому лицу совершением преступления, направленного против него или его близкого" (ч. 1), либо "кто умышленно обманывает другое лицо в том, что предстоит совершение преступления против него или его близкого" (ч. 2).
Уголовное законодательство Франции устанавливает ответственность за два вида угроз: а) угроза совершить преступление или проступок против личности (ч. 1 ст. 222-17 УК), б) ответственность повышается, если речь идет об угрозе убийством (ч. 2 ст. 222-17 УК). При этом закон называет и способы совершения угрозы: если она повторяется либо материализована в виде текста, изображения или любого другого предмета.
Более емко и разнообразно представлены различные виды угроз в Уголовном кодексе Испании. Так, ст. 169 УК предусматривает ответственность за угрозу другому лицу причинением ему самому, его семье, близким ему людям вреда, который является преступлением против личности, сексуальной свободы, достоинства или имущества, если угрожавший при этом требовал выкуп или устанавливал какое-либо другое условие (ч. 1). Ответственность повышается (ближе к верхнему пределу), если угрозы были исполнены в письменной форме, по телефону или с использованием другого средства связи или воспроизведения либо от имени организации или властных структур (ч. 2). Статья 171 УК устанавливает ответственность за угрозу причинения вреда, если лицо требовало от другого денежную сумму под угрозой раскрытия или распространения сведений, относящихся к частной жизни или семейным отношениям, которые не известны общественности и могут нанести вред репутации или интересам потерпевшего. Кроме того, ст. 170 УК устанавливает ответственность за угрозы причинения вреда, направленные на запугивание жителей определенного населенного пункта, этнической группы или какой-либо группы людей и достаточно опасные в случае их осуществления.
Принуждение к изъятию органов или тканей человека для трансплантации (ст. 120 УК). Условия и порядок трансплантации органов и (или) тканей человека определены Законом РФ "О трансплантации органов и (или) тканей человека" от 22 декабря 1992 г.*(181) Принуждение любым лицом живого донора к согласию на изъятие у него органов и (или) тканей влечет уголовную ответственность в соответствии с законодательством (ст. 3 Закона). Донор свободно и сознательно в письменной форме должен выразить согласие на изъятие своих органов и (или) тканей (ст. 11 Закона).
Объектом этого преступления является здоровье человека. Предметом же преступления выступают органы и ткани человека, с целью добычи которых и совершается преступление. К органам и тканям человека как объектам трансплантации относятся: сердце, легкое, почка, печень, костный мозг и другие органы и (или) ткани, перечень которых определяется Министерством здравоохранения РФ совместно с Российской Академией медицинских наук (ст. 2 Закона). Органы и их части, имеющие отношение к процессу воспроизводства человека (например, яйцеклетка, яичники, эмбрионы), в названный перечень не включены.
Статья 120 УК состоит из двух частей.
Часть 1 ст. 120 УК предусматривает ответственность за принуждение к изъятию органов или тканей человека для трансплантации, совершенное с применением насилия либо с угрозой его применения. Объективная сторона этого преступления состоит в принуждении потерпевшего к изъятию у него органов или тканей для пересадки с применением физического насилия либо угрозы применения такового. Принуждение - это воздействие на личность с целью добиться от нее согласия на донорство под физическим насилием или угрозой применения такого насилия. Реальное применение насилия выражается в нанесении ударов, побоев, причинении вреда здоровью различной степени тяжести. Угроза применения насилия означает недвусмысленно выраженное намерение прибегнуть к насилию. В тех случаях, когда органы или ткани изъяты путем физического насилия или угрозы его применения, ответственность наступает по совокупности совершенных преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 120 УК и соответствующей статьей за причинение смерти или вреда здоровью, в зависимости от наступившего результата. Преступление считается оконченным, когда субъект осуществил домогательство путем физического насилия или высказал угрозы расправой над потерпевшим для достижения указанных целей, независимо от того, достиг он этих целей или нет.
Часть 2 ст. 120 УК устанавливает ответственность за данное преступление, совершенное с отягчающими обстоятельствами. В качестве этих обстоятельств закон называет беспомощное состояние потерпевшего либо материальную или иную зависимость от виновного.
Лицами, находящимися в беспомощном состоянии, признаются тяжелобольные, спящие, потерявшие сознание, находящиеся в сильной степени опьянения или по иной причине физически не способные противостоять преступнику.
Лицо считается находящимся в материальной зависимости, когда оно получает от другого лица материальную помощь, которая является основным или дополнительным источником существования.
Иную зависимость могут составлять служебные, родственные, супружеские и т.п. отношения. Под иной зависимостью в первую очередь следует понимать служебную, поскольку ст. 3 Закона "О трансплантации органов и (или) тканей человека" прямо запрещает изъятие органов и тканей для трансплантации у лиц, находящихся в служебной зависимости от реципиента.
Для ответственности по ч. 2 ст. 120 УК в каждом конкретном случае необходимо устанавливать зависимость потерпевшего от виновного, поскольку закон выдвигает это как необходимое условие.
Все рассматриваемые обстоятельства могут вменяться как отягчающие при условии осознания их виновным.
С субъективной стороны преступление, предусмотренное ст. 120 УК, характеризуется только прямым умыслом: субъект действует с целью принудить потерпевшего к изъятию у него органов или тканей. Цель является обязательным признаком субъективной стороны преступления.
Субъектом преступления может быть любое лицо, достигшее шестнадцати лет. Это лицо, нуждающееся в трансплантации, его родственники и близкие, медицинские работники.
Аналогичные нормы содержатся в уголовном законодательстве стран ближнего зарубежья, например, в ст. 113 УК Республики Казахстан, ст. 114 УК Киргизии, ст. 122 УК Республики Таджикистан. В последних двух республиках, наряду с ответственностью за принуждение к изъятию органов, установлена ответственность за нарушение правил проведения операции по трансплантации.
Незаконное производство аборта (ст. 123 УК). С 1955 г. в нашем государстве разрешено производство абортов при соблюдении определенных требований: проведение этой операции только врачом и в соответствующем лечебном учреждении, до определенного срока беременности, при наличии согласия беременной женщины на операцию и соответствующих медицинских показаний о возможности ее проведения*(182).
Российское уголовное законодательство всегда предусматривало ответственность за незаконное (криминальное) производство аборта. В действующем Уголовном кодексе эта ответственность более конкретизирована по сравнению с предыдущим Кодексом 1960 г., в частности, исключена норма о незаконном производстве аборта врачом.
Статья 123 УК 1996 г. предусматривает ответственность за:
производство аборта лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля (ч. 1);
то же деяние, совершенное лицом, ранее судимым за незаконное производство аборта (ч. 2);
те же деяния, если они повлекли по неосторожности смерть потерпевшей либо причинение тяжкого вреда ее здоровью (ч. 3).
Искусственное прерывание беременности (аборт) может проводиться лишь в соответствии со специальными правилами, допускающими производство этой операции по желанию женщины, только в медицинском учреждении, получившем лицензию на указанный вид деятельности, врачами, имеющими специальную подготовку, и при отсутствии противопоказаний. Согласно ст. 36 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан, принятых 22 июля 1993 г., операция по искусственному прерыванию беременности проводится при сроке беременности до 12 недель, по социальным показаниям - до 22 недель, а при наличии медицинских показаний и согласии женщины - независимо от срока беременности. Перечень медицинских показаний для прерывания беременности определяется Минздравом России, а перечень социальных показаний - перечнем, утвержденным Правительством РФ*(183). во всех этих случаях согласие женщины на производство аборта является обязательным признаком данного преступления, что вытекает из смысла ст. 123 УК. В противном случае виновные должны отвечать за причинение тяжкого вреда здоровью.
Объект преступления - здоровье беременной женщины, так как аборт создает угрозу ее здоровью.
Объективная сторона преступления заключается в незаконном производстве аборта, с нарушением установленных правил. Незаконность аборта, как это вытекает из смысла диспозиции ч. 1 ст. 123 УК, обусловлена тем, что он производится лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля, например, врачом другого профиля (окулистом, педиатром), либо лицом, имеющим среднее медицинское образование (фельдшером), или лицом, вообще не имеющим медицинского образования. Уголовную ответственность закон связывает не с самой по себе операцией при наличии противопоказаний для ее проведения (например, срок беременности превышает 12 недель), а с личностью виновного - врачом не соответствующего профиля. Следовательно, при отсутствии указанных в ч. 3 ст. 123 УК последствий производство аборта лицом, имеющим высшее медицинское образование соответствующего профиля, но, например, по истечении 12 положенных недель, состава преступления не образует. В литературе такая законодательная конструкция признана ошибочной, и предлагается изменить диспозицию ч. 1 ст. 123 УК в соответствии с интерпретацией ст. 36 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан*(184). Представляется, что незаконность относится не только к лицу, но и к производству аборта, его основаниям и способам.
Преступление считается оконченным с момента производства аборта, т.е. изгнания плода, независимо от наступивших последствий.
Субъективная сторона деяния характеризуется наличием прямого умысла у виновного. Мотив незаконного производства аборта может быть различным (желание помочь женщине избавиться от беременности, корысть и т.д.), но на квалификацию действий он не влияет.
Субъектом преступления по ч. 1 ст. 123 УК является вменяемое лицо, не имеющее высшего медицинского образования соответствующего профиля. Для него ответственность по ч. 1 наступает независимо от иных обстоятельств, при которых выполнена операция.
К квалифицированному незаконному аборту ч. 2 ст. 123 УК относит совершение его лицом, ранее судимым за незаконное производство аборта. Ответственность по ч. 2 ст. 123 УК наступает, если судимость за предыдущее преступление не погашена и не снята в установленном законом порядке.
Часть 3 ст. 123 УК устанавливает ответственность за деяния, предусмотренные ч. 1 или ч. 2, если они повлекли по неосторожности смерть потерпевшей либо причинение тяжкого вреда ее здоровью. Смерть может наступить как во время аборта, так и после него, но она должна находиться в причинной связи с абортом. Оконченным это преступление считается с момента наступления смерти потерпевшей либо причинения тяжкого вреда ее здоровью. Под причинением тяжкого вреда здоровью понимаются фактические последствия после лечения, явившиеся результатом незаконного аборта: бесплодие, хроническая болезнь, инвалидность и другие признаки, характеризующие тяжкий вред здоровью.
Состав преступления имеет сложную конструкцию субъективной стороны, предусматривая две формы вины. В этих случаях необходимо установить, что виновный, совершая умышленно незаконный аборт, по отношению к смерти и к причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшей проявил неосторожность. Если указанные последствия наступили в результате законного производства аборта, но по небрежности врача, последний может быть привлечен к уголовной ответственности за неосторожное причинение смерти или тяжкого вреда здоровью. Если причинение смерти или тяжкого вреда здоровью потерпевшей охватывалось косвенным умыслом, ответственность наступает по совокупности преступлений - ст. 105 и ст. 123 УК либо ст. 111 и ст. 123 УК.
Более детально регламентирует уголовную ответственность за незаконное прерывание беременности Уголовный кодекс Франции. Он устанавливает ответственность женщины, которая прерывает беременность у себя самой (ст. 223-12). При этом суд, учитывая бедственные обстоятельства или личность виновной, может наказание не применять. Ответственность несут также лица, предоставившие женщине материальные средства для прерывания беременности у самой себя (ч. 2 ст. 223-12). Если данное деяние совершается систематически, ответственность повышается. Кроме того, установлена ответственность за прерывание беременности без согласия заинтересованного лица (ст. 223-10); ответственность с отягчающими обстоятельствами за прерывание беременности другим лицом (ст. 223-11): п. 1 - после истечения срока, в течение которого оно разрешено законом, за исключением случаев, когда оно осуществляется по медицинским показаниям; п. 2 - лицом, не являющимся врачом; п. 3 - в каком-либо ином месте, нежели государственная или частная больница, удовлетворяющая условиям, предусмотренным законом.
Уголовный кодекс Испании посвятил этим преступлениям Книгу 2, которая так и называется: "Аборт" и включает в себя три статьи (144-146). Этот кодекс не употребляет термин "незаконный" аборт, он лишь указывает признаки, при наличии которых это деяние рассматривается как преступление, влекущее соответствующее наказание. Среди уголовно наказуемых признаков названы производство аборта без согласия женщины (ч. 1 ст. 144 УК) либо с согласия женщины, но полученного путем насилия, угроз или обмана (ч. 2 ст. 144).
Статья 145 УК Испании устанавливает ответственность за производство аборта с согласия женщины, за исключением случаев, разрешенных законом (ч. 1), а также ответственность женщины, произведшей себе аборт или давшей согласие другому лицу на его производство в не разрешенных законом случаях (ч. 2).
Статья 146 УК предусматривает ответственность лица, которое произвело аборт вследствие грубой неосторожности (ст. 146 УК), беременная женщина в этом случае не наказывается.
Уголовный кодекс Республики Польша предусматривает в ответственности за прерывание беременности три самостоятельных состава (ст. 152). В основе первого состава лежит согласие женщины, это:
1 - кто с согласия женщины прерывает ее беременность с нарушением предписаний закона;
2 - кто оказывает беременной женщине помощь в прерывании беременности с нарушением предписаний закона или ее к этому склоняет;
3 - кто совершил эти деяния (п. 1 и 2), когда плод достиг способности к самостоятельной жизни вне организма беременной женщины.
Основой второго состава ответственности (ст. 153 УК) является прерывание беременности без согласия женщины, но путем насилия, угроз или обмана (п. 1); либо в результате указанных действий при достижении плодом способности к самостоятельной жизни вне организма беременной женщины (§ 2).
Статья 154 УК устанавливает ответственность лиц за прерывание беременности, если в результате этого наступила смерть беременной женщины.
В теории уголовного права ФРГ дискутируется вопрос о необходимости введения в раздел о преступлениях против жизни самостоятельной главы о преступных посягательствах на будущую жизнь. Это объясняется прежде всего тем, что прерывание беременности в ФРГ наказывается в уголовно-правовом порядке, поскольку данные преступные деяния посягают на специфическое правоохраняемое благо - нерожденную человеческую жизнь*(185).
Уголовный кодекс ФРГ содержит несколько норм, направленных на ответственность за прерывание беременности. В частности: прерывание беременности как основной состав (§ 218); ненаказуемость прерывания беременности (§ 218 а); прерывание беременности без медицинского заключения, неправильное медицинское заключение (§ 218 б); нарушение обязанностей врачом при прерывании беременности (§ 218 с); консультация беременных женщин в бедственной и конфликтной ситуациях (§ 219); агитация за прерывание беременности (§ 219 а); сбыт средств для прерывания беременности (§ 219 б). Как видно из названий параграфов, не все эти нормы устанавливают уголовную ответственность, часть из них носит пояснительный характер по описанию других нормативных актов.
Неоказание помощи больному (ст. 124 УК). Неоказание помощи больному без уважительных причин лицом, обязанным ее оказывать в соответствии с законом или со специальным правилом, если это повлекло по неосторожности причинение средней тяжести вреда здоровью больного, образует состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 124 УК.
Законодательство о здравоохранении, а также подзаконные акты предусматривают обязательное оказание срочной медицинской помощи медицинскими работниками всем лицам, пострадавшим от несчастных случаев или внезапно заболевшим. Эта помощь должна оказываться медицинским персоналом ближайшего лечебного учреждения. Медицинские работники обязаны оказывать первую неотложную медицинскую помощь гражданам в дороге, на улице, в иных общественных местах и на дому, независимо от времени суток и факта пребывания в отпуске, на отдыхе и пр. В соответствии со ст. 38 и 39 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан первичная и скорая медицинская помощь оказываются гражданам безотлагательно при состояниях, требующих срочного медицинского вмешательства при травмах, отравлениях, несчастных случаях и других неотложных заболеваниях лечебно-профилактическими учреждениями, независимо от территориальной, ведомственной подчиненности и форм собственности, бесплатно медицинскими работниками, а также лицами, обязанными ее оказывать в виде первой помощи по закону или по специальному правилу. К этой категории лиц (кроме медицинских работников) относятся также фармацевтические работники*(186) и работники милиции, на которых согласно п. 13 ст. 10 Закона РФ "О милиции" возложена обязанность принимать неотложные меры по спасению людей и оказанию им первой медицинской помощи*(187).
Объектом анализируемого преступления являются здоровье больного человека, а при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 124 УК) - его жизнь.
С объективной стороны рассматриваемое преступление выражается в бездействии - в неоказании помощи больному без уважительных причин лицом, обязанным ее оказывать по закону или по специальным правилам. виновный не совершает необходимых в сложившейся обстановке действий, направленных на спасение жизни человека, на облегчение его страданий или на его лечение (например, субъект отказывается применить искусственное дыхание, провести массаж сердца, дать нужное лекарство, провести анализ крови, доставить в больницу или вызвать неотложную помощь).
Уважительными причинами неоказания помощи больному являются лишь те, которые связаны с непреодолимой силой или крайней необходимостью, например, болезнь самого медицинского работника, другие причины, лишающие его возможности оказать эту помощь: отсутствие необходимых лекарств, материалов, инструментов и т.д. Вопрос об уважительности причины решается индивидуально в каждом конкретном случае с учетом всех фактических обстоятельств дела.
Для ответственности как по ч. 1, так и по ч. 2 ст. 124 УК необходимо наступление названных в законе последствий. По ч. 1 ответственность за неоказание помощи больному без уважительных причин наступает в случае, если это повлекло по неосторожности причинение средней тяжести вреда здоровью больного, а по ч. 2 - эти действия должны по неосторожности повлечь смерть больного либо причинить тяжкий вред его здоровью.
Преступление по ч. 1 ст. 124 УК является оконченным, когда в результате неоказания помощи больному его здоровью был нанесен вред средней тяжести. По ч. 2 этой статьи преступление считается оконченным, когда в результате неоказания помощи больному по неосторожности наступила его смерть или причинен тяжкий вред здоровью. Преступления, предусмотренные ст. 124 УК, практически совершаются только как оконченные, поскольку стадия покушения в преступлениях, выполняемых в форме бездействия, невозможна.
Субъективная сторона преступления выполняется с двумя формами вины: с прямым умыслом, направленным на неоказание помощи больному, и с неосторожностью по отношению к наступившим последствиям. Виновному известно о наличии болезни у другого лица, он сознает, что не оказывает неотложную помощь больному, хотя обязан это сделать, имеет к этому возможность и сознательно бездействует. При этом должна быть причинная связь между неоказанием помощи больному и наступившими последствиями. Эта связь устанавливается судом с учетом заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы.
Субъект преступления - лицо, обязанное по закону или специальному правилу оказывать помощь больным. Прежде всего им могут быть медицинские работники - врачи, лица среднего медицинского персонала (фельдшер, акушерка, медицинская сестра) и другие лица, которые в силу закона обязаны оказывать помощь больным.
Аналогичные составы преступлений содержатся в ряде уголовных кодексов других стран, например, ст. 116 УК Республики Узбекистан, ст. 129 УК республики Литвы, ст. 128 УК Республики Таджикистан, ст. 118 УК республики Казахстан, ст. 162 УК Республики Польша, ст. 195, 196 УК Испании.
Оставление в опасности (ст. 125 УК). Объектом данного преступления являются жизнь и здоровье человека, находящегося в серьезной опасности, который не в состоянии проявить заботу о себе и принять меры к самосохранению.
С объективной стороны это преступление характеризуется бездействием, т.е. невыполнением необходимых действий по оказанию помощи лицу, которое находится в опасном для жизни и здоровья состоянии. Это деяние проявляется в заведомом оставлении без помощи лица, находящегося в опасном для жизни или здоровья состоянии и лишенного возможности принять меры к самосохранению по малолетству, старости, болезни или вследствие своей беспомощности в случаях, если виновный имел возможность и был обязан оказать помощь этому лицу, иметь о нем заботу либо сам поставил его в опасное для жизни или здоровья состояние.
Высокая опасность данного вида преступления прежде всего обусловлена физическими особенностями потерпевшего. Им является лицо, особенно нуждающееся в помощи (малолетний, престарелый, больной, беспомощный), поскольку потерпевший в силу указанных обстоятельств сам не в состоянии спасти себя от причинения вреда здоровью или жизни. Анализируемый состав преступления предполагает неоказание помощи, когда лицо: а) обязано было ее оказать или б) само поставило потерпевшего в опасное для его жизни или здоровья состояние.
Состав - оставление в опасности - сконструирован по типу формальных и является оконченным независимо от наступления реальных вредных последствий.
Обязанность оказать помощь может основываться на родственных отношениях (забота родителей о малолетних детях и взрослых детей о престарелых, больных родителях); опекунских и попечительских отношениях; служебных обязанностях (воспитатель в детском саду, учитель в школе, инструктор туристской группы); на договорах (сиделка у тяжело больного, частный охранник, телохранитель, няня у ребенка).
Поставление потерпевшего в опасное для жизни и здоровья состояние предполагает такое поведение виновного, когда он, не желая наступления смерти или причинения вреда здоровью, создает ситуацию реальности наступления этих последствий. Например, водитель автомашины, превысив скорость, сбил пешехода и, не оказав ему помощи, скрылся.
Вместе с тем состав рассматриваемого преступления имеет место лишь в том случае, если у лица была реальная возможность оказать помощь потерпевшему, поскольку закон прямо указывает на это.
С субъективной стороны преступление, предусмотренное ст. 125 УК, совершается только с прямым умыслом, поскольку содеянное, согласно закону, предполагает заведомость. Виновный сознает, что он обязан оказывать помощь лицу, находящемуся в опасном для жизни и здоровья состоянии, и, имея такую возможность, не оказывает ее, т.е. сознательно не совершает этого действия.
Субъектом преступления является лицо, достигшее 16-летнего возраста и обязанное заботиться о потерпевшем по указанным выше основаниям, либо лицо, поставившее потерпевшего в опасное для жизни и здоровья состояние.
Уголовный кодекс Франции, наряду с установлением ответственности за аналогичные деяния (ст. 223-3), предусматривает еще ответственность за оставление без помощи, повлекшее хроническое заболевание или увечье (ч. 1 ст. 223-4), а также смерть (ч. 2 ст. 223-4). При этом употребляется термин "оставление без помощи", что, с точки зрения логики, более правильно, нежели "оставление в опасности", поскольку опасность - это оценочное понятие, требующее в каждом конкретном случае доказательств, было ли оно таковым.
Предусматривает уголовную ответственность за аналогичные деяния и Уголовный кодекс ФРГ. В § 221 Кодекса "Оставление в опасности", наряду с основным составом (ч. 1), выделена самостоятельная норма, касающаяся деяния, совершенного родителями в отношении своего ребенка (ч. 2), а также лица, оставленного в опасности или без помощи, которому причиняется тяжкое телесное повреждение либо смерть (ч. 3).
Оставление в опасности как преступление предусмотрено во всех республиках ближнего зарубежья. Содержание соответствующих норм аналогично ст. 125 УК РФ. Например, ст. 121 УК Киргизии, ст. 119 УК Казахстана, ст. 127 УК Таджикистана, ст. 127 УК Литвы, ст. 117 УК Узбекистана и др.

Глава V. Преступления против свободы, чести и достоинства личности

§ 1. Понятие, общая характеристика и виды преступлений против свободы, чести и достоинства личности

Согласно ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах каждый человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть подвергнут произвольному аресту или содержанию под стражей. Никто не должен быть лишен свободы иначе, как на таких основаниях и в соответствии с такой процедурой, которые установлены законом*(188). Эти положения Пакта получили развитие в Конституции РФ, которая среди основных прав человека и гражданина признает право на охрану достоинства личности, свободу и личную неприкосновенность (ст. 21, 22). Арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению. В случае нарушения гражданских прав и свобод каждому гарантируется их судебная защита (ст. 46), каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени (ст. 23).
Личная свобода граждан, их честь и достоинство обеспечиваются и другими федеральными законами, в частности уголовным кодексом, который установил в гл. 17 ответственность за посягательства на свободу, честь и достоинство личности. Личность как социальная категория характеризуется совокупностью определенных качественных признаков*(189).
Одними из важнейших признаков в плане их уголовно-правовой защиты являются честь, достоинство и репутация человека, которые взаимосвязаны и характеризуют личность. Вместе с тем эти свойства отражают определенные социальные отношения между гражданином и обществом, имеют большое общественное значение и подлежат охране государством*(190).
Глава 17 УК посвящена охране от преступных посягательств свободы, чести и достоинства личности, которые являются видовыми объектами этих преступлений. По непосредственному объекту преступления, входящие в гл. 17 УК, можно разделить на преступления против:
1) личной свободы (ст. 126, 127, 128);
2) чести и достоинства (ст. 129, 130).
Основным непосредственным объектом преступлений первой группы является личная свобода, т.е. свобода распоряжаться самим собой по своему усмотрению, а второй группы - честь, достоинство, а также репутация личности.
Объективная сторона преступлений против свободы, чести и достоинства характеризуется активными действиями, направленными на лишение (ограничение) свободы человека, унижение его чести, достоинства и репутации.
Составы преступлений против свободы, чести и достоинства личности сконструированы по типу формальных (кроме похищения человека), поэтому считаются оконченными с момента совершения описанного в законе деяния, независимо от наступления каких-либо последствий. В тех случаях, когда виновный, совершая данные преступления, применяет насилие, опасное для жизни или здоровья потерпевшего, или когда это насилие создает реальную опасность для его жизни или здоровья, содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений.
Субъективная сторона преступлений против свободы, чести и достоинства личности характеризуется виной в форме прямого умысла. Виновный сознает общественно опасный характер своих действий и желает совершить их. Мотивы преступлений могут быть самыми различными (месть, злоба, ревность, зависть, хулиганские побуждения и т.д.).
Субъекты большинства рассматриваемых преступлений обладают общими признаками - это вменяемые лица, достигшие соответствующего возраста. Специальным признаком субъекта (кроме общих) должно обладать лицо, совершающее преступление, предусмотренное ст. 128 УК (незаконное помещение в психиатрический стационар), о чем прямо указано в ч. 2 этой статьи.
Таким образом, под преступлениями против свободы, чести и достоинства личности следует понимать деяния, непосредственно посягающие на закрепленные Конституцией РФ свободу человека, личную неприкосновенность, а также на честь и достоинство как блага, принадлежащие каждому человеку от рождения.

§ 2. История развития российского законодательства о преступлениях против свободы, чести и достоинства личности

Вопрос об уголовной ответственности в российском законодательстве за преступления, посягающие на свободу человека, честь и достоинство личности, в разные периоды ХХ в. решался неодинаково. Уголовное уложение 1903 г. содержало гл. 26 "О преступных деяниях против личной свободы", которая состояла из 15 статей (498-512). При этом в эту главу были включены посягательства не только против личной свободы (как называлась сама глава), но и связанные: с похищением людей; с похищением и задержанием людей в больнице умалишенных (п. 1 ст. 500); с похищением и задержанием в притоне разврата лиц женского пола (п. 2 ст. 500); с продажей и передачей в рабство или в неволю (ст. 501); с принуждением рабочих к отказу участвовать в стачках (ст. 509); с умышленным вторжением в чужое здание или иное помещение (ст. 512). если такое вторжение имело место ночью, то оно рассматривалось как квалифицирующий признак, что усиливало наказание. Система преступлений против личной свободы по Уложению 1903 г. включала не только те составы, которые непосредственно посягают на свободу, но и другие, имеющие весьма отдаленное отношение к этому объекту посягательства. Уложение (ст. 498) устанавливало основной состав по посягательству на личную свободу, без указания каких-либо признаков его, например, по способу совершения, личности потерпевшего, месту задержания, его продолжительности, возраста потерпевшего. Все указанные признаки, а также и другие законодатель устанавливал в других составах преступлений данной главы и в зависимости от этого дифференцированно определял вид и размер наказания. Как правило, наличие каких-либо признаков отягчало ответственность. К числу таких квалифицирующих признаков уложение 1903 г. относило:
лишение личной свободы, продолжавшееся свыше одной недели (ч. 2 ст. 498; ч. 2 ст. 499; ч. 2 ст. 500);
лишение свободы матери, законного отца, иного родственника по восходящей линии (п. 1 ст. 499), должностного лица при исполнении им служебных обязанностей или по поводу этого (п. 2 ст. 499).
Посягательства, связанные с похищением людей, Уложение дифференцировало в зависимости от возраста потерпевшего: например, ст. 502 предусматривала похищение, сокрытие или подмен ребенка, не достигшего 14 лет; ст. 505 (п. 1 и 2) - похищение несовершеннолетней женского пола от 14 до 16 лет с ее согласия или без такового. Часть 2 этой статьи устанавливала ответственность за похищение лица женского пола от 14 до 21 года.
Уголовный кодекс 1922 г. конкретизировал систему посягательств против личной свободы, посвятив этому четыре состава преступлений. Это - "Насильственное незаконное лишение кого-либо свободы, совершенное путем задержания или помещения его в каком-либо месте" (ст. 159); "Лишение свободы способом, опасным для жизни или здоровья лишенного свободы или сопровождавшееся для него мучениями" (ст. 160); "Помещение в больницу для душевнобольных заведомо здорового лица из корыстных или иных личных видов" (ст. 161); "Похищение, сокрытие или подмен чужого ребенка с корыстной целью, из мести или иных личных видов" (ст. 162).
Названные выше составы преступлений против личной свободы сохранились в Уголовном кодексе 1926 г. В нем аналогично решался вопрос в отношении анализируемых посягательств (ст. 147, 148, 149), с той лишь разницей, что лишение свободы способом, опасным для жизни или здоровья потерпевшего или сопровождавшимся причинением ему физических страданий, было не самостоятельным преступлением, как в Кодексе 1922 г., а квалифицированным признаком основного состава насильственного незаконного лишения свободы (ч. 2 ст. 147).
Уголовный кодекс 1960 г. в первоначальной редакции устанавливал еще более узкий перечень преступлений, посягающих на личную свободу. К ним было отнесено всего два состава: незаконное лишение свободы, в том числе совершенное способом, опасным для жизни и здоровья потерпевшего (ч. 1 и ч. 2 ст. 126), и подмен ребенка из корыстных или иных низменных побуждений (ст. 125 УК). В течение всего времени действия УК 1960 г. в него вносились определенные изменения, обусловленные разными причинами, в том числе и социальной обусловленностью каких-либо деяний. Такие изменения были внесены в группу преступлений против личной свободы в разное время.
В 1988 г. в Кодекс была введена ст. 126.2, устанавливающая ответственность за незаконное помещение в психиатрическую больницу заведомо психически здорового лица*(191). Появление этой статьи связано с протестами международных организаций против нарушений прав человека в России в отношении диссидентов и иных инакомыслящих лиц, к которым применялись методы психиатрии в репрессивных целях. Следует заметить, что ответственность за подобные действия предусматривалась в Уголовном уложении 1903 г. и в Уголовных кодексах 1922 и 1926 гг. Лишь с 1960 и до 1988 г. такой ответственности законодательство России не содержало.
В 1987 г. в Уголовный кодекс 1960 г. был введен состав захвата заложников (ст. 126.1)*(192), а в 1993 г. установлена ответственность за похищение человека (ст. 125.1)*(193). В процессе подготовки УК 1996 г. (в частности, в одном из последних проектов) состав захвата заложников включили в раздел "Преступления против общественной безопасности и общественного порядка"*(194), что, с точки зрения более высокой степени общественной опасности этого деяния, является правильным, поскольку при захвате заложника ущерб причиняется не отдельной личности (как в преступлениях против свободы), а неопределенно широкому кругу общественных отношений: безопасности личности, сохранности имущества, нормальной деятельности государственных и общественных организаций и др.

§ 3. Преступления против свободы личности

Похищение человека (ст. 126 УК). Ответственность за похищение человека в российское уголовное законодательство впервые была введена 29 апреля 1993 г. в связи с большим распространением этого преступления. Уголовный кодекс 1996 г. не только сохранил норму об ответственности за похищение человека, но расширил сферу этой ответственности, включив в норму и другие, наряду с уже имевшимися, отягчающие обстоятельства.
Существенной новеллой является примечание к ст. 126 УК, где говорится, что лицо, добровольно освободившее похищенного, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления. Статья 126 УК состоит из трех частей.
Непосредственный объект преступления - личная свобода человека. При квалифицированных видах похищения - дополнительным объектом может быть жизнь и здоровье похищенного.
Потерпевшим может оказаться любое лицо, независимо от возраста, гражданства, социального и должностного положения и т.д. Согласие потерпевшего в тайне от родных и близких на его "похищение" исключает состав этого преступления, поскольку закон (ст. 126) не указывает на такие признаки похищения - "с согласия" или "без согласия".
С объективной стороны похищение человека заключается в его захвате (завладении) любым способом (тайно, открыто, путем обмана) и в ограничении личной свободы путем перемещения или водворения в какое-либо другое помещение (место) на некоторое время, где он насильственно удерживается. Таким образом, похищение предполагает совокупность трех последовательно совершаемых действий. Это: захват, перемещение в другое место и последующее насильственное удержание потерпевшего там против его воли. Похищение может сопровождаться совершением других преступных действий - угроз, издевательств, физического и психического принуждения потерпевшего к совершению действий, которые направлены на достижение цели преступления (например, получение выкупа за освобождение, оформление документов на машину, дачу, квартиру на имя субъекта и т.д.).
Рассматриваемое преступление сконструировано законодателем по типу материальных составов. Поэтому оконченным оно будет не с момента захвата человека, а лишь после выполнения и других действий этого состава: после перемещения похищенного в другое место и ограничения свободы его передвижения. В литературе по этому вопросу высказано и другое мнение, что состав похищения человека носит характер формального, однако доводы в обоснование данной позиции не приводятся*(195).
Попытка захвата потерпевшего, т.е. действия, непосредственно направленные на завладение им с целью последующего перемещения в другое место и ограничения его свободы передвижения, не увенчавшаяся успехом по обстоятельствам, не зависящим от виновного, должна рассматриваться как покушение на похищение человека и квалифицироваться по ч. 3 ст. 30 и ст. 126 УК*(196). Такой позиции придерживается и судебная практика*(197).
С субъективной стороны рассматриваемое преступление совершается с прямым умыслом. Виновный сознает, что похищает человека, предвидит, что в результате он будет лишен свободы передвижения, и желает этого. Мотивы таких действий могут быть различными: корысть, месть, выполнение каких-либо иных действий и др. мотив и цель не являются обязательными элементами состава. В то же время правильное их установление имеет принципиальное значение, поскольку они могут влиять как на квалификацию действий виновного (п. "з" ч. 2 ст. 126 УК), так и на назначение наказания. На это обращает внимание Верховный Суд РФ*(198), например, когда похищение осуществлено с целью вымогательства, продажи несовершеннолетних за границу, вовлечения в преступление, изъятия органов или тканей для трансплантации, по хулиганским мотивам и т.д. Во всех перечисленных случаях необходима квалификация содеянного по совокупности преступлений по ст. 126 УК и соответствующей статьи Особенной части уголовного кодекса.
Субъектом преступления может быть любое вменяемое лицо, достигшее 14 лет.
Степень опасности рассматриваемого преступления значительно повышается при наличии квалифицирующих обстоятельств. Часть 2 ст. 126 УК к ним относит похищение человека, совершенное:
а) группой лиц по предварительному сговору;
б) неоднократно;
в) с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, либо с угрозой применения такого насилия;
г) с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия;
д) в отношении заведомо несовершеннолетнего;
е) в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности;
ж) в отношении двух или более лиц;
з) из корыстных побуждений.
Похищение человека группой лиц по предварительному сговору означает, что в совершении этого действия участвовали двое или более лиц, заранее сговорившихся о похищении (ст. 35 УК). Даже в тех случаях, когда члены группы выполняли различные роли (например, одни осуществляли захват, другие - удержание), все они являются соисполнителями одного преступления: похищения человека.
Под неоднократностью следует понимать, согласно ст. 16 УК, совершение двух или более преступлений, предусмотренных одной статьей или частью статьи Кодекса. Пункт "б" ч. 2 ст. 126 УК применяется лишь в случае, когда ранее субъектом было совершено похищение человека и действия его были квалифицированы любыми частями этой статьи.
Насилие, опасное для жизни и здоровья, - это насилие, которое способно повлечь причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего; вреда средней тяжести либо легкого вреда, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности.
Под применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, понимается использование огнестрельного или холодного оружия, а также предметов, специально изготовленных или приспособленных для нанесения телесных повреждений, предметов хозяйственно-бытового назначения и любых других предметов, используемых виновным для причинения насилия, опасного для жизни или здоровья.
Похищение несовершеннолетнего предполагает захват лица, не достигшего в этот момент 18-летнего возраста, при условии, что похититель достоверно знал, что похищает несовершеннолетнего.
Для применения п. "е" ч. 2 ст. 126 УК закон выдвигает обязательное условие - заведомую осведомленность виновного о том, что он похищает беременную женщину. При этом для квалификации не имеет значения срок беременности, важна достоверная осведомленность об этом субъекта.
Похищение двух или более лиц квалифицируется по п. "ж" ч. 2 ст. 126 УК в том случае, когда их похищение происходило одновременно и охватывалось единством умысла виновного.
Корыстные побуждения предполагают стремление получить материальную выгоду в результате похищения человека. О наличии корыстных побуждений свидетельствует требование от потерпевших или его близких денег, имущества или права на имущество, например, передачи документов на квартиру, дом, машину. Чаще всего похищение человека совершается по корыстным мотивам. Поэтому квалификация содеянного осуществляется по совокупности преступлений - похищение человека (ст. 126) и вымогательство (ст. 163), так как деяния посягают на различные объекты.
Законодатель предусмотрел в ч. 3 ст. 126 УК и особо квалифицирующие обстоятельства, к числу которых относятся деяния, предусмотренные ч. 1 и ч. 2 данной статьи, если они совершены организованной группой либо повлекли по неосторожности смерть потерпевшего или иные тяжкие последствия.
Понятие организованной группы дается в ст. 35 УК, согласно которой такой группой признается устойчивая группа лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.
К иным тяжким последствиям при похищении человека относятся причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью, самоубийство потерпевшего, наступление психического заболевания, материального ущерба в крупном размере и др.
Неосторожное же причинение смерти потерпевшему при похищении его не требует квалификации по совокупности, так как оно полностью охватывается диспозицией ч. 3 ст. 126 УК. Если же смерть потерпевшего наступила в результате причинения тяжкого вреда здоровью, действия виновного должны квалифицироваться по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 126 и ч. 4 ст. 111 УК. Убийство похищаемого человека квалифицируется по совокупности п. "в" ч. 2 ст. 105 и ч. 3 ст. 126 УК. Совокупность в указанных случаях необходима, поскольку субъект посягает на два объекта и совершает два совершенно разных юридически значимых действия.
В примечании к ст. 126 УК законодатель указал, что лицо, добровольно освободившее похищенного, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления. Примечание имеет превентивное значение, оно дает похитителю возможность одуматься и освободить похищенного. Кроме того, законодатель этой нормой способствует сдерживанию преступника от дальнейших насильственных действий в отношении похищенного. Из смысла этой нормы становится очевидно, что закон установил условия такого освобождения, это: добровольное освобождение похищенного и отсутствие в действиях лица иного состава преступления.
Под добровольным освобождением следует понимать действия лица (лиц), совершившего преступление. Последнее уже окончено, но виновный по собственной инициативе добровольно освободил потерпевшего, имея при этом реальную возможность продолжать незаконно удерживать его. Мотивы добровольного освобождения потерпевшего могут быть различными: раскаяние, жалость к потерпевшему, боязнь уголовной ответственности, мести родственников потерпевшего и другие. Безусловно, добровольность отсутствует, если о месте нахождения похищенного стало известно его родственникам, правоохранительным органам и в связи с этим становится возможным принять меры по задержанию виновного и освобождению похищенного, о чем знает виновный и поэтому освобождает его. Добровольность также отсутствует, когда виновный добился своей цели (например, получил выкуп), в связи с чем освободил потерпевшего. Другим основанием для признания освобождения добровольным является отсутствие в действиях лица иного состава преступления. Если в действиях виновного есть иной состав преступления, связанный с похищением, например, причинение вреда здоровью похищенного различной степени тяжести, его истязание, незаконное ношение оружие, изнасилование женщины, он привлекается к уголовной ответственности как по ст. 126 УК, так и по соответствующей статье Особенной части Кодекса, т.е. по совокупности преступлений. Такое решение вопроса вытекает из смысла примечания к ст. 126 УК, где прямо указывается на совокупность двух условий при освобождении похищенного. В примечании не содержится какого-либо временного ограничения для освобождения потерпевшего с момента похищения. Представляется, что речь может идти об очень коротком периоде времени, которое может исчисляться только часами, в противном случае трудно говорить о добровольности, поскольку уже причиняется вред личности похищенного, вытекающий из факта и условий удержания, кормления, предоставления питья, прогулок и др.
Похищение человека следует отличать от незаконного лишения свободы (ст. 127 УК), вымогательства (ст. 163 УК), захвата заложника (ст. 206 УК). Основное отличие похищения человека от незаконного лишения свободы состоит в способе посягательства на свободу потерпевшего, похищение всегда сопряжено с захватом (насильственным или без такового) и последующим его изъятием из места постоянного нахождения, противоправным перемещением в другое место и удержанием помимо его воли в изоляции. Одно лишь удержание потерпевшего в неволе, если этому не предшествовало завладение (захват), перемещение, состава похищения человека не образует и рассматривается как незаконное лишение свободы.
Как отмечалось выше, похищение человека может быть сопряжено с вымогательством. Содеянное в таких случаях квалифицируется по совокупности этих преступлений.
Похищение отличается от захвата заложника тем, что факт захвата и удержания потерпевшего, а также предъявляемые требования виновными здесь не афишируются; требование выкупа, адресованное его близким, осуществляется тайно, скрытно от других лиц, а также органов государственной власти; в тайне, как правило, содержится место удержания похищенного; предъявляемые требования выставляются всегда к самому похищенному, его родственникам, друзьям, коллегам по работе, но не государству, какой-либо организации, как это требуется при захвате заложника*(199).
Уголовные кодексы многих зарубежных стран предусматривают ответственность за похищение человека, хотя понятия "похищение" (как и Кодекс РФ) не дают, оно выработано теорией права.
Например, Уголовный кодекс ФРГ содержит группу норм, направленных на защиту свободы личности, при этом ответственность устанавливается дифференцированно в зависимости от свойств потерпевшего, мотивов и цели похищения человека.
К таким нормам прежде всего следует отнести § 234 "Похищение человека", § 235 "Похищение несовершеннолетних", § 239-а "Похищение человека с целью вымогательства". Основной состав похищения человека (§ 234) указывает способы совершения похищения и цель этого деяния: "кто, используя обман, угрозы или силу, похищает человека для того, чтобы поставить его в беспомощное положение или рабство, крепостничество или доставить иностранным военным или морским службам".
Уголовный кодекс Франции выделяет гл. 4 "О посягательствах на свободу лица" и устанавливает строгую ответственность за "арест, похищение, задержание или незаконное удержание лица, совершенные без предписания законных органов власти и вне случаев, предусмотренных законом (ст. 224-1). Таким образом, наказывается любая форма незаконного лишения свободы какого-либо лица. Отягчающими обстоятельствами этих преступлений являются причинение тяжких последствий (увечья, хронического заболевания, смерти), совершение преступлений организованной бандой либо в отношении нескольких лиц, также в отношении несовершеннолетнего до 15 лет (ст. 224-2-224-5). За совершение этих преступлений установлены длительные сроки лишения свободы (от 20 лет уголовного заключения до пожизненного). В случае деятельного раскаяния виновного предусмотрено смягчение наказания.
Ответственность "за незаконное преследование, похищение и удержание" устанавливает Уголовный кодекс Испании (ст. 163-168). Ответственность дифференцируется в зависимости от сроков удержания (например, три дня заточения, более 15 дней); кодекс содержит и отягчающие обстоятельства этих преступлений: похищение с требованием выполнить определенные условия для освобождения похищенного; если незаконное преследование или похищение совершены под видом должностных лиц или потерпевший был несовершеннолетним, недееспособным или должностным лицом при исполнении своих обязанностей.
Предусмотрена ответственность за похищение человека и в странах СНГ, например, ст. 130 УК Таджикистана, ст. 125 УК Казахстана, ст. 123 УК Киргизии. По содержанию нормы, изложенные в этих статьях, аналогичны ст. 126 УК РФ.
Статья 127 УК Литвы ввела специальную ответственность за "похищение или подмен ребенка".
Незаконное лишение свободы (ст. 127 УК). Данное преступление является смежным с похищением человека, поскольку в ч. 1 ст. 127 УК говорится о незаконном лишении свободы, не связанном с похищением человека. Непосредственным объектом преступления является личная свобода человека, а при квалифицированных видах незаконного лишения свободы могут быть и дополнительные объекты: жизнь и здоровье человека. потерпевшим от этого преступления может быть любое лицо.
Объективная сторона преступления выражается в незаконном лишении человека свободы передвижения в пространстве и времени, в противоправном воспрепятствовании выбирать по своей воле место пребывания. Оно может выражаться в лишении потерпевшего свободы передвижения путем насильственного или обманного водворения в закрытое помещение, другой дом, подвал, гараж, на остров и т.д. и удержании в этом месте против его воли, что лишает потерпевшего возможности вести себя по своему усмотрению.
Продолжительность незаконного лишения свободы не имеет значения для состава преступления, но может учитываться при назначении наказания. В отличие от похищения человека данное преступление осуществляется без перемещения человека, вопреки его воле, из одного места в другое. Способом совершения преступления являются физическое или психическое насилие либо то и другое одновременно, а также обман. Психическое насилие представляет собой угрозу применения физического насилия к лишаемому свободы или его близким, что приводит к подавлению воли потерпевшего и его пассивности к сопротивлению.
Преступление считается оконченным в момент, когда потерпевший незаконно был лишен свободы. Незаконность лишения свободы проявляется в том, что виновный действует вопреки согласию и воле потерпевшего. Согласие потерпевшего на перемещение в другое место исключает состав рассматриваемого преступления.
Если лишение свободы осуществлено в качестве меры пресечения или при задержании по подозрению в совершении преступления, оно не может рассматриваться как незаконное. Не считается незаконным задержание, произведенное в условиях крайней необходимости или при задержании преступника.
Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом. Виновный сознает, что незаконно, вопреки воле потерпевшего, лишает его свободы, и желает сделать это. Мотивы данного преступления различны: месть, ревность, хулиганские побуждения, лишение потерпевшего возможности участвовать в каких-либо делах и т.д.
Субъектом незаконного лишения свободы может быть любое вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста. Если незаконное лишение свободы осуществляет должностное лицо, то содеянное расценивается как должностное преступление (например, по ст. 285 или 286 УК, а при наличии соответствующих признаков - по ст. 301 УК).
Степень опасности рассматриваемого преступления значительно повышается при наличии квалифицирующих обстоятельств. В ст. 127 УК выделены две группы квалифицирующих признаков, перечисленных в ч. 2 и 3 этой статьи.
Часть 2 ст. 127 УК к ним относит незаконное лишение свободы, совершенное:
а) группой лиц по предварительному сговору;
б) неоднократно;
в) с применением насилия, опасного для жизни или здоровья;
г) с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия;
д) в отношении заведомо несовершеннолетнего;
е) в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности;
ж) в отношении двух или более лиц.
Для квалификации незаконного лишения свободы по ч. 2 ст. 127 УК должно быть установлено, помимо самого факта незаконного лишения свободы, соответствующее отягчающее обстоятельство.
Указанные отягчающие обстоятельства аналогичны отягчающим обстоятельствам, перечисленным в ч. 2 ст. 126 УК (кроме корысти), и имеют то же содержание.
К еще более опасным обстоятельствам незаконного лишения свободы ч. 3 ст. 127 УК относит деяния, если они:
а) совершены организованной группой;
б) повлекли по неосторожности смерть потерпевшего или иные тяжкие последствия.
Понятие организованной группы дано в ст. 35 УК и раскрыто в предыдущем параграфе о похищении человека (ст. 126 УК).
Если в результате неосторожности при незаконном лишении свободы наступили смерть потерпевшего или иные тяжкие последствия, то не требуется квалификация действий по совокупности преступлений, поскольку они полностью охватываются диспозицией ч. 3 ст. 127 УК.
Уголовная ответственность за незаконное лишение свободы установлена 239 УК ФРГ, где сказано: "кто незаконно сажает человека в тюрьму или другим образом лишает его личной свободы...". Решающим для квалификации действий обвиняемого по данной норме является перемещение потерпевшего против его воли в то место, где он не желает находиться. Предусматривает закон ответственность и за покушение на это деяние (абз. 2 § 239 УК). более усиленная ответственность предусматривается при наличии квалифицирующих обстоятельств, к которым относятся: незаконное лишение свободы более одной недели; причинение тяжкого вреда здоровью лицу, лишенному свободы; если потерпевшему причиняется смерть. Причем к последнему квалифицирующему обстоятельству относится смерть, если она причинена в результате побега из места лишения свободы или имело место самоубийство потерпевшего.
Статья 189 УК Республики Польша устанавливает повышенную ответственность за незаконное лишение свободы, если лишение свободы продолжалось более 7 дней или было соединено с особым мучением.
Ответственность за незаконное лишение свободы, аналогичная ответственности, предусмотренной Уголовным кодексом РФ, установлена уголовными кодексами стран СНГ, например, ст. 131 УК Таджикистана, ст. 126 УК Казахстана, ст. 125 УК Киргизии.
Незаконное помещение в психиатрический стационар (ст. 128 УК). В соответствии с Законом РФ "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании"*(200) от 2 июля 1992 г. госпитализация осуществляется в основном добровольно - по просьбе самого помещаемого или с его согласия (ст. 4 и 28).
Основаниями для госпитализации в психиатрический стационар являются: наличие у лица психического расстройства и решение врача-психиатра о проведении обследования и лечения в стационарных условиях либо постановление судьи; необходимость проведения психиатрической экспертизы (судебной, медико-социальной, военно-врачебной) в случаях и порядке, установленных законами РФ; исполнение назначенной судом принудительной меры медицинского характера (ст. 13 Закона).
Наряду с принципом добровольности при госпитализации в психиатрический стационар Закон о психиатрической помощи допускает и недобровольную госпитализацию, но в отношении строго ограниченной категории лиц. Так, согласно ст. 29 названного Закона лицо может быть госпитализировано в психиатрический стационар без его согласия и согласия его законного представителя при условии, если его обследование и лечение возможны только в стационарных условиях, а психическое расстройство является тяжелым и обусловливает:
а) его непосредственную опасность для себя или окружающих, или
б) его беспомощность, т.е. неспособность самостоятельно удовлетворять основные жизненные потребности, или
в) существенный вред его здоровью вследствие ухудшения психического состояния, если лицо будет оставлено без психиатрической помощи.
Законом о психиатрической помощи установлена определенная процедура недобровольной госпитализации, включая комиссионные освидетельствования лица в течение 48 часов после его помещения в стационар, получение судебной санкции на недобровольное содержание в стационаре, а также соответствующее документальное оформление такой госпитализации. Методы физического стеснения и изоляции больного, применяемые при недобровольной его госпитализации, осуществляются по определенным правилам, которые категорически исключают причинение вреда здоровью больного. При необходимости по просьбе врача-психиатра недобровольную госпитализацию медицинским работникам помогает осуществлять милиция (ст. 19, 28, 30 Закона).
Госпитализация в психиатрический стационар при заведомом отсутствии оснований, осуществленная без согласия на это лица-госпитализированного, а также если его согласие получено с помощью обмана, шантажа и т.п., является незаконной, а лица, совершившие такие действия, подлежат уголовной ответственности по ст. 128 УК.
Ответственность за незаконное помещение в психиатрический стационар заведомо психически здорового человека, как было указано в предыдущем параграфе, в российское уголовное законодательство была введена в 1988 г., и ст. 126.2 УК РСФСР 1960 г. содержала одну часть, предусматривающую ответственность за сам факт незаконного помещения в психиатрическую больницу заведомо психически здорового человека.
Объектом преступления, предусмотренного ст. 128 УК, является свобода человека, так как происходит принудительное водворение его в закрытое помещение, где он лишается возможности свободно действовать и передвигаться.
Часть 1 ст. 128 УК содержит обычный (простой) состав преступления, а ч. 2 предполагает и дополнительный объект - жизнь и здоровье человека, если в результате совершения этих действий потерпевшему были по неосторожности причинены смерть или иные тяжкие последствия.
С объективной стороны преступление выражается в незаконном помещении психически здорового человека в психиатрический стационар, а также психически больных лиц, не требующих, однако, недобровольной госпитализации, а подлежащих, например, амбулаторному наблюдению и лечению. Это выражается в совершении принудительного действия над потерпевшим, которое может выражаться прежде всего в физическом насилии (например, в связывании, введении в организм психотропных успокаивающих или усыпляющих средств), а также в применении обмана, угрозы, шантажа и т.д.
Незаконность помещения в психиатрический стационар заведомо здорового человека состоит в том, что соответствующие действия осуществляются вопреки существующим правилам и нормативным актам по помещению лиц в психиатрические больницы и при отсутствии заболевания, дающего основание для этих действий.
Преступление считается оконченным с момента помещения человека в психиатрический стационар и длится до тех пор, пока психически здоровый человек не будет оттуда освобожден.
Деяние характеризуется с субъективной стороны наличием прямого умысла. Виновный сознает, что незаконно, вопреки установленным основаниям и медицинским показаниям, помещает заведомо здорового человека в психиатрический стационар, и желает этого.
Мотивы преступления разнообразны (например, месть, расправа; стремление избавиться от человека, завладеть его жилой площадью; желание приостановить деятельность потерпевшего как нежелательную для субъекта преступления). Мотивы преступления не влияют на квалификацию содеянного и могут учитываться при назначении наказания.
Субъект преступления - вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста. Это могут быть работники психиатрических стационаров, а также судьи и иные должностные лица, отдавшие распоряжение (постановление) о помещении заведомо психически здорового человека в психиатрический стационар.
Часть 2 ст. 128 УК предусматривает два квалифицирующих обстоятельства: совершение этих действий с использованием своего служебного положения, и наступление по неосторожности смерти потерпевшего или иные тяжкие последствия. Субъект преступления в данном случае специальный: врач-психиатр, поместивший лицо в психиатрический стационар единолично либо в составе комиссии, давшей заключение о необходимости недобровольной госпитализации человека. Другие члены комиссии являются временно должностными лицами, и если они принимают заключение о помещении человека в психиатрический стационар, находясь в сговоре с врачом-психиатром, то все они несут ответственность как соисполнители преступления, предусмотренного ст. 128 УК. Судья, вынесший постановление о госпитализации человека без установленных оснований (ст. 29, 33 Закона о психиатрической помощи) несет ответственность по ст. 305 УК за вынесение заведомо неправосудного судебного акта.
Субъективная сторона этого состава преступления характеризуется только прямым умыслом, когда лица, осуществляющие помещение человека в психиатрический стационар, осознают общественно опасный характер своих действий, предвидят их последствия и желают наступления этих последствий.
Наступление по неосторожности смерти потерпевшего или иных тяжких последствий (ч. 2 ст. 128 УК) в данном случае имеет такое же смысловое понимание, как и в составах других преступлений против свободы человека (ст. 126 и 127 УК), рассмотренных выше. С субъективной стороны это преступление характеризуется двумя формами вины (ст. 27), в действиях виновные проявляют прямой умысел, а последствия наступают в результате неосторожности.

§ 4. Преступления против чести и достоинства личности

В правовом государстве охрана чести и достоинства человека и гражданина приобретает особое значение. Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления.
Каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени человека и гражданина (ст. 21, 23 Конституции РФ). Эти конституционные принципы соответствуют ст. 17 Международного пакта о гражданских и политических правах и ст. 10 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод - о праве на защиту от незаконных посягательств на честь и достоинство личности, его репутацию.
Правовая защита чести, достоинства личности человека и его репутации осуществляется в соответствии со ст. 129-130 УК и ст. 152 ГК РФ.
Прежде чем приступить к анализу уголовно-правовой борьбы с преступлениями против чести, достоинства и репутации личности, остановимся на некоторых фрагментах истории развития уголовного законодательства России, устанавливавшего ответственность за их совершение.
Ответственность за оскорбление (обиду) и клевету в Уставе о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, 1885 г. была установлена ст. 130-138, тщательно детализирующими составы этих преступлений. Так, в ст. 130 Устава предусматривалась уголовная ответственность за устное или письменное оскорбление; в ст. 131 - за оскорбление нанимателя или членов его семьи; в ст. 132 - за оскорбление родственника по восходящей линии; в ст. 133 - за оскорбление действием; в ст. 134 - за предумышленное оскорбление действием.
В Уставе не давалось определений оскорбления и клеветы. Не все предписания Устава выдержали испытание временем, но они послужили основанием для дальнейшей регламентации уголовно-правовой борьбы с этими преступлениями.
В гл. 28 Уголовного уложения 1903 г. "Об оскорблении" содержалось 11 статей (530-540), из которых 7 были посвящены ответственности за оскорбление (обиду) и 4 - за клевету (опорочивание).
Оскорбление определялось как личная обида, обхождением или отзывом, позорящими пострадавшего или члена его семьи, в том числе и умершего. Следовательно, оскорблением (обидой) являлось "противозаконное унижение человека неприличным обхождением, выражающимся вовне неуважением обиженному"*(201).
Квалифицированным в соответствии со ст. 352 Уложения являлось оскорбление: 1) матери, законного отца и восходящих родственников; 2) священнослужителя во время отправления им церковных обрядов; 3) должностного лица, или волостного старшины, или лица, занимавшего соответствующие должности; 4) военного караула или часового военной части или командира. В этой же сфере предусматривалась наказуемость оскорбления матросом, служащим судна или его пассажиром капитана судна, а также оскорбление арестантом чиновника тюремной стражи при исполнении им своих служебных обязанностей. Особенно строго устанавливалась наказуемость оскорбления, носившего публичный характер (ст. 533). причем редактор или издатель публично выставляемых или распространяемых оскорбительных произведений, писем или изображений подлежали штрафу до единого рубля за каждый их экземпляр.
В ст. 535 Уложения устанавливалась наказуемость за оскорбление главы иностранного государства, в ст. 536 - его дипломатических представителей, а также возможность освобождения лица от наказания за взаимное оскорбление или за оскорбление "в отместку".
В ст. 532 Уложения клевета (опозорение) определялась как распространение "хотя бы в отсутствие опорочиваемого обстоятельств, его порочащих. За сие оскорбление" предусматривалось наказание в виде заключения в тюрьме на срок не свыше шести месяцев. Из текста статьи видно, что клевета рассматривалась как разновидность оскорбления. За клевету, направленную на подрыв промышленной или торговой деятельности лица, или способности исполнять им свои обязанности или занятия предусматривалось наказание в виде ареста или штрафа не более 50 руб. (ст. 540).
Если клевета осуществлялась в распространяемых или публично выставляемых произведениях печати, письмах, изображениях или публичном выступлении, или с целью причинить имущественный ущерб или получить имущественную выгоду, то за подобное деяние предусматривалось тюремное заключение на срок не свыше шести месяцев.
Разглашение опорочивающих другое лицо связей не влекло за собой наказания, если эти связи были истинными или распространитель считал их истинными и делал это в интересах государства или общества.
В Уголовном кодексе 1922 г. ответственности за оскорбление были посвящены ст. 172 и 173. В ст. 172 понятие оскорбления не определялось, а указывалось на то, что это преступное деяние может быть осуществлено действием, словом или в письме. Вместе с тем данная статья Кодекса не карала оскорбление, вызванное равным или более тяжким насилием (речь идет об оскорблении действием) или оскорблением со стороны потерпевшего. Рассматриваемая норма устанавливала зачет взаимных оскорблений.
Статья 173 УК 1922 г. предусматривала ответственность за квалифицированное оскорбление - оскорбление, нанесенное в распространенных или публично выставленных произведениях печати или изображениях. Если за простое оскорбление было возможно назначение наказания в виде штрафа на сумму до 500 руб. золотом или принудительных работ на срок до шести месяцев, либо того и другого, то квалифицированное оскорбление влекло только лишение свободы на срок до одного года.
В этом Кодексе клевета определялась как оглашение заведомо ложного и позорящего другое лицо обстоятельства (ст. 175). Суть такого определения клеветы сохранилась и в ныне действующем законе (ст. 129 УК РФ).
Клевета являлась квалифицированной, если она осуществлялась в печатном или иным образом размноженном произведении (ст. 176 УК 1922 г.).
Простая клевета каралась лишением свободы или принудительными работами на срок до шести месяцев, а квалифицированная - лишением свободы на срок до одного года. Следовательно, квалифицированное оскорбление и квалифицированная клевета предусматривали равное наказание, т.е. оценка их общественной опасности также уравнивалась.
В Уголовном кодексе 1926 г. регламентация (ст. 159-161) ответственности за клевету и оскорбление не изменилась (за исключением санкций, которые были несколько смягчены).
В ст. 130 УК 1960 г. понятие клеветы было почти тождественно тому, что приводилось в ст. 175 УК 1926 г. Различие было лишь в том, что в ст. 130 УК 1960 г. речь шла не об оглашении заведомо ложных, позорящих другое лицо измышлений, а о распространении. В соответствии с ч. 2 ст. 130 УК 1960 г. клевета являлась квалифицированной, если она осуществлялась в письменном или иным способом распространяемом произведении либо средстве массовой информации, в анонимном письме, а равно лицом, ранее судимым за клевету. В рассматриваемую статью была включена ч. 3, устанавливавшая ответственность за клевету, соединенную с обвинением в совершении государственного или иного тяжкого преступления, за что предусматривалось наказание в виде лишения свободы на срок до пяти лет.
В Уголовном кодексе 1960 г. статьи, устанавливавшие ответственность за клевету и оскорбление, поменялись местами: на первое место вышла регламентация ответственности за клевету.
В ч. 1 ст. 131 УК РСФСР 1960 г. впервые было дано определение оскорбления как умышленного унижения чести и достоинства личности, выраженное в неприличной форме. Эта формулировка была воспринята Кодексом 1996 г. Простое оскорбление наказывалось исправительными работами на срок до шести месяцев, или штрафом до одного месячного размера оплаты труда, или возложением обязанности загладить причиненный вред, или общественным порицанием либо применением мер общественного воздействия.
В соответствии с ч. 2 ст. 131 УК 1960 г. квалифицированным являлось оскорбление в печатном произведении или средстве массовой информации, а равно оскорбление, нанесенное лицом, ранее судимым за оскорбление. За такое оскорбление было возможно назначение наказания в виде исправительных работ на срок до двух лет или в виде штрафа в размере до двадцати минимальных месячных размеров оплаты труда с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью либо без такового.
В соответствии с ч. 1 ст. 27 УПК РСФСР дела о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 130 и ст. 131 УК РСФСР (ныне - ч. 1 ст. 129 и ст. 130 УК РФ), возбуждаются не иначе, как по желанию потерпевшего, и подлежат прекращению в случае его примирения с обвиняемым. Примирение допускается только до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора.
В исключительных случаях, если дело о рассматриваемых преступлениях имеет особое общественное значение, прокурор вправе возбудить дело и при отсутствии жалобы потерпевшего. Такое дело не подлежит прекращению за примирением потерпевшего с обвиняемым (ч. 3 ст. 27 УПК).
При клевете и оскорблении защита чести и достоинства по желанию потерпевшего может осуществляться и в порядке гражданского судопроизводства (ст. 152 ГК).
В СССР с шестидесятых годов народные суды, как правило, не принимали к своему производству дела о клевете и оскорблении, предлагая потерпевшим обратиться к помощи товарищеских судов. Так, в 1988 г. в СССР народные суды рассмотрели в порядке уголовно-правового судопроизводства 686 дел о клевете и оскорблении, а в 1989 г. - 795. Для огромной страны эти цифры мизерны.
В прошлом граждане редко обращались и к гражданско-правовой защите чести и достоинства, так как действовавший в то время Гражданский кодекс РСФСР не предусматривал денежную компенсацию за клевету и оскорбление. В настоящее время 99% лиц, подвергшихся клевете или оскорблению, обращаются к гражданско-правовой защите своих чести, достоинства, репутации. Материальное возмещение причиненного клеветой и оскорблением вреда стало для подавляющего числа потерпевших предпочтительным.
Законом СССР от 14 мая 1990 г. "О защите чести и достоинства Президента СССР"*(202) была установлена уголовная ответственность за публичное оскорбление Президента СССР или клевету в его отношении, за что предусматривалось наказание в виде штрафа до трех тысяч рублей, или исправительных работ на срок до двух лет, или лишение свободы на срок до трех лет. Более строгое наказание предусматривалось за те же действия с использованием печати или иных средств массовой информации.
Этот Закон устанавливал и строгие штрафные санкции, налагаемые на средства массовой информации, опубликовавшие оскорбительные или клеветнические сведения против Президента страны. По решению суда было возможно наложение запрета на деятельность такого средства массовой информации.
В некоторых странах защита чести и достоинства Президента, олицетворяющего государство, предусмотрены уголовными кодексами. Так, в ст. 137 УК Республики Таджикистан за публичное оскорбление Президента предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до пяти лет.
Ответственность за клевету и оскорбление установлена ст. 129 и 130 УК РФ, включенных в гл. 17 "Преступления против свободы, чести и достоинства личности".
Ответственность за посягательства на честь и достоинство личности предусматривается и иными статьями Кодекса. В ст. 298 УК установлена ответственность за клевету в отношении судьи, присяжного заседателя, прокурора, следователя, лица, производящего дознание, судебного пристава, судебного исполнителя; в ст. 297 УК - за неуважение к суду в форме оскорбления участников судебного разбирательства; в ст. 319 УК - за оскорбление представителя власти, в ст. 336 УК - за оскорбление военнослужащего. Перечисленные виды клеветы и оскорбления особенно опасны, так как посягают не только на честь или достоинство личности, но и на авторитет государственной власти, нарушают порядок несения военной службы и т.д.

<< Пред. стр.

стр. 3
(общее количество: 8)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>