<< Пред. стр.

стр. 2
(общее количество: 3)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

А что я могу поделать, если я такой? Что я могу поделать, если у меня болит нога? Что я могу поделать, если я слышу голоса? Что я могу поделать, если на меня свалился учитель с Ориона? Торговать собой, больше ничего он не может делать. Продавать себя в различных формах.
И что получать взамен? Либо материальные блага, либо социальные блага, либо идеальные блага. Тогда начинается жизнь как поглощение. Поглощая Мир, мы оставляем "свой след". Порождая Мир, мы воплощаем Дух. Когда мы реализуем энергию воплощающегося Духа, тогда мы порождаем и себя, и Мир, в каждую секунду своего Бытия порождаем.
Тогда все есть воплощающийся Дух. И если вы принимаете это как истинную природу человека, то у вас есть ключ ко многим и многим дверям, и никогда не исчерпывающаяся информация, и сила, которая не убывает, и источник, который не иссякает, и Свет, который нельзя затемнить, и Любовь, которую невозможно убить.

"Нет разума для несобранного, нет для несобранного творческой мысли, для не имеющего творческой мысли нет Мира, а для не имеющего Мира откуда быть счастью?" (Бхагаватгита)
ЕМ - РАЙ, СЪЕЛ - АД
Дорога без возврата
Каждый человек - проводник бесконечного океана знания и силы, лежащего позади него.

Ничего случайного в этой формулировке нет, и что сказано - "позади". Не "над", а "позади". Это принципиальнейший вопрос, принципиальная установка, потому что в наиболее распространенных представлениях о духовности, о духовных пространствах, тонких слоях реальности все построено по вертикали: нисходящая вертикаль и восходящая вертикаль.
Мы с вами в этой книге пытаемся структурировать реальность не по вертикали.
Итак, что же это за источник Света, лежащий позади человека? Этот источник есть Дух, энергия воплощающегося Духа, энергия воплощения. Таким образом, позади нас Свет. Человек не может по-настоящему смотреть на себя и думать о себе. Как только он избавляется от различных защитных механизмов, буферов, установок и так далее, глядя на себя, он может видеть только одно - Свет. "Мы все оттуда, все оттуда, где Свет рождает сам себя". Мы идем от источника Света.
У нас с вами есть такая возможность не замыкать нашу дорогу, наш путь в кольцо, не попадать в ловушку, что мы якобы откуда вышли, туда же должны и вернуться, что весь наш путь - это путь по кругу. Это очень важно. Потому что вся наша культура, повседневность, тексты, изображения, шутки, поговорки, предания и так далее призывают человека смотреть назад. В лучшем случае, задрав голову, смотреть вверх. И та и другая ситуации изымают человека из настоящего и лишают его жизни, лишают жизни в смысле пребывания в Мире и ощущения своего назначения, бесконечного источника знания и силы, то есть энергии воплощающегося Духа. Необходимо смотреть вперед, будучи прозрачным, пропуская Свет, видеть все ясно.
Мы можем представить себе ситуацию воплощения, опираясь на образ рождения.

Человек начинает формироваться в утробе матери, то есть в некотором ограниченном объеме. Сначала ему хорошо: он растет, имеет все условия для развития - пространство, питание, впечатления, и постепенно он всю эту утробу собой заполняет. И чем ближе граница, тем чаще он слышит нечто, доносящееся до него из-за пределов утробы. Наконец наступает такой момент, когда пространство утробы исчерпано, и впервые в своем воплощении человек начинает испытывать давление на себя. До этого он сам расширялся и давил на окружающее его пространство. Но вот возможности данного пространства исчерпаны, и оно границами своими начинает давить на него. Возникает первый в жизни человека конфликт - между прошлым, настоящим и будущим. Ибо в прошлом это была идеальная ситуация, в настоящем эта ситуация невыносимо плоха, в будущем - неизвестность. Классическая схема, с которой каждый человек на протяжении своей жизни встречается неоднократно.
Мы можем представить всю жизнь человека как бесконечно структурно повторяющуюся ситуацию: попадание в некоторое пространство, рост в этом пространстве. Этот момент, этот кусок времени - это всегда "плюс". Это может быть пространство отношений с каким-то человеком, это может быть пространство обретенного дома, пространство какого-то знания, профессии, социальной карьеры и т. д. Когда человек туда попадает, он начинает из этого пространства получать пищу и расти, так же как это происходит в утробе. Это может быть идеально комфортно, не идеально комфортно, но всегда со знаком "плюс". Но наконец возможности этого пространства исчерпываются. В идеальном случае они исчерпываются тем, что я уже вырос и начал упираться в границы этого пространства, в худшем случае - я не успел еще насладиться, но оно уже сократилось по тем или иным причинам.
Мое личное пространство, принадлежащее только мне, в лучшем случае принадлежащее еще и моему единоутробному брату, близнецу, перестает меня вмещать. Наконец наступает момент исчерпания, заполнения, то, что мы все пережили, будучи в утробе. И вот здесь наступает "минус", "минус" - это всегда граница.
Настоящий "минус" по поводу своей жизни и своего бытия человек испытывает не ситуационно - когда поссорились, что-то не получилось, что-то не дали - это ерунда. "Минус" в полном смысле этого слова наступает тогда, когда пространство заполнилось, я его съел, превратил в себя. Меня начинает давить. То, что было для меня раем, превращается в ад. Таким образом, мы можем понять, что источник рая и ада один и тот же. И рай, и ад находятся в одном и том же месте, пока я это ем - это рай, как только я это съел - это ад. Нужно быть очень подготовленным, иметь стабильное самосознание, чтобы понять эту ловушку. А почему трудно понять? Потому что за пределами плюса и минуса существует только одна вещь - неизвестность. А неизвестность есть всегда либо бесконечность как таковая, либо, в зависимости от уровня рефлексии и знаний, одна из граней бесконечного под общим названием "неизвестное".

Чаще всего в отличие от птенцов, которые сами проклевывают скорлупу, мы сами не догадываемся, что пора проклюнуться, побороть в себе страх неизвестного. Нас чаще всего просто выпихивают обстоятельства жизни, и мы оказываемся в следующем объеме, и опять начинаем его заполнять, и опять доходим до границы, и опять нам тесно, опять нам жмет.
Схема всегда одна и та же. Мы говорим о двух рождениях, о такой эзотерической штуковине, о которой где-то слышали, что-то читали. Первое рождение - это всем "ясно и понятно" (хотя только в последнее десятилетие наука узнала, как мало мы осведомлены о том, как мы там жили, что с нами происходило, как формировались первые базальные матрицы). Затем мы выходим, нас выпихивают в следующее пространство - пространство социума, которое тоже не сразу, а постепенно расширялось: родители, семья, близкие люди - все шире и шире. Вы можете сказать, что пространство социума - это в пределе все человечество и как же можно так вырасти, чтобы все человечество исчерпать? Прежде всего все человечество как социальное пространство мы знаем в основном абстрактно, потому что человек живет в достаточно замкнутом социально-психологическом мире, в котором родились и выросли, нормы и ценности которого стали неотъемлемой частью нашей личности, ее плотью.
Рано или поздно момент заполнения социального пространства или сужения личного социального пространства наступает, и мы опять начинаем ощущать приближение неизвестного, нас опять начинает давить, мы опять слышим что-то, и чем ближе к стенке матки, тем больше мы слышим что-то за ее пределами. Когда происходит второе рождение, нам тоже требуется помощь: в большинстве случаев, с одной стороны, нам нужно, чтобы нас выпихивали, с другой - чтобы тащили. Как только мы выходим из этой матки в следующую, которая называется Мир, в нас осуществляется неразрывное соединение внутренней и внешней реальности. После второго рождения это все перестает быть чудом, туманом, мистификацией.
Когда мы сидели в утробе и слышали, что делается за ее пределами - где-то там гудит, гремит, какие-то процессы происходят, кто-то закричал, а у меня от этого химический состав изменился, потому что у мамы изменился, - и когда мы оказались оттуда наконец выпихнутыми, мы предстаем перед лицом двух богов: мамы и папы, от которых все зависит. Вот эти большие громадные существа: мама-жизнь и социум-папа для человека, приближающегося к границам второй матки, выступают в образах духов, ангелов, бестелесных сущностей, которые конечно же живут где-то там над нами, в "тонких уровнях реальности".
Безусловно, все, о чем мы здесь говорили, - это одна из версий, возможно чисто теоретическая. Но эта версия достаточно непротиворечива и дает возможность рационально представить себе многое из того, о чем мы все слышали, читали, но все это было в тумане, в полной мистификации и отрицании возможностей рационального познания. И никаких объяснений. Многие авторы утверждают, что это "за пределами всего". Нет, это все в пределах моей внутренней реальности, это значит: я воспринимаю себя, переживаю себя, бытийно присутствую в мире как воплощающийся Дух, а значит, как сотворец Мира, сотворец Вселенной, я там, где кончается то, что уже воплотилось.
В этом смысле каждая душа потенциально божественна. И каждый из нас потенциальный демиург, творец Мира. Это переживание Творца не есть возвращение назад или восхождение куда-то вверх. Это расширение сознания, ни вперед, ни назад, ни вверх, ни вниз, ибо как вверху, так и внизу.
Вот это на сегодняшний день предельное, что я могу помыслить о человеке как о воплощенности.
Если при достижении границ очередной утробы рождение не происходит, тогда происходит смерть. Человек дергается в заполненном мирке, смотрит назад, где сплошной "плюс", а вперед вообще не смотрит, потому что там неизвестно и страшно. Так возникает простая реакция по принципу: приятно - неприятно. Сделать все, чтобы было приятно, означает двинуться назад. Но назад двинуться невозможно, назад пути нет. Дорога без возврата - это наша с вами жизнь. Мы не можем вернуться, мы можем идти, идти и идти, сколько есть сил, сознания, веры, надежды.
Ситуация воплощения
Возникает вопрос: а ситуация воплощения, разве она не ограничена? Надо понять, что человек, в отличие от других существ, не замкнут ни в своем теле, ни в своей психике, ни в своем сознании. В силу абсолютно уникального дара рефлексии, принципиально его отличающего от остальных живых существ на нашей планете, он может трансцендентировать. То есть человек способен преодолевать ограничения, наложенные той или иной предыдущей ситуацией, при условии, что он не попадается в ловушку плюса - минуса и не разворачивается "головой назад".
Человек может выйти за пределы своего тела, за пределы своей психоэмоциональной, психоэнергетической сферы. Человек может выйти за пределы своего сознания. Таким образом, он может расширяться. В противном случае все было бы замкнуто, инфернально (обречено и безвыходно). В крайних формах пессимизма все сводится к стоическому принятию неизбежного конца. То есть рождение есть шаг к смерти. Жизнь как таковая исчезает, остается умирание - инфернальная, замкнутая, закрытая ситуация. То есть ситуация консервов.
Любой мыслящий человек обнаруживает эту замкнутость. Но если в нем нет устремленности той или иной природы, если в нем нет веры, если в нем нет ощущения, что он откуда-то пришел и куда-то идет, то тогда мыслящий человек погибает первым. Потому что, обнаружив себя в инфернальности, то есть в замкнутости, он либо уходит из жизни, не дожидаясь, пока физически распадется, либо начинает использовать свои человеческие возможности для того, чтобы умереть в другом смысле, вернуться назад, туда, откуда все началось, где было так хорошо. Если он слышит по ту сторону Нечто, и этот зов рождает в нем устремленность, тогда он начинает делать усилия, чтобы родиться, выйти из этой замкнутости. Это верно как для глобального подхода к полному объему понятия человеческого бытия, так и в каждой ситуации конкретного отрезка нашей жизни.
Конечно, если с рождения воспитывать в замкнутом социуме, что это так все и есть, что все это хорошо, смирись, гордый человек, тебе дано в бестелесности одно, а в телесности другое, - можно и так прожить. За тысячелетия выстроены колоссальные схемы, объясняющие неизбежность такого положения, когда возможности внутреннего развития, внутреннего восприятия не могут быть реализованы во внешней жизни. И только немногие традиции преодолевают замкнутость: "Как вверху, так и внизу, как внизу, так и вверху; нирвана - та же сансара, сансара - та же нирвана, великий квадрат не имеет углов". Мысль одна и та же, что, сколько ни дергайся, сколько ни строй композиций по вертикали, в итоге никакого движения не обнаруживается и конфликт не снимается. В итоге человек вынужден строить композицию, где жизнь - это замкнутое кольцо, откуда пришел, туда и уйдешь: из небытия в небытие. Только на уровне низа - это из земли, из праха вышли, туда и вернулись, а на уровне верха - из Духа вышли, к Духу и вернулись, там же растворились. То есть из матки - и назад, в нее же. Потому что любое построение этой ситуации по вертикали не дает развития.
А когда мы воспринимаем свое бытие человеческое, предназначенность как энергию воплощающегося Духа, у нас появляется устремленность. И тогда не надо сидеть и медитировать, нужно двигаться к пределам очередной утробы и прорываться на тот голос, который слышен за ней. Тогда то, что человек слышит, воспринимает как Зов. Этот Зов не из очередного иного мира, в который можно попасть избавившись от тела или еще от чего-нибудь. Это Зов с той стороны матки, это голос Отца - зовущего меня, и сила его зовущая, сила его любви к моей Матери.
Когда человек оказывается на границе воплощенного Мира, он сам уже есть созидатель и творец, чистый реализатор энергии воплощающегося Духа.
Поэтому духовная традиция, если это Путь - это ситуация, которая дает две силы: силу, которая тебя выталкивает, то есть аналогичную родовым схваткам, и силу, которая тебя вытягивает, аналогичную действиям акушера, того, кто принимает с той стороны.
В такой картине мира реальность не разбивается на пласты по вертикали, реальность расширяется и становится все более и более объемной. И духовность - это не нечто обособленное от жизни и всего остального человечества, а другой способ быть в мире. В этом контексте можно сказать, что духовность есть обитель свободных взрослых людей, то есть тех, кто родился, и тех, кто живет на границе воплощенного мира.
Воплощенность и отграниченность
При растождествлении с воплощенностью человек по-прежнему отграничен, но реальность, с которой он вступает во взаимодействие, в диалог, в резонанс и в которой он действует, становится все более и более широкой, вплоть до бесконечности.
Родившись для Мира, человек не становится сам по себе безграничным, он отграничен, потому что у любого человека есть Я. Я есть, но его возможности расширяются (сейчас мы условно называем это возможностями) вплоть до самой их реализации, взаимодействие, как персоналии воплощенного духа, расширяется вплоть до бесконечности, в идеале. Здесь уже никогда не сожмет, потому что здесь нет ни момента сжатия за счет множества Я, потому что у каждого Я безграничное поле деятельности, ни момента сжатия за счет одного Мира, потому что Мира как такового еще нет, он еще не воплощен, нечему сжимать.
В этом-то и вся прелесть этой ситуации. Тут идея растворения как скрытая форма смерти отсутствует. Человек бессмертен, потому что он творец и творение не имеет конца.
Единица структурирования в такой картине отношений Мира и человека - объем, то есть мышление не линейное, а образно-понятийное, в котором вокруг смыслового значения формируются связанные с ним образы и понятия.
Перейдя к мышлению объемному, мы получаем новый способ структурирования процесса жизни человека, потому что, на мой взгляд, человек существо принципиально объемное, даже когда он еще там, в зародыше. Поэтому никакое линейное описание не может исчерпать содержание этого объема - человек. И как принципиально объемное существо, он, как минимум, пульсирует. Как Вселенная. Произошел Большой Взрыв, встретились X и Y хромосомы.
Такой способ структурирования человеческой жизни дает шанс помыслить и обрести какую-то возможность более качественной саморефлексии, рефлексии по поводу себя именно как человека и по поводу человеческой жизни, человеческого назначения, человеческого бытия, по поводу другого человека, социума и т. д. И самое главное, что эта модель дает возможность помыслить целостно о таком феномене человеческого бытия, как духовность.
ИГРА ТРАДИЦИИ
Что есть закономерность (предсказуемое сцепление событий) не как логическое знание, а как субъективное переживание? Для субъекта именно взаимоотношение с понятием "закономерность" определяет, каким путем он приходит (или не приходит) к ощущению себя как спонтанного, живого, неповторимого и уникального, имеющего средства для социально приемлемой реализации своей спонтанности.
Есть Мир, отраженный в статистических закономерностях, где закономерность строится по законам статистики наиболее вероятного, наиболее часто встречающегося, наиболее правдоподобного. Есть закономерность как нечто присущее объективной реальности: весна, лето, осень, зима. Есть закономерность, которую можно назвать интуитивно схватываемой, - это закономерность, действие которой ограничено во времени. Для субъективного переживания себя живым важнейшую роль играет взаимоотношение с возникающими и исчезающими закономерностями. Мир остается познаваемым и в этой своей части, но эта познаваемость очень сильно связана с ходом времени, с тем, что в некоторых традициях называется "здесь и сейчас".

Опытные игроки в рулетку знают, что иногда можно предсказать последовательность секторов круга рулетки, в которые упадет шарик. Но эта последовательность редко бывает больше, чем три-четыре попытки.
Скорость движения в реальности
В силу определенных традиций нашей культуры, нашей системы обучения, нашей системы познавания, мы меньше всего склонны в жизни обращать внимание на ту часть реальности, которая движется во времени с большой скоростью. То, что мы называем "случай", "удача", "фортуна", "повезло", "внезапно". То, что связано с малыми вероятностями, существует как некоторое сцепление факторов, которые недолго живут во времени. Но если вам удается войти в такой резонанс с реальностью, при котором успеваете осознать эти закономерности, то вы можете совершать действия предельно эффективные. А для постороннего наблюдателя они будут выглядеть как случайность. "Так вообще не бывает, но ему просто случайно повезло".
Реальность закономерностей
и случайностей
Всем известно, что игры не бывает без правил, но в то же время игры не бывает и без везения, без случая, без фортуны - это тоже известный факт. Что важнее? Важно скользить по той грани, где правила и везение соприкасаются. Это возможно только тогда, когда правила вы рассматриваете как фон, а случайность, то есть закономерность, которая живет во времени, рассматриваете как фигуру.
Психологически случайность для человека гораздо важнее, чем стопроцентно достоверная статистическая закономерность. Если, конечно, мы воспринимаем конкретного человека как единичного, штучного, а не как некоторое отражение среднестатистического человека.

Меня недавно поразил услышанный разговор двух игроков в покер. Один говорит: "Все это иллюзия - надежда выиграть, как повезет". Второй говорит: "Тут еще неизвестно, что реальнее: реальность или наши иллюзии". А третий говорит: "Конечно, наши иллюзии реальнее - они же наши".

Вот такая философская беседа о том, что с точки зрения единичного субъекта иллюзия важнее, чем вся реальность вместе взятая, потому что он этой иллюзией живет, он ее переживает, она вызывает в нем переживание. Дело в том, что интенсивность своего существования мы ощущаем только через интенсивность переживаний. Кому не известно, что ничего нет страшней, чем скука, то есть отсутствие переживаний. А наиболее сильные переживания, из которых и состоят наши воспоминания о прожитом, никогда не бывают серийными и никогда не длятся настолько долго, чтобы обрести статистическую достоверность.

...Надпись на надгробном камне: "Родился в 1920 - умер в 2001. Жил 3 года".

А как же тогда быть с согласованной социальной реальностью? Потому что социальная реальность - это согласованная реальность, она опирается в основном на статистические закономерности. Какой фарт? Какой случай? Но, к нашему счастью, социальная реальность воплощена в людях.
Нет абстрактного начальника. Начальник как таковой всегда конкретен. Сидор Сидорович Петренко.
Есть абстрактные социальные категории, а жизнь - это люди, а люди - единичны и штучны. Отношения между людьми, взаимодействия между людьми подчинены, кроме всего прочего, еще и скользящим во времени, возникающим и исчезающим закономерностям. Если мы внимательны к ним, то можем избежать кошмара манипулирования социальными функциями, своими и других людей и прийти к искусству взаимодействия, взаимосовпадения, резонанса. И при резонансе в этой скользящей реальности возникает момент, в который возможно невозможное.
Человек - творец
"Случай" возможен и имеет такое же право на существование, как и самый статистический, в девяносто девять и пять десятых процента достоверности факт. Можно жить не в статистической реальности, в реальности единичных событий, выделить ее для себя как основную, а можно считать для себя основной реальность статистических закономерностей. Но если мы возьмем как пример растение, не обремененное сознанием, то увидим, что предсказать, что дерево будет расти в основном вверх, можно, но куда пойдет каждая веточка - невозможно и не нужно.
Так, мне кажется, можно относиться к жизни. Если вы достаточно "вооружены", то есть владеете ремеслом жить, искусством жить, умением жить, достаточно для реализации ваших замыслов, - тогда можно довериться фортуне, можно вступить в эту игру. Это не то, что древние называли "божественная игра". Это не есть нечто доступное только для посвященного, трижды просветленного и орденоносного... Это доступно каждому из нас. Мы погружены в это, это погружено в нас. Игра жизни требует одного-единственного: довериться себе, довериться творцу в себе.
Надо найти это место творца в себе и опереться на него. И хотя это очень трудно, это дает возможность сознательно рискнуть и начать игру. Почему все этого не делают, ведь это бесконечный источник радости? Потому что это еще и бесконечный источник напряжения, потому что творческое переживание - самое напряженное переживание. Это значит принять себя и мир в максимальной обнаженности скольжения, без гарантированного будущего - то, что для нас кажется наиболее сложным.
Скольжение во времени, возникновение - исчезновение, смерть - рождение. Как виртуальные частицы: возникают и исчезают, возникают и исчезают, на очень короткое время. Если вы живете в таком напряжении, то есть позволили себе быть творцом, то на то время, когда вы опираетесь в себе на место творца, вы оказываетесь в "кипящем котле" жизни, которая возникает и исчезает. И вся игра, весь азарт заключаются в способности уловить то, что только сейчас возникло, и успеть реализоваться, взаимно проникнуть, впустить реальность в себя и себя в реальность, успеть в этот отрезок времени, пока это существует. Создать свой невозможный случай, сделать свою жизнь в данном конкретном отрезке времени, уловив и использовав краткую закономерность. Это колоссальное удовольствие, потрясающая радость. Но в этом есть риск потерять скучный, статистический, но гарантированный мир. Это риск веселого сумасшедшего, то есть человека, который доверяет себе. Доверяет себе как существу знающему, как существу творящему.
Творящий человек - это человек, который доверяет своему величию и не боится "пролететь", а наоборот, надеется лететь вместе с этой возникающей и исчезающей реальностью, не боясь возникать и исчезать. Человек творящий не делает себя плотным, то есть все более и более предсказуемым, все более и более вероятным, все более и более жестким, он скользит, понимая, что два раза посмотреться в одно и то же зеркало и увидеть при этом одного и того же себя невозможно.
Человек творящий знает чувством, переживанием, разумом, интеллектом, каждой клеточкой своего тела, что каждый раз, когда он смотрит в зеркало, он видит другого человека. И если человеку это нравится, то такой человек может быть в достаточной степени социально адекватным и в то же время достаточно живым, спонтанным и непредсказуемым.
Если вы такой человек - человек творящий, - вы будете все время сталкиваться с тем, что большинство вокруг не такие. Вас не будут слышать, когда вам вдруг захочется поделиться своей радостью, своим наслаждением жизнью. А не будут слышать потому, что большинство людей не хочет "пролететь", а хочет как можно надежнее, как можно рациональнее, как можно стабильнее прожить эту жизнь. И они тоже правы! Они нашли в себе то место, которое будет главным, свою точку опоры. У одних одна точка опоры, у других - другая, у каждого своя. Но тот, кто хочет ощутить прелесть живого, должен вспомнить момент полета. Я думаю, я надеюсь, что такой момент каждый человек пережил в своей жизни обязательно. Во всей глубине. Если бы никто не знал, что это такое, - не возникли бы духовные традиции.
Без всякой дополнительной идеологической мистики вы можете испытать величайшее наслаждение жить. Если вы не можете себе позволить так жить 24 часа, позвольте себе для начала 5 минут, 10, 15, 20, час - авось не умрете, а если умрете, то живым.
Только не надо впадать в крайности и думать: либо так, либо так. Для того чтобы начать осваивать такой способ взаимоотношения с реальностью, необходимо очень много работать. Необходимо очень много поработать в смысле развития своего интеллекта, особенно таких его качеств, как скорость мышления, умение оперировать смысловыми объемами, умение выделить из ситуации краткоживущую закономерность. Нужно доверие к такой деятельности сознания, нужен опыт этого доверия. Нужно достаточно гибкое регулирование в условиях реальной и активной жизнедеятельности.
Умение улавливать и использовать самые краткие закономерности этой жизни дает человеку возможность совершать, казалось бы, невозможное. То есть реализовывать такие цели, которые при рационально-замедленном подходе кажутся случайностью, везением или чудом. Такой способ восприятия жизни можно назвать скольжением по пространству существования. Для того чтобы человек мог воспринимать реальность так полно, ему необходимо быть целостным и прозрачным для течения реальности, необходимо освободиться от всякой таковости и обрести себя в Мире и Духе. Но должен вас предупредить, что подобный способ жизни сразу не может и не должен стать постоянным, так как для него требуется соответствующая подготовка. В таблице стрессов, как известно, сильные положительные переживания и сильные отрицательные переживания находятся на одном конце шкалы. Для скольжения в реальности необходима очень гибкая, чуткая, развитая, тренированная психоэмоциональная, или психоэнергетическая, сфера. Она должна быть достаточно чувствительной и при этом достаточно прочной (как скальпель). И при всем этом, самое главное, нужны вы. Это самая большая мировая человеческая тайна, которая называется очень просто - Я.
Тайна - Я
Я - это та тайна, на которой для меня все держится. Я как Я. Кто это такой? Что это такое? Зачем это? Но на этом все держится, это есть человек. Это есть тайна человека. И вот это Я должно, то есть не должно, но если вы хотите, готовы потрудиться для этого, ему нужно освоиться с огромным хозяйством "не Я".
Ну если не со всем хозяйством в виде мироздания, то хотя бы хозяйством в виде конкретной индивидуальности, личности, сущности, то есть конкретного человека с его конкретной биографией, с его конкретными обстоятельствами жизни, с его биологическими, нервными, интеллектуальными характеристиками, то есть Я как Он.
Но делать это или не делать - ваш выбор, выбор совершенно законный. Я считаю, что всякие проповеди в сторону "единственно правильного" - это насилие и негуманность. Есть еще один способ уйти от Я - Мы: "Мы так думаем", "Мы так считаем".
Итак, есть три варианта - либо Я это Я, либо Я это Он, либо Я это Мы. Правда, еще есть вариант "Они" - агрессия, направленная на себя. Сам себя ненавижу в образе "Они". Тогда начинается: "Надо уничтожить тело, потому что тогда погибнут все враги". Выверты бывают разные.
Но для здоровой жизни есть два равноценных выбора. Один - Я как Он - это стабильность, очень удобно и очень хорошо жить среди людей, среди близких. Меньше конфликтов, потому что большой уровень предсказуемости, легкое принятие на себя социального ожидания, определенного образа, а самое главное - отождествление. Другой вариант - Я как Мы - выбирают люди, которые особенно сильно боятся жизни, и поэтому, для того чтобы жить, им обязательно нужна компания, и они с этой компанией отождествлены. Иначе они себя не воспринимают. И это очень естественно, потому что в процессе эволюции человеку без этого этапа было бы, наверное, невозможно. Какое замечательное выражение: "Мы все", сразу так хорошо, удобно, безопасно: "Мы все!" Мы все как один! Как ОН!
Но Я - это "точка координатора" в структуре человека как целого. Ноль системы координат. Зеро. И если вам понравится это ощущение, что Я - это ноль, тогда ваши ощущения - неубиенная радость, потому что все возможно! Из ноля все возможно, а не из ноля - не все возможно.
Скольжение в реальности - один из способов жить, который мне, например, очень нравится. Естественно, я о нем рассказываю, и, естественно, как бы я ни старался избегать агитации, в этом случае мне это не совсем удается. Но почему я агитирую? Сейчас такое время, когда социальная стабильность вокруг почти исчезла. Время динамичное, быстро меняющееся. И всем хочется быть успешными - нормальное человеческое желание. Каждый вкладывает свою конкретику в содержание понятия "успешный", но быть успешным хочется любому психически здоровому человеку. В это время быть успешными может помочь вам, так же как и мне, воспоминание о том, что существует скользящий во времени Мир.
Скользящий во времени Мир
Скользящий во времени Мир - это такой пласт реальности, где закономерности возникают, длятся некоторое время и исчезают. Если вы в этом отрезке улавливаете их и совершаете действие, то вы очень эффективны, неожиданно эффективны, непредсказуемо эффективны. И даже тот, про кого все думают, что у него ничего никогда не получится, потому что у него нет того, того, того, - вдруг побеждает. И тогда окружающие начинают изучать его метод, а метода-то нет, он уже кончился во времени. Время - место - люди. И это эффективное действие в рамках исчезающей закономерности и есть штучное действие, неповторимое, единственное. Или - модное слово - эксклюзивное.
Ваш интеллект, как идеальное зеркало, отражает этот скользящий во времени Мир, не пытаясь что-то задержать, остановить. Помните, у Гете: "Остановись, мгновение, ты прекрасно!" Но остановленное мгновение блекнет, теряет краски, становится тяжелым и серым.
Мир без таковости, скользящий Мир, в свою очередь, делает вас пластичным, многоцветным, многообразным. В целом тенденция любого сообщества людей, от минимального - семьи до максимального - государства или сообщества объединенных наций, стремится создать такой мир внутреннего пользования, который был бы максимально предсказуем. Человечество давно создало такую модель реальности, которая в пределе стремится стать абсолютно надежной, на 100 % предсказуемой и на 100 % протяженной во времени без изменений. Естественно, что так не может быть, потому что быть не может. Но устремленность такая есть, и эта устремленность к стабильному приводит человека в мир статистики - среднестатистический мир и среднестатистический человек.
Мир, который предлагается в нашей традиции, подобен кинофильму, в котором для того, чтобы изображение стояло на месте, нужно, чтобы 24 кадра в секунду сменяли друг друга. Для того чтобы этот мир воспринимался, скорость, с которой должен работать ваш интеллект, должна быть соответственной, иначе у вас все "разбегается и дрожит". Изображения четкого нет.
Любой человек в глубине себя предполагает, что существуют аксиоматически бесспорные вещи. Например, такие: "Я существую", "мои близкие существуют", "государство существует". Не говоря уже о том, что "дерево существует, гора, река, дом и т. д., Вселенная, Космос существуют всегда". Это все в определенном смысле - порождение страха, как и утверждение о том, что ничто не существует.
Вера в возможность скольжения в реальности не приводит к отрицанию рационально объяснимого мира или невозможности долгосрочных планов на будущее.
Вера, как она понимается в эзотерических учениях, - это сочетание беспощадного реализма - без всякой жалости к себе, с беспощадным же романтизмом - без всякого страха перед другими. Беспощадный романтизм - беспощадная вера в то, что существует нечто, к чему человек устремлен. Беспощадная - потому что она очень тяжела для других, не для самого человека, а для других, тех, кто рядом. Для тех, кто в одном социуме с ним. Верующий человек - это раздражитель. Беспощадно верующий человек - это сильнейший раздражитель. Вокруг одни сомнения, а он верует. Вера дает возможность пересечь границу социально обусловленного Мира.
А социально обусловленный Мир гораздо шире, чем мы позволяем себе понять. Он проникает глубоко в нас, в наше тело, в наши мысли, чувства, ощущения, переживания. И когда вы по неизвестным причинам вдруг хотите выйти за границы социально обусловленного Мира, то это оказывается очень сложной задачей. Но у каждого человека, реже или чаще, бывает переживание своей штучности, своей нестандартности. Это переживание как бы время от времени нарушает самый сладкий сон и чего-то там такого просит: усилий каких-то, поисков каких-то, каких-то новых смыслов. Так может быть, стоит рискнуть и принять скользящий во времени Мир?!
Меня нет - а кто же есть?
Когда я всерьез пережил тот факт, что меня нет, меня это перестало пугать. Ну нет и нет. Тогда стало возможным видеть.

Что значит "Меня нет?" при строгом логическом рассмотрении, в нашем смысле, кроме того, что это Я, больше ничего и нет. А меня-то точно нет. Я - есть. "Меня" - нет.

Ведь даже то, как вы, каждый из вас, меня видите, физическое воплощение меня, - это все разные вещи совершенно. Если бы можно было снять картинки внешности того человека, на которого вы смотрите в разные моменты времени, - то запечатлелись бы разные, достаточно не похожие друг на друга люди. Это экспериментально проверено. Иногда очень не похожие. А поскольку сам я могу это тело видеть только в зеркале, я понимаю, что все то, что я вижу в зеркале, - это совсем не то, что видит без зеркала другой человек, когда смотрит на меня. Разные два человека.
Так и получается, что Меня нет. У нас же у многих до конца дней сохраняется иллюзия, что это все, что составляет Меня есть, что оно жизненно важно и даже главное в этой жизни. Фотография ведь есть? Но что на ней сфотографировано? Социальная конвенция. Сфотографирована внешность человека. Но на разных фотографиях всегда разный человек.

Понимаете, когда начинаешь подробно описывать - действительно глупо получается. Нельзя применять язык за пределами его применимости. Поэтому в социально обусловленном Мире, на его языке говорить, что Меня - нет, - это глупость. Потому что на этом языке так сказать нельзя.

"Есть ты! Что бы нам... - Что он нам мозги... вы же видите - вот это он... Он - есть". А я разве сказал, что его - нет? Я сказал - меня нет.

На общепринятом языке мы не можем однозначно определить предмет, о котором мы разговариваем. Все намеки, притчи, парадоксы. Нужен язык, который не обусловлен социально, а его нет, потому что мы люди. Все люди - люди. А раз все люди - люди, значит, они все говорят на социально обусловленном языке. И другого языка не имеют. И не могут иметь по определению, пока они люди.
А те, кого нет, о чем им говорить с людьми? И будут ли люди говорить с ними? - интересный вопрос. Существует ли такая мотивация? Одно дело - говорить с высшими сущностями, которые в проекции идеальные люди, а другое дело - с "никто".
Освобождение или отчуждение
Почему у некоторых возникает такое желание - оказаться свободными от социально обусловленного Мира - и почему оно не исчезает с течением лет? У меня даже нет предположения на эту тему. Хотя я сам отношусь именно к таким людям. Как возникло это когда-то во мне, так и не исчезло. И мне это нравится. Мне это интересно, мне хорошо от этого. А вот почему у других такого желания нет или оно есть - никак не могу объяснить.
Чем обусловлена мотивация освободиться от социальной обусловленности, если говорить языком психологии? Можно красиво сказать: "Страстью к Истине, влюбленностью в Истину!" Хочется, может быть, не чувствовать себя зависимым от чужого обмана - что-нибудь в этом духе, бог его знает.
Но что эта свобода дает практически? Ничего. Практически ничего, потому что жить надо. И жить надо там, где живешь. Знание законов и каких-то обусловленностей социального мира помогает практически, а знание того, что за пределами этих обусловленностей, - это другое знание, оно как бы ни для чего.
Для меня на сегодняшний день самое важное, что дало это знание, это понимание: люди - это люди. И то, что в социально обусловленном мире все мы называем Я, Я такой, - это тоже Мы, люди. Это не плохо, не хорошо, никак не оценивается. Именно на этом базируется терпеливое отношение к самым разным людям. К пониманию того, что любое Мы - это только маленький кусочек людей, маленькая часть людей. Что те, которые не Мы, - они не менее интересны, не менее правы, не менее обладают всеми плюсами, которые мы приписываем нашему Мы.
Суровая духовность
Понимание того, что деление на Мы и Они неизбежно, рождает другое отношение к жизни. И самое главное, может быть, еще одно главное - это то, что понятие духовности наполняется конкретным содержанием. Оно перестает быть романтической утешительной сказкой, хотя такие сказки нужны, безусловно. Постепенно понятие духовности наполняется реальностью, реальным содержанием, реальным знанием. Духовная жизнь, жизнь осмысленная, творческая, штучная, во многом автономная, независимая от социальной обусловленности, она гораздо более сложна, чем общепринятый, стандартный вариант жизни.

Я понимаю, что в социально обработанном мире останется только легенда об Игоре Николаевиче. И что будет в этой легенде для кого - приблизительно догадываюсь. В принципе, главное - чтобы она была как можно многограннее. Чтоб она не была абсолютно белой, абсолютно черной или просто серой, чтобы она была цветной, чтобы нельзя было сказать об этом существе так: "он был таким", "а я с ним...", "мы его точно видели..." Может, самое существенное состоит в том, что можно без этого обойтись. Что действительно сбылось то, чего я очень хотел, - моя штучная, единичная жизнь приобрела собственный автономный, не зависящий ни от чего смысл. Ни от чего. Ни от обстоятельств времени - меня совершенно не обижает, что я живу в двадцатом и двадцать первом веках, - ни от обстоятельств мест, а ни от каких других обстоятельств. Мне не надо искать смысл в будущей своей жизни или в прошлой. Мне не нужны ни прошлые воплощения, ни будущие воплощения. У меня есть этот смысл в настоящем. Он здесь всегда со мной. Наверное, это и есть то богатство, которое я нашел на этом пути. А остальное все - это игры. Игры и развлечения. Степень интересности зависит от тебя самого. Вот это я вам точно скажу, за себя конечно.

Ничто не может помешать увеличивать или уменьшать степень интересности жизни собственными усилиями. Для этого каждому человеку достаточно сил, возможностей, средств, знаний. Вы можете бесконечно увеличивать степень интересности, можете уменьшать - если устали слишком, если хочется пожить скучно.
Ведь субъективное время измеряется количеством переживаний. Наркотики, игра азартная и еще что-нибудь в этом роде для многих людей ценны не сами по себе, это просто риск как таковой. А он привлекателен прежде всего потому, что дает возможность интенсивного проживания. Когда за единицу времени количество переживаний достигает такой величины, то фактически уже совершенно не важно - секунда прошла или год с точки зрения астрономической.
Но ведь такая интенсивность, интересность жизни достижима и без костылей, без наркотических суррогатов. Возможностей в этой области у человека огромное количество. И никакие обстоятельства не служат объяснением того, почему вы этого еще не умеете.
Мир прекрасен, смею вас заверить, даже социально обусловленный. Не верьте тму, кто говорит: "Это гадость, это тюрьма, это западня, иллюзия!" Иллюзия - это же так красиво! С эстетической точки зрения совершенно равнозначно - что нирвана, что сансара. Именно поэтому художники в определенном смысле слова как бы над всем этим воспаряют, потому что они воспринимают все эстетически. Такое особое растождествление. Их тоже обзывают циниками именно потому, что для них ничего не важно, кроме эстетического момента.
Мир многообразен принципиально, а человек штучен принципиально.

Я очень люблю Евангелие и часто вспоминаю историю с блудницей, которую хотели побить камнями. Когда Иисус сказал: "Кто из вас без греха, бросьте камень", - никто не бросил. Я думаю - какое тогда было замечательное, идеалистическое, романтическое время. Вы представляете, людям было достаточно сказать, что вы грешны, и они это тут же признавали. Или Иисус так воздействовал... В наше время все наоборот: все бы начали бросать, чтоб доказать, что без греха... В наше время, чтобы остановить эту толпу с булыжниками, нужно было бы действовать по-другому. И Иисус бы действовал именно так, и любой грамотный человек - он бы сказал: "Кто из вас грешен, бросьте в нее камень". Все бы сложили камни. Это к вопросу о времени. Время - место - люди.
НАД ПРОПАСТЬЮ...
Слепая неизвестность
Помните, у Шекспира монолог Гамлета "Быть иль не быть, вот в чем вопрос"?

"...Кто бы согласился,
Кряхтя под ношей жизненной, плестись,
Когда бы неизвестность после смерти,
Боязнь страны, откуда ни один
Не возвращался, не склоняла воли
Мириться лучше со знакомым злом,
Чем бегством к незнакомому стремиться".

Когда бы не эта самая неизвестность, откуда еще никто не возвращался и ничего интересного нам не сообщил.
Что здесь я бы хотел акцентировать? - Неизвестность. Если бы не неизвестность, тогда бы мы все, как только поняли, что жизнь - не сахар, тут же отправились бы куда-нибудь. Но поскольку жизнь вся окружена неизвестностью, то, как только дойдешь до границы чего-нибудь, упираешься в страшную неизвестность. Наверное, одно из самых сильных пугал. Когда бы не она, тогда бы...

Я предлагаю вам такую игру. Давайте представим, что жизнь и люди вместе с ней - это такой остров в море неизвестности. Очень немногим удается так устроиться на этом острове, чтобы никогда не подходить к берегу и не натыкаться на эту самую неизвестность. Но время от времени, - остров есть остров, - куда ни идешь, обязательно попадешь на берег, а там дальше море неизвестности. Страшновато.
Отправиться в плавание в эту самую неизвестность решаются очень немногие, кроме массовых уходов, в смысле смерти. Но почему-то оттуда не возвращаются даже те, кто уходит добровольно. И надо что-то придумать. Ведь невозможно жить на острове и не придумать, что есть еще что-то.
И тогда... где это "еще что-то" поместить? Кругом неизвестность. Как в этой неизвестности еще что-то поместить? И мы выстраиваем вертикаль, мы помещаем над этим островом еще один остров, на котором живут боги, духи, серафимы, дэвы и т. д. И перестаем быть одинокими, у нас появляется как бы постоянное общение. Мы уже не уходим в неизвестность, мы уже знаем, куда мы уходим.
Давайте попробуем вспомнить всех тех, кто нам об этом рассказывал, посмотрим, чем они там, в Мире, который на небе, окружены. Они окружены вечностью, бесконечностью...

Короче говоря, мы можем обнаружить, что Мир на небесах - это тоже остров. И что вечность и бесконечность ничем особым для нас от неизвестности не отличаются. Можно, конечно, попробовать построить над тем островом еще один остров... Но не кажется ли вам, друзья мои, что это построение, даже продолженное на много этажей, будет проекцией все той же мотивации до-сти-же-ния, соревнованием, кто заберется выше, тот и победит. Любой мыслящий человек довольно быстро, годам к 30-40-50-70 (это довольно быстро), понимает, что жизнь как устройство (устройство пребывания человека в Мире) - вещь банальная, примитивная, в общем, мало симпатичная, пока еще. Поэтому приходится придумывать всякие утопии, мечтать о светлом будущем - наши дети, а не наши дети, так их внуки... и т. д. и т. д.
Хорошо тем, кто в этот небесный остров верит и готовится туда. Хорошо тем, кто вместо наркотиков, алкоголя и всех прочих одурманивающих средств погружается в эту большую гонку, в это большое спортивное соревнование. Такой человек раскачивает в себе мотивацию достижения до предела и не дает себе остановиться ни на секунду: достигать, достигать и достигать, делать карьеру, постигать, творить... Есть масса более или менее приятных названий для одного и того же, для странного бега куда-то: вперед, выше, дальше... Только не остановиться, только не оглянуться!
Знаете, когда едешь на машине, вид сельской местности выглядит таким романтическим. Такой пейзаж! А сломалась машина, вылез - по колено грязь, кругом вонь и т. д. И уже пейзаж неприятный. И когда человек мчится по жизни, обусловленный внешними обстоятельствами этой самой жизни, обусловленный до самого, как ему хочется, конца, то, естественно, все неприятные аспекты как бы смазываются. "Ну, ничего, ну, потом, ну, все изменится" или: "Ну, это наказание, а вот там, наверху, там все будет хорошо!" Но туда, наверх, тоже ведь надо забраться. Этого тоже надо достичь, надо усовершенствоваться, надо просветлеть, надо стать чистым, прозрачным. Надо, надо, надо, надо... Знакомое, любимое "надо". И опять пейзаж за окном машины начинает мелькать, мелькать, мелькать...
Конструкция под названием "жизнь"
Давайте остановимся! Выйдем из этой машины под названием "достижение" или "ты - победитель, впереди тебя ждет очень большой приз". Ничего не надо достигать. Допустим, что уже все достигнуто. Такую композицию выстроим.
А если не достигать, что остается мыслящему, развитому человеку? Постигать. Давайте постигать! Что мы постигаем? Что жизнь, как факт реальности, сделана не нами, имеет собственное устройство, мы в нее попадаем и выпадаем из нее, а она сама по себе как-то, как говорят, совершенствуется. С точки зрения чего-то она совершенствуется. Так говорят. Есть мнение. Есть идея прогресса.
Давайте займемся изучением этой конструкции под названием "жизнь". Людская, имеется в виду, человеческая жизнь. Потратим на это, допустим, 10-15 лет и обнаружим, что жизнь - это такой устойчивый агрегат, с очень небольшим набором заданных условий, небольшим набором правил, конвенций, договоров между человеком и жизнью. Все довольно банально.
Только незнание спасает нас от быстрого познания всего этого. Незнание и бесконечный бег. Поэтому нам кажется, что все наши мысли - это оригинальные мысли, все наши болячки - это особенные болячки, страдания - это неповторимые страдания, события - это уникальные события и т. д. Но стоит только заняться, на свою беду, познаванием, как выясняется, что большинство наших мыслей индуцированы, ординарны, стереотипны, что сама биография в основном - это готовые сценарии, что наши события стандартны и предсказуемы минимум на 80 % и т. д. И все это оттого, что мы перестали бежать.

Помните, бегали от инфаркта. Вообще все бегут от жизни. Я думаю, что такой образ вполне правомерен: есть такое пугало - жизнь, и все бегут от него к чему-нибудь светлому и нестрашному, достигая чего-нибудь. А иначе кто-нибудь догонит и, как там говорят: "жизнь перемелет", "жизнь научит", "жизнь обломает". В фольклоре это страшилище - жизнь - хорошо отражено.

Тогда великий и хитроумный человек говорит: "Нет, это только механическая жизнь (социально обусловленная беготня - это механическая жизнь) такая, а есть еще и немеханическая жизнь".
И что же это за немеханическая жизнь? Это жизнь мистическая, оккультная, эзотерическая. Я честно вам признаюсь, много лет в эту "немеханическую жизнь" пытался внедриться. Оказалось, что она тоже механическая. Трижды просветленный - одни погоны, дважды просветленный - две звездочки без просвета, а единожды просветленный - это просто лейтенант, тем более младший. Все то же самое, та же иерархия, та же мотивация достижения, та же конкуренция, борьба за рынок, тот же бег. Только, строго говоря, по окраине социума... Но жизнь та же, потому что и там Мы и Они, и тут Мы и Они. Мы лучше, Они - хуже; Мы выиграем, Они проиграют; Мы владеем истиной, Они ее потеряли. Наша духовность самая духовная, наша религия самая религиозная, наш мистицизм самый мистический.
Но во всяких мудрых текстах о Мы ничего почему-то не говорится. Там все время говорят про какое-то Я.
Я, родившееся из Мы
В истории человеческой мысли существует и такое утверждение, что человек имеет возможность совершить качественную трансформацию, в которой он из Мы может вылупиться, как бабочка из куколки, в Я. Хорошо, сказал я себе, - и вылупился. Допустим. А какой жизнью будем жить, когда вылупимся? И оказалось, что никакой. Оказалось, что если такая качественная метаморфоза (из Мы в Я) все-таки произошла, и не где-нибудь, а здесь, в течение этой индивидуальной истории, жизнь становится очень странным занятием. Потому что жизнь - это такая штуковина, в которой без Мы делать нечего, ну просто нечего.
Ты как бы уже не нужен жизни со своим этим Я. И тут, как известно, многие начинают со страшной силой искать какое-нибудь подходящее Мы: Мы - духовные искатели, Мы - просветленные всей планеты, Мы - махатмы - и устраивать какую-то эзотерическую, другую, по другим правилам жизнь. Ничего из этого, кроме того же Мы, не получается. А как только появилось Мы, так сразу же шестереночка одна зацепилась, вторая зацепилась... и пошло-поехало... И ашрамы превращаются в академии с выбором академиков, монастыри превращаются в конкурентные заведения. И снова все социально обусловлено.
Когда ты уже не только немножечко понимаешь, но и фактически оказался выброшенным из жизни, тогда начинаешь искать людей. Ты трансформировался, ты стал Я, а здесь в жизни стал ненужным. Что ты тут болтаешься среди нас? И тогда начинаешь искать людей. Помните Диогена: "Ищу человека! Ищу человека!" А люди не хотят находиться. Они живут. И когда говорят Я, имеют в виду совсем другое. Они разные. Хороший - плохой, светлый - темный, умный - дурак. И всегда можно в этом всем, как в лесу, найти свое дерево, и тебе найдется место, и солнышко, и воздух, и там корнями что-то надыбаешь на питание и порождение семян. И тогда...
Я ничего особенного не говорю, никаких открытий не делаю. Я просто предлагаю вам посмотреть немножко по-новому на всю совокупность толковых текстов и представить, что это уже свершилось. Я, который здесь, среди Мы. Острова Мы в океане Я или остров Я в океане Мы? Это уж как кому нравится.
И тогда что же делать? Чем заняться? Достигать смешно и глупо. Постигать уже нечего. Я уже Я, что еще постигать? А среди людей болтаюсь. Тогда родилась грандиозная, на мой взгляд, идея - "Игра с Жизнью".
И какой же смысл, спросите вы, в этой игре с жизнью? Не знаю. Вы можете предложить другое занятие для Я? Можно отправить его в астрал, в другие миры, а здесь, среди нас, вы можете предложить ему какое-нибудь другое занятие, кроме как играть с жизнью? Ну а какое оправдание, как он замотивируется, что он все-таки болтается среди нас?
Это все было бы милой шуткой, если бы мы не напомнили сами себе, что у Я есть и внутренние дела. И что у любого человека, кроме этой внешней коллективной, колхозной, всеобщей жизни, есть еще своя (если есть, она ведь есть не у всех и не всегда) внутренняя жизнь, не обусловленная внешними обстоятельствами вот этой самой общей жизни. И если бы ее не было, то никаких текстов и идей не было и никаких качественных метаморфоз вообще ни с кем и никогда бы не произошло. И, конечно, у этого самого Я с внутренней жизнью все в порядке. Но одно у него не в порядке, с нашей точки зрения: он - этот Я - не может жить общей жизнью. Его просто никто не пустит в согласованную с Мы жизнь. А раз его никуда жизнь не пустит, значит, он не получит свой кусок хлеба. Он должен его хотя бы в качестве подаяния добыть.
И тогда он начинает играть. Когда он начинает играть, то для неумеющего слышать и видеть он исчезает в своих ролях. И вы можете прожить рядом с таким человеком много-много лет, быть убежденным, что это дядя Вася с пивзавода, а потом, может быть, что-то случится и вы увидите, что это учитель ваших учителей. Но если он хороший игрок, то это будет не скоро.

Как увидеть в рыбаке апостола?..
Когда-то, когда мне было 14 лет, я сидел у окна (квартира на первом этаже, мимо все время ходят люди), и вдруг у меня возникло такое утверждение: "Нет недостойных людей, есть недостойная людей жизнь!" И вот совсем недавно, буквально на днях, спустя более чем 40 лет, это у меня сомкнулось. Произошло некое внутреннее событие.

Что я начал делать с того дня, делал все эти годы и делаю до сих пор? Я отделял человека от жизни. И тогда я имел возможность видеть человека, и любить его, и восхищаться им, его грандиозностью и потенциалом, и отдельно видел жизнь, которую он вынужден жить. И тогда получалось: "Не судите, да не судимы будете!" И тогда, как мне кажется (это все субъективно, естественно), я понял, что вот так можно увидеть в мытаре и в рыбаке будущего апостола, увидеть в проститутке святую, только так.
Человек как таковой
Говорят: человек как таковой. Если вы хотите увидеть конкретного человека как человека, нужно увидеть его отдельно от его жизни, помня, что жизнь - это то, что вынужденно. Всегда вынужденно. Жизнь заглатывает человека. Не он живет жизнь, а она его живет. Есть человек и есть жизнь. Жизнь это всегда вынужденность, та или иная, в той или иной форме. Чтобы жить достойно, то есть жить свою жизнь, надо осознавать свое Я отдельно от жизни. При этом вынужденность жизни надо принимать и понимать как некий спецкурс по пребыванию в Мире, старательно его изучать, сдавать экзамены... В этом смысле жизнь - урок. Да, можно человеку помочь и задавать ему все более и более активную позицию, помочь ему выйти из одних обусловленностей, из других и т. д. Но что будет? Будет более красивая жизнь, более осмысленная, более наполненная. Но все равно это все внешняя, механическая жизнь Мы. И вы будете видеть человека не как некую манифестацию Духа, а просто как кусок жизни, и по этому судить о нем, то есть смотреть на него глазами жизни в лучшем случае, в худшем - просто глазами социума, малого социума, большого социума.
Только если вы сможете проделать такую операцию и увидеть человека и его жизнь раздельно, появляется пауза. Появляется Ничего, появляется пунктуация: человек ... - ... жизнь. Если этого нет, то нет пунктуации, есть человеко-жизнь, как человеко-дни, человеко-койки и т. д.
По моему сегодняшнему глубокому убеждению, пауза - это и есть та "пропасть для свободных людей", образ которой в культуре транслируется уже многие тысячелетия. Этот разрыв и есть пропасть, в которую надо прыгнуть, чтобы обрести себя. А чем заполняется пауза между словами? Смыслом, конечно. В данном случае смыслом своей единичной жизни.
Полная свобода свободе противоречит. Как это понимать?

Полнолуние длится всего три дня.
ПУТЕШЕСТВИЕ В ПРИСУТСТВИЕ
На границе двух начал
Мы знаем, что человек в определенном смысле существо двойственное, потому что он содержит в себе два как бы противоположных начала. Начало субъективное, развиваясь, получает возможность быть все более и более независимым от внешней объективной реальности. Начало объективное существует в силу того, что человек является частью природы как тело, как биологическая особь и как социальный индивид, часть социальной природы. В связи с этим возникают две крайние возможности. Одна - помещение самоосознавания в пространство субъективной реальности вплоть до аутизма. Другая - помещение центра самосознания во внешнюю объективную реальность. Тогда мы имеем дело с человеком, который не имеет возможности вырваться из-под влияния ситуации. Правильное же местонахождение самосознания как чистого субъекта Я есть - это его местонахождение на границе между субъективной и объективной реальностями, поскольку сам человек есть нечто пограничное. В этом заключена возможность человеческого развития, и в этом его уязвимость. Ибо человек в его целостности - явление пограничное, не принадлежащее полностью ни к миру чистой субъективности, ни к миру чистой объективности. В этом его напряжение, в этом его шанс для разворота.
Давайте предположим, что нам удалось так правильно психологически выстроиться, что наше самосознание действительно оказалось на границе субъективной и объективной реальностей. Что же тогда должно произойти? Логично предположить возникновение уравновешенного типа, который одинаково ясно воспринимает как мир внутренних побуждений, так и мир внешних обусловленностей. Но практически такому человеку становится очень трудно действовать по причине необратимости выбора, а именно: каждый момент настоящего есть превращение множественного будущего человека в его единичное прошлое. Если предположить, что вам удалось поместить свое самосознание на границу между субъективным и объективным, то вы сразу попадете в предельно сложный мир. В этом мире вы вынуждены тратить энергию на удержание самосознания на этой границе, с одной стороны, и все время находиться в напряжении, создаваемом постоянным контролем за своими выборами, с другой.
Вы сосредоточиваетесь на проблеме выбора, появляется конфликт между знанием о разнообразии возможностей и правомерностью сделанного единственного выбора. Человек долго не выдерживает, он "соскальзывает", то есть уводит свой центр осознавания или в субъективную реальность, или в объективную. Это очень важно понять по той простой причине, что наиболее легко перемещаемая психологическая реальность - это точка самоосознавания, которая, будучи пустой, нулевой (Я есть Я и ничего более), имеет возможность передвигаться. Поэтому мы ее называем "точкой координатора". В зависимости от того, где вы положите центр системы своих координат, в вашем понимании, в вашем чувствовании, в вашем восприятии и в ваших действиях очень многое сразу определится.
Границы внутренние и внешние
Первый шаг для выведения точки осознавания на границу можно назвать растождествлением. В этом положении точки самоосознавания вы имеете возможность растождествляться со своей привязанностью к внешнему или внутреннему обуславливанию. Для того чтобы это было в принципе возможно, необходимо предварительно проделать соответствующую работу.
Эта работа состоит в том, что вы находите границы своей обусловленности. Психологически мы воспринимаем границы своего пространства как обусловленные внешне. Эта привычка к внешнему обуславливанию начинается еще в детстве. Вспомните себя, своих детей, детей своих знакомых. У ребенка есть такой период, когда он идет до упора, пока его не остановят. Очень забавно выглядят родители, когда они в это время говорят ребенку: "Ну почему ты не понимаешь, ты этого не должен делать!", а он все равно идет, пока его не остановят. Он определяется в границах. И определяет эти границы там, где его уже действительно не пускают, а не там, где только говорят, что нельзя.
От того, какое образовалось личное пространство для действий и самореализации, как определились его границы в этом критическом для этой проблемы возрасте, впоследствии во многом зависит процесс становления самосознания. Дети в этом периоде кажутся ужасными, создается впечатление, что они делают все вам назло, что они специально устраивают пакости. А они просто ищут границу обусловленности. Бывают и взрослые с низким уровнем контроля, они тоже действуют до упора, пока их не остановишь, сами они никогда не остановятся. Так с укреплением привычки к тому, что тебя все время останавливают и это и есть твои границы, внешнее торможение становится для нас основным обуславливающим фактором, и поэтому человек гораздо чаще осознает себя как бытие для других, чем как бытие для себя.
Внутренний способ опознавания себя, внутренняя обусловленность состоит в том, что в человеке сознательно включается и выключается любой психологический механизм, независимо от внешнего стимула. В идеале, хотя, вероятно, и недостижимом, все это включается и выключается только тогда, когда вы этого хотите. То есть внешний стимул вызывает реакцию только тогда, когда вы этого хотите, и такую, как вы хотите. Вы перестаете быть шаром, из которого торчат кнопки, на которые нажимают внешние обстоятельства и тем самым вызывают ответную реакцию. Вы становитесь шаром, из которого ничего не торчит, он действует, потому что у него есть внутренняя движущая сила. Он обусловлен изнутри.
Есть такой немножко грубый, но очень наглядный образ: всякая работа человека над собой начинается с того, что он должен добиться, чтобы четыре большие красные кнопки нельзя было нажать без его ведома. Эти четыре большие красные кнопки, с помощью которых манипулирует нами Великое Среднее, всем известны. Это власть в двух формах - в желании властвовать и в желании подчиняться; деньги как потенциальное могущество, приобретательство или благотворительность, возможность не только брать, но и давать; кайф как возможность переживать некоторое раздражение центров удовольствия в идеале без всяких помех. И, естественно, то, что называется секс, как игры между полами.
Так вот, простое, даже примитивное на первый взгляд задание. Добейтесь, чтобы ни одну из этих кнопок нельзя было нажать извне: хочу - срабатывает, не хочу - не срабатывает. Простая, казалось бы, вещь. Но я видел, как на этих четырех кнопках исполняются замечательные, виртуозные произведения. Ничего особо не надо знать в психологии: четыре кнопки, и человек делает все, что ты хочешь. Из всех торчат эти кнопки, люди друг о друга стукаются, и кнопки нажимаются совершенно беспорядочно. Хорошо еще, когда на тебе играет виртуоз, это даже приятно, когда из тебя получается музыка.
Особенно трудно эту кнопочность осознать людям, погруженным в субъективную реальность. Им кажется, что у них вообще все обусловлено изнутри. Но если мы понаблюдаем за ними, то увидим, как они жаждут найти одного-единственного человека, потому что не могут иметь большую компанию друзей, одного, максимум двух, трех, и чтобы эти один, два или три заменили ему весь внешний мир, делали там все за него, таким образом снимая с себя ответственность за свою внешнюю жизнь. Именно такие люди чаще всего попадают в секты. Ничто им не помогает избежать поклонения лидеру: ни образование, ни чувствительность - ничто, потому что им главное - спихнуть внешний мир на кого-нибудь. Хороший манипулятор инстинктивно или, еще хуже, сознательно ловит их на этом. "О, ребята! Я все ваши внешние проблемы решу. А вы, с вашим глубоким внутренним миром, медитируйте. Только вы мне заплатите, и я вас быстренько-быстренько - к просветлению. Кому чего надо?"
Если под каждым совершенным вами действием не стоит ваша подпись и вы ищете кем или чем объяснить события своей жизни, значит, четыре красные кнопки нажимает Мы. И кнопочки нажимаются совершенно случайно, от случайных столкновений, совершенно случайными ситуациями и лицами, поэтому и не ведаем, что творим.
Движение из себя
Только работая над усилением внутренней обусловленности, над образованием границ за счет вашей центробежной силы, вашей внутренней целостности, кристаллизованности, вы действительно обнаружите свои границы. Только тогда вы сможете двигать к этим границам свою точку самоосознавания. Если же вы начнете с того, что двигаете точку самоосознавания к абстрактной границе между субъективной и объективной реальностями, то вообще никто не знает, куда вы попадете, потому что эти границы описаны внешне.
Это очень важный момент. Человеку очень редко приходит в голову так посмотреть на себя, с точки зрения своей границы, потому что, когда он внешне обусловлен, думать о границах незачем, они обнаруживаются в момент столкновения. Это детский прием, пока не стукнусь - не поверю. Можно пару раз стукнуться - проверить, действительно ли она здесь. При таком варианте личных усилий не надо, можно даже обидеться на то, что граница поставлена именно здесь. Можно начать призывать к свободе, к расширению границ, утверждать, что все это внешнее по отношению ко мне, это не мои границы. Это выгодная позиция, всегда можно говорить, что на самом деле я - о какой большой, если бы меня не ограничивали, тогда бы я о! о! о! о!..
Работа над тем, чтобы внутренние силы были крепче, чем внешнее обуславливание, - это очень важная работа. Если она успешно ведется, у вас появятся действительно свои границы, а как говорили мудрые древние люди: самое главное для человека - знать о своей отграниченности. Это действительно очень важно. Есть психические заболевания, при которых человеку кажется, что его насквозь просматривают, что на него дистанционно воздействуют. У него ощущение, что у него нет границы, что он проникаемый насквозь, что его растаскивают в разные стороны. Это как раз и происходит потому, что у него нет внутренних границ.

Я помню период массового психоза, когда всякий мало-мальски уважающий себя человек считал, что за ним должно следить КГБ, прослушивать его телефон и т. д. Это было модно, в Москве особенно. В общем, болезнь, мания. Я подумал, что с этим надо что-то делать, потому что все это ужасно заразительно. И тогда я решил создать себе установку, что меня всегда видно, всегда слышно и всегда известно, о чем я думаю. Мне один знакомый говорит: "Ты что, с ума сошел? Это же прямой путь к шизофрении, это же такая классическая болезнь, когда все время кажется, что все известно". Мы стали разбираться и выяснили, что если у вас создана система внутреннего обуславливания, если вы уже в состоянии свои границы видеть изнутри себя, то такая установка может стать очень ценным освобождающим приемом. Если же вы изнутри себя не видите своих границ, то есть вы преимущественно обусловлены внешне, то, конечно, такая установка приведет вас к шизофрении (если вы всерьез начнете этим заниматься).
Такие разные пределы
Следует помнить, что физическое, психологическое, социальное, интеллектуальное тело человека - это все вещи разные. Они имеют разные границы. Это понимание необходимо и для того, чтобы заниматься психоэнергетикой или экстрасенсорикой и вообще чем-либо выходящим за пределы примитивной деятельности шурупчика, за пределы ситуации. Примитив - это когда человек - горшок, в который вставили букет социальных функций. Вы должны понять, что человек должен обнаружить границы себя как целостности.
Понятно, что телесные границы легко обнаружить. Хотя и они тоже понятие не однозначное. Но уже социальное тело так просто не ощущается. Социальное тело человека - это круг людей, с которыми он находится в постоянных, более или менее структурированных взаимоотношениях, причем референтная группа (особо значимые люди, влияющие на ценностные предпочтения человека) может быть удалена во времени и расстоянии. Интеллектуальное тело - мир, на фоне которого человек себя воспринимает, может быть, вплоть до бесконечного, хотя это очень редкий случай. Человеку, как правило, трудно осознать, на каком фоне он себя воспринимает.

У художников бывают такие картины - человек на фоне чего-то. Это очень интересно. Автопортрет в зеркале. Тоже интересно. На фоне чего? Или вне всякого фона.

Реальное социальное тело человека можно рассматривать на фоне различных объемов социума, оно гораздо обширнее, чем поверхность нашей кожи и круг ежедневных контактов с людьми.

Мой друг, который сейчас в Вильнюсе или Петербурге, это тоже мое тело. Материализованное. Мое социальное тело. Там реальный человек, он обо мне думает, я о нем думаю. Это не мое воображение. Когда Юлиан Семенов рассказывает о себе (меня не столько его книжки интересуют, сколько его рассказы о себе), а у него знакомые по всему земному шару, от нацистских преступников до проституток и наркоманов, от героев до обывателей, то все эти люди, с которыми он реально имел контакт, и есть пространство его социального тела. Когда читаешь его книги, то это пространство реально ощущается.
Или, скажем, Циолковский, Вернадский, Чижевский, их интеллектуальное пространство, их реальное интеллектуальное тело. Циолковский не просто говорит о бесконечности, он реально воспринимает себя на ее фоне.

Когда человек видит свои границы изнутри, тогда он обнаруживает границы субъективной реальности и ее стык с реальностью объективной. Если же не видеть изнутри своих границ, никакой возможности обнаружить этот стык нет. Остается только по-детски двигаться в одну сторону, пока не остановят, а потом двигаться в другом направлении. Дети от 3 до 5 лет в момент становления сознания так себя и ведут. Затем подростковый кризис, становление социального самосознания. В этот период нарушают табу, идут на риск. Для чего? Чтобы остановили и тем самым помогли обнаружить границы себя.
Хорошо было бы, если бы взрослый человек попробовал сделать это изнутри, изнутри обусловить сам себя, определить свои границы. А уже расширить их или сузить - это его личное дело. Бывает такой сон или полусон, когда вдруг ощущаешь, что ты как бы размазан по сфере. Мир воспринимается как нечто выпуклое по отношению к тебе. Это и есть ощущение внешней обусловленности. Это ощущение, что мир обуславливает тебя. Ты вне сферы и не можешь в нее проникнуть. Бывает, наоборот, ощущение себя внутри сферы. Тогда ты видишь свою действительную отграниченность, свои грани, свои границы. Сферу, внутри которой ты поселился.
Если человек начал определяться изнутри, а его точка самоосознавания привычно находится вовне, во внешней по отношению к нему реальности, то ситуация такова: снаружи он себя видит, а изнутри нет. Тогда он сам для себя закрытое существо и может описать себя только снаружи, то есть только внешний облик, куклу.
Когда мы тем или иным способом выводим из субъективной реальности свою точку самоосознавания на границу между субъективной и объективной, то есть ставим ее в нулевую позицию (Я есть Я), мы можем сказать, что реализовали образ птицы, летящей меж двух миров. Когда это происходит, мы сразу знаем, что миры эти не просто должны быть равны, они действительно равны. Как только поставите, поймаете себя в этой точке на границе, то ни объективная, ни субъективная реальность не смогут превысить по объему одна другую. Поэтому для многих первый выход в эту нулевую ситуацию оказывается большой потерей.
Те, у кого была большая объективная реальность и маленькая субъективная, теряют огромный кусок объективной реальности. Он перестает быть актуальным. То же и в противоположном случае. Вы реально переживаете ощущение потери. И действительно, как говорят все честные учителя: став на этот путь, ты постепенно теряешь все. Пока же на этом этапе мы теряем только часть и за счет этого перестаем быть несбалансированным существом, которое все время качается, как маятник. Маятник то отрывается от природы в свободный полет, то есть в субъективную реальность, где все возможно, и доводит свои контакты с внешней реальностью до минимума, то летит в обратную сторону, к избавлению от своих внутренних проблем, в Мир, в котором надо жить реально, опираться на реальность, жить сегодня, раствориться в природе и т. д.
Как только вы выводите свое самоосознавание на границу, все сравнивается, останавливается - психологически это происходит мгновенно. Другой вопрос - можете ли вы удержаться в этом положении. Это зависит от мотивации, от учения, от вас самих, от ситуации, но в этот момент ваши оба крыла равны. Вы можете начать расти пропорционально, тогда любой шаг в одну сторону есть шаг в другую, эти реальности становятся в вас связанными и одна на другую неразрывно влияющими. Вы впервые практически выходите на такое место в себе, в котором получаете возможность воспринимать взаимодействие между субъективной и объективной реальностями. Это первый серьезный шаг в любом серьезном учении.
Как там за рубежами
Для того чтобы видеть что-либо, нужно находиться вне этого (как известно). Можно ли вывести точку самоосознавания за пределы субъективной и за пределы объективной реальностей? Можно, утверждают духовные учения. И первое, куда мы ее можем вывести, - это ничто. То есть вывод за все пределы означает поместить точку самоосознавания в психологически абсолютно пустое пространство - нигде или ни в чем, что будет еще точнее. Тогда субъективная и объективная реальности окажутся перед нами положенными, то есть с этой точки самоосознавания, выведенной в психологически абсолютно пустое пространство, мы можем видеть одномоментно обе реальности. Начинается процесс растождествления. Если это нам удалось, даже ненадолго, на мгновение, то в это мгновение мы начали свой путь в "нелюди".
У меня есть принцип: играть всегда на снижение. Обычно мотивация создается на том, что растождествление, умение видеть обе свои реальности - следующая ступень развития человека, что это ход от человека к человекобогу. Но такие мотивации очень опасны. Гораздо прагматичнее иронизировать, то есть сказать, что да, это шаг в "нелюди". Это действительно нечто другое, потому что человек, который психологически реально поместил свою точку самоосознавания за пределами реальностей, как субъективной, так и объективной, - это человек, с которым произошло качественное психологическое изменение.
В такой ситуации вы воспринимаете полет своей "птицы" как нечто доступное вашему восприятию в целом. Переживания на этом этапе чаще всего связаны с жутким одиночеством, с единичностью, доведенной до полного самовыражения, ты как бы чистый ноль, находящийся нигде. Но это открывает перед человеком другую возможность. А именно постепенно, путем стабилизации точки самоосознавания в этой пустоте, во-первых, ощущать взаимодействие между субъективной и объективной реальностями, что является, собственно говоря, главным в экстрасенсе в самом хорошем смысле (экстрасенс отличается тем, что он как бы имеет такую точку восприятия, где субъективную и объективную реальности он воспринимает во взаимодействии). Во-вторых, возможность видеть субъективную и объективную реальность как целое. Мир больше не распадается на две противоположности.
В результате этого видения у вас изменяется структура действия, потому что вы видите и как субъективная реальность воздействует на объективную, и обратное воздействие, и как это все непросто. В этой точке идея личного воздействия, то есть действия от лица субъекта, уже не может существовать. Здесь может существовать только идея правильного действия. Здесь появляется понятие "правильного", и сформулировано это в большинстве духовных традиций очень похожими словами: правильное действие совершается в правильное время, в правильном месте и с правильными людьми.
Это психологически абсолютно пустое пространство носит, как многим ни покажется странным, название "Пространство Знания". Поместив свою точку самоосознавания в это пространство, вы делаете доступным себе любое знание, реально необходимое вам в данный момент. Ведь вместе с исчезновением идеи воздействия исчезает и идея запаса, ношения своего знания с собой как некоторого груза. Теперь знания возникают у вас из живого непосредственного восприятия взаимодействия субъективной и объективной реальностей, то есть в каждый момент вы имеете все, что нужно для данного момента.
Вы знаете все, что необходимо вам реально знать, то есть опознавание себя уже идет не через внешнюю обусловленность и не через внутреннюю обусловленность, не через напряжение между субъективной и объективной реальностями, а через знание, открывающееся вам в каждый промежуток времени. Знание становится средством опознать себя реально в данный момент. Зеркало, в которое вы смотритесь с этого момента, когда ваше самоосознавание помещено в пустое психологическое пространство, есть знание, которое реально необходимо вам для данного момента, это знание возникает в вас как бы спонтанно, вы больше не озабочены тем, чтобы хранить его "про запас". В этом закон ситуации, когда ваше самосознание помещено за пределы объективной и субъективной реальностей.
Итак, есть две реальности: субъективная и объективная. Есть самосознание, от точки его положения зависит внешняя и внутренняя обусловленность человека. Внешняя обусловленность - жизнь человека-винтика. Внутренняя обусловленность дает возможность осознать свои границы. Это первый шаг. Затем мы помещаем точку самосознания на границу между объективной и субъективной реальностями и видим их взаимодействие, создаем себя как человека равновесного, целостного. Это второй шаг. Затем помещаем точку самосознания за пределы субъективной и объективной реальностей, и видим, что их противопоставление условное, реальность открывается для нас в своей целостности, неразделенности. С этого момента появляется понятие "правильного действия", действия, не разрушающего целостность реальности. Начинает работать принцип: правильное действие совершается в правильное время в правильном месте с правильными людьми. Оказавшись в Пространстве Знания, человек получает возможность не беспокоиться о том, чтобы хранить в себе знания "про запас". В каждый момент в нем активизируется знание, реально необходимое для данного момента. В этом состоянии человек достигает предельной эффективности своих действий. Ничего не помнить, ничем не смущаться, изменения необходимы и органичны.
Из пустоты к наполнению
Следующая возможность (если вы хотите сделать следующий шаг): сделать совершенно противоположный, казалось бы, ход и перевести точку самоосознавания из психологически пустого пространства в психологически абсолютно заполненное. Это сложный ход. И на этом месте происходит колоссальное разделение, отсев, то есть мало кто это сделает даже из тех, кто может. Почему?
Из прекрасной ситуации в Пространстве Знания вы попадаете в ситуацию психологически абсолютно заполненного пространства, в то самое пространство, которое носит образное название "Пространство Любви", где одномоментно и в динамике присутствуют все и все. И это дано в переживаниях, потому что знать это все невозможно, особенно в динамике.
Пройдя предыдущую стадию, вы уже знакомы с тем, что Пространство Знания - это знание, соответствующее правильному моменту, правильному действию в правильное время в правильном месте с правильными людьми. Если вы делаете следующий шаг и переводите свою точку самоосознавания в психологически абсолютно заполненное Пространство Любви, то теряете знание как таковое, но приобретаете переживание как познание.
Пространство Любви - это такое место, где две вещи - это одна вещь и в то же время две вещи. Вы как бы сливаетесь со всем Миром в том объеме, который вам доступен, и прежде всего, конечно, с живым, и в то же время вы все-таки ощущаете, что это вы слились. Чтобы войти в Пространство Любви, нужно передать право принимать решение своей Душе, а рациональное в этом случае нужно только для реализации этих решений.
В этом месте становится ясно, что нирвана как исчезновение - это соблазн. Это та же смерть, только красивая. Пребывание в Пространстве Любви - это колоссальная нагрузка, потому что та любовь, которая в древних текстах называется божественной любовью, требует очень большого количества душевных сил. Для Души нет правильного и неправильного, есть переживание момента Истины.
Представьте себе, что вы, простой советский человек, получили наконец маленькую однокомнатную квартиру, входите, а она битком набита совершенно незнакомыми людьми, и каждый кричит: "Люби меня! Живи со мной!" - и вы не имеете возможности сказать "нет", потому что вы вошли в это пространство.
Если в Пространстве Знания ваше Я, ваша точка самоосознавания находилась в беспредельной пустоте, вы были один, то в Пространстве Любви вы не имеете вообще никакого места себя поместить, места для себя, только те переживания, в которых вы растворились. Пребывание в Пространстве Любви - это реальный шаг к обретению Веры. Без передачи права решений своей Душе Вера невозможна.
Слово о Присутствии
Последняя возможность, теоретически последняя, то, о чем я могу писать хоть как-то конкретно, - это возможность выйти за пределы абсолютно пустого и абсолютно заполненного пространства. Для себя я назвал это словом "Присутствие".
Прежде чем рассказывать о нем, я напоминаю: в психологически пустом пространстве перед нами проблема воздействия заменяется проблемой правильного действия. В психологически заполненном пространстве - Пространстве Любви - проблемы действия не существует, в нем не может быть действия, там некому действовать от имени меня. Там существует проблема отдачи себя потоку, потоку любви. "Влюбленный в Бога" не действует в том смысле, в котором мы привыкли это понимать. У него нет проблемы правильного действия, неправильного действия, точно он действует или не точно. Он в экстатическом состоянии. У него нет таких категорий действия, он растворен в субъекте своей любви. В этом пространстве действие возможно только как импульс, как резонанс. Импульс найден, все. Никаких других критериев Истины, кроме прибавления энергии или убавления энергии, там нет. Есть импульс, резонанс есть, все, пошел. Как бы безумно это ни казалось.
Если в Пространстве Знания у нас еще есть проблема: правильное время, правильное место, правильные люди, то в Пространстве Любви никаких таких проблем - это пространство веселых сумасшедших. Импульс есть закон. Весь этот путь есть Сошествие с Ума, восхождение к безумству. Но это, оказывается, тоже еще не все.
Если вы в Пространстве Любви не стали просто сумасшедшим, то у вас остается следующий шаг, еще один шаг, еще одно движение. Вы можете вывести свою точку самоосознавания за пределы абсолютно заполненного и абсолютно пустого, тогда вы попадаете в пространство, которое я для себя определяю как Пространство Присутствия, или Всепроникающее пространство. Это очень трудно объяснить словами.
Если говорить на языке христианской традиции: единство Троицы - Бог Сын, Бог Отец, Бог Дух Святой, - это и будет пространство духовного присутствия. (Надеюсь, что мы все помним, что все это происходит в нашем сознании, чтобы у нас не было глюка, неправильности.) И когда вы выводите свою точку осознавания в это пространство, у вас появляется новое отношение к действию. Вместо понятия "правильного действия" появляется понятие "реального действия". Появляется проблема реального действия и понимание того, что реальное действие совершается реальностью, то есть ваша активность сливается с действием реальности и в строгом смысле слова невозможно разделить авторство действия: вы или реальность. Возникает возможность действительно воспринять Мир как часть себя и себя как часть Мира. Это и есть тотальное восприятие.
Когда в этом месте вы будете говорить Я, то вы будете в это вкладывать некий объем, в принципе чуждый тому человеку, который стоял в самом начале пути. Хотя все это происшествие, путешествие происходит в вашей психике. Как написано в "Книге мертвых": "Не забудь! - Все это проекции твоего сознания".
Но что такое сознание? Ваша реальная ситуация в реальном мире изменяется. По мере изменения реальной ситуации вы постепенно понимаете, что преобразование, проведенное в идеальном, психическом, привело к тому, что вы изменили свою ситуацию в мире, свою линию в Мире и свою систему отношений с Миром. И вам уже ничего не нужно: ни Я - другой, ни Я как Мы, ни сложной системы самоотождествления, поддерживания Я как Я, потому что ваше самоосознавание неразрывно вплетено в ткань реальности. Говоря Я или не Я, вы не обнаруживаете этого раздела в самоосознавании.
Вы обнаруживаете принципиально другой способ самоосознавания: не за счет оппозиции Я - не Я. До этого места эта оппозиция везде существует. Но постепенно истончается, и здесь она вообще исчезает как ненужная, в ней нет необходимости. Наступает то резонансное взаимодействие между субъективной и объективной реальностями, в котором вы присутствуете. И это Присутствие и есть вы.
Когда рассказываешь о таких вещах, очень важно, чтобы слова не уводили в красивость, в эстетизм, в эстетическую фантазию, потому что все это путешествие, которое мы мысленно пытались проделать, реально для того, кто его проделывает, это реальное психологическое происшествие, связанное с реальным изменением его ситуации в Мире. И эти ситуации во внешнем окружении воспринимаются очень по-разному.
Но когда и если вы оказываетесь в этой точке, то осознаете, что невозможно туда попасть напрямую, нужно проделать такое путешествие, и в этом причина столь долгого срока пути. Хотя, конечно же, существуют Моцарты, существовали и будут существовать - "Пути Духа неисповедимы". Мы сейчас этого не касаемся. Это отсутствие необходимости даже внутри себя пользоваться оппозицией Я - не Я, Я - Мир, ее ненужность, никчемность. Ведь все, что делала эта штука, уже сделалось и без нее делается, освобождает внутри вас совершенно другие возможности. Освободившись от этой оппозиции Я - Мир, вы имеете возможность быть единым с Миром, не растворяя Мир в себе и не растворяя себя в Мире, то есть возможность быть тотальным.
Я думаю, что это, как минимум, интересно. Во всяком случае, для меня вот в этом обнаружился действительный смысл, хотя и здесь существуют проблемы. "Вдруг" ничего не бывает.

У меня однажды в одной серьезной организации спросили: "Вы что, хотите, чтобы все стали дервишами?" Я ответил: "Что вы? А кто же мне подаяние подавать будет?"
Я думаю, что Мир прекрасен разнообразием. А Путь не для всех, это не так просто.
Я ИЩЕТ РАБОТУ:
УБЕЖИЩА, ПУТИ, ТРАДИЦИИ
Мы выросли в обществе, в котором духовные традиции практически отсутствуют. Знания о духовных традициях пришли к нам в основном из книг, но и они стали доступны недавно. Только некоторые из нас имели возможность встретиться и общаться с живыми носителями традиции, поэтому и возник большой перекос в понимании того, что есть духовное сообщество и что есть сами духовные традиции.
Убежища для усталых
Первый критерий, который мы можем ввести для того, чтобы рассматривать любой вариант совокупности данных под названием "духовная традиция", - это сравнение предлагаемых моделей жизни по уровню сложности. Если модель, которая предлагается в качестве духовной жизни, проще, структурно примитивнее, чем жизнь, которой мы все живем, то эту модель сразу можно отнести в разряд "убежища", то есть некоего специфического Мы, в котором можно ощутить себя в относительной безопасности и быть занятым относительно духовными проблемами.
Использование знаний духовной традиции или специально организованной системы знаний для создания модели жизни, структурно более простой, однозначной, не имеющей внутренних противоречий, указывает на то, что человек не справляется со сложностью внешнего или сложностью внутреннего мира. И, как показывает практика, большинство людей, произнося слово "духовность", имеют в виду именно такую ситуацию. Это очень важно.
Использование духовной традиции, духовной культуры в качестве убежища и является наиболее распространенным вариантом. Оформляются эти варианты обычно с помощью самой разнообразной мотивации: стремление к самосовершенствованию, восхождение "к чему-то небесному" или, наоборот, нисхождение "к чему-то сатанинскому". Независимо от мотивационного оформления, от того, во имя чего и зачем, при анализе обнаруживается, что человек пытается создать себе или психологическое, или практическое жизненное убежище. Он упрощает свою внешнюю ситуацию за счет специально организованного внешнего мира (например, секта, община) или свою внутреннюю организацию за счет создания внутренне непротиворечивого, структурно простого мира, тем самым уходя от напряжения, сложностей и противоречий - и в любом случае оказывается в убежище. Чаще всего оправданием такого "ухода" служит такой мотив, как самосовершенствование.
Если спросить любого человека, который объявил себя духовным искателем: что такое жизнь в духовности? Как он себе это представляет? - то он нарисует очень простую картинку, организованную по очень простым правилам, и чаще всего это будут правила самоограничения или правила канонической формы. Все. Реального конкретного содержания, которое любой человек передает, когда рассказывает о своей жизни, вы не услышите. А поскольку нужно как-то построить ценностную структуру этого упрощенного мира, то создается сверхценностная идея.
Сверхценностью, как правило, становятся переживания. Все содержание духовности как убежища сводится к "особым переживаниям", которые объявляются сверхценностными, или же к переживаниям общения, к простой, ясной структуре общения по принципу: все мы хорошие, все мы любим друг друга, все мы мирные, тихие. Необходимость убежища осознается как со стороны рационального знания, так и со стороны духовной традиции. Есть целая категория людей, которые нуждаются время от времени в такого рода убежищах, и поэтому эти убежища существуют, существовали и будут существовать.
Но когда человек, претендующий на серьезное отношение к традиции, к духовному сообществу, пытается свести к убежищу всю задачу духовной традиции - это просто выдает его незнание. Если бы это было так, то есть если бы столь структурно упрощенная духовная жизнь была возможна, то духовное сообщество давно бы перестало существовать. Оно бы сохранилось просто как абстрактная идея или в виде отдельных общин, которым большее или меньшее время удавалось бы существовать, но производить ту продукцию, которую человечество получает от духовного сообщества, они бы не смогли.
Работа и Путь в традиции
Первым разграничением между духовным убежищем и духовной традицией как таковой является понятие работы и Пути. Подлинным содержанием духовной традиции, естественно, является движение к истине. Любая духовная традиция, в какой бы форме она ни представала перед нами, прежде всего является предложением ПУТИ к истине. Основной ценностью любой духовной традиции является истина в том качестве, в котором она в соответствии с принципом времени, места и людей определяется.
Любая живая духовная традиция содержит в себе рефлексию о том, что достижение истины есть самая сложная из всех сложных задач, которые человек может поставить перед собой. Естественно, что сам ПУТЬ и жизнь в этом Пути содержит огромное количество деталей, конкретного содержания, конкретных противоречий, опасностей, соблазнов, спадов, подъемов. Описание этого Пути содержит не меньшее количество подробностей, эмоций и т. д., чем описание любой жизни вне традиции. Это первый разделительный рубеж.
Если в убежище истина как достижение только декларируется, а основными ценностями являются моменты переживания и сопереживания, то в духовной традиции как таковой, на Пути, существует лишь единственная ценность - истина. Единственная цель - реализация этой истины в человеке. Все остальное обесценивается. Иногда это обесценивание, при неправильном понимании технологии, отсутствии достаточно полного знания, приводит к таким срывам, как глубинный цинизм, деструктивные влияния на человека и т. д. и т. п. Путь полон опасностей. Эти опасности и эти препятствия, преодоление их, а также сопутствующие переживания и сопутствующее открытие в себе каких-то способностей, возможностей - все это обесценено тем, что единственная ценность, осознаваемая как смысл, к которому все устремлено, собрано, сконцентрировано, - это истина, в той формулировке, которая принадлежит данному духовному учению.
Поскольку ПУТЬ продолжителен, то существует огромный разброс между людьми: одни находятся в этом месте, другие в том, есть остановившиеся, движущиеся, движущиеся назад, непрошедшие, погибшие, живущие... Духовный Путь - это огромный Мир со всеми признаками живого, конкретного, а не абстрактное "вообще". Этот Мир не переносится в книгу.
Книги учений духовных традиций, как правило, содержат в себе выжимку, кристалл, то есть формулировку истины, как она формулируется в данной традиции. Иногда более или менее полно излагается структура ПУТИ (то есть основные этапы) и некоторое количество технологических знаний, которые данная традиция считает возможными для передачи в тексте или через текст. Чаще всего текст предназначен для работы с ним, а не просто для "познавательного" прочтения.
Когда вы сталкиваетесь с материалом, который по всем своим признакам не принадлежит к этой жизни (то есть к жизни Великого Среднего), то прежде всего следует сориентироваться - что вы сами ищете и что вам предлагают: убежище, где первый признак - это простота, структурная обедненность, отсутствие конкретики, максимальная абстрагированность, или Путь. Путь - это ключевое слово, он изначально подразумевает протяженность во времени, отсутствие гарантий того, что цель будет обязательно достигнута, а также всякие сопутствующие сложности, требующие работы, руководства инструкторов, учителей, проводников и т. д., требующие для своего осуществления огромной структуры под названием "духовное сообщество", сообщество живых носителей традиций.
Не к себе, а к истине
Второй критерий очень интересен, на мой взгляд. Он состоит в том, что наличие такой мотивации, как самосовершенствование, указывает на непричастность предлагаемого знания к реальной духовной традиции. Из предыдущего ясно, что духовная традиция как Путь не может предложить идею самосовершенствования - она может предложить идею постижения истины, слияния с истиной, становления истины, то есть состояния, когда бытие субъекта и бытие истины становится тождественным, но она не может предложить идею самосовершенствования как таковую. Это очень важно.
Правда, возможен вариант, когда людей заманивают самосовершенствованием, понимая, что другая мотивация им просто недоступна. Поэтому предлагается некая система самосовершенствования с расчетом на то, что некоторая часть людей, вовлекаемая в идею совершенствования, потом обнаружит в себе более глубокую мотивацию. Или же дело действительно в том, что в предлагаемом знании от духовного сообщества осталась только внешняя оболочка - словесная или формальная. По существу, к духовной традиции это не имеет отношения.
Между идеей постижения-преображения и идеей самосовершенствования лежит пропасть. Это совершенно разные вещи. Если мы встречаемся с материалом, опирающимся на идею самосовершенствования, то в лучшем случае перед нами продукт, созданный в духовной традиции и отданный на всеобщее пользование.

Вот один из последних свежих примеров: сейчас в психотерапии у нас и у американцев в особенности стала модной "самая современная и прогрессивная" методика под названием "нейролингвистическое программирование". Эта методика - часть одного из буддийских путей. Когда-то этот материал был секретным и сугубо эзотерическим, сейчас он оформлен в приемлемой форме и существует в психотерапии. Всем известна аутогенная тренировка. Это материал, разработанный в Раджа-йоге. Хатха-йога, которую печатают в наших журналах, имеет отношение к живой традиции Хатха-йоги только как продукт, произведенный этой традицией. Потому что если Хатха-йога путь действительно духовный, в чем у нас нет оснований сомневаться (хотя нет и особых оснований утверждать), то он не может предложить идею самосовершенствования. А если мы покопаемся, через кого пришла эта "наша" Хатха-йога и что там написано в этих книжечках, то мы увидим, что в них изначально заложена лишь столь популярная идея самосовершенствования.

Каков смысл такого продукта? Первое - это помощь, товар, которым в соответствии с законом "время, место, люди" духовное сообщество обменивается с Великим Средним, внутри которого оно находится. Это результаты исследования, результаты работы. В духовном сообществе существует свое понимание работы, свое понимание продукции. Здесь все сосредоточено на человеке, на человеческом бытии и на взаимоотношении между человеком и реальностью, между человеком и истиной. А поскольку духовное сообщество тоже часть человечества, то продукты усовершенствованных технологий, поисков, знаний поступают контролируемо или иногда неконтролируемо в Великое Среднее и входят в оборот общей жизни.
Таким образом, мотивация указывает на то, что же конкретно предлагается: убежище или ПУТЬ. Мотивация, сформулированная как идея некоего самосовершенствования, явно указывает нам на технологический продукт. Это важно помнить. Никакого совершенствования в духовной традиции нет. Происходящие изменения могут для постороннего наблюдателя выглядеть как совершенствование, но внутри самой традиции нет ни такой формулировки, ни рефлексии, поскольку единственная цель - постижение-преображение. Трансформации, которые происходят при этом, необходимы для того, чтобы произошло постижение-преображение, они побочный продукт, следствие прохождения определенных этапов и не являются даже временной целью, потому что совершенна только истина.
Живые традиции - традиции живых
Третий критерий связан с полным отсутствием у нас непосредственного соприкосновения с живыми носителями традиции. Мы выросли в обстановке гонения и искоренения любых проявлений деятельности духовного сообщества, поэтому наше представление о живом носителе традиции - это лубочная картинка или в лучшем случае художественный образ, очищенный от своей конкретности.

Ну, скажем, скульптура Будды. И то если подробно порасспрашивать людей, как они себе представляют Будду, то выяснится, что даже скульптуру они видят не полностью. Масса людей совершенно не помнит, что Будда в большинстве скульптур полный. А по некоторым пониманиям даже, страшно сказать, толстый. А Лао-Цзы так просто пузатый, толстячок.
Привычка относиться к живому носителю традиции как к памятнику, как к неживому напоминает мне историю, которая произошла с Роденом.
Роден хотел поставить памятник обнаженному Бальзаку, считая, что этим он передаст суть Бальзака, его гения. Однако ему не удалось это доказать заказчикам, пришлось одеть Бальзака в балахон, и исчез замысел, исчез живой конкретный Бальзак Родена, и остался Бальзак "вообще".

Так и мы с вами можем пройти мимо живого носителя традиции, он для нас неопознаваем. Если же он опознаваем, то есть он полностью соответствует нашему художественному образу, то это, как правило, шарлатан. Это естественно, потому что шарлатан знает, в каком виде надо предстать. Очень редко это человек, который специально работает над образом, как, скажем, Раджниш, который на втором этапе своей работы стал использовать особые костюмы, театр, создав такой образ, который помог ему еще больше спрятаться, спрятаться за опознаваемость.
В принципе, живой носитель для нас неопознаваем. Поэтому мы бросаемся из крайности в крайность. Те из нас, кто столкнулся с суфийской традицией, готовы видеть суфиев в каждом сумасшедшем, в каждом пьяном. Потому что - а черт его знает? Когда ты уже понимаешь, что у тебя ноль знаний, тогда ты готов на все. Оборотная сторона незнания - или памятник, или уже кругом кишмя кишит... Подлинные же носители традиции, независимо от того, к какой конкретно традиции они принадлежат, опознают друг друга совершенно свободно. Наше незнание плюс существование внутри общества, в котором просто нет возможности получить навык опознавания таких людей, привело к совершенно иллюзорному представлению о том, как выглядит живой носитель традиции. А вариантов - миллион.
Насколько по-разному выглядят люди, настолько по-разному выглядят и носители традиции. В силу незнания в нашей культуре, в нашем сообществе, как нигде, распространена шизофренизация духовной идеи. Поиск абстрактных наставников чаще всего приводит к тому, что начинаются "глюки", появляются "небесные женихи", "учителя небесные" в экстазах, во снах, в так называемых "медитациях". Естественно, мы не можем отбросить тот факт, что один раз на тысячу или на десять тысяч действительно может произойти такое проявление реальности. Но в большинстве случаев это элементарный процесс шизофренизации личности, и обычно он заканчивается если не в психушке, то постановкой на учет в ней же.
Какой же выход из этой ситуации? Выход, как всегда, в том, чтобы признаться в своем незнании. Прежде всего. Признаться в том, что мы не имеем ориентиров для этого. Если мы попытаемся создать какой-то совокупный образ, то, во-первых, он будет усредненный, во-вторых, идеализированно абстрагированный и лишенный своей конкретности. Абстрактные люди не живут. Абстрактные люди - это памятники или плод воображения. Поэтому люди с огромной легкостью ловятся в сети шарлатанов и совершенно с той же легкостью проходят мимо истинных носителей традиции. Человек, живущий в глубинке Средней Азии и сталкивающийся всю жизнь с детства с различными проявлениями духовного сообщества, отличит пира (канонического Учителя) от суфийского мастера.
Он ориентируется, он видел разные варианты. Мы с вами не видели их, поэтому мы опираемся на то, что слышали, читали, то есть на сохранившуюся в минимальной степени религиозность культуры - в основном на классические религиозно-церковные образы. Это третий источник грандиозной путаницы.
Три критерия отличия убежища
от традиции
I критерий - разница между убежищем как структурно-упрощенным вариантом жизни и ПУТЕМ реальной духовной традиции, который всегда труден, долог и так же полон всевозможных конкретностей, как и любая жизнь. В убежище - смещение ценностей на переживание, а в ПУТИ одна сверхценность - это истина.
II критерий - мотивационная разница. В истинной духовной традиции не может быть такой мотивации, как самосовершенствование, и всякий материал, в котором самосовершенствование выступает в качестве ведущей идеи, есть в лучшем случае продукт какой-либо духовной традиции.
III критерий - наше абсолютное незнание того, в какой форме может выступить живой носитель традиции. Отсюда попытка искать канонический образ, абстрактный образ и, самое страшное, - бестелесный образ. Для нас это самое страшное. Для индуса, йога искать внетелесного гуру логично, он с телесными общался очень много. Его внетелесный гуру - это или идея, или абсолютно конкретное существо. Если вам повезет и вы прочитаете подробное описание визуализаций этого самого гуру, то вы увидите такое огромное количество всевозможных конкретностей, что только для разучивания того, что до2лжно увидеть, нужно несколько лет. Это движется, это живое, а чтобы вызвать "глюк", ничего знать не нужно, "глюк" - он и есть "глюк".
Духовное сообщество и Великое Среднее
Следующий аспект - отношения между духовным сообществом и Великим Средним. В этих отношениях есть много разных ступеней, переходов и, естественно, нет жесткой границы - вот духовное сообщество, а вот все остальное человечество. Представлять себе это так - значит поставить мысленный эксперимент, который проделал Г. Гессе в своей книге "Игра в бисер", где "духовная провинция" резко отграничена, где все формализовано.
Но духовное сообщество построено прежде всего по принципу так называемого "незримого колледжа", если пользоваться нашими европейскими определениями. Принадлежность к духовному сообществу не есть принадлежность социализированная. Это не обязательно монастырь, это не обязательно какая-то одежда или значок. Прежде всего это другая жизнь, по другим принципам построенная. И естественно, чтобы жить этой жизнью, нужно быть другим. Поэтому градации вхождения в эту другую жизнь - разные.
В чем принципиальное, основное отличие между жизнью в Великом Среднем и в духовном сообществе? Как ни странно, последняя выглядит беднее. (Эта бедность, кстати, и дает почву для абстрагирования.) Чем она беднее? Тем, что в ней отсутствуют захват или экспансия. Сценарий жизни в духовном сообществе не включает в себя захват территории. По существу своему, но не обязательно в материальном смысле, духовная жизнь беднее, то есть она менее разнообразна в своих вариантах.
Почему? Потому что в первой части сценария жизни в духовном сообществе полагается целевое бытие (все ваши поступки ориентированы по принципу: приближает меня к цели, удаляет меня от цели). Люди, живущие целевым бытием, одержимые, целеустремленные, но не фанатики. Хотя провести эту грань бывает очень трудно - был Циолковский фанатиком или нет? Различить удается обычно по результатам. Произвел какую-либо продукцию - значит, не фанатик, а целеустремленный. Ничего не произвел, а просто впал в паранойю - фанатик. Не случайно люди, живущие в Великом Среднем по принципам целевого бытия, вызывают особое чувство: с одной стороны, ими восхищаются, с другой - они вызывают реакцию избегания.

Мой любимый пример: студент-выпускник, будущий скульптор, на вопрос: "Хочешь ли быть таким скульптором, как Микеланджело?" - не задумываясь, ответил: "Да", а на предложение: "Ну, живи тогда, как он", - ни секунды не медля, сказал: "Нет! Что, я сумасшедший, что ли?!"

Мы принимаем их продукцию, но не образ их жизни. В духовном сообществе целевое бытие полагается изначально, а целевое бытие - бедное бытие. Богатым, в смысле многообразным, оно становится постепенно, достижение высшей точки возможного для целевого бытия богатства означает, что наступило время от него отказываться. Наступает время следующего этапа, следующей большой главы сценария жизни в духовном сообществе - время целокупного бытия (когда все ваши поступки и выборы не должны разрушать резонанс между субъективной и объективной реальностями; а мотивация достижения сменяется мотивацией постижения; движение осуществляется от смысла к смыслу).
Эти основные первоначальные этапы сразу резко отделяют сценарий обычной жизни от сценария жизни в духовном сообществе. Естественно, что здесь и происходит отбор. Членом духовного сообщества, по определению, может стать только тот человек, который реализовал целевое бытие и сумел отказаться от него на высшей его точке. Практически это и есть вход. Отказ - это и есть вход. Переключение происходит за счет осознавания, что та часть ПУТИ, которая построена на принципах целевого бытия, закончена и теперь продвижение возможно только за счет реализации принципов целокупного бытия.
Естественно, что любой член духовного сообщества, как минимум, выглядит асоциальным, по той простой причине, что, не имея социального разрешения, он реализует свое социальное бытие по сценарию, который Великое Среднее заготовило лишь для великих, знаменитых, как исключение. Члены духовного сообщества сразу начинают жить по сценарию, разрешенному Великим Средним для таланта. В этом сценарии тоже предусмотрено, что в начале ПУТИ, пока еще нет продукции, талант пинают со всех сторон. Он тоже асоциален. Все основные опасности содержатся на первом этапе - этапе целевого бытия.
Почему? Потому что очень легко создать пародию на целевое бытие, используя его особенности для самооправданий. Для того чтобы различить целевое бытие из духовного сценария и видимость целевого бытия - годится тот же критерий упрощения или усложнения жизни. Он помогает обнаружить разницу довольно быстро и спокойно. В духовной традиции целевое бытие - это очень трудный путь, это фаза восхождения. Она связана с большим напряжением не только внутренним, но и внешним. Происходит постоянное усложнение, нарастание трудностей как во внешнем Мире, так и во внутреннем. Чем дальше, тем сложнее, чем дальше, тем труднее. Поскольку этот принцип совершенно противоположен обещаниям торговцев "духовностью" - чем дальше, тем легче, по принципу гарантированного будущего, - то естественно, что сам он и служит критерием отбора и различения.
Никакой таинственности не надо - сам принцип производит отсев. Те, кто не в состоянии следовать этому принципу, оказываются не в состоянии осуществить следующий шаг, и все. Поэтому никакой особенной "лапши", никакой театральной декорации на тему таинственности и недоступности не нужно. Это и без того тяжело, тем более что в силу реальных причин то и дело возникают дополнительные напряжения, связанные с усталостью, со всякими, условно говоря соблазнами.
Жизнь Великого Среднего, поскольку ты находишься внутри нее, не в специальных условиях, размывает тебя, затягивает в свою налаженную колею. Сама по себе жизнь прекрасна и в обычном варианте, она действительно прекрасна, если к ней творчески относиться, если быть в ней духовным в обычном смысле слова человеком. Она настолько многообразна, дает огромное количество радости, творчества - чего хотите, все можно найти. А тут предлагается бедная жизнь, особенно в первой фазе - очень бедная, однонаправленная. И поэтому здесь очень сложно.
Другой вариант возникает, когда кто-либо сталкивается с традицией, где создается специальная ситуация, скажем, монастыря, на время или навсегда. Традиция развивается внутри замкнутого социума, по определенным правилам - там, конечно, все несколько иначе. Но и там проявляется тот же принцип - не всякий послушник оказывается способным реализовать себя. Далеко не всякий. Каждый человек - штучный человек, единственный - это основной принцип духовности, и поэтому невозможно создать структуру, гарантирующую одинаковое достижение всем.
Идея уравниловки в духовности возникнуть не может. Она опровергает исходный тезис познания духовного - каждый человек, взятый в его тотальности, есть неповторимость. Конечно, у него есть какие-то элементы, которые совпадают частично с элементами других людей или взаимно перекрываются, но по сути - конкретный человек есть уникальность. А раз уникальность, то не может быть одинаковых результатов. Поэтому знание, которое духовное сообщество добывает и реализует в различных практиках, резко отличается от того знания, к которому мы с вами привыкли. Привычное знание предназначено для массового человека, оно имеет дело со стандартом. Человек произведен по определенным правилам социализации, и эти правила делают нас более или менее похожими. У нас нет знания, предназначенного для штучности.
Существование духовного сообщества
Каким же образом духовное сообщество, несмотря на все эти сложности, умудряется существовать в течение тысячелетий и даже в наше время? Из-за растущей государственности, монополизации наше время - наиболее суровое для духовного сообщества. Почти везде разрушены традиционные механизмы отбора, вовлечения, возможности свободного нахождения духовного источника, свободного самоопределения в этом, свободного входа-выхода. И жатва не столь обильна, а работников еще меньше.
Каким же образом оно существует? Почему человечество в своем глобальном инстинкте или саморефлексии все-таки как-то сохраняет это ощущение, знание, предчувствие - по-разному в разных местах и разных временах - необходимости существования духовного сообщества? Можно сказать, что духовное сообщество - это такой институт человека, который человечество содержит на протяжении всей своей истории.
Во все времена, во всяком случае во все исторически фиксированные времена, существовало духовное сообщество, занимавшееся человеком и его взаимоотношением с реальностью. Вот это и есть институт человека. И поэтому духовное сообщество существовало, существует и будет существовать. Это часть человечества, профессионально занимающаяся человеком. И если бы мы имели возможность проследить, как духовное сообщество выдавало свою продукцию на протяжении истории человечества в Великое Среднее, мы бы увидели, что оно сыграло колоссальную роль в истории человечества.
Мало того, уже где-то на рубеже той и этой эры, скорее даже в V-IV веках до н. э., духовное сообщество отрефлексировало невозможность переносить свои законы на все человечество и требовать от него такого пути развития. Оно уже осознало специфику того, что это другая жизнь, - уже в V-IV веках до н. э. произошла саморефлексия, уже тогда. А ведь саморефлексия - это серьезная штука. Великое Среднее только начинает процесс осознания себя как единого человечества за счет того, что создало глобальную проблематику, затрагивающую всех, - атомную опасность, экологический кризис, информационные глобальные сети и т. д. А в духовном сообществе эта рефлексия произошла, как минимум, две с небольшим тысячи лет тому назад.
Необходимость содержания духовного сообщества несомненна. Вы ведь сами понимаете, что если бы это не имело смысла, то в ходе исторического процесса оно уже давно бы погибло. Это не так сложно сделать как в отдельно взятой стране, так и во всех остальных вместе взятых, если бы это был вопрос формальный. Но поскольку это вопрос не формальный, это вопрос жизни человечества, то духовное сообщество существовало, существует и будет существовать. Это и есть институт человека, и когда мы сейчас слышим о том, например, что расширяется использование нетрадиционной медицины, - это смешно. То, что мы называем традиционной медициной, существует совсем недавно, а то, что мы называем нетрадиционной, является действительно традиционной и существует тысячелетия. Такое восприятие традиции отражает сдвиг оценки, который у нас есть, это естественно. Мы выросли в такой культуре, но люди, всерьез интересующиеся проблемами духовного пути, духовного сообщества, должны осознавать этот момент.
Источники традиций
Как и во всяком другом деле, как и во всякой другой профессии, и в духовной традиции есть период голого энтузиазма под названием неофитство, есть период, когда это все работает на самоутверждение личности или индивидуальности. Этот период освоения специфической информации, получения каких-то специфических навыков, чтобы занять свою территорию в социуме, утвердиться в качестве неповторимого элемента этого социума. И, как в любой профессии, так же неумолимо наступает момент выбора, когда ты становишься профессионалом или потихоньку бросаешь это занятие и остаешься любителем до конца дней. Это уже вопрос привязанности, любви, какой-то такой внутренней необходимости...
Поэтому существует знаменитый и столь часто мною повторяемый, ставший уже риторическим вопрос: куда деваются духовные искатели после тридцати пяти лет? Никуда они не "деваются", они просто начинают жить обычной жизнью, выяснив для себя окончательно, что другая жизнь их по каким-то причинам не устраивает. Это естественно, в этом нет ничего обидного. И если человек это осознает, то он все богатство, которое получил, пока ему удавалось жить двумя жизнями одновременно, прекрасно реализует в своей жизни и становится источником радости для окружающих и примером радостного, творческого, глубокого отношения к жизни, одухотворения ее.
Если он этого не осознает, если в нем гордыня по-прежнему бушует, то, естественно, он начнет все топтать, быть "анти" - бороться, разоблачать, короче говоря, не будет жить толком ни в этой жизни, ни в той. Хотя эта жизнь включает в себя борьбу и разоблачение, чего совершенно нет в духовном сообществе, потому что такие глупости просто недопустимы для взрослых людей. Вообще духовное сообщество - это сообщество взрослых людей, в том смысле, о котором мы с вами не раз говорили: в смысле личной ответственности, беспощадного реализма, беспощадной устремленности. Это сообщество взрослых людей в полном смысле этого слова, поэтому там такие глупости уже не проходят. Человечество в целом, условно говоря, пребывает сейчас в возрасте подростковом, когда саморефлексия только начинается. Когда наломал столько дров, что повезло, если проскочил, а те, кому не повезло, - те выпали в другую, меньшую часть человечества, то есть в колонии и исправительно-трудовые учреждения или в больные, в брак социализации. А духовное сообщество уже, можно сказать, в солидном, зрелом возрасте. В возрасте взрослого человека. Но я бы не сказал, что это старческий возраст. Можно сказать, что приблизительно возраст сущностный, если соизмерять с человеческим возрастом - в пределах 35-40 лет. Тут не надо преувеличивать.
В многочисленных убежищах стало принято преувеличивать - "тысячелетние учителя". Это все совершенно ни к чему в духовном сообществе, духовное сообщество гораздо трезвее. Его романтизм беспощаден и поэтому напоминает трезвость обычной жизни и предельный реализм, я бы так сказал, который нам кажется чем-то вроде кощунства или жестокости. Для подросткового романтизма такая оценка беспощадного реализма естественна.
Каждая традиция создает определенные структуры, связанные с источником, то есть с возможностью прихода людей в традицию с целью обучения и, естественно, со всевозможной работой, связанной с добыванием знания, его обработкой и передачей той части знания, которую считает необходимым передать данная традиция в использование Великого Среднего, и т. д. Кроме того, духовное сообщество есть живая цепь, поэтому оно не может состоять сплошь из одиночек в глобальном смысле этого слова. В нем одномоментно присутствуют все: и те, кто только подошел к порогу, и те, кто уже завершил свой путь. Это естественно.
Кроме того, жизнь традиции, которая связана только со своим замкнутым социумом, типа монастырского или общинного, связана с обеспечением этого социума. Жизнь традиции, которая растворена, то есть не имеет своего отдельного социума, связана с проблемами нахождения внутри общего социума. Это масса всевозможной работы. В каждой традиции очень немногие посвящают себя исключительно исследовательской работе в областях, находящихся "за концом пути". Чаще всего это происходит параллельно. Понятие "одиночка" в этом случае употребляется не в привычном смысле - человек, который живет отдельно и ни в чем не нуждается, а в том смысле, что этот человек не только осознал, но и реализовал свою штучность. Одиночка он в этом смысле.
Не нужно переносить это понятие автоматически из одной жизни в другую. В некоторых традициях есть, конечно, классическое одиночество - отшельник, замкнутый, вообще не выходящий на контакт с людьми, но это очень редко. Безумно редко. Гораздо реже, чем мы можем предположить. Об одном таком одиночке рассказывают, что раз в год на один день он все-таки появляется среди людей. Сам я этого не видел, но по рассказам - это самое большое одиночество, которое мне известно. И то мы ведь не знаем, как выглядит его одиночество, реально, конкретно. Внутренне он совсем, может быть, не одинок, наоборот. Если в нашем обычном понимании говорить, то он как раз гораздо менее одинок, чем все остальные люди. Если традиция растворена в социуме, тогда возникают сложности внутреннего общения. Кроме того, традиции взаимодействуют между собой.
"Большая птица летает в одиночку и в обществе себе подобных не нуждается" (Р. Бах). Мысль, заключенная в этой фразе, противопоставлена понятиям одиночества и неодиночества в обыденном, общераспространенном смысле этих слов. С точки зрения стороннего наблюдателя, можно, конечно, и так сказать, но изнутри это выглядит совсем по-другому. Само чувство причастности к духовному сообществу - это уже очень много, а через него - причастности к жизни человечества как целого, когда это становится реальностью, конечно, а не абстракцией.
Духовное сообщество не над человечеством, не под человечеством - но вместе с человечеством. Это принципиально важно. Очень важно. Конечно, в духовном сообществе, как и во всякой жизни, случаются различные инциденты. Но это болезни роста. Духовное сообщество не осознает себя учителем человечества, хотя может иногда пользоваться такими аллегориями для мотивационных целей. Оно есть специфический орган этого тела, тела человечества.
Для того чтобы хоть как-то понять ситуацию, нужно избавиться от идей о сверхцивилизациях, об учителях, наставниках человечества. Нужно видеть людей, которые делают свое дело, работают. У них принципиально другой сценарий жизни в силу их специфической задачи. Я еще раз повторяю: духовная жизнь беднее по определению. Не проще, но беднее, менее разнообразна. Она менее разнообразна, но более сложна, потому что изначальная посылка создает предельную сложность. Эта посылка заключается в том, что каждый человек штучен. В этой сложности причина возникновения таких течений, в которых присутствует власть именно в силу штучности каждого: "Я более развитое существо, я могу тобою управлять, значит, я имею на это право". Это так называемое черное, или сатанинское, крыло.
Власть вписывается в социум. Но власть создает и ограничение в силу конструкции человека, поэтому рано или поздно человек, идущий по пути власти, опираясь на ту же штучность, то есть "благородно" идущий по пути духовной власти, открывает это ограничение. Иногда он открывает его вовремя, и тогда он в состоянии трансформацию продолжить, иногда он открывает его поздно, тогда момент трансформации упущен. Но если вы встретитесь с высококвалифицированным человеком, идущим по пути духовной власти, вы всегда сможете обнаружить, имея возможность общения, его саморефлексию по поводу ограниченности, создаваемой самой властью как таковой. Само наличие стремления к духовной власти создает в сознании и психике человека определенный конфликт, существование которого ограничивает возможности духовной реализации. Поэтому наличие такого стремления может быть признаком определенного момента развития, момента пути, или того, что человек попался на сидху, особую возможность духовной власти.
Притязания, организующие традицию
Духовное сообщество организуется своими отношениями с реальностью, по определению. Если в качестве единственной ценности выдвигается постижение истины, то истина есть реальность или же часть ее - это зависит от традиции, от уровня ее притязаний. Этим притязанием организуется и сама традиция. Работа принципа реального действия заменяет принцип социальной кооперации деятельности, поэтому духовное сообщество не испытывает необходимости в социальном структурировании "своих рядов".
В традициях, которые создают замкнутые социумы, конечно, есть иерархия, это естественно, социум без иерархии не существует в силу закона о кооперации. Но в целом доминирует принцип незримого колледжа, мы разбросаны по миру, но работаем над одной темой, и время от времени необходимо информацию передавать, обмениваться ею. Этим объясняется феномен мгновенного опознавания между членами духовного сообщества. Следует понимать, что когда мы говорим о возрасте духовного сообщества, о том, что оно старше, то имеются в виду не социальные категории: ребенок, подросток, взрослый. Мы говорим о взрослости в смысле саморефлексии, способности к организации структуры своей жизни как взрослой, то есть со всей полнотой ответственности.
Сценарий жизни, по которому живет большая часть человечества, ограничивает отношения с реальностью набором фиксированных конвенций и даже дифференцирует эти отношения по социальным слоям, по иерархии знания, по иерархии власти. Не нужно переносить этот принцип на реальность как таковую - это важный момент. Ведь если бы не было этого ощущения самой реальности, то и не было бы пищи для духовного сообщества. Тогда нужно было бы работать над проблемой личного бессмертия, для того чтобы сохранить духовное сообщество, потому что не было бы притока в него.
Духовный зов
Зов реальности - это и есть духовный зов. Наступает момент, когда человек вдруг начинает искать другую жизнь. Иногда это действительно так, иногда это просто неудовлетворенность социальной позицией, своей персональной судьбой или еще чем-то. Но если это духовный зов, то это всегда зов реальности. Тогда человек выглядывает как бы за пределы сценария жизни. Не случайно многие люди говорят о том, что это с ними случилось после столкновения со смертью. Импульс к поиску дало нахождение на пороге смерти, или смерть какого-то близкого человека, или просто зрелище любой смерти, или размышление о ней.
Почему? Потому что это как бы принудительное выглядывание из своей трубы, из потока жизни (вынырнул человек и вдруг что-то там увидел), часто такой импульс связан с черепно-мозговой травмой. Почему? Мозг мобилизуется, происходит сверхкомпенсация на преодоление травмы, и в этом сверхвозбужденном состоянии сознание начинает открывать в себе самом какие-то новые возможности. За счет сверхстрессового состояния самого мозга. Похожий сверхстресс бывает в ситуации столкновения с живым носителем традиции. Это всегда по-разному. Но в любом случае мы можем говорить о том, что произошел контакт с реальностью, не заслоненной сценарием жизни - не только личной, а и всеобщей жизни людей.

Среди американцев был проведен большой опрос по поводу мистических переживаний. Каждый пятый из опрошенных ответил, что это у него было в жизни и это было самое замечательное, прекрасное, но каждый второй из тех, кто имел такое переживание, сказал, что не хотел бы, чтобы оно повторилось. При всей положительной его оценке.

Есть еще один мало изученный момент: почему одного человека неизвестное привлекает, а другого пугает, почему в одном человеке доминирует исследовательский рефлекс, если проводить аналогию с животными, а в другом - охранительный.
Вот, скажем, крысы. Одна из них бежит к кормушке - и все, а другая видит дырку сбоку, за которой неизвестно что, забывает про кормушку и лезет в эту дырку. Почему в ней доминирует исследовательский рефлекс? Похоже и с людьми. Некоторые, столкнувшись с неизвестностью, захотят выяснить, что там, а некоторые захотят отгородиться, создадут дополнительные механизмы психологической защиты, чтобы вытеснить это впечатление или это ощущение.
Путь в духовное сообщество, как известно, - дорога без возврата. Это тоже нужно знать, потому что происходящие на духовном пути трансформации - это действительно трансформации, в обратном порядке они, может быть, и возможны, но опять как сознательное действие. Нужно понимать, что можно быть и непрофессионалом в духовном сообществе, можно быть содействующим, относящимся к этому уважительно, помогающим. Там, где традиции еще живы, где это вплетено в культуру, "божьих людей" всегда принимают, кормят. У нас это немножечко иначе, поэтому в нашем регионе распространяются широко только те традиции, которые имеют знания о том, как реализовываться в обстановке отсутствия традиционной культуры. Это очень сложно, это творческая задача для духовных традиций.
Заканчивая, я хочу вам еще раз напомнить, что Путь - всегда надолго, намного. Это принципиально важно. Если человек об этом забывает, то начинает дергаться и делать всякие глупости. Я везунчик, с нашей точки зрения, в том смысле, что у меня от встречи с учителем до окончания Пути прошло всего двадцать лет, и это очень счастливый вариант. Нужно хорошо помнить, что это трудная профессия, и ничего зазорного нет, если вы не станете профессионалом. И не надо злиться и дергаться - все это гордыня.
Путь для каждого штучного человека имеет свои штучные особенности, и это вопрос не только учебы и наличия квалифицированного инструктора, это еще и вопрос качества устремленности. Практически, совершенно правы те книжки, в которых сказано, что главный Учитель - это ты сам, тот, кто в тебе. Та устремленность, которая есть в тебе. Если она сопровождается разумом, если в этом нет экзальтации и жажды чего-то "сверх-сверх... и как можно быстрее", то вы пройдете столько, сколько... я бы сказал - захотите, понимая устремленность как хотение. А ведь это очень просто, каждый из вас может набраться немного решимости и посчитать, сколько хотения он тратит на это, на это, на то... И, соответственно, какой результат он может получить. Можно посчитать деятельность, но это не так просто, потому что бывает и скрытая деятельность, и трансформированная деятельность. А вот хотения можно посчитать. Обычно когда человек говорит: "Я все время об этом думаю" - это означает от тридцати секунд до полутора минут в сутки в среднем.
Так что, если есть долгосрочная устремленность, в Путь!
И дай вам Бог удачи.
Часть вторая
Я В ПУТИ
ДУХОВНЫЕ ПУТИ
Я попытаюсь рассказать о духовных учениях, о том, на какие они делятся категории. Но заранее предупреждаю, что, естественно, такая классификация, такой подход - это мое личное мнение, а если мое, то, естественно, и той традиции, к которой я принадлежу. Поэтому прошу воспринимать сказанное не как истину в последней инстанции, а как некоторые итоги тридцати лет работы.
Убежище для кого?
Прежде всего нужно усвоить, что у каждой живой духовной традиции существует убежище. Убежище предназначено для людей, которые думают, что они хотят духовного Пути, а на самом деле ищут просто защиты.
В чем отличительный признак любого убежища в любой традиции? В том, что структурно и описательно Мир, предлагаемый в убежище, гораздо проще той жизни, которой живет большинство людей. Он легко описывается десятью заповедями, четырьмя правилами и т. д. и т. п. Он прост, понятен, не требует никаких особых усилий в себе самом, в своем описании, заведомо содержит плюс-подкрепление, там заведомо хорошо быть. Там простая система ценностей: белое легко отличается от черного и т. д. Такие убежища существуют во всех традициях. Это и есть настоящий вход-фильтр.
Не надо никакой таинственности, просто эти убежища функционируют, они легко доступны, о них много пишется: масса литературы, рассказов, легенд, мифов и т. д. Поэтому любой человек, чувствуя необходимость в убежище, его находит и прекрасно там себя чувствует, для большинства людей больше и не надо. Просто в силу тех или иных причин человек не выдерживает сложностей жизни, в которой он живет, оказывается не в состоянии с ней справиться, он не вооружен для этого, не имеет достаточной квалификации, здоровья или еще чего-нибудь, но слышал, что духовность помогает.
Большинство людей именно эти убежища и принимают за духовность, за духовные пути, за духовное сообщество. На самом деле это внешний двор, так называемая экзотерическая часть. Двор, открытый для всех, кто приходит искать убежища.
Если же человек действительно рвется к чему-то неведомому, хочет на ту сторону, хочет другой жизни, которая сложней, во много раз сложней этой, потому что там требуется больше активности, ответственности, самостоятельности, творческого напряжения, риска (вплоть до смертельного), физического, духовного, душевного напряжения, если в нем действительно обнаруживается такая смыслоустремленность, тогда открывается двор посвящения. И тогда вступает в силу закон: ученик готов - учитель появляется. Такие люди встречают то, что им положено встретить. Это первое, что нужно ясно понимать и чего почти никто не понимает или понимать не хочет.
Ничего плохого в том, что существуют убежища, нет, наоборот, великолепно, что они существуют, и люди там тоже делают нужные, полезные дела. Это подтверждается хотя бы тем фактом, что они существуют на протяжении всей истории человечества.

Что касается духовных путей, то первое, что нужно помнить: всякий духовный путь, в любой традиции, ведет к жизни во много раз более сложной, во много раз более трудной, во много раз более ответственной.
Чем дальше вы продвигаетесь по Пути, тем сложнее. Легкость, радость появляется не оттого, что вам стало просто, а оттого, что вы приближаетесь к тому, к чему вы устремлены. Почему один человек устремляется, а другой - нет? Об этом я ничего не могу сказать. Знаю только, что, по результатам исследования некоторых видов животных, на шестьсот домашних свиней приходится всего пять-шесть особей с доминированием исследовательского рефлекса над ориентировочным, на двести голов диких оленей - двадцать таких особей. А вот о людях данных пока нет.
Что же касается самих путей, то материал, которым мы располагаем, дает возможность разделить их на несколько типов.
Пути воздействия
Пути воздействия - это большой блок различных традиций. Их объединяет то, что главное технологическое, техническое действие на этих путях - воздействие на объективную реальность в различных вариантах.
Это путь силы, путь формирования силы, путь управления силой, путь добычи силы, путь использования силы и т. д. В большинстве своем эти традиции очень популярны, потому что они созвучны с нашим западноевропейским стилем мышления. Мы привыкли, что надо обязательно воздействовать на Мир, и тогда что-то будет происходить, если не воздействовать, то это "пассивное отношение".

"Мир непостижим, - сказал дон Хуан, - а мы никак не хотим этого понимать; мы все время хотим открывать его тайны. А надо принимать его таким, как он есть - таинственным!
Обычный человек никогда не относится к миру как к тайне. С возрастом человек начинает думать, что познал мир целиком и полностью. На самом деле он познал только человеческие поступки, но в своем невежестве он считает, что все тайны закончились, и ему уже больше незачем жить.
Воин осознает эту путаницу и учится относиться к вещам правильно. Вещи, которые делают люди, ни при каких условиях не могут быть важнее мира. Поэтому воин относится к миру как к бесконечной тайне, а к тому, что делают люди, - как к бесконечной глупости" (Карлос Кастанеда).
Пути медитативные
Пути медитативные, пути погружения. Эти традиции - путь в глубины своей субъективной реальности. Основное технологическое действие в них - медитация, то есть покой. Медитация - как специальный способ жизни для достижения специальных целей. Прежде всего это умение хранить покой, находишься ли ты в уединенном месте или среди базара, торжища - ты должен быть погружен в ничем неколебимый покой. И конечно, ни о какой силе там и речи нет, ни о каком воздействии речи нет. Там - "не выходя из дома, мудрец знает, что делается в этом мире". Это тоже достаточно популярная группа традиций.

"Надежда на человека, не на организованные религиозные системы. Организованные религии с их посредниками, священными книгами, догмами, иерархиями и ритуалами предлагают только фальшивое решение основной проблемы. Вера в высшую ценность всякой данной системы ценностей ведет не к освобождению, а к еще большим страданиям и несчастьям. Верование неизбежно разделяет. Все организованные верования основаны на разделении, хотя и могут проповедовать братство. Человек, который успешно решил свои отношения с этим миром, - это человек, у которого нет верований. Только через творческое понимание себя может быть творческий, счастливый мир, в котором верований не существует" (Джидду Кришнамурти).
Ситуационные пути
Пути хитрого человека, или ситуационные, - это пути, на которых главным технологическим действием является умение видеть ситуацию и умение управлять ситуацией. Это пути интеллектуальные. Правда, это не совсем то же самое, что мы привыкли понимать под словом "интеллект". Потому что Будда говорил, что за одно мгновение, то есть за одну двадцатую секунды, он отслеживает десять тысяч мыслей, в этом случае включаются особые формы владения интеллектом, включается "высший интеллектуальный центр", скорость работы которого действительно в десять тысяч раз быстрее. Недавно получены очень интересные экспериментальные данные об этом.
Конечно, при такой скорости работы человек может действительно реально ухватить ситуацию, просчитать ее, отреагировать.

"Это более высокое сознание, это более высокое существование не являются просвещенной или просветленной ментальностью, поддержанной большей динамической энергией или поддерживающей более чистую моральную жизнь и характер. Их превосходство над обычным человеческим сознанием выражается не в степени, а по своему роду и сущности. Происходит изменение не просто поверхности или манеры действий нашего существа, а самого его основания и динамического принципа. Йогическое знание стремится войти в тайное сознание за пределами разума, которое присутствует здесь только оккультно, скрытое в основе всего существования. Ибо только это сознание действительно знает, и, только владея им, мы можем обладать Богом и правильно познавать мир, его действительную природу и тайные силы. Весь этот мир, видимый или ощущаемый нами, и также все в нем, что невидимо, является просто феноменальным выражением чего-то за пределами разума и чувств. То знание, которое, на основе данных, полученных чувствами, могут дать нам чувства и интеллектуальное рассуждение, не является истинным знанием; это наука представлений. И даже представления нельзя узнать должным образом, если мы не узнаем в начале реальность, образами которой они являются. Эта Реальность является не их я, и существует единственное я всего; когда это понятно, тогда можно познать истину всех вещей, а не только их видимость, как теперь" (Шри Ауробиндо).
Пути превращения
Пути трансформации, превращения - наименее известная и наиболее сложная категория путей, в результате прохождения которых получается в человеческом обличье не совсем обычное существо, скажем так.
Трансформация происходит не только интеллектуальная, но и энергетическая, эмоциональная, физическая и т. д. Зависит это от конкретной традиции.
Главным признаком трансформационных путей является преображение, поэтому, мне кажется, вы сами сможете обнаружить примеры тех, кто прошел по этому пути.
Выбор Пути
Существует ли возможность выбора Пути? Об этом спрашивают часто. Я думаю, что она как бы существует и как бы нет. Вопрос в том, кто кого находит. Я считаю, что скорее Путь находит человека, чем человек - Путь. Хотя, с другой стороны, это может быть резонансное взаимодействие, потому что невозможно создать описание, согласно которому можно было бы найти человека для данного Пути. Но иллюзия перебора путей есть, это точно. Когда человек говорит: "Я это попробую, я то попробую, то попробую"... Это иллюзия выбора.
Обычно если человек встал на Путь, то это уже все. Дай Бог, чтобы ему повезло. Не так много сейчас живых носителей традиций, а пройти Путь без живого носителя традиции - это редчайшее исключение. Такой человек от природы должен быть безумно одарен медитативно, чтобы, скажем, материализовать учителя, то есть со второго уровня перевести на первый. И каждый раз это делать. Это безумно сложно, это требует колоссальное количество энергии.
Я знаю человека, который этому выучился. В принципе, я представляю, как это делается, но тратить на это энергию... Может быть, мне просто повезло - я встретил Учителя, а кому-то этот путь, путь без учителя на первом уровне, становится единственно возможным. Мой Учитель в таких случаях говорил: "Каждый хочет учиться у Христа, но каждый получает такого Учителя, который ему нужен". Я думаю, что, поразмыслив, нетрудно понять, кто квалифицированней - живой носитель традиции или тот, кто ищет Путь. Конечно, он раньше вас заметит, чем вы его.

Я никогда не забуду одно очень сильное переживание. В одной из наших последних встреч мой Учитель сказал: "Когда ты будешь проходить мимо пьяного, валяющегося в своей блевотине, и услышишь сказанные через него для тебя слова, вот с этого момента ты начал учиться". Я расценил это как образ, что нужно быть внимательным, что не нужно ничего заранее отвергать, что это непривязанность к форме. Но однажды я действительно шел мимо пьяного, валяющегося в своей блевотине, и услышал через него сказанное мне (у него вдруг изменился голос, и он этим странным голосом сказал несколько очень важных вещей), то есть это произошло реально. И тогда я что-то понял, прокрутил у себя в голове все слова Учителя и последнее из того, что он мне сказал, понял через девять лет.

Что же он сказал? Теперь я знаю: он говорил то, что он говорил, а я сразу интерпретировал по-своему. Просто не надо сказанное Учителем тянуть под себя, надо себя тянуть к сказанному Учителем.
Плата в Пути
На всех путях плата - это жизнь. Никаких других денег ни один духовный путь не признает. Все эти дороги - без возврата, везде вы расплачиваетесь жизнью. Жизнью, в самом прямом смысле этого слова, потому что практически во всех четырех вариантах традиций одно из главных событий обучения состоит в том, что вы растождествляетесь с жизнью. Жизнь для вас становится внешним объектом, вашим произведением, вашим полем действия, вы уже не в ней, а вы делаете ее.
На словах это, может быть, не совсем понятно. Но духовные пути действительно пути без возврата. Тебе каждый раз сообщают, что если ты сделаешь этот шаг, то ты назад не вернешься. А если ты не сделаешь этот шаг, то ты уже на Путь не вернешься. Это неизбежная цена, потому что все это серьезно, все это требует больших затрат труда, большой точности и везения, наверное, тоже.

Я считаю, что я - везунчик. Потому что, когда я встретил Учителя, я влюбился в традицию, и любовь у меня всегда шла впереди знания - в этом мое везение. Это не было моим сознательным шагом, это я сейчас знаю, понимаю, осознаю, что да, действительно...
На любых путях, а на трансформационных путях особенно, любовь должна идти чуть-чуть впереди знания, потому что иначе знание просто раздавит тебя. Мне повезло. Я был очень эмоциональным человеком, увлекался театром, работал в народном театре... и в то же время уже было позади три года армии, где я и смерть повидал совсем рядом, и прочее. Я влюбился в Учителя и в Путь, и для меня не было проблемы выбора, я не потратил время на перебор вариантов и сомнения - это один элемент везения. Второй элемент везения, как я теперь понимаю, проявился после первых трех лет обучения. Учитель меня поставил в ситуацию, когда минимальная неискренность (из самых хороших побуждений) усложнила бы путь очень надолго. Поставил он меня в ситуацию эту жестко. И как-то так получилось, что у меня вырвался совершенно искренний ответ, хотя я знал, что за ним последует кара: разлука с учителем. Словом, опять повезло.
И третий момент везения. Я был очень долго болен, в течение двадцати лет у меня постоянно болела голова, волнообразно так. Чтобы совсем не болела, такого не было. Это у меня началось со второго класса - боль то больше, то меньше. Я возил с собой шприц, ампулы, и во мне с детства выработалась привычка работать с болью. Я ходил в школу, хорошо учился, занимался спортом. Головная боль существовала отдельно, а я существовал отдельно. И я с ней все время работал, она меня в силу каких-то случайностей (и специалисты мне говорили то же) не испугала, не раздавила. Я жил с ней активно. Так во мне выработался навык. Когда в процессе обучения я встретился с по-настоящему болезненными ситуациями - там есть три-четыре момента - на грани, - я был как бы подготовлен. Я уже знал, что надо не пугаться, а работать с этим, просто работать. В этом смысле я считаю, что я везунчик. А главное везение, что я прошел Путь, дошел до конца еще при этой жизни. Все, что после этого, - это уже подарок.

Я знаю многих людей на разных путях, у которых очень много времени уходит на сомнения... Дело сложное, как и в обычной жизни.
Я считаю, что какое-то везение бывает определено вашей предысторией, в которой нет сознательного усилия, но она так удачно сложилась, что в чем-то вас предуготовила для этого. Бывают на Пути очень трудные моменты, когда старого уже нет, а новое еще формируется, - это ноль-переходы. В нашей традиции существует система ноль-перехода - ты входишь туда, в этот вариант, в момент самого ноль-перехода ты сам вообще непонятно что, и куда тебя выбросит на той стороне, тоже неизвестно. Все это происходит не в каких-то специальных условиях, а параллельно с другими делами - ты, как и все, ходишь на работу, зарабатываешь - не зарабатываешь, женишься - разводишься, дети рождаются. Все это происходит в формах самой жизни, и поэтому бывают довольно сложные моменты. Но я считаю, что как раз те традиции, которые ведут обучение "на базаре", то есть в формах жизни, а не в специальных ситуациях ашрама, монастыря, наиболее подходят для современного человека.
Это не значит, что здесь достижения выше, чем там, нет. Есть пути, в которых люди вообще из пещеры не выходили, образно говоря. Но они реально, правда бестелесно, в мире присутствуют, и с ними можно вступить в контакт на втором уровне реальности, на третьем и еще на каком-нибудь, наверное, мне не доступном, но это реальность, не абстракция типа: ах! астрал, ах! ментал, - а реальность. Реальность от красивых абстракций отличается тем, что она сложна, многозначна, разнообразна и о ней можно рассказать со многими деталями, подробностями. Это живое. И если вы действительно "вышли в астрал", то там так же все бурлит, кипит. Там немножко по-другому все организовано, но, в принципе, и там жизнь идет, своя, но жизнь. Она полна подробностей, юмора, страдания, мелочей, повседневности.
Тут вся сложность в чем? Чтобы все эти кино, которые показывают вам по видику, не принять за реальность, не попасться на такую красивую конфетку. А для этого нужен грамотный проводник, который тебя ведет. Грамотный проводник с точными знаниями и грамотно организованная жизнь.
Ведь жизнь-то ты должен сделать себе сам такую, которая будет тебя вынуждать двигаться, то есть ты уже не можешь жить как придется, ты должен думать, например, так: "Я осознал, что у меня сейчас такая жизненная ситуация, а моя задача такая. В этой жизненной ситуации ничего из этого не получится, значит, нужно взять себя за шкирку и выбросить в такую жизненную ситуацию, в которой можно решить задачу. И если я эту задачу не выполню, то конец, вперед мне не продвинуться". Вот такой ход мысли. И тогда ты себя просто кидаешь в нужную ситуацию.
Потом постепенно находишь и другие способы, через резонансное состояние, например, но ты себя двигаешь, потому что данная тебе готовая жизнь довольно проста, хотя она нам кажется и сложной, и болезненной, и каждый из нас уверен, что его страдания - самые страдательные.
Реальность и картинки
На самом деле, когда вы действительно реально пытаетесь двигаться по Пути, вы понимаете, что по сравнению с тем, к чему вы двигаетесь, вся эта готовая жизнь, даже вместе со смертью, довольно проста. Не примитивна, но проста. Это нисколько не умаляет жизни, потому что потом вы обнаруживаете в ней массу прекрасных вещей. Как замечательно говорил П. Флоренский в "Иконостасе": "Есть восхождение, когда вы от мира отталкиваетесь, а когда вы проходите врата - есть нисхождение, когда вы притягиваетесь, тогда мир и жизнь в миру открывается вам в радости". Об этом же у Соловьева в повести о Ходже Насреддине. Помните, звездностранствующий дервиш отделил сущность Насреддина и показал ему. Ходжа говорит: "Нет, не надо, давай мое тело", а потом задумался: "В чем же мой путь?" И приходит к выводу, что его путь - это жизнь традиции на базаре. В ней тоже большой выбор, тоже много красоты.
Много книжек теперь доступно, много сказок... "Сказка - ложь, да в ней намек"... Как говорил мой Учитель: "Книжка - это не инструкция, книжка - это повод для размышления".

Стою я на горе, и передо мной Багдад, и я рассказываю: Багдад - город такой, сякой... А вошел я в Багдад, и мне уже рассказывать некогда, потому что тут меня чуть конем не затаптывают, тут - чуть машина не переехала, тут вонь, тут красота - все перемешано. Так книжка - это рассказ о Багдаде стоящего на горе, поэтому - сказка.

Рассказать словами, что там внутри традиции, невозможно. Это попытка живую ткань жизни перевести в последовательность каких-то слов. Никакое описание реальности не может исчерпать эту реальность, поэтому книжка - сказка, повод для размышления
Книга может быть Дверью в Мир, которая тебя впустит, а может быть стеной, которую ты никогда не прошибешь. Поэтому к книжкам в этом смысле нужно относиться аккуратно, именно как к сказке. У Р. Лефорта есть книжка - "Учителя Гурджиева". В конце он пишет, что шейх подсказал ему написать такую книгу. Ведь это он все описывает задним числом, как бы свои приключения, но реальность соткана так... Это живая ткань, вы не в состоянии разложить ее в последовательность слов, даже в картинку, даже в видеофильм. Нам кажется важным одно, а рядом происходит то, что определит нашу жизнь на десять лет вперед. И мы этого не замечаем. Поэтому я и говорю: "Не ведаем, что творим, - и в этом сила вида". Когда мы хотим ведать, мы должны быть готовы к тому, чтобы нести этот крест ведения, нести его радостно, не торгуя собой как жертвой. Только та жертва истинна, о которой никто не знает. Жертва, о которой кто-нибудь узнал, уже продажна по строгим правилам духовного сообщества. Сознательный поступок не жертва, а действо.
ПУТИ ВОЗДЕЙСТВИЯ,
ИЛИ ПУТИ СИЛЫ
Теперь поговорим подробнее о каждом из названных нами путей. Итак - пути силы. Наверное, самые популярные из них - это магические пути. Наиболее образно это описано в книгах К. Кастанеды. Он рассказал об одном из путей силы - пути силового воздействия, пути овладения силой. Я думаю, что почти все, что там описано, практически возможно. Я общался с несколькими квалифицированными магами, и они, в общем, подтверждают это. Хотя есть внешне более простые пути, но они менее эффективны.
На мой взгляд, главное здесь - качество традиции. Дело в том, что сила - вещь весьма опасная для того, кто вступает с ней в контакт. Она требует очень высокого знания необходимой последовательности действий во времени. Все серьезные пути требуют не менее девяти лет. Это общеизвестно. Девять-десять лет - это только чтобы начать, как следует подойти - в серьезном учении. Быстрее не бывает.

<< Пред. стр.

стр. 2
(общее количество: 3)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>