<< Пред. стр.

стр. 11
(общее количество: 12)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Только любовь и смысл могут помочь решить задачу интеграции в себе ребенка и родителя и рождения взрослого человека, несущего в себе самом смысл своей собственной жизни. Ибо если мы не имеем смысла в себе самом, то есть Храма Божьего в душе своей, в сердце своем, то ничто нас от бессмысленности не спасет. Никакие общественные организации, никакие благородные призывы, никакая трудоспособность или, наоборот, лень, никакие медитации - ничего, если мы не обрели смысл в себе самом, то есть Царство Божие в себе самом. Особенно ясно мне это стало, когда мы имели возможность быть в Москве на семинаре христиан. Тогда я подумал:
этот проповедник, доктор Брайн, только в Южной Корее обратил в христианство десятки-сотни тысяч человек. Как же ему это удалось? Да потому, что он вынул из всей сложной проблематики христианства самое главное звено: _Впусти Христа в сердце свое. Дай ему осуществить в твоем сердце то, ради чего он появился, осуществить любовь к тебе. Дай ему возлюбить тебя, как он сам обещал, и тогда ты возлюбишь сам себя и обретешь Царство Божие внутри себя_. То есть станешь человеком, у кото- рого смысл его жизни в нем самом находится. В его сердце. В его душе.
Суть в том, что это главный водораздел в истории человечества. И в истории каждого человека. Каждой человеческой жизни. Водораздел, за которым страх перестает, должен перестать быть главным регулятором. Если этого не случается, человек не становится взрослым. Он то родитель, то ребенок. Как родитель он себя мучит, пытаясь осуществить заветы, которые совершенно не совпадают с его взрослой жизнью; как ребенок он все время бунтует вплоть до саморазрушения, пытаясь осуществить абстрактную свобо- ду _от_ по принципу: _Дайте! Я это заслужил. Дайте! Дайте!_ Невозможно никаким социальным контролем заменить эту любовь, невозможно никаким социальным давлением дать человеку смысл жизни. Никакие социальные прожекты не сработают, самые благородные цели при достижении обернутся совершенно противоположным, если не происходит главного. Если не происходит обретение смысла в себе самом. Царства Божьего в себе самом.
Обретение любящего тебя и любимого тобой Господа твоего, Мира твоего, _, когда радостно и глубоко можно выдохнуть - Да будет воля Твоя!
Часть третья
Субъект и _законы жизни_

У меня ощущение, что наиболее актуальной проблемой на сегодняшний день является переживание реальности духовного мира. Почему мне эта проблема кажется актуальной? В нашей традиции, которую мы называем Школа, которая относится к группе трансформационных традиций, как во всех трансформационных традициях, существует такая сложность - отсутствие какого-то канонического описания ученика, учителя, Пути. В силу того, что в этом отрезке исторического времени я выступаю как бы лидером, якобы лидером, выполняю ту работу, которая мне была поручена:
объективация Школы на первом уровне, очень условно говоря, т.е.
воплощение традиции в живых людях, современниках, на этой территории, в это время, то возникает психологически сложная ситуация из-за того, что, с одной стороны, вот, казалось бы, живой лидер, а с другой стороны - его проявления как человека никак не вписываются в какой-то замкнутый объяснительный цикл, и, в силу законов групповой психологии, происходит попытка переноса, попытка канонизирования личности лидера для того, чтобы получить этот самый канон, которого нет в традиции, и поскольку все эти попытки мною, большей частью сознательно, разбиваются, как только возникает устойчивый образ (я считаю, что это одна из существенных частей моей работы), то возникают всевозможные негативные реакции, оценки, попытки создать канонического лидера, канон из образа другого лидера, тем более что лидеров постепенно становится больше:
кому-то кажется Йонас наиболее четким воплощением, кому-то - Ева, кому- то - Вирга. Но вся проблема состоит в том, что отсутствие канона не есть случайность, потому что мы знаем, что человеческое сознание в своих архаических пластах настроено все-таки ориентироваться на центр, на голос вожака, на образ вожака, на лидера. И если обратиться к работам академика Болотова, то мы увидим, что принцип лидерства пронизывает насквозь как минимум всю живую природу. Он свое открытие сделал очень замечательно. Он сидел, смотрел, как мальки плавают, и простая мысль его посетила: _Как так получается, такие вот малявки, а плавают все синхронно? Раз - и направо, раз..._ Вы же все видели, да? И он выловил стайку мальков, поместил их в большой аквариум, разделил пополам.
Половина по-прежнему шныряла, а вторая половина стала вялой и всплыла брюхом вверх. Ту, которая осталась в живых, он поделил опять пополам.
Опять пополам, опять пополам, пока не остался один малек. Вот он не умирал, оставшись один. Потом он поместил его в стеклянную капсулу, потом в металлическую и т.д. И помещал его в произвольно взятую стайку мальков, и все мальки двигались за этой капсулой.
Потом, работая над этим, он пришел к выводу (я не буду сейчас пе- ресказывать длинный этот теоретический ход), что любое живое и целое имеет клетку лидера. Будь то группа людей, будь то стая птиц, будь то клетки одного из органов, сердце, скажем, или печень, будь то организм в целом, человеческий организм или организм собаки - есть принцип лидирующей клетки. Это очень жестокое открытие. Хотя в социальной психологии давно описано, что в любой группе есть лидер. Я помню, как Гена Козырь в Даугавпилсе плакал после занятия по технологии умственного труда, на котором мы разбирали тот факт, что в любой группе есть лидер.
Его это так внутренне оскорбило, что он плакал _скупыми мужскими слезами_. Но это факт, его легко проверить. Этот эксперимент со стайкой мальков может проделать каждый. И отсюда возникает грандиозная духовная проблема. По самому базовому принципу, первому нравственному постулату многих духовных учений: каждая душа потенциально божественна. Как же быть с этим постулатом в ситуации наличия лидера?
Ну хорошо! Вот был Будда, и у него было огромное количество уче- ников, но он такой был один. Был Бодхидхарма, у него было огромное количество учеников. Но Будда, во всяком случае как донесли до нас тексты, был более или менее благообразный мужчина и соответствовал каким-то каноническим представлениям о святости, а Бодхидхарма был вообще ужасный человек. Мало того, что он был страшным, внешне диким по манерам поведения, - ведь если бы сюда пришел Бодхидхарма, я думаю, вряд ли бы вы его опознали как духовного лидера. Был Иисус. Толпы ходили за ним, он из этих толп выбрал двенадцать ближних учеников. И куда мы ни кинем взгляд, нигде не было компании. Был Ошо - один, Гурджиев - один.
Вот Успенский не смог с этим смириться, отошел в сторону, потом, перед смертью, всех своих опять же к Гурджиеву и послал. Все время есть один, есть лидер.
Это колоссальная проблема. Вы помните? Один из близких учеников Будды - Ананда, который тридцать лет был около него, не мог просветлеть.
Только тогда, когда Будда ушел и когда все рыдали, Ананда начал смеяться и просветлел, - он так был привязан к Будде... И это я беру примеры более или менее канонических учений, т.е. таких, где явная очерченность, отграниченность внутри социума, отграниченность самой формы существования традиции. А ведь мы с вами так не отграничены. У нас людей, профессионально занимающихся работой гуру, нет. Даже я не профессионал в этом смысле. Я и артист, и режиссер, и психолог, и еще что-то. Я не позволяю себе быть просто гуру. Нельзя. Чтобы победить, в духовном смысле победить, этот природный закон лидирующей клетки, не- обходимо было найти очень тонкие и очень сложные приемы работы, которые бы позволяли тем, кто следует за лидером, встретиться с самим собой, со своей уникальностью, пережить это довольно тяжелое переживание и реализовать свою субъектность. Это первый жестокий факт живой воплощенности, требующий от лидера очень четких и точных знаний о законах взаимодействия с учениками, последователями, друзьями, иначе не осуществить принцип: _каждая душа потенциально божественна_, необходимо дать человеку попасть во все те ситуации, которые позволяют реализовать субъектность, ее уникальность. Это один момент. Второй сложный момент состоит в том, что все, что связано с духовностью, будучи изначально предназначено субъекту, должно найти путь через внешнюю, по отношению к субъекту, реальность. Как же попасть к субъекту через оболочку инструментальности, через оболочку обусловленности внешней, через оболочку культуры, цивилизации, времени, места, людей? В силу того, что мы с вами существуем последние триста лет в _cogito ergo sum_, т.е.
цивилизация построена по этому принципу, мы с неизбежностью тот ма- териал, который идет к нам из духовного сообщества, превращаем в материал нашего сознания (иногда воображения, но это больше женщины), т.е. в материал своей субъективной реальности, причем, как правило, в области дискурсивного личностного построения. Но когда встречаешься с людьми, выросшими в восточной культуре, видишь, что у них все начинается с образа, и только потом идет дискурс логический. А у нас все начинается с понятия, и только потом идет образ. В Петербурге я работал с Мастером Тыном. В силу того, что мы делали определенную работу, это очень наглядно проявилось. Он говорит:
- Ну представь себе, что ты змея.
- Представил. И что?
Ничего. А для него представить, что он змея, - это огромное ко- личество последствий. Точно так же, как я ему говорю:
- Представь себе, что ты погружаешь свое _точечное Я_ в беско- нечность.
- Ну и что? - говорит Мастер Тын.
Говорю:
- Как что?
А он говорит:
- А ты представь себе, что ты змея.
Это вопрос о книжках, которые мы читаем. Вопрос о взаимоотношениях, о способе включенности в реальность. Мы включены другим местом. И поэтому для нас это проблема - серьезно относиться к образу.
Да, у нас это вещь хорошая, но для кого? Для художников, артис_тов, музыкантов и т.д.
_Йонас, представь себе, что ты петух_. Сразу тебе кажется, что ос- корбить хотят, в артиста превратить. _А теперь представь, что твое тело протянулось в бесконечность_. Вот видишь, нормальная реакция. Мы несерьезно относимся к образу. Даже когда я разговариваю с профессиональными художниками, поэтами, композиторами, то несмотря на то, что они люди художественно одаренные, все равно они испытывают в жизни, вне моментов творческого вдохновения, некоторое смущение от своей некоторой _неполноценности_, поэтому все очень любят теоретизировать.
Вот Виктор Апухтин, ну казалось бы, вырос на востоке, но он не восточный человек, ему хочется теоретизировать по поводу своих совершенно абстрактных произведений. Или Виталий Сердюков у нас в Киеве. Он вдруг начинает какие-то знаки рисовать, какие-то иероглифы, он начинает мне концептуальную акцентуацию выдавать по поводу этого. Почему-то кажется им, что образ - это как бы какая-то недостаточность. Но разве реальность как таковая говорит с нами языком понятий? Если исключить тексты. Вот реальность такая. Вы сидите, я стою, за окном там вечер. Вот цветок, вот еще цветок. Вот магнито_фон. Вот рояль. Не рояль? Клавесин? Это же все предметно-наглядные вещи или картинки. И мир с нами говорит чаще всего этим языком, а мы его не слышим. Мы его видим, как бы даже ощущаем, но как текст, высказанный языком образов, мы его не воспринимаем.
Посмотрите: какая уникальная страна - Япония. Стала сверхдержавой, но при этом у японцев сначала образ, а потом понятие. Наша несерьезность по отношению к образу вынуждает нас провести резкую разграничительную линию между всем тем, что мы называем духовностью, каждый по-своему, и всем тем, что мы называем обычной жизнью. И, таким образом, наша духовность личная, персональная выпадает из жизни. Она не растворяется в ней, не пронизывает ее, не происходит взаимная трансформация, а происходит насилие над живой тканью жизни, подгонка ее под понятийный аппарат _духовности_. Либо происходит рациональное _разоблачение_ духовности.
Тогда после возраста тридцать пять - духовных искателей не остается. В книжке, которую я часто вспоминаю по разным поводам, которая называется _Океан удовольствия для мудрого_, среди всего прочего написано:
_Богатства и изобилия, служащих пищей и удобрением для духовного роста, не следует избегать_. Немножко напряжемся и воспримем это не как поня- тийную формулу, а как текст, составленный из образов. Не понятие _бо- гатство_ - а образ _богатство_. Богатство как образ - это всегда избыток: богатство цветов, богатство красок, богатство переживаний, богатство чувств.
_Богатства и изобилия..._ Образ изобилия? Что такое изобилие, мы просто не знаем. Что-то читали в книжках, в основном в сказках. Кто может себе представить изобилие? Что это такое как образ?
- То, что уже не нужно.
И.Н.- Действительно так. Богатство - это избыток, когда все есть и этого много так, что я могу поделиться. А изобилие - это состояние, похожее на то, которое мы испытывали, будучи в утробе матери. Только захотел - уже все есть. Если чего-то нет, то тогда: маманя, держись, там такое начнется. _Богатство и изобилие, служащие_ вам, - заметьте, не принадлежащие вам, а служащие, - т.е. средство, прислуга, _служащие пищей и удобрением_ - как навоз. Самое хорошее удобрение какое? _Для духовного роста_? Всего этого не следует избегать, занимаясь проблемами собственного духовного роста. Где же объективная причина, по которой мы позволяем себе увильнуть от живой ткани жизни? Она в очень простой вещи.
Что нужно для жизни? Перечень необходимого и достаточного: ты и жизнь.
Если нет тебя, а есть только жизнь, то жизнь тебя живет, значит ты сам есть пища и удобрение для жизни. больше ничего. Жизнь тебя живет, она тобой питается, как пушечным мясом война. Человек, который как субъект не существует, не противостоит жизни, такой человек есть пища и удобрение, жизненное мясо. Для самой жизни. Она сама по себе, она тебя живет.
Если есть только ты и нет жизни, тогда все явленное мешает. Тело мешает бренное, одежды эти, то, что надо кушать. Почему, как говорит Виргиния, люди таблетки не придумают? Съел одну таблетку - неделю ничего не надо кушать. Зачем эти правила движения, эти газы выхлопные, эти города ужасные, эти деревья чахлые? И пещера не так вырыта, и монастырь не так построен. Все не так. Тогда один выход: уйти в себя, в себя, в себя... Такой выход всегда предоставляется, точнее иллюзия такого выхода. И ты погружаешься, погружаешься... в умствование фантастическо- мистическое.
Ты - субъект и жизнь - это все, что нужно. Необходимое и дос- таточное. Жизнь во всем тебе противостоит. Психологически. Ибо ты не принимал такого решения- жить. Ты не определял, какую жизнь ты встретишь. Кроме того, у нее есть масса своих так называемых объективных закономерностей, космической предопределенности и прочего, а ты есть уникальность, как субъект. Почему всякие знания о субъектности уничтожаются государством или затрудняется доступ к ним в первую очередь? Понятно, почему? Но она все равно тебе противостоит. _Жизнь тебя _обломает_ или _жизнь тебя научит_. Ну почему нет таких поговорок:
_Жизнь тебя обласкает_, _жизнь тебя пригреет_, _жизнь тебя полюбит_?
Увы, нет.
Мне сначала кровные родители, потом остальные, исполнявшие роль социальных родителей, говорили: _Жизнь тебя обломает, слушайся ее.
Будешь хорошим - у тебя будет все, что нужно для жизни_.
Вспомните кризис подростковый, весь этот подростковый бунт. Когда появляется впервые переживание собственной субъектности.
_У меня все есть, что же вы мне голову морочите, взрослые. Что же вы начали меня обламывать. У меня все есть!_ - _Нет, ты еще не стал человеком. Ты еще должен то, должен это, все время должен, должен, должен... И помереть еще должен достойно_. Что же это за такое занятие - жить, если я все время кому-то должен? А тут приходят духовные какие-то люди и начинают говорить: _Радуйтесь жизни, прославляйте жизнь, смейтесь, танцуйте, пойте, медитируйте_. И я попадаю в очень сложную ситуацию - здесь все время должен, а там что?
Духовность? Это как? Как ею жить? У меня есть молодой друг Женя. Он замечательный человек тем, что он постоянно находится в состоянии медитации, но при этом он занимается бизнесом. И у него все получается.
У партнеров полное ощущение - человек не от мира сего: _Ну этого сейчас быстренько наколю, обману, разорю, всучу ему плохой товар. Он же отмороженный_. И вы так думаете? А объективно он просто уникальный коммерческий директор. Но совершенно полная медитация. Такое ощущение, что он наркоман, все время на игле. При этом очень толковый в делах.
Кажется, что он должен всегда опаздывать. А он никуда никогда не опаздывает. Кажется, что у него ничего не должно получаться. При этом он под Законом, в Школе. Еще успевает осваивать психоэнергетику. У него произошло в силу какого-то стечения обстоятельств взаимопроникновение, т.е. не получилось изначально такого разделения: там где-то духовность, а здесь вот эта жуткая жизнь, которую я должен прожить. У него получилось: вот эта жуткая жизнь, которую я должен, и тут же то, что не должен. Очень красиво. Хотя, когда я с ним познакомился, он тоже вместе с друзьями мечтал построить скит в лесах, т.е. тоже была проблема раз- деления. Но теперь он начинает ее постепенно решать. Это и есть трансформационный путь. Если мы сюда поставим хороший приемник, телевизор, подсоединим хорошую антенну, прямо здесь, в этом месте мы получим колоссальный объем всевозможной информации. И этой информации совершенно неважно, где находится приемник: бывший монастырь, биб- лиотека, или вот эта улица города Вильнюса, или вершина Эвереста. Весь вопрос только в качестве принимающей аппаратуры. Но надо помнить: чтобы эта информация здесь была, там где-то она производится, и затрачивается колоссальное количество средств, энергии, чтобы она излучалась в пространство и мы из этого пространства могли ее выловить. Но для того, чтобы выловить, нужны только приемник качественный и антенна. Духовность есть везде. Это же реальность. Это не вымысел, не выдумки, не фантазии, хотя и фантазия что-то такое производит. Всеми нами очень уважаемый Владимир Ильич Ленин, до того как он занялся революционной борьбой, изучал философию. И в _Философских тетрадях_ против высказывания Гегеля _Кажимость объективна_ поставил nota bene. Надо же!
Мы настолько привыкли, что субъективное означает несуществующее, недостоверное, нереальное в конечном счете, что вместе с этой всей водой _поповского идеализма_, как говорили _товарищи_, мы выплеснули самих себя, то бишь субъект. И осталась только жизнь, которая нас живет. Но если мы существуем как сущее (простите мне этот каламбур), значит, субъективное и есть реальность, она есть достоверное и обладающее всеми свойствами реальности. А если субъективное не обладает свойствами реальности, тогда этот самый диалектический материализм превращается в полный солипсизм, потому что если что-то существует вне реальности, то что это? Если субъективное нереально, то тогда реальность не едина. И вообще все это здание рушится просто.
Когда мы говорим о знании, что мы имеем в виду? Недавно видел за- мечательный кусочек, совершенно случайно, по телевизору. Был такой князь, Трубецкой. Он был князь и еще при этом скульптор. Многим он не нравился. Стасов на него нападал вместе с Антокольским. Но он получил заказ на изготовление памятника Александру III и построил этот гигантский памятник. Конную статую, уникальную совершенно. Он принципиально не читал никаких книжек. Правда, после того, как получил дворянское образование. Но потом сказал: _Я этих книжек больше не читаю_. Он говорил, что все самые тонкие знания - в людях, в природе, в жизни. Очень интересный человек.
Когда мы говорим, что, с точки зрения нашей традиции (не только нашей, но и многих других традиций), знание существует только в форме людей, а книжка - это только повод для размыш-ле-ния, - это надо понимать буквально.
Принципиальная установка духовного знания на уникальность и единичность каждого человека - это и есть подсказка для пости-жения того, как существует духовное знание и в чем такое знание заключено.
Когда мы говорим, что всякая явленность уже есть знание, мы говорим о духовном знании. Вот это не только красивая желтая роза, преподнесенная кем-то из вас мне, что, конечно же, очень приятно, но это и знание. Это не только симпатичный Сережа, это знание. Это не только группа людей, которым захотелось послушать, что тут будет говорить этот Игорь Николаевич Калинаускас, это тоже знание, вся эта ситуация - знание. И этот стул и этот герб - это все знание не как метафора, потому что сразу хочется защититься: _Это он образно говорит_. Нет, я говорю буквально.
Поэтому духовное знание есть всегда уникальное знание, единичное, сохраняющее при всей своей объективности аромат субъекта, аромат того человека, который это знание воплотил. Поэтому знание в духовном не есть акт получения, его нельзя получить. Я могу подарить кому-то розу. Но чтобы он, тот, принимающий эту розу, принял ее как знание - он должен быть, и быть в духовном. Он должен не только представлять себя живущего, но и должен пред-ставлять себя бытийствующего, т.е. осознавать в себе самом бытие. Поэтому жизнь, которая _вот жизнь, а вот мы_, мы можем изобразить в виде некоторой траектории движения, т.е. линейно, (хотя бы- ли варианты, которые мы _прозевали_, обнаруженные посторонними наблюдателями как некоторая возможность, которая не состоялась, - состоялась все-таки линия) тогда-то тут родился, тогда-то там умер. Как на надгробном камне: такого-то числа, такого-то года. _Его жизнь как прямая линия пролегла!_
Но с точки зрения духовного, наше пребывание в мире есть цепь событий, ни в какую линию не выстраивающихся, т.е. это - некоторая совокупность ситуаций, каждая из которых порождена событием. События имеют между собой некоторое сцепление. Но выложить линию из хризантем невозможно. Можно выложить узор. Но нельзя выложить линию. Потому что хризантемы - это не точка, хризантемы - это взрыв. Так в духовном. Такая эта штуковина под общим названием - пребывание в мире. Некоторая часть этого пребывания называется жизнью. А жизнь делится на частную, соци- альную, внутреннюю и т.д. и т.п.
_Время разворачивает знание в пространстве_, как говорил Тартанг Тулку, все явленное есть знание, все наше пребывание в мире есть некоторый узор событий. И никакой биографии, в том смысле, как мы приняли - родился, учился, женился, родил, помер - не получится с этой точки зрения никак. Как делаются биографии? Посторонний наблюдатель _объективно_ проанализировал жизнь Родена, обрезав все, что _торчит_, и сделал из Родена биографию Родена. И что получается? Роден отдельно и личная жизнь Родена отдельно. Все начинает распадаться, перестает быть живым, разваливается, сцепление нарушено. Только тогда, когда вы начинаете пребывать в этом мире, у вас появляется ясновидение, но не то ясновидение, которое сидха, уникальная инструментальная способность, а то ясновидение, которое дает возможность просто ясно видеть все вокруг себя, в себе, над собой, под собой, видеть события, ситуации, их сцепление, место жизни в этом всем, тогда возникает огромное удовольствие: _Вообще молодцы мои родители, вот такое замечательное сделали, родили меня_. Конечно, они пытались в силу социальной обреченности обмануть меня и сказать, что вообще все это сводится к набору правил, конвенций. Родители как родители. Отец, мать, социальные родители - воспитатели, обучатели, управлятели, указатели, ограничители, - они пытаются загнать меня в их пещеру, но каждая душа потенциально бо- жественна, и она может в один прекрасный день, один раз в жизни, рас- крыться, взорваться. У всех у нас был один раз, в подростковом возрасте, у нас у всех был такой момент, и мы все действовали. Чувствовали, что нам что-то не то подсовывают, вместо всего - что-то маленькое. В один прекрасный день вы можете открыться, но первое, что для этого нужно сделать, - надо еще раз родиться, родиться по отношению к жизни, понять, что жизнь - это жизнь, а вы - это вы, и тогда, выделившись из этой второй матки, из жизни, как утробы, вы можете обрести всю тотальность.
Для этого не надо отказываться от жизни, для этого из жизни надо вылезти и увидеть, что еще вот это, вот это, вот это и вообще пребывание в мире - это действительно увлекательнейшее приключение.
И тогда нам станут понятны многие до сих пор непонятные вещи: по- чему можно пить водку и при этом духовно развиваться, и почему можно не пить, не есть, не любить, а только медитировать и при этом духовно регрессировать. И почему не обязательно ни то, ни другое, ни двадцать третье, ни сто пятидесятое, и вообще ничего не обязательно. Ибо необходимы и достаточны только два компонента - ты и мир для бытия, ты и жизнь для жизни. А все остальное - это совершенно персональное, замечательное полотно, но не линия. Ибо линия, образ жизни как линия порожден идеей достижения, а не постижения, порожден идеей, что знание существует как отдельная, выделенная, вычисленная, сепарированная от мироздания вещь. Тогда единственное знание - это библиотека. Все остальное что? Может быть, теперь мне удастся с вами поделиться по поводу всякой мистики. Это у меня сложный вопрос моего пребывания в мире, понятный для тех, кто не забывает, что в течение нескольких лет я вообще вынужден был быть очень профессиональным экстрасенсом, потому что это был вопрос сохранения свободы, я работал в очень серьезных лабора- ториях. Поэтому когда я говорю о дурной мистике, я не отрицаю всяких там телепатий, телекинезов, биолечений, диагностики, проскопии и др. Нет. Я всем этим занимался. Я опять же понимаю, что, как только мы поместим все это отдельно, мы попадаем в ту же историю, как с духовностью и духовность с нами. Так появились люди, у которых в документах профессия - экстрасенс. И этим людям, им с жизнью хуже всех, потому что они столько должны, что они никогда не рассчитаются. Поэтому у них не- приятности: вы представляете себе, профессия - хуже, чем летчик-испыта- тель, профессия в социальном смысле слова, на работу надо ходить по часам. Ведомости расписывать, налоги платить. Источник дохода?
Биокоррекция. А вот если мы не будем это никуда изымать, оставим там, где оно есть, тогда все экстрасенсорно, тогда все коррекция, тогда все что хотите проскопия, левитация. Если бы вы были действительно внимательны. Ну раз в неделю вы точно видите левитацию отдельных предметов у себя на кухне, кто на кухне бывает. Кухня - место силы. Я недавно в Питере выступал. Спросили про пищу, как готовить? Говорю:
_Приготовить пищу - это вам не оккультизм, это много сложнее_.
Действительно. Это все здесь. Что для этого надо? Для этого надо две вещи - это вы и ваши инструменты. Если нет вас, то нет инструментов, а есть что? Тело, сознание, _я_. _Сделайте со мной что-нибудь! Потому что я сам не могу. Сделайте мне тело хорошее, сделайте мне сознание хорошее, сделайте мне энергетику, сделайте мне психо-эмоциональную сферу. Ну сделайте из меня что-нибудь, товарищ Каш-пировский! Я банку воды с собой принес_. Но если есть вы и есть инструменты, то соблюдено правило необходимого и достаточного. Какой телевизор с ними сравнится, какие антенны, - лучше даже, чем спутниковое телевидение. И это не где-то _там_, это здесь все дано, все есть. Но так же, как в случае с жизнью, - если вас нет, то вы просто мясо для жизни, она вас живет, - так и в случае с инструментами: если вас нет, то ими пользуется кто хочет, кто может. _Злобные манипуляторы, сатанисты, вампиры_. Говорят, что есть такая версия, что я, вот это все делая, у вас высасываю энергию, за- ряжаюсь, только зачем - никто не знает. Вампир - образ художественный. А я вот думаю, что нет ничего страшнее, чем богатство и изобилие. Потому что их очень трудно сделать пищей и удобрением. Господь дал нам жизнь, бытие, прекрасный мир и великолепный инструментарий - бесплатно. Мы для этого ничего не сделали, ну, наши родители потрудились, а мы? И этого так много, что нам в голову не приходит этим заниматься. Этого так много, что мы не храним, а потерявши, плачем на могилке.
_Храм Божий в тебе_, - сказал Иисус. Он был абсолютно прав. В буквальном смысле слова. Он, как все духовные люди, говорил буквально.
Но нас приучили, что знание в книжках. И еще у неко-торых _особо просвещенных людей_.
Эта книжка только повод для вашего размышления. Что не яв-лено, то не явлено, что не высказано, то не высказано. Есть такое знаменитое высказывание, оно раньше во всех советских библиотеках висело: _Любите книгу - источник знания_. Любите себя - источник знания. Ибо мы и есть источник знания. И поэтому есть только одно ограничивающее условие для духовной самореализации - качество инструментов. Одним нужен ретранслятор под названием учитель, наставник, гуру, видение, голос, небесный жених и т.д. Другим нужен механик, специалист, который скажет:
у тебя так, так, так, вот тут проводочки надо припаять, потому что их с детства забыли припаять. Вот эти части нужно переставить, т.е. этим людям нужна техническая, технологическая духовная практика. Как сделать это все так, чтобы оно хорошо работало? Их не инте-ресуют трансляторы, их интересует, _как_ использовать то, что дано. Поэтому одни ищут мастера по ремонту аппаратуры, а другие ищут папу или маму, которые утешат, скажут: _В следующий раз, а пока отдыхай, все хорошо будет потом_.
Как сказал Абу Силг: _Все люди от Бога, но не все люди к Богу_.


Пространство в пространстве
Тема эта возникла по двум причинам: по-первых, потому, что я до- думался наконец, как это рассказать словами. Во-вторых, потому, что практика взаимодействия со школьными людьми показывает, что большинство, - даже на самом простом бытовом уровне, - не воспринимают пространство.
Что это значит? Это значит, что мы все, в силу особенностей нашей культуры, в силу процесса социализации, который мы проходим, получаем в качестве основы восприятия рациональное сознание. Мы воспринимаем мир состоящим из вещей. И самих себя мы воспринимаем как вещь в пространстве.
Некоторые люди, в силу тех или иных причин, умеют воспринимать нечто процессуальное, но лишь процесс движения во времени. Такой способ жизни не вызывает напряжения и конфликта до тех пор, пока мы не начинаем заниматься тем, что называем психоэнергетическим инструментом.
Психоэнергетический инструмент, как вы знаете, имеет свой язык, свой способ восприятия, свой способ отношений с миром, - принципиально отличный от того способа, который мы освоили в процессе жизни и к которому привыкли. Дело в том, что психоэнергетический инструмент, в от- личие от всех других инструментов, не есть вещь, а есть пространство. И поэтому для того, чтобы сознание могло адекватно озвучивать, рационализировать информацию, получаемую от психоэнергетики, сознанию необходимо сделать усилие для перехода к другому принципу восприятия себя в мире. Если такого перехода не происходит, то тогда сознание продолжает работать по-прежнему и не в состоянии адекватно воспроизводить информацию, получаемую через психоэнергетику. Отсюда то, что я называю _сплошная мистификация_.
Что же необходимо сделать для того, чтобы помочь сознанию? Сначала необходимо осознать, в какую сторону его трансформировать. Прежде всего необходимо перейти к другой картине мира: пространственной картине мира, то есть представить весь мир как пространство и увидеть, что это пространство едино. И мы в нем пребываем. Что же при такой картине мира _вещь_? Это сгущенное пространство. Всякую вещь можно рассматривать с этой точки зрения как результат давления, как сжатое пространство.
Уберите силы сцепления, давления, и она рассыплется и превратится в электронное облако или еще во что-нибудь в этом роде. Когда древние го- ворили, что весь мир вещей - это иллюзия, создаваемая нашим сознанием, они очень близки были к истине. Наше сознание - это тоже результат социального давления. Мы в социальном пространстве тоже пребываем в качестве чего-то отграниченного, то есть в качестве объектов, сформированных за счет давления. Но для того, чтобы реально перейти на пространственный способ пребывания в мире, категорически необходимо перестать смотреть на себя извне, то есть смотреть на себя как на вещь, как на куклу.
Что начинает происходить при такой смене взгляда на себя? Начинают активизироваться страхи: страх исчезнуть, страх раствориться (раствориться физически, раствориться интеллектуально). Ведь психоэнергетика отчетливых границ не имеет. А не иметь границ - это самое страшное, что может представить себе сознание. Для того, чтобы этот процесс происходил нормально, мы говорим о кристаллизации, ста- бильном самосознании, точечном _я_. И если мы начинаем воспринимать себя как пространство в пространстве, а не как вещь в пространстве, и воспринимать реально, тогда мы начинаем ощущать границы себя в различных контекстах как результат различных давлений, идущих извне. Тогда мы можем управлять этим давлением, тогда мы можем полностью снять это дав- ление, тогда мы можем менять конфигурацию этого давления и менять форму, потому что форма - это результат как раз этого давления.
Тогда мы можем прийти к тому, что у нас с вами есть замечательная структура под названием _Огненный цветок_, который мы в себе выращиваем.
Тогда мы можем понять, что когда мы доводим огненную пульсацию до полного исчезновения чувства тела, - это не экстремальное переживание и не особое состояние сознания, это момент реального резонанса с пространством; это нормальное самочувствие человека, который решился опираться в своем бытии на психоэнергетический инструмент. Тогда мы понимаем, что резонанс - это не технический резонанс, это не как из- лучатель себя подстроил к другому излучателю и через пространство они каким-то образом резонируют. Мы понимаем, что резонанс - это вхождение в пространство, то есть это нормальное чувство реальности. Вы помните, мы формулировали, что такое простая картина реальности: это пространство, в котором происходит событие, пребывание. Более сложная модель подобного рода сформулирована Тартангом Тулку: _Время разворачивает знание в пространстве_. Если мы вспомним еще теорию Козырева о времени как материальном теле, которое, собственно говоря, является носителем всех тех сил, которые нас и интересуют, то у нас получается совершенно за- мечательное произведение: если мы вошли в такое состояние, такое качество бытия, такую картину мира, то тогда действительно возможно то, что я видел собственными глазами: как человек вставил руку в стену, а потом ее оттуда вынул. Это было у меня на глазах. Тогда возможно то, о чем говорил Ричард Бах в _Приключениях вынужденного мессии_. Тогда возможно изменить форму своего тела; тогда становится понятно, почему люди, которые находятся в таком качестве, себя в зеркале видят совсем иначе, чем их видят все другие окружающие их люди.
Есть такой удивительный парадокс: если человек хоть сколько-то прорвался сквозь свою оболочку и хоть сколько-то излучает, резонирует с пространством, то при желании он может добиться того качества, при котором его все будут видеть так, как ему хочется. Или просто по- разному. Или так, как надо для данного момента реальности, для данного события. И тогда нам открывается, что каждый человек - действительно событие во Вселенной, потому что он есть такая точка сгущения, которая может вступить в резонанс с пространством, раствориться не растворяясь, - без потери субъективности, а наоборот, при предельной реализации своей субъективности. И тогда все эти чудесные видения приобретают нормальное рациональное объяснение. Если мы примем как отправную точку то, что каждый из нас - пространство в пространстве, а не вещь в пространстве.
Вещь конечна, вещь точечна, вещь ограниченна, вещь теряется в бесконечности, вещь теряется среди других вещей, вещь пытается создать себе иллюзию, что если тут стены, то уже это отдельное пространство.
Вещь отдельна, а значит инфернально обречена, обречена на разрушение, на распад. Это закон вещи. Но пространство-то ведь не распадается, ибо оно едино и вездесуще. И если вы делаете этот факт частью своей картины ми- ра, - сначала как интеллектуальное усилие, потом как осознавание, переживание, как самочувствие, вплоть до качества бытия, до пребывания, - то тогда у вас появляются совсем другие мысли, совсем другие чувства, совсем другие переживания, и тогда вам психоэнергетика действительно нужна. Ибо именно она обеспечивает этот резонанс. И тогда вам не нужно никаких мистификаций, вам не нужно проекций сознания, которые бы лепили вещи из этого бесконечного потока знания (в истинном смысле слова), знания как жизни, из этого бесконечного резонанса с бесконечным объемом, то есть вам не нужны проекции, чтобы выхватывать куски, сжимать, прида- вать им форму и сочинять по этому поводу какие-либо интерпретации. Можно этим баловаться, но это не становится единственным способом отношений с миром. Как минимум, вы понимаете, что это не единственный способ пребывания в мире - пребывание в качестве вещи. Можно еще пребывать в мире в качестве пространства, то есть просто в резонансе. Это пространственное ощущение себя, и это ощущение подлинного слияния с ре- альностью, не мистифицированного, а подлинного. Вы уже знаете, пси- хоэнергетика - это не иллюзия, это реальная штуковина. Через эту реаль- ную штуковину можно выйти к реальному резонансу. Конечно, сознание нужно очень сильное, очень крепкое и очень разработанное, - желательно целостное, - для того, чтобы во всем этом просто не разлететься на куски самому сознанию. Но если сознание подготовлено, если оно в достаточной степени структурировано, то тогда появляется возможность того, что называется знать не зная, иметь не имея. И тогда не нужно заботиться о том, как я выгляжу, - во всех смыслах этого слова, и прямом и перенос- ном. Можно надеть образ, можно создать имидж, это все работает, это со- циальные игры. Но как субъект я понимаю, что я никак не выгляжу. Как увидеть пространство? Пространство есть пространство. Как субъект я понимаю, что я все время меняюсь, я все время выгляжу иначе, каждую секунду своего бытия, потому что дышит бесконечность, с которой я резонирую. И, собственно говоря, такого понятия, как _выгляжу_, в этом месте нет; в этом месте есть только вопрос, с каким событием реальности я сейчас резонирую, во что я вовлечен, как не потерять резонанс, как правильно совершить движение целого в целом в точке координатора посредством нуль-перехода, - как это все правильно осуществить. Это и есть вылупиться из самого себя, из себя как вещи; перестать быть вещью.
А начинается все с мелочей. Оля в Петербурге обратила внимание, что наши школьные люди, инструкторы со стажем, совершенно ничего не слышат, совершенно не реагируют на ситуацию, на ее динамику, - потому что у них нет чувства пространства как такового. И тогда они могут жить кое-как, из своего дома сделать свинарник, есть абы что.
Внимание к пространству надо воспитывать. Когда человек этого не воспринимает, ему все равно, где он, как он и что он, в каком он хлеву живет. Если он это воспринимает - он понимает, что первое, на что он должен тратиться (материально, психологически, интеллектуально), - касса, в которую нужно в первую очередь вкладывать, - это пространство.
Ведь когда мы заканчиваем цветок, мы отдаем огненные шары с любовью к пространству. Когда я слышу новаторов, которые питают страсть изменить классическую форму _цветка_, - ничего страшного в этом нет, конечно; но это значит, что они не слышат эту формулу, они не осмыслили ее до конца;
они не понимают, что там все продумано именно с точки зрения вза- имоотношений с пространством; что, собственно говоря, _огненный цветок_
- это ключик, которым открывается дверка из меня к реальности, из меня к пространству. И в этом сила этой методики. Все эффекты, которые дает ДФС на уровне просто технической методики, связаны с тем, что человек, не осознавая этого (и инструктор часто это не осознает), усиливает резонанс между человеком и пространством, то есть реальностью. Все эти возможности в каждом из нас есть; конфигурации этих возможностей разные, у каждого свои таланты, но они есть. Это степень пространственности.
В гениальных стихах Пастернака заключена абсолютно точная формула:
_Привлечь к себе любовь пространства, услышать будущего зов._
_Любовь пространства_. Это и есть резонанс с реальностью; это художественно-образная формула. Это и есть мир любви - тот, о котором говорили выдающиеся люди всех времен и народов и вероисповеданий, и философы, и религиозные мыслители, и светские, и просветленные. Все они говорили об одном и том же: что человек - событие во Вселенной. Событие.
И все они говорили о том, что все дело в пространстве.
Все слышали о пране. Что такое прана? Сколько версий есть о том, что такое прана, почему там праны много, а там праны мало. Мы же еще находимся в плену понимания себя как вещи в пространстве, поэтому прана для нас это только извне действующая на нас сила. Делаем следующий шаг:
просто пространство. Тут все ясно: мы все в пространстве. Теперь делаем следующий: мы сами есть пространство. Ведь даже с точки зрения соотношения количества вещества и пустоты - любая вещь пуста; пустота доминирует. Это ведь электронное облако, тут дырок гораздо больше, чем самих электронов. Потому что сами частицы тоже возникают в пространстве и в нем же исчезают.
Зачем нам строить иллюзию о бесконечности пространства сознания (по принципу зеркала, отражающего зеркало), когда мы можем просто вспомнить, что у нас есть психоэнергетический инструмент, и это все подключить. В чем сложность? Сложность в давлении. Давлении сил притяжения, давлении отталкивания, давлении социальных сил, давлении интеллектуальных сил...
Но это есть инфернальность до тех пор, пока мы реально не вошли в резонанс, пока мы реально не стали воспринимать себя прежде всего как пространство в пространстве. Тогда давление остается, но наши отношения с этим давлением совершенно иные. Когда любой из нас может заполнить объем этого помещения собой, это вообще не проблема. Ну, раз никто не заполняет, чего б не заполнить? Управлять давлением - это и есть переход к полной внутренней обусловленности.
Тогда мы сможем говорить о самосознании в полной мере, потому что самосознание - не результат давления, а результат взаимодействия с пространством. И чем выше уровень резонанса с пространством, тем выше уровень самосознания.
Человечество на протяжении всей своей эволюции было занято очень важным делом. Прежде чем перестать быть вещью, надо ею быть. Человек не может сразу родиться пространством, это бывает, но это исключение, единицы. В принципе сначала нужно сжать, чтоб там появился кристалл, а потом только отпустить. Тогда многие тексты, которыми мы так увлекаемся, многие мифы, легенды, мистификации приобретают совершенно спокойное (не экзальтированное, а спокойное) реальное содержание.
Вспоминаю свою любимую притчу про человека, который думал, что он пшеничное зерно. Когда он понял, что он не пшеничное зерно, то все равно остался не уверен, знает ли об этом петух...
Совершенно неважно, чтобы с этим вашим пребыванием согласились вас окружающие люди. Потому что это не вопрос формирования давления с нужным для себя направлением. Ведь что такое взаимодействие с людьми? Это процесс вручения им описания себя так, чтоб они действовали в соответствии с моим описанием себя.
Большинство взаимодействий и есть обмен описаниями. Если вы перешли к пространственному пребыванию, то у вас появится желание узнавать не свое описание себя, потому что своего описания просто нет, а желание знать, как вас видят другие, и у вас появится возможность приобрести массу разнообразной и очень ценной информации, откровений, знаний.
_Время разворачивает знания в пространстве_, - говорил Тартанг Тулку. Это и есть то место, в котором мы можем избавиться от необходимости мистификаций, экзальтаций, видений и прочего подобного и понять, что все то, что мы принимали за информацию о том, _как есть на самом деле_, есть лишь подсказка про другой способ пребывания, есть рассказ о том, что можно и нужно, чтобы реализовать свою человеческую, глубинную духовную сущность, перейти к восприятию себя как пространства в пространстве.
Что больше всего мешает этому? Больше всего мешает этому, конечно, самость; самость как взгляд на самого себя со стороны; самость как взгляд на того, над кем нет никакой воли. Помните, мы говорили, что религиозность есть только тогда религиозность, когда мы говорим: да будет воля Твоя! Ведь что такое резонанс? Резонанс - это чья воля: воля реальности или воля моя? Вот то, что будет происходить со мной, если я начну так пребывать в мире, это чья воля? Да нет такого понятия _воля_, понимаете, нет. Воля - это тоже ход от давления, на себя или на других.
Ну какая?... Можно говорить, что происходит событие. Я могу быть вклю- ченным в этот объем, могу быть не включенным, - все. Это сложно объяснить словами. И поэтому давайте не тратить силы на размышления о том, что будет, если...
Достаточно наглядного факта: все мы находимся в пространстве. Но нас, - во всяком случае, подавляющее большинство, - никогда не учили относиться к этому как к целому. Кроме одного случая: когда личного пространства не хватает. Потому что когда живешь в коммуналке или когда тебя давят в автобусе, - там одно можно сказать: _простору мне не хватает_.
Я понимаю, что вам очень трудно сегодня: то, что мы затронули, - это покушение на представление сознания о самом себе. Ведь несмотря на то, что мы много уже, долго работаем над проблемой взаимоотношений с собственным сознанием, сказать, что оно у вас не командир, что вы - командир своего сознания, - это было бы большой дерзостью.
И поэтому когда поступает информация, которая не может быть от- торгнута сознанием, потому что она рациональна, она естественна и по существу, то все ваши структуры подсознательной самозащиты естественно включаются. Человек не может говорить о Пути, о трансформации, пока не одерживает первую реальную победу, не становится хозяином своего сознания, до тех пор он не может реально трансформировать себя. До тех пор все, что он потребляет (на уровне переживаний, осознаваний, впечатлений, информации, жизненного опыта и т.д. и т.п.) - все это идет в подсознание. Если бы не пространственные взаимодействия, то у нас шан- сов вообще бы никаких не было проснуться. Ведь когда мы слышим, как Гурджиев и другие говорят, что человек спит, возразить нечего. Ес- тественно, он спит. Сознание - не спит. (В этом тексте я употребляю термин _сознание_ с ограничением, имея в виду рациональную часть сознания.) Он спит, человек, субъект, событие во вселенной. А поскольку сознание - результат в основном социального давления, то все социальное воздействие усыпляет нас каждый момент времени все больше и больше. И когда нам говорят: _Спи спокойно, дорогой товарищ_, то мы должны понимать, что это не потому, что это враги, и они не хотят, чтобы мы духовно состоялись, они не враги, они тоже спят. Так называемые _простые люди_ очень часто намного духовнее, намного субъектнее, потому что их сознание сделано лучше, менее противоречиво, менее раздроблено, и они ближе к реальности, к пространственному пребыванию в мире. Не зря _дурачок_ - двусмысленное понятие. Так было всегда: вроде дурачок, а вроде он такое знает, чего мы не знаем. И сумасшедший тоже: с одной стороны, страшно, а с другой - есть такие сумасшедшие, которые больше похожи на мудрецов, чем на сумасшедших. У них в системе опора на пространственное пребывание в мире - компенсация - просто сильнее. В силу необходимости. Проблема еще в том, чтобы это стало необходимо не как игра, а реально. Где найти эту мотивацию, чтобы мне стало реально необходимо быть пространством в пространстве? Если кругом все сделано так, чтобы я стал вещью, потому что сознание все это делает на автомате.
И это не так просто. Сейчас, когда вы от меня слышите, это просто; я сейчас слушаю и удивляюсь. Это же так просто, почему я не смог этого сформулировать словами раньше? Ведь мне нужно было свое сознание обыграть, чтобы оно согласилось эти слова произносить; потому что оно (мое сознание) - ведь тоже хочет командовать (как любой инструмент; и тело тоже хочет командовать, и психоэнергетика хочет командовать).
Классический пример. Человек в силу какой-то одаренности, ра- ботоспособности, еще каких-то причин делает резкий рывок в области психоэнергетики, и получает всякие эзотерические видения, и выдает их за реальные. Но можно спать и под руководством психоэнергетики. Можно спать и под руководством тела. Тем более оно изнурено вообще нашими безобразиями (нашего сознания по отношению к нашему же телу). Все равно изначальное требование не снимается, не отменяется: чтобы был ТЫ. И вот когда ты есть, тогда ты можешь совершить эту качественную смену бытия.
Но если тебя нет, можно об этом только поговорить, и то не очень, потому что опасный это разговор с точки зрения сознания о пространстве, конку- рирующий инструмент перехватит власть, а что будет делать само сознание - будет пугать призраком сумасшествия? Тело вдруг перестанет иметь ту плотную опору извне, к которой оно привыкло, и начнет пугать страхом смерти.
То, о чем мы говорим, - пространственный способ бытия, - есть завершающий этап Школьного обучения. Воспитывать в себе любовь к пространству, чувство пространства и т.д., опираясь на те психоэнергетические возможности, которые есть, - это задача дейст- вительно необходимая, а вот останавливать часы на расстоянии и прочие опыты показывать - без этого прожить можно. А без пространства прожить нельзя, потому что мы все в нем находимся. И наше отношение с пространством (хотим мы того - не хотим, понимаем - не понимаем, осознаем - не осознаем) - это как наши отношения с водой, с хлебом, с воздухом; мы все в этом. Поэтому какие б мы концепции ни строили, воздуха хочется свежего. Мы все эту воду пьем, хочется, чтобы она была вкусной, безвредной, содержала в себе что положено.
Знаете, как всегда, есть вещи, которые мы по-настоящему осознаем, только когда теряем их, когда их нет... или когда они портятся: воздух, вода, пространство.
Пространство, кроме того, - это еще и место, где мы живем - мы как субъекты; это место, где живет Бог. Но как мы можем это сделать, если мы пространство тоже превратили в свалку (условно), мы его тоже расчленили по вертикали; как мы пространство вот это делим (помещениями, стенами, улицами и т.д.), так мы и все пространство делим - у нас есть верхнее пространство, нижнее пространство, астрал-ментал. Сознание не может иначе с этим обращаться; оно должно делить, членить, ставить загородочки - превращать пространство в набор вещей, хотя бы в виде ящиков комода.
Вот тут у меня ищите это, а в этом ящике - это. Но пространство едино.
Пространство не есть вещь отграниченная; можно создать иллюзию отграни- ченного пространства, но пространство как таковое едино. Это и есть ключ ко всем возможностям, о которых вы читали в каких-либо книгах. Но для этого нужно открыть дверку, войти в этот резонанс. Для этого нужно, во- первых, быть, а во-вторых - быть пространством.
Пока вы смотрите на себя как на вещь, вы на мир смотрите сквозь поверхность этой вещи. Смотрите на себя, воспринимаете себя как вещь, образуете пленку. Мы как в целлофановых пакетах, и мы смотрим на мир через целлофан.
Валя вчера рассказала: _Смотрю - нормально, а на некоторых смотрю - расплываются или просто светятся_. То есть она еще не знает, как это называется, но она в силу какой-то одаренности, какой-то внутренней работы, различает людей, имеющих отношение к пространству, и людей, не имеющих отношения к пространству. Просто - глазами. Очень хорошо: без всяких видений, т.е. люди распакованные и люди упакованные - разные люди.
Процесс потери упаковки, конечно, идет эволюционно: мы тренируем психоэнергетику, мы работаем, и у нас в оболочке все больше и больше _дырок_, через которые мы пробиваемся к пространству, потому что психоэнергетика в упаковке существовать не может, т.е. может существовать, но так, как она была до того, как вы ощутили потребность ее тренировать. Но, если образ этот продолжать, некоторые тренируют пси- хоэнергетику, а упаковка прочна и начинает надуваться. Люди - шары воздушные. Человек внутри болтается, а шар растет, у него видения начинаются... _Я объем поймал!_ - это объем его поймал.
Это, конечно, образ, но этот образ выражает главную идею пространственного бытия: что все есть результат давления, все явленное, все оформленное. _Любая форма пуста, любая пустота оформлена_, - говорил Шестой Патриарх Дзен. Так оно и есть. Но великий квадрат не имеет углов, потому что великий квадрат - это символ пространства, оно не имеет углов.
И вот если вы попробуете воспринимать ситуации и мир, себя самих и вокруг себя как игру различного давления в пространстве, то может быть, что вам удастся узнать, откуда исходит каждый раз это давление. И как это вообще все получается: форма. И может быть, что вам удастся эти формы творчески использовать, и тогда может произойти такое событие, когда сознание не будет претендовать все время заниматься этой маниакальной деятельностью по упрочению своей власти над человеком, а будет радоваться, создавая формы на основе резонанса с пространством.
Пространственные взаимоотношения нужны, если вы хотите стать профессионалами Школы; каждый в своей области, но профессионалами, они должны быть для вас главной заботой.
- Игорь Николаевич, вы не затронули момент о пространстве знания как пространстве смерти.
И.Н.- Шекспир устами героя сказал: _Весь мир - театр, все люди в нем актеры..._ С точки зрения мира вещей - это ужасные слова. Я уже говорил, что жизнь - это не театр. А когда жизнь делают театром, получается насилие над людьми. Но если посмотреть на это с точки зрения пространственного бытия, тогда весь мир вещей - это театр.
Знание - это смерть. Есть люди смерти, а есть люди жизни. Люди смерти боготворят знание (то, что мы привыкли называть знанием) потому, что это все упаковано. Это уже даже не знание - это вещь под названием _знание_. Соберите все библиотеки мира... Это вещи. Это только намек на знание. Это воспоминание о знании, а не само знание в истинном смысле этого слова: знание - это люди.
Человек жизни всегда так или иначе рвется к пространству. Он так или иначе заботится о пространстве. Он человек любви, потому что любовь не нуждается в превращении ее в вещь. Никто не отождествляет вещь, которая напоминает о любви, с самой любовью. (Кроме фетишистов, но они больные люди.) Все понимают, что это только вещь, которая напоминает о прекрасном переживании.
Так вот знание (то, что люди привыкли называть знанием) - это такие вещи, которые напоминают о любви между человеком и реальностью.
Когда-то мой Учитель говорил мне: _Книжка - не инструкция, книжка - это повод для размышления. Книжка - это подсказка, дверочка, которую можно открыть и оказаться дома_.
Человеческие отношения, даже очень близкие, выглядят с точки зрения пространства следующим образом: две вещи стучатся друг о друга. Но, к счастью, есть дырочки. Дырочки приобретают очень большое значение.
Знаете, что в теле человека имеет самое большое значение? Дырочки.
Поэтому вся любовь вещей сводится к следующему: я тебе открываю дверочку в мою дырочку. Какой ценный обмен. А так все должно быть закрыто. Ничего не вижу, ничего не слышу, ничего не ощущаю. Но сквозь эти дырочки пространство в нас все-таки проникает.
И знание, используемое не по назначению, не как воспоминание или напоминание о любви, а как строительство заборов и загородок, и есть смерть для нас в качестве пространства. Вы подумайте, чем забито пространство сознания? Это же склад. Полная голова книг. Чего там только нет. Но зачем? Только для одного - чтобы было заполнено. Не дай Бог там окажется пустота. Пустота сразу срезонирует с пространством. Прокол.
Дырочка.
Когда я - пространство и ты - пространство, возникает резонанс, взаимопроницаемость. И это все еще в большом пространстве. Это совсем другая жизнь. Когда вы выходите к такому способу, вам не надо таскать с собой все эти библиотеки, справочники. У вас в каждый момент времени будет все, что нужно для данного момента времени. Естественно. Как может быть иначе? Но мы так привыкли, что у нас сразу все есть, даже то, что никогда не понадобится, что мы предпочитаем _охать, кряхтеть и стонать под ношей нудной жизни_, а не стать свободным, пустым и наполниться жизнью, реальностью. Тогда мы будем видеть друг друга по законам прост- ранства, а не по законам вещей. Это совсем другие дела.
Знаете, иногда для моей работы, для моих личных дел мне нужно ста- новиться в позицию вещи, сознательно. В последнее время это для меня всегда заканчивается очень плохо, либо в физическом, либо в психологическом смысле, либо в интеллектуальном. Но я прекрасно понимаю, что человек не получится, если он сначала не подвергнется давлению, не сформируется. Все равно человек должен быть сделан, а потом он может раскрыться и стать пространством. А делается он вот как. Стучатся друг о друга вещи. Чтобы сделать любую вещь, нужно с помощью инструмента воз- действовать на материю и придавать ей соответствующую форму. Чтобы сделать человека, социуму тоже нужно воздействовать на этот растущий ор- ганизм и придавать ему форму человека. Но эта форма великолепна. Опять цитирую Шекспира: _Что за величественное создание - человек_. Потому, что в этой форме есть все, чтобы совершить шаг к полному бытию. Я очень люблю Шекспира как автора, поэта, драматурга. Но именно когда я заговорил о пространстве, начали всплывать цитаты, цитаты, цитаты из Шекспира, потому что когда смотришь так на это, то открывается совсем другой смысл, так же, как открывается смысл изречения Лао Цзы _Великий квадрат не имеет углов_, так же, как открывается любой другой смысл.
_Идущий впереди меня идет позади меня_ и наоборот, _Идущий позади меня идет впереди меня_. Все эти _до того_ мистифицируемые вещи открываются в полноте своего объема, и жизнь открывается. она перестает быть вещью, над которой нужно постоянно мучиться. Делать жизнь... Да не надо ее делать. Делая ее, мы умираем. А не делая ее, мы живем. Когда мой Мастер говорил: чистый - мертвый, грязный - живой, он же не имел в виду, что не надо мыться. Когда мы говорим: _совершенство - это смерть_, с точки зрения вещи - это один смысл, с точки зрения пространства смерть - это и есть совершенство, когда ты умираешь как вещь и рождаешься как прост- ранство.На языке вещей говорить об этом очень опасно. Тут нужно петь зикры, сочинять притчи, писать стихи.
Несравненный и единственный Насреддин жил так. Не зря все серьезные эзотерики всего мира признают его духовный подвиг самым высоким.
Высочайшим. Даже если реального такого воплощения не было, то само создание этого образа - это величайшее прозрение, глубочайшая истина.
Он был веселым человеком. Он играл в этом мире вещей как хотел. Он был Богом, играющим Богом, смеющимся Богом. Он был Богом - не вещью.
Каждый из нас может быть Богом, в каждом из нас есть Бог, но его нужно выпустить. Для этого нужно просто перестать быть вещью. Это очень трудно реально осуществить, потому что прежде всего нужно выиграть поединок с сознанием. Не уничтожить сознание, а стать его хозяином. У него же есть хозяин - это вы.
Вы представляете, когда такая потрясающая штуковина, как чело- веческая форма, не имеет хозяина. Если пользоваться образом Гурджиева, великолепная лошадь, великолепная повозка и несется неизвестно куда, неизвестно почему. Быстро найдется тот, кто приберет это к рукам. Или лошадь решит, что она главная. И начнет тащить повозку куда-нибудь на луга, на травке поиграть. А от повозки отцепиться не может. Хорошо все сделано. Если бы сознание могло отделиться... Это фикс-идея сознания - отделиться и жить самостоятельно, вне тела и без всякой психоэнергетики.
Почитайте, сколько заумных, мудрых и умных книг написано о мечте соз- нания. Если бы их авторы понимали, о чем они пишут. О мечте сознания су- ществовать отдельно, потому что все ему мешает. Конечно, мешает. Ведь когда часть целого возомнила себя целым, естественно, все остальное начинает мешать. Когда форма возомнила себя содержанием... то кувшин будет вздрагивать, когда в него что-то будут наливать.
Но когда хозяин, т.е. субъект, есть, тогда открывается потрясающая красота, и тогда снова слышишь слова Шекспира: _Какое великолепное изделие человек_. Есть прекрасный подстрочник, сделанный Морозовым. Там переведено на том языке, на котором говорил Шекспир. У него сочные образы. И когда вспоминаешь фразу Гамлета: _Время вывихнуто. О, какое проклятое несчастье, что я рожден вправить этот вывих_, то с точки зрения вещи - это просто художественный образ. Можно писать тома, диссертации защищать на тему, что же он хотел этим сказать. Интерпрети- ровать. А с точки зрения пространственного восприятия тут нечего интерпретировать. Это буквально сказано. Вот откуда иллюзия - от искусства интерпретации. Вот почему многие знания - многие печали. И если это знание такого рода, то расстояние между мной и реальностью все время увеличивается. Потому, что интерпретация на интерпретацию... Где же то, что интерпретации не поддается? Где реальность как таковая?
В любви к пространству она и открывается - реальность как таковая.
Конечно, с точки зрения мира вещей вы становитесь более уязвимым, более каким-то не таким. Не такой сильный, не такой волевой... И холод, и давление, и тыкать вас начинают. Но если вы укрепились в своем пребывании, тогда решается этот фундаментальный момент - момент радости бытия. Радости оттого, что я есть, что я живой, что я родился. Если этой радости нет, никаких радостей нет. Есть только интерпретации по поводу радости. Радость в том факте, что я живой. Если этой радости нет - нет фундамента для здоровой психики. А ее нет, потому что человек между собой и миром ставит интерпретации.
Вот перед человеком лежит прекрасный апельсин. Он может любоваться, нюхать его, разрезать, съесть. Бесконечный источник радости, наслаждения эстетического, сенсорного. Можно еще философски осмыслить, раскрыть его:
вот вам огненный цветок, вот вам образ солнца. Да что хотите. Любой поэт может извлечь цикл сонетов. А человек ест апельсин и думает: _Боже, какая ужасная жизнь, что я буду есть завтра?_ А ведь _птичка божия не знает ни заботы, ни труда_.
Конечно, кроме _кайфа_, в пространственном бытии есть все, чему положено быть в жизни. Но одно то, что это пространство любви, одна возможность свидетельствовать это уже прекрасна. И радость открывания мира заново, радость видеть и слышать без пленок, без интерпретаций, без масляных пятен - сочно, ясно.
Я сейчас подходил к двери и слышал вибрации. Подумал: _Что они, запись зикра поставили вместо того, чтобы разговаривать?_ Подхожу и слышу - зикр поют здесь. Это пространство звучит. Это и есть музыка сфер. Это звучание пространства. Оно не звучит словами. Оно звучит объемом, звучит музыкой. Когда слышишь другого человека как музыку... я вам скажу, это восторг. И тогда слова становятся тем, чем должны стать.
Они становятся вещью, напоминающей о музыке. Они становятся хранилищем воспоминаний. И тогда поэзия, вообще искусство, открывается вам как сви- детельство любви. И вы начинаете понимать, что искусство - это как раз и есть тот переходный период между чистым пространственным восприятием и сознанием. Это как бы место, где сознание и психоэнергетика любят друг друга.
Говорят: вам хорошо, у вас интимные отношения с реальностью. Но интимные отношения между инструментами, любовные, возникают тогда, когда эти инструменты прежде всего пропитываются пространством, музыкой пространства. Тогда в них возникает другое ощущение. Другое ощущение тела, другое ощущение психоэнергетики, другое ощущение сознания - другая система отношений. У них появляется общее - жизнь в пространстве.
Знаменитая притча о мастерстве без мастерства. Я напоминаю: Мастер стрельбы из лука стреляет в глиняные горшки и раскалывает их точно пополам. Мимо идет дзенский монах. Мастер стрельбы из лука над ним подсмеивается: ну что ты, бездельник, тунеядец, попрошайка, ничего не умеешь. Ты посмотри, как это красиво. И действительно красиво видеть, как Мастер раскалывает стрелой кувшин.
- Хоть бы ты этому научился.
Монах отвечает:
- Ты извини, я никогда не пробовал, мне очень трудно, поэтому я встану на край пропасти. Встает на край пропасти так, что пятки висят над пропастью.
- Извини, я никогда не стрелял, мне очень трудно, поэтому я закрою глаза.
И стрелой горшочек точно пополам.
Это притча, но и в реальности такие настоящие жизненные возможности открываются человеку, когда он пребывает в пространстве! Какого нового себя он обнаруживает и какие потрясающие свои возможности он обнаруживает! Тогда и выясняется, что хорошая голова - это хорошее дело, а не помеха.
- Какова принципиальная разница между отношением к резонансу в мире вещей и в пространстве?
И.Н.- В мире вещей резонанс - это я, приемник - вещь, у меня много всяких деталей, я кручу ручку настройки... А если я пространство, то я могу усилить любую часть звучащего пространства. Любую. Ту, которая наиболее полно может быть усилена моим инструментом. Ту, которая наиболее полно отвечает запросу, идущему от людей. Потому, что на самом деле между мной и пространством никакой разницы нет. По определению.
Если я пространство в пространстве, какая между нами разница?
Пространство - это просто пространство. Где точка, где бесконечность?
Оформленность - вот что меня выделяет как вещь. Но эта оформленность от- нюдь не такая жесткая, как нам кажется.
Все мы прекрасно знаем грузинскую школу актеров. Откуда они все появились? Приехал человек, где-то он был, вернулся в Грузию и основал школу. Набрал курс и начал учить актеров. У него есть актер, который сидит и меняет лицо. Я знаю этого актера, но меня просили не называть его фамилию. У него развлечение такое: он сидит, и у него меняется форма носа, глаз, шеи. В чем секрет? В том, что он нашел какой-то способ пространственного отношения к себе как форме. Даже на телесном уровне он может меняться. Ученый бы сказал, _на самом деле_ он меняется или нет.
Но для нас же он меняется. Мы же видим, что меняется. Есть другие спосо- бы это делать: за счет психоэнергетики - все прекрасно знают, все видели. Можно говорить, что это лица других воплощений. Можно и так.
Интерпретация - вещь веселая и безответственная, потому что это интерпретация реальности, но не сама реальность. _Хула на Отца простится, хула на Сына простится, хула на Дух святой не простится во веки веков_.
Вот манипуляции с реальностью - это вопрос сложный. А интерпретация реальности - сколько книжек понаписано, еще понапишут - тоже занятие хорошее.
Вот почему необходимо для человека, который хочет прийти к ре- альности, сочетание в нем знания рационального, логического (желательно, конечно, полилогического) и знания художественного. Знать искусство необходимо. Необходимо, если вы хотите пройти духовный путь. Только зная искусство, т.е. имея в голове сочетание знания по эзотерической психологии, философии со знанием, чувствованием искусства - вы можете более или менее адекватно прочитать те тексты, которые вы называете эзотерическими, духовными. Они так сделаны.
Я читал сообщение, что с помощью компьютера выяснили, что какой-то тибетский текст сделан так, что можно читать через одно слово - будет осмысленный, пропуская два слова - будет осмысленный, справа налево - будет осмысленный. У человека, который писал, не было компьютера. Он же воплотил. Он не разрывал мысль и образ, понятие и переживание.
Это и есть тотальность. В тотальности ничего страшного нет. Что вас все время этим пугают?
Ведь тогда можно прорваться к пространству. Тогда вы поймете, что весь этот путь, с точки зрения практики, начиная с _Огненного цветка_, созерцания, _белой птицы_, потом потери чувства тела, т.е. приобретения умения жить без этого чувства; потом вибрации и так далее. Почему это такое опасное дело, если это правильно не оформлено как профессиональная работа? Потому, что это приближение к музыке реальности, музыке пространства. А.Н.Виноградный вообще-то все написал в своей статье. Вы ее читали?
Но есть и одна печальная сторона. Человек - существо коллективное.
А сущность - птица, летающая в одиночку. Это вечная проблема.
_Встретиться нам не дает размах наших крыльев_.
Дело еще в чем? Если бы все люди такими были. А когда ты как бы пространство, а вокруг тебя вещи, а ты знаешь, что они не вещи, ты не просто знаешь, ты видишь. Тебе, как всякому нормальному любящему существу (любая сущность - любящее существо), хочется помочь, поделиться. А они говорят: что ты лезешь в мою личную жизнь? Не буди меня!
Вот Ходжа сумел. Как он это сумел? Однако, если вы вспомните его жизнь, хотя бы в описании Соловьева, - это бесконечные странствия, бесконечные выполнения заданий. Но так хорошо, весело написано, что большинство людей, прочитав эту книгу с удовольствием, причем людей, которые эзотерически подкованы, пропускают, что вообще-то он всю свою жизнь выполнял задания. То дервиш странствующий его попросил, потому что уже бестелесный совсем, то еще кто-то. То падишах попросил его съездить в Индию. Он же все время на работе.
А жена с кучей детей вечно одна. Она их растит, растит. А потом го- ворят, почему у него такая сварливая жена. А почему у Сократа была сварливая жена? Конечно, будешь сварливой - мужа все время дома нет.
Когда читаете такие книжки, нужно быть очень внимательным. Это поразительный пример с _Таис Афинской_ Ефремова, которую невнимательные люди считают легким чтением для молодежи. Есть масса прекрасных вещей.
Но люди очень невнимательны. А почему? Потому что этого не хочется.
Хочется что-то легкое, красивое. Но, как говорил Станиславский, в скобочках Алексеев, что такое искусство? - трудное сделать привычным, привычное легким, легкое красивым.
- До звезд-то далеко.
И.Н.- Да звезды - они здесь. Они ждут: человек, выйди, выйди, выйди из своего целлофанового пакетика!
Говоря о пространстве, невозможно не вспомнить о так называемом быте. Когда человек поворачивается спиной к еде, которую готовит. Я всегда говорил, что приготовить пищу - это высочайшая эзотерика, это великое искусство, потрясающая вещь. Не зря так называемые продвинутые люди различных традиций просто сами себе все готовили.
- А если вообще ничего нет?
И.Н.- Такого не бывает.
- Было же.
И.Н.- Ах, да, у нас был замечательный случай. Бывшая питерская хозяйка и нынешняя решили объединиться, чтобы приготовить обед. Пока мы были на работе, они приготовили.
Я такого не ел еще никогда. Полный ноль. Ешь мясо - вата, ешь салат - вата. Пусто. Они все съели, а форму оставили.
Я говорю: _Марина, может, вы покушаете?_ Она: _Нет, нет, мы не хотим_. И ходят такие разморенные.
Потом пришлось всю эту пищу готовить заново, чтобы не выбрасывать продукты. Это просто некрасиво и не по-дервишски выбрасывать пищу. Но пришлось ее всю переделывать, потому что нечего было есть. Там даже не минус, а просто пусто, все съедено. Но мяса полная миска, красиво. И это не сказка. Однажды я попытался женщинам объяснить, что такое приготовить пищу. У нас был полевой сезон на берегу озера. Мужчины ушли на _боевое задание_, а женщинам я рассказал, как это делается. Каждая написала программу - что должен сделать мужчина после того, как съест ее пищу.
Запечатали в конверты. После того как мужчины поели, я видел только расширяющиеся от ужаса глаза женщин, потому что мужчины начинали в точ- ности выполнять то, что женщины написали в записочках. Один к одному.
Одна написала: _Первое, что я хочу, чтобы он сделал, - сразу после еды заснул_. Он поел и заснул. Это все дырочка. Через нее в вещь программа входит. А поскольку хозяина нет, то пища и становится хозяином, раз в ней программа.
Ведь если не лениться, то, скушав или выпив из чьих-нибудь рук, можно такое узнать про его _искреннее_ к тебе отношение, что чаще лучше самому себе приготовить и самому же съесть.Есть масса замечательных систем, одна из них самая оригинальная - это уринотерапия. На чем это построено? На том, что кто-то понял, что раз я вещь, то все, что в меня входит, несет в меня _не меня_. Значит, если я хочу дать отдохнуть своей машине по переработке, по переведению мира в меня, то мне нужно закрыть все дырочки. И в это время в меня ничего не входит. А я еще вспомнил мультимиллиардера, который вообще живет в бункере и управляет оттуда.
Зачем ему те деньги? Для того, чтобы создать консерву в консерве на консерве.
Но и здесь есть дырочка под названием душа или духовное сердце - это тоже дырочка, которую люди закрывают всеми способами - от мании до _я ничего не чувствую, никого не слышу, ничего не переживаю_. Закрылся, дверь забронировал.
Вместо того чтобы привлечь к себе любовь пространства, мы все время с ним воюем. Потому что оно большое, а мы маленькие. Нет, мы такие большие, вам даже не снилось. Каждый из нас - это событие. А вообще в реальности что реального есть? Пространство, событие, время. И каждый человек - событие, если он есть. А если его нет, то это другая история.
То, что называется - не востребовано. Получили, но хозяин так и не востребовал.


О тенденциях развоплощения и воплощения в духовном развитии
Можно рискнуть и попытаться представить себе все духовные идеи, традиции, учения в виде двух тенденций. Первую тенденцию можно назвать тенденцией развоплощения. Самая распространенная, самая популярная в истории человечества. Что имеется в виду? То, что духовная задача внутренней жизни человека есть развоплощение Духа. В идеале до полного развоплощения, то есть до освобождения не только от физического тела, но и от всех остальных тел тоже, вплоть до слияния с Абсолютом. (Я буду говорить сейчас вещи достаточно дискуссионные, но вы - те, кто меня уже знает, знаете, что я всегда говорю от первого лица, и говорю о том, в чем лично убежден, к чему сам пришел в результате своей жизни и раз- мышлений.) Мне кажется, что доминирование идеи развоплощения, как духовной идеи, связано со страхом смерти. Если взять базальную мотивацию этой идеи, то мне кажется, что она связана со страхом смерти, со страхом неизбежности этого происшествия. И под воздействием механизмов психологической защиты, ради снижения напряжения от ожидания неизбежного конца, возникает идея умереть заранее, по собственному, так сказать, почину. И умереть в таком смысле, который предельно повышает самооценку, умереть развоплотившись.
Как вы сами догадываетесь, я, конечно, не сторонник этой идеи. Я ее не осуждаю, не говорю, что она плохая или хорошая... Мне кажется, что я понимаю ее внутреннее основание. Я часто наблюдал людей, которые путем ли медитации, путем ли молитв, путем ли какой-то психотехнической практики включали у себя тот уровень чувствительности, который, как правило, постоянно не задействован. Столкнувшись с тонкими (условно говорю, тонкими) проявлениями реальности, они находили себе там большее пространство самореализации, большее пространство для повышения само- оценки. Они вступали в контакт с различными сущностями, естественно считая их более высокими, чем свои. (Тем более, что свои, как правило, незнакомы.) И таким образом приобщались к общей большой глобальной тенденции развоплощения. И развоплощались. Для начала как личности разрушались, как полноценные личности, говоря условно, потом от людей уходили, кто как...
И есть, естественно, противоположная тенденция, гораздо менее популярная, гораздо более трудная для переживания - это идея духовного развития как воплощения Духа. Возникает такая коллизия: для того чтобы принять идею воплощения Духа как идею духовного развития и духовной перспективы, надо прежде всего поменять изначальный тезис, что Дух, воплотившись, как бы начал свое падение; поменять идею о том, что в основе мира должна быть точка, нечто одно, и что дифференцирование этого одного есть падение Абсолюта, есть его как бы раздробление, есть его ог- рубление. Не так часто встречается явно оценочная подача этой идеи, но в скрытой форме всегда есть оценка, что удаление от Абсолютного есть падение.
Однако давайте вспомним исходные мировые тексты. _В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог_. Что ж это было за Слово?
Слово это было _хочу_. Хочу воплотить. С этой позиции возможно вос- приятие Абсолюта как бесконечного, во всех смыслах: бесконечного разнообразия, бесконечности пространственных слоев, бесконечности проявлений, бесконечности форм, наполненных духовным содержанием. Мы увидим, что если мы станем на позицию, что воплощение есть прогресс Духа, - условно говоря, что это что-то положительное, - то тогда многообразие форм воплощения окажется раскрытием богатства Духа, ибо Дух тем самым утверждает, что нет такой формы и не может быть такой формы, которую он не в состоянии заполнить, которую он не в состоянии воплотить.
Идея развоплощения понятна - это ход назад. Вот был единый, не- делимый, невыразимый; потом он начал дробиться, воплощаться слоями (например, у Успенского, Гурджиева - луч творчества). И мы все время строим парадигму восхождения как парадигму развоплощения. А парадигму нисхождения - наоборот, как парадигму воплощения, отсюда и совсем простая идея борьбы с плотью как таковой, и сложная идея о слиянии с Абсолютом через отказ от личного бытия.
А вот обратный ход, при котором парадигма восхождения строится как парадигма предельного воплощения, предельного вхождения в плоть всей бесконечности возможных форм, - менее популярен и более трудно дается именно в переживании. Потому что при этом ходе мы не можем построить для себя траекторию, которая чем-то заканчивается. Действительность не может закончиться, ибо воплощение бесконечно развертывается во времени, пространстве и знании. Реальность действительно потенциально бесконечна.
Страх бесконечного, как показывает психологическая практика, для боль- шинства людей более силен, чем страх конечного. Не зря существует легенда о проклятии бессмертием.
Но существует возможность увидеть бесконечность. Однако эта це- лостность будет не статической, т.е. не целостность зафиксированной картины, а целостность процесса. Целостность, в которой моментом внутреннего схватывания будет постоянное переживание динамики, воплощения.
Я не могу сейчас достаточно аргументированно говорить (возможна ли вообще достаточная аргументированность в такой области?), но на сегодняшний день у меня такое ощущение, что внутренняя, субъективная реальность человека, его самотождественность в пределе, в самом основании своем имеет процесс, что точечная самотождественность _я как я_ есть только метка на этом потоке. Вот течет река, и если бросить в нее дощечку, то эта дощечка, плывущая по реке, - это образ нашей метки восприятия самотождественности, так можно себя отслеживать, но сами мы как _я_, наше _я_ как таковое, есть река, есть процесс воплощения.
Естественно, что для словесно-логической формы осознавания это почти неуловимо. В силу дискурсивности, в силу того, что пока ты создаешь описание, уже проходит некоторое время. Но существует такая форма рефлексии, как переживание. Хотя есть смешение терминов. Подменять термин _рефлексия_ термином _переживание_ как-то не очень принято.
Скажем, такая форма самовосприятия. И если мы развиваем в себе эту форму самовосприятия, то мы имеем потенциальную возможность воспринимать себя через переживание процессуально, т.е. воспринимать себя не как метку под названием _я_, а как поток в потоке реальности и, таким образом, по- лучить внутреннее, субъективное основание для восприятия концепции ду- ховного развития как воплощения, а не развоплощения. Естественно, что это много трудней. В каком плане много трудней? В том плане, что у нас, во-первых, об этом очень мало информации, очень мало текстов, очень мало живых носителей (такого подхода). Вторая сложность состоит в том, что при таком подходе так называемые _грубые_ уровни реальности оказываются самыми сложными для постижения и преображения. Даже если мы будем пользоваться той концепцией, что вот эти уровни реальности, которые мы называем _физическое тело_, _физическая реальность_ (ведь это очень ус- ловные слова), - это более плотные, давайте отнесемся к этой плотности не как к эффекту огрубления, а как к нарастанию мощности воплощения. Для этого нужно преодолеть фатальность отношения к действительности, так сказать, _плотной_ действительности. Фатальность отношения выражается в том, что она, _плотная_ реальность, обречена, что она есть временный сосуд, только потому, что мы все видим смерть. Мы видим, как гибнут растения, как гибнут животные, как гибнут люди, как рассыпаются в прах города, как исчезают культуры. Именно этот факт, воспринимаемый через призму страха конечного, делает нас внутри, глубинно-установочно, по отношению к так называемой _плотной_ реальности настроенными отрицательно. Нам в большинстве случаев не приходит в голову даже за- думаться, а можно ли посмотреть на это иначе? Ведь все ясно. Хотя почти все, интересующиеся этой проблематикой, знают про _Изумрудную скрижаль_
и про то, что _как вверху, так и внизу, как внизу, так и вверху_, знают, что _сансара - это та же нирвана, а нирвана - это та же сансара_. У Флоренского вратами заканчивается легкий путь восхождения и начинается тяжелый путь нисхождения. То есть во всех серьезных источниках мы встречаем эту идею другого восприятия единого и другого восприятия самой идеи движения, движения как воплощения, как нарастания мощности воплощения. Но она в большинстве случаев проскальзывает мимо нас, ибо не дает возможности уйти от проблематики личности, т.е. социальной проблематики, потому что мы сделаны из людей... Мы роковым образом сделаны из этих людей, которых не выбирали, мы роковым образом родились в это время, в этом месте, в этом социально-психологическом мире, - т.е.
рок, рок, рок. Это изначальное отсутствие нашей субъективности. А что я могу с этим поделать? Если я родился в начале февраля, значит, я по гороскопу _водолей_. Если я _водолей_, то тогда... Что я могу поделать, если я родился в таком социально-психологическом мире и поэтому у меня глубинная система ценностей такая-то, такая-то, такая-то. Что я могу поделать, я сделан из этих вот людей, поэтому у меня эдипов комплекс, или комплекс Электры, поэтому я на всех женщин проецирую проблематику своих отношений с матерью, на всех мужчин проецирую свою проблематику отношений с отцом. И т.д., то есть полная предопределенность. И на уровне индивидуальности, своей телесной уникальности: вот у меня такая скорость реакции, у меня такое вот внимание, такое телосложение, у меня такой вот разрез глаз. Опять фатальность, опять рок, опять я здесь как субъект не присутствую. И я в силу так называемых объективных обстоя- тельств получил именно такое образование и не получил вот такого, такие книжки прочитал, а такие не прочитал. Поэтому, как только мы встречаемся с идеей развоплощения, мы чувствуем большое облегчение. Потому что вся эта фатальность перестает иметь какой-либо смысл, и снимается это напряжение, потому что все это оказывается вообще-то не важно. И не имеет никакого значения, - прахом станет, и все. А вот есть нечто, где изначально в момент постижения я как субъект присутствую, и здесь все как бы в моей воле, особенно если моя воля согласится с волей Абсолюта.
Но это опять отказ от психологического напряжения, так же как отказ от сознательного выбора. Тогда как же быть с утверждением, что родиться в человеческом теле - это самая большая удача?.. Тогда как же быть вообще с каким-то смыслом существования человека, не только в форме рода человеческого, но и в форме индивидуального, персонального, единст- венного?
Как же быть тогда с этой бездной духовности в виде воплощенного мира? Каким же образом мы все-таки умудряемся... Мы так здорово устроены, что, игнорируя эту бездну, строим себе иллюзии какой-то там духовности за пределами этого мира... А что такое за пределами этого мира? Десятый, двенадцатый, шестнадцатый уровень? Но даже если это мил- лион, это же все равно единое, ибо если это не единое, тогда все духовные идеи просто ничего не стоят. Они все на этом фундаменте построены. На том, что есть единое. Не одно, а единое.
- Можно ли так понять, что вы отрицаете идею развоплощения как духовный путь?
И.Н.- Во-первых, я вначале сказал, что я делюсь с вами размыш- лениями не для того, чтобы отменить идею развоплощения. Потому что вряд ли можно осуществить воплощение, преображение без ознакомления со всей этой историей в обратном варианте. Я думаю, что если мы будем ставить этот вопрос как практическую задачу, то очевидно, что это ознакомление необходимо. Кроме того, моя позиция в этом вопросе согласуется с тем, что в книжке _Наедине с миром_ названо _карта древних_, или _карта состояний_. Я не хочу быть понятым односторонне.
Другой вопрос, что для меня на сегодняшний день в моей внутренней практике, в моих попытках что-то осознать, понять, и в моем общении с людьми это более актуальная проблема в связи с ее меньшей разработанностью как на уровне осознавания, так и на уровне практической реализации. Меня тревожит, что сейчас, когда все это на уровне текстов, на уровне пропаганды, на уровне какого-то первоначального знакомства стало очень доступным, идея развоплощения увлекает людей до такой степени, что они даже не задумываются о том, что есть еще и вторая тен- денция этого всемирного процесса. Может быть, поэтому я акцентирую в эту сторону, но мое акцентирование означает только актуальность этого на данный момент времени для меня.
- Возможно ли для человека со всеми его проблемами и недостатками воплотить Дух?
И.Н.- Давайте возьмем такую традиционную формулировку о том, что есть человек. _Человек создан по образу и подобию Божьему_. Вот такая знаменитая формулировка. Что такое _по образу и подобию_? Для меня это по внутреннему смыслу означает, что так же, как и мир, человек есть воплощенный Дух. И то _Я_ в нас, которое я назвал процессуальным, - это и есть воплощающийся Дух. И если человек имеет такую внутреннюю устремленность, такую жажду, такое _хочу_, он может воссоединить в себе самом исходный момент - момент чистого духа и момент воплощения этого духа в их процессуальном единстве, и пережить себя как этот процесс воп- лощения, и в этом найти уже содержательные моменты, вплоть до технологи- ческих.
- На уровне подсознания управляют человеком законы природы; как же он может, оставаясь в теле, воплотить Дух, т.е. отдать его под власть Духа?
И.Н.- С одной стороны, Вы формально правы - в том, что существуют законы природы и человек как природное тело этим законам подчиняется. С другой стороны, человек еще принадлежит социальной природе, которая не совсем, мягко выражаясь, совпадает с тем, что мы привыкли в общем все называть природой. И с третьей стороны, человек еще принадлежит к интеллектуальной природе (ментальное пространство человека). В той или иной степени он принадлежит и приобщен к этим аспектам человеческой при- роды.
Если совсем просто ответить на Ваш вопрос, то есть замечательная формула Павла Васильевича Симонова. она звучит так: _высшая нервная деятельность - действительно высшая_. Действительно. А это означает, что структурно она предназначена для того, чтобы иметь возможность управления или хотя бы координации всех других форм, как бы структурно низших. Это раз.
Второе. Окружающий нас мир, который мы привыкли называть средой, меняется. И меняется не только по биологическим, природным, условно скажем, причинам, но и по причинам вмешательства деятельности людей в это все дело; он становится в некоторых местах очень агрессивным... И если мы не используем своих возможностей, данных от рождения (не от рождения, а по определению, что мы homo sapiens), и не изменяем взаимоотношения со своим телом во всех смыслах (когда говорю _тело_, я имею в виду полный объем понятия, в том числе и его биологическую часть)
в соответствии с задачами, которые мы перед собой ставим, т.е. с теми смыслами, которые мы хотим реализовать своим пребыванием в этом мире, то тогда... тогда только развоплощение.
- Вы хотите сказать, что на пути воплощения возможна коренная трансформация биологического тела?
И.Н.- Да, я уверен. Я не говорю, что мне это удалось. Но чем дольше я этим занимаюсь, тем больше эта уверенность нарастает. И я даже скажу больше, что внутренне, субъективно, я уверен в том, что этот путь перспективнее с точки зрения взаимоотношений между субъектом и миром.
- А с каким тогда эгрегором, энергетическим потоком Вы связаны, не потеряли ли Вы свои корни?
И.Н.- Это хороший вопрос. Те, кто меня давно знают, слышали, читали - я не пользуюсь такой терминологией, и объясню почему. Эта терминология не вписывается в ту каузальную систему, которой придерживается традиция, к которой я принадлежу. Я не говорю, что она плохая или хорошая. Я знаю людей, которые этим пользуются и решают свои смысловые и целевые задачи.
Поэтому ответить на этот вопрос вот таким образом я не очень могу. Но могу сказать другое: по мере нарастания объема резонансного взаимодействия между субъективной и объективной реальностями, или между субъектом и миром - при наличии развитой рефлексии и на уровне ин- теллекта, и на уровне переживания, и даже на уровне чувствования- ощущения (что тоже нужно, потому что иначе вас размывает, иначе начинаются интерпретации, которые не соответствуют ничему, кроме вашей субъективной проблематики), уверенность в том, что это путь, что это в принципе возможно и что этот путь тоже направлен к постижению истины, - она нарастает. Только за счет резонансного взаимодействия. Да, конечно, вы абсолютно правы в том, что человек, вставший на духовный путь любой традиции (если это не убежище, а путь), он теряет. Безусловно, потому, что это все дороги без возврата с определенного момента. Трансформи- руясь, он теряет свою как бы естественность пребывания среди людей, но не в мире. И он может вернуться к этой естественности пребывания,- в принципе, но как? У меня нет такого желания, поэтому я не прорабатывал этот вопрос. В текстах, в традициях говорится, что в принципе можно.
Скажем, например, Ходжа Насреддин иллюстрирует эту задачу.
- А вот критерий реконструирования человека на этом пути Вами ведь тоже просматривался? Немного влево или немного вправо. Где критерий, куда нам идти?
И.Н.- Человек идти может только туда, куда он хочет.
С формальной точки зрения это дикое упрощение, но это так. Мы очень боимся _хочу_. Вдруг у меня активизировалась в памяти замечательная книга Ричарда Баха _Иллюзии, или Приключения вынужденного мессии_, которая вся посвящена проблеме _хочу_. Почему нам внушено, что если я реализую свои _хочу_, то тогда они неизбежно столкнутся с _хочу_ других людей и я попаду в зону беспрерывной конфронтации? Чего, естественно, никто из нас не хочет. Но мы забываем, т.е. не забываем, а может быть, некоторые упускают из виду простую вещь, что не _хочу_ вступают в конфликт с другими _хочу_, а способы реализации _хочу_ могут быть бур- ные, хорошие, осуждаемые, поддерживаемые; в данной культуре - такие, в той культуре - другие... Но ведь способы - это вопрос вооруженности, вопрос _как_, а не вопрос отмены моего _хочу_.
- А как же уголовное право, наказывающее реализации запрещенных _хочу_?
И.Н.- Вот замечательный вопрос. Это колоссальная тема. С точки зрения того, что на сегодняшний день известно в психологии, человек не может действовать из _не хочу_; это абсурд, ибо двигателем, с точки зрения современной психологии, подчеркиваю, является потребность.
Потребность как потребность человек редко осознает, если он об этом, тем более, не знает. Он осознает себя как некоторый набор _хочу_, т.е.
мотивов. Происходит конкурентная борьба мотивов в зависимости от степени неудовлетворенности потребностей, в зависимости от ценностной структуры, личностных установок, социальных ограничений, табу, вся динамика психики выводится из этого _хочу_. Сведем психоанализ к примитивной схеме:
либидо, направленное на себя; либидо, направленное наружу; мортидо, направленное на себя; мортидо, направленное наружу. Как всегда, четыре получается, так устроено с древности, что четыре - число как бы первопричин, когда речь идет о психике.
Вы говорите - уголовное право. Но если человек, - возьмем такой крайний случай, - хочет украсть, т.е. нарушить закон, даже если он сам себе говорит: _Я хочу это сделать_, это ведь еще не означает, что это его истинное _хочу_. Ибо мы знаем, что существует система психологической защиты. Первый сильный механизм - это так называемая защитная мотивация, т.е. когда мотив оформляется рефлексией уже в приемлемом для себя виде. Вот для этого человека приемлемо так. А теперь допустим, что он в состоянии с чьей-то помощью, или он имеет возможность в социальном пространстве ознакомиться с исходным своим _хочу_. И вы в состоянии ему предложить энное количество способов реализации этого _хо- чу_. Естественно, он выберет наименее наказуемый. Поэтому вопрос жиз- ненной вооруженности, персональной вооруженности в смысле тех- нологическом с одной стороны, освобождение от все большего и большего количества защиты по отношению к восприятию своей мотивации, а с другой стороны, все большее и большее обеспечение разнообразия средств, способов реализации этого _хочу_. В пределе разумных размышлений это приведет нас к тому, что запретных, - в абсолютном смысле слова _запрет_, - _хочу_ просто не возникает... Мы все в этом плане очень похожи.
Набор социальных, биологических, идеальных потребностей, если пользоваться классификацией Симонова, не такой уж большой и не такой уж разнообразный. И даже если мы привлечем сверхсознание как процесс творческих психологических мутаций, то тот же Симонов, тот же Ершов утверждают, что сверхсознание работает только на актуальную потребность, на актуализированную. Если мы возьмем все подсознание со всем, что нам о нем рассказали от Фрейда до Бассина, что мы там увидим? Мы увидим только конфликт между статикой и процессом, между исходными запечатками родовы- ми, - по рождению, где я как субъект не присутствовал с моей динамикой как субъекта, который с этой статикой вступает все время в конфликт.
Если мы даем человеку технологию - способ выявления своих кон- фронтаций, снятия этих конфронтаций, то - это я видел сам - снимается этот конфликт. Тогда между сознанием и подсознанием возможна ситуация, когда нет конфликта. Почему? Статика, не соответствующая процессуальности данного субъекта, изъята. То есть легко сказать: _и все_. На самом деле это чрезвычайно сложно. Но при наличии мотивации постижения возможно. При наличии мотивации достижения практически не- возможно, - человек не успевает, потому что мотивация достижения укрепляет субъективное переживание ограниченности времени; мотивация постижения снимает субъективное переживание ограниченности времени. И тогда у вас получается, что ваш день, сутки субъективно в переживании становятся равны месяцу вашего знакомого. Тогда вы понимаете, что жизнь измеряется - с точки зрения переживания - не количеством оборотов Земли вокруг Солнца, а количеством субъективных событий. Вы переходите из одного времени в другое.
Тогда вопрос ограниченности вас во времени, в количестве оборотов Земли вокруг Солнца, которое совершит она, пока вы существуете как биологическое единство, биологическое тело, снимается. И тогда у вас есть шанс успеть. Но, естественно, вам нужно для этого отказаться от огромного количества мотивации достижения. И положиться в этом, как говорили древние, на волю Божью.
Это самотворчество, т.е. творчество, направленное на самого себя, и есть наиболее активное проявление субъективности. А раз мы повышаем активность субъекта - мы повышаем смысловую активность нашего пребывания в этом мире, мы повышаем самооценку не за счет достижения, а за счет именно того, что мы начинаем постигать самих себя во всей своей бесконечной субъективности воплощения.
- Игорь Николаевич, я прочитал, что выносится самосознание из субъективной и объективной реальности в психологически пустое пространство... А как это практически?
И.Н.- Во-первых, надо иметь реальное _зачем_, т.е. иметь желание и иметь смысл: _хочу_ и _зачем_. Во-вторых, это не вопрос технологии в том виде, в котором можно изложить эту технологию и передать. Это вопрос расширения объема резонанса. Это вопрос пребывания внутри данной традиции, смены взаимоотношений с миром. Понимаете, все, что можно было сказать словами, я честно изо всех сил попытался и сделал. И я, когда сейчас читаю _Наедине с миром_, десять бесед о Школе, понимаю, что я ничего добавить туда не могу. У меня не появилось новых слов для объяснения этих субъективных переживаний. Потому что, как бы там ни было, это субъективные переживания, и объективация, - т.е. продукт какого-то нового качества, - это всегда самый сложный вопрос.
- То есть пребывая в вашей традиции, человек обязательно к этому придет?
И.Н.- Нет, это происходит либо не происходит. Но это зависит от того, насколько вы в это погружены, насколько вы в этом пребываете...
Потому что как только вы ставите вопрос в такой форме - это мотивация достижения. Понимаете? А как только это мотивация достижения, вы выходите за пределы самой традиции; вы делаете главными периферийные вопросы, вопросы достижения, которые отданы закону традиции. Ведь что такое _Я принял традицию_? В данном конкретном случае я для себя должен определиться, что мотивация постижения - это у меня основное, а мотивация достижения - поскольку-постольку: поскольку судьба сложится, поскольку Господь Бог распорядится. Но это не мои проблемы, они для меня не актуальны. Я все свои силы, силы всех своих потребностей (если я в данной традиции, то эта традиция пытается, в качестве основного момента устремления, определиться в сторону воплощения) - от самых биологических до самых идеальных - направлю на постижение. Я пытаюсь, учусь, или в переживании мне открывается, что все они даны мне для постижения и преображения, а не для достижения.
- У человека есть глубинные _хочу_, о которых он и сам ничего не подозревает. Как это можно определить?
И.Н.- Да не надо ничего определять. Сколько ты ни определишь, все равно либо оно есть, либо нет. Тогда можно было бы просто технологическим путем взять в свои руки удовлетворение потребностей данного конкретного человека и, манипулируя пряником и кнутом, то есть поощрением и наказанием, начать формировать... Но что прекрасно? Как показывает практика всяких деспотических попыток это сделать с древних времен и до недавних, - ничего не получается. Простой пример. Есть люди, склонные к тому, что их можно ввести в состояние гипноза до так называе- мого сомнамбулического состояния. Ставят муляж человека, дают в руки нож (в этом состоянии) и говорят: _Это враг, его надо убить_ - и он вонзает нож. Ставят человека, дают в руки картонный нож и говорят: _Это враг, его нужно убить_, - он вонзает, но уже не так. Ставят человека, дают настоящий нож, - и человек не выполняет команду, у него начинается истерика. Кто знаком с гипнозом, знает, что здесь начинается глубинный конфликт. А некоторые - выполняют. И даже премудрые военные специалисты не могут заранее предсказать со стопроцентной точностью, кто выполнит, а кто - нет. Только методом антинаучным они выявляют тех, кто в состоя- нии...
О чем речь идет? Есть в человеке такие глубинные вещи, которые не поддаются манипуляциям даже на таком уровне. Поэтому большую часть средств, скажем, люди, озабоченные поиском суперагента, тратят не на обучение этих агентов, а на нахождение потенциальных кандидатов.
- Скажите, а на чем, на Ваш взгляд, эти глубинные вещи могут быть основаны?
И.Н.- В большинстве случаев у меня просто нет ни желания, ни времени, ни _хочу_ заниматься глубинной формализацией в силу того, что я тоже процессуален и у меня возникают другие интересы. Меня сам этот факт просто радует. Он в свое время меня вдохновил в моих устремленностях, - в смысле объективаций, т.е. в выступлениях, рассказах, текстах. Потому что существование такой проблемы показывает, что наш страх перед манипулированием и эти бесконечные призывы, создание всяких кодексов, как правило, никаких плодов не приносят, кроме манипулирования общественным мнением или мнением определенной группы. А он не так уж обоснован. Даже на сильно формализованном уровне существует нечто за пределами поверхностной социальной динамики. Поэтому пронесшийся недавно бум вокруг нейролингвистического программирования в общем как-то угас, или уже угасает, или в ближайшее время угаснет, потому что опять эта идея программирования, компьютерная идея все равно с неизбежностью наталкивается на процессуальность человека как субъекта, а поэтому непредсказуемость.
- Но ведь предопределенность объективно существует?
И.Н.- Для меня субъективно и объективно это не совсем то, что общепринято. Если я действительно субъект, то вся объективность мира в такой же степени зависит от меня, как и я от нее. Если я действительно субъект так, как я это понимаю, то я включен в действительность. Значит, изъятие меня из этой действительности ее меняет, мое присутствие в ней ее меняет. Предопределенность, конечно, есть. Предопределенность... В чем она? Она в том, что постоянно плюс-подкрепляется со стороны социальной то, что в нас от механизма, от конвенции, от предсказуемости.
Предопределенность выгодна социальной структуре, ибо чем предсказуемее наше поведение, тем лучше функционирует вся структура социальных отношений. Потому идея предопределенности все время подкрепляется.
Конечно, есть предопределенность. Ну не я же выбирал, - если отбрасывать какие-то совсем мистические ходы, - в какой семье родиться, в какое время, с каким телом, какого пола даже. Но эта предопределенность инструментальна, - ну, не имею я ничего, мне дали топор. Это единственный инструмент, скажем. Вот я, вот природа и вот топор. Я могу его совершенствовать для своих задач, а могу ходить и ныть: что я могу с топором интересного сделать? Люди, мы знаем, топорами делали деревянные кружева, брились и т.д. Они им работали, они его не как данность воспри- нимали, а как некоторую ограниченность в выборе средств воплощения.
- Допускаете ли Вы истинность других подходов к духовности?
Например, канонических?
И.Н.- Я все допускаю как некоторые попытки описания многообразия реальности, с которой может вступить во взаимодействие человек. Я все отрицаю, ибо мне удобнее те описания, которыми я пользуюсь внутри своей традиции. Конечно, у меня есть свое субъективное мнение, просто как у специалиста, относительного специалиста в этой вот области, что некоторые описания больше толкают к ложным интерпретациям, некоторые описания более корректны, некоторые описания порождены сочетанием практики и попытки уйти от своей внутренней проблематики; некоторые описания вообще сконструированы. Все описания чему-нибудь соответствуют, но даже все описания вместе реальность не исчерпывают. Поэтому я поль- зуюсь тем языком, той системой описаний, которую я хорошо знаю, проверил в своей личной практике и которая принадлежит той традиции, порождением которой я являюсь. Я люблю свою традицию действительно. Очень.
Всякие ограничения на входе усложняют процесс трансформации. Это принципиальная позиция. Далее, всякие ограничения на входе как бы неявно постулируют наличие в мире вещей недуховных. А это противоречит основной духовной установке, что весь мир есть воплощенный Дух.
- Как встать на путь? В Вашей книжке есть об этом теоретическая информация, а как это сделать практически?
И.Н.- Не надо становиться. Как говорил мой учитель, книга не инструкция. Любая, даже самая замечательная книга - это повод для размышления. В этих книгах есть только одно: моя абсолютно честная, искренняя попытка поделиться тем, чем я могу поделиться на уровне слов.
Больше там ничего нет. _Так говорил Игорь Николаевич Калинаускас..._ Ну и что? Многие многое говорили. Если что-то в вас отозвалось, если что-то как-то срезонировало, то это уже ваша проблема, а не моя. Единственное, в чем я уверен, - что там нет того, что может стать оружием. Это принцип профессиональный.
- Как совместить Ваши высказывания, что _человек есть человек_ и _человек есть воплощенный Дух_? Ведь в этом и есть глобальный конфликт и трагедия человека?
И.Н.- Когда я говорю: человек есть человек, я имею в виду, что физическое тело, огненное тело или любые другие тела или параметры - это все единое под названием человек, а когда речь идет о воплощении, безусловно, человек - воплощенный дух. Но мало того, что он воплощен, он еще воплощен по образу и подобию Божьему. Или, говоря иначе, одно из самых совершенных воплощений...
- Но ведь человек есть человек, а не есть Дух.
И.Н.- Нет. Человек - это такая замечательная форма воплощения Духа;
некоторым она даже больше нравится, чем там кошечка или собачка. Но не всем. Я знаю людей, которым кошки нравятся больше людей.
- А когда вы узнали про _Огненный цветок_?
И.Н.- Дело было в Даугавпилсе, в 1972 году, в марте или мае. У нас была такая традиция: ночь с пятницы на субботу была посвящена всевозможным вопросам, которые нас наиболее волновали. Так вот однажды метод качественных структур вдруг ни с того ни с сего появился... Был такой период, когда мы нашли какой-то ритм действия, при котором информация возникала спонтанно. Вот в одну из таких ночей с пятницы на субботу вдруг я начал рассказывать о _цветке_. Когда мы пытались это формализовать, мы нашли только одно определение: информация получена экстатическим путем. Но если говорить принятыми на сегодня словами, то это, естественно, вхождение в поток,- некоторое резонансное взаимодействие с традицией на всех уровнях многочисленных аспектов реальности приводит к тому, что у вас возникает необходимое знание (если это называть знанием), или необходимое понимание (если это называть по- ниманием), или необходимое переживание (если это называть переживанием)
по мере реальной необходимости.
- Существуют ли аналоги _Огненного цветка_?
И.Н.- Большое количество народа потом искало аналоги. Единственный аналог, который был найден, это древнекитайская психотехническая система под названием _золотой цветок_. Но она имеет дело с другого рода энергией. Она имеет отношения, по нашим сегодняшним представлениям, с ментальной энергией. Поэтому там другое. Но у них золото... Опять же это мы так понимаем. Потом, по прошествии некоторого количества лет, при большем знакомстве с людьми из этих традиций - живыми носителями, я понял, что _золото_, _Золотой Будда_ - это для них не означает золото в буквальном смысле, для них это может быть концентрация солнечного света.
Поэтому тут сравнивать всегда надо очень осторожно. Но это единственная аналогия, которую за все это время от момента получения информации по сегодняшний день мы нашли. Никакой другой аналогии найдено не было. И должен сказать, что пока мы не встретили, кроме Агни-Йоги, еще какой-ли- бо традиции, непосредственно работающей с огненной энергией или с тем, что условно называют _огненным телом_. Я думаю, что это связано с тем, что именно работа с этого рода энергией ведет к непосредственным трансформациям не только на уровне психики и сознания, но и на уровне психофизиологии. И это многих пугает.
- Какова цель духовного пути?
И.Н.- Цель?
- Да. Например, цель - это максимальное воплощение Духа.
И.Н.- Когда мы говорим _цель_, мы предполагаем, что существует конец как достижение, финал. Когда мы говорим _смысл_, то мы предполагаем, что постижение - преображение не имеет такого финала, даже логического. Может быть, такой смысл предельно реализовать воплощенность Духа. Как мы говорим на языке Традиции: уметь заполнить любую форму этим содержанием. Смысл. А цель - нет.
- Как же все-таки может так быть, что любое человеческое _хочу_
священно? Оно же может нести вред другим людям?
И.Н.- Я сказал, во-первых, не _любое человеческое_, я сказал: любое _хочу_ священно. Потом я сказал: способы реализации этого _хочу_ - не все допустимы.
- А вот если потребность убить?
И.Н.- Вы плохо знаете психологию. Нет такой потребности, есть такой способ реализации потребности или сублимации, если есть подавленная потребность. Но как потребности, потребности в убийстве нет... Бывает ограниченность выбора способов для данного конкретного человека. Это уже уровень социального торможения и прочее. Это другая тема. Но всякое _хочу_ истинное (не защитное, а истинное) священно. Другой вопрос - отсутствие знания, средств для воплощения данного _хочу_. Дальше уже начинается _психопатология обыденной жизни_.
- У человека огромное количество _хочу_, разве можно их все реализовать?
И.Н.- С точки зрения внешнего наблюдателя - безусловно. С точки зрения самопознания - прежде всего предлагаю заняться все-таки познанием себя, чтобы выяснить, что масса вещей, о которых вы уверены, что вы их хотите, это только защитные мотивации. Если вы, знакомясь с собой, вступив в диалог с собой как с субъектом, займетесь этим, вы выясните, что проблемы как раз не в излишних _хочу_, а в недостатке _хочу_. И от этого одно-единственное _хочу_ путем защитной мотивации преобразуется в целый букет _хочу_. Но этот букет весь на одной веточке. И когда человек делает глубоко эту работу, то у него со временем возникает совершенно невероятная ситуация. Вдруг выясняется, что он почти ничего не хочет. И тогда начинается: _хочу хотеть!_ Оказывается, что многие наши защитные _хочу_ кнопочны, т.е. они стимулируются внешней обусловленностью. И если снять эту внешнюю обусловленность, тогда оказывается, что из себя самого человек почти ничего не хочет. Но это уже связано с другими вопросами:
вопросами его отношения с миром - непосредственно, опосредовано, био- логических, небиологических.
- Дух и субъект. Соотношение между двумя этими понятиями? Вы употребляете их постоянно, а вот что это такое?
И.Н.- Я-Дух - это река, а я, как субъект с данной себе рефлексией - _я есмь_- это метка на потоке. Больше ничего не могу об этом сказать.
- Вы субъект воспринимаете как метку?
И.Н.- Не субъект, а восприятие субъектом самого себя.
- Можно выделить два взгляда: один говорит, что в каждый миг жизни человек имеет все необходимое ему для развития и нужно только внимательно смотреть и получать те уроки, которые приходят. Другой взгляд - это, условно говоря, Мюнхаузена, из фильма Захарова: нужно совершить подвиг, чтобы что-то обрести.
И.Н.- Я понял. Потенциально, на уровне субъективного переживания, действительно, каждое мгновение жизни содержит в себе достаточно энергии воплощения. Актуально этого не происходит по той простой причине, что, испытывая социальное давление, человек отказывается от биологических взаимоотношений с жизнью и реальностью, от резонансных взаимоотношений с миром и переходит в конвенциональный мир социума. Не полностью, - пол- ностью он, даже если захочет, не перейдет, - в большей или меньшей степени. Конвенциональный мир социума построен на снятии как можно большего числа напряжений, связанных с возможностью возникновения сомнений по отношению к заданной социумом модели жизни. Это раз. Второе.
Для того чтобы получить средства работать с этим всем хозяйством, нужно пройти обучение у людей, которые этими средствами владеют и имеют жела- ние и возможность вам их передать. Такова моя позиция. Напряжение снимается в каждый момент времени. Вот сейчас девушка держит у Вас руку на плече, снимает Ваше напряжение, - не потому, что она так задумала, это инстинкт личностный. Вы посмотрите вот здесь, в этом пространстве.
Казалось бы, есть микрогруппы, знакомые, есть люди сами по себе. Но разве Вы заняты тем, чтобы способствовать нарастанию общего и индивидуального напряжения? Нет. То есть чисто инстинктивно вы заняты тем, чтобы снимать, снимать, снимать, а Игорь Николаевич занят тем, чтобы поднимать, поднимать... Вот вся динамика нашего общения.
Возможно, привлекательность традиций развоплощения состоит именно в том, что по мере продвижения по этому Пути снимается постепенно всякое напряжение, в том числе и напряжение, известное как _томление Духа_. А ведь это _томление_ есть желание воплотиться.


Об уникальном и типическом
Начнем с двух тривиальных утверждений. Первое: каждый человек уникален. С уходом человека из мира уходит целая неповторимая вселенная.
И второе - каждый человек содержит в себе массу типического, что доступно наблюдателю, исследователю со стороны. И поэтому существует огромное количество объяснительных систем, которые пытаются выявить в человеке предсказуемое. Сюда входят и научные психологические типологии, в том числе типология информационного метаболизма, типология темперамен- тов. Сюда входят, теперь уже тоже почти признанные в качестве научных, астрологические типологии. Сюда входят и шуточные типологии, которые не претендуют на научность. Например, все люди делятся на сосланных, награжденных, диверсантов и аборигенов. Сосланные - это те, которые из высших миров на землю сосланы за какие-то грехи, поэтому им здесь все не нравится, они ноют и все критикуют. Награжденных - из низших миров за какие-то заслуги на Землю послали. Они, наоборот, ходят, восхищаются:
_Ах! Ах! Потрясающе! Великолепно!_ Диверсанты не ахают и не критикуют.
Они заняты делом. Знают, зачем они здесь и что они должны сделать. И аборигены - те, которые здесь живут. Одних охраняют, других ублажают, третьих ловят.
Еще более простая типология: один мой приятель когда-то сочинил, что все люди делятся на зануд и паскуд. Есть две разновидности:
занудистые паскуды и паскудистые зануды. Существует постоянное стремление создать объяснительные системы, которые позволили бы человеку ориентироваться прежде всего в других, чтобы снять проблему сложности субъективного мира другого человека за счет отнесения его к какому-то типологическому классу, свойства которого максимально известны.
Для многих людей такой внешний взгляд служит почти единственным объяснением и самого себя.
- А ты почему так сделал?
- Так я же Водолей.
- А ты почему?
- А я в год Овцы родился.
- А ты почему?
- А у меня такой тип информационного метаболизма или такой тип высшей нервной деятельности.
И эта тяга неистребима.
Меня в последнее время это очень заинтересовало. Постоянно су- ществует стремление человека воздействовать на мир, в том числе и на других людей как часть этого мира, в сторону увеличения уровня предсказуемости. И когда какая-либо информация оформляется таким образом, что с ее помощью можно повысить уровень предсказуемости, мы за нее хватаемся независимо, в большинстве случаев, от ее качества.
Большинство шарлатанских систем построены именно на том, чтобы удовлет- ворить потребность не столько в знании, в стремлении к какой-то истине, сколько в том, чтобы наше отношение к будущему, включая поведение людей, которые нам важны, максимально совпадало с тем, что произойдет.
Вчера в гостях смотрел видеофильм, из серии коммерческих аме- риканских фильмов, там был замечательный момент: герой этого фильма, писатель, пишет детектив. Писатель довольно известный, но у него творческий кризис. И вот он, в качестве выхода из творческого кризиса, совершает авантюрный поступок и развитие последствий этого поступка делает основой для своей книги. Ему издатель в один из моментов говорит:
_Это хорошая книга, но твои прежние книги мне нравились больше_. Он говорит: _Почему?_ - _В них все предсказуемо_.
Парадокс. Ведь детектив. Казалось бы, какой кайф может быть в детективе, если заранее все известно. Оказывается, на это есть свой спрос, и поэтому он имел своего читателя, который хотел читать не для того, чтобы запутаться в лабиринтах его хитроумных построений, а для того, чтобы угадывать на десять-двадцать-тридцать ходов вперед и тем самым поддерживать свою самооценку: какой я проницательный, как я все заранее предвидел, и даже такой известный писатель не может меня за- путать.
Иногда создается впечатление, что пройдет какое-то время, и наука и другие способы познания человека разовьются до такой степени, что можно будет объяснить все. Если все сложить: генетику, типологию информационного метаболизма, типологию темпераментов, типологию индивидуальности, - то останется в качестве уникальности одно- единственное - отпечатки пальцев. Потому что внешность, как мы теперь, глядя в телевизор, понимаем, вещь повторимая. Сейчас появилось огромное количество клубов двойников, шоу двойников. Я тут недавно слышал обрывок одной передачи, сказали, что сняли фильм англичане про то, как случилось все это октябрьское происшествие, и в качестве исполнителя роли Ленина они взяли по контракту человека из бюро двойников Ленина.
Получается, что уникальность - это только отпечатки пальцев. Пока не удалось найти двух одинаковых. Но вдруг и это только пока?
Давайте теперь посмотрим с другой стороны. Со стороны субъективного мира человека, т.е. со стороны того, что он сам о себе знает. Тут мы наталкиваемся на такой же парадокс. Хочет ли человек на самом деле знать самого себя? Не хочет. Он хочет туда, вовнутрь, т.е. во внутренний свой мир поместить тоже какую-нибудь объяснительную систему, которая со все большей степенью предсказуемости будет ему объяснять его самого.
В одной из своих бесед я как-то сказал: _Часто люди говорят: Боже, зачем такой сложный, такой бесконечный, такой непредсказуемый мир. Вся эта вселенная, где мы вообще пылинка на песчинке?!_ Но ведь есть точно такой же мир и по ту сторону, т.е. внутри человека. Такой же огромный, бесконечный, такой же сложный, такой же непредсказуемый.
Получается, что человек, как самосознающее существо, как _я_, как рефлексия о самом себе, пограничен. Он не живет внутри своего субъ- ективного мира, ибо его боится. Не ситуационно боится, а постоянно боится, поскольку внутренняя непредсказуемость связана со страхом бесконечного, страхом самого себя и со страхом конечного, т.е.
базальными регулирующими страхами, которыми регулируется удовлетворение наших потребностей.
Также в объективном мире он не живет, потому что там та же самая бесконечность, непредсказуемость, сложность. Так где же тогда получается _истинное я_ человека? Это формулировка весьма сомнительна: _истинное я человека_, - как будто есть неистинное я. Это дискуссионный вопрос. Я не очень уверен, что правомочно так дифференцировать. Суть состоит в том, что человек, как самосознающее существо, не живет ни внутри своей субъективной реальности, ни снаружи. И самое интересное, что, с распространением всевозможных техник, он даже не хочет жить в своем те- ле.Дайте всем возможность, и все уйдут из тела. Потому что тело тоже создает море проблем по той причине, что познать до конца его не удается. Самое интересное, что иллюзии по поводу познания своего тела нет ни у кого. Тут мы все понимаем, что это невозможно. Познать свое тело как тело до конца просто невозможно. Огромное количество наук его изучает, и все это сложить и поместить в одну корзину просто невозможно.
Самосознающее существо человека, его _Я_, оно хочет быть нигде. Оно хочет построить, есть такая подсознательная тенденция, какую-нибудь загородочку, какой-нибудь образ себя, замкнутый, абсолютно предсказуемый и абсолютно непроницаемый для воздействий внешнего мира. Сейчас всеобщее поветрие все неприятности объяснять тем, что на меня кто-то повоз- действовал, сглаз, порча, оговор, биополя, вредные точки пространства, темные силы астрального плана или витального, а ведь это все одно и то же: желание стать непроницаемым для внешних воздействий и отгороженным от внутренней своей сложности. Все время идет попытка построить какую-то капсулу вне пространства субъективной реальности, вне пространства объективной реальности, желательно еще вне времени. Нигде. Это и есть ограничение нашего рассудка, рассудочного взаимоотношения с миром и с собой. Следуя голосу рассудка, как ни странно, мы с неизбежностью ока- зываемся в пустоте. Нигде. И в этом нигде такая замкнутая, удобная, бес- конфликтная, непроницаемая капсула под названием _я_. Это и есть мечта о совершенстве. Посмотрите внимательно и спокойно на многие предлагаемые системы под названиями _самосовершенствование_, _самопознание_, и выяснится, что это _само_ стремится в пределе к такому состоянию, к жизни в нигде. Это сделать совсем просто. Есть масса систем психологической обработки, в которых _Я_ сводится до точки, и эта точка совершенно спокойно избавляется от всех ограничений внешнего и внутреннего мира, времени и пространства, и тогда пожалуйста: пу- тешествуйте куда угодно, на любые планеты, во времени, но, как сказано в одной мудрой тибетской книжке _Океан удовольствий для мудрого_ в самом конце: _Все эти выражения условные_, или, как кончается тибетская _Книга мертвых_: _Не забывай, что все это проекции твоего сознания_.
Вот парадоксальность ситуации. Мы так много говорим о непов- торимости, уникальности. Нам так в заявлении кажется, что мы хотим обрести эту неповторимость и уникальность. Но если исследовать этот вопрос непредвзято, то оказывается наоборот: мы хотим как уникальность исчезнуть или, во всяком случае, свести свою уникальность до точки. И когда мы сводим ее до точки, то оказываемся в этой самой пустоте совершенно неуязвивыми. Организовать это переживание, вплоть до полного растождествления с любой своей материальностью, от самой тонкой до самой грубой, несложно, и вы окажетесь _в темной как темнота темноте, в пустой как пустота пустоте_. Помните, как у Эффеля сотворение мира начинается:
_В темной, как темнота, темноте, в пустой, как пустота, пустоте жил-был Бог_. Вот вам _богоподобное_ состояние. Свели до точки и _в темной, как темнота, темноте и пустой, как пустота, пустоте_ переживаете себя кем угодно: хотите Богом - пожалуйста. Но за счет чего это может произойти?
За счет полной утраты всякой уникальности, и тогда можно красиво интеллектуально оформить, - например, в духе интеллектуальных тибетских традиций назвать это нирваной. _Возвращение отдельного Я в Абсолют_, _растворение в изначальном_ - иными словами, исчезновение, раз- воплощение.
З.Фрейд по этому поводу сказал, что это действие мортидо, т.е.
подсознательного стремления к смерти. Но поскольку физическая смерть, которая, так сказать, ждет нас всех, как-то не вдохновляет, за исключением больных людей, у которых бывает тяга к самоубийству, то мы делаем лихой маневр и в своих духовных, я подчеркиваю, духовных поисках отправляемся куда-то туда в небытие, чтобы опередить эту смерть и умереть раньше, психологически. А это все бренное. Легче будет расставаться.
Тогда вопрос о типическом сводится к одному: типично для человека любого, независимо от отпечатков пальцев, стремиться исчезнуть из обоих миров, заметьте: и из мира внутренней реальности, и из мира внешней.
Получается так. И спасибо природе, что, пока мы телесны, нам этот фокус не удается.
Многие из вас, наверное, читали или слышали об индийских факирах, которые доводили свое тело до такого состояния, что ученики их носили как мебель, сдували с них пыль. Они практически не ели, не пили, усыхали и при жизни превращались в мумию, и только глаза показывали, что они еще живы. Попытки уничтожиться в этом качестве, освободиться, мысль о том, что тело греховно - это та же идея исчезнуть из мира. Людям кажется, что можно исчезнуть из этого мира, назвав его низшим, для того, чтобы пребы- вать в ином мире, назвав его высшим. Но авторитет, который признают все без исключения, знаменитый Гермес Трисмегист сказал: _Как вверху, так и внизу, как внизу, так и вверху_.
Известно из свидетельств людей, добившихся каких-то взаимодействий с другими уровнями реальности, большинству недоступными, что у этих бестелесных сущностей единственное желание - приобрести тело.
Известно из других авторитетных источников, что родиться в че- ловеческом теле - это огромная удача с точки зрения кармы и пере- воплощений, потому что человеческое тело - выдающееся произведение, дающее возможность решить все кармические проблемы.
Но почему же мы так хотим убежать? Потому что мы очень молоды. По самым смелым предположениям, человеку рефлексирующему, т.е. осознающему себя как субъект, сорок тысяч лет. Значит, если провести аналогию с возрастом человека, то это где-то лет четырнадцать, т.е. подростковый возраст. Как известно, в подростковом переломе, который связан с гормональными изменениями в организме, очень часто возникает идея самоубийства. Разрушительное поведение, немотивированная агрессия.
Посмотрите на человечество в целом, и вы увидите этого подростка со всеми психологическими катастрофами, посмотрите на себя самих, и вы увидите того же самого подростка, который стремится убежать от надвигающихся на него сложностей пребывания в этом мире.
Таким образом, мы можем смело предполагать, что уникальность человека как вида состоит именно в том, что он осознает и рефлексирует себя как пребывающего в двух реальностях. Это его принципиальное положение. А значит, уникальность отдельно взятого человека - прежде всего в его смелости по отношению к самому себе, т.е. своей субъективной реальности. Насколько человек решился встретиться с самим собой. И во всех серьезных духовных традициях сказано: задача номер один - это встретиться с самим собой. И это требует колоссального мужества, упор- ного труда, руководства, наставничества и беспощадной устремленности.
И еще один момент. Чем больше человек сам в себе изучает ти- пическое, тем больше развивается и закаляется действующее лицо - тот, который изучает. Чем больше человек занят поиском в самом себе уникального, тем больше развивается то, что это ищет, т.е. типическое.
Это второй парадокс нашей ситуации. Если вы помните диапазон высказываний от _Храм Божий внутри тебя_ до _Тот, кто в вас ищет, и есть то, что вы ищете_, то вы поймете, что сложность ситуации здесь прежде всего в том, что обязательно нужен Другой. Чтобы встретиться с собой, нужен обязательно Другой. Для того, чтобы он вам помог познать все типическое, все механизмы, которые вам даны. И чем больше вы будете это познавать, тем больше будет развиваться то, что механизмом не является, что является вашим существом, и тем меньше у вас будет желания убежать из тела, из этого мира. И тем больше вам будет хотеться оказаться не в пустоте, а в абсолютно заполненном психологическом пространстве, т.е.
быть абсолютно проницаемым и в этом обрести силу, покой и уверенность.
Быть проницаемым - это значит на входе нет ограничений, ограничения только на выходе. Ограничения на выходе и будут вашей моралью, вашими представлениями о том, что вы должны - не должны, что надо делать, что не надо, все, что определяется смыслом, вами порожденным, а если вся механистическая часть ставится как ограничения на входе, то тогда смысл не нужен, никакого труда души не нужно. Человек выполняет правила и тем повышает самооценку. Но правила эти механические, они же на входе. Чем больше вы их выполняете, тем больше вы им соответствуете. Потому что все, что не соответствует правилам, в вас просто не входит. Эти правила используются как стена, как капсула или, как говорил Гурджиев, как ка- мера тюремная. И все ваше _самопознание_ состоит в том, что вы из одной камеры прорыли ход в другую камеру и говорите: все, я на свободе.
Значит, мы должны не просто рефлексировать себя, не просто осоз- навать себя. Мы должны эту свою часть сделать квалифицированной. Мне очень нравится это слово, я благодарен В.М.Ершову и П.В.Симонову, что они очень четко это назвали: квалификация по отношению к жизни.
Квалификация по отношению к самому себе состоит в том, что я стремлюсь познать в себе не уникальное, ибо это невозможно, кто будет во мне познавать мою уникальность? Моя типичность, мои механизмы. А что могут механизмы по отношению к уникальности? Они могут только испугаться, по- тому что любой механизм действует по принципу максимальной предсказуе- мости.
Квалификация в том, чтобы познать свою типичность, свою меха- ническую часть, как говорили Гурджиев и Успенский, - свою машину, для того, чтобы в ней появился хозяин, рулевой, который будет в ней ехать туда, куда ему нужно, и будет ею владеть: уметь ее ремонтировать, совершенствовать и т.д.
И когда вам предлагает какая-либо система такой вариант, эта сис- тема, с моей точки зрения, система реального действия, система активного развития активного субъекта. И особенно это обнаруживается в экстремальной ситуации. Вы знаете, что я работал в клинике с чернобыльцами, т.е. с участниками ликвидации аварии. Там сразу было видно, что те, кто в силу каких-то причин опирались на такой вариант, они действовали. И к лечению они относились активно, собирали информацию о том, что нужно делать, чтобы травму нейтрализовать, предупредить, чтобы не развились какие-то последствия. Они были заняты. Самое интересное, что психологически самыми полноценными клиентами клиники были люди, у которых был точный диагноз: ОЛБ. Они уже не занимались ничем, кроме поиска средств вырвать хоть кусочек жизни, сделать массу дел. Нужно было отстоять социальную справедливость, нужно было обеспе- чить родных, они были в активном состоянии, хотя физически они были действительно поражены.
Люди же, которые ничего не знали о степени поражения, чаще всего впадали в пассивное состояние под названием: сделайте со мной что- нибудь. Вы мало сделали, вы не то сделали, мне все равно плохо, еще что- нибудь сделайте, дайте больше таблеток, иностранных таблеток, по блату таблеток. Пошлите меня в тот санаторий, в санаторий четвертого управления. И постепенно превращались в профессиональных неврастеников, в профессиональных больных.
Я иногда захожу в клинику и вижу массу знакомых лиц - это професси- ональные больные. Они будут болеть долго, может быть всегда. В этой по- зиции ничего другого им уже не остается. Позиция, в которую старательно приводилось все наше общество под названием советский народ, это позиция: _Сделайте со мной что-нибудь_. А если ты сам начинал что-то делать - _Куда высовываешься? Что за инициатива? Там сверху видно все_.
Мы можем привести пример любого другого режима, не только на нашей территории, который доводил людей до тоталитарного управления. Все эти режимы построены на одном - на желании человека исчезнуть. Я помню, в армии впервые поразился этому. Есть люди, не профессиональные военные, не специалисты, но которые в армии чувствуют себя совершенно великолепно, и из армии их не выгонишь. Я с ними много разговаривал, пытался проникнуть во внутреннюю мотивацию. Потом выяснил. Все очень хорошо. Ни о чем думать не надо. В смысле заботы о себе и о жизни.
Накормят по расписанию, оденут как положено, зарплата. Все с утра до вечера расписано. А потом прочел в литературе, что субъективно человек себя максимально свободно чувствует тогда, когда объективно, т.е. с точки зрения внешнего наблюдателя, - раб. Люди с пассивной установкой _сделайте со мной что-нибудь_ максимально хорошо чувствуют себя тогда, когда за них все решено. Когда все расписано, все будущее тоже расписано. Столько-то лет пройдет - получишь еще звезду, еще звезду...
Зарплата повысится на столько-то, и все хорошо. Но такие люди, попадая в ситуацию, где предсказуемость нарушена, где стабильность разрушена, т.е.
в ситуацию катастрофическую или в точку бифуркации, абсолютно бес- помощны. И когда, при всем уважении к его квалификации, легендарный теперь уже человек Кашпировский говорит: _Я мастер по управлению толпой_
в интервью _Московским новостям_, он говорит святую правду. Ему не нужны в зале люди, которые не в позиции _сделайте со мной что-нибудь_. Да они туда и не пойдут. А другие пойдут, и не только у нас, и он, используя этот механизм, делает то, что делает. Кому-то это помогает, кому-то помогает с другой стороны.
Почему же мы боимся уникальности? Не только в себе. Мы ее боимся и в других.
С одной стороны - ах! уникальность! - человек с уникальными спо- собностями, или с уникальной внешностью, или с уникальным талантом. Но с другой стороны, мы их отодвигаем от себя как можно дальше. Пусть они там между собой объединятся и выдают нам продукцию. Мы эту продукцию с удовольствием будем потреблять, но жить с ними невозможно. Ничего нельзя знать наверняка. Сегодня одно настроение, завтра другое. Рисуй там свои картины, пиши свою музыку, показывай свои картины, свою музыку, но не показывай себя. Потому что жить с тобой невозможно.
Ну это бы ладно. Но что мы делаем, когда живем со своими любимыми, родными и близкими? Что мы друг с другом делаем? То же самое.
- Ты это перестань выкаблучиваться, ты должен быть вот такой. _Если я тебя придумала, стань таким, как я хочу_.
- А если я тебя полюбил, то ты тоже стань вот такой, как я хочу.
- И что же это за семья, если я сегодня пришел домой, а у нее оза- рение? Пустое мне ее озарение, мне обед нужен.
- А что это за мужик такой, если он говорит: _Я ушел с работы, по- тому что она меня духовно отягощает. Я буду медитировать_.
Ну ладно еще так любовник скажет. И то трудно. А тут муж.
И это естественно. Ну, как же жить вместе? Мы же должны _прити- раться_. И мы притираемся по закону конвенции, т.е. по закону договорных норм, которые как бы над нами. Мы все знаем, какими должны быть. Как в мировой литературе - миллион коллизий между чувством и долгом. Потому что долг - это что-то другое, не во мне находящееся. И сколько бы нас ни призывали, что истинный долг - это то, что ты делаешь даже тогда, когда этого никто не видит, - мы можем с этим согласиться на том же уровне конвенций, но пережить это как субъективное переживание мы не можем, потому что это никакого отношения к нашей субъективности не имеет.
И чем больше этих конвенций, чем сложнее этот социальный мир, тем больше отчуждение человека от самого себя, как говаривал по этому поводу К. Маркс. Совершенно справедливо, кстати.
Отчуждение сущностных сил. Кому нужен этот субъект, кроме меня?
Никому. Для чего же я этим буду заниматься? Вот социальный регулятор исчезновения уникальности. Еще пока мы молоды и ищем партнера, нам какая-то уникальность позволяется.
- Я одна такая. Посмотри, какие у меня глазки.
- Посмотри, какие у меня мышцы, какой ум.
До двадцати пяти - тридцати еще общество позволяет какую-то уникальность. Потом все. Все состоялись. Перекрываем уникальность. Все.
Хватит. Ты великий - иди к великим. Ты не великий - здесь живи. Тебе можно столько, тебе столько. И мы уступаем.
- А че! Раз это никому не нужно.
Если родной маме не нужна моя уникальность, а нужен послушный удобный ребенок, с которым ничего не случается.
Мне недавно один отец похвастался: _У меня отличный сын (сыну 12
лет). Он меня слушается беспрекословно. Все, что скажу, все делает. Вот такой сын_. Если маме не нужна моя уникальность, если папе не нужна моя уникальность, если любимому человеку не нужна моя уникальность, если обществу не нужна моя уникальность, то кому она нужна?
Вот ведь в чем проблема. Тогда и возникает духовная тяга. Это и есть то, что нас заставляет искать, пока мы еще живы как субъекты, ис- кать что-то, где мы нужны в своей уникальности, где мы единственные, неповторимые, где второго такого не будет. Или где нам говорят, что твоя уникальность, независимо от воплощений, твоя уникальность, твоя сущность - она бессмертна и она нужна. Космосу, вселенной, абсолюту или Господу Богу, но она нужна.
Есть идеальный родитель и идеальный возлюбленный, которому ты нужен именно потому, что это ты, уникальный.
Вот в чем сложность. А если я не нашел, не повезло и т.д.? Кому я нужен в своей субъективной уникальности? Очень трудно убедить себя, что самому себе нужен. Если никому не нужен. Нужна героическая позиция: я все равно буду здесь пребывать, не буду заниматься небытием, потому что сам себе нужен как уникальность. Но это позиция творческая, она сразу порождает колоссальное количество трудностей, в том числе и житейских, и психологических, и душевных, и духовных.
Сколько у человека есть любви к себе уникальному, сколько он может выдержать невостребованность этой уникальности, никому ненужность своей уникальности - это и есть его запас духовных сил. Либо, в определенном возрасте, представители которого здесь тоже присутствуют, человек вдруг понимает: жил и все время для чего-то. Что-то там делал, делал, делал. А я сам-то где?..
Конечно, это моя позиция, мои взгляды, понимания, осознавания на сегодняшний день, но мне кажется, что вся динамика внутренней жизни человека, говоря старинным языком, динамика одухотворения, не в том, чтобы вычесть, пытаться вычесть себя из этого мира, из этого тела, из этих связей, из этих взаимозависимостей, из этой проницаемости, а в том, чтобы все-таки сначала самому себе быть нужным, а потом другим.
А вот типическое - социально подкрепляется, оно социально тре- буется, на него всегда есть спрос. Ну, скажем, типология информационного метаболизма, так называемая соционика. Это же организация спроса. Каждый хочет рядом такой тип информационного метаболизма, который входит в его квадру или является его дуалом.
Но прибегает он в этот соционический клуб, а он там не нужен как уникальность. Он там нужен как представитель определенного типа информационного метаболизма, и все. Многие из здесь присутствующих наблюдали такие сценки:
- Ты не можешь так говорить.
- Почему?
- Потому, что у тебя вот такой тип информационного метаболизма, а такой тип информационного метаболизма так не говорит. И рядом с этим человеком ты не можешь сидеть. Он тебе конфликтный. Ты должен вон там сидеть.
Поэтому знание, конечно, сила. Но знание без любви - это такая сила, которая обязательно приведет нас к смерти. Психологической ли, бытийной ли или просто к смерти, т.е. к самоубийству. Из-за обнаружения полного отсутствия самого себя.
Такова наша двухсторонняя природа. С одной стороны мы ловим, так сказать, кайф: мы - Человечество. Особенно с XVII века, после того, как объявили _cogito ergo sum_, мы покоряем природу, управляем миром, делая его все более удобным для нас. Ну кто теперь скажет, что теплый туалет - это хуже, чем где-нибудь там под кустиком зимой. Это как бы очевидно, но у этого есть оборотная сторона!
Сознание наше разворачивалось эти века в сторону насилия над реальностью. В сторону принципа силы. _Мы не можем ждать милостей от природы, взять их у нее - вот наша задача_. И мы брали. Но мы тоже часть природы, даже если освободимся от физического тела так называемого!
Даже если представить себя в виде бестелесной энергетически- информационной сущности, которая подобным образом насилует природу, то она все равно насилует и себя самое, потому что нельзя насиловать мир, ничего не делая с собой. Вот по этому поводу замечательная иллюстрация:
на днях начался суд над ростовским насильником, который изнасиловал (сексуальный маньяк), убил большое количество людей. Его двадцать лет не могли поймать. Он абсолютно добропорядочный человек, с высшим образова- нием, член КПСС был, дети у него. Показали его по телевидению. Нор- мальный такой, благообразный. На уровне конвенций, конвенционального поведения он неопознаваем, пока удается скрывать эту часть. Но внутри себя он разрушен, он уже зверь бешеный внутри себя. Так что же толку во всей этой нашей конвенциональной цивилизации _cogito ergo sum_, если в ней неопознаваемо такое уродство? И наоборот, если в ней здоровому человеку только потому, что он инакомыслящий, можно приписать вялотекущую шизофрению и запихнуть в психушку? Так что это за цивилизация? Это цивилизация насилия над миром. Почему? Да потому, что так легче, мы опять уходим от уникальности. Мы сводим себя к типичес- кому. Ведь это знание, которое мы обозвали _cogito ergo sum_, - это знание статистическое, знание наиболее вероятного. И это знание боролось и будет бороться с любой уникальностью. Есть такая полулегенда-полубыль, что в сейфе у президента Академии наук СССР хранится алмаз, внутри кото- рого, как в янтаре, муха. Вот такой нашли. Его прятали так, чтобы никто никогда не узнал. Даже если это легенда, все равно она принципиально говорит о том, каково сознание, на котором держится вся наша цивилизация. Если появляется факт, который противоречит, его надо убрать, уничтожить. Но сразу не уничтожили, упрятали в сейфе. Но он все равно где-нибудь объявится, хотя бы в слухах. И потом критическая масса таких фактов совершит переворот, и мы поймем, что мир уникален, а не типичен. Что и сделали Илья Пригожин и его последователи, когда ввели понятие точки бифуркации и то, что основа мира - уникальность, а не типичность, не статистика. Но ведь все эти триста с лишним лет мы и к себе непроизвольно учились относиться статистически. И идеалы создавались статистические. И обязательно по иерархии. Вот в шахматы играют миллионы людей, а чемпион мира один. Ну зачем он один? Как это объяснить с точки зрения равенства, к которому призывал Декарт и иже с ним? Зачем вот это, зачем он один? Это нарушает вообще всю ситуацию. Что делают сто миллионов, которые играют в шахматы? Они стремятся туда же?
Вот этот один. Единственная возможность быть уникальным - это не быть уникальным человеком. Можно быть уникальным шахматистом, уникальным бегуном, уникальным артистом, уникальным правителем, вождем, потому что это все социальные позиции. Это все - Чемпион. Победитель победителей. И все должны бежать по одной дорожке, стараясь друг друга обогнать, иначе нет прогресса. Это единственный смысл, который нам предлагает рациональная культура жизни. А тот, кто сошел с дорожки, кто никогда не будет на вершине никакой пирамиды, даже самой маленькой, что ему делать?
Призывать учителей с Ориона? Ну и что? Ничего опять. Это же не уникальность его самого. Это уникальность его связи. У него такая связь.
А у других такой связи нет. Вот он контактер, а ты - нет. Но это же не он уникальный. Это у него связь уникальная. Это все равно, что сказать, что я уникальный человек потому, что я лично знаком с президентом. Ну и что, что ты лично знаком? Это у тебя такой вот блат, простым языком говоря. Дружбан у тебя такой - крутой мужик. Но ты-то сам где? Что это говорит о тебе, о твоей человеческой уникальности, о твоем субъективном мире, о твоем духе? О твоем богоподобии? Меня больше всего поражает, когда люди, казалось бы искренне религиозные, забывают простую вещь, что Бог создал человека по образу и подобию своему. Если человек - это подобие Божие, с ним надо обращаться иначе, правда?
_Но это же я только знаю_. Как в том анекдоте. В сумасшедшем доме лечился больной, который думал, что он пшеничное зерно. Его лечили, лечили, вроде вылечили. Созвали консилиум.
- Ну, как, ты уже знаешь, что ты не пшеничное зерно?
- Конечно, спасибо, доктора! Какой я был дурной.
- Ну давай иди домой.
Через двадцать минут прибегает белый от страха, глаза на лбу.
- Что такое?
- Там у ворот петух!
- Ну и что, ты же знаешь, что ты не пшеничное зерно.
- Но он же не знает.
Вот это есть сила _Мы_. Если вокруг меня недостаточное количество других, которые тоже знают, что я уникален, то очень тяжело не испугаться петуха.
Один мой знакомый так именно петуха и испугался. Хотя никогда не думал, что он пшеничное зерно. Вот это есть проблема невостребованности.
И потому люди с такой легкостью идут в любое место, под любое зна- мя, под любую псевдоистину, под любую мистификацию, лишь бы был намек, что вот здесь ты нужен как ты. Ради этого можно бросить все. Вы нигде не нужны, а тут вам говорит ваш шеф, наставник, гуру, биоэкстрасенс. Кто угодно - учитель с Ориона, небесный жених, воплощенный Логос - он говорит: _Ты мне нужен, ты_. Причем приписывает себе функции Бога. Это Бог у нас идеал, да? Такой, которому все видны в своей неповторимости?
Но попробуйте вы к этому приписавшему себе божественные качества человеку прийти, не предупредив, часа в четыре утра с вашей проблемой.
Он вам дверь откроет? Трудно быть Богом. Но и быть рядом с Богом трудно по той же причине. Жить с ним неудобно. Как с уникальным любым существом жить неудобно. Нас уже выдрессировали, что жизнь должна быть удобной, чтоб душа, не дай Бог, не заболела, не перетрудилась, чтобы было удобно, тихо. Чтоб гладили по головке: ты хороший, ты пострадал, ты жертва времени, ты жертва обстоятельств, ты жертва насилия, ты жертва идеологии, ты жертва непонимания, ты жертва, жертва, жертва. Ну раз я жертва, еще пусть премию выдают. Я видел таких людей. С одной стороны, социальная справедливость. Ну всем, кто хотя бы один раз был там, в этой зоне на Украине, выдали удостоверения _Участник ликвидации аварии в Чернобыле_, я встречался с человеком, все его участие состояло в том, что он один раз восемь часов стоял на КПП на границе зоны, проверял пропуска. Один раз! Сейчас он официальная жертва. А я уверен, есть масса людей, которые действительно пострадали в силу местных выпадений, которые только сейчас начинают последние вылавливать: шло облако и где- то выпало. Но они в зоне не были, им льгот не положено. Конвенция.
Статистические люди получили статус жертвы, а нестатистические, как и положено, не получили.

<< Пред. стр.

стр. 11
(общее количество: 12)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>