<< Пред. стр.

стр. 6
(общее количество: 8)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

34
признание расходов не ставится в зависимость от факта и времени достижения конечного
результата, выраженного в получении дохода.
В Постановлении ФАС Западно-Сибирского округа от 2 декабря 2005 г. N А66-12338/2004
рассматривается следующий спор.
Муниципальное унитарное предприятие "Финансы, сбыт энергоресурсов и жилищно-
коммунальных услуг" обратилось в Арбитражный суд Тверской области с заявлением о признании
недействительным решения Межрайонной инспекции Министерства Российской Федерации по
налогам и сборам N 3 по Тверской области от 13 октября 2004 г. N 1600. Названным решением
предприятию доначислен НДС и налог на прибыль.
Основанием для принятия решения послужил вывод налогового органа о том, что МУП
"Финансы, сбыт энергоресурсов и жилищно-коммунальных услуг" при исчислении налога на
прибыль за 2002 г. завысило внереализационные расходы на 541 685 руб. начисленной
амортизации по переданным в аренду основным средствам, так как документально не
подтвердило получение доходов от сдачи основных средств в аренду. МУП "Финансы, сбыт
энергоресурсов и жилищно-коммунальных услуг" не согласилось с решением налогового органа и
частично обжаловало его в арбитражный суд.
Удовлетворяя требования предприятия, суд исходил из следующего.
В силу ст. 247 Налогового кодекса объектом обложения налогом на прибыль российских
организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных
расходов, которые определяются в соответствии с гл. 25 Налогового кодекса Российской
Федерации.
Как следует из п. 1 ст. 252 Налогового кодекса, расходами признаются обоснованные и
документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных ст. 265 НК РФ, - убытки),
осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. Под обоснованными расходами понимаются
экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме, а под
документально подтвержденными - затраты, подтвержденные документами, оформленными в
соответствии с законодательством Российской Федерации.
В соответствии с пп. 1 п. 1 ст. 265 Налогового кодекса в состав внереализационных
расходов, не связанных с производством и реализацией, включаются и расходы на содержание
переданного по договору аренды имущества (включая амортизацию по этому имуществу). При
этом амортизируемое имущество, полученное унитарным предприятием от собственника
имущества унитарного предприятия в оперативное управление или хозяйственное ведение, в силу
п. 1 ст. 256 Налогового кодекса подлежит амортизации у данного унитарного предприятия в
порядке, установленном гл. 25 Налогового кодекса Российской Федерации.
Неполучение дохода от сдачи имущества в аренду в спорный период не означает, что
налогоплательщик не вправе учесть произведенные расходы.
При таких обстоятельствах МУП "Финансы, сбыт энергоресурсов и жилищно-коммунальных
услуг", по мнению суда, правомерно включило сумму начисленной амортизации по переданным в
аренду основным средствам в состав внереализационных расходов.
Налоговые органы, обосновывая невозможность признания расходов в целях
налогообложения, часто ссылаются на то, что расходы привели к убытку и поэтому неоправданны.
Арбитражная практика свидетельствует, что оправданность затрат должна подтверждаться
позитивными последствиями для производственной и финансово-экономической деятельности
налогоплательщика. То есть для признания расходов необходимо доказать, что они благотворно
повлияли либо повлияют на экономическое положение в будущем, а убыток в налоговом периоде
не является основанием для непризнания расходов обоснованными.
Так, в Постановлении от 12 сентября 2005 г. N А11-762/2005-К2-21/48 ФАС ВВО указал, что
ст. 252 Налогового кодекса не ставит экономическую оправданность затрат в зависимость от
финансовых результатов деятельности налогоплательщика. Оценка экономической
эффективности расходов не предусмотрена налоговым законодательством в качестве критерия
формирования налоговой базы. Экономическая оправданность не равнозначна экономической
эффективности, поскольку эффективность лишь отражает степень умелости ведения
хозяйственной деятельности и является качественным показателем. В Постановлении от 29 июля
2005 г. N КА-А40/7087-05 ФАС МО посчитал, что экономически оправданными могут признаваться
затраты, не влекущие немедленного эффекта в виде увеличения дохода. Это следует из оценки
положений гл. 25 Налогового кодекса, которая допускает не только получение прибыли, но и
наличие убытка и, более того, возможность погашения убытка за счет прибыли последующих лет.
По мнению Минфина России (Письмо от 11 марта 2004 г. N 04-02-05/3/20) и МНС России
(Письмо от 25 июля 2002 г. N 02-3-08/84-Ю216), под экономически оправданными затратами
следует понимать затраты, обусловленные целями получения доходов, удовлетворяющие
принципу рациональности, то есть расход должен быть непосредственно связан с положительным
для налогоплательщика результатом, а при отсутствии результата расход не может быть признан
оправданным.

35
Но арбитражная практика свидетельствует, что расходы в рамках предпринимательской
деятельности, если они документально подтверждены, обоснованны.
В Постановлении ФАС МО от 5 ноября 2004 г. по делу N КА-А40/10061-04 рассматривается
ситуация, в которой налоговый орган посчитал, что с экономической точки зрения более
оправданно приобретение автомобиля "Волга", а не Mitsubishi Padgero Sport. Разрешая спор, суд
указал, что налоговый орган не доказал, что автомобиль приобретен по завышенной цене,
использовался не в связи с деятельностью, что покупка другого автотранспорта либо привлечение
перевозчиков значительно снизила бы расходы. Довод о том, что по результатам года у общества
образовался убыток, не доказывает неразумность и экономическую необоснованность расходов.
По смыслу ст. 252 Налогового кодекса любое получение налогоплательщиком доходов
обусловлено несением им расходов, и полное их исключение из доходов увеличит
налогооблагаемую базу, но не будет соответствовать характеру предпринимательской
деятельности и налоговому законодательству.
Налоговые органы часто считают, что расходы нельзя признать обоснованными, если услуги
дублируют обязанности работников налогоплательщика.
Однако арбитражный суд считает иначе. Так, в Постановлении от 21 августа 2006 г. N Ф04-
3446/2006(25284-А27-33) ФАС СЗО указал, что расходы на абонентское консультационное
обслуживание по вопросам финансового и налогового законодательства обоснованны.
Должностные обязанности сотрудников бухгалтерии, юридической и экономической служб связаны
с выполнением текущей работы, а информационно-консультационные услуги необходимы
сотрудникам для более полных познаний в области налогообложения.
Если затраты не связаны с деятельностью, направленной на получение дохода, то, как
свидетельствует арбитражная практика, они не подлежат включению в расходы, уменьшающие
доходы. Так, в Постановлении от 22 июля 2004 г. N Ф09-2896/04-АК ФАС УО указал, что услуги по
подготовке документации и консультации по реструктуризации кредиторской задолженности перед
бюджетом направлены на изменение срока уплаты налогов и не соответствуют нормам п. 1 ст. 252
Налогового кодекса.
Долгое время налоговые органы отказывали налогоплательщику в возможности относить в
затраты расходы, которые не оказали влияния на увеличение общей рентабельности работы
компании или привели к прямому убытку предприятия.
Экономическая оправданность затрат при исчислении налогооблагаемой прибыли (ст. 252
НК РФ), по официальному разъяснению МНС России, должна пониматься как соответствие
принципу рациональности и обусловленности таких затрат обычаям делового оборота. Очевидно,
что определение в каждом конкретном случае рациональности затрат налогоплательщика при
таком подходе отдается на усмотрение правоприменителей.
С позиции законодательства, при налогообложении прибыли сомнительны возможность и
допустимость оценки налоговым органом того, что какие-то затраты, направленные на извлечение
дохода, были чрезмерны или нерациональны.
На основании этой нормы налоговые органы пытаются, например, утверждать, что расходы
на рекламу могли бы быть ниже, если бы компания заказала рекламный ролик другим
исполнителям и за меньшую цену. Или, например, что затраты на аренду самолета,
использованного для перелета руководства компании на переговоры в другой город, экономически
необоснованны, так как в этот город можно было бы добраться наземным транспортом.
Таким образом, на основании критерия экономической оправданности затрат формируется
система налоговых отношений, при которой сотрудники налогового органа начинают следить за
рациональностью затрат компании, что явно противоречит свободе предпринимательства и
принципу возложения риска на самих субъектов предпринимательской деятельности (ст. 2 ГК РФ).
Часто налоговые органы на основании критерия экономической оправданности не
рассматривают направленные на получение дохода затраты, не принесшие прибыли в конкретных
налоговых периодах, как затраты, уменьшающие налогооблагаемую прибыль. Такая позиция
ошибочна, ведь в этом случае экономическая обоснованность затрат подменяется их
экономической эффективностью. Тем не менее, с позиции инспекции, для целей налогообложения
могут приниматься только экономически эффективные затраты, то есть затраты, которые
принесли прямую прибыль. К компетенции налоговых органов не отнесено рассмотрение
целесообразности или эффективности тех или иных затрат. Оценка эффективности и
целесообразности затрат принадлежит компании как субъекту предпринимательской
деятельности.
Судебная практика подтверждает, что экономическая обоснованность затрат - это их
эффективность и направленность на получение дохода, а убыток налогоплательщика по каким-то
видам деятельности не лишает его права на учет имевших место затрат для целей
налогообложения.
Например, в Постановлении ФАС Поволжского округа от 27 февраля 2006 г. N А65-
28597/2004-СА1-32 указано, что ст. 252 Налогового кодекса не ставит возможность признания

36
расходов в зависимость от времени и факта достижения конечного результата, выраженного в
получении прибыли. В Постановлении от 4 июля 2005 г. N А56-47890/04 ФАС Северо-Западного
округа указал, что из положений гл. 25 Налогового кодекса следует, что фактическое получение
дохода не может быть непременным условием учета понесенных расходов при налогообложении
прибыли. В п. 1 ст. 252 Налогового кодекса указано, что расходы должны быть направлены на
получение дохода, то есть затраты должны преследовать цель получения дохода.
Оценка экономической эффективности расходов не предусмотрена налоговым
законодательством в качестве критерия формирования налоговой базы. Экономическая
оправданность неравнозначна экономической эффективности, поскольку эффективность отражает
степень умелости ведения хозяйственной деятельности и служит качественным показателем.
Однако существует и иная судебная практика, согласно которой, например, расходы на
управление могут быть признаны экономически неоправданными. Например, в Постановлении
ФАС ВВО от 19 января 2004 г. по делу N А11-4426/2003-К2-Е-1961 проанализирована следующая
ситуация. По договору с управляющей компанией ОАО оплачивало услуги на управление в
размере 18 процентов выручки. Суд признал, что эти затраты не должны уменьшать
налогооблагаемую прибыль как экономически необоснованные по ст. 252 Налогового кодекса. Суд
отметил, что в связи с введением в состав затрат необоснованных расходов на управление у
общества снижалась прибыль. Следовательно, затраты на управление не принесли
экономической выгоды предприятию. Общество не представило суду доказательств
экономической оправданности понесенных им спорных затрат на управление, так как при
заключении договора с управляющей компанией в ОАО был сохранен весь прежний аппарат
управления.
Таким образом, критерий экономической оправданности затрат на уровне проверки
налогового органа часто создает налоговые риски, и эти риски не всегда могут быть
гарантированно устранены при судебном оспаривании решения налогового органа. Например,
часто убыточность сделки или ее небольшая прибыльность по сравнению с оборотом может
послужить основанием для налогового органа в применении ст. 252 Налогового кодекса.
Вместе с тем думается, что судебная практика в скором времени должна достаточно
устояться. Связано это с принятием 4 июня 2007 г. Определения Конституционного Суда РФ N
320-О-П "Об отказе в принятии к рассмотрению запроса группы депутатов Государственной Думы
о проверке конституционности абзацев второго и третьего пункта 1 статьи 252 Налогового кодекса
Российской Федерации".
В названном Определении на уровне правовых позиций Конституционного суда РФ
закреплены основные положения по поводу экономической целесообразности расходов.
В частности, Конституционный Суд РФ разъяснил, что гл. 25 Налогового кодекса Российской
Федерации регулирует налогообложение прибыли организаций и устанавливает в этих целях
определенную соотносимость доходов и расходов и связь последних именно с деятельностью
организации по извлечению прибыли.
Так, перечень затрат, подлежащих включению в состав расходов, связанных с
производством и реализацией, содержит материальные расходы, расходы на оплату труда, суммы
начисленной амортизации и прочие расходы, включая расходы на ремонт основных средств,
направленные на развитие производства и сохранение его прибыльности (ст. ст. 253 - 255, 260 -
264 НК РФ). Этот же критерий прямо обозначен в абз. 4 п. 1 ст. 252 Налогового кодекса Российской
Федерации как основное условие признания затрат обоснованными или экономически
оправданными: расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для
осуществления деятельности, направленной на получение дохода.
Из этого же исходит и Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации,
указавший в Постановлении от 12 октября 2006 г. N 53 "Об оценке арбитражными судами
обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", что обоснованность
расходов, учитываемых при расчете налоговой базы, должна оцениваться с учетом обстоятельств,
свидетельствующих о намерениях налогоплательщика получить экономический эффект в
результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. При этом речь
идет именно о намерениях и целях (направленности) этой деятельности, а не о ее результате.
Вместе с тем обоснованность получения налоговой выгоды, как отмечается в том же
постановлении, не может быть поставлена в зависимость от эффективности использования
капитала.
Налоговое законодательство, как указывает Конституционный Суд РФ, не использует
понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-
хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях
налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности,
рациональности, эффективности или полученного результата. В силу принципа свободы
экономической деятельности (ч. 1 ст. 8 Конституции РФ) налогоплательщик осуществляет ее


37
самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность
и целесообразность.
По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в
Постановлении от 24 февраля 2004 г. N 3-П, судебный контроль не призван проверять
экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской
деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией,
поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в
возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.
Принятие этого Определения Конституционного Суда РФ, как думается, должно несколько
сориентировать судебную практику, исключив возможность квалификации оправданности затрат с
позиции полученного налогоплательщиком экономического результата.
Налоговое законодательство характеризуется тем, что существует ряд расходов, признание
которых в качестве таковых налоговым органом бесспорно, например, расходы на оплату труда,
на приобретение материалов и пр.
Вместе с тем существуют виды расходов, которые всегда остаются под сомнением, даже
если с позиции документального оформления к ним нет никаких претензий. К таким расходам
относятся, например, расходы на маркетинговые исследования, расходы на рекламу и пр.
Особо стоит выделить факторинговые операции. К сожалению, в нашей стране факторинг до
сих пор рассматривается как нетипичный способ привлечения внешнего финансирования и
вызывает повышенный интерес, зачастую необоснованный, налоговых органов, которые пытаются
разглядеть за каждой осуществляемой факторинговой операцией схему ухода от уплаты
налоговых платежей.
Несмотря на достаточно обширную судебную практику, суды не приходят к единой позиции
относительно оценки факторинговых затрат.
Негативное отношение к факторингу, уже сложившееся у налоговых и правоохранительных
органов, вызвано тем, что некоторые фирмы используют его как схему "оптимизации"
налогообложения. Принимая в свои налоговые расходы все комиссии, выплачиваемые банку-
псевдофактору (в пересчете на проценты годовых их сумма может зашкаливать за 6000%),
"оптимизаторы" уменьшают налог на прибыль. Затем псевдофактор полученные деньги (за
вычетом своего вознаграждения) возвращает продавцу "черным налом" либо переводит в
офшорные зоны. Разумеется, такие схемы со сверхдоходным (а для поставщика - со
сверхрасходным) факторингом вызывают пристальное внимание проверяющих. И арбитражные
суды часто поддерживают налоговую службу, которая доказывает экономическую
необоснованность таких расходов (Постановления ФАС Восточно-Сибирского округа от 11 августа
2006 г. N А19-20812/05-20-Ф02-3867/06-С1, ФАС Волго-Вятского округа от 24 мая 2006 г. N А82-
16240/2005-14).
Но, к сожалению, в этот список попадают и вполне законные факторинговые операции.
Факторингом является операция, при которой осуществляется переуступка дебиторской
задолженности с целью увеличения скорости оборота денежных средств, снижения расходов по
ведению счета, гарантий погашения задолженности.
К положительным моментам использования данного механизма относится также и
возможность планирования будущих финансовых потоков, что благоприятно сказывается на
работе компании в целом. Как правило, факторинговая компания перечисляет до 90 процентов
требований сразу (в зависимости от степени риска неуплаты долга), а после взыскания всего
долгового обязательства (за вычетом комиссии) - остаток. В основе факторинга лежит принцип
уступки денежных средств. Поэтому договор факторинга в Гражданском кодексе именуется
договором под уступку денежного требования и регламентируется гл. 43 Гражданского кодекса.
Банки и факторинговые компании активно рекламируют факторинг. В своих проспектах они
часто убеждают в том, что все расходы по договору факторинга в полной сумме могут учитываться
в расходах для целей налогообложения прибыли. Но это не совсем так. Камнем преткновения при
налоговом учете расходов по договору факторинга является их квалификация. К каким видам
расходов относится плата банку или факторинговой компании?
Есть три основных варианта учета расходов по договору факторинга. Рассмотрим их.
Во-первых, вознаграждение по договору факторинга может быть рассмотрено как плата за
банковские услуги и полностью включено во внереализационные расходы (пп. 15 п. 1 ст. 265 НК
РФ).
Во-вторых, факторинг иногда приравнивается к уступке права требования. И на этом
основании все расходы по нему учитываются по правилам, закрепленным в ст. 279 Налогового
кодекса.
Если дебиторская задолженность уступается до наступления срока платежа, то убыток от
продажи долга (полученное финансирование за вычетом факторинговых комиссий и суммы самого
долга) учитывается для целей налогообложения в ограниченных размерах - так же, как и проценты
по долговым обязательствам.

38
Такой убыток не может быть больше суммы нормируемых процентов, рассчитанных за время
от даты уступки до даты платежа, предусмотренного договором на реализацию товаров (работ,
услуг).
В-третьих, по договору могут учитываться постоянные комиссии (не зависящие от суммы
финансирования и его продолжительности) как прочие расходы, а остальные комиссии
рассматриваться как проценты по долговым обязательствам. Причем Минфин в своих письмах
рекомендует именно этот вариант.
Логика рассуждений финансового ведомства состоит в следующем: процентами можно
назвать любой заранее заявленный (установленный) доход, в том числе в виде дисконта,
полученный по долговому обязательству любого вида (независимо от способа его оформления).
При этом к процентам относятся, в частности, доходы, полученные по долговым обязательствам
(ст. 43 НК РФ).
Факторинговые комиссии зачастую устанавливаются в процентах от величины уступаемого
требования, а их итоговая сумма зависит от времени пользования финансированием. Поэтому, по
мнению Минфина, такое вознаграждение, выплачиваемое финансовому агенту, должно
нормироваться как проценты для целей налогообложения прибыли (Письмо Минфина России от
20 июля 2006 г. N 03-03-04/1/597).
Это означает, что при отсутствии других сопоставимых обязательств факторинговые
комиссии (приравненные к процентам) могут быть учтены для целей налогообложения в сумме,
равной процентам, рассчитываемой исходя из ставки рефинансирования ЦБ РФ, умноженной на
1,1 (если финансирование - в рублях).
При этом надо учесть, что в расчете должны участвовать все суммы, выплачиваемые в
качестве комиссий, зависящие от суммы финансирования, например комиссии за
предоставленное финансирование, дополнительные комиссии за пользование предоставленными
денежными средствами (финансированием) сверх определенного срока, а также пени за
просрочку их уплаты.
Налоговыми органами нередко выставляются претензии компании в отношении
экономической обоснованности понесенных налогоплательщиком расходов на оплату
факторинговых услуг. Это обусловлено несогласием налоговых работников с величиной
комиссионных и дисконта по отношению к долговому обязательству по факторинговой сделке
(Постановления ФАС Центрального округа от 17 февраля 2006 г. N А14-8904-05/341/24, ФАС
Московского округа от 2 ноября 2005 г. N КА-А40/9884-05, ФАС Уральского округа от 2 ноября 2005
г. N Ф09-4898/05-С7, ФАС Северо-Западного округа от 1 сентября 2005 г. N А56-11266/04 и др.).
Суть указанных судебных разбирательств сводится к тому, что использование факторинга привело
к убыткам в компании, в связи с чем данные расходы не могут быть экономически оправданны и
целесообразны.
Однако в ходе предпринимательской деятельности компания в той или иной степени
сталкивается с негативными результатами, которые вызваны объективными или субъективными
причинами. В связи с этим заключение договора факторинга еще не означает недобросовестность
налогоплательщика, так как целесообразными расходы могут быть и тогда, когда дают
возможность налогоплательщику уменьшить свой убыток (Постановление ФАС Северо-Западного
округа от 10 апреля 2006 г. N А56-35713/2005).
Для того чтобы избежать вопроса об экономической целесообразности понесенных затрат,
желательно соблюдать ряд рекомендаций. Так, желательно, чтобы расходы по факторингу
приводили к уменьшению или недопущению получения более значительных убытков
налогоплательщиком. Кроме того, цель заключения договора факторинга должна быть
экономически обоснованной (например, потребностью в денежных средствах, риском неуплаты и
т.д.).
Для подтверждения экономической целесообразности от компании потребуется
предоставление расчетов, подтверждающих экономический эффект от договора факторинга, что
может служить основанием и подтверждением экономической оправданности понесенных
расходов.
Таким образом, правомерность отнесения на затраты факторингового вознаграждения
налогоплательщику, скорее всего, придется доказывать в суде. При этом можно использовать
следующие аргументы.
1. С позиции законодательства факторинг рассматривается как один из легитимных способов
привлечения значительного количества свободных денежных средств. При этом действующие
нормативные акты не предписывают обязательного заключения кредитных договоров в случае
возникновения у субъекта потребности в денежных средствах. Общество, реализуя диспозитивные
начала гражданского законодательства, избрало наиболее приемлемый способ привлечения
финансирования.



39
2. У общества была необходимость в срочном привлечении внешних заимствований.
Например, по контрактам на выполнение определенных работ общество должно было понести
значительные расходы до получения оплаты за выполненные работы.
Так, по одному из дел, рассмотренных Арбитражным судом Брянской области,
налогоплательщик указал, что все договоры с заказчиком на выполнение СМР заключались по
результатам торгов, в связи с чем условия данных договоров определены в единой стандартной
форме. По условиям контрактов с заказчиком оплата выполненных работ производилась после
факта выполнения работ - в следующем за отчетным месяце (при оплате с использованием
аккредитива, п. 4.5. контрактов) либо в течение 30 банковских дней, следующих за датой
получения счета-фактуры подрядчика, оформленного на основании справки о стоимости
выполненных работ КС-3 (при оплате без использования аккредитива).
Вместе с тем контрактами предусматривались значительные расходы подрядчика,
необходимые для выполнения работ и включаемые в стоимость контрактной цены. В частности, за
свой счет общество должно было приобрести материалы и оборудование (п. 3.1), соорудить
временные дороги и коммуникации (п. 7.6), получить лесорубочные билеты и расчистить трассу от
леса (п. 7.8.), осуществить доставку строительной техники (п. 11.1), в течение 15 дней с момента
подписания контракта оформить банковскую гарантию на сумму 10 процентов от цены контракта
(п. 25.1), в течение 20 дней оформить полис страхования СМР на сумму не менее 10 процентов от
контрактной цены (п. 27.1). Работы производились на объектах, находящихся за пределами г.
Брянска, в связи с чем общество вынуждено было командировать своих работников к месту
осуществления работ с выплатой соответствующего денежного довольствия (командировочных
расходов, оплаты жилья и пр.).
3. Общество не располагает достаточным количеством оборотных средств, чтобы
использовать самостоятельное финансирование, а в предоставлении кредита обществу было
отказано.
(Здесь хочется добавить, что в подтверждение этого обстоятельства целесообразно
представить выписки из баланса на отчетную дату, содержащие информацию о количестве
оборотных средств. При этом нужно помнить, что оборотные средства - это "условно" свободные
средства, поскольку они включают в себя не только денежные средства, но и дебиторскую
задолженность, средства в пути и пр. Само по себе количество денежных средств, входящих в
состав оборотных средств, может быть невелико. Кроме того, нелишним будет напомнить, что
предприятие существует по определенному бюджету, в связи с чем имеет ряд обязательных
расходов, например, на выплату заработной платы, налоги и пр.)
4. Общество не получило убытков от осуществления факторинговых операций.
Необязательно, чтобы факторинговые операции положительно отразились на финансово-
хозяйственной деятельности общества, достаточно, чтобы они не принесли ощутимых убытков.
Подтвердить эти обстоятельства можно финансовыми расчетами, сделанными на основе баланса
и приложений к нему (Отчет о прибылях и убытках).
Как видим, к сожалению, отнесение факторинговых услуг на затраты сегодня чревато
судебной тяжбой. Но если налогоплательщиком будут учтены указанные выше рекомендации, у
него есть немалые шансы отстоять свои права в суде.
В завершение описания возможных споров по налогу на прибыль остановимся на учете
расходов, связанных с рекламой, а точнее расходов на световую и наружную рекламу. Дело в том,
что Налоговый кодекс устанавливает два различных способа учета затрат на подобного рода
рекламные услуги.
Во-первых, изготовление рекламных конструкций можно учесть как расходы на рекламу. Это
вполне обоснованно. Раз оборудование является рекламным, вполне логично предположить, что
затраты на него можно включить в расходы на рекламу. Они относятся к прочим расходам на
производство и реализацию продукции (пп. 28 п. 1 ст. 264 НК РФ). Уменьшить налогооблагаемую
прибыль на их сумму Налоговый кодекс разрешает единовременно - в том периоде, в котором они
возникли (ст. 272 НК РФ).
В пользу этого способа свидетельствует то, что в п. 4 ст. 264 Налогового кодекса прямо
поименованы:
- расходы на световую и иную наружную рекламу (включая изготовление рекламных стендов
и рекламных щитов);
- расходы на участие в выставках, ярмарках, экспозициях, а также на оформление витрин,
выставок-продаж, комнат образцов и демонстрационных залов.
Учитывать такие расходы при налогообложении прибыли разрешено в полном объеме. А вот
расходы на рекламные установки, которые не относятся к наружной рекламе, для расчета налога
на прибыль нужно нормировать (п. 4 ст. 264 НК РФ). Списать их на расходы в налоговом учете
можно только в пределах общего лимита нормируемых рекламных расходов фирмы (он
составляет 1% от выручки от реализации и определяется нарастающим итогом по результатам
каждого отчетного периода).

40
Безусловно, такой вариант учета весьма выгоден налогоплательщику. Однако налоговые
органы с ним не соглашаются, ведь существует и иной способ учета подобных затрат, причем он
наиболее приемлем для бюджета.
Затраты на изготовление или приобретение рекламных конструкций, по мнению инспекторов,
формируют первоначальную стоимость основных средств. А ее, как известно, нужно списывать на
расходы постепенно через амортизационные отчисления.
Логика налогового органа вполне ясна. В ст. 256 Налогового кодекса дано описание
амортизируемого имущества. Рекламные конструкции со стоимостью свыше 10 000 руб. и сроком
службы более 12 месяцев вполне подпадают под его признаки. Именно это и является главным
аргументом налоговиков.
В дополнение к нему инспекторы ссылаются на Классификацию основных средств,
утвержденную Постановлением Правительства РФ от 1 января 2002 г. N 1. Этот документ нужно
применять, устанавливая в налоговом учете сроки полезного использования амортизируемого
имущества (ст. 258 НК РФ). Внимание инспекторов привлекла пятая группа Классификации. В ней
упомянуты "электрифицированные рекламные конструкции". По мнению налоговых работников,
это подтверждает тот факт, что списывать стоимость рекламного оборудования в налоговом учете
нужно через амортизацию.
С мнением инспекторов можно поспорить. Во-первых, в Налоговом кодексе существует п. 4
ст. 252. Он посвящен как раз таким ситуациям, в которых Кодекс с равными основаниями

<< Пред. стр.

стр. 6
(общее количество: 8)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>