<< Пред. стр.

стр. 2
(общее количество: 35)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

р а к т е р а м , к о т о р ы е н е отступают перед т р у д н о с т я м и , к а к о в ы
бы о н и ни б ы л и . Ему нехватает с о б а к — он п р е в р а щ а е т с я в
охотника за с о б а к а м и ; н е в о з м о ж н о добиться хорошего ухода
за п о д о п ы т н ы м и ж и в о т н ы м и — о н берет их к себе на к в а р т и ­
ру, чтобы сохранить их ж и з н ь д л я н а у к и .
Знаменитый профессор В. А. Манасееин, известный об­
щ е с т в е н н ы й деятель и к л и н и ц и с т , во в р е м я обсуждения к а н д и ­
датуры П а в л о в а на кафедру ф а р м а к о л о г и и дал следующий
отзыв о молодом ученом:
«Мне п о л о ж и т е л ь н о и з в е с т н о , — с к а з а л о н , — что П а в л о в
ф а к т и ч е с к и руководил всеми собственно ф а р м а к о л о г и ч е с к и м и
и физиологическими работами, вошедшими в диссертации,
напечатанные из клиники Боткина».
П о с л е з а щ и т ы диссертации о сердечных нервах П а в л о в у
б ы л о присуждено з в а н и е приват-доцента а к а д е м и и (1884).
Вскоре он получил длительную заграничную командировку
(1884—1886) в л а б о р а т о р и и ф и з и о л о г о в Гайденгайна и Л ю д ­
вига. О д н а к о т а м , п р и с м а т р и в а я с ь к техническим новшест­
в а м , П а в л о в не забывал о своих и д е я х . Он работал в зарубеж­
ных л а б о р а т о р и я х не к а к ученик, а к а к в п о л н е с л о ж и в ш и й с я
ученый. Он п о р а ж а л Г а й д е н г а й н а и Людвига оригинально­
стью своих мыслей и т е м п а м и р а б о т ы , он дискутировал с н е ­
м е ц к и м и учеными по поводу их механистической и в ита л ис ти ­
ческой методологии.
П о в о з в р а щ е н и и из-за г р а н и ц ы П а в л о в п р о и з в е л р я д к л а с ­
сических о п е р а ц и й н а п и щ е в а р и т е л ь н о й трубке: о н осуществил
идею в ы в е д е н и я п р о т о к о в пищеварительных ж е л е з , чтобы п о ­
лучить в чистом виде в ы д е л я е м ы е и м и с о к и .
В 1888 году П а в л о в открывает с е к р е т о р н ы е н е р в ы п о д ж е -
12
лудочной железы. Это открытие только через 20 лет стало
доступным широкому кругу ученых — так трудно было повто­
рять павловские опыты экспериментаторам, не прошедшим у
Павлова школы филигранной оперативной техники. В 1890 го­
ду Павлов вместе с Шумовой-Симановской опубликовал свои
знаменитые опыты с мнимым кормлением.
Жизнь попрежнему не баловала Павлова удачами. На к о н ­
курсе по кафедре физиологии при Петербургском университе­
те он был забаллотирован. Эта неудача несколько обескуражи­
ла Павлова, но он с увлечением отдался исследовательской
работе. Однако его поджидала вторая неудача. Павлову была
предложена кафедра физиологии в Томске. Он дал свое со­
гласие, но министр Делянов назначил туда другого кандидата,
за которого хлопотал один влиятельный вельможа. Павлову
же предложили занять в Томске кафедру фармакологии.
Материальное положение (Павлов был приват-доцентом и
получал по тогдашним условиям очень маленькую оплату за
свой труд) заставляло согласиться на это предложение, внут­
ренний же голос говорил против, потому что Павлову жаль
было расставаться с любимой физиологией.
Однако авторитет Павлова рос с каждым днем. О нем за­
говорили в университетах, к нему за советами обращалась на­
учная молодежь. Варшавский университет решил избрать П а в ­
лова на кафедру; одновременно он был избран профессором
фармакологии Военно-медицинской академии (1890) и таким
образом остался в Петербурге.
Материальное положение Ивана Петровича значительно
укрепилось, и это было кстати, так как семья его росла
(в 1881 году он женился на Серафиме Васильевне Карчевской,
у них были уже дети).
Через короткое время, в том же 1890 году, Павлов охотно
принял предложение стать во главе физиологического отдела
вновь созданного Института экспериментальной медицины.
К этому времени он развернул большие опыты по ф и з и о ­
логии пищеварения. Требовалась большая операционная,
устроенная по всем правилам асептики. В лаборатории Б о т к и ­
на это было неосуществимо: нехватало ни места, ни средств.
Вот почему Павлов перешел в Институт экспериментальной
медицины. Здесь он построил по своему плану «чистую опера­
ционную», которая по соблюдению всех правил стерильности
операций и по техническому оснащению не уступала операци­
онным в клиниках. О Павлове заговорили по всей России. Де­
сятки учеников, диссертантов стали стекаться к нему в инсти­
тут.
Таким образом, обстоятельства складывались удачно.
Кафедра фармакологии обеспечивала его материальное поло­
жение, и в то же время он не порывал с близкой его сердцу,
ставшей для него второй жизнью физиологией.
13
Н а к о н е ц , в 1895 году И в а н П е т р о в и ч получил к а ф е д р у
ф и з и о л о г и и в В о е н н о - м е д и ц и н с к о й а к а д е м и и , которую он з а ­
н и м а л до 1924 года.
Всего же Павлов проработал на академи-
ческом и научном п о п р и щ е более ш е с т и д е с я ­
т и л е т . К а к педагог о н имел себе мало р а в н ы х . В своей п е ­
дагогической работе, к а к и в н а у ч н о й , он не любил ш а б л о н о в
и псевдонаучной м и ш у р ы .
Не п о н и м а в ш и е П а в л о в а ученые и враги о б в и н я л и его в
и н д и в и д у а л и з м е , нетерпимости к чужим м н е н и я м . Э т о с о в е р ­
ш е н н о н е в е р н о . Ш к о л а П а в л о в а дает н а м в ы с ш и е о б р а з ц ы
о р г а н и з о в а н н о г о к о л л е к т и в н о г о творчества. П о ч т и шесть д е с я ­
тилетий строил он совместно со своими учениками з д а н и е
н а у к и . О н о б ы л о в п о л н е о р и г и н а л ь н ы м , о н о я в и л о с ь продуктом
самобытного творчества. Ц е н н ы й в о п р о с , умное критическое
з а м е ч а н и е интересующегося делом студента часто были д л я
П а в л о в а д о р о ж е некоторых научных статей.
К литературе он подходил к р и т и ч е с к и и в своих работах
ссылался д а л е к о не на многих авторов. В выпущенной в
1897 году первой к н и г е о ф и з и о л о г и и о р г а н о в п и щ е в а р е н и я
список литературы включал л и ш ь 26 работ.
П а в л о в терпеть н е мог руководствоваться «творческим м о ­
дусом» некоторых ученых, о которых п о э т хорошо сказал:
«что ему к н и ж к а п о с л е д н я я с к а ж е т , то ему на душу сверху
и л я ж е т » . Не любил т а к ж е П а в л о в в своих л а б о р а т о р н о - э к с п е -
риментальных работах прибегать к о б о с н о в а н и ю голой стати­
с т и к о й , к с с ы л к а м на п р о ц е н т ы . Е г о интерес к работе был так
в е л и к , что он з а п о м и н а л все т о н ч а й ш и е детали о п ы т а , быстро
схватывал все н о в ы е с о о т н о ш е н и я , и тогда ц и ф р ы и п р о ц е н ­
т ы , к о т о р ы е он з а п о м и н а л с удивительной точностью, п р и о б ­
ретали особое з н а ч е н и е .
Обладая п о р а з и т е л ь н ы м уменьем с в я з ы в а т ь н а б л ю д а в ш и е ­
с я и м я в л е н и я , к о т о р ы е о н п о м н и л д е с я т к и лет, к а к о п ы т н ы й
к л и н и ц и с т п о м н и т всех своих серьезных больных, П а в л о в д е ­
лал с в о и научные выводы на о с н о в а н и и тщательного а н а л и з а
н а б л ю д е н и й , продумываемых им в течение многих м е с я ц е в и
лет.
Д л я характеристики этого процесса о н подобрал с в о е о б р а з ­
н о е и удачное о б о з н а ч е н и е — « н е о т с т у п н о е д у м а н и е».
В 1897 году П а в л о в собрал все результаты своих э к с п е р и ­
ментов над п и щ е в а р е н и е м и издал их в в и д е н е б о л ь ш о й к н и ­
ги под н а з в а н и е м «Лекции о работе главнейших пищевари­
тельных желез». К н и г а была н а п и с а н а п р о с т о , местами почти
п о п у л я р н о , но ею зачитывались в р а ч и всего м и р а ; ее перевели
на м н о г и е я з ы к и в с к о р е после т о г о , к а к о н а в ы ш л а в свет.
Глубина с о д е р ж а н и я , н о в и з н а в з г л я д о в , подкрепленных ж е ­
л е з н о й л о г и к о й ф а к т о в - э к с п е р и м е н т о в , з а с т а в и л и весь ученый
м и р Е в р о п ы и 'Америки п р и н я т ь книгу П а в л о в а к а к новое м и -

14
р о в о з з р е н и е в области учения о п и щ е в а р и т е л ь н о м а п п а р а т е , ,
з а с т а в и л и единодушно п р и з н а т ь , что вместе с э т о й к н и г о й р о ­
д и л а с ь н о в а я глава е с т е с т в о з н а н и я .
К началу XX с т о л е т и я , после выхода э т о й к н и г и , П а в л о в
был уже п р и з н а н н ы м к л а с с и к о м е с т е с т в о з н а н и я .
В 1902 году он едет на М е ж д у н а р о д н ы й м е д и ц и н с к и й к о н ­
гресс в М а д р и д , где его приветствуют все передовые ученые
мира.
О д н а к о П а в л о в н е и з тех, кто у с п о к а и в а е т с я н а достигну­
тых у с п е х а х .
П о с л е п р о р а б о т к и огромного фактического материала в
этот период ф е н о м е н а л ь н о е научное чутье П а в л о в а позволяет
ему подойти к н о в ы м и е щ е более з н а ч и т е л ь н ы м о б о б щ е н и я м ,
которые уже я в н о выходили за пределы изучения органов п и ­
щеварения.
И с х о д я и з н а б л ю д е н и я над о р г а н а м и п и щ е в а р е н и я и с в я ­
з ы в а я их работу с н е р в н о й с и с т е м о й , П а в л о в уже тогда уста­
н о в и л о с н о в н ы е черты цельного и единого в о з з р е н и я на ч е л о ­
веческий о р г а н и з м : ч е л о в е к есть единое психофи-
зическое ц е л о е , что звучит теперь к а к а к с и о м а на
к а ж д о м к л и н и ч е с к о м обходе, н а к а ж д о й к л и н и ч е с к о й л е к ц и и .
Р а б о т ы П а в л о в а п о изучению п и щ е в а р и т е л ь н о г о а п п а р а т а
были о ц е н е н ы по з а с л у г а м . В 1904 году он получил п р е м и ю
Нобеля.
В 1907 году Р о с с и й с к а я а к а д е м и я наук избирает П а в л о в а
своим членом.
19 и ю л я 1912 года К е м б р и д ж с к и й университет, в о с п и т а в ­
ш и й в своих стенах М и л ь т о н а , Б э к о н а , Б а й р о н а , Н ь ю т о н а и
Д а р в и н а , т ор же ст в енно присудил Павлову з в а н и е почетного
доктора.
В о в р е м я ц е р е м о н и и с п е ц и а л ь н ы й публичный оратор п р о ­
читал н а л а т и н с к о м я з ы к е следующее п р и в е т с т в и е :

« П о ч т е н н е й ш и й к а н ц л е р , председатель сената и в с я
Академия!
И з в е л и ч а й ш е й с т р а н ы русских, столь отдаленной о т
н а с , н о столь б л и з к о й п о с в я з я м наших общих з а н я т и й ,
п р и б ы л петербургский п р о ф е с с о р ф и з и о л о г и и , к о т о р ы й и с ­
следовал о б щ и е з а к о н о м е р н о с т и процессов п и щ е в а р е н и я .
Д л я этих работ он создал н е к о е особое учреждение и о с ­
н о в а л самую блестящую школу л ю д е й , работающих по
физиологии.

D u c o ad vos physiologiae professorem egregium», 1 — з а к о н -
свою речь оратор и, в з я в П а в л о в а за руку, повел его по


Представляю вам выдающегося профессора физиологии.

15
ступенькам вверх к к а н ц л е р у , к о т о р ы й в свою очередь провел
П а в л о в а на почетное место за столом с е н а т а .
Когда П а в л о в а вели к столу к а н ц л е р а , студенты во главе
с внуком Д а р в и н а спустили ему с хоров на веревочке игру­
шечную собачку, утыканную с т е к л я н н ы м и и р е з и н о в ы м и тру­
б о ч к а м и , и з о б р а ж а в ш и м и фистулы.
Этот э п и з о д в з в о л н о в а л П а в л о в а б о л ь ш е , чем вся ц е р е м о ­
ния п о с в я щ е н и я в доктора Кембриджского университета.
П а в л о в з н а л , что и с т о р и я п о с в я щ е н и я в доктора К е м б р и д ж ­
с к о г о университета знает только о д и н п о д о б н ы й ф а к т : 30 лет
н а з а д студенты спустили на в е р е в о ч к е , п р а в д а , не собачку, а
обезьянку великому ученому — Чарльзу Д а р в и н у .
Игрушечная обезьянка Дарвину и игрушечная собачка
Павлову — в этой аналогии скрывался глубокий с и м в о л и ч е ­
ский смысл!
З а к о н ч и в в о с н о в н о м свои блестящие работы п о ф и з и о л о ­
гии п и щ е в а р е н и я , П а в л о в в начале н а ш е г о века переключает­
ся на другую область ф и з и о л о г и и — на строго научное изуче­
н и е в ы с ш е й н е р в н о й деятельности.
В 1902 году было о п у б л и к о в а н о первое исследование из
л а б о р а т о р и и П а в л о в а , п о с в я щ е н н о е условным с в я з я м , а уже
в 1906 году работа в этом н а п р а в л е н и и в павловских л а б о р а ­
ториях развернулась во всю ш и р ь .
П а в л о в умел «развивать темпы». Чтобы создать соответст­
вующую н а п р а в л е н н о с т ь у сотрудников, достигнуть перелома
в работе всей л а б о р а т о р и и , ' П а в л о в о д н о в р е м я даже перестал
з а н и м а т ь с я у з к и м и в о п р о с а м и п и щ е в а р е н и я — все д о л ж н о б ы ­
ло переключиться на разработку н о в о й п р о б л е м ы . Но в д а л ь ­
н е й ш е м , поскольку учение об условных рефлексах строилось
в о с н о в н о м на наблюдениях над деятельностью п и щ е в а р и т е л ь ­
ных ж е л е з , работа бесчисленных учеников П а в л о в а , с ъ е з ж а в ­
ш и х с я к нему со всех к о н ц о в Р о с с и и и даже Е в р о п ы , велась
п о двум н а п р а в л е н и я м .
В это в р е м я в В о е н н о - м е д и ц и н с к о й а к а д е м и и было выстро­
е н о новое з д а н и е для к а ф е д р ы П а в л о в а , и он получил п р е к р а с ­
ную о б ш и р н у ю л а б о р а т о р и ю . Э т о п о з в о л и л о П а в л о в у р а з в е р ­
нуть работу в грандиозных по тому в р е м е н и масштабах. Д в е ­
ри его л а б о р а т о р и и были открыты д л я всех желающих р а б о ­
тать.
П о с л е В е л и к о й О к т я б р ь с к о й социалистической р е в о л ю ц и и
В . И . Л е н и н л и ч н о интересовался условиями работы П а в л о в а .
Н е с м о т р я н а тяжелое в р е м я , п е р е ж и в а е м о е с т р а н о й , окру­
ж е н н о й со всех сторон и н т е р в е н т а м и , Л е н и н н е о д н о к р а т н о да­
вал у к а з а н и я о с о з д а н и и для П а в л о в а и его л а б о р а т о р и и по
в о з м о ж н о с т и наилучших условий, о предоставлении п а в л о в с к о й
л а б о р а т о р и и огромных по тому времени средств в золотой
валюте. Б ы л о п у б л и к о в а н следующий исторический декрет за
подписью Л е н и н а , в к о т о р о м , наряду с п р и з н а н и е м исключи -

16
тельных заслуг П а в л о в а перед н а у к о й , предлагалось Государ­
ственному издательству и з д а т ь все труды, доклады и речи
академика Павлова:

П о с т а н о в л е н и е Совета народных к о м и с с а р о в
П р и н и м а я в о в н и м а н и е с о в е р ш е н н о исключительные
научные заслуги а к а д е м и к а И . П . П а в л о в а , и м е ю щ и е ог­
р о м н о е з н а ч е н и е д л я трудящихся всего м и р а , Совет н а ­
родных к о м и с с а р о в п о с т а н о в и л :
1. Образовать на основании представления Петросове-
та специальную к о м и с с и ю с ш и р о к и м и п о л н о м о ч и я м и в
следующем составе: т о в . М . Горького..., т о в . К р и с т а . . . ,
т о в . К а п л у н а , к о т о р о й поручить в к р а т ч а й ш и й с р о к с о ­
з д а т ь н а и б о л е е б л а г о п р и я т н ы е условия д л я обеспечения
научной работы а к а д е м и к а П а в л о в а и его сотрудников.
2. Поручить Государственному издательству в лучшей
т и п о г р а ф и и республики отпечатать р о с к о ш н ы м и з д а н и е м
з а г о т о в л е н н ы й а к а д е м и к о м П а в л о в ы м научный труд, с в о ­
д я щ и й результаты его научных работ за п о с л е д н и е 20 лет.
Председатель Совета народных к о м и с с а р о в .

В. Ульянов (Ленин)
Москва, Кремль,
24 января 1921 г.

Т а к п о я в л я е т с я в свет «Двадцатилетний опыт изучения
высшей н е р в н о й деятельности ( п о в е д е н и я ) животных» — э т и
з н а м е н и т ы е ф и з и о л о г и ч е с к и е а н н а л ы , к о т о р ы е еще р а з удиви­
ли м и р богатством, свежестью и смелостью павловских и д е й ,
подтверждаемых, к а к всегда, н е о п р о в е р ж и м ы м и ф а к т а м и .
И эта к н и г а , к а к все без и с к л ю ч е н и я к р у п н ы е труды П а в ­
л о в а , была н е м е д л е н н о переведена н а м н о г и е иностранные
я з ы к и . Ее успех был о г р о м е н , о с о б е н н о в н а ш е й с т р а н е ; хотя
после Великого О к т я б р я п р о ш л о всего 5 лет, массы н а ­
столько в ы р о с л и , что эта к н и г а вызвала глубочайший интерес
и отклик в сердцах и умах многих — в р а ч е й , педагогов,
ю р и с т о в , военных и р а б ф а к о в ц е в .
К н и г а П а в л о в а взбудоражила все советское о б щ е с т в о , к а к
60 лет н а з а д в з в о л н о в а л и передовую и н т е л л и г е н ц и ю Р о с с и и
труды Сеченова.
П а в л о в с к и м учением об условных р е ф л е к с а х , о в ы с ш е й
н е р в н о й деятельности, р а з о б л а ч а в ш и м д о к о н ц а л о ж н о е уче­
н и е идеалистов о д у ш е , пользовались и преподаватели естест­
в о з н а н и я , и партийные агитаторы, и антирелигиозные пропа­
гандисты.
С о в е т с к а я эпоха совпала с глубокой старостью великого
ученого, с переходом его к восьмому, а затем и девятому де­
сятку лет ж и з н и . Н о возраст н е п о м е ш а л П а в л о в у р а с ц в е с т и !
Эпоха н е в и д а н н о г о подъема его с т р а н ы , страстным п а т р и о -

17
том которой он был всю свою жизнь, напоила стареющего (но
ни на йоту не одряхлевшего!) Павлова молодыми соками,
влила в него новое вдохновение, и на закате своих лет П а в ­
лов заблистал так я р к о , как никогда не блистал еще ни один
ученый в его возрасте. Впрочем, нельзя говорить о закате лет
Павлова. Павлов не знал заката, омраченного обычно твор­
ческим угасанием, телесной немощью и, как это часто случа­
лось с учеными в буржуазных странах, полным одиночеством.
Блестящие материальные условия работы, величие ее масшта­
бов, свобода творчества и огромная забота со стороны
И. В. Сталина и С. М. Кирова — вот что окружало последние
годы жизни Павлова и окрыляло его старость.
Павлову трудно было работать лишь в первые годы после
Великой Октябрьской социалистической революции, когда
14 держав-интервентов пытались задушить советскую страну,
создав в России продовольственный кризис. Это было трудное
время. Научные учреждения Ленинграда не могли нормально
работать. Ценные подопытные животные гибли.
Павлов не желал прекращать работу. Надо было поддер­
живать питание животных — и вот его ассистенты отправля­
лись на городские мельницы и склады, чтобы доставать так
называемые «сметки» или «путцель», спрессованные подсолнеч­
ные жмыхи и т. п. Многие профессора давно перестали рабо­
тать, ворча и жалуясь на внешние условия, но Павлов и слы­
шать не хотел о прекращении научной работы. Не было элект­
ричества— он оперировал со свечой, было холодно — он си­
дел в лаборатории в шубе. Страшный для него враг — грипп,
преследовавший его всю жизнь, не мог заставить его отказать­
ся от посещения любимой лаборатории, тогда неотапливаемой.
Строго во-время, как всегда, Павлов приходил в свою лабо­
раторию и становился на свой «научный пост». Прекращалось
трамвайное движение — он летом ехал на работу на велосипе­
де, несмотря на недавний тяжелый перелом бедра, зимой
шел в лабораторию пешком. Близкие советовали Павлову побе­
речь здоровье, но все их советы были тщетны. Он был непре­
клонен. В своей страсти к науке Павлов был неудержим, при
выполнении долга он поднимался до сурового величия добле­
стного воина. '
После ухода из Военно-медицинской академии (1924) П а в ­
лов целиком посвятил себя научно-исследовательской работе
и руководству подготовкой кадров физиологов в С С С Р . Его
работа целиком сосредоточилась в физиологической лабора­
тории Всесоюзного института экспериментальной медицины и
Академии наук С С С Р .
Вскоре по указанию правительства была создана большая
лаборатория-усадьба в Колтушах, где с 1920 года по инициа­
тиве Павлова в старом помещичьем доме возник л а б о р а-
т о р н ы й к о м б и н а т под названием «Биостанция при ла-
18
боратории Павлова». Первоначально она должна была быть
только базой для литания и выращивания подопытных живот­
ных, но в дальнейшем Павлов значительно расширил задачи
Колтушей, основав по своему собственному плану лаборато­
рию высшей нервной деятельности. На фронтоне этой лабора­
тории были начертаны слова Павлова: «Наблюдательность и
наблюдательность».
Последние годы своей жизни, несмотря на частые заболе­
вания гриппом, осложнявшиеся воспалением легких, Павлов
не снижал темпов работы. Советская страна дала ему возмож­
ности, которых он никогда раньше не имел, и Павлов поэто­
му считал невозможным, несмотря на свои 85 лет, выпустить
из рук древко священного знамени науки.
Он продолжал расширять круг своих наблюдений, неизмен­
но повторяя, что внимание правительства и партии налагает
на него новые, еще более ответственные обязательства.
Невзирая на свои 80 лет, Павлов с молодым энтузиазмом
(принялся за строительство Колтушей. Он часто посещал
стройку и обегал ее своей быстрой, чуть прихрамывающей п о ­
ходкой... Ничто не ускользало от его острых и живых глаз.
«Ведь это же целый уездный город, — задумчиво говорил
он окружающим, как бы рассуждая вслух. Ни одно правитель­
ство не стало бы для науки делать таких затрат».
В знаменитом письме молодежи он пишет: «Наша родина
открывает большие просторы перед учеными, и нужно от­
дать должное — науку щедро вводят в жизнь в нашей стра­
н е . До последней степени щедро».
Участие Павлова в стройке Колтушей завершило историю
жизни человека, проведшего детство в царствовании Николая Г,
а свои лучшие творческие годы — при советской власти, чело­
века, еще в 1927 году в предисловии к книге писавшего язы­
ком 1827 года — «генварь», а мыслившего как величайший
естествоиспытатель XX столетия.
Колтуши (Павлово) — отныне резиденция советской ф и з и ­
ологии. Это — величайший памятник Павлову, работавшему
последние 19 лет жизни в эпоху великого расцвета русской
науки.
Вот «белый дом» — своеобразный дворец для собак с м н о ­
жеством камер, где производятся опыты. Эти камеры — тща­
тельно продуманное сооружение с особой системой изоляции,
с перископами, отражающими в уменьшенном виде все, что
происходит в камере, и дающими возможность следить за
опытом из соседней комнаты в небольшое окошечко, с пуль­
тами управления и автоматическими приборами, регистрирую­
щими мельчайшие детали опыта вплоть до знаменитой пав­
ловской «единицы меры» — капли собачьей слюны. Все сдела­
но так, чтобы просто и я с н о , без мудрствования, короче гово­
р я , «по-павловски просто», объективным методом изучать

19
с л о ж н е й ш и е н е р в н ы е п р о ц е с с ы , с о с т а в л я ю щ и е основу психиче­
ских я в л е н и й .
Д л я о б е з ь я н Р о з ы и Р а ф а э л я выстроен был т а к ж е ц е л ы й
«дворец»... Д а л е е идут р я д ы просторных з д а н и й д л я п о д о п ы т ­
ных ж и в о т н ы х . Н е с к о л ь к о в с т о р о н е в ы с я т с я д о п о л н и т е л ь н ы е
з д а н и я д л я биологической с т а н ц и и . Построен специальный
коттедж для П а в л о в а и его с е м ь и , о б щ е ж и т и я , д о м а , клуб и
библиотека д л я сотрудников. И в з а к л ю ч е н и е , по личному ж е ­
л а н и ю П а в л о в а , — « п а м я т н и к собаке» — благодарность чело­
вечества этому умному существу, которое нужно было п р и н е ­
сти в жертву н а у к е .

П а в л о в горячо полюбил н о в ы й город н а у к и К о л т у ш и и
ц е н и л в с е , что сделало д л я п р о ц в е т а н и я н а у к и с о ­
ветское п р а в и т е л ь с т в о .
Вот что он с к а з а л в о д н о й беседе: «Отдыхаю с е й ч а с в
своих любимых Колтушах и я о ч е н ь , очень хочу ж и т ь е щ е
долго... Хоть до ста лет... и даже д о л ь ш е ! . . Хочется долго
ж и т ь потому, что небывало расцветают мои лаборатории.
С о в е т с к а я власть дала м и л л и о н ы на м о и научные р а б о т ы , на
строительство л а б о р а т о р и й . Хочу в е р и т ь , что м е р ы п о о щ р е ­
н и я р а б о т н и к о в ф и з и о л о г и и . . . . достигнут ц е л и , и м о я наука
о с о б е н н о расцветет на р о д н о й почве».
С 1934 года, в р а з г а р строительства Колтушей, Павлов
н а ч а л готовиться к XV мировому конгрессу ф и з и о л о г о в , в з я в
на себя его о р г а н и з а ц и ю .
М и р о в а я ф и з и о л о г и я к этому времени имела уже в е л и ч а й ­
ш и е д о с т и ж е н и я , с о ве рш и в к р у п н е й ш и е перевороты в р а з л и ч ­
ных областях: ф и з и о л о г и ч е с к о й х и м и и , в ы с ш е й н е р в н о й д е я ­
т е л ь н о с т и , электрических я в л е н и й человеческого организма,
учения о витаминах и т. д. Это н а г р о м о ж д е н и е ф а к т о в и я в л е ­

<< Пред. стр.

стр. 2
(общее количество: 35)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>