<< Пред. стр.

стр. 8
(общее количество: 14)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Счастливые для страны годы
47,1
28,6
8,4
5,0
10,9
100
В чем-то хорошие, в чем-то плохие годы
38,2
39,6
7,1
2,4
12,7
100
Больше потерь
28,1
36,3
12,2
5,6
17,8
100
Плохой период
17,1
34,6
22,4
10,1
15,7
100
Не знаю
34,3
31,3
16,4
3,0
14,9
100

Вывод.
Исследования выявили тесную связь между ностальгией по прошлому, отношением к настоящему, тревогами по поводу будущего страны и опасениями в отношении будущего человечества. Взгляд с этой позиции открывает новые методологические возможности для изучения феномена катастрофического сознания. Неуверенность в будущем усиливает ностальгию по прошлому и это становится подчас специфическим фактором формирования электората, в данном случае – социалистов.

Особенности внешней политики Болгарии.
Главные вопросы этой части анкеты: приоритеты в области внешней политики страны, отношение к возможному вступлению Болгарии в Европейский Союз и в НАТО. Этот блок вопросов отсутствует в российском интервью. Такие дополнения были внесены потому, что проблемы эти действительно сегодня актуальны для Болгарии и занимают умы многих ее граждан. Болгария – маленькая страна, расположенная в зоне постоянного столкновения геополитических интересов разных государств, всегда испытывала определенные трудности в своей внешнеполитической ориентации. Вступление в Варшавский Договор на длительный период решило эту проблему. Однако сегодня после развала социалистического сообщества проблема это снова появилась. Ключевым вопросом новой внешней политики страны стал выбор между ориентацией на Россию, Германию или Великобританию, что прежде всего проявилось в изменении школьных и вузовских программ. До первой мировой войны болгары в основном изучали французский язык, меду войнами – немецкий, а после второй мировой войны, соответственно, русский. После 1989 года главным стал английский. Русский сегодня стоит на четвертом месте после немецкого и французского. Болгария стремится отойти от пророссийской политики, однако это еще достаточно сложно для населения страны.
Приоритеты во внешней политике.
Главные темы здесь это отношение к интеграции Болгарии в Европейское сообщество и двойственное отношение болгар к вступлению в НАТО. Приоритеты выстраиваются следующим образом: за интеграцию в ЕС выступают 53,8%, за сближение с Россией – 22,6%, за сближение с США – 5,6%. Болгары считают, что присутствие США больше всего ощущается в Хорватии (39%), Албании (36%), Румынии (35%), Македонии (29%) и Югославии (20%); и среди этих стран прорусские настроения сильны только в Югославии (19%). Сравнительный анализ показал, что пророссийски настроенные болгары значительно больше обеспокоены будущим страны (41%), чем западники (22%). Поэтому не боятся утери болгарских традиций 32% западников и 24% русофилов. Здесь, однако, следует оговориться. Русофилия в Болгарии не идентична югославской славянофилии. Основные объекты болгарского национализма – турки, греки и сербы.
Отношение к интеграции в Европу.
Положительное отношение к вступлению Болгарии в ЕС характерно для респонднентов с высокой уверенностью в будущем и невысоким уровнем опасений по поводу экономического и политического хаоса. После развала Варшавского договора Болгария усиленно пытается найти поддержку в других странах и больше всего надеется на Европу. Вступление в ЕС воспринимается как гарантия хороших перспектив развития страны. С другой стороны, болгарские респонденты волнуются, что быстро переориентироваться будет сложно из-за сильных еще пережитков прошлого режима.
Болгары уверены, что раз в большинстве европараламентов господствуют партии социалистов, то и их социалисты ориентированы на либеральную политику. Но разница между европейскими социалистами и бывшими коммунистами, нынешними болгарскими социалистами огромная.

Отношение к вступлению Болгарии в ЕС и к вероятным
опасностям (%).
Отношение
Экономический и политический хаос
Экологические катастрофы
Социальные и экономические катаклизмы
Бедствия, порождаемые внешними силами
Позитивное
47,5
43,5
62,9
54,5
Скорее негативное, чем позитивное
30,1
41,4
49,3
42,1
Негативное
21,0
33,9
32,3
19,4
Не знаю
15,8
22,0
26,8
25,3


Отношение к НАТО.
Здесь прослеживается некоторая холодность по сравнению с отношением к ЕС. Те, кто симпатизирует американцам (их не так-то много), настроен, как правило, за такой альянс, кто симпатизирует русским, – против. Положительно высказываются на эту тему в основном те, кто не сильно опасается ядерной войны, нападения соседних государств и нашествия ислама. Выглядит это вполне естественно после сильной проатлантической пропаганды в 1996-1997 годах, связанной в основном с выборами.

Вывод.
В болгарской внешней политике с 1997 года произошел резкий поворот. Страна развернулась лицом к Европе (при активной поддержке своих граждан). В политическом смысле, разворачиваясь лицом к Европе, Болгария автоматически поворачивается спиной к России.

Социально-культурный фактор.
Индикаторами в этом секторе служат: уровень образования, отношение к СМИ, к кино, литературе и в некотором смысле к религии.
Образование.
Здесь выявилось несколько закономерностей:
Высокая степень тревожности характерна для людей с низким уровнем образования. Плохое образование сегодня означает низкий доход и соответствующий социальный статус. Люди с высшем образованием лучше могут себя защитить, тогда как для людей с низким уровнем образования процесс выживания усложняется. Это повышает уровень их чувствительности, что проявляется в первую очередь в их отношении к будущему.
Насколько Вы уверены в будущем ? (%).

Средний уровень тревоги при слабой уверенности в будущем и низком уровне образования. Хорошо иллюстрирует это утверждение отношение к вероятности экономического и политического хаоса. Ответили «достаточно вероятен» — 50%респондентов с высшим образованием, 48% без оного. Чем ниже уровень образования, тем больше неуверенности. Для таких людей характерны ответы «не знаю» или отсутствие информации. На вопрос «Чувствуете ли Вы угрозу экономического и политического хаоса?» люди с высшим образованием чаще отвечали «сильную тревогу», а среди людей со средним и начальным образованием одновременно мало ответов «не чувствую».
Повышенная чувствительность при высоком уровне образования. Ярче всего это проявляется в отношении к проблемам экологии: разрушение озонового слоя, глобальное потепление и некоторые идеологические проблемы(неонацизм беспокоит 9% людей с начальным образованием, 11% людей со средним образованием и 17% людей с высшим образованием, сионизм беспокоит 2% людей с начальным образованием и 11% людей с высшим). Нельзя утверждать, что люди с начальным образованием нечувствительны к проблемам культурной сферы. Неверие в бога и грубый материализм беспокоят 22% людей с начальным уровнем образования, 16% людей со средним образованием и14% людей с высшим образованием.

Средства массовой информации.
По тому, какие материалы СМИ респонденты читают относительно регулярно, тоже можно выяснить, чего они опасаются. И образование играет при этом немаловажную роль. Проблемы внутренней политики государства интересуют 63% выпускников университетов, 59% людей со средним образованием и 5% людей с начальным образованием. Такое же отношение и к новостям экономического характера. Плохообразованные люди проявляют мало интереса к культурным новостям. Повышенный интерес они проявляют к криминальным сообщениям, к новостям спорта и к гороскопам.
Среди тех, кто постоянно чувствует ухудшение жизненных стандартов, 23% читают новости спорта, 36% регулярно просматривают экономические новости. Среди тех, кто боится безработицы, 30% читают новости спорта, 46% интересуются экономическими сообщениями. Среди тех, кто опасается коррупции, 50% следят за изменениями во внутренней политике государства, 25% следят за событиями в мире. Среди тех, кто опасается беззакония, 42% следят за событиями в стране, 21% — за событиями в мире.
Трудно делать определенные выводы по этим данным, но тем не менее можно утверждать, что страхи и тревоги заставляют людей выборочно читать материалы СМИ.

Кино.
Респондентов попросили обозначить в анкете один из жанров кино, который им наиболее близок. Результаты получились следующие. Сильную тревогу и постоянный страх по поводу бессмысленности жизни и неизбежности смерти больше всего ощущают любители мелодрам и комедий (41%) и меньше всего те, кто предпочитает боевики(22%) и триллеры (21%). Трудно назвать такой результат случайным.
Страх по поводу ухудшения уровня жизни выше всего у любителей мелодрам (74%) и социально-психологического кино (69%) и самый низкий (58%) у любителей боевиков. Мелодрамы в основном смотрят люди с небольшим доходом и соответственно с ограниченными возможностями, а боевики и триллеры – те, кто имеет стабильный доход. Несчастные (имеются в виду бедные) стремятся найти в фильмах то, чего нет у них в жизни, а состоятельные ищут лишь развлечений и острых ощущений.
Среди тех, кто ощущает беспокойство по поводу утраты семейных ценностей, 44% предпочитают социально-психологические фильмы, 38% мелодрамы, 25% комедии, 25% триллеры. Социально-психологическое кино предпочитают жители сельской местности.
Среди страшащихся беззакония больше всего любителей триллеров, детективов и меньше всего любителей комедий.
Отношение к религии.
На вопрос «Помогает ли Вам религия преодолевать страх?» респонденты в основном дают положительный ответ.

Помогает ли Вам религия преодолевать страх? (%)

Да
Нет
Иногда
Не знаю
%
Глубоко верующий
84,5
1,4
14,1
-
100
Скорее верующий
30,4
11,0
11,0
4,3
100
Скорее неверующий
9,3
37,2
37,2
11,6
100
Атеист
16,7
55,6
55,6
22,1
100

С одной стороны, вера помогает только 1/3 людей, назвавших себя верующими. С другой стороны, она в какой-то мере помогает и атеистам, учитывая тот факт, что каждый пятый из них вообще не уверен, атеист он или верующий. Чаще всего встречается ответ «в некоторой степени я считаю себя религиозным человеком», что и объясняет некоторую противоречивость полученных результатов. К сожалению, факт остается фактом: религия в Болгарии не играет большой роли даже в тех случаях, где это наиболее ожидаемо. Так, тревогу по поводу бессмысленности жизни испытывают 15% верующих и 14% атеистов. Потеря чувства коллективизма беспокоит 26% верующих и 33% атеистов. Большинство атеистов – бывшие члены компартии, для которых коллектив всегда имел особое значение. В принципе можно было ожидать противоположных результатов, так как в Болгарии достаточно сильны экуменические настроения. Неожиданный результат проявился в отношении к проблеме утраты семейных ценностей. Меньше всего это беспокоит верующих 22%, достаточно религиозных респондентов – 34%, скорее нерелигиозных – 32%, атеистов – 28%. В отношении к будущему уровень тревожности одинаковый и у атеистов, и у верующих – 37%, то же самое и по отношению к бездуховности и преобладанию грубого материализма – верующие 28%, атеисты – 26%.
Результаты выглядят достаточно категорично и поднимают вопрос о роли веры в формировании катастрофического сознания.


Этнический фактор.
Данные исследования показали, что степень уверенности в будущем и отношение ко многим опасностям тесно связаны с принадлежностью респондентов к той или иной этнической группе. Для всех групп характерна достаточно высокая тревожность, но сильнее всего она проявляется у цыган: 2/3 респондентов ощущают сильную тревогу и постоянный страх, в то время как хорошие перспективы для себя видит только 16% цыган.
Из всех этнических общностей в тяжелом экономическом положении находятся цыгане – среди них наибольшее количество людей находится за чертой бедности, кроме того, болгар-христиан больше, чем цыган, почти в 3 раза. Определенные различия в отношении к будущему видны и среди мусульман, турков и христиан, что объясняется, в основном, различиями религиозного характера, укладом жизни и эмиграцией. Сильнее всего различия между этими тремя этническими группами проявляются в отношении к природным катастрофам, нападению соседних государств, репрессиям.

В какой степени Вы уверены в будущем?(%).

Отношение к различным опасностям среди христиан, мусульман и этнических турков.
Все этнические группы, за исключением цыган, испытывают примерно равную степень тревоги в отношении многих опасностей. Постоянный страх эти этнические группы испытывают в отношении этнической, религиозной дискриминации. Особенно этот показатель высок у цыганской коммуны. Высокий уровень страхов проявляется и в отношении к апокалипсическим опасностям.
Регулярные исследования уровня жизни всех четырех этнических групп выявляют сильный разрыв между цыганами и тремя остальными общностями. Для цыган характерны низкое качество жизни, высокий уровень преступности. Как правило, СМИ, сообщая о грабежах и нападениях, всегда делают акцент на цыганских группировках. Растет в обществе и степень отчуждения. Уже были случаи погромов и столкновений. В целом дискриминация в отношении этой группы достаточно велика.


Отношение различных этнических групп к этнической и религиозной дискриминации (%).

Цыгане славятся любовью к оккультным наукам. В связи с этим интересно, как распределились ответы на вопрос «Верите ли Вы в гадания и гороскопы?». «Да» ответили 11% христиан и 23% цыган.


Различия религиозного характера.
Как и ожидалось, отношение к проблеме распространения исламского фундаментализма напрямую зависит от религиозных воззрений респондентов. Больше других это беспокоит христиан – 19%, затем идут мусульмане и цыгане (12-13%), на последнем месте турки (7%). Отношение к этому виду опасности выражалось как напрямую, так и через отношение к проблеме бездуховности.
В обоих случаях христиане выражают наибольшую тревогу, турки наоборот. Это можно объяснить сильным консерватизмом, присущим небольшим коммунам, особенно это характерно для турков. Не меньшее значение здесь играет и мусульманская религия, которая сильнее, чем христианство, регулирует частную и общественную жизнь членов коммуны, а также изоляция группы и достаточно специфический уклад жизни турецких деревень и коммун.

Отношение различных этнических групп к бездуховности общества и упадку морали (%).

Различия в гражданской позиции.
Незначительные различия наблюдаются и в отношении разных этнических групп к беззаконию, преступности и коррупции.
Разница объясняется специфическим социальным климатом, обостренным чувством коллективизма и взаимопомощи, которые характерны для небольших коммун. Это несколько снижает общий уровень тревожности.
Обратные зависимости.
Самые неожиданные результаты выявились в отношении респондентов различных этнических групп к проблеме обнищания и безработицы («Сравнительное исследование жизни болгар-христиан и болгар-мусульман, 1997 год). Самый высокий уровень безработицы наблюдается среди цыган, а самый низкий – среди христиан. Но тревога по этому поводу совершенно обратная. Эти проблемы волнуют 70% болгар-христиан и 64% цыган. Картина имеет скорее психологическое, чем какое-либо еще объяснение: нищие болгары-христиане сильно отличаются от нищих цыган. На самом дне общества страхи несколько приглушены. Как гласит пословица «Слишком низко, чтобы падать». То есть те, кому есть, что терять (болгары-христиане), боятся обнищания значительно больше.

Вывод.
Данное исследование выявило высокий уровень страхов и тревог и сильную их дифференциацию среди различных этнических групп Болгарии. Причина различий не в политическом статусе, а скорее в гражданском.

Социально-биологические, социально-профессиональные и биографические факторы.
Индикаторами в этом секторе стали следующие сведения о респондентах: пол, возраст, образование, семейное положение, место жительства, профессиональный статус, принадлежность к социальной группе, доход. Определенную роль здесь сыграло и место проживания респондента. В болгарское интервью был добавлен вопрос «Не были ли Вы жертвой преступления?”.
Мужчины и женщины.
Влияние полового признака сказывается в 36 вопросах из 48. Женщины, как правило, больше подвержены всякого рода страхам и тревогам.

Отношение к ухудшению уровня жизни, к безработице
и криминализации общества.
В основном различия связаны с физиологическими особенностями полов. Коллапс института социальной защиты, который произошел в переходный период, повлиял на психологическое состояние не только различных социальных и этнических групп, но и полов. Женщины по сравнению с мужчинами оказались в более сложном положении. Им тяжелее в таких условиях найти работу и легче стать жертвой преступления. Согласно данным официальной статистики, в переходный период насилию подвергались не только молодые женщины, но женщины 70-80 лет. Все это не могло не сказаться на уровне женской тревожности. Издавна женщина считается хранительницей домашнего очага. Основная ее роль — воспитывать детей и поддерживать в семье мир и спокойствие. Поэтому главное различие сказалось в отношении женщин и мужчин к кризису семейных ценностей, распространению сект, утрате чувства коллективизма, бездуховности общества. Различия в отношении полов к социальным и экологическим угрозам не так существенны. Проблема коррупции волнует 53% мужчин и 55% женщин, беззакония – 55% мужчин и 59% женщин, глобальное потепление климата – 26% мужчин и 29% женщин, истощение природных ресурсов 13% мужчин и 16% женщин, массовые эпидемии 36% мужчин и 54% женщин.
Чем больший опыт борьбы с различными жизненными коллизиями приобретает женщина, тем меньше она уверена в будущем.
Женщины сталкиваются с большими психологическими проблемами. Они больше зависимы от настроения, расположения духа, они более нервны и раздражительны, более восприимчивы и доверчивы, чем мужчины, чаще чувствуют свою беспомощность и не всегда в состоянии принять решение, они в целом большие пессимисты, чем мужчины. Они чаще, чем мужчины, говорят, что жизнь не имеет смысла и что больших трудностей они не переживут.
Мужчины сталкиваются с иными проблемами. Основные тревоги сильной половины человечества связаны с востребованностью в профессиональном плане. Они чаще говорят, что отношения с другими стали сложнее, что они стали более замкнутыми и циничными, раздражительными и подчас продолжают спорить, даже если знают, что не правы.
Реакция на трудности у мужчин и женщин различна. Мужчины чаще занимают активную позицию, чаще, чем женщины, полагаются на свои физические и материальные возможности.

Чувствуете ли Вы тревогу по поводу: кризиса семейных ценностей (1), нашествия религиозных сект(2), утраты чувства коллективизма (3), засилья грубого материализма и бездуховности общества(4) (%).

Оптимизм молодежи и пессимизм пожилых.
Возраст оказывает не такое сильное влияние на отношение респондентов к различным опасностям, как пол. Самый разительный контраст между молодежью и пожилыми людьми в отношении к будущему.
Контраст проявился между тремя основными возрастными когортами: молодежью, людьми среднего возраста и пенсионерами. Молодежь, что вполне естественно, единственная группа, среди которой уверенность в будущем достаточно велика. При этом надо заметить, что молодые люди в будущем человечества уверены несколько больше, чем в будущем Болгарии.
Пенсионеры не придают особого значения проблеме безработицы. Молодежь меньше обеспокоена американизацией жизни в стране. Новое поколение достаточно толерантно и открыто миру. Его мало волнуют такие проблемы, как нашествие сект, исламский фундаментализм, снижение уровня рождаемости, скорее, это беспокоит людей старшего поколения. Бездуховность общества и экологические катастрофы вызывают одинаковую тревогу у людей всех поколений. Большие надежды молодежь питает в отношении рыночной экономики и мало беспокоится по поводу вероятных экологических катастроф.

Отношение к будущему людей различного возраста (%).

Вывод.
Молодые люди Болгарии уверены в своем будущем и достаточно толерантны в отношении настоящего.
Комплекс провинциальности и столичное высокомерие.
Глубокая пропасть лежит между столицей и провинцией. Уверенно смотрят в свое будущее только жители Софии. Одновременно в будущем страны столичные жители уверены меньше других, но при этом больше уверены в будущем человечества.
Провинциалы оказались пессимистами в отношении своего будущего, оптимистами в отношении будущего страны и скептиками по отношению к будущему человечества. Жители столицы, наоборот, оптимистично смотрят на свое личное будущее, пессимистично на будущее страны, но такие же скептически относятся к будущему человечества.
Жители столицы в 2 раза чаще по сравнению с деревенскими жителями и в 3 раза чаще, чем жители районных центров, говорят, что довольны жизнью. Они менее нервны и раздражительны, меньше чувствуют, что отношения с другими стали сложнее, лучше спят, меньше беспокоятся о работе, реже теряют способность принимать решения и реже приходят к выводу, что им все тяжелее переживать трудности. Однако они чаще, чем остальные, говорят, что вещи вокруг стали непонятными и странными. Что тоже объяснимо: София стала центром политической борьбы и экономических экспериментов. На одной и той же площади происходят митинги, акции протеста, праздники и карнавальные шествия. Бывший мавзолей Георгия Димитрова некоторое время использовался как общественная уборная. Дом Парламента подвергался атакам и осаде (1997). Последователи президента и лидера Союза Демократических Сил публично сожгли портреты своих любимцев. Действительно, за короткий период произошло множество странных событий.
Тревоги жителей сел и бывших районных центров не сравнимы с тревогами жителей столицы (у жителей столицы все страхи на уровне 20%, у жителей райцентров, небольших городов и деревень не меньше 60%).
В социалистическое время между городом и деревней, между районным центром и столицей существовала гигантская пропасть в уровне жизни, которая активно поддерживалась. Такие же процессы происходили и в других социалистических странах, например, в России. В деревнях безработица и нищета всегда были выше, чем в городах и в столице. Поэтому естественной выглядит спокойствие столичных жителей в отношении разного рода трудностей. Политический фактор тоже играет немаловажную роль. Провинция всегда более консервативна, там сильнее так называемое «красное» движение, меньше связи с центром.
Самым удивительным оказалась разница в тревогах по поводу коррумпированности правительства. Только 15% столичных респондентов чувствуют тревогу по этому поводу. В бывших районных центрах – 62%, в малых городах – 59%, в деревнях – 59%. Особенно странным выглядит этот факт в свете того, что жители деревень считают центр «рассадником” коррупции.
Причина все в той же провинциальной застенчивости и некоторой столичной заносчивости.
Социально-профессиональный статус.
Между категориями «социальный статус» и «профессиональная принадлежность» наблюдается теснейшая связь: образование – социальная группа, социальная группа – род занятий, социальная группа – доход. Среди респондентов, занимающихся частной предпринимательской деятельностью, имеющих свое дело, в 2 раза больше уверенных в будущем, чем среди занятых на госпредприятиях. По сравнению с пенсионерами, среди частных предпринимателей уверенных в будущем в три с половиной раза больше. Они же и больше уверены в будущем людей своей социальной группы и Болгарии в целом. Среди остальных в будущем страны больше уверены специалисты технического профиля и квалифицированные рабочие (40%).
Политического хаоса ожидает примерно одинаковое количество предпринимателей и государственных служащих («достаточно вероятно» ответили 53-55%).
Экономический хаос кажется более вероятным для квалифицированных рабочих (59%), чем для разнорабочих (48%). Специалисты производственного и сельскохозяйственного секторов тоже чувствуют определенную тревогу по этому поводу (55-57%), правда, чуть большую, чем руководители разных уровней (48%) и специалисты в области науки, культуры, здравоохранения и образования (44%).
Экологические катастрофы больше всего волнуют специалистов сферы науки, образования и здравоохранения (54%), технических специалистов и квалифицированных рабочих (44%).
Руководители различных уровней ощущают примерно равную степень тревоги по отношению к безработице и ухудшению стандартов жизни. В обоих случаях разнорабочие чувствуют самую сильную тревогу. Квалифицированные рабочие и специалисты технического профиля в два раза сильнее напуганы угрозой обнищания, чем все остальные. Распределение отношения социальных групп по поводу обнищания такое же, как и в отношении преступности. Можно смело предположить, что всех их объединяет ощущение социальной незащищенности. Различные социальные группы выражают одинаковую озабоченность по поводу репрессий и диктатуры. Экологические проблемы больше всего волнуют интеллигенцию (51%), разнорабочие и специалисты технического профиля высказывают по этому поводу наименьшую тревогу (37-38%). Разница в отношении различных социальных групп к проблеме бездуховности небольшая. Среди руководителей разного уровня озабоченных этой проблемой составляет 36%, среди разнорабочих – 20%. Нашествия ислама опасаются 29% руководителей подразделений и квалифицированных рабочих и 17% разнорабочих. Разнорабочие больше других озабочены утратой чувства коллективизма 34% (технические специалисты 16%). Разнорабочие и руководители подразделений больше других социально-профессиональных групп озабочены утратой болгарских традиций.
О бессмысленности жизни больше задумываются те социальные группы, которым сложнее реализовать себя в профессиональном смысле (разнорабочие в два раза больше обеспокоены этим, чем квалифицированные рабочие).
Различия в отношении к возможным опасностям во многом обусловлены разницей в образовании и доходах.
Социальный статус и биографические данные.
Индикаторами здесь стали следующие параметры: наличие детей, возраст и принадлежность к этнической группе. Ухудшение жизни волнует как состоящих в браке (64%), так и одиноких (65%), то же самое в отношении преступности и безработицы. Различия проявляются в отношении к снижению уровня рождаемости. Состоящих в браке это волнует несколько больше (33%), чем одиноких (23%). При наличии у респондентов детей картина меняется. Преступность волнует, правда, и тех, и тех примерно одинаково (57-60%). Различно их отношение к проблеме безработицы. Те, кто не имеет детей или имеет 1-2 детей, волнуются значительно больше, чем имеющие более 3 детей. К последней категории относятся в основном этнические меньшинства, поэтому этот фактор приобретает этническую окраску. Этим же объясняется и странное отношение к нашествию сект: по этому поводу волнуются только имеющие от 1 до 2-х детей.
Что касается вопроса «Подвергались ли Вы когда-нибудь насилию?», то отношение людей, испытавших насилие, к разным видам опасностей мало чем отличается от прочих респондентов. Респонденты, ставшие жертвой какого-либо преступления (их 28,6% опрошенных), лишь, как правило, чаще остальных читают колонки криминальных новостей в СМИ.

Заключение.
Методологические выводы.
Тема исследования выглядит, в некотором смысле, интеллектуальным развлечением. На практике такое обследование прекрасно иллюстрирует исключительно важный аспект социальной психологии: показывает степень массовой (социально-психологической) тревожности населения и раскрывает специфические страхи. Проникновение катастрофического сознания людей разных стран дает неожиданные возможности проследить его тесную взаимосвязь с особенностями жизни людей и с их культурным уровнем. Мы можем проследить, как осуществляется взаимопроникновение социального пространства и социального времени. В этом аспекте полученные данные интересны не только с точки зрения социологии, социальной психологии и политологии, но и с точки зрения философской логики.
Гипотезы.
1. Различия среди индивидуумов.
1.1.Образование оказывается самым противоречивым фактором, влияющим на формирование катастрофического сознания. С одной стороны, люди с высшим образованием больше озабочены глобальными страхами, потому что более информированы. С другой стороны, люди с низким уровнем образования больше озабочены реальными, повседневными, осязаемыми страхами, потому как в этой группе ниже доход и социальная защищенность.
Сильнее всего жителей современной Болгарии волнует проблема выживания, а именно: проблемы обнищания, безработицы, и чем выше уровень образования, тем меньше степень этого страха. Более образованные люди тоже подвержены страхам, но они оптимистичнее смотрят на жизнь.
С социологической точки зрения катастрофизм — это не только идея, но и способ познания. В Болгарии основной тезис о “третьей национальной катастрофе” успешно распространяется именно политически озабоченной интеллигенцией. Эта идея попадает на благодатную почву сильно обеспокоенных проблемой выживания простых граждан страны и не требует развития или логического объяснения. Любые попытки нейтрализовать катастрофические идеи влекут за собой риск появления нового “коммунизма”.
1.2. Хорошее образование и стабильно высокий доход снижают катастрофичность. Чем менее прочна финансовая стабильность людей в настоящем, тем более неизбежной им представляется скорая катастрофа. Нищий чувствует большую тревогу и меньшую уверенность в своем будущем, особенно в период экономического кризиса и политического хаоса; находясь в состоянии некоторой паники, он не всегда может различить, где настоящая катастрофа, а где искусственно созданная.
2. Различия среди групп.
2.1.Чем сильнее положение оппозиции существующему режиму, тем более катастрофично население видит свое будущее. Именно сильная оппозиция сгущает тучи и говорит, что при существующем режиме будущее выглядит ужасным. Ярким примером может служить пост-коммунистическая Болгария. Существенное значение при этом играет время. “Время работает на нас, смотрите, чем дальше, тем хуже”. Козырем антикоммунистической оппозиции было прошлое. В основном использовался страх: что случится, если бывшие коммунисты останутся у власти? А в ход пускались бывшие коммунистические лозунги типа “светлого будущего”. СМИ только нагнетали обстановку: мрачная картина настоящего, если правящая партия находится в оппозиции, и нескончаемый оптимизм, если к власти придут “те, кто нужно”.
3. Различия среди наций.
3.1.Устойчивость или неустойчивость катастрофического сознания зависит от истории наций. Это болгарский случай. Болгария дважды теряла свою независимость. Второй раз на целых пять столетий. В ХХ веке уже обновленная Болгария дважды терпела жестокое поражение, и оба они расценивались как национальные катастрофы. Благодаря чему в сознании нации сформировался устойчивый комплекс.
3.2. Наличие катастрофического сознания зависит от геополитического положения страны, что тоже характерно для Болгарии. Страна находится на пересечении интересов Запада и Востока. В Средние века Болгария перенесла ряд нашествий из Азии. В ХХ веке на Балканы пытались “поделить” крупнейшие мировые державы. И Болгария, как самая развитая из балканских стран, была вовлечена в конфликт со своими соседями. Во время Второй великой войны за Балканы Болгария практически в одиночку противостояла Сербии, Греции, Турции, Румынии. Ощущение такой геополитической концентрации интересов обусловило развитие устойчивого комплекса катастрофичности в периоды с 1913 по 1919 года. И по сегодняшний день все существовавшие правительства Болгарии, вне зависимости от своей направленности крайне осторожны в отношении своих балканских соседей. Интеграция в европейское сообщество воспринимается болгарской общественностью, как решение проблемы сложного геополитического положения.
3.3. Зависимость катастрофичности сознания от уровня жизни. Этот постулат не требует объяснений. Вне всяких сомнений та ситуация, в которой оказалась страна после 1989 года: отсутствие рынка, кризис промышленности сельского хозяйства и, соответственно, низкий уровень жизни населения — определили мрачное отношение к будущему. Но крах сам по себе открыл новую зависимость: благосостояния и катастрофизма.
3.4. Зависимость катастрофизма от уровня развития общества. В ходе исследования выявилось два варианта экстраполяции: 1) движение — переход от одного строя к другому; 2) историческая перспектива — попытки использовать опыт прошлого. Сочетание этих двух факторов объясняет, почему и в обновленной прессе, и в неформальных беседах муссируются одни и те же темы: потеря национального суверенитета и исчезновение с лица земли болгарской нации, то есть катастрофа.
3.5. Зависимость катастрофичности от господствующей религии. Эта гипотеза не подтвердилось. В Болгарии традиционно господствовали две религии: православие и ислам. Большинство населения — православные христиане. Но влияние на общественное сознание Православной Церкви ослабло. Поэтому можно сказать, что религия оказывает ничтожное влияние на уровень страхов и тревог населения Болгарии.
3.6. Идеология и катастрофизм. Крах прежнего режима привел к идеологическому вакууму. Коммунистическая партия сегодня отошла от прежних убеждений, но не приблизилась к демократическим тенденциям. Антикоммунистическое движение объединило в себе множество течений (консерваторы, либералы, националисты, монархисты, социал-демократы) и пока не имеет четкой политической и идеологической позиции. Этот вакуум заполнили нигилизм и популизм. Переходный период в Болгарии характеризуется идеологической многоликостью.
3.7. Что порождает катастрофизм. В переходный период появились новые идеи и новые проекты, преступные и гуманные. Одни считают, что весь социалистический лагерь стал жертвой страшной катастрофы, виновник которой Горбачев и его болгарский последователь Луканов. Другие обвиняют бывшую номенклатуру во всех смертных грехах: нечестное обогащение и вывоз денег за границу, гигантские расходы на силовые министерства, идеологическое непостоянство. Появились книги, в которых раскрываются связи бывших лидеров компартии и нынешнего руководства страны с масонами и мировыми преступными группировками.
4. Катастрофизм.
4.1. Идея о том, что катастрофические настроения оказывают сильное влияние на социальные и экономические процессы, как нельзя более точно определяет ситуацию в современной Болгарии. В 1989 году страна еще имела неплохой экономический потенциал. Бывшие коммунисты прекрасно разбирались в коммерческой деятельности, так как ни один год занимались “левым” бизнесом. Для того чтобы отстранить этих людей от власти, антикоммунистическая коалиция успешно провела кампанию по их обличению и вытащила наружу массу компрометирующих материалов и документов. Отрицание шло без всякой меры. Отрицание проявилось не только в полном отказе от прошлого, но и в полном отсутствии консенсуса в настоящем. Такой иррационализм оттолкнул интеллигенцию от политической жизни. И произошло то, что и должно было произойти: политическая борьба стала похожа на уличную драку и поэтому сформировалась довольно специфическая политическая элита.
То есть те, кто пришел после 1989 года к власти с лозунгом “Прекратить разрушение”, воплотили его в жизнь.
4.2. Высокий уровень катастрофизма и политическая поляризация обусловили друг друга. Борьба велась без всяких правил. Официально в Болгарии не существует экстремистских партий, а ими просто являются две ведущие партии — социалисты и демократы.
4.3. Иррациональное поведение граждан только усиливает катастрофические тенденции. В тот самый момент, когда страна переживала кризис, население не только не объединилось, но и не желало сохранять все то хорошее, что имело. Шло массовое разграбление страны, перераспределение собственности, то есть настоящее мародерство. Чувство надвигающейся катастрофы объединяет людей для разграбления национального богатства. Хотя, с другой стороны, усиливающееся чувство коллапса в конечном итоге заставляет людей прекратить разграбление.
4.4. Разрушение социальных связей стимулирует рост преступности.
Рост катастрофичности в обществе сначала ведет к моральному упадку общества. Случай Болгарии показывает всем остальным странам, что прежде чем начинать какие-либо преобразования в стране, нужно избавиться от катастрофического комплекса. Иначе насилие, которое сперва происходит только на улице, затем переместится и в правительство и станет регулировать политические отношения в стране. Катастрофизм зажигает социальную активность масс, но и сам ее убивает.
4.5. Тесная связь между катастрофизмом и распространением мистических настроений в обществе.
Что доказывает большая популярность гороскопов и пророчеств в отношении будущего страны. Гадалки, прорицатели стали популярнее политиков в Болгарии. При этом не следует забывать о том, что у цыган, которые во все времена славились своей любовью к оккультным наукам, согласно данному исследованию, самая высокая степень катастрофичности сознания и самое негативное отношение к будущему.
4.6. и 4.7. Высокий уровень катастрофизма в обществе и ведет к росту индивидуализма.
Каждый стремится в кризисные периоды “спасти свою собственную шкуру”. Эта гипотеза подтвердилась в Болгарии. Дезинтеграция охватила все сферы: политические партии, общественные организации, церковь, спортивные клубы. Но одновременно в условиях катастрофизма сплотились семьи. Социологические исследования выявили, что конфликты между родителями и детьми достигли самого низкого показателя за последние 30 лет именно в период кризиса.
4.8. Национальные конфликты и катастрофизм.
Однако болгарский случай, скорее, нетипичен. К началу переходного периода в стране обострился конфликт между существующим режимом и положением этнических турков в стране. Демократические процессы улучшили положение этой этнической группы и напряжение спало. Но, тем не менее националистические настроения в отношении цыган только усилились. В основном это связано с высоким уровнем преступности среди этой этнической группы.
4.9. Повышенная активность апокалиптических религиозных сект в условиях повышенного катастрофизма.
В условиях обнищания и ухудшения условий жизни активизировалась деятельность различных сект. Стала актуальной проблема распространения исламского фундаментализма. Общество настроено крайне отрицательно к этому явлению общественной жизни.
4.10. Цепная реакция.
Это явление имело место в Болгарии зимой 1996/97 годов. Сильные катастрофические настроения привели к коллапсу политических институтов, что в свою очередь привело к серьезным проблемам в промышленности и в сельском хозяйстве. Иностранные компании, развернувшие свою деятельность на территории Болгарии, обанкротились. Национальное производство оказалось в глубочайшем кризисе.
4.11. Смещение ориентиров.
В период кризиса на первый план вышла проблема приватизации. Приватизация — это только первый шаг на пути к достижению мировых стандартов. Но усиление катастрофических настроений в обществе заставило людей направить всю свою энергию на решение сиюминутных задач и удовлетворение ежедневных потребностей. И проблема национального производства и экономики в целом была быстро забыта.
4.12. Специфические формы выживания.
Экономический хаос заставил людей самостоятельно искать пути выживания. Большинство населения переводило всю имеющуюся наличность в твердую валюту и хранило ее дома, что практически заблокировало функционирование банковской системы в Болгарии и привело к гиперинфляции. Символом выживания стали приусадебные хозяйства.
4.13. Утечка умов, денег и рабочей силы.
В основном из страны уезжала наиболее трудоспособная часть населения — образованная молодежь и молодые турецкие рабочие. Именно те люди, основываясь на которых страна предполагала выйти из кризиса. Турецкая часть населения Болгарии в основном занята на табачном производстве: молодые турецкие рабочие имеют низкую квалификацию, но большую продуктивность. Утечка капитала из страны — тема достаточно закрытая. Она нечасто обсуждается даже на страницах периодической печати. Многие предпочли вложить средства в недвижимость в других странах, отправить детей учиться в престижные школы и университеты мира или просто хранить деньги на счетах зарубежных банков. Это дестабилизировало экономику страны.
4.14. Высокий уровень катастрофизма и кризис в стране ограничил иностранные инвестиции.
Среди стран бывшего советского блока в Болгарии меньше всего заинтересованы иностранные инвесторы. Курорты, которыми славится Болгария, тоже находятся не в лучшем виде. Идет борьба за их приватизацию. Только во время войны в бывшей Югославии болгарские курорты процветали.
5. Повседеневная жизнь.
5.1. Чем выше уровень катастрофизма, тем сложнее предотвратить катастрофу и бороться с ее последствиями.
Последствия дестабилизации оказались сильны не только для Болгарии, но и для других стран, для международных организаций. Международный Валютный Фонд и Мировой Банк предоставили Болгарии заём для развития промышленности. Но не известно, что будет дальше. Многие жители страны стремятся иммигрировать на Запад, и одновременно Болгария обращается к западным странам за гуманитарной помощью. И многие страны заинтересованы в экономической стабилизации страны.
5.2. Высокий уровень тревожности ухудшает здоровье отдельно взятых граждан страны и здоровье нации в целом.
5.3. Катастрофизм рождает высокий уровень насилия и преступности.
Социальные конфликты и ухудшение стандартов жизни подготовили прекрасную почву для организованной преступности. Подорванное психическое здоровье нации подготовило прекрасную почву для агрессии.
В целом случай Болгарии доказывает, что катастрофические ожидания ведут к катастрофическим результатам.
Глава 21. Сравнительное исследование катастрофического сознания в Болгарии и России
Катастрофа — крутое слово, но им все чаще пользуется современная пресса, радио, телевидение, да и в обычных разговорах оно употребляется все чаще и чаще. И не только в России, где, как известно, без упоминания катастроф редко обходится сводка последних известий, а “катастрофы недели” стали популярными рубриками почти во всех средствах массовой информации. Болгария по праву может соперничать с нами по частоте упоминания этого термина. Наряду с ним идут: Апокалипсис, Агония, Коллапс, Кома, Крах, Смерть, Конец света и др.
Крушение и развал империи, военных и экономических блоков и трагедии, которыми они обернулись для миллионов простых людей, словно по какому-то дьявольскому плану пришлись на самый конец ХХ века. А периоды перехода от одного тысячелетия к другому, как свидетельствует история, сами по себе обычно заряжены колоссальной мистической энергией, ожиданиями апокалипсических ужасов и бедствий. В результате происходит как бы интерференция реальных страхов и тревог с мистическими настроениями и ожиданиями, что порождает такую картину мира, которую социологи, пользуясь доступными им средствами, обязаны попытаться запечатлеть.
Вот почему предложенный профессором Мичиганского Штатного Университета В.А. Шляпентохом проект “Катастрофическое сознание в современном мире” российские ученые поддержали и уже в 1996 году начали массовые опросы населения. [1] В 1997 году к нашему исследованию присоединился президент Болгарской Социологической Ассоциации профессор Петр-Эмиль Митев, который провел массовые обследования в Болгарии по методике, которая позволяет вести корректное сопоставление с данными российских социологов и пытаться выявить особенности и общее в катастрофическом сознании, страхах и тревогах населения этих двух стран.

Предварительные замечания.
На первый взгляд сравнение страхов в Болгарии и России не представляет особых трудностей: провел опрос здесь и там, выстроил цифры в две колонки и сопоставляй, где больше боятся, где меньше. Но это лишь при самом поверхностном подходе. В действительности, если исследователь хочет хотя бы приблизиться к истине, задача чрезвычайно осложняется: уж очень велики различия исторические, культурные, географические, геополитические.
Одна — небольшая балканская страна с числом жителей, равным населению Москвы. Другая — огромная северная держава, занимавшая шестую часть земной суши. Господствующая религия — православие. И та, и другая в недалеком прошлом входила в единый социалистический лагерь, в Варшавский пакт; вместе противостояли международному империализму во главе с США. Однако у каждой из них есть такие крупные особенности, которые игнорировать нельзя. Для Болгарии это, прежде всего, ее геополитическое положение, на границе христианского и мусульманского миров. За это ей пришлось многократно тяжело платить кровью своих граждан. Достаточно вспомнить 500-летие османского ига, в результате которого страна была отуречена, во многом изменила свой облик. Правда, свой духовный строй она сохранила, и не случайно освобождение Болгарии Россией в 1877-78 гг. стало одним из важнейших событий ее новейшей истории. Да, Болгария была партнером Германии во второй мировой войне, но в отличие, скажем, от Венгрии и Румынии ее войска не принимали участия на советско-германском фронте. Ее участие было как бы символическим, а не реальным. И поэтому Советскую Армию народ встретил в конце войны как армию освободителей, что облегчило быстрый приход к власти в стране коммунистов.
На Болгарии никогда не лежал груз исторической ответственности за мировую революцию. В отличие от СССР, она не была базой мирового революционного движения, оплотом мировой революции, отечеством пролетариев всех стран. Поэтому в довоенные годы она развивалась как обычная восточно-европейская страна. Без того невиданного напряжения всех сил и ресурсов, которое испытывал советский народ, без той борьбы за власть, за подавление всех инакомыслящих, которые были характерны для СССР в предвоенные годы. Болгария по существу избежала и гражданской войны и последовавшей за ней массовой насильственной коллективизации и чудовищных репрессий, в результате которых в СССР произошла демографическая катастрофа, когда было уничтожено около 100 миллионов сограждан.
Этим Болгария разительно отличается от СССР. Ее демографическая пирамида не была так порушена в предвоенные годы и в годы войны.
В период холодной войны, гонки ракетно-ядерных вооружений основной груз несли две сверхдержавы, стремясь обеспечить свое превосходство, во всяком случае стратегический паритет. И здесь Болгария, как член Варшавского договора, хотя и принимала активное участие, но ее роль была периферийной. Она не несла на себе тяжести гигантских затрат, которые взвалил на себя Советский Союз. А к этому можно было бы добавить войну в Афганистане и Чечне, которые стоили России миллиарды долларов и тысяч человеческих жизней.
Поэтому Болгарии, когда окончилась холодная война и гонка вооружений, было в чем-то легче падать, чем СССР, который, достигнув “зияющих высот”, обеспечив паритет в вооружениях, теперь должен был ликвидировать более половины всей своей промышленности.
Развал СССР должен был быть еще более катастрофичен, чем он был, а население его было бы обречено на страшный голод и вымирание, если бы из глубины веков нам не протянули руку помощи наши предки, которые колонизировали и освоили огромную территорию с величайшими запасами полезных ископаемых, прежде всего газа и нефти, которые мы теперь по сути меняем на продовольствие и одежду. Две трети импорта мы оплачиваем за этот счет. Отнимите эти две трети, и тогда мы можем представить себе реальную картину жизни в России. В этом отношении Россия оказалась в более выгодном положении, чем Болгария, которая не располагала такими огромными природными ресурсами.
Это, разумеется, имеет самое прямое отношение к характеру и количественной оценке страхов и тревог, которые мы сегодня фиксируем в этих странах. И хотя они имеют сходное происхождение, но обвал, который начался после распада социалистического лагеря, прекращения холодной войны и гонки вооружений, выражался по-разному. Так, как видно из табл.1, годовые темпы падения ВВП и промышленного производства (в %) с 1991 года по 1994 год в России постоянно (за исключением падения промышленного производства в 1991 году в Болгарии) были значительно выше, чем в Болгарии. А в 1994 г. Болгария уже смогла обеспечить, хотя и небольшой, положительный прирост ВВП.

Табл.1
Годовые приросты ВВП и промышленного производства (в %). [12]


1991
1992
1993
1994

ВВП
пром.
пр-во
ВВП
пром.
пр-во
ВВП
пром.
пр-во
ВВП
пром.
пр-во
Россия
-12,8
-8,0
-19,2
-18,0
-12
-14,1
-15
-20,9
Болгария
-11.7
-22,2
-5,7
-15,9
-1,5
-10,0
0,2
2,0


Не было в Болгарии и такого фантастического прироста (в 15 раз) потребительских цен, как в России с 1991 по 1992 гг.(Табл.2). Однако по безработице Болгария оказалась на первом месте среди стран Центральной и Восточной Европы (Табл.3.).То, что безработица оказалась в России почти в два раза меньше, чем в Болгарии, может объясняться тем же нефтегазовым доходом, в результате чего в торговлю было вовлечено более 10 миллионов “челноков”, а также хронической скрытой безработицей.

Табл.2
Годовые приросты потребительских цен (в %). [13]

Страна / год
1991
1992
1993
1994
Россия
100,0
1468,0
875
303,0
Болгария
254,3
79,4
72,9
96,0

Табл.3
Безработица в странах Центральной и Восточной Европы. [14]

Страна / год
1995
1996
1997*
1998**
Чехия
2,9
3,5
5,0
6,0
Венгрия
10,4
10,5
10,0
9,0
Россия
8.8
9,3
9,1
9,0
Болгария
11,0
12,5
16,5
19,0
Польша
14,9
13,6
11,9
11,5
Румыния
8,9
6,1
9,2
9,0
*предварительные данные
** прогноз

Все эти экономические и социальные макропоказатели безусловно сказываются на структуре и соотношении страхов и тревог в России и Болгарии.
В небольшой статье нет возможности подробно охарактеризовать результаты, полученные при опросах населения этих двух стран, поэтому отметим лишь некоторые наиболее существенные.

Общее и специфическое.
При анализе основных страхов и тревог в Болгарии и России следует отметить сходство, близость основных показателей. И там, и тут на первое место выходят не духовные, а сугубо материальные биологические и социальные вопросы. Это неудивительно, поскольку тот уровень падения общественного производства и благосостояния, который произошел, поставил эти народы на грань выживания.
Но есть и определенная специфика. Прежде всего мы должны отметить, что общий уровень страхов и тревог в России по большинству показателей выше болгарских. Из 43 видов страхов и тревог (см. ПРИЛОЖЕНИЕ) лишь 15 у болгар выше российских. Особенно сильно по сравнению с Россией в Болгарии опасаются : нашествия ислама (23% в Болгарии против 9% в России), сокращение рождаемости (33% против 22,9%), утрата чувства коллективизма, крайний индивидуализм (27% против 22%). Больше болгары страшатся и таких опасностей, как коррупция властных структур, катастрофического неурожая, природных бедствий, неверия в Бога, грубого материализма, бездуховности, глобального потепления климата, гибели землян в результате космической катастрофы, конца света, исчезновения белой расы, масонства, сионизма, захвата земли инопланетянами, перенаселения. По всем остальным показателям уровень страхов и тревог в России значительно выше.
Есть определенная специфика в рейтинге основных страхов. Мы уже отмечали, что наиболее сильную тревогу и постоянный страх в России вызывают:
Химическое и радиационное заражение воды, воздуха, продуктов (67,7%).
Снижение жизненного уровня, обнищание населения (67,2%).
Полное беззаконие (66,7%).
Криминализация общества (65,4%).
Массовые эпидемии, распространение СПИДа и других смертельных заболеваний (63,9%).
Массовая безработица (61,4%).
Коррупция властных структур (53,2%).
В Болгарии этот рейтинг несколько иной:
Снижение жизненного уровня (66%).
Криминализация общества (59%).
Полное беззаконие (57%).
Коррупция властных структур (54%).
Массовая безработица (51%).
Массовые эпидемии, распространение СПИДа и других смертельных заболеваний (50%).
Нашествие сект (44%).
При интерпретации этих данных следует учитывать некоторую особенность болгарского исследования. Так, пункт “Химическое и радиационное заражение воды, воздуха, продуктов” был разбит на 3 вопроса: 1.”Загрязнение воды, воздуха в Болгарии в целом” (42%), 2. “Загрязнение воды, воздуха вблизи моего личного места обитания” (41%), “Загрязнение воды, воздуха на Земле в целом” (36%). Однако, даже если попытаться приблизительно, в целях сопоставления, найти средний показатель из этих трех вопросов все равно этот пункт не претендует на первое место. Вот почему можем принять с достаточными основаниями, что если в России наибольшую тревогу и страх вызывает химическое и радиационное заражение воды, воздуха, продуктов, то в Болгарии на первом месте — снижение жизненного уровня населения. Болгарские исследователи, учитывая особенности развития страны за последние годы, ввели также специальный вопрос, связанный с нашествием и массовым распространением различных сект. Как видно, эта опасность вошла в семерку тех, которые наиболее страшат болгар.
Остальные главные страхи и тревоги в России и Болгарии те же самые, хотя они занимают в рейтинге разные места: одно и то же место, правда, занимает “полное беззаконие”, в Болгарии повысили свой ранг “криминализация общества” и “коррупция властных структур”, а также “массовая безработица”. Что касается эпидемий, то их боятся в Болгарии несколько меньше. При этом не следует забывать, что все эти рассуждения касаются рангового анализа, по абсолютному проценту страшащихся всех этих бед Россия заметно превосходит Болгарию.

<< Пред. стр.

стр. 8
(общее количество: 14)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>