<< Пред. стр.

стр. 3
(общее количество: 28)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

классическая теория обязана своим наиболее зрелым воплощением. Она могла
жить лишь украдкой, в подполье, на задворках у Карла Маркса, Сильвио Гезеля
или майора Дугласа*.
Полнота победы рикардианской теории - явление весьма любопытное и даже
загадочное. Связано это с тем, что теория Рикардо во многих отношениях
весьма подошла той среде, к которой она была обращена. Она приводила к
заключениям, совершенно неожиданным для неподготовленного человека, что, как
я полагаю, только увеличивало ее интеллектуальный престиж. Рикардианское
учение, переложенное на язык практики, вело к суровым и часто неприятным
выводам, что придавало ему оттенок добродетели. Способность служить
фундаментом для обширной и логически последовательной надстройки придавала
ему красоту. Властям импонировало, что это учение объясняло многие
проявления социальной несправедливости и очевидной жестокости как неизбежные
издержки прогресса, а попытки изменить такое положение выставляло как
действия, которые могут в целом принести больше зла, чем пользы. То, что оно
оправдывало в определенной мере свободную деятельность индивидуальных
капиталистов, обеспечивало ему поддержку господствующей социальной силы,
стоящей за власть предержащими.
Однако, хотя сама доктрина в глазах ортодоксальных экономистов не
подвергалась до последнего времени ни малейшему сомнению, ее явная
непригодность для целей научных прогнозов значительно подорвала с течением
времени престиж ее адептов. Профессиональные экономисты после Мальтуса
оставались явно равнодушными к несоответствию между их теоретическими
выводами и наблюдаемыми фактами. Это противоречие не могло ускользнуть от
рядового человека; не случайно он стал относиться к экономистам с меньшим
уважением, чем к представителям тех научных дисциплин, у которых
теоретические выводы согласуются с данными опыта.
Корни прославленного оптимизма традиционной экономической теории,
приведшего к тому, что экономисты стали выступать в роли Кандидов, которые,
удалившись из мира для обработки своих садов, учат, что все к лучшему в этом
лучшем из миров, лишь бы предоставить его самому себе, лежат, на мой взгляд,
в недооценке значения тех препятствий для процветания, которые создаются
недостаточностью эффективного спроса. В обществе, которое функционировало бы
в соответствии с постулатами классической теории, действительно была бы
налицо естественная тенденция к оптимальному использованию ресурсов. Весьма
возможно, что классическая теория представляет собой картину того, как мы
хотели бы, чтобы общество функционировало. Но предполагать, что оно и в
самом деле так функционирует,- значит оставлять без внимания действительные
трудности.

КНИГА ВТОРАЯ ОПРЕДЕЛЕНИЯ И ПОНЯТИЯ

ГЛАВА 4
Выбор единиц измерения
I
В этой и следующих трех главах мы попытаемся внести ясность в некоторые
запутанные вопросы, не столь уж тесно связанные с теми проблемами,
рассмотрению которых специально посвящено наше исследование. Таким образом,
эти главы представляют собой известное отступление, которое задержит на
некоторое время развитие нашей основной темы. Указанные вопросы
рассматриваются здесь только потому, что в других работах они не получили
той трактовки, которую я мог бы считать соответствующей потребностям моего
исследования.
Три трудности больше всего мешали мне при написании этой книги, и я не
мог четко сформулировать свои мысли, пока не нашел известного разрешения
этих проблем; речь идет о следующих вопросах: во-первых, выбор единиц
измерения, пригодных для исследования экономической системы в целом;
во-вторых, роль, которую в экономическом анализе играют предположения, и,
в-третьих, определение дохода.
II
Тот факт, что единицы измерения, которыми обычно пользуются экономисты,
неудовлетворительны, можно проиллюстрировать на примерах концепции
национального дохода, запаса реального капитала и общего уровня цен.
1. Национальный доход в соответствии с определением Маршалла и проф. Пигу
(21) измеряет объем текущего производства, или реальный доход, а не ценность
продукции, или денежный доход (22) Далее, в известном смысле он зависит от
размеров чистой продукции, так сказать, от чистой прибавки к ресурсам
общества, которыми оно располагает для потребления или для сохранения в
качестве накапливаемого запаса капитала,- прибавки, созданной текущей
хозяйственной деятельностью и воздержанием на протяжении текущей периода за
вычетом потребления реального капитала, существовавшего в начале периода. На
этой основе предпринимается попытка возвести здание количественного анализа.
Но такое определение может встретить следующее серьезное возражение:
совокупный объем. производимых обществом товаров и услуг представляет собой
разнородный комплекс, который, строго говоря, не может быть измерен, за
исключением некоторых специальных случаев, когда, например, все элементы
одного набора производимых товаров и услуг содержатся в той же пропорции в
другом наборе товаров и услуг.
2. Трудности еще более возрастают, когда при исчислении чистой продукции
мы пытаемся измерить чистое прибавление к капитальному оборудованию. Для
этого мы должны найти основу для количественного соизмерения новых элементов
оборудования, произведенных в течение данного периода, со старыми, вышедшими
из строя вследствие износа. Для того чтобы исчислить чистый национальный
доход, проф. Пигу вычитает такое потребление капитального оборудования,
"которое с достаточным основанием можно считать "нормальным", а практический
критерий нормальности - это износ настолько регулярный, чтобы его можно было
предвидеть если не в деталях, то по крайней мере в целом" (23) . Но
поскольку вычитаемая величина не выражается в деньгах, проф. Пигу вынужден
допустить возможность изменений в капитальном оборудовании, измеряемых в
натуральном выражении (хотя такие изменения в действительности не имеют
места); иначе говоря, он вводит в завуалированном виде изменения в
стоимости. Более того, он не может также придумать удовлетворительной
формулы (24) , с помощью которой можно было бы сопоставлять новое
оборудование со старым в тех случаях, когда вследствие изменений в технике
они отличаются друг от друга. Я полагаю, что понятие, которое хотел бы
сформулировать проф. Пигу, имеет смысл и необходимо для экономического
анализа. Но, пока не будет принята удовлетворительная система измерений,
точное определение этого понятия - задача неосуществимая. Сравнение одного
физического объема продукции с другим и последующее исчисление чистой
продукции путем вычитания из новых видов оборудования изношенных старых
видов оборудования представляет собой головоломку, о которой можно с
уверенностью утверждать, что она не поддается решению.
3. Хорошо известный, но неизбежный элемент нечеткости, заведомо
содержащийся в понятии общего уровня цен, делает самый этот термин
совершенно неудовлетворительным с точки зрения анализа причинно-следственных
связей - анализа, который должен быть точным.
Но все эти трудности недаром квалифицируются здесь как "Головоломки". Они
являются "чисто теоретическими", в том смысле, что никогда не мешают деловым
решениям и даже не принимаются в расчет при таких решениях. Они не имеют
никакого отношения к причинной последовательности экономических явлений;
последние достаточно определенны и недвусмысленны вопреки количественной
неопределенности названных понятий. Естественно поэтому заключить, что
понятия эти не только недостаточно точны, но и не так уж необходимы. Между
тем в ходе количественного анализа нам, понятно, не следует использовать
каких-либо нечетких с количественной точки зрения выражений. В самом деле,
при первой же попытке становится ясно (и я надеюсь это показать), что
гораздо лучше обойтись без таких выражений.
Тот факт, что два несоизмеримых между собой набора различных предметов
сами по себе не могут служить объектом количественного анализа, не мешает,
конечно, нам пользоваться приблизительными статистическими сопоставлениями;
но мы прибегаем к ним не для точного подсчета, а для того, чтобы составить
некоторые более общие суждения. В известных пределах подобные сопоставления
могут иметь реальный смысл и практическое значение. И все же если речь идет
о таких понятиях, как физический объем чистой продукции и общий уровень цен,
то надлежащее место для их использования - это сфера исторического и
статистического описания. Указанные понятия следовало бы употреблять с целью
удовлетворения исторической или социальной любознательности; в таких случаях
обычно прибегают к приблизительным суждениям, да здесь и не нужна та
абсолютная точность, какой требует причинный анализ (независимо от того,
насколько полно мы' знаем действительные значения интересующих нас величин и
насколько верно мы можем определить эти значения). Утверждение о том, что
чистая продукция теперь больше, а уровень цен ниже, чем десять лет назад
или, допустим, год назад, носит такой же характер, как и утверждение,
согласие которому королева Виктория была лучшей королевой, но не более
счастливой женщиной, чем королева Елизавета,- суждение, не лишенное
известного смысла и интереса, но не пригодное для применения
дифференциального исчисления. Наши претензии на точность будут
смехотворными, если мы будем пытаться использовать такие не вполне четкие,
"неколичественные" понятия в качестве основы количественного анализа.
Напомним, что в каждом отдельном случае предприниматель решает вопрос о
том, в какой степени использовать имеющееся капитальное оборудование; и,
когда мы говорим, что предположение об увеличении спроса, т. е. увеличение
функции совокупного спроса, поведет к расширению масштабов совокупного
производства, мы в действительности подразумеваем, что фирмы, владеющие
капитальным оборудованием, оказываются заинтересованными в том, чтобы
сочетать его с занятостью большего количества работников. Если речь идет об
индивидуальной фирме или отрасли, производящей однородный Продукт, мы, если
нам нравится такое выражение, вправе говорить об увеличении или уменьшении
продукции. Но, когда мы рассматриваем совокупную деятельность всех фирм, мы
можем, оставаясь точными, говорить только об уровне занятости, сочетающемся
с наличным количеством оборудования. Понятия совокупного объема производства
и соответствующего уровня цен в этом контексте нам не понадобятся, поскольку
нас не интересует здесь измерение абсолютного объема текущего совокупного
производства, т. е. величины, которая позволяла бы нам сравнивать данный
объем совокупной продукции с результатом соединения изменившегося
капитального оборудования с другим уровнем занятости. Когда при каких-либо
описаниях или приблизительных сравнениях нам потребуется указать на
увеличение объема производства, мы должны будем исходить из следующего
общего пред--положения: при заданных размерах капитального оборудования
уровень занятости, который сочетается с этим капиталом, может служить
удовлетворительным показателем объема выпускаемой продукции. Мы будем
исходить из того, что обе эти величины изменяются в одном и том же
направлении, хотя в их параллельном движении не всегда соблюдаются одни и те
же числовые пропорции.
Поэтому, рассматривая теорию занятости, я буду пользоваться только двумя
важнейшими измерениями совокупных объемов: выраженной в деньгах суммой
ценностей и объемом занятости. В первом случае единицы измерения оказываются
строго однородными, а во втором - они могут быть приведены к однородным.
Поскольку соотношения в оплате рабочих и служащих неодинаковых
специальностей и различной квалификации сохраняют более или менее стабильный
характер, мы можем прибегнуть к такому способу измерения объема занятости: в
качестве единицы измерения будем использовать один час неквалифицированного
труда, а час квалифицированного труда пересчитаем в соответствии с
соотношением между оплатой квалифицированного и неквалифицированного труда.
Иначе говоря, если за час квалифицированного труда платят вдвое больше, чем
за час неквалифицированного труда, то первый из них будет содержать две
единицы. Точность измерения занятости при таком определении достаточна для
наших целей. Единицу измерения объема занятости мы будем называть единицей
труда, а денежную заработную плату за единицу труда - единицей заработной
платы (25) . Итак, если символ Е обозначает совокупную заработную плату
(включая жалованье, выплачиваемое служащим), W - единицу заработной платы, a
N - объем занятости, то Е = N W.
Допущение об однородности предлагаемого труда не противоречит тому
очевидному факту, что существуют большие различия в профессиональной
квалификации индивидуальных рабочих и в степени их пригодности для различных
видов работы. Ведь если вознаграждение работников пропорционально
эффективности их труда, то эти различия уже учтены нами, поскольку мы
полагаем, что каждый человек реализует свой вклад в совокупное предложение
труда пропорционально получаемому им вознаграждению. Если же по мере
расширения производства какой-либо фирме приходится нанимать все больше
работников и при этом труд дополнительных работников (в расчете на единицу
заработной платы) в данном производстве оказывается все менее эффективным,
то в этом случае мы сталкиваемся просто с одним из факторов, вызывающих
постепенное убывание доходности данного количества капитального
оборудования; убывание доходности, измеряемое выпускаемой продукцией,
происходит по мере увеличения численности занятых работников. При этом мы
исходим из неоднородности, если можно так выразиться, единичных рабочих мест
в составе используемого оборудования, полагая, что именно имеющееся
оборудование оказывается все менее приспособленным для того, чтобы по мере
расширения производства обеспечивать эффективное использование наличных
единиц труда (вместо того чтобы рассматривать наличные единицы труда как все
менее пригодные для того, чтобы эффективно использовать дополнительные
однородные единицы капитального оборудования). Таким образом, в ситуации,
когда не существует излишка работников, имеющих специальную квалификацию или
достаточный опыт, а использование менее подходящих работников влечет за
собой все более высокие затраты на заработную плату (в расчете на единицу
продукции), убывание доходности от использования наличного оборудования по
мере роста занятости будет происходить быстрее, чем в противоположной
ситуации, когда имеет место излишек квалифицированных работников (26) .
И даже в предельном случае, когда различные единицы труда обладают
настолько высокой специализацией, что совершенно невозможно заменить одну
единицу труда другой, не возникает особых затруднений. Просто это значит,
что, когда весь наличный специализированный труд уже занят, эластичность
предложения при использовании данного оборудования внезапно падает до нуля
(27) . Таким образом, наша предпосылка об однородности труда не вызывает
трудностей,. если только не приходится сталкиваться с большой
неустойчивостью в ставках оплаты различных единиц труда. Но даже и с этой
трудностью, поскольку она возникает, можно справиться, если предположить,
что предложение труда и вид функции совокупного предложения обладают
способностью быстро меняться.
Я убежден в том, что многих ненужных осложнений удастся избежать, если
при анализе функционирования экономической системы в целом строго
ограничиваться двумя единицами измерения - денежной единицей и единицей
труда. Вопрос об измерении объема производства тех или иных товаров и
отдельных видов оборудования можно оставить для случаев, когда мы
рассматриваем изолированно продукцию отдельных фирм или отраслей хозяйства.
Расплывчатые же понятия, вроде размеров совокупной продукции, объема всего
капитального оборудования и общего уровня цен, пригодятся нам, где мы будем
пытаться проводить некоторые исторические сопоставления, которые в известных
(вероятно, весьма широких) пределах заведомо неточны и носят лишь
приблизительный характер.
Отсюда следует, что мы будем измерять изменения текущей продукции числом
занятых работников (будь то в связи с удовлетворением потребительского
спроса или в связи с производством новых видов оборудования) при
использовании наличного капитального оборудования. При этом количество
занятых квалифицированных работников учитывается пропорционально их
вознаграждению. У нас нет надобности сопоставлять такой объем производства с
размерами продукции, которая была получена при соединении иного коллектива
рабочих с другими элементами капитального оборудования. Для того чтобы
предсказать, как предприниматели, владеющие данным оборудованием, будут
реагировать на изменения функции совокупного спроса, нет необходимости
знать, насколько объем производимой продукции, уровень жизни и общий уровень
цен в данной стране сравнимы с теми, которые имели место в другое время или
в другой стране.
IV
Легко показать, что условия предложения, которые обычно характеризуют с
помощью кривой предложения, а также эластичность предложения, выражающая
отношение объема продукции к ценам, могут быть измерены посредством двух
избранных нами единиц. Будем использовать для этого функцию совокупного
предложения, не прибегая к понятию количества продукции (независимо от того,
имеем ли мы дело с отдельной фирмой, отраслью промышленности или с
хозяйственной деятельностью в целом). Функцию совокупного предложения для
данной фирмы можно представить следующим образом:
Z1 = (1 (N1)
где Z1 есть доход, ожидание которого будет стимулировать достижение
уровня занятости N1 Поэтому если соотношение между занятостью и объемом
производства таково, что занятость
N1 обеспечивает продукцию O1 , где O1 = (1 (N1) , то отсюда следует, что
выражение

представляет собой обычную кривую предложения. Во всех тех случаях, когда
речь идет, например, об однородном товаре, для которого выражение O1=(1(N1)
имеет определенное значение, функцию Z1=(1(N1) можно исчислить обычным
путем. Это позволит нам потом суммировать разные значения N1 , тогда как мы
не можем прибегнуть к аналогичной операции в отношении O1 , поскольку (O1 не
поддается обычному измерению. Больше того, если мы можем предположить, что в
той или иной обстановке данная совокупная занятость однозначно
распределяется между различными отраслями промышленности так, что N1
оказывается функцией от N, то возможны и дальнейшие упрощения.
ГЛАВА 5
Предположения как фактор, определяющий размеры производства и занятость
I
Всякое производство имеет своей конечной целью удовлетворение
потребителей. Однако от затрат производителя (имеющего в виду определенного
потребителя) до покупок его продукции конечным потребителем обычно проходит
какое-то время - иногда достаточно большой промежуток времени. Между тем
предприниматель (понимая под этим как того, кто непосредственно занимается
производством, так и инвестора) должен стараться составить как можно более
точные предположения о будущем (28) , которые позволили
бы ему судить о том, сколько потребители согласятся заплатить, когда
удастся, наконец, предложить (прямо или через посредников) по истечении
известного, может быть и долгого, периода времени готовый товар. У
предпринимателя нет другого выбора, кроме как руководствоваться такими
предположениями, если он вообще хочет заниматься производством, требующим
времени.
Подобные предположения, на основе которых принимаются деловые решения,
распадаются на две группы, причем одни индивидуальные предприниматели или
фирмы специализируются на первом типе расчетов, а другие - на втором. В
одном случае предприниматель, начиная производство определенной продукции,
намечает цену, которую он рассчитывает получить за эту продукцию после того,
как она будет "готова". "Готовой" (с точки зрения предпринимателя) продукция
является тогда, когда она пригодна к потреблению или может быть продана на
сторону. В другом случае предприниматель рассматривает следующий вопрос:
какова может быть ожидаемая структура его будущих доходов, если для того,
чтобы приобрести (или, возможно, произвести самому) "готовую" продукцию, он
прибегнет к увеличению своего капитального имущества.
Первый тип таких расчетов на будущее мы можем назвать краткосрочными
предположениями, а второй тип - долгосрочными предположениями.
Действия каждой отдельной фирмы, решающей вопрос об объеме дневного (29)
производства, будут определяться краткосрочными предположениями, т. е.
расчетами относительно издержек при различных возможных масштабах
производства и ожидаемой выручки от продажи соответствующего количества
продукции; впрочем, в случаях, когда речь идет об увеличении капитального
оборудования и даже о продаже торговцам, такие краткосрочные предположения в
большой мере зависят от долгосрочных (или среднесрочных предположений других
участников хозяйственного процесса. Именно от этих различных расчетов на
будущее и зависит объем занятости, которую предоставляют фирмы. Фактически
достигнутые результаты производства и продажи продукции влияют на занятость
лишь в той мере, в какой они вызывают изменение соответствующих
предположений. С другой стороны, в случае, когда фирма должна принять
решение о размерах дневного производства, располагая при этом данным
количеством капитального оборудования, сырья и полуфабрикатов, на уровень
занятости не будут влиять первоначальные предположения, которыми
руководствовалась фирма, закупая в
свое время оборудование, а также запас сырья и полуфабрикатов. Таким
образом, в каждом отдельном случае, когда приходится принимать решение,
наличное оборудование и запасы, конечно, учитываются, но они фигурируют лишь
в текущих расчетах насчет предполагаемых издержек и выручки от продажи.
В обычных условиях изменение в предположениях (как краткосрочных, так и
долгосрочных) полностью оказывает свое влияние на занятость лишь по
истечении значительного промежутка времени. Изменения в занятости, вызванные
новыми предположениями, завтра не будут такими же, как сегодня, а
послезавтра - такими же, как завтра, и т. д. даже в том случае, если в самих
расчетах на будущее и не произойдет дальнейших изменений. В случаях, когда
речь идет о краткосрочных предположениях, это происходит потому, что
изменения в худшую сторону не бывают, как правило, настолько резкими и
внезапными, чтобы вызвать немедленную приостановку всех тех производственных
процессов, которые с точки зрения пересмотренных предложений не следовало бы
и начинать. А при повороте к лучшему подготовительные работы неизбежно
должны потребовать определенного времени, поэтому занятость не может сразу
же достигнуть того уровня, который соответствует первоначальным
предположениям. Что же касается долгосрочных предположений, то здесь нужно
иметь в виду следующие обстоятельства: оборудование, которое не подвергается
замене, будет по-прежнему обеспечивать занятость до тех пор, пока оно
полностью не износится; если же речь идет об изменении долгосрочных
предположений в лучшую сторону, то сначала уровень занятости может оказаться
особенно высоким, а впоследствии (когда пройдет время, достаточное для того,
чтобы полностью приспособить капитальное оборудование к новым требованиям)
уровень занятости может снизиться.
Допустим, что состояние расчетов на будущее остается неизменным в течение
всего периода, на протяжении которого влияние предположений на занятость
может проявиться в полной мере (так, что совершенно исчезли все те элементы
занятости, которых, вообще говоря, и не должно было бы существовать, если бы
нынешнее состояние предположений сохранялось всегда), тогда сложившийся
устойчивый уровень занятости можно назвать длительной занятостью (30) ,
соответствующей данному состоянию расчетов на будущее. Конечно,
предположения могут меняться настолько часто, что фактический уровень
занятости никогда не будет успевать достигнуть той длительности, которая
соответствует распространенным в настоящее время расчетам на будущее. И тем
не менее всякому состоянию расчетов на будущее соответствует определенный
уровень длительной занятости.
Начнем с того, что рассмотрим процесс приспособления к длительному
состоянию в результате такого изменения расчетов на будущее, которое не
нарушается и не прерывается каким-либо дальнейшим изменением этих
предположений. Будем считать для начала, что изменению расчетов на будущее
соответствует новая длительная занятость, которая оказывается больше
предшествовавшей. Такие изменения на первых порах, как правило, существенно
отражаются на масштабах использования сырья и материалов. Иными словами, в
начале следующего периода это поведет к изменению объема работы на
предшествующих стадиях производственного процесса, тогда как выпуск
потребительских товаров и объем занятости на последующих стадиях, на которых
производство было начато еще до того, как изменились предположения, в
основном останутся теми же, что и раньше. На складывающиеся отношения,
конечно, может повлиять существование к началу рассматриваемого периода
незавершенного производства; все же, несмотря на все вероятные модификации,
можно полагать, что в первое время прирост занятости будет очень скромным. С
течением времени, однако, занятость будет возрастать. Больше того, легко
представить себе условия, которые на известной стадии вызовут ее увеличение
даже выше уровня длительной занятости. Процесс накопления капитала,
вызванный новыми расчетами на будущее, может привести к большей занятости, а
также и к большему текущему потреблению, чем те, которые установятся после
того как будет достигнуто длительное состояние. Следовательно, изменение в
расчетах на будущее может привести к постепенному crescendo в уровне
занятости вплоть до определенного максимума, а затем к постепенному снижению
до нового длительного уровня. То же самое может произойти даже и в том
случае, когда новый длительный уровень занятости совпадает со старым и когда
изменение представляет собой лишь сдвиг в сфере потребления, который
приводит к устареванию некоторых существующих производственных процессов и
применяемых в них видов оборудования. Рассмотрим, наконец, случай, когда
новый длительный уровень занятости оказывается ниже, чем старый; тогда
занятость может в течение переходного периода временно упасть ниже нового
длительного уровня. Таким образом, один лишь сдвиг в расчетах на будущее,
постепенно меняя свое воздействие на экономические процессы, может вызвать
колебания той же формы, какая свойственна циклическим колебаниям. Изменения
этого рода я рассмотрел в моем "Трактате о деньгах" в связи с вопросом о
накоплении или расходовании запасов оборотного и ликвидного капитала в
результате изменения перспектив.
Происходящий без помех процесс перехода к новому длительному уровню
занятости, вроде того, который был описан выше, может, конечно,
модифицироваться в тех или иных деталях. Однако действительный ход событий
оказывается еще сложнее. Дело в том, что состояние расчетов на будущее все
время подвергается изменениям, так что новые предположения как бы
накладываются на старые прежде чем влияние предшествовавших изменений вполне
исчерпалось. Поэтому экономический механизм в каждый данный момент
испытывает влияние многих взаимно переплетающихся факторов, связанных с
различными прошлыми состояниями расчетов на будущее.
II
Необходимо выяснить связь всего вышесказанного с вопросом, который нас
сейчас интересует. Из изложенного следует, что уровень занятости,
существующий в любой момент времени, зависит в некотором смысле не только от
текущего состояния расчетов на будущее, но также и от различных
предположений в течение минувшего периода. Однако прошлые предположения,
действие которых еще не полностью исчерпало себя, воплощены в имеющемся в
наличии капитальном оборудовании, т. е. имуществе, существование которого
предпринимателю необходимо учитывать, принимая свои текущие решения; только
в этом смысле как бы овеществленные к настоящему времени прошлые
предположения влияют на решения, принимаемые сегодня. Значит, несмотря на
все сказанное выше, можно считать, что нынешняя занятость может быть верно
описана с помощью текущих предположений в сочетании с имеющимся в наличии к
настоящему времени капитальным оборудованием.

<< Пред. стр.

стр. 3
(общее количество: 28)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>