<< Пред. стр.

стр. 2
(общее количество: 2)

ОГЛАВЛЕНИЕ

Поскольку постановление №988 было принято еще в конце прошлого рода, производители уже успели неоднократно высказаться против этого нормативного акта. Компании опасаются, что с вступлением его в силу сроки вывода товара на рынок могут растянуться, а цены из-за дополнительных расходов – подняться минимум на 10%.
Как отразятся на деятельности компаний новые нормы регистрации, станет понятно уже летом: со 2 июля начнет действовать постановление №262 «О государственной регистрации отдельных видов продукции, представляющих потенциальную опасность для человека...» Оно предписывает сертификацию более узкого, чем в 988-м постановлении, круга товаров..
«Там содержатся нормы, которых нет в европейских странах. Например, они требуют предоставить сведения о безопасности всех ингредиентов. А если в порошке их 20? Вы можете представить, сколько это будет стоить», - говорит Эдита Двончова, председатель технического комитета Ассоциации производителей парфюмерии, косметики и бытовой химии (АППИБХ).
По словам Двончовой, АППИБХ на прошлой неделе отправила письмо главному санитарному врачу Геннадию Онищенко и вице-премьеру Алексею Гордееву с просьбой либо вообще отменить постановление №262, либо отложить вступление его в силу до начала следующего года. Кроме того, бизнесмены требуют допустить их к процессу разработки новых документов об изменении правил регистрации.
По словам заместителя руководителя департамента Госсанэпиднадзора Людмилы Гульченко, в дальнейшем при разработке регулирующих правил представители бизнес-ассоциаций обязательно будут привлекаться к работе в качестве консультантов.
Бизнесмены не очень верят, что к их советам в будущем будут прислушиваться. Так же как не верят они и в то, что ужесточение норм регистрации новых товаров избавит рынок от подделок. «Пираты так же могут подделывать сертификаты на ксероксах, как и раньше», - утверждает Константин Райнот, представитель Unilever.
Вопросы для кейс-анализа:
О каком внешнем эффекте идет речь в данной статье?
Можно ли примерно оценить размер этого внешнего эффекта? Какие факты из статьи дает для этого основание?
Почему компании выступают против данной меры правительства? Случайным ли совпадением является то, что в первую очередь против этой меры выступили международные компании? Крупные компании? Компании данного сегмента рынка (потребительских товаров)?
Проанализируйте последствия внедрения данной нормы для рынка потребительских товаров. Можно ли на основании данных статьи сделать вывод о типе рыночной структуры данного рынка – в большей степени конкурентная или в большей степени монополизированная? Подсказка: проанализируйте последствия в случае рынка конкурентного и в случае рынка монопольного – в какой случае агенты рынка – фирмы – скорее всего выступили бы против введения данной нормы? Почему?
Почему, как вы думаете, компании так однозначно уверены в отрицательном воздействии данной нормы на рынок? В чем, по-вашему, может проявиться подобная отрицательность?
Почему бизнесмены готовы пойти на то, что подобная норма будет все-таки внедрена, но через некоторое время? Можно ли говорить здесь об интернализации в какой-либо форме внешнего эффекта?
Введение данной нормы – повысит или понизит общественное благосостояние? Благосостояние отдельных агентов рынка (потребителей, национальных компаний, зарубежных компаний, государства)?
Попробуйте рассмотреть данную ситуацию с другой точки зрения. Государство и фирмы – как два агента одной и той же «продуктовой цепочки». Государство готовит нормы поведения, агенты вынуждены их принимать. Как аналогия двух заводов – выше и ниже по течению реки. Тогда стремление бизнесменов принимать участие в разработке подобных норм оказывается вполне справедливым – как участие одного завода в производственных планах другого. Допустимо ли в данном случае использовать теорему Коуза и другие методы интернализации внешнего эффекта деятельности государства? Каким образом?

Общественные блага
Прочитайте статью и ответьте на вопросы.
«Не один в поле «Волен»». Ведомости, 22 февраля 2000, С.Б1.
Владельцы популярного подмосковного горнолыжного курорта «Волен» готовят к открытию еще один аналогичный спортивный комплекс – в п. Степаново. Почти одновременно созданием современных горнолыжных баз озаботилось и правительство Москвы. Однако конкуренции между частными и муниципальными проектами не будет: «Спортивный парк «Волен» рассчитывает на обеспеченных любителей лыж и сноуборда. А их в Москве намного больше, чем способны «переварить» даже несколько комплексов.
За создание первого в Подмосковье горнолыжного центра «по западному образцу» несколько лет назад взялась внешнеторговая фирма «Волен». Бизнес ее был далек от спорта – торговля кожей и изделиями из нее, производство обуви …., но руководители были заядлыми горнолыжниками. «Сперва мы и не думали создавать целый спортивный комплекс, - рассказывает финансовый директор компании «Спортивный парк «Волен»» Олег Кондратьев. – Просто в 1997 г. менеджеры фирмы решили оборудовать склон и сделать небольшой горнолыжный клуб для себя и друзей». Стоило реализовать эту идею (по словам Кондратьева, это обошлось в $200 000), как на новенький склон с удобными подъемниками повалил народ. Что, собственно, и навело друзей на мысль о развитии горнолыжной индустрии.
Спустя пару лет новый курорт стал настолько популярен, что топ-менеджеры внешнеторгового “Волена” фактически передали управление фирмой надежной компанде, а сами в основном сосредоточились на своем спортивном бизнесе.
Сегодня в парке “Волен” действует 12 освещенных склонов длиной до 450 м, семь подъемников, трасса для горных велосипедов, площадка для пейнтбола, прокат, три кафе, ресторан, автостоянка, есть 25 коттеджей, гостиница и даже детский сад. Оборот парка, по сведениям руководства компании, достигает $150 000 в неделю. В Степаново (Дмитровский район) руководство “Волена” обещает сделать километровые трассы и кресельный подъемник.
Главным финансовым партнером «Спортивного парка «Волен»» с прошлой осени является Сбербанк России. «Сбербанк выдал нам на четыре года кредит в размере $5,2 млн. под 14,5% годовых, - говорит член совета директоров «Спортивного парка «Волен» Сергей Прокопов, - под залог имущества парка, которое в прошлом году было оценено в такую же сумму».
В прошлом зимнем сезоне, как утверждает руководство спортивного парка, компании удавалось обходиться собственными и спонсорскими средствами. К примеру, половину имеющегося в прокате горнолыжного снаряжения поставляла компания Adidas-Salomon AG. Александр Кожевников, старший менеджер российской «дочки» Adidas-Salomon AG по продажам продукции Salomon, пояснил, что реклама их товара непосредственно на склонах эффективнее, чем на любых медиа-носителях. “В СНГ существует несколько культовых точек, важных для продвижения нашего горнолылжного снаряжения, - считает Кожевников, - и парк “Волен” является одной из них”.
Спортивный комплекс в Степаново с километровой трассой и кресельным подъемником, по планам компании, откроется к следующей зиме. В оба своих проекта “Волен” уже вложил порядка $10 млн. Срок окупаемости каждого парка, как сказал “Ведомостям” Сергей Прокопов, “в оптимистичном варианте – шесть лет, в пессимистичном – восемь, в уме – десять”.
В этом сезоне инвесторов подвела погода: при положительной температуре поддерживать снежный покров не могут даже специально приобретенные снежные пушки. И, как призналось руководство “Волена”, планируемую прибыль в $1 млн. в этом году они не получат. В компании рассчитывали, что в выходной день в парк будут приезжать в среднем 2 000 человек. “Однако такую посещаемость мы зарегистрировали в текущем сезоне лишь пару раз”, - продолжает Прокопов. Между тем многие посетители “Волена” сетуют на перегруженность парка, расположенного в 46 км от Москвы.
Оценив популярность этого спорта, столичное правительство тоже решило создавать современные горнолыжные центры. Постановление “О строительстве искусственных насыпных горнолыжных склонов в г. Москве” было издано еще год назад, однако непосредственная реализация этого проекта, рассчитанного до 2001 г., начинается только сейчас.
Концепции двух спортивных проектов – “Волена” и правительства Москвы – значительно различаются и по финансовым затратам, и по преследуемым целям.
Московские власти оценивают свою “горнолыжную стройку” очень и очень скромно – в $3,8 млн. Зато, как уверяет гендиректор компании “Сити-Строй” (генподрядчик правительства Москвы по горнолыжному проекту) Сергей Лабецкий, “Москва сможет справиться с финансированием проекта своими силами, без привлечения дополнительных инвестиций”. Заместитель руководителя столичного комитета физической культуры и спорта Монер Ходжаков сообщил “Ведомостям”, что “уже подписаны контракты на закупку горнолыжного оборудования более чем на $1 млн.”
“У нас будет другая, чем в “Волене”, идеология, - говорит Лабецкий. – Цены на наших горках будут ниже, чем “Волене” … и мы постараемся привлечь людей с низким и средним достатком”.
Компания “Спортивный парк “Волен” ориентируется прежде всего на обеспеченных клиентов, предъявляющих высокие требования и к уровню сервиса. Для них планируется развивать “элитные” для России виды спорта: теннис, дельтапланеризм, полеты на парапланах и вертолетах, горный велосипед. Это к тому же поможет компании получать прибыль в течение всего года, а не только зимой. Владельцы “Волена” мечтают в течение 10 лет превратить Дмитровский район в целый спортивный город. Заграничные аналоги, по словам Прокопова, стоят около $1 млрд., в России подобный проект обойдется в несколько раз дешеле, но “таких денег у компании пока и близко нет”.
Вопросы для кейс-анализа:
Можно ли рассматривать горнолыжный центр в Подмосковье в качестве примера чистого общественного блага? Перегружаемого общественного блага? Клубного блага? Чистого частного блага? Какие факты из статьи подтверждают или опровергают ту или иную точку зрения?
Есть в данном случае проблема финансирования производства блага? Как решается проблема «безбилетника»? Какие механизмы позволяют эффективно выявлять истинные предпочтения потребителей? Насколько эффективными являются эти механизмы?
Связаны ли проблемы, с которыми сталкивает фирма «Волен» на данном рынке, с особенностями товара (и рынка), и с тем, что фирма могла неправильно оценить экономический характер этого блага?
Эффективна ли роль государства в регулировании производственных и финансовых проблем, связанных с выпуском подобного блага? Как вы думаете, какие экономические явления, в частности, представленные в данной теме, лежат в основе разногласий между частным и государственным (в лице правительства Москвы) проектами развития центра?

Прочтите статью и ответьте на вопросы.
Хлопчатобумажный лоббизм. Н.Неймышева, О.Промптова. Ведомости. 28 мая 2001 г. С.А3.
Если Налоговый кодекс не выдержит лоббистской силы российских текстильщиков, в ближайшее время его концепция может развалиться на части. В пятницу бюджетный комитет порекомендовал Думе освободить от НДС ввозимый в Россию хлопок. Производители уверяют, что в противном случае заплатят налогов в восемь раз больше. Минфин утверждает, что налоги не повысятся ни на копейку. К тому же авторов НК беспокоит возрождение практики предоставления льгот для отдельных видов товаров.
Законопроект «О внесении дополнения в статью 150 части второй НК» внесли в Думу депутаты Законодательного собрания Ивановской области. С 1 июля в торговле со странами СНГ Россия перейдет на метод взимания НДС в стране назначения. По мнению авторов законопроекта, это может привести к «фактическому банкротству всей финансовой системы и текстильной промышленности Ивановской области.» Дело в том, что сейчас при импорте хлопка НДС в России не уплачивается. С 1 июля российские производители должны будут отдавать 20% от стоимости завозимого сырья. Текстильщики утверждают, что из-за этого конечный продукт – ткань – подорожает на 10-12%. «Наша продукция становится неконкурентоспособной по сравнению с продукцией Польши или стран Прибалтики», говорит Людмила Мельникова, гендиректор Altro GmbH, владеющий “Высоковоской мануфактурой” в Подмосковье. Хотя важнее даже другое – необходимость платить НДС на границу будет отвлекать у предприятий оборотные средства, говорит она.
По данным авторов законопроекта, ежегодно страна импортирует около 300 000 т хлопка, 70% которого перерабатывается в Ивановской области. При средней стоимости сырья $1100 за тонну общая стоимость завозимого в область хлопка составляет $198 млн. НДС с этой суммы составит $40 млн., или 1,56 млрд. руб. В пояснительной записке к законопроекту депутаты пишут, что таким образом налоговая нагрузка на текстильные предприятия области увеличится в 8,3 раза.
В правительстве не согласны с доводами депутатов. “Я утверждаю, что налоговая нагрузка останется на том же уровне”, - говорит замминистра финансов Михаил Моторин. НДС – зачетный налог, и российские компании все равно заплатят его, продавая свою продукцию. Таким образом, речь идет о временном изъятии оборотных средств, которое, по словам Моторина, долго не продлится. “Налоговый период по НДС – месяц, и, закупая хлопок, фирмы смогут зачесть уплаченный налог в течение месяца”, - говорит Моторин.
Второй аргумент противников законопроекта заключается в том, что при переходе на метод уплаты НДС в стране назначения никаких новых налогов не возникает. Российские предприятия и сейчас закупают хлопок с НДС, «сидящим» в цене, и разница лишь в том, что этот налог идет в бюджет страны производства. Если узбекские производители хлопка не будут планить НДС, они смогут снизить цены, и при уплате налога в России общая сумма (цена плюс налог) останется той же, говорит глава бюджетного комитета Госдумы Александр Жуков. Но у авторов законопроекта свои доводы. «Цену формируют не производители и даже не трейдеры, а мировой рынок. В Ливерпуле она составляет сейчас $1127 за тонну. И если производители не будут платить НДС, цена все равно не снизится”, - говорит вице-губернатор Ивановской области Михаил Бабич. По его словам, предприятия обалсти работают в основном с узбекским хлопком, но у них практически нет прямых контрактов с производителями: 98% сырья они закупают у трейдеров.
Если верить словам вице-губернатора, в случае принятия законопроекта трейдеры смогут неплохо заработать. Хлопок будет освобожден от 20%-ного налога и в стране производства, и в стране потребления, а цена на рынке при этом не изменится.
Но трейдеры утверждают, что уже пострадали от перехода к взиманию НДС в стране назначения. Они заранее начали к нму готовиться, закупая хлопок впрок, но с января мировые цены пошли вниз, и эти запасы обесценились. “Для нас, трейдеров, ситуация интересная. Все ожидали, что введут НДС, и завезли огромное количество хлопка. Склады трещат...” – говорит Зеин Ахабаев, президент компании “Пауэр интернейшнл”. По его словам, в стране сейчас скопился четырехмесячный запас хлопка, примерно на $100 млн, - хотя обычно это дорогостоящее сырье трейдеры запасают не более чем на месяц. Сейчас самое разумное – продавать имеющийся хлопок и покупать более дешевый, считает Ахабаев. По его прогнозам, мелкие трейдеры начнут распродавать хлопок по демпинговым ценам.
Минфин категорически против принятия этого законопроекта, поскольку он лишает бюджет денег и нарушает один из главных постулатов налоговой реформы – никаких льгот для отдельных категорий товаров. «Если мы сейчас примем этот закон, завтра нужно будет освобождать от НДС лекарства, послезавтра – еще чего-нибудь», - соглашается с чиновниками Александр Жуков. Но большинство членов бюджетного комитета, включая депутатов от «Единства», проголосовали вчера за законопроект. «Если для роста производства нужно пожертвовать методическим подходом к Налоговому кодексу, то бог с ним», - говорит депутат Николай Гончар.
Вопросы для кейс-анализа:
О каком виде лоббизма идет речь в статье?
Чьи интересы отражают сторонники законопроект? Противники законопроекта?
Можно ли применить к данному случаю идею медианного избирателя? Предпочтения каких-агентов выступают здесь в качестве предпочтений медианного избирателя? (Подсказка: в какой степени депутаты от «Единства» могут рассматриваться как отражающие интересы медианного избирателя?)
Почему неслучайным является то, что данный законопроект вносят депутаты Ивановской области?
Являются ли законы общественным благом? А налоги?
Может ли при голосовании за данный законопроект проявиться парадокс голосования? Почему да или почему нет? Следует ли из статьи, что при голосовании условия, необходимые для устранения данного парадокса, выполняются в Думе?
Какую роль в механизме общественного выбора, как он представлен на примере ситуации статьи, играют накопленные излишние запасы товара? Подсказка: подумайте о склонности депутатов к лоббированию и, насколько это уместно, о аналогии с наличием дополнительных мощностей в моделях олигополии как фактора создания барьеров входа на рынок.
Если бы вы представляли интересы Ивановских депутатов и хотели провести данный законопроект, каким образом вы следовало бы действовать? В паре с какими другими законопроектами вы могли бы предложить свой вариант, чтобы он обязательно прошел? Приведите как можно больше фактов из статьи в поддержку вашей точки зрения.
А если бы вы хотели непременно провалить этот законопроект, какими методами демократической политики вы бы воспользовались? Используйте фактический материал статьи для поддержки вашей точки зрения.
Почему, как вы думаете, законопроект все-таки был принят? Что победило – разумность подхода или сила лоббирующих структур? Обоснуйте свою точку зрения.
Может ли данная статья и данная проблема иллюстрировать сложности, с которыми на практике сталкивается осуществление законодательной деятельности в демократическом государстве?

<< Пред. стр.

стр. 2
(общее количество: 2)

ОГЛАВЛЕНИЕ