<< Пред. стр.

стр. 10
(общее количество: 12)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

са с силовым реализмом политика-практика. Параллельно с
уговорами он внес в Конгресс законопроект, в соответствии
с которым программы общественных работ должны были
стать обязательными для властей штатов. Проект был разра-
ботан, вносился, дорабатывался, был многажды провален в
Сенате – там преобладали скептики с мест, которые, не вникая
в суть, считали все это происками хитрых ньюйоркцев, всту-
пивших в сговор с парнями из Белого дома.
Участники гуверовских совещаний уже было приступили
к обсуждению учреждения Федеральной корпорации занятос-
117
Великая депрессия

ти, которая, по образцу Федерального резерва, должна была
с помощью статистиков выявлять «излишки» рабочей силы и
с помощью губернаторов «оперативно перебрасывать» их по
стране. В это самое время, осенью 1922 года, занятость нача-
ла расти – депрессия кончилась, наступило оживление. Абсурд
кипучей деятельности Гувера стал очевиден. Однако остался
кадровый костяк этих конференций и совещаний – чиновники,
крупные бизнесмены, тучи экспертов, лоббистов, журналисты
и т.п. Все они и были призваны им, когда началась Великая
депрессия.
В период 1930-1932 гг. Гувер очень часто прибегал к во-
енным метафорам. Аналогия между войной и депрессией от-
вечала его военному опыту и, кроме того, позволяла объяснить
(прежде всего самому себе – Гувер, будучи политиком, хоть и
понимал значение общественного мнения, но не любил и не це-
нил специальных технологий и приемов общения с публикой)
чрезвычайный характер весьма необычных для Америки мер.
Вот несколько характерных высказываний:
«Битва за то, чтобы привести в движение машину экономи-
ки, требует новых форм и заставляет время от времени приме-
нять новую тактику. Мы использовали чрезвычайные методы
для того, чтобы выиграть войну – мы используем их вновь,
чтобы победить депрессию» (май 1932).
«Если не будет отступления, если продолжится та атака, ко-
торую мы подготовили и проводим, то битва будет выиграна»
(август 1932).
«Мы могли бы ничего не делать. Это было бы совершен-
ной катастрофой. Вместо этого мы, действуя в соответствии с
ситуацией, обращаемся к частному бизнесу и конгрессу США
с предложением самой гигантской программы экономической
обороны и контратаки, когда-либо осуществлявшейся в исто-
118 Инфляция и её последствия

рии нашей страны… Впервые за эту депрессию мы сократили
дивиденды, прибыли и снизили стоимость жизни, чтобы со-
хранить зарплаты. Наша реальная зарплата сегодня является
самой большой в мире. Некоторые экономисты-реакционеры
призывают нас допустить ликвидацию предприятий и банков с
тем, чтобы экономика могла достичь дна. Мы клянемся в том,
что не последуем этому совету и не допустим, чтобы все, у кого
имеется задолженность, разорились» (октябрь 1932).

Экономическая политика администрации Гувера
В отличие от Рузвельта, Гувер не обладал ни личным оба-
янием, ни умением устанавливать отношения с прессой, ин-
теллектуалами и простыми гражданами. Этот факт позволил
позднейшим историкам противопоставлять этих президентов.
Между тем, основные идеологические концепции, стратеги-
ческие установки и даже практические меры Нового курса
были разработаны именно при республиканской администра-
ции Гувера, причем не только разработаны, но и применены
на практике. Поэтому можно говорить о том, что фактически
было два Новых курса. Один – гуверовский, старый Новый
курс. Потом пришел Рузвельт и стал проводить новый Новый
курс. Но пока что рассмотрим тот, первый, старый Новый курс,
или Новый курс-1.
Гувер всеми силами стремился уменьшить количество бан-
кротств. Он пошел на изменения законодательства, позволяю-
щие неплатежеспособным компаниям существовать как можно
дольше, нарушив права кредиторов. Выше мы рассмотрели
практику государственного «запрета» частным банкам выпла-
чивать деньги по вкладам (кавычки объясняются тем, что в пе-
риод кризисов банки являются банкротами, а «запрещение»
центрального банка позволяет скрыть этот факт). При Гувере
119
Великая депрессия

практика мораториев на выплату долгов была распространена
с банков на компании нефинансового сектора. Промышленные,
строительные, страховые, металлургические, железнодорож-
ные компании образовали огромную очередь к «окошку», в
котором Вашингтон выдавал освобождения от судебного пре-
следования их со стороны кредиторов. Огромные суммы феде-
ральных денег были закачаны в банки, которые все равно разо-
рились. Гувер увеличил подоходный налог, подняв его верх-
нюю предельную ставку с 25 до 63%. Фактически он делал все,
что мог, чтобы депрессия не перешла в оживление.
Продолжительность депрессии была вызвана стремлением
оттянуть наступление фазы «расчистки рынка». Экономическая
политика Гувера сразу после краха 1929 года была нацелена на
сохранение докризисных денежных и структурных парамет-
ров национальной экономики. Зимой 1930 года Гувер опять
собрал нечто вроде постоянно действующего совещания из
представителей крупного бизнеса, профсоюзов и властей шта-
тов, с тем чтобы зарплаты, цены и объемы производства были
зафиксированы на докризисном уровне. В качестве способов
такой фиксации применялся целый набор внеэкономических
методов – от пропаганды до запугивания лидеров большого
бизнеса. На этом основании были увеличены налоги и повы-
шены тарифы, защищающие отечественного производителя
от иностранной конкуренции. Говоря шире, администрация
Гувера (да, пожалуй, и все общество) видели выход из депрес-
сии в замене механизмов рынка политическими механизмами,
точнее, бюрократической координацией работы частных ком-
паний и банков.
Уже в первом развернутом заявлении президента, поя-
вившемся 23 ноября 1929 года под характерным названием
«Направить мощь государства на спасение экономики», был
120 Инфляция и её последствия

обнародован план спасения. Заявление начиналось торжествен-
ным признанием: «Ни один президент до этого момента никог-
да не считал, что в таких случаях государство должно взять на
себя ответственность за ситуацию. В этом смысле мы являемся
первооткрывателями совершенно новой сферы деятельности».
План предусматривал масштабное расширение строительства
за счет всех источников финансирования. Только федеральные
власти должны были выделить 175 млн. долларов (программа
строительства новых административных зданий). В заявлении
содержался также сформулированный в агрессивных тонах
призыв к 48 губернаторам развернуть общественные работы.
Гувер по своей привычке создал Совет при президенте, в ко-
торый вошли 400 банкиров и промышленников. Совет должен
был вырабатывать рекомендации в области государственной
экономической политики. Заявление содержало также обраще-
ние президента к промышленникам с просьбой увеличить про-
изводство и совместно с профсоюзами «сохранить зарплату».
В принятых сегодня терминах экономической политики все
кажущееся разнообразие этих мер сводилось к увеличению де-
фицита государственного бюджета, росту доли государствен-
ных расходов в ВВП, увеличению тарифов, списанию разными
способами задолженности фермеров и субсидированию высо-
ких цен на продукцию сельского хозяйства. В 1931 году впер-
вые после 1919 года вырос государственный долг – расходы
администрации Гувера стали превышать доходы. Это было но-
вым явлением, которое подверглось ожесточенным нападкам
демократов. Доля государственных расходов в ВВП выросла с
16,4% в 1930 году до почти 22% в 1931 г., причем более 1 млрд.
долларов не прошло через банковскую систему. Эти средства
были розданы через местные органы министерства финансов
непосредственно конечным получателям – местным органам
121
Великая депрессия

власти, коммунальным и энергетическим компаниям, школь-
ным округам и т.п. Грубейшие нарушения порядка финанси-
рования государственных расходов оправдывались с помощью
военной риторики. Парадоксальным образом, необходимость
учета и физического осуществления выплат через систему ми-
нистерства финансов привела к резкому увеличению занятости
в государственном секторе, прежде всего в федеральных ведом-
ствах в Вашингтоне, хотя лично Гувер предпочитал направлять
средства через банки, а не напрямую, и пытался противодей-
ствовать стихийно складывающейся практике.
Созданная им в 1929 году Сельскохозяйственная закупоч-
ная ассоциация получила 500 млн. долларов федеральных де-
нег на поддержку цен, и затем еще 100 млн. в начале 1930 года.
В декабре 1931 года Гувер обнародовал новый план из девяти
пунктов, предусматривавший усиление государственного регу-
лирования экономики.
Каковы же были последствия роста государственного вме-
шательства? Безработица, составлявшая в 1929 году менее
0,5 млн. человек, или 1% трудоспособного населения, вырос-
ла в 1930 г. до 3,8 млн. человек (7,8%). Этот рост продолжил-
ся несмотря на все усилия администрации – в 1931 году без
работы было уже 8,1 млн. человек (более 16%). В 1932 году
она достигла почти 12,5 млн. человек, или около 25% трудо-
способных.
Помимо субсидирования неэффективных бизнесов, деньги
были потрачены на колоссальные стройки, которые должны
были стать зримыми символами политики президента. На реке
Колорадо было начато строительство гигантского гидроэнер-
гетического комплекса с плотиной высотой более 200 м, водо-
хранилищем с зеркалом в 600 кв. км и береговой линией около
900 км. В Сан-Франциско был построен мост через залив, в
122 Инфляция и её последствия

Нью-Йорке – небоскребы Крайслер и Эмпайр-Стейт. Узкий
круг субсидируемых из федерального бюджета строительных
подрядчиков избежал разорения, но ситуация в строительстве
США определялась прежде всего спросом на жилые дома.
Общий объем строительных подрядов сократился с 8,7 млрд. в
1929 году до 1,4 млрд. к 1933 году.
В этом длинном ряду экономически разрушительных
мер особой «результативностью» отличались три: тариф
Смута – Хоули, закрывший американский рынок от иностран-
ных товаров, система субсидирования сельского хозяйства и
создание RFC.

Тариф Смута – Хоули
После войны ни одному республиканскому президенту, вне
зависимости от того, был ли он сторонником экономической
свободы, как Уоррен Гардинг и Кальвин Кулидж, или выступал
за расширение государственного вмешательства, как Гувер,
не хватило политической воли противостоять соединенному
нажиму таких организаций, как Национальная ассоциация
производителей, Американская фермерская ассоциация или
Американская федерация труда. Все они лоббировали повыше-
ние таможенных тарифов, стремясь защитить учредившие их
компании от иностранной конкуренции. Абсурдность этой меры
становится понятной, если принять во внимание, что после
войны Америка, ставшая кредитором европейских стран, мог-
ла рассчитывать на погашение этих долгов только при условии
состоятельности европейских компаний. Парадоксальность си-
туации может быть проиллюстрирована следующим примером.
Американский производитель был успешен, если он мог распо-
лагать дешевым кредитом у американского банка, платежеспо-
собность которого зависела от погашения задолженности евро-
123
Великая депрессия

пейской компании, покупавшей – на этот кредит – продукцию
вышеупомянутого американского производителя. Залогом
устойчивости этой системы отношений была возможность
европейского производителя продавать свою продукцию на
«безбрежном» американском рынке. Часть долларовой выруч-
ки направлялась американскому банку, который – вспомним
принцип частичного резервирования! – кредитовал из нее аме-
риканского производителя. В этих условиях реализация требо-
вания о недопущении европейских товаров на американский
рынок представляла собой род изощренного экономического
самоубийства. Как мы увидим ниже, это «самоубийство» было
осуществлено при активнейшей поддержке администрации и
Конгресса.
Первое значительное повышение пошлин прошло после
принятия закона о тарифах в 1922 году (т.н. тариф Фордни-
Маккамбера). Но в этот период американцы щедро кредито-
вали европейские страны, компании и даже местные органы
власти (так, значительная часть американских инвестиций
в Германию приходилась на облигации Баварии, Пруссии,
Вестфалии и других германских земель). После 1929 года си-
туация изменилась. Поток инвестиций, на которые европейцы
покупали американские товары, иссяк. Лоббистские организа-
ции США готовились к наплыву европейских товаров – ведь
экспорт в США стал для европейцев единственным источни-
ком долларов.
Летом 1930 года был принят новый закон о таможенных
тарифах – знаменитый тариф Смута – Хоули, по имени сена-
торов, от имени которых он вносился в Конгресс. Гувер коле-
бался, но в конце концов подписал его, не воспользовавшись
правом вето. Последствия этой нерешительности были ката-
строфичны. Установленные законом Смута – Хоули таможен-
124 Инфляция и её последствия

ные пошлины были настолько высокими, а круг охватываемых
товаров настолько широким, что почти весть экспорт из евро-
пейских стран в США оказался заблокированным. Общий ввоз
товаров в США упал с 4,4 млрд. долл. в 1929 до 2 млрд. долл.
в 1931 году. Правительства европейских стран ответили возве-
дением собственных торговых барьеров на пути американских
товаров. Кроме того, иностранцы, товары которых натолкнулись
на запретительные пошлины, не получили обычной долларовой
выручки, что, в свою очередь, не позволило им закупить в США
столько, сколько они хотели бы и сколько они закупали до вве-
дения нового тарифа. Последовало обвальное сокращение аме-
риканского экспорта – с 5,3 млрд. долларов в 1929 до 2,3 млрд.
долларов в 1931 году. Таким образом, нормальный процесс тор-
говли и платежей между Европой и США был подорван.
Это произвело немедленный и разрушительный эффект
на банковскую систему – вначале европейских стран, а с 1932
года и США. В 1931 году, начавшись с Австрии, по Европе про-
шел сильнейший в истории банковский кризис, перешедший в
полный финансовый крах. К осени 1931 года состояние госу-
дарственных финансов Австрии, Германии, Великобритании,
всех стран Центральной Европы и в значительной мере сканди-
навских стран характеризовалось одним словом – банкротство.
Была разрушена вся система послевоенной валютной системы
и международной торговли.
Для Америки это означало, что европейцы не могут более
платить за американские товары – зерно, мясо, автомобили,
сталь, удобрения, продукцию машиностроения и химической
промышленности. Наиболее сильный удар пришелся на амери-
канских экспортеров сельскохозяйственной продукции. Не имея
сбыта из-за низких доходов внутри страны и не желая снижать
цены, чему способствовали федеральные программы, фермеры
125
Великая депрессия

продолжали засевать площади, которые в обычных условиях
не позволяли оправдать затраты на семена, удобрения и горю-
че-смазочные материалы. Абсолютный объем доходов фермер-
ских хозяйств снизился за один год на 34 процента. Это при-
вело к массовому разорению фермеров, набравших кредиты в
американских банках. Стремительно обесценились земельные
участки, под залог которых банки предоставляли ссуды ферме-
рам. Усилиями Гувера банкротство банков было отсрочено, но
такая отсрочка может быть только временной – массовые бан-
кротства в банковском секторе начались уже после выборов, в
начале 1933 года, обрушив финансовую систему США.

Система субсидирования сельского хозяйства
Гувер не является автором этой системы, он унаследовал ее
от прошлых администраций. Федеральные субсидии фермерам
США начали платить во время первой мировой войны. Рост
цен, сопровождающий военное время, обычно, с теми или ины-
ми задержками и потерями, останавливается и в течение более
или менее короткого мирного периода возвращается к довоен-
ному уровню. После окончания войны, однако, агроэкспорт-
ному лобби удалось сохранить главные институты кредитова-
ния и гарантирования производства зерна и других продуктов
сельского хозяйства, хотя наиболее одиозные из них, такие, как
Военно-финансовая корпорация, были преобразованы.
Идея Гувера состояла в том, чтобы преодолеть рыночную
стихию путем широкого объединения американских ферме-
ров в сбытовые кооперативы – род картелей, которые мог-
ли бы диктовать цены закупщикам. В 1929 году он создал
Американскую сельскохозяйственную сбытовую ассоциацию,
которой были предоставлены кредиты – 500 млн. в год созда-
ния и еще 100 млн. долл. в самом начале 1930 года. Таким обра-
126 Инфляция и её последствия

зом Гувер стремился удержать цены на сельскохозяйственную
продукцию на уровнях, предшествовавших кризису и спаду. В
результате оказался заблокирован один из важнейших, если не
важнейший механизм выхода из депрессии – подстройка цен и
объемов к новым условиям. Для сельского хозяйства это оз-
начало сохранение в бизнесе миллионов ферм, занимающих
земли, которые не могли обеспечить рентабельного производс-
тва, соответствующего спросу. Гувер образовал долгосрочный
ресурс безработицы. Люди все равно теряли источник дохода,
но они оказывались на рынке труда после бессмысленного пе-
риода ожидания, когда они пассивно наблюдали за ухудшением
ситуации, проедая свои сбережения.

RFC
Видя малую результативность своей политики, Гувер пред-
почитал не изменять ее, а удваивать и утраивать усилия. В
январе 1932 г. создается RFC (Корпорация финансирования
реконструкции), которая получила право выдавать кредиты,
не будучи ни частным, ни центральным банком. Фактически
в стране начал работать параллельный эмиссионный центр,
вбрасывающий в экономику кредитные деньги по указам пре-
зидентской администрации. Через этот новый канал Вашингтон
стал закачивать в экономику уже не миллионы, а миллиарды
долларов. Не правда ли, это мало похоже на устранение госу-
дарства из экономики, приписываемое администрации Гувера
позднейшими историками и публицистами? При учреждении
RFC получила 500 млн. долларов федеральных денег и право
выпуска облигаций еще на 1,5 млрд. долларов. По принятому
закону RFC имела право кредитовать любые банки, финансо-
вые компании и железнодорожные компании. Региональная
сеть RFC состояла из 33 территориальных кредитных агентств,
127
Великая депрессия

при каждом из которых был создан консультативный совет из
местных банкиров и чиновников штатов. Только за первый год
своего существования RFС выдала кредитов на 2,3 млрд. дол-
ларов и 1,6 млрд. долларов раздала в порядке безвозвратного
финансирования.
Логика создания RFC была следующей. До образования
RFC кредитование осуществлялось обычным образом, а имен-
но банковской системой, в частности, 12-тью федеральными
резервными банками, в совокупности образовывающими ФРС
(для частных банков они и являются пресловутыми кредитора-
ми последней инстанции, creditors of last resort). Получая феде-
ральные деньги, частные банки, по мнению Гувера и его совет-
ников, проявляли ненужную въедливость при выдаче кредитов.
Их интересовали не интересы страны и народа, а узкие мотивы
самосохранения. RFC должна была стать альтернативой кон-
сервативному банковскому сообществу, направляя средства
туда, куда «нужно стране» (куда именно, определяли банкиры
и чиновники на местах), а не туда, куда направляли средства
частные банки, стремясь «всего лишь» создать или поддержать
прибыльный бизнес. Напомним, что поиск предпринимателя-
ми новых прибыльных сфер приложения труда и капитала есть
необходимое условие выхода из депрессии.
В соответствии с законом, RFC не отчитывалась перед
Конгрессом о предоставленных ссудах. Поразительным было
обоснование этого положения. В дебатах в Конгрессе было за-
явлено, что если информация о получателях ссуд будет раскры-
та, то эти бизнесмены могут потерять доверие публики, клиен-
тов, банков и т.п. Тем самым было признано, что на ссуды RFC
претендуют в первую очередь те, кто не имел шансов получить
обычную банковскую ссуду или отсрочку по платежам постав-
щику, т.е. те, кто не пользовался достаточно высоким уровнем
доверия как бизнесмены.
128 Инфляция и её последствия

В июле 1932 года конгресс принял поправки к закону об
RFC, инициированные Гувером. Теперь RFC могла не ограни-
чиваться банками и железнодорожными компаниями, предо-
ставляя свои ссуды – она получила право кредитовать любые
коммерческие предприятия, участвовать как финансовый пос-
редник в размещении ценных бумаг, финансировать закупки
сельскохозяйственной продукции, предоставлять кредиты фер-
мерским сбытовым кооперативам, давать ссуды властям шта-
тов и городов.
Таким образом, RFC способствовала сохранению неплате-
жеспособных банков, обанкротившихся железных дорог, фер-
меров, получавших скудные урожаи на неплодородных землях,
и предприятий, выпускавших продукцию, которую никто не
хотел покупать.
Экономическая политика Гувера состояла в том, чтобы с
помощью денег одних граждан финансировать благосостояние
других. Публика в ответ бросилась в банки изымать средства,
а иностранцы – требовать погашения долларовых банкнот зо-
лотом (после финансового краха Европы в банки США хлынул
поток частного золота европейцев). Что им ответили руководи-
тели американского государства мы увидим ниже.

Новый Новый курс
По выражению английского историка Пола Джонсона, если
Гувер был социальным инженером, то Рузвельт – социальным
психологом. Проблема состояла в том, что ни тот, ни другой
не понимали смысла и не отдавали себе отчета в последствиях
своей экономической политики.

<< Пред. стр.

стр. 10
(общее количество: 12)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>