<< Пред. стр.

стр. 34
(общее количество: 42)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

наиболее подходящих стихов, написанных на мотив "Воспоминание о красави-
це из Цинь".
Она поразительно красива.
Стан ее и весь ее облик
Исполнены тончайшего очарования.
Да, да исполнены они очарования.
Когда находится в печали дева,
Хочется пожалеть ее и приласкать.
Как только она нахмурит брови,
Ее не сравнишь ни с кем.
Но стоит ли ей впадать в печаль?
Ведь нынче она невеста.
О, как тонок стан ее -
Даже страшно его обнять.
О, как нежно тело ее -
Оно как бы лишено костей.
К нему и прикоснуться страшно.
Молодожены были столь счастливы, что их радость можно выразить лишь
стихами, для чего мы здесь и приведем один стих цы /6/ на мотив "Весна в
нефритовой башне".
Очи сияют как звезды
Из-под полусмеженных ресниц.
Цвет персика, упавший на подушку,
Готов раскрыть свои лепестки.
Уста уже давно приоткрыты,
Источают они тонкий аромат.
Они готовы широко раскрыться,
Как только их коснется язычок.
Слабые стоны в минуты покоя,
Но чувства велики - беспредельны.
На нежной груди выступают
Капельки влаги любовной.
Очи широко раскрыты,
Смотрят влюбленные друг на друга.
Сердца их пылают в груди,
Словно раскаленные угли в печи.
Надо вам знать, что девица Юйсян при всей своей несравненной красоте
имела один большой недостаток - ей не хватало любовных чувств, что, по-
нятно, никак не устраивало любвеобильного супруга. Сей изъян возник у
нее оттого, что родители держали девушку в большой строгости, поминутно
читая ей суровые наставления. Как говорится в подобных случаях: "Ее ухо
не слышало развратных звуков, а ее очи не замечали дурные цвета". Читала
она только серьезные книги, вроде "Повествования о женщинах-героинях"
/7/ или "Канона о дочерней почтительности" /8/ Одним словом, почти все,
о чем говорила эта молодая девица, нисколько не совпадало с повадками и
намерениями молодого мужа. Всем своим поведением она поразительно похо-
дила на своего родителя Тефэя. Молодой супруг прозвал ее в шутку "Пра-
ведницей". Сказав это, он добавил еще что-то не вполне приличное, отчего
чело молодой жены сразу же зарделось, и она отошла от мужа в крайнем
смущении.
Вэйян не прочь был заняться любовными утехами даже днем, ибо вид сок-
рытых прелестей супруги разжигал его сластолюбие. Он приставал к ней,
требуя, чтобы она сняла одежды, но женщина тотчас поднимала крик, будто
над ней собирались учинить насилие. Пришлось Вэйяну отказаться от днев-
ных домоганий и ограничить себя лишь ночными утехами, что он, заметим,
принял с некоторой неохотой. В супружеской жизни молодая жена предпочи-
тала путь Золотой середины /9/, то есть давно проторенный, упорно отвер-
гая все новые и тем более неожиданные тропинки. На просьбу мужа "добыть
огонь за рекой" она заявляла, что поворачиваться к мужу спиной ей-де не-
прилично. Когда он заводил разговор об "увлажнении влагой горящей све-
чи", она ему говорила, что супругу, мол, так будет не слишком удобно.
Если Вэйян предлагал ей закинуть ножку повыше к плечам, она уверяла, что
это требует от нее больших усилий. Когда приходила минута блаженства,
Юйсян никогда не стонала от счастья, как обычно это делают другие женщи-
ны ("Ох, смерть моя наступила!"), этим самым помогая мужу в ратном деле
и укрепляя силы его духа. Юйсян не издавала ни единого звука, будто была
немая. Видя, что ее ничем не проймешь, молодой муж весьма огорчился и
даже впал в отчаяние. "Придется добыть кое-какое средство! - подумал он.
- Только так ее можно будет пронять! Завтра же отправлюсь в книжную лав-
ку и куплю альбом с картинками "весеннего дворца". Люди утверждают, что
эти рисунки принадлежат кисти самого Чжао Цзыана /10/. В альбоме всего
тридцать шесть картин, и каждая сопровождается танским стихом /11/ на
"весеннюю тему". Покажу все эти рисунки Юйсян, впрочем, лучше мы полис-
таем альбом вместе. Из этих картин она сразу поймет, что искусство любви
придумал вовсе не я, оно существовало еще в давние времена, подтвержде-
нием чего является сие сочинение". В лавке, однако, оказался совсем дру-
гой альбом - с рисунками Чэн Вэньмо.
Нисколько не догадываясь о содержании альбома, Юйсян открыла первую
страницу. На ней она увидела четыре крупных иероглифа: "Отблески
ханьского дворца". Женщина подумала: "Во дворцах эпохиХань /12/ жило не-
мало чистых и мудрых дев-наложниц ханьского государя. Как видно, в
альбоме помещены их портреты. Любопытно, как выглядели эти девы?" Она
перевернула страницу. Что это? На картинке были нарисованы мужчина и
женщина. Совершенно нагие, они возлежали на искусственной горке и зани-
мались любовью. Лицо Юйсян запылало ярким румянцем. "Откуда попала сюда
эта мерзкая книжка? Она оскверняет чистоту женских покоев! Она несет бе-
ду!" Молодая женщина позвала служанку и приказала немедля сжечь альбом.
- Что ты делаешь! Это очень старая и ценная вещь! - воскликнул Вэйян.
- Знаешь, сколько стоит этот альбом? Целую сотню лянов! /13/ Я взял его
на время у одного приятеля, решил сам посмотреть его, полистать. Если ты
его сожжешь, нам придется уплатить ему огромную сумму серебром! Ты спо-
собна пойти на подобную жертву? Если нет, тогда лучше положи книжку на
место. Пусть полежит у нас день-другой, потом я верну ее хозяину.
- Не понимаю, как можно просматривать все эти непристойности?! -
воскликнула жена.
- Если бы это была только одна непристойность, художник не стал бы
рисовать эти картинки, а мой друг, собиратель книг, не стал бы тратить
громадные деньги на приобретение книги. Нет, моя дорогая, с тех пор, как
существуют Небо и Земля, подобные деяния, изображенные в альбоме, счита-
лись вполне обычными и пристойными. Вот почему литераторы пишут о них, а
живописцы их изображают на таких вот цветных картинках, а потом даже
наклеивают на дорогой шелк. Подобные рисунки испокон веков продавались в
книжных лавках или павильонах художников, хранились у крупных ученых-со-
бирателей редкостей, чтобы потомки узнали все то полезное, что можно в
них почерпнуть. Без такого познания стихии инь и ян могут разрушиться.
Мужья отвергнут своих жен, а жены отвернутся от мужей. И тогда путь жиз-
ни прервется, ибо люди, не ощущая горения в своей груди, остановятся в
своем развитии. Я принес эту книгу не только, чтобы посмотреть самому,
но и показать тебе. Постигнув мудрость жизни, ты в радости зачнешь дитя
и подаришь мне сына или дочь. Правда, ты, быть может, потеряешь былую
праведность, что так почитает твой родитель, но ведь с его понятием жиз-
ни мы можем вовсе остаться без потомства. Поэтому, моя дорогая, кипя-
титься не стоит!
- Ни за что не поверю, что подобные дела можно назвать приличными! -
воскликнула жена. - Если бы это было так, как ты сказал, тогда мудрецы
древности, установившие правила человеческой жизни, ясно бы объяснили,
что такими делами люди могут заниматься белым днем, а не творить их тай-
но, глубокой ночью, как воры, которые совершают какой-нибудь подлый пос-
тупок! Нет, нет! Занятие это непристойное!
Вэйян улыбнулся.
- В том, что ты мне только что сказала, вина, конечно, не твоя, а ро-
дителя, который замкнулся в четырех стенах, лишая дочь возможности об-
щаться с другими женщинами, сведущими в любовных делах. Они-то могли бы
тебе рассказать немало весьма презабавных историй. Живя в уединении, ты
мало что видела и не имела ни малейшего представления о людских нравах.
К примеру, ты уверовала, что любовью можно заниматься лишь по ночам, а
не днем, потому что это занятие неприличное, о нем не положено даже упо-
минать. Тогда объясни, откуда знал обо всем этом живописец, который соз-
дал эти рисунки. Как смог он так живо и вдохновенно все изобразить?
- Мои родители никогда не занимались любовью днем! - заметила Юйсян.
- Откуда тебе это известно? - воскликнул Вэйян.
- Если бы они занимались любовью днем, я непременно их за этим заня-
тием застала! Однако же я ни разу ничего подобного не видела, хотя мне
уже шестнадцать. Я не слышала даже подозрительных звуков.
- Ах ты глупая! - рассмеялся Вэйян. - Дети, как правило, ни о чем не
догадываются. А вот служанки и горничные не только подслушивали, но и
подглядывали. Наверняка! Просто твои родители занимались любовью втайне,
при закрытых дверях, чтобы ты их не увидела за подобным занятием. Они
боятся, что подобные сцены способны вызвать в твоей душе "весенние
чувства". Ты сразу же станешь мечтать о мужчине, и в конце концов от
этих дум тебя одолеет недуг. Поняла?
- И верно, днем они часто запирают свои двери, - промолвила раздумчи-
во Юйсян - Мне они говорят, что пошли отдохнуть, а сами, как видно, на
самом деле занимаются любовью. Так оно и есть... И все же это занятие
постыдное. Вот так смотреть друг на друга! На что это похоже?!
- Не скажи! Дневная любовь во сто крат слаще ночной, - возразил Вэ-
йян. - Ее прелесть как раз в том, что один смотрит на другого, благодаря
чему рождается любовное желание... В жизни можно назвать лишь два слу-
чая, когда дневные утехи противопоказаны супругам. Кроме них, день - са-
мое лучшее время для любви.
- Ты сказал о двух случаях, - поинтересовалась жена. - Что ты имеешь
в виду?
- Ну, скажем, когда мужурод, а жена красавица, - объяснил Вэйян. -
Или, наоборот, жена-страшилище, а муж писаный красавец!
- Отчего же таким супругам противопоказано любить друг друга в днев-
ное время?
- Оттого, что между супругами должна существовать взаимная любовь и
радость, а эти чувства рождаются лишь тогда, когда дух и тело двух любя-
щих существ, как и все токи крови, находятся в полном согласии. Если же-
на походит на чудесную яшму, а ее тело прекрасно и нежно, кожа бела, как
снег, муж, освободив ее от лишних одежд и заключив в свои объятия, полу-
чает от созерцания ее красоты безмерное наслаждение. Вся его мужская
природа приобретает крепость и твердость и будто раздается в своих раз-
мерах. А теперь представь, что муж похож на черта с темной и грубой ко-
жей. Когда на нем надето платье, его телесные пороки не слишком заметны.
Но едва он снял свои одежды, как все его безобразие (ведь сейчас его уже
ничем не прикроешь!) тотчас вылезло наружу. Рядом с прекрасным белоснеж-
ным телом женщины его мерзкая плоть выглядит особенно гадко. Понятно,
что жена тотчас проникнется к нему глубоким отвращением. Ей захочется
видеть перед собой совсем другого человека. Муж, конечно, это понимает.
Твердость и крепость его плоти заметно слабеет, и то, что недавно каза-
лось могучим, представляется совсем ничтожным. Вместо удовольствия суп-
руги чувствуют одно разочарование. И тогда мужу, возможно, приходит
мысль: "Пусть все свершается ночью, когда мое уродство не столь замет-
но!" Это - первый случай. А вот второй - когда супруг красив, а жена
страшилище. Урон в любви здесь столь же велик, как и в первом примере,
так что вряд ли необходимо это объяснять... Теперь представь, что мы оба
спрячем под покровом ночи молодые нежные тела, цветом белоснежные иль
розовые, и станем робко ощупывать их в темноте, вместо того чтобы любо-
ваться ими в минуты радости, когда светло. Разве не похожи мы на супру-
гов, о которых я тебе только что рассказал? Так мы можем погубить всю
свою жизнь! Если ты мне не веришь, давай проверим: какая любовь слаще,
дневная или ночная.
Слова мужа как будто немного тронули Юйсян. Правда, она делала вид,
что противится, но в душе она уже согласилась. На ее щеках заиграл лег-
кий румянец, на лице появилось игривое выражение.
"Кажется, ее все-таки проняло! Надо спешить! - подумал Вэйян, но тут
же осадил себя. - Нет! Ее чувства только-только проснулись, однако под-
линной страсти в ее груди еще нет. Она сейчас напоминает того голодающе-
го, который, не разжевывая, проглотил кусок, не почувствовав от пищи ни-
какого вкуса. Сначала я свою жену, как говорится, "подогрею", а потом
уже "поднимусь на сцену".
Он придвинул к себе кресло, удобно в нем расположился и, заключив Юй-
сян в объятия, открыл альбом. Они принялись внимательно рассматривать
рисунки. Надо вам знать, что альбом не походил на другие книги подобного
рода. Каждая страница была разделена на две половины. В верхней изобра-
жена картина дворца, а в нижней давалось его описание. Часть текста
объясняла содержание рисунка, вторая заключала похвалу художнику. Вэйян
велел жене хорошенько запомнить рисунки, чтобы потом можно было воспро-
извести их содержание. Он стал читать текст, объясняя фразу за фразой.
Рисунок первый сопровождался таким названием: "Шальной мотылек ищет
аромат". В объяснении говорилось: "Влюбленные сидят на искусственной
горке. Ноги женщины раскинуты, и нефритовый пест устремлен в недра инь,
чтобы найти там сердечко цветка. Влюбленные только начали игру и не ус-
пели достигнуть блаженных сфер, а потому их очи открыты, а лик обычен"
(илл. 68).
Рисунок второй: "Пчела собирает мед". Объяснение гласило: "Дева с ли-
цом, обращенным кверху, как бы взлетает над парчовой постелью, упершись
в нее руками. Она приподняла ножки, чтобы удобнее встретить нефритовый
пест, а тот стремится отыскать тропинку, ведущую к сердечку цветка. Вид
девы таков, будто она томима голодом или жаждой. На лице ее друга видна
растерянность, которая приводит смотрящего сей рисунок в состояние тре-
воги. Рисунок сделан мастерски" (илл. 90).
Рисунок третий: "Заблудшая птаха возвращается в лес". "Дева возлежит
на расшитой постели, она будто о чем-то задумалась. Ее ножки приподняты,
а своими ручками она крепко держит своего друга. Оба уже вступили в сфе-
ры блаженства и сейчас боятся, как бы им в них не заблудиться. Влюблен-
ные вступили в битву, а потому их дух находится на взлете. Этот рисунок
исполнен просто великолепно, как говорится: "Летающей кистью, танцующей
тушью".
Рисунок четвертый: "Голодный иноходец рвется к кормушке". "Дева, воз-
легши на ложе, крепко обнимает возлюбленного, будто хочет привязать его
к себе невидимой вервью. Он же, приняв на плечи ее ножки, устремляет
нефритовый пест в глубины инь, нисколько не отклоняясь от намеченного
пути. Влюбленные уже приблизились к вершине блаженства. Полузакрытые очи
устремлены друг на друга, и ловят возлюбленные один другого устами, буд-
то намерены проглотить язычок. Мастерство художника в рисунке проявилось
просто бесподобно!"
Рисунок пятый: "Два дракона утомились в битве". "Дева опустила главу
на подушку. С бессильно вытянутыми руками она лежит вся обмякшая, ее те-
ло будто из ваты. Возлюбленный, положив голову ей на плечо, находится в
такой же расслабленной позе. Они оба только что переступили пороги бла-
женства, поэтому их души витают гдето далеко. Оба погрузились в сладкие
грезы и ждут, когда после бурных деяний, они обретут покой. На первый
взгляд, кажется, что они умерли, но все же в их телах заметны признаки
жизни. Рисунок позволяет читателю представить те высшие радости, которые
ожидают влюбленных".
Этот рисунок вызвал в груди молодой жены волнение. Между тем Вэйян
уже перевернул новую страницу. Внезапно Юйсян оттолкнула альбом рукой и,
стремительно поднявшись, воскликнула:
- Отвратительная книжонка!.. Читай ее сам, а я пошла спать! Мне от
нее стало невмоготу!
- Дальше ты увидишь самое интересное! Давай досмотрим до конца, а по-
том отправимся спать!
- Но почему непременно сегодня? Можно досмотреть и завтра!
Вэйян догадался, что жена по всей видимости пришла в возбуждение. Он
ее обнял и запечатлел на ее устах поцелуй. Надо вам знать, что прежде,
когда муж ее целовал, губы жены всегда были плотно сжаты. Как муж ни
старался их разомкнуть языком, у него ничего не получалось. Сейчас ее
алые губы сами раскрылись, обнажив белоснежные зубы, и он увидел меж ни-
ми пунцовый язычок. Это случилось впервые за целый месяц их супружеской
жизни.
- Душа моя! - воскликнул Вэйян. - Не будем медлить! Сделаем все, как
на первом рисунке, только вместо искусственной горки используем кресло.
Ты согласна?
- Но это же не по-людски! - Юйсян как будто рассердилась, но только
для вида.
- Вполне возможно, но зато это хорошо согласуется с деяниями небожи-
телей, коим мы на короткое время уподобимся! - проговорил Вэйян и при-
нялся распускать у нее пояс. Юйсян сделала вид, что противится, а сама
прижалась к его плечу и позволила без особых усилий снять верхние штаны.
Его руки почувствовали горячую испарину ее тела. "Как видно, "весенние
картинки" /14/ дали о себе знать!"подумал муж. Он быстро разделся. Неф-
ритовый пест был готов устремиться в недра стихии инь, но тут он поду-
мал: "Надо прежде совлечь с нее кофту!"
Рассказчик, объясни, почему Вэйян снял кофту позже, чем штаны. Надо
вам знать, любезный мой читатель, что Вэйян был великим мастером своего
дела. Он прекрасно понимал, что, сними он сначала кофту, жена непременно
бы застыдилась, хотя она сейчас и пребывала в любовном волнении, и ему
пришлось бы потратить немало усилий, чтобы добиться успеха. Вот почему
хитрец начал с самого главного в одежде, поскольку остальное освободить
не представляло сейчас большого труда. В военном деле сей маневр называ-
ется "Послать солдат для захвата главаря в его собственном логове".
Юйсян лежала в его объятиях совершенно нагая, но ступни ее маленьких
ножек были прикрыты особым футляром. Интересно знать, почему? Потому что
такой футляр скрывает пальчики спеленутых ног, которые, как вам, навер-
ное, известно, со временем искривляются, что, разумеется, не вполне кра-
сиво. Женщина к своим ножкам относится весьма ревниво. Маленькая ножка
(всего в три цуня), закрытая таким футляром, становится изящной, похожей
на "золотой лотос" /15/. Без подобного футляра женская ступня напоминала
бы цветок, с которого опали лепестки. Ясно, что своим видом он никого
прельстить не может. Вэйяну, разумеется, были известны все эти секреты.
Освободив жену от одежд и раздевшись сам, он, как говорится, привел в
порядок боевые знамена, а также подготовил все свое оружие и устремился
в битву, стараясь отыскать путь к сердцевине нежного цветка. Он действо-
вал точно так, как было изображено на первом рисунке. Юйсян, опершись на
подлокотники кресла, встретила мужа достойно, сразу же подчинившись на-
тиску его оружия. Влевовправо, вправо-влево летало копье воина, но пов-
сюду его ожидала достойная встреча. Вдруг Юйсян показалось, что изнутри
ее точно обожгло кислотою. Странное ощущение: трудно выдержать, но еще
труднее прервать.
- Прошу тебя, прекрати! - проговорила она. - Если будешь так тыкать в
разные стороны, ты в конце концов меня покалечишь!
Как видно, копье бойца достигло цели. Вэйян подчинился приказу. Но
через некоторое время он бросил войско в новую атаку. Много десятков и
даже сотен раз он бросался вперед, пытаясь прорваться в глубь обороны.
Юйсян обвила руками мужа, крепко к нему прижалась и притянула к себе.
Ее ножки оказались на уровне его плечей. Вэйян обнял ее тонкий стан.
Именно так было нарисовано на второй картинке.
Оружие воина, раздавшееся в размерах и сильно окрепшее, казалось, за-
полнило все вместилище стихии инь. Воин нанес еще много сотен ударов,
пока не заметил, что глаза Юйсян, дотоле сиявшие как звезды, вдруг зату-
манились, будто прикрылись пеленой. Казалось, она собралась погрузиться
в сон. Ее прическа пришла в полный беспорядок.
- Душа моя! - Вэйян легонько толкнул жену рукой. - Ты, как я вижу,
близка к блаженству. Сойдем с кресла и направимся к ложу. Здесь неудоб-
но, дело наше лучше закончим там.
Но Юйсян, смежив веки, покачала головой.
- Нет!
Ей казалось, что она уже находится в состоянии высшего блаженства, и
потому боялась, что миг ее счастья может вдруг прерваться. Ее руки об-
мякли, ноги замлели. Она не могла ими даже двинуть. А он еще требует,
чтобы я шла к ложу!
- Душа моя! Ты будто бы не можешь даже подняться!
Юйсян молча кивнула.
- Тогда я тебя отнесу сам! - И Вэйян, не ослабляя объятий, поднял же-
ну на руки и понес к ложу. Юйсян крепко обняла мужа и приникла устами к
его губам. Вэйян прильнул к ней еще плотнее, продолжая свое движение к
ложу. Как говорит поговорка: "И на скачущей лошади можно любоваться цве-
тами". Вэйян положил жену на циновку, и любовная битва разгорелась с но-
вой силой. Вдруг Юйсян, крепко сжав мужа в объятиях, прошептала:
- Ах, душа моя, мне плохо! - Из ее уст вырвались звуки, похожие на
стон тяжелобольного, который вот-вот испустит дух.
Вэйян понял, что внутри у нее родилась энергия инь. Наступило мгнове-
ние для новой атаки. И он устремился к самой сердцевине цветка. Его мощ-
ный порыв словно говорил, что муж готов погибнуть подле любимой супруги.
Они крепко сжали друг друга в объятиях и замерли, словно уснули в одно
мгновенье. Через какое-то время Юйсян, пробудившись от дремы, сказала:
- Мне показалось, что я будто бы сейчас умирала. А ты это почувство-
вал?
- Подобное ощущение мне, конечно, известно, но только такое состояние
называется не "смертью", а "истечением жизненной силы".
- Жизненной силы? - удивилась жена.
- Вот именно!.. Послушай, что я тебе скажу. Мужчина, как известно,
относится в стихии ян, а женщина - к инь. Каждому соответствует своя
природная сила, которая рождается в те мгновенья, когда радость любви
достигает верхнего пика. В это время тело человека будто сразу же слабе-
ет. Порой кажется, что кости размягчаются, голова начинает кружиться и
становится тяжелой, ты словно погружаешься в тяжкий сон. В такие минуты
природные силы вырываются наружу, что называется "истечением" - "дю".
Вспомни пятый рисунок из альбома!
- Ты говоришь, что такое состояние не кончина, не предел жизни?
- Разумеется, нет! Это обычное состояние мужчины и женщины в минуты
их любовного соития. Однако бывает так, что силы инь развиваются слишком
быстро, поэтому истечение их у женщины происходит многократно, а у ее
друга лишь раз. Такое состояние называется "куайхо" - "блаженство".
- Значит, в подобном блаженном состоянии можно находиться ежедневно,
днем и ночью?
Вэйян рассмеялся.
- Кажется, я был прав, что посоветовал тебе полистать альбом с изоб-
ражением "весенних дворцов"! Не правда ли, ценная книга?
- И верно, настоящая драгоценность! - улыбнулась Юйсян. - Неплохо ее
купить! Тогда можно было бы ее листать чуть ли не каждый день... Впро-
чем, твой друг, повидимому, потребует ее назад!
- Я тебя обманул!.. На самом деле - книга моя! Я ее купил!
Слова мужа привели Юйсян в восторг. Супруги, одевшись, поговорили о
том и о сем и снова принялись листать альбом. Рисунки снова возбудили в
них любовное желание, и они снова предались удовольствиям. С этого вре-
мени они прониклись друг к другу чувством еще большей любви и привязан-
ности. Случалось, что Юйсян листала альбом и одна, без мужа, а потому
сейчас ее никак нельзя было назвать праведницей, ей больше пристало
прозвание "фэнлю" - "ветротекучей". По ночам в минуты любовных утех она
больше уже не вспоминала о "золотой середине" - "чжунъюн", но предпочи-
тала пути неизведанные и даже диковинные. К примеру, полюбила она "Пути
обратного увлажнения свечи" или "Добывание огня за горой". В минуты лю-
бовных игр она впадала в состояние какого-то неистовства и даже безумия.
Она оглашала воздух стонами страсти, которые, казалось, порождали в ней
новые силы. Чтобы пробудить в жене еще больший интерес к любви, муж ку-
пил в лавке много новых книг (не меньше двух десятков), в которых расс-
казывались истории о "ветре и луне". Среди них: "Вольная история о рас-
шитом ложе", "Жизнеописание господина Желанного", "Повествование о глу-
пой старухе" /16/, Все эти книжки он разложил на столе так, чтобы Юйсян
в любой момент могла их почитать, а старые, связав в один тюк, убрал по-
дальше. Надо вам знать, что Юйсян так пристрастилась к "спальным удо-
вольствиям", что теперь супругам не хватило бы даже самого большого
альбома - с тремястами шестьюдесятью рисунками "царских дворцов". Вот уж
поистине: "Звуки циня и сэ /17/ не способны выразить полного согласия;
ни гром барабана, ни звонкий колокол не смогут передать их радости".
Словом, прекрасная пара, казалось, достигла вершин блаженства.
Однако же, несмотря на согласие, царившее между супругами, в их жизни
не все было в порядке. Между Вэйяном и тестем пошли нелады. Вы спросите:
почему это произошло? А потому, что книжник Тефэй, как известно, был
приверженцем старых правил, к тому же человеком страшно упрямым. К при-
меру, он совершенно не терпел пышность и предпочитал ей суровую просто-
ту. Он запрещал всякие разговоры о "ветротекучих", но с огромным удо-
вольствием разглагольствовал о Пути. Когда Вэйян переступил порог его
дома и стал его зятем, книжник тут же заметил, что юноша одет излишне
нарядно, а его поведение слишком свободно. Старик огорчился и со вздохом
промолвил:
- В нем нет сердцевины, все ушло в пустоцвет! Ничего путного из него
не получится. Увы, моя дочь не найдет в нем крепкой опоры!
Однако что-либо изменить было уже невозможно, поскольку их семья при-
няла дары жениха, а дом украсился для свадебного торжества. И все же,
если совершилась ошибка, ее надо как-то исправлять. Сразу после свадьбы
он со всей строгостью примется за воспитание молодого зятя - обрубит и
обточит его со всех сторон и тем самым сделает из него порядочного чело-
века. Малейшая оплошность Вэйяна, небольшой проступок или опрометчивая
фраза вызывали порицание со стороны тестя, которое сопровождалось суро-
вым поучением. Стоило Вэйяну сесть не так, как надо, или лечь не как по-
ложено, тесть немедленно обрушивал на него поток обидных слов и настав-
лений. Человек молодой и довольно несдержанный, к тому же выросший без
отца и без матери, Вэйян через силу терпел все эти муки, исходившие от
нового родителя. Он не привык к подобным путам. Много раз он собирался
дать тестю достойный отпор, но всякий раз его останавливала мысль о же-
не, которая, конечно, сильно огорчится, и меж ними, как говорится, может
"нарушиться мелодия циня и сэ". Делать нечего! Придется и впредь терпеть
все издевательства тестя. И все же наступил момент, когда сдерживаться
ему стало невмоготу и он подумал: "Я пришел в этот дом из-за Юйсян, ко-
торую полюбил с первого взгляда, и остался у них. А сейчас этот протух-
ший книжник, используя свое положение родителя, решил придавить меня,

<< Пред. стр.

стр. 34
(общее количество: 42)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>