<< Пред. стр.

стр. 4
(общее количество: 42)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

инь не была, однако, ограничена спальней: во Вселенной, разделенной на
мужское и женское начала, идея сексуального доминирования распространя-
лась и на неживое. Военачальник Фу Цзянь хвастал, что способен остано-
вить течение потока (инь). Он выстроил на берегах отряд людей с кнутами
в руках и приказал им сечь реку, пока она не покорится. К вечеру люди
падали от усталости, а воды продолжали безмятежно течь. Есть еще рассказ
о Шихуане /15/ (271-200 гг. до н.э.), пожелавшем построить каменную дам-
бу в море, чтобы наблюдать с дальней ее оконечности восходы и закаты
солнца. Строительство дамбы было почти завершено, когда она неожиданно
разрушилась. Ее восстановили, но вновь случилось то же самое. Ши-хуан
приказал бить камни кнутом, "пока на них не появится кровь", после чего
"инь стала послушна" и дамба была завершена.
Красива девушка, которой нет шестнадцати,
Мягкие груди белы и гладки,
Но между ног у нее ужасная ловушка,
В которую попадается мужское стремление.
Ее коварство именуется страстью,
За которую мужчина умирает с радостью;
Кровь и жизнь покидают его
За эту девушку в пьянящие шестнадцать лет.
Ван Шичэн
Самым жестоким в сумеречной стороне любви был обычай и героический, и
трагический одновременно. Он был широко распространен до начала нашего
века; говоря о нем, самое лучшее - привести соответствующий отрывок о
сатизме /16/ из работы Джастеса Дулитла об общественной жизни китайцев,
вышедшей в 1867 г. Он писал:
А теперь опишу два уникальных обычая, касающихся, в частности, вдов,
не выходящих снова замуж.
Некоторые вдовы по смерти своих мужей решают не жить без них и прис-
тупают к лишению себя жизни. Китайский сатизм отличается от индийского
тем, что он никогда не осуществлялся через самосожжение. Способы его
осуществления различны. Некоторые принимают опиум, ложатся и умирают у
тела своего мужа. Другие морят себя голодом до смерти, топятся или при-
нимают яд. Еще один способ, к которому иногда здесь прибегают, это при-
людное самоубийство путем повешения поблизости от своего дома или в нем.
Об этом намерении сообщается предварительно для того, чтобы желающие
могли присутствовать и созерцать это деяние.
Истинные причины обращения вдов к сатизму различны. Некоторыми движет
преданная привязанность к покойному, другими - чрезвычайная бедность их
семей и трудность заработка на честный и уважаемый образ жизни, прочими
- факт или перспектива грубого отношения со стороны родственников мужа.
Иногда в бедных семьях братья усопшего мужа советуют или настаивают на
повторном замужестве молодой вдовы. В одном таком случае, происшедшем
здесь около года назад, побудительной причиной к прилюдному самоповеше-
нию молодой вдовы стало то, что деверь настаивал на ее повторном замуже-
стве. Когда она ответила отказом, он внушил ей, что единственный для нее
способ заработать на жизнь, принимая во внимание царившую в семье нужду,
- пойти в проститутки. Такое бессердечие довело ее до исступления, и она
решила покончить жизнь самоубийством. Она назначила для этого определен-
ное время. Утром назначенного дня она посетила некий храм, воздвигнутый
для хранения табличек /17/ и увековечения памяти "добродетельных и поч-
тительных" вдов, расположенный близ южных ворот этого города. Ее носили
взад и вперед по улицам в паланкине четыре человека, на ней было яркое
платье, в руке она держала букет свежих цветов. После того, как она
зажгла в храме ароматические палочки и свечи перед табличками, что соп-
ровождалось обычным коленопреклонением и поклонами, она возвратилась до-
мой и во второй половине дня лишила себя жизни в присутствии огромной
толпы зрителей.
Обычно в таких случаях в доме вдовы или на улице перед домом воздви-
гается помост. В назначенный час женщина восходит на помост и брызгает
водой на четыре его стороны. Затем она разбрасывает вокруг несколько ви-
дов зерна. Это своего рода залог приумножения и процветания ее семьи.
Вдову усаживают в стоящее на помосте кресло, затем обычно к ней подходят
ее братья и братья ее мужа, которые поклоняются ей. Часто это сопровож-
дается принесением ей в жертву чая или вина. Когда все готово, она взби-
рается на табурет и, взявшись за веревку, прочно укрепленную другим кон-
цом на возвышенной части помоста или на крыше дома, завязывает ее на
шее. Затем она отталкивает табурет и становится таким образом своим
собственным убийцей.
Некоторые правительственные чиновники поощряли самоубийства вдов не
только своим присутствием при этом, но и участием в поклонении. Говорят,
однажды женщина, после того как ей были оказаны почести, вместо того
чтобы взойти на табурет, укрепить на шее веревку и повеситься, как ожи-
далось, вдруг вспомнила, что забыла накормить своих свиней, и заторопи-
лась прочь, обещая вскоре вернуться, какового обещания не выполнила.
После этого обмана ни один чиновник не присутствовал на сати в этом го-
роде.
Публичное самоубийство вдовы всегда привлекает толпы зрителей. Об-
щественное мнение поддерживает этот обычай достаточно, чтобы он считался
почетным и ставился в заслугу, хотя не настолько, чтобы он стал очень
частым явлением. Братья и близкие родственники вдовы, покончившей с со-
бой после смерти мужа, считают это почетным для семьи и нередко испыты-
вают удовлетворение, имея возможность представляться ее братьями и
родственниками.
Иногда девушка, помолвленная с умершим до свадьбы человеком, решает
скорее покончить с собой, повесившись публично, нежели быть вновь сосва-
танной или жить незамужней. Если не удается уговорить ее изменить реше-
ние, ей разрешают назначить день самоубийства, она посещает вышеупомяну-
тый храм, если он не слишком далеко, взбирается на помост, сооруженный у
дома ее нареченного мужа, и уходит в вечность таким же, в основном, об-
разом, как и вдовы, решившие не жить дольше своих мужей. Гроб девушки в
подобных случаях зарывают рядом с гробом ее суженого и одновременно с
ним.
Блаженное состояние невежества относительно связи между "небесным
сражением" и венерическим заболеванием позволило многим поколениям ки-
тайцев вести свои любовные дела без оглядки на подобные соображения. Из-
любленный мужской студень для смазки имел природные антисептические
свойства, а полупрезерватив (инь-цзя), применявшийся для сохранения
"возбуждающего тепла", обеспечивал еще большую защищенность. Венеричес-
кие заболевания достигли тем не менее размеров эпидемии в XVI веке, и
врач эпохи Мин Юй Вянь сообщал: "Жители северных частей страны страдают
от заболевания половых органов и кожи, которое до настоящего времени бы-
ло распространено только в Кантоне /18/. Эти "кантонские болячки" ("гуан
чуан") имеют форму цветов сливы..."
"Порча в виде цветов сливы", "кантонские болячки" и даже "нос, пор-
ченный сливой", позднее были определены как сифилис. Сведения о его ши-
роком распространении на юге содержатся в записях Хью Джиллана, врача
британского посла в Китае лорда Маккартни в 1793-1794 гг. Он сообщал:
6 Кантоне, где он встречается чаще всего, где лучше всего понимают
его природу и способы лечения вследствие общения с европейцами, его на-
зывают "цао-битэн", что означает "половые органы мужчины больны", либо
"цаоцзи-ба-тэн" - "половые органы женщины больны". В северных провинциях
его называют "баомэй", или "тянь-пао-чуан", по различным симптомам этой
болезни, соответственно их внешним проявлениям, таким, как нарывы, сыпь,
и т.д. Но, кроме этих названий, его часто именуют "кантонской болячкой"
- названием, подразумевающим начало распространения болезни по стране из
этого города, где она впервые появилась, и куда она, быть может, была
первоначально занесена европейцами, торгующими в этом порту. Многие мис-
сионеры решительно придерживаются этой точки зрения, в поддержку чего
добавляют: единственный используемый китайцами ртутный препарат попал к
ним от одного из миссионеров.
Поскольку Китай был одной из зон распространения чумы, оспы и других
смертельных болезней, поскольку медицина, в чем-то преуспевая, была
прискорбно несовершенна в остальном, многие симптомы венерических забо-
леваний отождествлялись с более привычными болезнями или причислялись л
тем физическим немощам, которые не поражают страждущего прямо и болез-
ненно. Время от времени, начиная с XVI века, некоторые не определенные
точно эпидемии назывались "чумой бегущих болячек", или "болезнью капаю-
щей жидкости", но преобладающее отношение к венерическим заболеваниям
состояло в том, чтобы игнорировать их, где возможно, и наслаждаться
"удовольствиями бамбуковых зарослей", не заботясь о возможных болезнен-
ных последствиях.
Возвращаясь к запискам доктора Джиллана, отметим, что у китайцев тем
не менее была готовность признать заболевание и принять курс лечения,
если он был доступным и не слишком болезненным. Вот что он пишет о по-
ездке в Кантон в сопровождении группы высокопоставленных чиновников:
Чжоу и Ван подхватили болезнь у какой-то девицы из Ханьчжоуфу; приб-
лизительно две недели спустя она проявилась в форме и язв, и гонореи.
Военный чиновник Ван обратился ко мне первым и вскоре был излечен от
своих недомоганий. Он, казалось, был чрезвычайно удивлен, когда я впер-
вые предложил ему впрыскивание в мочеиспускательный канал. О таком он до
того и не слыхивал, однако с достаточной готовностью согласился, а затем
взял спринцовку и лекарство для впрыскивания и самостоятельно применял
их в соответствии с моими указаниями. Его друг Чжоу, видя хороший ре-
зультат от применяемых средств, очень хотел пройти такой же курс, но,
будучи гражданским чиновником, более стыдился того положения, в котором
оказался. Поэтому он по секрету попросил Вана возобновить запас ле-
карств, как будто бы для себя, а затем частным образом передать ему.
Когда Ван потребовал от меня еще лекарств, я сказал, что он полностью
излечен, и предположил, что он собирается вернуться к той девице из
Ханьчжоуфу. Он захохотал и признался, что лекарства предназначались для
Чжоу, чья застенчивость не позволяет ему прийти. Чжоу справился вскоре
со своей застенчивостью и был быстро и полностью излечен.
Небрежное отношение, преобладавшее среди китайцев в XVIII и XIX ве-
ках, отражено в следующем фрагменте из того же источника:
После того, как истечение из мочеиспускательного канала прекращается
и внешние язвы исчезают, люди обычно считают себя излечившимися. Они
редко продолжают применять ртуть достаточно долго, чтобы излечить орга-
ническую инфекцию, и вследствие такого пренебрежения венерические язвы,
пятна и струпья часто выходят на поверхность тела; спустя некоторое вре-
мя следуют экзостозы костей, и многие несчастные пациенты, ведя столь
прискорбный образ жизни еще несколько лет, умирают, чрезвычайно страдая.
В Китае общепринята точка зрения, что зараженный родитель передает
заражение своему потомству; исходя из этого предполагается, что некото-
рые семьи имеют наследственное венерическое заболевание. ...В Кантоне...
используют ртутную мазь для лечения Lues venerea /19/, способ применения
и изготовления которой они узнали от живущих здесь европейцев. Но в Пе-
кине и во всех северных провинциях применяются ртутные пилюли... Чжоу
(чиновник)... прекрасно знал об их сильном воздействии: они часто вызы-
вают сильную рвоту, понос и острые боли в кишечнике. Эти неудобства и
причиняемая пилюлями боль были главными причинами. мешавшими китайским
пациентам продолжать прием лекарств достаточно долго для исцеления.


ПРИМЕЧАНИЯ

1. "Книга правил"-"Ли цзи", одна из классических книг средневекового
Китая, входившая в состав "Пятикнижия". В ней говорится о церемониях,
обрядах и правилах поведения, определявших образ жизни каждого китайца.
2. "Цзинь. Пин, Май" - эротический роман XVI в., приписываемый Ван
Шичжэню. Дважды (в 1977 и 1986 гг.) издавался на русском языке в очень
урезанном виде.
3. Чай в виде смеси листьев с ароматическими веществами или изготов-
ленные из этой смеси лепешки применялись в Китае для удаления дурного
запаха изо рта и отбития неприятного вкуса.
4. Мин, династия, правила в Китае с 1368 по 1644 гг. Последняя
собственно китайская династия. С 1644 г. и до Синьхайской революции 1911
г. Китаем правила маньчжурская династия Цин.
5. 12 дюймов - чуть больше 30 см.
6. Сапфо, или Сафо, - греческая поэтесса второй половины VII в. до
н.э. Большую часть жизни провела на о. Лесбос. Основательница музы-
кально-поэтической школы. С ее именем связывают становление сапфической,
или лесбийской, любви - противоестественного сексуального общения жен-
щин.
7. Зеленый Дракон и Белый Тигр - зооморфные символы востока и запада:
через направления на страны света отождествлялись с божественными супру-
гами Сиван-му и Дун-ван-гуном.
8. Сун, Юань, Мин - китайские династии. Сун правила с 960 по 1279
гг., на смену ей пришла монгольская династия Юань, становление которой
связано с завоеванием Китая монголами: возникнув в 1280 г., династия па-
ла в 1367 г.: о династии Мин см. примеч. 4.
9. Буддизм проник в Китай из Индии, поэтому долго монахи-буддисты
рассматривались как явление, чуждое китайской культуре, противоречащее
ценностям конфуцианства.
10. Священный зуб Будды - одна из основных святынь китайского буддиз-
ма.
11. "Мандаринское кресло" - имеется в виду "кресло в форме шапки чи-
новника" (гуань-мас-ши и) с жесткой спинкой, подлокотниками, на 4 или 6
(в зависимости от прямоугольной или шестиугольной формы сиденья) ножках.
12. Двенадцатый день первой луны - день праздника фонарей, которым
завершается празднование китайцами нового года. В ночь на тринадцатое
число проводились массовые гулянья с элементами карнавала и маскарада;
женщины, в частности, надевали свои лучшие одежды и украшения.
13. Шелковый веер" - лобок.
14. Желтый император - Хуан-ди, мифический император, стоявший у ис-
токов китайской государственности.
15. Ши-хуан, или Цинь Ши-хуан, - основатель империи Цинь (221207 гг.
до н.э.), объединившей Китай после длительных усобиц 1 тысячелетия до
н.э.
16. Сатизм - название происходит от индийского обычая "сати"самосож-
жения вдов.
17. Речь идет о поминальных табличках с именами усопших, устанавли-
вавшихся в алтарях и храмах: таблички считались пристанищем душ усопших.
18. Кантон - с XVII в. единственный разрешенный для торговли с евро-
пейцами порт: монополия Кантона (Гуанчжоу) на торговлю с Западом была
нарушена лишь в XIX в.
19. Lues venerea - сифилис. Перевод и примечания С. И. Блюмхена по
изданию: Ch. Hurnana and Wang Wu. The Yin-Yang. The Chinese Way of Love.
- L; N. Y., 1971.


Е.В.ЗАВАДСКАЯ-БАЙЧЖИ
СЕКСУАЛЬНОСТЬ КАК ОСОБЫЙ КОЛОРИТ КИТАЙСКОЙ ТРАДИЦИОННОЙ ЖИВОПИСИ

Пить вино, любить женщину, писать иероглифы, создавать картину, сочи-
нять стихи - все это по природе своей одинаковые деяния.
Сексуальность как культурологическая или эстетическая проблема воз-
никла в научной литературе сравнительно недавно, в начале 1960 годов,
особую остроту она приобрела в 1970-1980 гг. Так, в энциклопедическом
справочнике "Новая историческая наука", изданном в 1978 г. группой фран-
цузских ученых, сексуальность рассматривается в кругу таких новых для
историографии тем, как "смерть", "детство", "женщина", "аккультурация" и
др.
Анализ "сексуального кода" китайской традиционной живописи представ-
ляет, на мой взгляд, особый интерес уже по той причине, что все исследо-
ватели этого искусства всегда отмечали подчеркнутую стыдливость китайс-
ких художников. Действительно, основные жанры китайской классической жи-
вописи - пейзаж, цветы и птицы (травы и насекомые), бытовая живопись и
портрет, если их сопоставить с классическим европейским искусством,
предстают как лишенные эротических сюжетов и чувственных образов. Конфу-
цианскими правилами живописи предписывалось быть чисто интеллектуальным
явлением (вэнь), очищенным от неблагопристойностей. Сексуальные сюжеты
имели право на существование лишь в графике, которая почиталась ис-
кусством вульгарным (су).
В реальности далеко не все художники придерживались этих предписаний.
Но даже и тогда, когда рамки конфуцианской морали бывали соблюдены, при-
сущие китайской живописи суггестивность, особое искусство намека и недо-
сказанности позволяли выражать чувственность, вызывать сексуальные аллю-
зии весьма изощренно и многообразно.
Живописные свитки с изображениями цветка и бабочки, пейзажа, архитек-
турного ансамбля, различных предметов, например вазы, стрелы, скипетра
"жу-и" и т.п., как показывают исследования последних лет, содержат бога-
тый образный мир, пронизанный сексуальностью (илл. 21. 10.1).
То обстоятельство, что живописный свиток представлял собой единство
символов, способствовало тому, что в сфере восприятия искусства развива-
лась система ассоциаций, ибо прочтение этих символов требовало ассоциа-
тивного мышления, которое создавало общность, целостность восприятия
разрозненных символов, о чем мне доводилось писать ранее (см. /2/).
Китайской культурой в далекой древности были выработаны архетипы,
знаки вечности, которые в последующие столетия представали как основа,
канва, по которой расшивался узор художественного стиля той или иной
эпохи. В психологии К. Г. Юнга архетипы обозначены как знаки "коллектив-
но-бессознательного" - это небо, луна, тень, вода, дерево и др. Именно
эти образы - символы теснейшим образом связаны с сексуальным кодом ки-
тайской живописи. В фундаментальной работе "Человек и его символы", сос-
тавителем и редактором которой был К. Г. Юнг, к названным архетипам при-
мыкают еще треугольник, дракон, змея, сердце, печень, огонь и др., свя-
занные с сексуальностью /7/. Пожалуй, важно напомнить читателю, что ки-
тайский живописный свиток представляет собой особым образом организован-
ный художественный текст - по-китайски говорят: "читать картину". И ос-
новные структурные особенности художественного текста, прежде всего мно-
гослойность и полисемантизм, присущи живописному произведению китайского
художника /3/. Одним из многих смысловых пластов китайской живописи, об-
ладающей повышенной семантичностью, которая объясняется также ее близким
родством с иероглификой, предстает слой, связанный с сексом.
В китайской литературе о живописи этот параметр специально не расс-
матривался. Суждения китайских исследователей о сексуальном смысле тех
или иных живописных образов можно найти лишь в описаниях жизни художни-
ков, или в их характеристике аналогичных мотивов в художественной лите-
ратуре, или в книжной иллюстрации.
В "Словаре китайской мифологии" /5/ не раскрываются сексуальные аллю-
зии мифологических образов; нет их и в известной работе
А. С. Вильямса "Основные образысимволы китайского искусства" /9/.
Английский ученый, по его собственному признанию, создавал свой труд на
основе подробных консультаций китайских ученых традиционной выучки кон-
фуцианского толка - книга писалась во время многолетней работы Вильямса
в Шанхае.
Книга Вильямса дает ключ к чтению на уровне краткого энциклопедичес-
кого словаря типа "Цы хай" орнаментики, пониманию символики и иконогра-
фии основных образов китайского классического искусства. Муравей и ко-
мар, меч и ваза, азалия и роза и т.п. выстроены в один ряд образов -
символов. Вильямса интересует не миропонимание в широком смысле слова,
его цель строже - он стремится выявить в океане различных идей те идеи и
образы, на основе которых был выработан изобразительный код всей тради-
ционной культуры Китая.
Разрушение границ между высокой культурой (взнь) и. условно говоря,
вульгарной (су) культурой со всей определенностью было проделано в мно-
гочисленных трудах крупного немецкого синслога В. Эберхарда /6/.
Значительным пласт в словаре Эберхарда составляет растительный код
культуры старого Китая, он описан во многих (более ста) специальных сло-
варных статьях. Общая методологическая характеристика этого типа мифоло-
гического кода дана в работе В. Н. Топорова. в которой, кстати говоря,
рассматривается в известной мере и сексуальный параметр этих образов, в
частности символика грибов /4/. О символическом смысле божественного
гриба лин-чжи я писала в специальной статье, в которой характеризуется и
сексуальный смысл этого образа-символа /11.
Стразы-символы растений в китайском искусстве по своему значению яв-
ляются, пожалуй, центральными. Так, согласно Эберхарду, практически все
деревья, цветы травы в той или иной степени могут вызывать в человеке
эротические ассоциации и являться сексуальным возбудителем. Азалияэто
воплощение женской соблазнительности, ее называют "цветок кукушки", что
наводит на мысль о непостоянных связях: баклажан же, напротив, имеет
форму, напоминающую фаллос, и тем самым "работает" как сексуальный про-
вокатор: даже буддийское священное дерево бодхи включено в сексуальный
кол - понятие вода-сок бодхи (пути шуй) т.е. воды просветления, - это
метафора спермы; сердце-цветок (хуа-синь) - одно из названий женских по-
ловых органов: девственность обозначается как желтый цветок (хуан-хуа):
лотос и пион особенно красный! (хун-лянь) - это женские гениталии: нар-
цисс, как и орхидея, обозначает супружеские отношения: цветы сливы мэй-
хуа - это обычное название для девиц легкого поведения. Выражение "Цветы
сливы цветут во второй раз" имеет эротический смысл: "второе соитие в
одну и ту же ночь" (илл. 17, 19. 131).
Изображения насекомых и птиц вызывают, согласно В. Эберхарду, сексу-
альные ассоциации. Так, бабочка и пчела, берущие нектар из цветка, сим-
волизируют соитие, которое описывается, как "любовное безумие бабочки и
дикой пчелы". Слово "няо" - "птица" - обозначает и фаллос и вообще явля-
ется бранным словом. Ласточкины гнезда - это известный возбудитель мужс-
кой сексуальности, поэтому и изображения ласточек содержат эротические
аллюзии, "курицей" кличут проституток; две сороки, символизирующие, как
известно, радостную встречу сказочного Пастуха и Ткачихи, могут иметь и
сексуальный оттенок: "уточки-мандаринки" ("юань-ян"), являющиеся олицет-
ворением супружеской верности, имеют и иной смысл: так называется одна
из 30 поз при соитии. "Иволгой-куропаткой" иногда называют проституток;
"перепелочки" - устойчивое обозначение девиц легкого поведения; "воро-
бей", "воробушек" - название фаллоса; "зимородок" ("фэйцуй") - так назы-
вается одна из 30 поз при соитии. Две рыбки, играющие в воде, являются
символом сексуальной удовлетворенности; "краб" ("сушеный краб") считает-
ся прекрасным возбудителем мужской сексуальности: "угорь" обозначает
фаллос, "желтый угорь" - это гомосексуалист. Заяц, особенно держащий
пест и толкущий в ступе, символизирует мужскую сексуальную активность.
Выражение "ловить зайца" обозначает "отправиться в публичный дом"; "зай-
чонок" - это нецензурное слово, "женский заяц" ("иньт-у") - название
влагалища. Лошадь в Китае является воплощением женского начала, вместе с
тем словосочетание "глаз коня" обозначает отверстие на головке фаллоса,
выражение "конь бьет копытом" характеризует одну из 30 поз при соитии.
Священные мифологические животные - цилинь, дракон, тигр и черепаха (со
змеей), символизирующие страны света, светила, первоэлементы, цвета,
звуки, обладают также и сексуальным смыслом. Так, цилинь, известный тем,
что приносит счастье при деторождении, является образом-символом одной
из 30 поз при соитии. Черепаха, точнее иероглиф черепахи, представляет
как графический символ фаллоса, а змея - женское начало, - слившаяся с
черепахой, олицетворяющей мир воды и темного женского начала и одновре-
менно мужской силы, - это один из центральных сексуальных образов ки-
тайского искусства. Дракон вида цин лун, сине-зеленый дракон, считается
воплощением мужской сексуальности; лев или львы, играющие в мяч, - образ
сексуальных "игр". Выражение "Два феникса танцуют в согласии" является
названием одной из 30 поз при соитии. Изображение пары овец - двойное ян
служит образом мужской сексуальности.
Многообразный мир вещей, воплощенный в китайской живописи, раскрыт В.
Эберхардом как исполненный тонких игривых намеков, связанных с сексу-
альной сферой жизни человека. Так, кольцо (юаньби) означает девствен-
ность; мяч, часто вышитый, прочитывается как подобие магическому, живот-
ворному яйцу - отсюда игра львов с мячом, драконов с жемчужиной (имеющей
аналогичный мячу символический смысл) предстают как сексуальные образы.
Выражение "хороший стрелок" осознается как эротическая метафора. Кисть
для письма нередко символизирует фаллос: оплывание свечей может осозна-
ваться как страстность соития: сеть для ловли рыбы обозначает женские
половые органы. Музыкальные инструменты, такие, как флейта, лютня-пипа,
цитра-цинь, обладают определенным сексуальным смыслом. Выражение "слу-
шать звук лютни" означает посещение публичного дома, цинь выступает как
метафора половых губ.
В пейзажных композициях с изображением гор и рек, деревьев, луны в
небе, различных мостиков и павильонов, одиноких задумчивых рыбаков в
лодке или странников В. Эберхард раскрывает определенный сексуальный
смысл. Горами, вернее яшмовыми горами, нередко называют женскую грудь,
горная долина - это впадина между ними, соски же подобны виноградинам и
плодам лотоса. Мост в эротической литературе обозначает область между
анальным отверстием и влагалищем. Картина с изображением одинокого муж-
чины, прогуливающегося по мостику над водным потоком, имеет эротические
аллюзии, может означать и гомосексуализм. Изображение заднего сада в ар-
хитектурном ансамбле определенно связывается с гомосексуализмом, как и
выражение "любоваться полной луной", "трехэтажной башней" метафорически
обозначает влагалище, треугольник - известный древний символ вульвы.
Особой чувственностью и сексуальной напряженностью пронизаны различ-
ные природные стихии, взаимодействие объектов природы, функции предметов
и т.п. Верховая езда, "скакать на коне" - это метафора соития: созерцать
иву - значит посещать публичный дом; "шаг тигра" - название одной из 30
поз при соитии; любить ветер и луну означает сексуальную активность; об-
лака и дождь символизируют сексуальное единство: облако - это взаимо-
действие партнеров, дождь - климакс, лететь, лететь вместе - означает
взаимную любовь. "Дух вздымается до небес" - описание оргазма, выражение
"есть жареную свинину" означает соитие. "Южным ветром" ("нань фэн") на-
зывают гомосексуализм, так как это словосочетание звучит так же, как
"нань фэн", означающее "мужской обряд", т.е. содомию.
Разумеется, выявленные В. Эберхардом сексуальные ассоциации, пронизы-
вающие большинство образов-символов китайской живописи, не всегда восп-
ринимаются зрителем. Возвышенные пейзажи Фань Куаня или виртуозные мо-
нохромные листы с изображением бамбука мастера У Чжэня, чистые, простые
композиции Ни Цзаня не вызывают эмоций и мыслей из сексуального кода. Но
подавляющая часть живописи цветов и птиц, жанровой и портретной живописи

<< Пред. стр.

стр. 4
(общее количество: 42)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>