<< Пред. стр.

стр. 2
(общее количество: 11)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Понятие внутренней компетенции государства на практике часто вызывает споры. Оно меняется с развитием международных отношений, с ростом взаимозависимости государств. В частности, современная концепция невмешательства не означает, что государства могут произвольно относить к своей внутренней компетенции любые вопросы. Международные обязательства государств, в том числе и их обязательства по Уставу ООН, являются критерием, который позволяет правильно подходить к решению этого сложного вопроса. В частности, не подлежит сомнению, что понятие "дела, по существу входящие во внутреннюю компетенцию любого государства" не является чисто территориальным
понятием. Это означает, что какие-то события, хотя они и происходят в пределах территории конкретного государства, могут рассматриваться как не относящиеся исключительно к его внутренней компетенции. Например, если Совет Безопасности ООН констатирует, что события, происходящие в пределах территории какого-либо государства, угрожают международному миру и безопасности, то такие события перестают быть внутренним делом данного государства, и действия Объединенных Наций в отношении этих событий не будут вмешательством во внутренние дела государства.
Суверенитет не означает полной независимости государств или тем более их изолированности, поскольку они живут и сосуществуют во взаимосвязанном мире. С другой стороны, увеличение числа вопросов, которые государства на добровольной основе подчиняют международному регулированию, не означает их автоматического изъятия из сферы внутренней компетенции.



3. Принцип неприменения силы и угрозы силой

Демократизация международных отношений с неизбежностью приводит к ограничению применения силы и угрозы силой. Впервые эта объективная закономерность была закреплена в качестве принципа международного права в Уставе ООН, выработанном в период освободительной борьбы против фашизма и отразившем демократические устремления и надежды народов на справедливое послевоенное устройство международных отношений.
Согласно п. 4 ст. 2 Устава, "все Члены Организации Объединенных Наций воздерживаются в их международных отношениях от угрозы силой или ее применения как против территориальной неприкосновенности или политической независимости любого государства, так и каким-либо другим образом, несовместимым с целями Объединенных Наций".
Впоследствии приведенная формула Устава была конкретизирована в документах, принятых в форме резолюций ООН. В их числе упомянутая Декларация о принципах международного права 1970 года, Определение агрессии 1974 года, Заключительный акт СБСЕ 1975 года и ряд других документов хельсинкского процесса, а также Декларация об усилении эффективности принципа отказа от угрозы силой или ее применения в международных отношениях 1987 года. В последнем документе нормативное содержание принципа выражено наиболее полно.
Обязанность неприменения силы распространяется на все государства, поскольку необходимость поддержания международного мира и безопасности требует, чтобы все государства, а не только члены ООН, придерживались в отношениях друг с другом указанного принципа. Однако ни в ст. 2, ни в других статьях Устава ООН не указывается, какие конкретные действия государств и при каких условиях должны рассматриваться как запрещенные. В частности, государства прибегают к использованию силы, тенденциозно толкуя нормативное содержание самого понятия "сила", содержащегося в Уставе.
Согласно Уставу ООН, запрещается не только применение вооруженной силы, но и невооруженное насилие, которое носит характер противоправного применения силы. Термин "сила", содержащийся в п. 4 ст. 2 Устава, как и сам принцип, не может рассматриваться изолированно, а должен толковаться во всей совокупности прав и обязанностей государств, определенных Уставом. Следует признать, что применение вооруженной силы представляет собой наибольшую опасность для дела мира, и в п. 4 ст. 2 Устава речь идет прежде всего о запрещении применения вооруженной силы.
В Заключительном акте СБСЕ (раздел, касающийся претворения в жизнь согласованных принципов) прямо указывается, что государства-участники будут "воздерживаться от всех проявлений силы с целью принуждения другого государства-участника", "воздерживаться от любого акта экономического принуждения". Все это бесспорно свидетельствует о том, что современное международное право запрещает противоправное применение силы в любом ее проявлении.
В ст. 42-47 и 51 Устава ООН говорится также о случаях законного применения вооруженной силы, а в ст. 41 и 50 - о законном применении невооруженной силы. В них перечисляются, например, такие меры, как "полный или частичный перерыв экономических отношений, железнодорожных, морских, воздушных, почтовых,
телеграфных, радио- или других средств сообщения, а также разрыв дипломатических отношений". Устав ООН предусматривает лишь два случая правомерного применения вооруженной силы: в целях самообороны (ст. 51) и по решению Совета Безопасности ООН в случае угрозы миру, нарушения мира или акта агрессии (ст. 39 и 42).
Применение вооруженной силы в порядке самообороны правомерно только в том случае, если произойдет вооруженное нападение на государство. Статья 51 Устава ООН прямо исключает применение вооруженной силы одним государством против другого в случае принятия последним мер экономического или политического порядка. В подобных ситуациях или даже если налицо угроза нападения страна может прибегнуть к ответным мерам лишь при соблюдении принципа соразмерности.
Что касается Совета Безопасности, то он в случае, если рекомендованные для разрешения конфликтов меры невооруженного характера посчитает недостаточными, "уполномочивается принять такие действия воздушными, морскими или сухопутными силами, какие окажутся необходимыми для поддержания или восстановления международного мира и безопасности. Такие действия могут включать демонстрации, блокаду и другие операции воздушных, морских или сухопутных сил Членов Организации" (ст. 42).
Устав ООН не содержит полного перечня конкретных принудительных мер. Совет Безопасности может принять решение о применении иных мер, специально не перечисленных в Уставе.
Принцип неприменения силы предусматривает прежде всего запрещение агрессивных войн. Согласно Определению агрессии 1974 года, применение государством вооруженной силы первым может быть квалифицировано как агрессивная война, которая является международным преступлением и порождает международно-правовую ответственность государства и международную уголовную ответственность виновных индивидов. Еще в Уставах Нюрнбергского • и Токийского международных военных трибуналов была дана юридическая квалификация действий агрессоров как международных преступлений. В послевоенные годы в содержание принципа была включена и обязанность государств воздерживаться от пропаганды агрессивной войны.
Кроме понятия агрессии международное право знает понятие "вооруженное нападение". При всем сходстве действий государств в обоих случаях юридические последствия при их совершении могут быть различными. Например, Совет Безопасности может квалифицировать в качестве агрессии действия, не связанные с непосредственным вооруженным нападением.
Начиная с 70-х годов в нормативном содержании принципа неприменения силы особо подчеркивается обязанность государств воздерживаться от угрозы силой или ее применения с целью нарушения границ другого государства или как средство разрешения территориальных споров и вопросов, касающихся государственных границ.
В нормативное содержание принципа неприменения силы включаются: запрещение оккупации территории другого государства в нарушение норм международного права, запрещение актов репрессалий, связанных с применением силы, предоставление государством своей территории другому государству, которое использует ее для совершения агрессии против третьего государства, организация, подстрекательство, оказание помощи или участие в актах гражданской войны или террористических актах в другом государстве, организация или поощрение организации вооруженных банд, иррегулярных сил, в частности наемников, для вторжения на территорию другого государства.
Нарушением принципа неприменения силы следует также считать насильственные действия в отношении международных демаркационных линий и линий перемирия, блокаду портов или берегов государства, любые насильственные действия, препятствующие народам осуществить законное право на самоопределение, а также ряд других насильственных действий.


4. Принцип нерушимости государственных границ

Принцип нерушимости государственных границ составляет одну из важнейших основ безопасности европейских государств.
Идея нерушимости границ впервые получила свое правовое оформление в договоре СССР с ФРГ от 12 августа 1970 г., а затем в договорах ПНР, ГДР и ЧССР
с ФРГ. С этого времени нерушимость границ стала нормой международного права, юридически обязательной для государств - участников упомянутых договоров. В этих договорах выражены два существенных элемента: признание существующих границ и отказ от каких-либо территориальных притязаний.
Принцип нерушимости границ был сформулирован в Заключительном акте Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе 1975 года: "Государства-участники рассматривают как нерушимые все границы друг друга, как и границы всех государств в Европе, и поэтому они будут воздерживаться сейчас и в будущем от любых посягательств на эти границы".
Посягательство на государственные границы - это односторонние действия или требования, направленные на изменение положения линии границы, ее юридического оформления или фактического положения линии границы на местности. Поэтому признание этого принципа означает также и отказ от каких-либо территориальных притязаний, то есть, как говорится далее в тексте принципа, государства "будут соответственно воздерживаться от любых требований или действий, направленных на захват или узурпацию части или всей территории любого государства-участника".
Государства - участники СБСЕ тем самым выразили свое признание или подтверждение существующих границ европейских государств. Это признание является международно-правовым, что влечет определенные юридические последствия, в частности это признание нельзя аннулировать. Международно-правовое признание фактически сложившейся границы приравнивается к соглашению государств относительно существующей границы.
Таким образом, основное содержание принципа нерушимости границ можно свести к трем элементам: 1) признание существующих границ в качестве юридически установленных в соответствии с международным правом; 2) отказ от каких-либо территориальных притязаний на данный момент или в будущем; 3) отказ от любых иных посягательств на эти границы, включая угрозу силой или ее применение.
Принцип нерушимости границ имеет много общего с традиционным принципом международного права - неприкосновенности государственных границ. Содержание последнего включает обязанность государств соблюдать существующую линию границы на местности: не допускать произвольного перемещения линии границы на местности и ее пересечения без соответствующего разрешения или вне установленных правил. Оно включает также право каждого суверенного государства контролировать пересечение его границы людьми и транспортными средствами.
Принцип нерушимости границ и принцип неприкосновенности границ различаются по географической сфере своего действия. Принцип нерушимости границ, согласно Заключительному акту 1975 года, действует только в отношениях государств - участников этого акта, то есть европейских государств, а также США и Канады. Принцип неприкосновенности границ имеет более широкую сферу действия, поскольку является принципом общего международного права и действует на всех континентах, независимо от того, существуют или нет специальные соглашения по этому вопросу.



5. Принцип территориальной целостности государств

Этот принцип утвердился с принятием Устава ООН в 1945 году. Процесс его развития продолжается. Само наименование принципа окончательно не установилось: можно встретить упоминание как территориальной целостности, так и территориальной неприкосновенности. Значение этого принципа весьма велико с точки зрения стабильности в межгосударственных отношениях. Его назначение - защита территории государства от любых посягательств.
Устав ООН запретил угрозу силой или ее применение против территориальной целостности (неприкосновенности) и политической независимости любого государства. В Декларации о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН, 1970 года при раскрытии содержания формулировки п. 4 ст. 2 Устава ООН были отражены многие элементы принципа территориальной целостности (неприкосновенности), хотя сам этот принцип отдельно не упоминался. В частности, устанавливалось, что каждое государство "должно воздерживаться от любых действий, направленных на нарушение национального единства и территориальной целостности любого другого государства или страны". Отмечалось также, что "территория государства не должна быть объектом военной оккупации, явившейся результатом применения силы в нарушение положений Устава", и что "территория государства не должна быть объектом приобретения другим государством в результате угрозы силой или ее применения". В связи с этим, отмечалось далее, не должны признаваться законными какие-либо территориальные приобретения, явившиеся результатом угрозы силой или ее применения. Однако, как известно, закон не имеет обратной силы. Поэтому в декларации оговаривалось, что вышеприведенные положения не должны толковаться как нарушающие положения Устава ООН или любые международные соглашения, заключенные до принятия Устава и имеющие юридическую силу в соответствии с международным правом.
Следующим этапом в развитии данного принципа явился Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе 1975 года, который содержит отдельную и наиболее полную формулировку принципа территориальной целостности государств: "Государства-участники будут уважать территориальную целостность каждого из государств-участников. В соответствии с этим они будут воздерживаться от любых действий, несовместимых с целями и принципами Устава Организации Объединенных Наций, против территориальной целостности, политической независимости или единства любого государства-участника и, в частности, от любых таких действий, представляющих собой применение силы или угрозу силой. Государства-участники будут равным образом воздерживаться от того, чтобы превратить территорию друг друга в объект военной оккупации или других прямых или косвенных мер применения силы в нарушение международного права или в объект приобретения с помощью таких мер или угрозы их осуществления. Никакая оккупация или приобретение такого рода не будет признаваться законной".
Содержание данного принципа в Заключительном акте СБСЕ выходит за рамки положений о запрещении использования силы или угрозы силой либо превращения территории в объект военной оккупации, либо приобретения с использованием силы или ее угрозы. Напомним, что, согласно Заключительному акту, государства, обязываясь уважать территориальную целостность друг друга, должны "воздерживаться от любых действий, несовместимых с целями и принципами Устава ООН". Таким образом, речь идет о любых действиях против территориальной целостности или неприкосновенности. Например, транзит любых транспортных средств через иностранную территорию без разрешения территориального суверена является нарушением не только неприкосновенности границ, но и неприкосновенности государственной территории, поскольку именно она используется для транзита. Все природные ресурсы являются составными компонентами территории государства, и если неприкосновенна территория в целом, то неприкосновенны и ее компоненты, то есть природные ресурсы в их естественном виде. Поэтому их разработка иностранными лицами или государствами без разрешения территориального суверена также является нарушением территориальной неприкосновенности.
В мирном общении сопредельных государств нередко возникает проблема защиты государственной территории от опасности нанесения ей ущерба путем какого-либо воздействия из-за границы, то есть опасности ухудшения естественного состояния этой территории или отдельных ее компонентов. Использование государством своей территории не должно наносить ущерб естественным условиям территории другого государства.



6. Принцип мирного разрешения международных споров

Согласно п. 3 ст. 2 Устава ООН, "все Члены Организации Объединенных Наций разрешают свои международные споры мирными средствами таким образом, чтобы не подвергать угрозе международный мир и безопасность и справедливость". Эволюция принципа мирного разрешения международных споров отмечена серией международных договоров и соглашений, которые, по мере того как они ограничивали право обращаться к войне, постепенно развивали средства мирного разрешения международных споров и устанавливали юридическую обязанность государств использовать такие средства.
Общее международное право прежде лишь побуждало государства обращаться к мирным средствам разрешения международных споров, но не обязывало их следовать этой процедуре. Статья 2 Гаагской конвенции о мирном решении международных столкновений 1907 года не запрещала обращение к войне ("прежде чем прибегнуть к оружию"), не обязывала обращаться к мирным средствам ("обращаться, насколько позволяют обстоятельства") и рекомендовала весьма узкий круг мирных средств (Добрые услуги и посредничество).
В соответствии со ст. 33 Устава ООН стороны, участвующие в споре, "должны прежде всего стараться разрешить спор путем переговоров, обследования, посредничества, примирения, арбитража, судебного разбирательства, обращения к региональным органам или соглашениям или иными мирными средствами по своему выбору".
В соответствии с современными концепциями международного права государства обязаны разрешать свои споры только мирными средствами. На международных конференциях представители некоторых стран иногда прибегают к произвольному толкованию Устава ООН с целью не допустить включения слова "только" в формулировку принципа. При этом они утверждают, что Устав не столько закрепляет то положение, что споры должны разрешаться мирными средствами, сколько требует, чтобы при разрешении международных споров не создавалась угроза миру и безопасности государств.
Однако положения Устава говорят об обратном. Общее положение п. 3 ст. 2 распространяется на все споры, включая те, продолжение которых может и не угрожать международному миру. Согласно п. 1 ст. 1 Устава, международные споры должны разрешаться в соответствии с принципами "справедливости и международного права". По мнению большинства государств, ссылки в Уставе на справедливость лишь подчеркивают, что мирные средства обязательны для разрешения любых международных споров.
Устав ООН предоставляет сторонам, участвующим в споре, свободу выбора таких мирных средств, которые они считают наиболее подходящими для разрешения данного спора. Практика обсуждения этого вопроса на международных конференциях показывает, что многие государства в системе мирных средств отдают предпочтение дипломатическим переговорам, с помощью которых разрешается большинство споров.
Непосредственные переговоры наилучшим образом отвечают задаче быстрого разрешения международного спора, гарантируют равенство сторон, могут быть использованы для разрешения как политических, так и юридических споров, наилучшим образом способствуют достижению компромисса, дают возможность приступить к улаживанию конфликта сразу же по его возникновении, позволяют не допускать разрастания спора до таких масштабов, когда он может угрожать международному миру и безопасности.
Вместе с тем развитие международных отношений, особенно в последние годы, отмечено стремлением государств выйти за пределы переговоров и создать иные приемлемые средства разрешения споров, которые основывались бы на обращении к третьим сторонам или международным органам. Часто при этом поднимаются вопросы, связанные с ролью Международного Суда ООН.
Попытки некоторых западных государств зафиксировать обязательную юрисдикцию Международного Суда, как правило, встречают резкий отпор со стороны многих государств. Эти государства считают юрисдикцию Суда факультативной, и такая позиция точно соответствует ст. 36 Статута Суда, согласно которой государства могут (но не обязаны) сделать заявление об обязательности для себя юрисдикции Международного Суда. Подавляющее большинство государств до сих пор не признало юрисдикцию Суда обязательной.
Анализ принципа мирного разрешения международных споров, зафиксированного в Декларации о принципах международного права 1970 года и Заключительном акте СБСЕ, показывает, что, несмотря на сопротивление, удалось отстоять ряд важных положений, которые, несомненно, являются дальнейшим развитием соответствующих положений Устава ООН.
В их числе обязанность государств "прилагать усилия к тому, чтобы в короткий срок прийти к справедливому решению, основанному на международном праве", обязанность "продолжать искать взаимно согласованные пути мирного урегулирования спора" в тех случаях, когда спор не удается разрешить, "воздерживаться от любых действий, которые могут ухудшить положение в такой степени, что будет поставлено под угрозу поддержание международного мира и безопасности, и тем самым сделать мирное урегулирование спора более трудным".
Нормативное содержание принципа мирного разрешения международных споров в последние годы стало предметом тщательного анализа на совещаниях экспертов СБСЕ по мирному урегулированию споров. Так, Совещание в Валлетте (Мальта, 1991 г.) рекомендовало параметры общеевропейской системы мирного урегулирования международных споров. Итоговым документом Совещания предусмотрено создание в Европе специального органа - "Механизма СБСЕ по урегулированию споров", который может быть использован по требованию любой из спорящих сторон и действует в качестве примирительного органа. Кроме того, документ рекомендует широкий комплекс обязательных и факультативных процедур, из которых спорящие стороны свободно выбирают те, которые они считают наиболее подходящими для разрешения конкретного спора.
Обязательные процедуры, рекомендованные Совещанием, не применяются, если одна из спорящих сторон считает, что спор затрагивает вопросы "территориальной целостности или национальной обороны, права на суверенитет над территорией суши или одновременных притязаний на юрисдикцию над другими районами..."
В целом можно считать, что последние годы отмечены, с одной стороны, возрастанием удельного веса мирных средств разрешения международных споров, а с другой - постоянным стремлением государств приводить нормативное содержание принципа в соответствие с потребностями общественной практики.



7. Принцип невмешательства во внутренние дела

Принцип невмешательства в качестве общего принципа межгосударственных отношений формировался в процессе борьбы наций за свою государственность, то есть в эпоху буржуазно-демократических революций. Следует, однако, подчеркнуть, что в прошлом указанный принцип имел ограниченное применение, поскольку международное право во многих случаях допускало различные формы вмешательства во внутренние дела государств, включая вооруженное вмешательство.
Современное понимание принципа невмешательства в общей форме зафиксировано в п. 7 ст. 2 Устава ООН и конкретизировано в авторитетных международных документах: Декларации о принципах международного права 1970 года, Заключительном акте СБСЕ, Декларации ООН о недопустимости вмешательства во внутренние дела государств, об ограждении их независимости и суверенитета от 21 декабря 1965 г. и др.
Так, в соответствии с п. 7 ст. 2 Устава ООН Организация не имеет права "на вмешательство в дела, по существу входящие во внутреннюю компетенцию любого государства". Указанное запрещение распространяется на действия любых других участников международного общения, а не только на действия Организации Объединенных Наций. В противоположность этому представители некоторых школ права иногда утверждают, что Устав ООН не устанавливает принципа невмешательства как нормы взаимоотношений государств, поскольку текст п. 7 ст. 2 Устава относится лишь к целям Организации, а не к действиям государств.
Подобные утверждения не выдерживают критики с точки зрения прежде всего самого Устава ООН. Поскольку на ООН возложена обязанность невмешательства, а государства - члены Организации обязались строго соблюдать ее Устав, значит, аналогичная обязанность лежит и на самих государствах.
Международное право в принципе не регулирует вопросы внутриполитического положения государств, поэтому вмешательством должны считаться любые меры государств или международных организаций, с помощью которых последние попытаются препятствовать субъекту международного права решать дела, по существу входящие в его внутреннюю компетенцию.
Из этого общего правила есть одно исключение, касающееся применения принудительных мер на основании главы VII Устава ООН, то есть действий, которые могут быть предприняты в случаях угрозы миру, нарушения мира или акта агрессии. Отсюда следует сделать вывод, что понятие "дела, по существу входящие во внутреннюю компетенцию любого государства" не относится к чисто территориальным проблемам.
Это означает, что какие-то события, хотя они и происходят в пределах территории государства, могут рассматриваться как не относящиеся исключительно к внутрен
ней компетенции последнего. Так, например, если Совет Безопасности ООН констатирует, что события, происходящие в пределах территории какого-либо государства, угрожают международному миру и безопасности, такие события перестают быть внутренним делом данного государства и действия Объединенных Наций в отношении этих событий не будут вмешательством во внутренние дела государства.
С другой стороны, определенные общественные отношения, происходящие за пределами государственной территории (например, отношения, возникающие из действующего международного договора), продолжают оставаться внутренним делом государств - участников таких отношений.
Решение проблемы о делах, относящихся к внутренней компетенции государств, на практике часто вызывает споры. Следует помнить, что с развитием международного сотрудничества увеличивается число вопросов, которые государства на добровольной основе подвергают международному регулированию. Это, однако, не означает автоматического изъятия всех таких вопросов из сферы внутренней компетенции государств.
Концепция невмешательства не означает, что государства могут произвольно относить к своей внутренней компетенции любые вопросы. Международные обязательства государств, в том числе и их обязательства по Уставу ООН, являются критерием, который позволяет правильно подходить к решению этого вопроса.



8. Принцип всеобщего уважения прав человека

Становление принципа всеобщего уважения прав человека и основных свобод для всех в качестве одного из основных международно-правовых принципов относится к послевоенному времени и связано непосредственно с принятием Устава ООН, хотя само понятие прав человека появилось в политико-правовой терминологии с конца XVIII века и связано с эпохой буржуазных революций.
В преамбуле Устава члены ООН подтвердили "веру в основные права человека... в равноправие мужчин и женщин..." В ст. 1 в качестве цели членов Организации говорится о сотрудничестве между ними "в поощрении и развитии уважения к правам человека и основным свободам для всех, без различия расы, пола, языка и религии". Важнейшее значение имеет ст. 55 Устава, согласно которой "Организация Объединенных Наций содействует: а) повышению уровня жизни, полной занятости населения и условиям экономического и социального прогресса и развития;... с) всеобщему уважению и соблюдению прав человека и основных свобод для всех..." В ст. 56 предусматривается, что "все Члены Организации обязуются предпринимать совместные и самостоятельные действия в сотрудничестве с Организацией для достижения целей, указанных в ст. 55".
Нетрудно заметить, что обязательства государств изложены здесь в самой общей форме, поэтому с момента принятия Устава и до настоящего времени государства стремятся конкретизировать нормативное содержание принципа всеобщего уважения прав человека. С наибольшей полнотой и универсальностью это сделано во Всеобщей декларации прав человека 1948 года и двух пактах, принятых в 1966 году: Международном пакте о гражданских и политических правах и Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах.
Анализ многочисленных международных документов по правам человека показывает, что в современном международном праве имеется универсальная норма, в соответствии с которой государства обязаны уважать и соблюдать права человека и основные свободы для всех, без различия расы, пола, языка и религии.
Отмеченная обязанность носит всеобщий характер. Это значит, что права и свободы человека подлежат соблюдению во всех государствах и действуют в отношении всех лиц без какой-либо дискриминации. При этом целью международного сотрудничества в этой области является не унификация национальных законодательств, а разработка стандартов (моделей), которые служат для государств своеобразной отправной точкой для выработки собственного национального законодательства.
Таким образом, непосредственная регламентация и защита прав и свобод человека по-прежнему остаются внутренним делом каждого государства. Международные нормы в области прав человека в подавляющем большинстве не могут применяться непосредственно на территории государства и требуют от него определенных шагов по своей имплементации. Положения, например, Пактов о правах человека прямо требуют от государства принятия мер, в том числе законодательных, по обеспечению индивидам прав, предусмотренных Пактами.
Как правило, международные документы не определяют, каким образом государство будет выполнять принятые на себя обязательства. Вместе с тем стандарты поведения, содержащиеся в международных документах, в определенной мере связывают свободу поведения государств в сфере национального законодательства. Более того, анализ развития нормативного содержания принципа всеобщего уважения прав человека показывает, что индивид постепенно становится непосредственным субъектом международного права.
Речь прежде всего идет о грубых и массовых нарушениях прав человека, когда сложившаяся в конкретной стране внутриполитическая ситуация позволяет говорить о "систематических, достоверно подтвержденных грубых нарушениях прав человека и основных свобод" (рез. ЭКОСОС 1503 от 27 мая 1970 г.). Такие явления, как геноцид, апартеид, расовая дискриминация и т. п., уже квалифицированы международным сообществом как международные преступления и в силу этого не могут рассматриваться в качестве дел, входящих во внутреннюю компетенцию государства.
Современное международное право поощряет индивида все более активно участвовать в борьбе за соблюдение международных стандартов в области прав человека. Например, Итоговый документ встречи государств - участников СБСЕ в Вене предписывает государствам "уважать право своих граждан, самостоятельно или совместно с другими вносить активный вклад в развитие и защиту прав человека и основных свобод", предусматривает "право лиц наблюдать за осуществлением и способствовать выполнению положений документов СБСЕ и присоединяться к другим с этой целью".
Документ Копенгагенского совещания СБСЕ обязывает государство "обеспечивать, чтобы отдельным лицам было разрешено осуществлять право на ассоциацию, включая право создавать, присоединяться и эффективно участвовать в деятельности неправительственных организаций, которые стремятся поощрять и защищать права человека и основные свободы, включая профсоюзы и группы по наблюдению за соблюдением прав человека".




9. Принцип самоопределения народов и наций

Безусловное уважение права каждого народа свободно выбирать пути и формы своего развития является одной из принципиальных основ международных отношений. Это право отражено в принципе самоопределения народов и наций.
Появлению принципа самоопределения народов предшествовало провозглашение принципа национальности, под флагом которого экономически и политически окрепшая буржуазия боролась с отживающим феодализмом. Однако принцип национальности не стал господствующим даже в международном праве эпохи буржуазных революций, поскольку предполагал самоопределение только по признаку национальности. Содержание принципа самоопределения менялось в зависимости от исторической обстановки. Было время, когда самоопределение сводилось к проблеме образования самостоятельных национальных государств, поскольку нации исторически сложились после государств. Стремление нации образовать собственное государство, следовательно, связано с конкретным этапом общественного развития.
Принцип самоопределения народов и наций в качестве обязательной нормы получил свое развитие после принятия Устава ООН. Одна из важнейших целей ООН - "развивать дружественные отношения между нациями на основе уважения принципа равноправия и самоопределения народов..." (п. 2 ст. 1 Устава). Указанная цель конкретизируется во многих положениях Устава. В ст. 55, например, она теснейшим образом связывается с задачей повышения уровня жизни, решением международных проблем в экономической и социальной областях, в сферах здравоохранения, образования, культуры, соблюдения прав человека и т. п.
Принцип самоопределения неоднократно получал свое подтверждение в документах ООН, в частности в Декларации о предоставлении независимости колониальным странам и народам 1960 года, Пактах о правах человека 1966 года, Декларации о принципах международного права 1970 года. В Декларации принципов Заключительного акта СБСЕ особо подчеркнуто право народов распоряжаться своей судьбой. После развала колониальных империй вопрос о самоопределении наций в смысле образования самостоятельных национальных государств в основном решен.
Вместе с тем и сегодня принцип самоопределения является основным при решении проблем колониальных и зависимых народов, о которых говорится в главах XI-XIII Устава ООН, поскольку субъектом самоопределения являются не государства, а народы и нации.
В резолюции 1514 (XV) от 14 декабря 1960 г. Генеральная Ассамблея прямо указала, что "дальнейшее существование колониализма препятствует развитию международного экономического сотрудничества, задерживает социальное, культурное и экономическое развитие зависимых народов и идет вразрез с идеалом Организации Объединенных Наций, заключающимся во всеобщем мире". Согласно этой же резолюции и многим другим документам ООН, недостаточная политическая, экономическая и социальная подготовленность или недостаточная подготовленность в области образования не должны использоваться в качестве предлога для отказа в предоставлении независимости.
В документах ООН выражено главное в нормативном содержании принципа самоопределения. Так, в Декларации о принципах международного права 1970 года подчеркивается: "Создание суверенного и независимого государства, свободное присоединение к независимому государству или объединение с ним, или установление любого другого политического статуса, свободно определенного народом, являются формами осуществления этим народом права на самоопределение".
Право национального самоопределения не исчезает, если нация образовала самостоятельное государство или вошла в состав федерации государств. Субъектом права на самоопределение являются не только зависимые, но и суверенные нации и народы. С достижением национальной самостоятельности право на самоопределение лишь меняет свое содержание, что находит отражение в соответствующей международно-правовой норме.
В содержании права на самоопределение все чаще выделяют экономические аспекты, например право каждого народа свободно распоряжаться своими естественными богатствами и ресурсами, осуществлять культурное развитие и т. п.
Современное нормативное содержание самоопределения включает в себя как права народов, так и соответствующие им обязанности государств. Так, праву народов свободно, без какого бы то ни было вмешательства извне определять свой политический статус и осуществлять экономическое, социальное и культурное развитие соответствует обязанность государств не только уважать это право, но и содействовать ему путем совместных и индивидуальных действий.
Без строгого уважения и соблюдения принципа самоопределения народов невозможно выполнить многие жизненно важные задачи, стоящие перед ООН, например задачу содействовать всеобщему уважению и соблюдению прав человека и основных свобод для всех, без различия расы, пола, языка и религии. Без строгого соблюдения указанного принципа невозможно также поддержание отношений мирного сосуществования между государствами. Каждое государство в соответствии с Декларацией 1970 года обязано воздерживаться от любых насильственных действий, которые могли бы помешать народам осуществлять их право на самоопределение. Важным элементом принципа является право народов испрашивать и получать поддержку в соответствии с целями и принципами Устава ООН в случае, если их лишают права на самоопределение насильственным путем.
Принцип самоопределения народов и наций - это право народов и наций, но не обязанность, и осуществление этого права может быть многовариантным. Самоопределение не должно осуществляться с сепаратистских позиций в ущерб территориальной целостности и политическому единству суверенных государств. С другой стороны, если народ создает орган, который его официально представляет и выполняет публично-правовые функции, то всякие насильственные действия, препятствующие извне процессу самоопределения, могут рассматриваться как нарушающие принципы невмешательства и суверенного равенства государств.
Право народов и наций на самоопределение теснейшим образом связано со свободой политического выбора. Самоопределившиеся народы свободно выбирают не только свой внутриполитический статус, но и свою внешнеполитическую ориентацию. Уважение свободы политического выбора становится фундаментом сотрудничества, а не соперничества и противоборства. С этим, в частности, связано право освободившихся государств на проведение политики неприсоединения, на участие в решении как общемировых, так и региональных проблем. Самоопределение означает право народов выбирать такой путь развития, который в наибольшей степени соответствует их историческим, географическим, культурным, религиозным (и т. п.) традициям и представлениям.



10. Принцип сотрудничества

Идея международного сотрудничества государств независимо от различий в их политическом, экономическом и социальном строе в различных сферах международных отношений в целях поддержания международного мира и безопасности является основным положением в системе норм, содержащихся в Уставе ООН.
После принятия Устава ООН принцип сотрудничества был зафиксирован в уставах многих международных организаций, в международных договорах, многочисленных резолюциях и декларациях.
Представители некоторых школ международного права утверждают, что обязанность государств сотрудничать носит не правовой, а декларативный характер. Подобные утверждения уже не соответствуют реальной действительности. Разумеется, было время, когда сотрудничество представляло собой добровольный акт государственной власти, однако впоследствии требования развивающихся международных отношений привели к превращению добровольного акта в правовую обязанность.
С принятием Устава принцип сотрудничества занял свое место в ряду других принципов, обязательных для соблюдения согласно современному международному праву. Так, в соответствии с Уставом государства обязаны "осуществлять международное сотрудничество в разрешении международных проблем экономического, социального, культурного и гуманитарного характера", а также обязаны "поддерживать международный мир и безопасность и с этой целью принимать эффективные коллективные меры".
Принцип сотрудничества как правовая категория вытекает и из других положений Устава, в частности из положений ст. 55 и 56. Например, содержание ст. 55 свидетельствует о двух видах обязанностей членов ООН: обязанности государств сотрудничать друг с другом в достижении целей, предусмотренных Уставом, и их обязанности сотрудничать с ООН для достижения тех же целей.
Разумеется, конкретные формы сотрудничества и его объем зависят от самих государств, их потребностей и материальных ресурсов, внутреннего законодательства и принятых на себя международных обязательств. Однако анализ политико-правовых документов, отражающих намерения государств (таких, как Декларация 1970 года и Декларация принципов Заключительного акта СБСЕ), показывает стремление государств придать принципу сотрудничества универсальный характер.
Обязанность всех государств действовать в соответствии с принципами ООН со всей очевидностью предполагает их обязанность сотрудничать в решении различных международных проблем, "поскольку это может оказаться необходимым для поддержания международного мира и безопасности".
Обязанность государств сотрудничать друг с другом, естественно, предполагает добросовестное соблюдение государствами норм международного права и Устава ООН. Если же какое-либо государство игнорирует свои обязательства, вытекающие из общепризнанных принципов и норм международного права, то тем самым это государство подрывает основу сотрудничества.



11. Принцип добросовестного выполнения международных обязательств

Принцип добросовестного выполнения международных обязательств возник в форме международно-правового обычая pacta sunt servanda на ранних стадиях развития государственности, а в настоящее время находит отражение в многочисленных двусторонних и многосторонних международных соглашениях.
В качестве-общепризнанной нормы поведения субъектов указанный принцип закреплен в Уставе ООН, преамбула которого подчеркивает решимость членов ООН "создать условия, при которых могут соблюдаться справедливость и уважение к обязательствам, вытекающим из договоров и других источников международного права". Согласно п. 2 ст. 2 Устава, "все Члены Организации Объединенных Наций добросовестно выполняют принятые на себя по настоящему Уставу обязательства, чтобы обеспечить им всем в совокупности права и преимущества, вытекающие из принадлежности к составу Членов Организации".
Развитие международного права со всей очевидностью подтверждает универсальный характер рассматриваемого принципа. Согласно Венской конвенции о праве международных договоров, "каждый действующий договор обязателен для его участников и должен ими добросовестно выполняться". Более того, "участник не может ссылаться на положения своего внутреннего права в качестве оправдания для невыполнения им договора".
Сфера действия рассматриваемого принципа заметно расширилась в последние годы, что получило отражение в формулировках соответствующих международно-правовых документов. Так, согласно Декларации о принципах международного права 1970 года, каждое государство обязано добросовестно выполнять обязательства, принятые им в соответствии с Уставом ООН, обязательства, вытекающие из общепризнанных норм и принципов международного права, а также обязательства, вытекающие из международных договоров, действительных согласно общепризнанным принципам и нормам международного права.
Авторы декларации стремились подчеркнуть необходимость добросовестного соблюдения прежде всего тех обязательств, которые охватываются понятием "общепризнанные принципы и нормы международного права" или вытекают из них.
В Декларации принципов Заключительного акта СБСЕ 1975 года государства-участники согласились "добросовестно выполнять свои обязательства по международному праву, как те обязательства, которые вытекают из общепризнанных принципов и норм международного права, так и те обязательства, которые вытекают из соответствующих международному праву договоров или других соглашений, участниками которых они являются".
Обязательства "по международному праву" безусловно шире обязательств, "вытекающих из общепризнанных принципов и норм международного права". Кроме того, в последние годы государства принимают, в частности, на региональном уровне важные документы, которые, строго говоря, не являются их обязательствами "по международному праву", но которые они тем не менее намерены строго выполнять.
Для Европы - это документы, принимаемые в рамках хельсинкского процесса. В Итоговом документе Венской встречи представителей государств - участников СБСЕ сказано, что они "вновь подтвердили свою решимость полностью выполнять в одностороннем, двустороннем и многостороннем порядке все положения Заключительного акта и других документов СБСЕ".
В различных правовых и социально-культурных системах существует свое понимание добросовестности, что непосредственным образом отражается на соблюдении государствами принятых обязательств. Концепция добросовестности получила закрепление в большом числе международных договоров, резолюциях Генеральной Ассамблеи ООН, в декларациях государств и т, д. Однако следует признать, что определение точного юридического содержания понятия добросовестности в реальных ситуациях может вызывать трудности.
Представляется, что юридическое содержание добросовестности следует выводить из текста Венской конвенции о праве международных договоров, главным образом разделов "Применение договоров" (ст. 28-30) и "Толкование договоров" (ст. 31-33). Применение положений договора во многом определяется его толкованием. С этой точки зрения логично предположить, что добросовестным будет применение договора, который и истолкован добросовестно (в соответствии с обычным значением, которое следует придавать терминам договора в их контексте, а также в свете объекта и целей договора).
Принцип добросовестного выполнения международных обязательств распространяется только на действительные соглашения. Это значит, что рассматриваемый принцип применяется только к международным договорам, заключенным добровольно и на основе равноправия.
Любой неравноправный международный договор прежде всего нарушает суверенитет государства и как таковой нарушает Устав ООН, поскольку Организация Объединенных Наций "основана на принципе суверенного равенства всех ее Членов", которые, в свою очередь, приняли на себя обязательство "развивать дружественные отношения между нациями на основе уважения принципа равноправия и самоопределения народов".
Следует считать общепризнанным, что любой договор, противоречащий Уставу ООН, является недействительным, и ни одно государство не может ссылаться на такой договор или пользоваться его преимуществами. Такое положение соответствует ст. 103 Устава. Кроме того, любой договор не может противоречить императивной норме международного права, как она определяется в ст. 53 Венской конвенции о праве международных договоров.
В правовых и политико-правовых документах последнего времени все чаще указывается на связь между обязанностью добросовестного соблюдения международных договоров и внутренним нормотворчеством государств. В частности, участники Венской встречи в Итоговом документе 1989 года согласились "обеспечивать, чтобы их законы, административные правила, практика и политика сообразовывались с их обязательствами по международному праву и были гармонизированы с положениями Декларации принципов и другими обязательствами по СБСЕ".
Подобного рода формулы свидетельствуют о расширении сферы применения принципа добросовестного соблюдения международных обязательств.



ГЛАВА IV

СУБЪЕКТЫ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА

1. Общие вопросы международной правосубъектности

Понятие субъекта международного права. Субъект международного права - это носитель международных прав и обязанностей, возникающих в соответствии с общими нормами международного права либо предписаниями международно-правовых актов. Это также лицо (в собирательном смысле), поведение которого прямо регулируется международным правом и которое вступает или может вступать в международные публичные (междувластные) правоотношения.
По существу, все указанные характеристики субъекта международного права подчеркивают различные стороны одного и того же явления - международной правосубъектности, которая означает одновременно и подчиняемость непосредственному воздействию международного права, и обладание международными правами и обязанностями, и способность участвовать в международных правоотношениях.
Международная правосубъектность не зависит от количества прав и обязанностей, возникающих у лица, то есть от объема его международной правоспособности. Круг субъектов международного права определяется способностью лиц участвовать в международных отношениях, регулируемых международным правом. Участник только таких отношений может объективно подпадать под прямое воздействие международного права.
Первичные и производные субъекты международного права. Первичных участников межгосударственных отношений и, следовательно, первичных субъектов международного права никто не создает в качестве таковых. Их появление - объективная реальность, результат естественно-исторического процесса. Это прежде всего государства и, в некоторых случаях, народы и нации. Возникнув как социальные организмы, они неизбежно вступают в контакты друг с другом, создавая для себя правила взаимного общения.
Производные субъекты международного права создаются первичными. Объем их международной правоспособности зависит от намерения и желания их создателей. Это могут быть межправительственные организации либо государство-подобные образования типа вольных городов. Создатели наделяют их правом выступать в межгосударственных отношениях от собственного имени. Как правило, правоспособность производных субъектов международного права определяется международными договорами.
Реально производной международной правосубъектностью наделяется лишь тот, кто действительно может после своего создания участвовать в межгосударственных отношениях.

Государственный суверенитет. Это - верховенство государства в пределах собственных границ и его самостоятельность в международных делах. Это - качество, свойство любого государства.
Абсолютного государственного суверенитета нет, поскольку государства взаимозависимы, и эта взаимозависимость в современном мире непрерывно возрастает. Когда, например, говорят об экономическом суверенитете государства, то имеют в виду не его экономическую изолированность от других членов международного сообщества, а лишь его право самостоятельно определять свою экономическую политику. Государства могут иметь различную экономическую мощь, различный вес на политической арене, но, как носители суверенитета, они все равны юридически. Верховенство каждого из них в пределах своей территории означает, что нет юридически более высокой власти на этой территории, чем власть данного государства. Соответственно каждое государство обладает в международном общении одинаковой степенью юридической самостоятельности и независимости. Суверенитет государства возникает и исчезает вместе с возникновением и исчезновением самого государства.
Понятие "государственный суверенитет", имея значение главным образом в сфере межгосударственного общения, прежде всего выступает как международно-правовая категория.
Термин "суверенитет" появился в политической и правовой практике в период становления абсолютных монархий и использовался королевской властью в борьбе против феодальной раздробленности. Первоначально носителем суверенитета считался абсолютный монарх, поскольку его личность отождествлялась с личностью государства (согласно известной формуле Людовика XIV "государство - это я"). И лишь с ликвидацией феодализма в качестве носителя суверенитета государство стало рассматриваться как таковое.

Простые и сложные государства и их союзы. Государство представляет собой сочетание трех элементов: определенной территории, населения, на ней проживающего, и власти. Территориально-организационная структура государства может быть различной. Различают простые (унитарные) и сложные государства. Сложное государство - федерация, представляющая собой объединение территориальных единиц, пользующихся определенной политико-правовой самостоятельностью. Степень их самостоятельности определяется федеративным договором и законодательством федерации, в первую очередь ее конституцией. Федерация - государственно-правовое объединение. Иногда ее называют союзным государством.
Внешнеполитическая самостоятельность членов федерации может быть различной по объему. Как субъекты международного права члены федерации могут выступать лишь в том случае, если законодательство федерации признает за ними это качество (право от собственного имени заключать договоры, обмениваться делегациями, представительствами и т. д.). Их международная правосубъектность не зависит от признания их суверенитета конституцией федерации. Главное - самостоятельный выход в межгосударственную сферу. Член федерации всегда признает в каком-то отношении юридическое старшинство федерации и является частью федерации как государства в целом. Если это не так, тогда нельзя говорить о федерации как о государстве и субъекте международного права. Федерация в социальном и экономическом отношении - единый организм.
К сложным государствам относят унии. Термин "уния" устарел и в значительной степени имеет феодальную окраску. Так называемая реальная уния - это результат слияния двух (иногда трех) государств в одно: возникает новое государство и соответственно новый субъект международного права, а сливающиеся государства теряют свой суверенитет и международную правосубъектность. Один из самых известных примеров современной унии - недолговечная сирийско-египетская уния конца 50-х годов. Реальная уния может быть и федерацией, и унитарным государством.
Личная уния - это не сложное государство, а своеобразный союз государств, основанный на общности главы государства. Практически личная уния - явление, связанное с монархической формой правления. Один монарх мог одновременно быть главой двух или более государств, которые продолжали оставаться самостоятельными субъектами международного права.
Конфедерация - международно-правовое объединение государств, предполагающее тесную координацию их действий прежде всего во внешнеполитической и военной областях. Классическая конфедерация не является субъектом международного права. Международной правосубьектностью обладают лишь ее члены, что не исключает создания в рамках конфедерации некоторых общих органов. По своей сути конфедерация имеет сходство с международной организацией. В современных условиях создание конфедерации неизбежно означает и высокую степень экономического и правового сотрудничества между ее членами.
История показывает, что устойчивые конфедерации имеют тенденцию перерастать в федерацию. Типичный пример - Швейцария, которая и в настоящее время официально именуется конфедерацией, но в действительности представляет собой федерацию. В любом случае можно констатировать, что если интеграционные процессы приводят к тому, что члены конфедерации наделяют ее международной правосубъектностью, налицо переход к федерации.

Основные права и обязанности государств. Хотя государства обладают универсальной правоспособностью, у них есть некоторые права и обязанности, имеющие основополагающее значение для их характеристики в качестве субъектов международного права. В доктрине сложилось мнение, что нарушения основных прав государства создают угрозу для его существования, а нарушения государством своих основных обязанностей создают угрозу для существования других государств и нормального функционирования международного сообщества в целом.
Основные права и обязанности государств находятся в неразрывном единстве друг с другом и выводятся из важнейших принципов международного права. Общепризнанного перечня этих прав и обязанностей, однако, нет.
По поручению Генеральной Ассамблеи ООН Комиссия международного права подготовила проект Декларации прав и обязанностей государств, который в 1949 году резолюцией Генеральной Ассамблеи 375 (IV) был предложен вниманию государств - членов ООН с целью получения от них отзывов. Поскольку число государств, представивших свои отзывы, было незначительным, Генеральная Ассамблея в 1951 году решила отложить рассмотрение проекта, который так до настоящего времени и не принят. Вместе с тем он дает определенное представление о том, какие права и обязанности государств рассматриваются как основные.
Можно выделить следующие основные права государств: право на независимость и свободное осуществление всех своих законных прав, на осуществление юрисдикции над своей территорией и над всеми лицами и вещами, находящимися в ее пределах, с соблюдением признанных международным правом иммунитетов, равноправие с другими государствами, право на индивидуальную или коллективную самооборону против вооруженного нападения.
К основным обязанностям можно отнести следующие: воздерживаться от вмешательства во внутренние и внешние дела других государств; воздерживаться от разжигания междоусобицы на территории другого государства; уважать права человека; устанавливать на своей территории такие условия, которые бы не угрожали международному миру; решать свои споры с другими государствами мирными средствами; воздерживаться от угрозы силой или ее применения против территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства или иным образом, несовместимым с международным правом; воздерживаться от оказания по мощи другому государству, нарушающему предыдущую обязанность или против которого ООН принимает меры предупреждения или принуждения; воздерживаться от признания территориальных приобретений другого государства, действующего в нарушение обязательства неприменения силы; добросовестно выполнять свои международные обязательства.

Международная правосубъектность наций и народов. Хотя право на самоопределение признается международным сообществом за всеми нациями и народами, не каждая нация или народ могут рассматриваться как субъект международного права. Лишь нация или народ, борющиеся за свое освобождение и создавшие определенные властные структуры, объединенные единым центром, способным выступать от имени нации или народа в межгосударственных отношениях, могут претендовать на статус субъекта международного права. Практически такими структурами являются вооруженные отряды, но не разрозненные, а имеющие единое командование, которое чаще всего одновременно выступает и как политическое руководство.
Вместе с тем высказывается и точка зрения, согласно которой основным носителем суверенитета является народ, который соответственно выступает в качестве субъекта международного права.
В начале 70-х годов появились теоретические обоснования правосубъектности "всего человечества". Такие взгляды характерны для ряда юристов развивающихся стран.
Понятие "народ" в термине "самоопределение народов", используемом в ст. 1 Устава ООН, является более точным, чем понятие "нация", поскольку население территории может быть многонациональным либо еще не сложившимся в нацию.
Народ, в отношении которого возникает проблема признания его международной правосубъектности,- не просто население той или иной территории, некая сумма индивидов, на ней проживающих, а как минимум определенная экономическая и культурно-историческая целостность, осознающая свое единство. Если речь идет о нации, сюда добавляется и языковая общность.

Государство-подобные образования. К ним в первую очередь относят так называемые "вольные города". Это - обобщенное понятие. Данный термин применяется не только к городам, но и к определенным районам. В одном случае соответствующее образование называли вольным городом, в другом - свободной территорией или зоной (например, Вольный город Данциг, Свободная территория Триест).
В принципе вольные города создавались как один из способов замораживания территориальных притязаний, смягчения в межгосударственных отношениях напряженности, возникающей по поводу принадлежности какой-либо территории.
Вольный город создается на основе международного договора или решения международной организации и представляет собой своеобразное государство с ограниченной правоспособностью. Он имеет свою конституцию или акт аналогичного характера, высшие государственные органы, гражданство. Его вооруженные силы носят чисто оборонительный характер либо являются не вооруженными силами в традиционном понимании, а скорее силами по охране границ и поддержанию правопорядка. Создатели вольного города обычно предусматривают способы контроля за соблюдением его статуса, например назначают с этой целью своих представителей или представителя. На международной арене вольные города представляют либо заинтересованные государства, либо международная организация. Статус Вольного города Данцига, существовавшего в период между двумя мировыми войнами, был гарантирован Лигой Наций, а во внешних сношениях интересы города представляла Польша. Свободная территория Триест, созданная на основе мирного договора с Италией 1947 года и разделенная между Италией и Югославией соглашением 1954 года, находилась под защитой Совета Безопасности ООН.
Определенную специфику имеет вопрос о международной правосубъектности Ватикана и Мальтийского ордена.
Внешне Ватикан (Святейший престол) обладает почти всеми атрибутами государства - небольшой территорией, органами власти и управления. О населении Ватикана, однако, можно говорить только условно: это соответствующие должностные лица, занимающиеся делами католической церкви. Вместе с тем Ватикан - не государство в социальном смысле, как механизм управления определенным обществом, им порожденный и его представляющий. Скорее он может рассматриваться как административный центр католической церкви. Особенность его статуса заключается, помимо всего прочего, в том, что он имеет дипломатические отношения с рядом государств, которые официально признают его субъектом международного права. Такое признание практически означает констатацию политической роли католической церкви.
Мальтийский орден в 1889 году был признан суверенным образованием. Местопребывание ордена - Рим. Его официальная цель - благотворительность. Он имеет дипломатические отношения со многими государствами. Ни своей территории, ни населения у ордена нет. Его суверенитет и международная правосубъектность - правовая фикция.

Международные учреждения. Они включают как классические межправительственные организации (ООН, ОАЕ и т. д.), состоящие из создавших их государств, так и межгосударственные механизмы и органы, члены которых действуют в личном качестве (международные арбитражи, комитеты, группы экспертов и т. п.). Временным международным учреждением можно считать межправительственную конференцию.
Международное учреждение приобретает международную правосубъектность в соответствии с учредительным договором. Договор наделяет его определенной международной правоспособностью, то есть правом выступать в международных отношениях от собственного имени: заключать международные договоры с государствами и межправительственными организациями, принимать решения от собственного имени (например, собственные правила процедуры, резолюции конференции, решения международного арбитража). Решения органов международных организаций, принимаемые ими от своего имени,- проявление международной правосубъектности организации в целом.

Вопрос о международной правосубъектности индивидов. В доктрине существуют различные мнения о том, может ли индивид быть субъектом международного права. В принципе они зависят от взглядов того или иного автора на проблему соотношения международного и внутригосударственного права.
Широко распространена точка зрения, согласно которой в международном праве нет запретов наделять индивидов международной правосубъектностью и решение этого вопроса определяется намерением договаривающихся государств. Обычно наличие у индивидов международной правосубъектности связывают с предоставлением им возможности прямого доступа в международные органы в качестве петиционеров, истцов, ответчиков и т. д.
В отечественной доктрине серьезных последователей имеет и другая точка зрения, суть которой сводится к тому, что индивиды объективно не могут быть участниками межгосударственных отношений и тем самым субъектами международного права. Наблюдающаяся в настоящее время тенденция к расширению прямого доступа индивидов в международные органы связана с растущим стремлением к защите прав человека с помощью международных механизмов. Сам по себе такой доступ не превращает их в субъектов международного права, а означает лишь то, что участники соответствующего договора берут на себя взаимное обязательство обеспечить этот доступ имеющимися в их распоряжении правовыми и организационными средствами.

Транснациональные корпорации. В западной доктрине высказывается мнение о том, что определенные компании, прежде всего транснациональные корпорации (ТНК), в современных условиях приобретают международную правосубъектность. Их экономическая мощь и влияние на мировую политику в ряде случаев превращают их в более весомую силу на международной арене, чем некоторые государства.
Если допустить, что индивиды могут становиться субъектами международного права, то тогда логичным будет вывод о возможности приобретения международной правосубъектности и ТНК. Если же исходить из того, что субъектом международного права может быть только то образование, которое способно участвовать в межгосударственных отношениях, то придется признать, что никакая компания не обладает качествами, присущими государству, и не способна участвовать в таких отношениях. Договоры, заключаемые между государствами и компаниями, являются не межгосударственными соглашениями, а гражданскими сделками и относятся к сфере гражданского (международного частного) права.




2. Международно-правовое признание

Понятие международно-правового признания. Признание - односторонний добровольный акт государства, в котором прямо или косвенно оно заявляет либо о том, что рассматривает другое государство как субъект международного права и намерено поддерживать с ним официальные отношения, либо о том, что считает власть, утвердившуюся неконституционным путем в государстве или на части его территории, достаточно эффективной, чтобы выступать в межгосударственных отношениях как представитель этого государства либо населения соответствующей территории.
Обязанности признания не существует. Это - право государства. Разумеется, длительное непризнание, продиктованное откровенно политическими соображениями и игнорирующее реальности международной жизни, может стать фактором, серьезно осложняющим межгосударственные отношения.
Признание может быть не явно выраженным. Его можно усмотреть в определенных действиях государства (предложении установить дипломатические отношения и т. п.).
Не принято брать признание назад, хотя такие случаи в истории встречались: в 1918 году Франция взяла назад свое признание Финляндии, когда стало известно о планах возведения на престол в этой стране родственника Вильгельма II. Немного позднее, когда в Финляндии было решено установить республику, Франция признала ее вторично.

Теории признания. В доктрине существуют две теории признания: конститутивная и декларативная. Согласно первой, только признание придает дестинатору (адресату) признания соответствующее качество: государству - международную правосубъектность, правительству - способность представлять субъект международного права в межгосударственных отношениях. Наиболее уязвимая сторона этой теории заключается в том, что, во-первых, неясно, какое количество признаний необходимо для придания дестинатору упомянутого качества, и, во-вторых, как показывает практика, государства могут существовать и вступать в те или иные контакты с другими государствами, а правительства, пришедшие к власти неконституционным путем, эффек
тивно представлять субъект международного права и без официального признания.
Согласно декларативной теории, признание не сообщает дестинатору соответствующего качества, а лишь констатирует его появление и служит средством, облегчающим осуществление с ним контактов. Широко распространено мнение, что декларативная теория в большей степени отвечает реальностям международной жизни. Однако в тех случаях, когда признают субъектом международного права такие образования, которые объективно не могут быть ими (например, Мальтийский орден), признание приобретает конститутивный или, точнее, квазиконститутивный характер, придавая видимость приобретения качества, которое признающий желает видеть у дестинатора.

Формы признания. Существуют две формы официального признания: де-факто (de facto) и де-юре (de jure). Они используются при признании государств и правительств. Различие между ними заключается в объеме правовых последствий, которые они за собой влекут для признающего и признаваемого в их взаимных отношениях: при признании де-факто объем наступающих правовых последствий уже. Никаких точных ориентиров и тем более норм, определяющих это различие или основания для использования одной или другой формы признания, нет. Практика показывает, что в основе их использования лежат политические соображения.
Признание де-факто - выражение неуверенности в том, что данное государство или правительство достаточно долговечны или жизнеспособны. Признание де-факто может повлечь за собой установление консульских отношений, но не обязательно.
Признание де-юре - полное, окончательное. Оно, как правило, влечет за собой установление дипломатических отношений. В любом случае считается, что установление дипломатических отношений означает признание де-юре.
Встречаются случаи, когда государства, правительства (или другие власти) вступают в официальный контакт друг с другом вынужденно, для решения каких-либо конкретных вопросов, но вместе с тем не желают признавать друг друга. В этом случае говорят о признании ad hoc (в данной ситуации, по конкретному делу). Иногда целью таких контактов может быть заключение международных договоров. Например, четыре участника переговоров об окончании войны во Вьетнаме (США и три вьетнамские стороны) подписали в 1973 году известные Парижские соглашения, хотя некоторые из них друг друга не признавали. Отсутствие признания в таких случаях не должно отражаться на юридической силе договора.

Виды признания. Их различают в зависимости от дестинаторов признания. Можно выделить традиционные виды признания (государств и правительств) и предварительные или промежуточные (признание наций, восставшей или воюющей стороны, организации сопротивления и правительств в эмиграции). Предварительные виды признания применяются в ожидании дальнейшего развития событий, которые могут привести либо к созданию нового государства (при признании нации), либо к стабилизации положения в стране, где власть нового правительства была установлена неконституционным путем;
Провести четкую границу между этими видами признания на практике довольно трудно. Например, нация, борющаяся за свое освобождение, может быть признана в качестве воюющей стороны; власть, утвердившаяся на большей части территории страны и признанная воюющей стороной, мало чем может отличаться от правительства в традиционном понимании, сместившего предыдущее правительство с помощью вооруженной силы, и т. д. Многое здесь определяется конкретной обстановкой, политической прозорливостью признающего и другими обстоятельствами.
Вопрос о признании государства возникает в том случае, если появляется новое государство в результате объединения нескольких, либо если на месте одного государства в результате его распада появляется ряд более мелких, либо, наконец, если из состава какого-либо государства выделяется новое.
Вопрос о признании государства может возникнуть и при кардинальном изменении государственного и общественного строя в результате революции. Однако на практике в таких ситуациях чаще прибегают к признанию нового правительства, особенно если революция не привела к серьезным территориальным изменениям. Например, после провозглашения в 1949 году Китайской Народной Республики СССР признал правительство КНР, а не саму КНР.
Попытки выработать критерии признания правительств, пришедших к власти неконституционным путем, успеха не имели. Принято считать, что такое признание является обоснованным в том случае, если признаваемое правительство эффективно осуществляет власть на территории страны или на большей ее части, контролирует ситуацию в стране. Если в результате переворота меняются форма правления, например монархическая на республиканскую, и, соответственно, официальное название государства, то признание нового правительства может осуществляться в виде признания государства.
Поскольку признание правительства может быть ошибочно истолковано как его одобрение, некоторые государства стали придерживаться политики воздержания от какого-либо официального признания правительств. Эта политика получила наименование доктрины Эстрады (по имени сформулировавшего ее в 1930 г. министра иностранных дел Мексики). По существу, как показывает практика, речь идет о молчаливом или подразумеваемом признании, так как в таких ситуациях обычно сохраняются дипломатические отношения или иные формы официальных контактов с новым правительством.
Признание нации (или народа) как вид промежуточного признания возникло в ходе первой мировой войны, когда страны Антанты признали, исходя из собственных военных и политических интересов (с целью легализации участия чешских, словацких, польских и южнославянских воинских частей в составе вооруженных сил Антанты), в качестве "союзных" или "совместно воюющих" наций чехов, словаков, поляков и т. д.
В период ликвидации колониальной системы широкое распространение получила практика признания национально-освободительных движений со стороны как отдельных государств, так и межправительственных организаций, прежде всего ООН, которые предоставили им статус наблюдателей. Своеобразие этого вида признания состояло в том, что оно давалось не нации или народу как таковым, а именно национально-освободительным движениям, причем этот термин использовался для обозначения не самого движения, а организаций, его возглавляющих и ведущих борьбу (например, Народная организация Юго-Западной Африки - СВАПО).
Признание в качестве восставшей или воюющей стороны использовалось в XIX веке и в какой-то степени в первой половине XX века. Точного разграничения понятий восставшей и воюющей сторон не существует. Одна из основных целей такого рода признания - обеспечить возможность защиты интересов признающего на территории, контролируемой повстанцами. Еще в 1823 году Великобритания признала греков, боровшихся против Турции за создание собственного государства, воюющей стороной.




ГЛАВА V

ТЕРРИТОРИЯ

1. Виды территорий

В широком смысле слова под территорией в международном праве понимаются различные пространства земного шара с его сухопутной и водной поверхностью, недрами и воздушными пространствами, а также космическое пространство и находящиеся в нем небесные тела. По основным видам правового режима вся территория подразделяется на три типа: 1) государственная территория; 2) территория с международным режимом; 3) территории со смешанным режимом.
Государственной является такая территория, которая находится под суверенитетом определенного государства, то есть принадлежит определенному государству, осуществляющему в ее пределах свое территориальное верховенство / Принадлежность и верховенство являются двумя основными признаками государственной территории. Некоторые временные исключения возможны в случаях военной оккупации и международно-правовой аренды территории.
К территориям с международным режимом относятся лежащие за пределами государственной территории земные пространства, которые не принадлежат кому-либо в отдельности, а находятся в общем пользовании всех государств в соответствии с международным правом. Это прежде всего открытое море, воздушное пространство над ним и глубоководное морское дно за пределами континентального шельфа.
Открытое море - это обширные пространства Мирового океана, на которые не распространяется суверенитет какого-либо государства. Международно-правовой режим открытого моря определяется множеством норм международных договоров и международно-правовых обычаев, которые регулируют отношения государств по поводу открытого моря и устанавливают правила его использования в целях судоходства, рыболовства и т. п. Некоторые особенности имеет международно-правовой режим арктических районов открытого моря, обусловленный особыми климатическими условиями Северного Ледовитого океана и особыми интересами прибрежных государств в северных водах.
В свое время ряд прибрежных государств (Канада, СССР и др.) выдвинули концепцию о "полярных секторах", согласно которой все земли и острова, находящиеся в пределах полярного сектора соответствующего государства, а также постоянные ледяные поля, припаянные к берегу, входят в состав государственной территории. Под полярным сектором понимается пространство, основанием которого является северная граница государства, вершиной - Северный полюс, а боковыми границами - меридианы, соединяющие Северный полюс с крайними точками северной границы территории данного государства.
К территориям со смешанным режимом относятся континентальный шельф и экономическая зона. Эти районы не находятся под суверенитетом государств и не входят в состав государственных территорий, но каждое прибрежное государство имеет суверенные права на разведку и разработку природных ресурсов прилегающих к нему континентального шельфа и экономической морской зоны, а также на охрану природной среды этих районов. Объем этих прав определяется международным правом, в частности Конвенцией о континентальном шельфе 1958 года и Конвенцией ООН по морскому праву 1982 года. В пределах этих прав каждое государство издает свои законы и правила, регулирующие упомянутые виды деятельности. В остальном на континентальном шельфе и в экономической зоне действуют принципы и нормы международного морского права.
Особый международно-правовой режим установлен в Антарктике по Договору 1959 года. Согласно этому договору, Антарктика полностью демилитаризована и открыта для научных исследований всех стран. Ни одна часть Антарктики не находится под суверенитетом какого-либо государства, но в то же время территориальные притязания государств в Антарктике сохраняются.
Космическое пространство находится за пределами земных территорий, и его правовой режим определяется принципами и нормами международного космического права, в частности Договором о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела, от 27 января 1967 г. Оно не подлежит национальному присвоению каким бы то ни было образом и открыто для исследования и использования всеми государствами на основе равенства.




2. Состав и юридическая природа государственной территории

В состав государственной территории входят суша и воды с находящимися под ними недрами и лежащее над сушей и водами воздушное пространство, пределы которых определяются государственной границей.
Сухопутной территорией государства является вся суша в пределах его границ. Водную территорию государства составляют внутренние (национальные) воды и территориальное море. Различие этих двух водных пространств обусловлено режимами плавания иностранных гражданских судов и военных кораблей и связанными с этим вопросами. К внутренним водам, согласно Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, относятся: 1) морские воды, в том числе воды государств-архипелагов, расположенные в сторону берега от прямых исходных линий, принятых для отсчета ширины территориального моря; 2) воды портов; 3) воды заливов, берега которых принадлежат одному государству, если их ширина не превышает 24 морских миль, а также исторические заливы. Внутренними водами являются также воды рек, озер и иных водоемов в пределах границ одного государства. Территориальным морем является полоса прибрежных морских вод, ширина которой, согласно Конвенции 1982 года, не должна превышать 12 мор ских миль..
В состав территории государства также входят находящиеся под его сухопутной и водной поверхностями недра без каких-либо ограничений по глубине. Воздушную территорию государства составляет воздушное пространство, находящееся в пределах его сухопутных и водных границ.
В пределах своей территории государство осуществляет верховенство, которое называется территориальным и является составной частью суверенитета государств. Верховенство государства означает, что власть данного государства является высшей властью по отношению ко всем лицам и организациям, находящимся в пределах его территории, и, кроме того, на территории государства исключается деятельность публичной власти другого государства. Высшая власть государства в пределах его территории осуществляется системой государственных органов в законодательной, исполнительной, административной и судебной сферах.
Вся законодательная, исполнительная, административная и судебная власть государства распространяется как на собственных граждан и организации, так и на иностранных граждан и организации, а также на лиц без гражданства, находящихся в пределах территории данного государства. Территориальное верховенство не исключает, поскольку государство на это согласно, некоторых изъятий из действия его законодательства по отношению к определенной категории иностранных лиц на всей государственной территории или в определенных районах действия иностранного законодательства на его территории. Такое согласие может быть выражено во внутреннем законе или в международном договоре.
Территориальное верховенство выражается также в том, что в пределах своей территории государство может применять все соответствующие закону средства властного принуждения к своим гражданам и иностранцам, если международными договорами не установлено иное. И если действие законов одного государства может распространяться за пределы его территории, то применение средств властного принуждения ограничено, как правило, лишь собственной территорией. Никакое государство не вправе применять свои средства властного принуждения на территории иностранного государства.
Территориальное верховенство включает в себя, естественно, и юрисдикцию государства, то есть права судебных и административных органов по рассмотрению и разрешению всех дел на данной территории в соответствии с компетенцией этих органов. Понятие территориального верховенства гораздо шире понятия юрисдикции, поскольку оно выражает всю полноту государственной власти во всех ее конституционных формах. Но, в то время как полная и исключительная власть государства ограничена пределами его территории, юрисдикция государства в ряде случаев распространяется за пределы его территории.
Согласно международному праву, юрисдикция государства распространяется на лиц, сооружения, установки и транспортные средства, находящиеся в морских водах за пределами его территориального моря и, следовательно, вне пределов его территории. Государство осуществляет исключительную юрисдикцию над своими военными кораблями в открытом море, над своими воздушными судами, находящимися вне пределов территории иностранного государства, а в некоторых случаях и на иностранной территории, над запущенными им в космическое пространство объектами и их экипажами.
Государственная территория представляет собой не только пространство, в котором осуществляется верховная власть данного государства, но также и природную среду с ее компонентами: сушей и водами, воздушным пространством и недрами. Эта среда включает в себя и природные ресурсы, которые используются в промышленности и сельском хозяйстве, в обычной повседневной человеческой деятельности. Все это составляет материальное содержание государственной территории и с точки зрения международного права принадлежит тому государству, в пределах границ которого находится. Согласно современному международному праву, никто не вправе насильственно лишать государство принадлежащей ему территории и соответственно природных ресурсов. Об этом свидетельствуют принципы неприкосновенности и целостности государственной территории, неприкосновенности и нерушимости государственных границ.
Государственная территория, в частности земля с ее недрами, не может использоваться иностранными государствами, их юридическими и физическими лицами в промышленных целях без согласия территориального суверена. Например, без такого согласия незаконны добыча полезных ископаемых на иностранной территории или рыболовство в иностранных территориальных водах. Государство в силу своего суверенитета самостоятельно решает вопрос о допуске иностранных лиц к эксплуатации ресурсов. Иностранные государства и лица должны уважать юридическую принадлежность природных ресурсов территориальному суверену и его право регулировать использование этих ресурсов по своему усмотрению. Все эти положения подтверждались в резолюциях Генеральной Ассамблеи ООН относительно суверенитета государств над их природными ресурсами.
Одна из юридических форм выдачи разрешения на эксплуатацию природных ресурсов - это концессионные соглашения между территориальным сувереном и иностранными юридическими лицами. Условия таких соглашений определяются территориальным сувереном в соответствии с его законодательством. Как правило, иностранные юридические и физические лица наделяются ограниченными правами пользования на определенный срок и за определенную плату.
Иные условия возникают при международно-правовой аренде территории, когда одно государство передает другому на основании договора между ними права владения и пользования определенным участком территории в определенных целях на оговоренный срок и за согласованную плату. В этих случаях арендованный участок хотя и продолжает оставаться государственной территорией государства-арендодателя, государство-арендатор может осуществлять в его пределах свою юрисдикцию в соответствии с соглашением об аренде. На подобных условиях СССР по Договору 1962 года передал Финляндии в пользование на основе аренды советскую часть Сайменского канала.
Говоря о том, что территория принадлежит тому государству, в пределах границ которого она находится, следует иметь в виду, что речь идет о принадлежности в международных отношениях, которые регулируются международным правом. В этом плане под государством как субъектом этих отношений понимается политическая организация власти и населения данной страны. Именно этому субъекту международного права принадлежит его территория, причем имеется в виду не просто фактическая, а юридическая принадлежность. Из этого исходят международные соглашения сопредельных стран по пограничным вопросам. Особенно ярко проблема юридической принадлежности проявляется в территориальном споре, где речь идет именно о юридической принадлежности территории, а не о фактическом владении ею. Юридический характер принадлежности государственной территории вообще невозможно отрицать, ибо это означало бы отрицание самого права и обосновывало бы принадлежность территории фактическим захватом. А последнее как раз и запрещено международным правом.
Высшие органы государственной власти и управления, выступающие в международных отношениях от имени своего государства, имеют полномочия на распоряжение территорией в международных отношениях. Эти полномочия законны лишь тогда, когда они соответствуют конституционным установлениям страны. А осуществление этих полномочий в международных отношениях правомерно лишь в том случае, если оно соответствует основным принципам и нормам международного права.



3. Государственные границы

Государственные границы определяют пределы государственной территории, и в этом состоит их основное назначение. Государственной границей считаются линия и проходящая по этой линии вертикальная плоскость.
Различают сухопутные, водные и воздушные границы государственной территории. Сухопутные границы устанавливаются на основе договоров между сопредельными государствами и, согласно этим договорам, отмечаются на местности. Как правило, эти границы проводятся с учетом особенностей рельефа местности (горы, реки и другие характерные признаки) и называются орографическими. Иногда устанавливаются границы по прямой линии между двумя данными точками (геометрические границы), а также по меридианам или параллелям (астрономические границы).
Водные границы подразделяются на речные, озерные, границы других водоемов и морские. Границы на реках устанавливаются по соглашению между прибрежными государствами: на судоходных реках - по тальвегу (линии наибольших глубин) или посередине главного фарватера, на несудоходных - посередине реки. На озерах и иных водоемах граница устанавливается по прямой линии, соединяющей выходы сухопутной границы к берегам озера или иного водоема.
Морскими границами государства являются внешние пределы его территориального моря или линия разграничения территориальных морей смежных или противо лежащих государств. Внешние пределы территориального моря устанавливаются законодательством прибрежного государства в соответствии с общепринятыми принципами и нормами международного права. Конвенция ООН по морскому праву 1982 года установила, что каждое государство имеет право устанавливать ширину своего территориального моря до предела, не превышающего 12 морских миль. Граница территориального моря при размежевании между противолежащими или смежными государствами устанавливается по соглашению между ними. При этом действует ряд международных правил, в частности ни то, ни другое государство не имеет права, если только между ними не заключено соглашение об ином, распространять свое территориальное море за срединную линию. Однако это правило не применяется, если в силу исторически сложившихся правовых или иных особых обстоятельств необходимо провести иное разграничение.
Воздушными границами государственной территории являются боковые и высотные пределы его воздушного пространства. Боковой границей воздушного пространства является вертикальная плоскость, проходящая по сухопутной и водной линиям государственной границы. Никаких особых соглашений по воздушным границам не заключается.
Современные сухопутные и водные границы устанавливаются, как правило, по договору между сопредельными государствами и называются договорными. В этих случаях прохождение линии сухопутной границы (отчасти и водных) подробно описывается в международном договоре и соответствующее этому описанию положение линии границы наносится на карту, которая является неотъемлемой частью данного договора. Этот процесс определения договорной границы называется делимитацией. Для установления сухопутной линии границы на местности сопредельные государства образуют смешанную (совместную) комиссию, которая обозначает положение границы на местности путем сооружения специальных пограничных знаков (демаркация границы).
Кроме договорных существуют так называемые "исторически сложившиеся границы", точное положение которых не определялось и не закреплялось в договоре сопредельных государств, но в течение длительного времени они соблюдались на местности и были так или иначе признаны сопредельными государствами. Такое признание создает международно-правовой обычай относительно положения данной границы и на этой основе делает ее юридически обязательной для сопредельных государств. Положение таких границ может быть подтверждено в различных соглашениях сопредельных государств, в том числе и в соглашениях о демаркации.
Сопредельные государства устанавливают определенный режим взаимной границы для обеспечения ее неприкосновенности. В нем содержатся права и обязанности сторон по поддержанию в надлежащем порядке линии границы на местности, а также определен порядок ее пересечения. Режим границы устанавливается как соглашениями государств, так и их внутренним законодательством. Договоры о режиме границы обычно содержат положения о происхождении и обозначении линии границы на местности, об уходе за пограничными знаками, о совместных комиссиях по проверке границы, о пограничных уполномоченных (комиссарах), о порядке пользования пограничными водами и пересекающими границу железными и шоссейными дорогами, а также положения об охоте, лесном и сельском хозяйстве и о горном деле вблизи государственной границы.
На пограничных реках срединная линия реки или срединная линия главного фарватера или тальвега, по которым проводится линия границы, могут изменяться из-за различных намывов, наносов и других природных явлений. Поэтому в договорах часто оговаривается, что линия границы на данной реке является неизменной или она изменяется в зависимости от естественных изменений реки, если международными договорами не предусмотрено иное. Одностороннее изменение уровня пограничных вод недопустимо. Обычно в режиме государственной границы предусматривается, что в случае необходимости переоборудования или сноса мостов, плотин, дамб и подобных сооружений на пограничных водах, если такие действия могут повлечь за собой изменение уровня вод на территории другой стороны, к соответствующим работам можно приступать лишь по получении на то согласия этой стороны.
В целях обеспечения необходимого порядка в при граничных районах государства могут создавать в них специальный пограничный режим, который регулируется в основном внутренними законами.
Для упрочения добрососедских отношений и развития мирного сотрудничества сопредельных государств важное значение имеет своевременное урегулирование различных пограничных инцидентов на основе взаимного согласия сторон, В международной практике для этого применяют институт пограничных комиссаров (пограничных представителей), порядок назначения которых, их права и обязанности, правила сношений, иммунитеты и т. п. часто определяются в соглашениях с сопредельными государствами о режиме границы и о порядке урегулирования пограничных инцидентов. По этим соглашениям пограничные представители имеют компетенцию: 1) принимать меры для предотвращения нарушений порядка на границе; 2) препятствовать нелегальному переходу границы; 3) расследовать все случаи нарушения режима границы, кроме тех, которые требуют разрешения в дипломатическом порядке; 4) расследовать и разрешать претензии о всякого рода возмещениях, являющихся следствием нарушения порядка на границе; 5) согласовывать порядок возвращения имущества, оказавшегося на территории другой стороны. Особо серьезные случаи нарушения границы разрешаются, как правило, дипломатическим путем.
1 апреля 1993 г. был принят Закон о Государственной границе Российской Федерации, который вступил в действие 4 мая 1993 г. Закон содержит положения об установлении границ, их режиме, о пограничном режиме, полномочиях органов государства в сфере охраны границы и др.
В современном международном праве наметилась тенденция к особой стабильности договоров о государственных границах. Обычно международные договоры могут прекращать свое действие в связи с истечением их срока, наступлением отменительного условия, возникновением войны, прекращением существования субъекта договора, денонсацией, отменой договора, его новацией и аннулированием. Этим обычным образом договоры о границах не могут прекращать свое действие. Такие договоры имеют целью окончательное установление границы и не заключаются на временный срок (договоры о временных демаркационных линиях составляют особую категорию). В теории и практике международного права существует концепция о том, что установление границы имеет в виду окончательность и стабильность такого установления. Договоры о границах не содержат положений и условий об их денонсации и, следовательно, денонсации не подлежат. Эти договоры не могут содержать и никаких отменительных условий. Возникновение войны также не прекращает действия договора о границе. Прекращение существования субъекта международного права не создает никаких прав у кого-либо на территории бывшего субъекта, за исключением случаев объединения на основе самоопределения. Односторонняя отмена договора о границе противоправна в своей основе. Новация договора о границе (изменение ее положения) возможна только по взаимному согласию сторон. Остается довольно сложным вопрос о том, дает ли право на аннулирование договора о границе существенное нарушение этого договора другой стороной, в частности, посредством агрессии с целью аннексии. По-видимому, трудно утверждать о существовании такого правила для всех случаев, хотя подобные прецеденты имели место после второй мировой войны.
Коренное изменение обстоятельств, при которых был заключен какой-либо договор, дает в некоторых случаях право на его прекращение. Это установлено в п. 1 ст. 62 Венской конвенции о праве международных договоров 1969 года. Однако п. 2 той же статьи устанавливает, что эта оговорка неприменима к договорам, устанавливающим границу.
Согласно Венской конвенции о правопреемстве государств в отношении договоров 1978 года, правопреемство государств как таковое не затрагивает границ, установленных договором, или обязательств и прав, установленных договором и относящихся к режиму границы (ст. 11). Это означает, что если в силу самого факта правопреемства и возникают какие-либо основания для прекращения или изменения договорных прав и обязательств, то эти основания не могут быть использованы для изменения обязательств и прав, относящихся к режиму границы. Договоры о границах должны соблюдаться государством-преемником, если по взаимному согласию сторон не будет достигнуто решение об их изменении в соответствии с международным правом.



4. Изменение границ и территориальные споры

Принципы нерушимости и неприкосновенности государственных границ, неприкосновенности и целостности государственной территории, особая стабильность договоров о границах не исключают возможности мирного изменения границ по договоренности между сопредельными государствами и в соответствии с международным правом. Современное международное право дает для изменения границ три основания, которые связаны с изменением принадлежности территории. Во-первых, это осуществление народами и нациями права на самоопределение, при котором происходит разделение или воссоединение государств или народов, естественным следствием чего является установление новых государственных границ или ликвидация старых. Во-вторых, это обмен небольшими участками территории между сопредельными государствами в целях установления более удобного положения линии границы на местности. Например, по договору между СССР и Польшей от 15 февраля 1951 г. обе стороны обменялись равноценными по размеру пограничными участками исходя из экономического тяготения обмениваемых участков к смежным районам СССР и Польши. В соответствии с соглашением от 2 декабря 1954 г. Советский Союз и Иран обменялись соответствующими участками своей территории во взаимных интересах. Известны случаи, когда небольшие участки территории уступались и на иной компенсационной основе - взамен предоставлялись право водоплавания или денежная компенсация. Все подобные обмены и уступки должны быть оформлены международным договором с последующей ратификацией.
Стороны могут обмениваться небольшими и равноценными участками территории при демаркации или редемаркации границы, когда возникает необходимость ее спрямления на отдельных участках. Так, согласно протоколу совместной советско-норвежской комиссии по редемаркации границы 1967 года, стороны обменялись равноценными по площади небольшими участками территории. По протоколу между правительствами СССР и Турции о редемаркации советско-турецкой границы 1967 года стороны согласились провести новую границу на участках пограничных рек, где произошли изменения, по их новым руслам. В основу проведения новой границы положено "исключение территориальных потерь Сторонами".
Споры и разногласия о границах или о принадлежности отдельных участков территории являются в подавляющем большинстве случаев отголосками исторического процесса освоения новых территорий и становления четких государственных границ. Среди подобных споров можно выделить три типичных случая. В первом случае не существует ни делимитированной, ни демаркированной границы и спор идет о том, где и как эта граница должна быть установлена. Во втором случае либо существуют две соперничающие делимитации, происходящие из различных договоров, и спор идет о том, какая из них правомерна, либо спор происходит из различного толкования одной и той же делимитации. В третьем случае спор идет о принадлежности определенного участка территории, например острова. Все эти споры составляют одну категорию споров, а именно территориальных, в основе которых лежит вопрос о юридической принадлежности определенных участков территории.
Таким образом, территориальный спор образуется из-за различных позиций сторон (разногласий) относительно существования или действия норм международного права, договорных или обычных, определяющих юридическую принадлежность того или иного участка территории. При этом следует подчеркнуть, что признание территориального спора есть и признание существования определенной территории, юридическая принадлежность которой точно или окончательно не установлена.
Не все разногласия образуют территориальный спор. При демаркации границы нередко возникают разногласия относительно установления линии границы на местности, которые разрешаются смешанными комиссиями сторон по демаркации границы. Однако из таких разногласий могут возникать и споры в отмеченном выше значении. Не образует территориального спора и односторонняя территориальная претензия, при которой заявившее эту претензию государство не оспаривает норм международного права, определяющих положение линии границы или принадлежность определенной территории, но по каким-то причинам считает, что эта принадлежность должна быть изменена.
Территориальные споры, как и все международные споры вообще, должны разрешаться согласно принципу мирного разрешения споров. Известно немало случаев, когда обострение территориального спора приводило к серьезным вооруженным конфликтам. Поэтому в данном случае особое значение приобретают положения принципа мирного разрешения споров, которые обязывают спорящие стороны прилагать соответствующие усилия для разрешения спора и тем временем воздерживаться от любых действий, которые могут обострить его до такой степени, что поставят под угрозу международный мир и безопасность.
Среди множества доказательств, применяемых для выявления истинного положения границы, первое и основное место занимают положения договоров, устанавливающих данную границу, поскольку именно они ясно выражают намерения, волю и согласие сторон относительно положения границы. Географические карты могут в определенной степени служить доказательством того или иного положения линии границы. Общепризнано, что главную роль играют те географические карты, которые прилагаются к договору о делимитации, поскольку на них наносится линия границы в соответствии с договорными положениями. Карты, изданные правительственными органами в одностороннем порядке и не являющиеся приложением к договору о делимитации, не обладают всеми теми качествами, которые имеются у договорных карт. Однако и эти карты в некоторых условиях могут иметь существенное значение. Как правило, официальная публикация карт одной из сторон спора и признание или опротестование их другой стороной являются важным показателем позиции каждой стороны.
В территориальных спорах и разногласиях нередко возникает вопрос о признании одной из сторон фактически существующей границы или владения определенным участком территории (островом). Такое признание имеет существенное значение, поскольку оно ведет к ликвидации спора. Оно может быть явно выраженным или молчаливым. Явно выраженное признание может осуществляться в письменной и устной формах. В обоих случаях это выражение согласия с фактически существующей границей или с фактическим владением определенной территорией. Под молчаливым признанием обычно понимается отсутствие соответствующего протеста в тех случаях, когда имеются для этого основания. Концепция молчаливого признания неоднократно применялась в решениях международных судов и арбитражей относительно территориальных споров. С молчаливым признанием тесно связана концепция эстоппеля, согласно которой государство должно быть последовательным и не отрицать уже признанного факта. В отечественной доктрине эстоппель определяется как принцип, в соответствии с которым нельзя отрицать того, что до этого было принято или признано.
Первым доказательством отсутствия какого-либо признания границы или владения территорией является заявление протеста. В территориальном споре - это протест одной стороны по поводу действий другой стороны в отношении спорной границы или территории. Он предполагает какую-то юридически обоснованную позицию в отношении определенного положения границы и какие-то права на спорную территорию одной стороны и незаконность действий другой. Таким образом, протест является средством утверждения позиции государства в территориальном споре, хотя и не разрешает самого спора по существу. Протест позволяет заявившей его стороне занять твердую позицию в споре, что имеет немаловажное значение для его разрешения.



5. Международные реки

Международными реками следует считать те, что протекают по территории двух или более государств и неизбежно являются предметом международно-правовых отношений прибрежных государств. В отличие от международных, национальные реки расположены целиком в пределах одного государства и непосредственно не затрагивают интересы других стран.
Международное судоходство не является в настоящее время единственным критерием международной реки, поскольку развилось использование вод этих рек в промышленных и сельскохозяйственных целях. Пересечение или разделение международной рекой территории нескольких государств создает взаимосвязь интересов прибрежных государств, что и обусловливает их взаимные права и обязанности относительно данной реки. Основным здесь является правило о том, что любое прибрежное государство должно использовать воды международной реки таким образом, чтобы при этом не наносить существенного ущерба правам какого-либо другого прибрежного государства на использование вод этой же реки. Все прибрежные государства в принципе имеют равные права на использование вод международной реки. Использование международной реки в вышеперечисленных целях приводит к необходимости заключения соответствующего договора между всеми прибрежными государствами.
Международные реки могут подразделяться на открытые для международного судоходства, которые, как правило, пересекают территории нескольких государств, и пограничные реки, которые, как правило, разделяют территории нескольких государств. Однако эта классификация условна, так как одна и та же река может на одном участке пересекать территории нескольких государств, а на другом - разделять. Также и режим международного судоходства может существовать на пограничной реке и отсутствовать на реке, пересекающей территории нескольких государств. Но во всех случаях это будут международные реки, ибо даже при отсутствии международного договора прибрежные государства связаны определенными правами и обязанностями в отношении любого использования этих рек.

Судоходство по международным рекам. Режим судоходства по международной реке должен устанавливаться самими прибрежными государствами. Только прибрежное государство имеет право на проход своих судов через речные воды, входящие в состав территории другого государства, и то на основании соглашения, заключенного между прибрежными странами, и в соответствии с его условиями. В то же время в интересах своей торговли прибрежные государства часто предоставляют свободу судоходства для торговых судов всех стран. Однако это их право, но не обязанность. Поэтому суда неприбрежных стран не имеют права прохода по международным рекам, если иное не установлено в международном договоре.
Ряд положений относительно судоходства по международным рекам содержат Барселонская конвенция и Статут о режиме навигационных водных путей между народного значения 1921 года, которые, однако, не получили большого распространения. Вопрос об их пересмотре возник в Ассоциации международного права, которая разработала и приняла на своей Хельсинкской конференции в 1966 году проект статей относительно различных видов использования вод международных рек. Согласно этому документу, каждому прибрежному государству принадлежит право свободного судоходства на всем протяжении международной реки. Прибрежные государства могут предоставлять такое право и неприбрежным государствам. Хельсинкские правила не являются официальной конвенцией, обязательной для государств, но многие их положения отражают тенденции развития международного права.
В настоящее время условия и правила прохода иностранных судов по международным рекам определяются в каждом конкретном случае соответствующими соглашениями прибрежных государств. Подобные соглашения, как правило, предусматривают свободу судоходства для прибрежных государств, а иногда и для всех стран. В целях содействия выполнению этих соглашений создаются речные комиссии из представителей прибрежных государств. Международными реками являются Дунай, Рейн, Нигер, Конго, Амазонка и др.
Международное судоходство по Дунаю регулируется Конвенцией о режиме судоходства по Дунаю 1948 года. Согласно ст. 1, навигация по Дунаю объявлена свободной и открытой для граждан, торговых судов и товаров всех государств на основе равенства в отношении портовых и навигационных сборов и условий торгового судоходства. Плавание по Дунаю военных кораблей всех непридунайских стран запрещается. Плавание военных, полицейских и таможенных судов придунайских стран может происходить лишь в пределах границ своей страны, а на остальных участках - лишь с согласия соответствующих прибрежных государств. Дунайская комиссия, организованная из представителей придунайских стран, осуществляет наблюдение за выполнением конвенции, координирует деятельность прибрежных стран и содействует их сотрудничеству в данной сфере, проводит консультации, выносит рекомендации и т. п.

Несудоходное использование международных рек. К несудоходному использованию международных рек относятся строительство плотин для гидроэлектростанций и ирригации, сброс промышленных вод, рыболовство, лесосплав и т. п. В последнее время подобные виды использования международных рек в целом имеют большее распространение, чем традиционное судоходство. Все вопросы несудоходного использования решаются или должны решаться на основе соглашения между прибрежными государствами. Единственным общим документом в этом отношении являются Хельсинкские правила 1966 года, которые содержат детально разработанные статьи по таким видам использования, как распределение вод, предотвращение загрязнения, лесосплав и др. В основе всех этих видов использования лежит следующий принцип: использование вод международной реки одним государством не должно наносить ущерб водам той же реки, протекающим в пределах другого государства. В ином случае необходимо заключение соответствующего соглашения.
Общие правила относительно урегулирования вопросов, возникающих при строительстве гидроэлектростанций на международных реках, содержатся в Женевской конвенции о гидроэнергии водных потоков, имеющих значение для нескольких государств, 1923 года. В частности, все работы по использованию гидроэнергии, которые могут привести к физическому изменению местности на территории другого государства или могут причинить ему существенный ущерб, должны проводиться на основании соглашения заинтересованных государств. По этому пути и идет международная практика.
Во многих международных договорах, регулирующих проблемы ирригации, подразумевается, что при использовании речных вод в этих целях одно прибрежное государство не должно наносить ущерб другому государству. При этом на первое место выходит более конкретный вопрос - количественное распределение вод между прибрежными государствами. Согласно Хельсинкским правилам, каждое государство бассейна имеет право на разумную и справедливую долю вод.
В соответствии с принципом справедливого использования вод прибрежное государство должно предотвращать любые формы загрязнения или увеличение степени существующего загрязнения, которое причинило бы существенный ущерб другому государству. Существует большое количество соглашений, которые основаны на этом принципе.
Все виды несудоходного использования речных вод могут оказывать вредное влияние на рыбные ресурсы в пределах границ другого государства. Поэтому в случае возможности возникновения противоречий между прибрежными государствами в этой области они также должны заключать соответствующие соглашения, что часто и делается.
Аналогичным образом решались подобные вопросы в соглашениях СССР с сопредельными странами, например в соглашении СССР с Польшей о водном хозяйстве на пограничных водах 1964 года и в соглашении СССР с Финляндией о пограничных водных системах 1964 года. В первом, в частности, указывалось, что на пограничных водах не будут проводиться без взаимного согласования какие-либо работы одной из сторон, которые могут оказывать влияние на водное хозяйство другой стороны (ст. 9).
Комиссия международного права разрабатывает по поручению Генеральной Ассамблеи ООН проект статей о несудоходном использовании международных рек.



ГЛАВА VI

НАСЕЛЕНИЕ

1. Международно-правовая регламентация положения населения

Понятие населения. Под населением чаще всего понимают совокупность индивидов, проживающих в данный момент на территории того или иного государства.
Население любого государства состоит из следующих категорий: граждан данного государства, иностранцев (так называемых обычных иностранцев, то есть не пользующихся иммунитетами и привилегиями) и лиц без гражданства. Есть некоторые промежуточные категории, но они входят в одну из перечисленных основных категорий (например, лица, имеющие двойное гражданство, входят в число граждан соответствующих государств).
Социально-экономические условия приводят к появлению таких устойчивых общностей, как государство, народ, нация, в рамках которых связи между людьми приобретают системный характер, позволяющий рассматривать эти общности в качестве развивающихся и функционирующих в соответствии с определенными закономерностями.

Характер воздействия международного права на положение населения. Если исходить из того, что международное право не оказывает непосредственного регулятивного воздействия на население (в целом, на какие-либо его категории и отдельных лиц), это не будет означать, однако, что оно никак не затрагивает населения. Имеется ряд международно-правовых норм, договорных и обычных, прямо и косвенно относящихся к населению, в частности по вопросам гражданства, выдачи преступников, прав человека, режима иностранцев. И даже те нормы международного права, которые прямо не посвящены населению, оказывают воздействие на его правовое положение. Обязывая государства действовать определенным образом по отношению друг к другу, международное право влечет за собой обязанность государства предпринимать те или иные действия и в сфере его внутренней жизни, в том числе принимать правовые акты, касающиеся положения населения.
Представление о процессе воздействия международного права на положение населения зависит от взглядов на соотношение и взаимодействие международного и внутригосударственного права и на понятие международной правосубъектности.
Различие мнений по этому вопросу определяется прежде всего тем, придерживаются ли соответствующие авторы монистической или дуалистической теории соотношения международного и внутригосударственного права.
Радикальные монисты считают, что международное право непосредственно регулирует положение населения. Это вытекает из одного из основных отстаиваемых ими тезисов о том, что индивиды являются единственными субъектами международного права.
Умеренные монисты и умеренные дуалисты исходят из того, что международное право может непосредственно регулировать внутригосударственные отношения и таким образом определять положение населения и отдельных лиц, если такова была воля создателей конкретных международно-правовых норм, то есть практически участников международных договоров, ясно выразивших желание распространить их действие непосредственно на те или иные категории населения (индивидов).
Последовательные дуалисты отрицают возможность непосредственного регулирования положения населения международным правом, считая, что это объективно невозможно, так как международное право может регулировать только межгосударственные отношения.
В современной западной доктрине подавляющее большинство авторов рассматривает предоставление индивидам прямого доступа в международные судебные органы в качестве стороны в процессе как одно из основных доказательств возможности прямого регулирования международным правом положения индивидов.
В отечественной доктрине по этому поводу высказываются различные точки зрения. Нередко отмечается, что соглашения, предусматривающие прямой доступ индивидов в международные судебные органы, встречаются чрезвычайно редко, нетипичны и не могут изменить общее правило. Иногда подчеркивается, что международная правосубъектность индивидов носит в этих случаях производный, ограниченный характер и не должна противопоставляться государственному суверенитету. Вместе с тем существует мнение, согласно которому такого рода соглашения создают лишь взаимные права и обязанности для их участников по поводу прямого доступа индивидов в международные судебные органы и объективно не могут превратить индивидов в субъектов международного права, подчинить их непосредственному воздействию норм, содержащихся в этих соглашениях, поскольку индивиды не в состоянии участвовать в межгосударственных отношениях.



2. Международно-правовые вопросы гражданства

Понятие гражданства. Гражданство - это устойчивая правовая связь физического лица с государством, выражающаяся в совокупности их взаимных прав и обязанностей. Иногда гражданство называют принадлежностью лица к государству. Гражданство - устойчивая правовая связь, поскольку даже в случае выезда гражданина за границу его гражданство автоматически, как правило, не прекращается.
В законодательстве некоторых государств существуют различные термины для обозначения принадлежности , физических лиц к государству. В странах с республиканской формой правления обычно употребляется термин "гражданство", в странах с монархической формой правления все еще встречается термин "подданство". В американском, британском, а также в законодательстве некоторых других государств существует множественность терминов, обозначающих принадлежность лица к государству.
Например, наряду с терминами "citizen" (гражданин) и "subject" (подданный) в англо-американской теории и практике широко также распространен термин "national", который буквально может быть переведен как "лицо, обладающее определенной национальной принадлежностью" (в юридическом смысле). Эта множественность терминов, означающих в настоящее время по существу одно и то же, порождена в прошлом колониализмом. В практике колониальных государств термин "гражданство" первоначально применялся лишь в отношении лиц, обладающих политическими и гражданскими правами в полном объеме. Коренное население колоний обычно относили к лицам, обладающим юридической принадлежностью к данному государству (nationals, ressortissants и т. д.). Крах колониализма привел к изменению первоначального смысла упомянутых терминов. Некоторые из них вообще вышли из употребления, но их множественность сохранилась до сих пор.
Гражданство регулируется в принципе внутренним законодательством государства. Возможно отсутствие закона о гражданстве в каком-либо государстве. Но дело не в формальном законодательном регулировании гражданства. Гражданство - понятие, неразрывно связанное с государственностью. Отсутствие закона о гражданстве не означает отсутствия самого гражданства, хотя и может осложнить ведение внешних сношений. Так или иначе, регламентация гражданства - внутренний вопрос, сфера внутренней компетенции государства. Условия приобретения и утраты гражданства устанавливаются внутренним законодательством государства. Поскольку каждое государство в данной области действует самостоятельно, неизбежны столкновения (коллизии) законов о гражданстве различных государств. Такие коллизии могут быть источником трений и конфликтов международного характера. Для их ликвидации или предотвращения государства часто прибегают к заключению международных договоров, то есть вырабатывают соответствующие нормы международного права.

Приобретение и утрата гражданства. Способы приобретения гражданства можно условно разделить на две большие группы. Первая группа охватывает способы приобретения гражданства в общем порядке, вторая - в исключительном порядке. Способы приобретения гражданства в общем порядке являются более или менее стабильными, обычными для законодательства государств. К ним относится приобретение гражданства: а) в результате рождения; б) в результате натурализации (приема в гражданство). К этим способам примыкает редко встречающееся в практике государств пожалование гражданства.
Приобретение гражданства в исключительном порядке охватывает следующие способы: а) групповое предоставление гражданства, или коллективная натурализация (частный случай - так называемый трансферт); б) оптация, или выбор гражданства; в) реинтеграция, или восстановление в гражданстве.
Приобретение гражданства в результате рождения - самый обычный способ его приобретения. Законодательство государств по этому вопросу основывается на одном из двух принципов: праве крови (jus sanguinis) или праве почвы (jus soli). Иногда в доктрине приобретение гражданства по праву крови именуется приобретением гражданства по происхождению, а по праву почвы - по рождению. Право крови означает, что лицо приобретает гражданство родителей независимо от места рождения; право почвы - что лицо приобретает гражданство государства, на территории которого родилось, независимо от гражданства родителей. Большинство государств мира придерживается права крови. Российское законодательство также основано преимущественно на праве крови. Как правило, государства, которые в принципе следуют праву крови, в некоторых случах исходят и из права почвы.
Право почвы свойственно законодательству США и латиноамериканских государств. Однако оно всегда в какой-то степени дополняется правом крови (обычно в отношении детей граждан соответствующих государств, родившихся за границей).
Любое государство, как правило, стремится ввести в свое законодательство нормы, ограничивающие возможность приобретения его гражданства лицами, рожденными от смешанных браков. Это диктуется различными соображениями, в частности нежеланием способствовать приобретению своими гражданами еще и иностранного гражданства, то есть двойного гражданства, что может привести к осложнениям в межгосударственных отношениях.
Государства, придерживающиеся права крови, нередко также ограничивают возможность приобретения своего гражданства теми лицами, которые родились за границей от граждан, постоянно там проживающих, особенно если один из родителей является иностранным гражданином.
Натурализация (укоренение) -индивидуальный прием в гражданство по просьбе заинтересованного лица. В отечественном законодательстве этот термин не применяется, но в теории международного права он общепризнан. Натурализация - добровольный акт. Принудительная натурализация противоречит международному праву, и попытки осуществить ее всегда вызывали ноты протеста. Практике известны такие случаи. В частности, некоторые латиноамериканские страны в прошлом веке пытались в принудительном порядке автоматически предоставить иностранцам, проживающим длительное время на их территории, свое гражданство.
Натурализация осуществляется обычно в большинстве государств с учетом определенных условий, предусмотренных в законе. Важнейшие условия - это, как правило, определенный срок проживания на территории данного государства (5, 7, иногда 10 лет). Предусматриваются и другие условия натурализации, например имущественные. Возможность натурализации часто облегчается, если заинтересованное лицо оказало какие-либо услуги данному государству, служило в его вооруженных силах, находилось на его государственной службе и т. д.
Процедура приема в гражданство целиком определяется внутренним законодательством государств. Можно выделить по крайней мере четыре вида процедур натурализации:
1) натурализация, осуществляемая высшими органами государственной власти;
2) натурализация, осуществляемая органами государственного управления: правительством либо чаще всего центральными отраслевыми органами государственного управления (обычно ведомствами внутренних дел);
3) натурализация, осуществляемая местными органами государственной власти (встречается крайне редко);
4) судебная натурализация (также встречается редко).
Разновидностью натурализации является предусматриваемый законодательством некоторых государств упрощенный порядок приобретения гражданства определенными категориями лиц путем регистрации (если только речь не идет о подтверждении своего гражданства), усыновления, в результате вступления в брак. Два последних способа называют иногда семейным порядком приобретения гражданства. К нему относится и автоматическая натурализация несовершеннолетних детей в связи с натурализацией родителей.
Многие государства считают недопустимым автоматическое приобретение женщиной гражданства мужа в результате ее вступления в брак. Эта позиция получила отражение в Конвенции о гражданстве замужней женщины 1957 года.
Пожалование гражданства, в отличие от натурализации, осуществляется по инициативе компетентных властей государства, а не по просьбе заинтересованного лица. Обычно гражданство в порядке пожалования предоставляют за особые заслуги перед государством.
Как показывает сам термин, приобретение гражданства в исключительном порядке существует как изъятие, исключение из общего стабильного порядка приобретения гражданства. Такой исключительный порядок предусматривается либо в международных договорах, либо в специальных законах. Он устанавливается на определенный срок и, как правило, касается лишь определенной категории лиц. Анализ практики показывает, что предоставление гражданства в исключительном порядке порождается событиями, ведущими к массовому переселению, а также территориальными изменениями.
Групповое предоставление гражданства - это наделение гражданством населения какой-либо территории в упрощенном порядке либо предоставление в упрощенном порядке гражданства переселенцам.
Частным случаем группового предоставления гражданства является трансферт - переход населения какой-либо территории из одного гражданства в другое в связи с передачей территории, на которой оно проживает, одним государством другому. Автоматический трансферт может вызывать возражения со стороны какой-либо части населения передаваемой территории, поэтому обычно он корректируется правом оптации (выбора гражданства), то есть фактически правом сохранения заинтересованными лицами прежнего гражданства.
Оптация (выбор гражданства) не всегда выступает в качестве способа приобретения гражданства. Например, возможность оптации предусматривается в конвенциях о двойном гражданстве. Если гражданин какого-либо государства имеет одновременно и иностранное гражданство, то ему может предоставляться право оптировать одно из них, отказавшись тем самым от другого. Гражданства он в этом случае не приобретает, поскольку оптация влечет здесь за собой лишь утрату одного из гражданств. Однако в некоторых случаях оптация выступает в качестве самостоятельного способа приобретения гражданства. Такую роль она играла, например, в соответствии с советско-польским соглашением о репатриации от 25 марта 1957 г., по условиям которого репатрианты из СССР в ПНР с момента пересечения советско-польской государственной границы утрачивали гражданство СССР и приобретали гражданство ПНР.
И наконец, один из способов приобретения гражданства в исключительном порядке - реинтеграция, или восстановление в гражданстве. При определенных обстоятельствах принимаются специальные законодательные акты об особом порядке восстановления в гражданстве. В некоторых странах возможность восстановления гражданства предусмотрена в общем, а не в специальном законодательстве о гражданстве. В этом случае восстановление в гражданстве не служит самостоятельным способом приобретения гражданства, а является лишь упрощенной натурализацией.
Что касается утраты гражданства, то можно выделить три ее формы: автоматическую утрату гражданства; выход из гражданства; лишение гражданства.
Автоматическая утрата гражданства в отечественной практике встречается лишь в международных соглашениях и в специальных законодательных актах. В законодательстве США это, наоборот, типичная форма утраты гражданства. В США существует так называемая доктрина свободы экспатриации. Если какое-либо лицо, имеющее американское гражданство, натурализовалось за рубежом, оно автоматически утрачивает американское гражданство. В законодательстве США установлены и другие основания автоматической утраты гражданства (например, в случае участия американского гражданина в выборах в иностранном государстве).
В западной доктрине существует мнение, что безусловная свобода экспатриации является международно-правовой нормой. Согласно этой точке зрения, лицо, натурализованное в каком-либо государстве, должно считаться утратившим свое прежнее гражданство. Но практика ее опровергает. Значительное число государств не придерживается свободы экспатриации, Великобритания в 1948 году от нее отказалась. В качестве международно-правовой нормы она выступает лишь в том случае, если предусмотрена международным договором (для участников договора).
Выход из гражданства - это утрата гражданства на основании решения компетентных органов государства, выносимого по просьбе заинтересованного лица. Данная форма характерна, в частности, для российского законодательства.
Лишение гражданства содержит в себе элемент наказания. В отличие от выхода из гражданства, оно осуществляется по инициативе государственных органов и, как правило, в отношении лиц, замешанных во враждебной данному государству деятельности.
Лишение гражданства может осуществляться: а) при определенных условиях, предусмотренных общим законодательством (например, в случае натурализации обманным путем); б) на основании специального акта, касающегося конкретного лица или лиц определенной категории. Российское законодательство возможности лишения гражданства не предусматривает.

Двойное гражданство. Это - наличие у лица гражданства двух или более государств. Таким образом, этот термин охватывает и множественное гражданство (тройное и т. д.). Двойное гражданство порождается коллизиями законов о гражданстве различных государств (например, основанных на праве почвы и праве крови).
В практике сложилось правило, вытекающее из государственного суверенитета, согласно которому государство, гражданин которого имеет также иностранное гражданство, рассматривает его исключительно как своего гражданина независимо от того, положительно или отрицательно относится это государство к приобретению его гражданином иностранного гражданства.
Некоторые государства поощряют двойное гражданство (обычно по политическим соображениям). В свое время известность в этом смысле приобрела ст. 25 имперского закона о гражданстве Германии 1913 года, которая подвергалась критике в правовой литературе. Согласно закону от 28 ноября 1991 г., гражданину России может быть разрешено иметь гражданство другого государства, с которым Россией заключен соответствующий договор. Однако граждане России, имеющие также иностранное гражданство, не могут на этом основании быть ограничены в правах, уклоняться от выполнения обязанностей или освобождаться от ответственности, вытекающих из гражданства России.
Двойное гражданство имеет определенные отрицательные последствия. Среди них следует отметить:
а) последствия, связанные с оказанием дипломатической защиты лицам с двойным гражданством;
б) последствия, связанные с военной службой лиц с двойным гражданством.
В первом случае возможны две ситуации. Первая ситуация: дипломатическую защиту лицу с двойным гражданством пытается оказать одно из государств, гражданство которого это лицо имеет, против другого государства его гражданства. В этом случае вопрос о дипломатической защите практически отпадает. Точнее, попытка ее оказать допустима, но такая защита будет отклонена на том основании, что соответствующее лицо имеет гражданство государства, против которого оказывается защита. Вторая ситуация: лицо с двойным гражданством оказывается на территории третьего государства, и на территории этого государства встает вопрос об оказании такому лицу дипломатической защиты со стороны государств его гражданства. Власти государства пребывания обычно в этой ситуации считаются с гражданством того государства, с которым лицо с двойным гражданством имеет наиболее прочную фактическую (принцип эффективного гражданства) связь (например, гражданство государства, на территории которого это лицо постоянно проживает или на языке которого говорит, и т. д.). Эти критерии несовершенны. Получается, что гражданство какого-либо из заинтересованных государств предпочтительнее. С правовой точки зрения ситуация неразрешима. Есть только один выход - заключение международного соглашения, двустороннего или многостороннего. Решения по таким вопросам международных судебных органов или арбитражей, основанные на принципе эффективного гражданства, были распространены в практике западных государств, однако не породили общего правила. Они касаются отдельных случаев и могут приниматься в результате обращения в суд или арбитраж обоих заинтересованных государств.
Что касается второго случая, то здесь проблема связана с тем, что лица мужского пола, имеющие двойное гражданство, как правило, должны пройти обязательную военную службу в каждом государстве своего гражданства. Практически это невозможно. Таким образом, лицо с двойным гражданством, прошедшее обязательную военную службу в одном из государств своего гражданства, оказавшись на территории другого, почти неизбежно будет привлечено к ответственности либо за уклонение от выполнения воинской обязанности, либо за службу в иностранной армии без разрешения, либо за то и другое одновременно. Решить указанную проблему также можно только одним путем - заключить международное соглашение.
Имеются два вида международных договоров, посвященных вопросам двойного гражданства.
Первый - договоры, направленные на устранение последствий двойного гражданства (в связи с оказанием дипломатической защиты или с военной службой). Такие соглашения само двойное гражданство не устраняют. Среди них - многосторонняя Гаагская конвенция о некоторых вопросах, относящихся к коллизии законов о гражданстве, 1930 года, глава II многосторонней Страсбургской конвенции о множественном гражданстве 1963 года и ряд двусторонних договоров. Значительная часть западноевропейских государств охвачена сетью подобных двусторонних договоров. Из них многие посвящены только одному вопросу - военной службе лиц с двойным гражданством.
Все указанные договоры носят характер полумер, то есть ликвидируют не причину, а лишь следствие столкновений интересов государств в области гражданства. Например, 10 июля 1967 г. путем обмена нотами было заключено соглашение СССР с Канадой, в котором, в частности, предусматривалось обязательство канадской стороны не препятствовать выезду советских граждан, посещающих Канаду, если они, обладая также канадским гражданством, прибыли в Канаду с советским паспортом и канадской визой. Аналогичное обязательство было взято на себя и СССР в отношении лиц, имеющих одновременно канадское и советское гражданство.
Второй вид договоров о двойном гражданстве - договоры, направленные на ликвидацию двойного гражданства как такового.
Первым договором этого рода в практике Советского Союза было соглашение по вопросам гражданства с Монголией 1937 года. Это соглашение устраняло возможность возникновения двойного гражданства в результате натурализации. Основная масса договоров о двойном гражданстве с участием СССР была заключена в 1956-1958 годах. Первую конвенцию о двойном гражданстве Советский Союз заключил с Югославией в 1956 году, затем были заключены конвенции с рядом других государств. В основу этих конвенций было положено правило, согласно которому лицо с двойным гражданством могло выбрать в течение определенного срока одно из своих гражданств. Если в течение этого срока выбор не был сделан, такое лицо сохраняло гражданство государства, на территории которого постоянно проживало. По пути заключения подобных двусторонних конвенций пошли и некоторые восточноевропейские государства: Болгария, Румыния, Польша, Чехословакия, Венгрия. В конвенциях с участием СССР имелась одна особенность - они действовали в течение одного года. Правда, в некоторых случаях отдельные конвенции продлевались, но это не решало проблему в целом. По истечении срока действия конвенций продолжали заключаться смешанные браки, от которых рождались дети с двойным гражданством.
В связи с этим возникла необходимость в заключении новых конвенций о двойном гражданстве. На протяжении 60-х и 70-х годов СССР заключил с большинством восточноевропейских государств, в том числе с ГДР, а также Монголией, соответствующие конвенции или договоры, которые сохраняют свою силу для России, кроме договора с ГДР (договор с Чехословакией действует в настоящее время между Россией и Чехией и Словакией).
Они практически однотипны и, так же как и предыдущие конвенции, устанавливают право оптации гражданства для лиц с двойным гражданством. В отношении несовершеннолетних выбор гражданства осуществляется их родителями. Предусматривается также возможность выбора родителями гражданства детей, родившихся от смешанных браков уже после вступления в силу соответствующего договора.
С целью предотвращения возникновения двойного гражданства при натурализации в конвенциях закрепляется правило, согласно которому каждая сторона обязуется не принимать в свое гражданство гражданина другой стороны, пока он не представит разрешения на это властей своего государства.

Безгражданство. Это - правовое состояние, которое характеризуется отсутствием у лица гражданства какого-либо государства. Безгражданство может быть абсолютным и относительным.
Абсолютное безгражданство - безгражданство с момента рождения. Относительное безгражданство - безгражданство, наступившее в результате утраты гражданства. Безгражданство представляет собой правовую аномалию. Государства борются с ним, стремясь его ограничить.
Лица без гражданства (апатриды) не должны быть бесправными. В принципе их правовое положение определяется внутренним законодательством государства, на территории которого они проживают. Все государства обязаны уважать основные права человека и в соответствии с этим обеспечить для лиц без гражданства соответствующий режим. В каждом государстве он, однако, имеет свои особенности. В России статус лиц без гражданства по существу приравнивается к статусу иностранцев, за исключением одного момента: иностранное дипломатическое представительство не вправе оказывать им защиту. Как и иностранцы, они не несут воинской обязанности и не обладают избирательными правами, на них распространяются те же профессиональные ограничения, что и на иностранцев.
Ни в одном международном договоре, касающемся лиц без гражданства, Россия не принимает участия, ограничиваясь внутренними мерами. Так, в законе о гражданстве России устанавливается, что ребенок лиц без гражданства, родившийся на территории России, является гражданином России.
Имеются две многосторонние конвенции, посвященные лицам без гражданства: Конвенция о статусе апатридов 1954 года и Конвенция о сокращении безгражданства 1961 года. Целью Конвенции 1954 года является не ликвидация самого безгражданства, а установление на территории государств-участников определенного режима для лиц без гражданства. Она защищает их личный статус, имущественные права, предусматривает свободу предпринимательства для лиц без гражданства, некоторые льготы в области получения образования, трудоустройства и т. д.
При разработке Конвенции о сокращении безгражданства 1961 года разногласия между заинтересованными государствами были довольно велики, поэтому сфера ее применения оказалась сравнительно узкой. Особенностью конвенции является то, что она содержит положения, предусматривающие создание международного органа, в который могут обращаться непосредственно лица без гражданства с жалобами на невыполнение участниками конвенции ее постановлений. По решению Генеральной Ассамблеи ООН функции упомянутого органа возложены на Верховного комиссара ООН по делам беженцев.

<< Пред. стр.

стр. 2
(общее количество: 11)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>