<< Пред. стр.

стр. 8
(общее количество: 13)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

относили либо к непроизвольному, либо к произвольному виду вни-
мания. Иногда же ее выделяют и описывают как самостоятель-
ную и возникающую в результате разрешения конфликта основных
видов внимания. «В каждодневной деятельности произвольное и
непроизвольное внимание всегда переплетены. Жизнь – великий
компромисс между тем, на что направлено наше произвольное вни-
мание, и тем, что цели окружающего мира навязывают вниманию
непроизвольному», – пишет Г.Мюнстерберг. Сохраняя черты своих
предшественников, спонтанное внимание приобретает качественно
новые свойства и признаки. С объективной стороны оно выглядит
как направленное не на предмет, а на процесс деятельности; со сто-

70
роны субъективной оно кажется ведомым какой-то высшей силой
и сопровождается переживанием всепоглощающего интереса и даже
наслаждения.
Удачную как по замыслу, так и по исполнению попытку созда-
ния классификации видов внимания по единому основанию предпри-
нял Н.Ф.Добрынин (1938). Он предлагает упорядочить известные,
попадающие в разные рубрики различных классификаций формы
внимания по измерению активности личности, выделяя на этом кон-
тинууме три участка. На первом последовательно располагаются
непроизвольные разновидности, вышеназванные вынужденным, не-
вольным и привычным вниманием. Активность личности минималь-
на в случаях вынужденного, увеличивается при невольном (у
Н.Ф.Добрынина – эмоциональном) и становится еще выше в случа-
ях привычного внимания. Второй участок континуума занимает во-
левое, или, по Н.Ф.Добрынину, произвольное внимание. Как вид с
максимальным проявлением активности, то есть на третьем учас-
тке, автор предлагает рассматривать внимание послепроизволь-
ное, названное выше спонтанным. Н.Ф.Добрынин говорит о каче-
ственном своеобразии этих видов, возможности взаимопереходов
и сосуществования на разных уровнях деятельности. Обоснование
выделения послепроизвольного внимания и изучение его различ-
ных форм и проявлений проводились в течение многих лет
Н.Ф.Добрыниным и продолжаются в работах его учеников и по-
следователей.
Вышеуказанные виды внимания обсуждаются также в когни-
тивной психологии, хотя в различной степени и под другими назва-
ниями. Однако вопросы классификации процессов и состояний вни-
мания здесь специально не ставятся и лишь затрагиваются в связи
с описанием парадигм экспериментального исследования. При этом
в первую очередь различают внимание селективное (фокусирован-
ное) и внимание распределенное. В ситуации селективного внима-
ния от испытуемого требуют переработки и ответа на один сти-
мульный вход при одновременном предъявлении нескольких входов.
Работа внимания в этом случае заключается в отборе стимуляции,
заданной какими-либо признаками, и отвержении или игнорирова-
нии всех других потоков стимуляции. Кроме того, по модальности
стимульного материала различают зрительное и слуховое внима-
ние. При использовании близкого по значению термина «фокусиро-
ванное внимание» обычно имеют в виду сосредоточение на какой-
то деятельности, а не на стимульном входе. При этом, кроме
определенной направленности, здесь подразумевают и поддержа-

71
ние необходимой степени внимания. Неудача селекции объясняет-
ся отвлечением внимания.
Стандартным приемом исследования селективного внимания яв-
ляется инструкция на повторение при дихотическом предъявлении
двух сообщений. Испытуемый внимательно слушает и незамедли-
тельно повторяет вслух слова, идущие, например, с правого наушни-
ка, в то время как в левый наушник поступают слова другого текста.
Главные вопросы исследований здесь заключаются в том, каким
образом и насколько эффективно отвергается нерелевантная инфор-
мация. В исследованиях распределенного внимания, когда ис-
пытуемый должен одновременно выполнять две деятельности или
внимать нескольким стимульным входам, на первый план выступает
интенсивностный аспект внимания. Выяснение пределов переработки
информации, ограничений внимания и распределения его ресурсов –
основные задачи исследований этого типа.
Разницу между селективным и распределенным вниманием
можно пояснить на примере. Представим себе молодого человека,
который пришел на свидание и с нетерпением ожидает свою
возлюбленную. Перед ним простирается оживленная улица, на ко-
торую выходит несколько переулков. Если девушка может выйти
из любого переулка, то внимание юноши будет распределенным.
Если же ему известно, откуда она появится, то внимание будет из-
бирательно направлено на пересечение данного переулка с улицей.
В том и другом случае молодой человек будет замечать и опозна-
вать прохожих, обладающих определенными признаками – напри-
мер, блондинок с распущенными волосами и синим шарфом, но при
стратегии селективного внимания его восприятие будет более бы-
стрым и безошибочным, чем при внимании распределенном.
Третья основная парадигма исследований внимания – реше-
ние длительных и монотонных задач на бдительность. Внимание
соответствующего вида называют непрерывным (sustained). Ас-
пекты степени и направленности внимания взаимосвязаны. Если
селекция релевантного источника информации не требует расхода
ресурсов внимания, то говорят о внимании автоматическом. В ра-
ботах, обсуждающих связь внимания с осознанием входа, говорят
о фокальном и периферическом внимании. Фокальное внимание
намеренно направлено на объект, находящийся в центре сознания;
внимание периферическое распространяется на содержания крае-
вой области сознания.
С целью описания основных свойств внимания его удобно пред-
ставить в виде подвижного луча прожектора, направленного в ту

72
или иную область пространства потенциальных объектов внима-
ния. С этой, объективной стороны характеризуют общую направ-
ленность внимания. Уровень освещенности можно назвать степе-
нью внимания. В классической психологии сознания интенсивность
внимания определяют как степень ясности и отчетливости содер-
жаний, находящихся в фокусе текущего сознательного опыта. При
этом большинство авторов предостерегали от оценки степени вни-
мания по переживанию напряженности или усилия. В когнитивной
психологии под степенью внимания подразумевают количество ре-
сурсов, вкладываемых в переработку релевантной информации, и
оценивают ее по уровню или глубине этой переработки. Третья ха-
рактеристика – объем внимания – может быть представлена как
телесный угол луча прожектора или площадь пятна света. Его оп-
ределяют как число простых впечатлений или идей, осознаваемых
ясно и отчетливо. Объем и степень внимания связаны обратной
зависимостью – увеличение объема, как правило, приводит к умень-
шению степени и, наоборот, фокусировка на одном объекте повы-
шает степень внимания к нему. Учитывая эту закономерность, обе
характеристики нередко объединяют в одну, называя ее степенью
концентрации или сосредоточения внимания.
Общая направленность, степень и объем описывают внима-
ние как состояние. С целью формального описания внимания как
процесса используют несколько временных характеристик. Непро-
извольное изменение степени внимания обычно называют колеба-
ниями, а изменения его общей направленности и объема – отвлече-
ниями или сдвигами внимания. Оценки частоты колебаний и сдвигов
характеризуют устойчивость внимания к данному объекту, группе
объектов или виду деятельности с ними. Внимание считается ус-
тойчивым и в тех случаях, когда содержания фокальной части со-
знания меняются в пределах основного русла деятельности, но тогда
говорят о сохранении лишь общей направленности. Длительное,
равномерное и непрерывное внимание к определенному объекту –
мысли или образу, с одной стороны, требует его изменения, а с дру-
гой, приводит к трансформации или деструкции этого объекта.
Распределение внимания можно представить как расщепле-
ние луча в двух и более направлениях. Преднамеренные сдвиги луча
с одного объекта (или его аспекта) на другой называют
переключениями внимания. Произвольные и непроизвольные изме-
нения направленности, степени и объема внимания могут происхо-
дить легко и быстро или, напротив, с трудом и медленно. Эту ха-
рактеристику подвижности внимания раскрывают через свойства

73
инерционности и аккомодации. Инерционность внимания оценива-
ют по времени его отрыва от предшествующего объекта или вида
деятельности, а аккомодацию – по времени его настройки на новый
объект или вид деятельности.
Дальнейшая характеристика внимания включает дополни-
тельные определения, применяемые с целью описания устойчивых
индивидуальных различий в его процессах и состояниях. Так, для
характеристики общей направленности вводят определение внеш-
ней (зрительной, слуховой) и внутренней (самонаправленное вни-
мание) направленности, однонаправленности и распределяемости
внимания. В связи со степенью говорят о поверхностном и глубо-
ком внимании; по устойчивости различают внимание пристальное,
отвлекаемое и блуждающее, а, характеризуя подвижность, выде-
ляют такие свойства, как гибкость и ригидность.
С целью количественной оценки свойств внимания создано
множество методик, опросников и тестов (Вудвортс, 1950; Воро-
нин, 1993). Определенные сочетания этих свойств образуют типы
внимания человека. Несмотря на ряд специфических трудностей
и препятствий, стоящих на пути психодиагностических исследо-
ваний такого рода, получены описания обычных, аномальных и
патологических стилей внимания человека. Например, внимание
объективного типа представляют как пристальное, узкое, направ-
ленное на детали, с незначительной примесью субъективного фак-
тора. У лиц с субъективным типом оно, напротив, флуктуирую-
щее, широкое, направлено на восприятие целого субъективным
образом. В исследованиях О.Волльмера, проведенных в слуховой
и зрительной модальностях, показана связь этих типов с телесной
конституцией и личностью человека: у шизотимиков чаще встре-
чается объективный тип внимания, а у циклотимиков – субъек-
тивный. В то же время в учебной и популярной литературе указы-
вают на зависимость стиля внимания от профессионального опыта
человека. В современной психологии наибольшую известность и
признание получила типология внимания, разработанная Р.Найдиф-
фером. Она базируется на различении двух измерений внимания
– объема (широкий и узкий фокусы) и направленности (внешняя и
внутренняя). Широкое внешнее внимание характерно для гипе-
рактивных детей, художников, политических лидеров и футболис-
тов; узкое внешнее – для программистов, техников, ювелиров и
игроков в гольф. Широкое внутреннее внимание специфично для
ученых гуманитарных и социальных дисциплин, философов и трене-

74
ров, а узкое внутреннее – для математиков, физиков-теоретиков,
религиозных фанатиков, тяжелоатлетов и пловцов.
В психологической (и не только) литературе встречаются
описания видов и типов внимания, основанные не на теориях, а
на данных житейских и профессиональных наблюдений. Так,
А.Ф.Кони на материале анализа рассказов потерпевших и сви-
детелей преступления различает, во-первых, внимание сосредо-
точенное и рассеянное. Внимание рассеянное «не способно со-
средоточиваться на одном предмете, а, направляясь на него,
задевает по дороге ряд побочных обстоятельств». Сосредоточен-
ное и рассеянное внимание в зависимости от личности рассказчи-
ка, в свою очередь, подразделяется на два вида. При центростре-
мительном внимании показания касаются главным образом того,
что делал, думал или переживал свидетель, и здесь было бы «на-
прасно искать более или менее подробную или хотя бы только
ясную картину происшедшего». Внимание центробежное, напро-
тив, «стремится вникнуть в значение явления и, скользнув по его
подробностям и мелочам, уяснить себе сразу смысл, важность и
силу того или другого события». А.Ф.Кони различает также вни-
мание, направленное на процессы, и внимание, направленное на их
конечные результаты. Опираясь на «способности души отзывать-
ся на внешние впечатления», автор говорит еще о двух видах вни-
мания. «Одни объективно и с большим самообладанием, так ска-
зать, регистрируют то, что видят или слышат, и лишь тогда, когда
внешнее воздействие на их слух или зрение прекратилось, начина-
ют внутреннюю душевную переработку этого». Люди же с «оглу-
шенным» вниманием сразу же отдаются «во власть своим ду-
шевным движениям». Эмоциональная «внутренняя буря опутывает
своим мраком внешние обстоятельства».
В области психиатрии, педагогики и психокоррекции в после-
днее время развернулось активное исследование нарушений вни-
мания у подвижных, гиперактивных детей. Гораздо ранее Дж.Бол-
дуин описал аномалию подобного типа, назвав ее текучим
вниманием: «Под «текучестью» внимания я понимаю состояние то-
ропливого, стремительного, неадекватного наблюдения, быстрого
перехода, чересчур охотной и всеядной ассимиляции; слушания, но
не внимания, умственной привычки, называемой «в одно ухо влете-
ло, а в другое – вылетело». Моторный ребенок слышит слова на-
ставника и даже охотно следует его инструкциям, но только сразу
же и при непосредственном контроле. Если позже он попадает в ту

75
же ситуацию, то полученный урок совершенно не учитывается. В
период с 8 до 15 лет этот тип внимания может зафиксироваться, и
тогда прогноз на дальнейшее обучение будет неблагоприятным.
Таким детям бесполезно «читать мораль». Работа с ними должна
быть направлена на преодоление торопливости и тенденции к уга-
дыванию; следует устранить мелочный контроль и подталкивать
ребенка к самостоятельному планированию предстоящих действий,
осознанию и исправлению ошибок.
Особые виды внимания описаны в практиках медитации, «ум-
ной» молитвы и психотерапии. В отличие от вышеуказанных, сти-
хийно складывающихся типов внимания, они требуют специальной
личностной подготовки, системы изощренных и длительных упраж-
нений и опираются на ряд строгих предписаний. Одна группа техник
медитации предполагает развитие способности концентрации на од-
ном, не важно каком, объекте мысли или восприятия. Другая же,
напротив, требует полной открытости сознания. Последний вид вни-
мания получил название «обнаженного» (bare), поскольку подразу-
мевает непрерывное, бесстрастное и бездумное наблюдение любых
содержаний сознания без каких-либо задержек и реакций. Отмеча-
ется сходство этой культивированной разновидности интеллектуаль-
ного внимания с вниманием психоаналитика в процессе клинической
беседы и с вниманием пациента в ситуации отчета свободных ассо-
циаций. В обычной жизни подобное состояние непреднамеренной
констатации может возникнуть у усталого пассажира автобуса, ког-
да он бездумным и неподвижным взором скользит по пролетающим
мимо деревьям, домам, витринам и вывескам магазинов.
4.2. Ошибки рассеянности1
Необходимость психологического изучения ошибок человека
не вызывает сомнений как с прикладной, так и с теоретической
точек зрения. Однако систематическое исследование феномена
ошибки началось сравнительно недавно. В когнитивной психологии
попытки выделения соответствующей области как самостоятель-
ной были предприняты лишь в начале 80-х годов. В материале оши-
бочных восприятий и действий человека когнитивные психологи
надеются, подобно З.Фрейду, найти ключи к пониманию скрытых
процессов и механизмов психики. Кроме того, ошибки требуют те-
оретического объяснения, позволяющего прогнозировать ве-

Дормашев Ю.Б., Романов В.Я. Психология внимания. – М., 1995. – С.255-269
1




76
роятность их появления и тяжесть последствий в той или иной ситу-
ации. В последние годы практический интерес к разработке теории
ошибочных действий резко увеличился. По оценкам специалистов,
от 30 до 80% несчастных случаев и серьезных аварий на производ-
стве и транспорте происходят вследствие ошибок персонала. Сре-
ди возможных причин ошибочных действий нередко указывают на
невнимательность оператора, водителя или летчика. При этом речь
идет, как правило, о знающих и опытных специалистах, обладаю-
щих хорошо развитыми умениями и навыками. Ошибки рассеянно-
сти рассматривают поэтому как неизбежную расплату за высокую
профессиональную подготовку.
Любой из нас обладает огромным репертуаром навыков и уме-
ний, используемых в повседневной жизни. Локомоции, действия
самообслуживания и многие домашние дела совершаются как бы
автоматически. Означают ли эти факты, что деятельность такого
рода не требует никакого внимания? Среди психологических ис-
следований, отвечающих на этот вопрос, особое место как по объему
собранного материала, так и по глубине теоретического анализа
занимают работы английского психолога Джеймса Ризона и его
сотрудников2. Настоящее приложение посвящено изложению неко-
торых данных, результатов и выводов этого цикла исследований.
В общее определение ошибок Дж.Ризон включает эпизоды, в
которых запланированная последовательность умственных или мо-
торных действий не достигает желаемого результата; причем эти
неудачи нельзя объяснить вмешательством случайного агента или
вторжением случайного события. Кроме того, термин «ошибка»
можно использовать только для намеренных действий. Классифи-
кацию ошибок проводят по разным основаниям. Дж.Ризон выделя-
ет три рода ошибок по основанию стадии, на которой лежит воз-
можная причина ошибки. Ошибки первого рода обусловлены теми
заблуждениями, упущениями или неосведомленностью субъекта,
которые сказываются на результатах формирования намерения и
планирования его реализации. Ошибочные действия, причины кото-
рых заключаются в процессах этой когнитивной стадии, автор назы-
вает собственно ошибками (mistakes). В этих случаях действия
не достигают своей цели из-за неадекватности плана. Причины
ошибок второго рода относятся к мнемической стадии, то есть за-
ключаются в погрешностях запоминания, хранения или восстановле-

Reason J. Lapses of attention in everyday life // Varieties of attention/ Orlando:
2

Academic Press, 1984. – P. 515-549.

77
ния намерения и плана деятельности. Ошибочные действия, возни-
кающие вследствие таких неудач, можно назвать пробелами
(lapses). Ошибки, совершающиеся в результате нарушений когни-
тивных процессов на стадии выполнения запланированной последо-
вательности действий, Дж.Ризон предлагает называть оплошнос-
тями (slips). Автор приводит дополнительные аргументы в пользу
такой классификации. Так, ошибки отличаются от пробелов и оп-
лошностей тем, что их труднее обнаружить и признать. Пробелы
носят более скрытый (для окружающих и субъекта) характер по
сравнению с оплошностями. Главный водораздел лежит между
ошибками первого рода и двух других родов.
Общее представление о когнитивных стадиях (планирования,
хранения и выполнения) Дж.Ризон подкрепляет концепцией уровней
когнитивного управления деятельностью. Уровни знаний и правил
соотносятся со стадией планирования и реализации деятельности в
новых и проблемных ситуациях. Уровень умений доминирует при
осуществлении привычных видов деятельности в знакомой обста-
новке и соотносится со стадиями хранения и выполнения. Управле-
ние действиями на уровнях знаний и правил происходит по принципу
кольцевой регуляции, то есть опирается на обратные связи (непре-
рывный контроль за текущими результатами действий и соответ-
ствующую корректировку команд). Уровень умений характеризу-
ется открытым контуром управления. Действия совершаются здесь
без обратной связи по жесткой программе, отвечающей опреде-
ленным стимульным условиям. Собственно ошибки Дж.Ризон от-
носит к уровням правил и знаний, а пробелы и оплошности – к уров-
ню умелого выполнения. Если придерживаться традиционной
функциональной классификации, то ошибки первого рода можно
назвать ошибками мышления, а второго и третьего – памяти и вни-
мания, соответственно. Однако подобное различение было бы не-
правильным. Память и внимание Дж.Ризон рассматривает как уни-
версальные, базовые процессы, происходящие на всех когнитивных
стадиях и уровнях управления действиями. Тесная зависимость
памяти от внимания позволяет объединить пробелы и оплошности
в единый класс ошибочных действий, причины которых лежат на
уровне умелого выполнения. Автор подчеркивает, что, с одной сто-
роны, ошибки разного рода могут принимать одни и те же формы, а
с другой, внутри диапазона ошибок одного и того же рода могут
встречаться ошибки различных форм. Дж.Ризон считает, что науч-
ная классификация ошибок человека может быть построена толь-
ко на твердом основании теории действий вообще, разработкой ко-
торой он занимается и в настоящее время. Краткое изложение
78
основных положений этой теории с акцентом на соответствующие
представления о внимании, видах и механизмах ошибок рассеянно-
сти будет приведено позже. Пока же остановимся на некоторых
материалах и выводах раннего этапа эмпирических исследований
Дж.Ризона и его сотрудников.
Основная задача этих исследований заключалась в описании
видов, частоты и условий ошибочных действий, происходящих в
повседневной жизни и деятельности человека. Кроме того, авто-
ров интересовал вопрос о том, существует ли склонность к совер-
шению ошибок рассеянности и, если да, то с какими индивидуаль-
ными особенностями психики она может быть связана.
В первом исследовании принимали участие 35 добровольцев –
мужчин и женщин разного возраста. Большинство из них работали
или учились. К категории лиц, полностью занятых домашним хозяй-
ством, можно было отнести только трех женщин. В течение двух
недель испытуемые вели специальные дневники, в которые записы-
вали все случаи ошибочных действий и обстоятельства их появле-
ния. Дж.Ризон просил фиксировать любые, даже самые незначитель-
ные эпизоды, в которых действия отклонялись от намерения,
пропускались или были неадекватны текущей цели. Таким образом,
получили описание 433 случаев ошибки, в среднем более 12 на чело-
века (стандартное отклонение – 7,54) с разбросом от 0 до 36. Значи-
мых различий в показателе количества ошибок по возрасту и полу не
было. Правда, среднее число ошибок у женщин (12,5) было несколь-
ко выше, чем у мужчин (10,9). Причина этого различия лежит, по
мнению автора, в том, что женщины отнеслись к заданию серьезнее
и вели дневники более добросовестно, чем мужчины. В распределе-
нии частоты ошибок по времени суток была обнаружена тенденция
увеличения в периоды с 8 до 12 (у мужчин – с 8 до 10, у женщин – с
10 до 12), с 16 до 18 и с 20 до 22 часов (независимо от пола).
В результате анализа полученного материала Дж.Ризон
предложил первую, пока еще поверхностную, классификацию оши-
бок рассеянности, в которую удалось включить 94% зарегистриро-
ванных случаев. Приведем ее с указанием количества со-
ответствующих эпизодов (в процентах от общего числа) и
примерами автора.
I. Неудачи различения (11%). К ошибкам этого класса отно-
сятся случаи, в которых перепутаны объекты действий, тогда как
сами действия были правильными. В зависимости от характерис-
тик, по которым смешивались объекты, выделяются 4 разновид-
ности ошибок: 1) перцептивные смешения; здесь перепутанные
объекты обладают сходными физическими свойствами (цвет, фор-
79
ма и т.п.) («На зубную щетку я выдавил крем для бритья»); 2) фун-
кциональные смешения; правильный и ошибочный объекты сход-
ны по функции («Прямо передо мной на сушилке для посуды лежа-
ли губка и флакон очищающей жидкости, который обычно стоит в
ванной комнате. Я решила поставить флакон на его место в ванной,
но вместо него схватила губку»); 3) пространственные смешения;
перепутанные объекты находятся рядом друг с другом («Вместо
транзисторного приемника я включил стоявший рядом электрока-

<< Пред. стр.

стр. 8
(общее количество: 13)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>