стр. 1
(общее количество: 3)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Комментарии к статьям Гражданского кодекса Республики Казахстан

Использованы материалы сайта фирмы "Конлекс" и кафедры гражданского права
КазГЮУ. www.conlex.kz

См. вводную часть

Комментарии к статьям 38, 329-336, 353 ГК РК

Статья 38. Наименование юридического лица

1. Юридическое лицо имеет свое наименование, позволяющее отличить его
от других юридических лиц. Наименование юридического лица включает в себя
его название и указание на организационно-правовую форму. Оно может включать
в себя дополнительную информацию, предусмотренную законодательством. Наименование
юридического лица указывается в его учредительных документах. В наименовании
юридического лица не допускается использование названий, противоречащих требованиям
законодательства или нормам общественной морали; собственных имен лиц, если
они не совпадают с именем участников либо если участники не получили разрешения
этих лиц (их наследников) на использование собственного имени.
2. Юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, должно иметь
фирменное наименование, которое должно быть зарегистрировано при регистрации
юридического лица.
Юридическое лицо имеет исключительное право использования фирменного
наименования. Лицо, неправомерно использующее чужое фирменное наименование,
по требованию обладателя права на фирменное наименование обязано прекратить
использование такого наименования и возместить причиненные убытки.
Права и обязанности юридического лица, связанные с использованием фирменного
наименования, определяются законодательством.

1. О той роли, которую играет в гражданском обороте наименование юридического
лица, пожалуй, знает едва ли не каждый казахстанец по фразе: "LG" - это новое
имя "Gold Star".
Гражданско-правовое значение наименования вытекает из легального определения
юридического лица, данного в статье 33 Гражданского кодекса Республики Казахстан:
юридическим лицом признается организация, которая имеет на праве собственности,
хозяйственного ведения или оперативного управления обособленное имущество
и отвечает этим имуществом по своим обязательствам, может от своего имени
приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и
обязанности, быть истцом и ответчиком в суде.
2. Комментируемая статья изложена в редакции Закона Республики Казахстан
от 15 июля 1996 года. До внесения изменений в эту статью запрещалось использование
в наименовании юридического лица обозначений организационно-правовых форм,
принятых в других странах, терминов, не предусмотренных Гражданским кодексом.
Речь шла, как правило, об использовании таких часто встречающихся ныне терминов,
как "компания", "корпорация", "фирма", "холдинг", "торговый дом" и других.
Использование же указаний на официальные названия государств и наций (как
полных, так и сокращенных) допускалось в порядке, определяемом Правительством
Республики Казахстан.
3. Статья обязывает указывать в наименовании организационно-правовую
форму юридического лица. Это требование также содержится и в ряде специальных
законодательных актов (см., например, пункт 2 статьи 6 Указа Президента Республики
Казахстан, имеющего силу закона, от 5 октября 1995 года "О производственном
кооперативе" и другие). Наличие этого требования объясняется тем, что коммерческие
юридические лица могут быть созданы лишь в предусмотренных Гражданским кодексом
организационно-правовых формах. Некоммерческие организации, несмотря на неисключительный
характер пункта 3 статьи 34 Гражданского кодекса, также не могут быть созданы
в формах, не предусмотренных ГК и иными законодательными актами. Поэтому регистрирующие
органы должны иметь легкодоступную информацию, позволяющую избежать любого
двусмысленного толкования вопроса о соответствии законодательству организационно-правовой
формы создаваемого юридического лица. Это требование также направлено на защиту
кредиторов и иных заинтересованных лиц, которые вправе иметь достаточную информацию
о возможном контрагенте. Включение указания на организационно-правовую форму
в наименование юридического лица наиболее простой и надежный способ обеспечить
реализацию этого права. Этим же достигается и еще одна цель. Указание в наименовании
юридического лица его организационно-правовой формы позволяет при возникновении
каких-либо споров без затруднений использовать специальное законодательство
об этих формах, если некоторые вопросы не нашли своего отражения в учредительных
документах или положения учредительных документов этого юридического лица
входят в противоречие с императивными нормами законодательства.
4. Законодательство предусматривает ряд случаев, когда наименование юридического
лица должно включать дополнительную информацию. Так, в соответствии с пунктом
1 статьи 7 Указа Президента Республики Казахстан, имеющего силу закона, от
19 июня 1995 года "О государственном предприятии" фирменное наименование государственного
предприятия должно содержать указание на собственника имущества, на принадлежность
к виду государственной собственности (республиканское или коммунальное) и
на ведомственную подчиненность. Фирменное наименование предприятия на праве
оперативного управления должно содержать указание на то, что оно является
казенным. Пунктом 4 статьи 10 Указа Президента Республики Казахстан, имеющего
силу закона, от 3 октября 1995 года "О страховании" установлено, что фирменное
наименование страховой организации должно включать слово "страховая". Пункт
1 статьи 6 Закона Республики Казахстан от 6 марта 1997 года "Об инвестиционных
фондах в Республике Казахстан" обязывает включать в наименование инвестиционного
фонда в зависимости от его типа слова "взаимный фонд" или "инвестиционная
компания". Наименование коллегии адвокатов должно включать в себя название
административно-территориальной единицы, на территории которой она создана
(абзац четвертый пункта 3 статьи 20 Закона Республики Казахстан от 5 декабря
1997 года "Об адвокатской деятельности"). Помимо общих, законодательство предъявляет
особые требования к наименованиям полного и коммандитного товариществ (пункт
1 статьи 12, пункт 1 статьи 29 Указа Президента Республики Казахстан, имеющего
силу закона, от 2 мая 1995 года "О хозяйственных товариществах"). Так, фирменное
наименование полного товарищества должно включать имена всех его участников,
либо имя одного, или нескольких участников с добавлением слов "и компания".
Фирменное наименование коммандитного товарищества должно содержать имена всех
полных товарищей либо имя не менее чем одного полного товарища с добавлением
слов "и компания". В этой связи необходимо иметь в виду, что имя гражданина
включает в себя фамилию и собственное имя, а также по желанию - отчество (пункт
1 статьи 15 ГК). Поэтому следует признавать как не соответствующие требованию
закона такие наименования, как, например, "Полное товарищество "Даулет и компания",
"Коммандитное товарищество "Байжанов и компания" и так далее. К сожалению,
подобные ситуации на практике - далеко не редкость.
5. Законодательство не содержит прямого ответа на вопрос, должно ли быть
включено в наименование юридического лица словосочетание "совместное (или
"иностранное") предприятие". Вместе с тем, пункт 6 статьи 15 Закона Республики
Казахстан "Об иностранных инвестициях" (в редакции Закона от 15 июля 1996
года) устанавливает, что в случае, когда иностранные инвестиции осуществляются
путем приобретения иностранными инвесторами акций в закрытом акционерном обществе
либо доли в хозяйственном товариществе, которые созданы как юридические лица
Республики Казахстан, данные юридические лица должны перерегистрироваться
в качестве предприятия с иностранным участием. Однако, Гражданский кодекс,
имеющий, как известно, приоритет перед иным гражданским законодательством,
устанавливает лишь три основания для перерегистрации юридического лица. Так,
в соответствии с пунктом 6 статьи 42 ГК (в редакции Законов от 15 июля 1996
года и от 11 июля 1997 года) юридическое лицо подлежит перерегистрации в случаях:
1) уменьшения уставного капитала;
2) изменения наименования;
3) изменения состава участников в хозяйственных товариществах, за исключением
открытых акционерных обществ.
Таким образом, следует определить, что является причиной предусмотренной
Законом "Об иностранных инвестициях" обязанности к перерегистрации - изменение
наименования или же изменение состава участников. Нам представляется, что,
создавая анализируемую норму Закона "Об иностранных инвестициях", законодатель
исходил все же из требования подпункта 3) пункта 6 статьи 42 ГК. Простое доказательство
тому можно найти, встав на иную точку зрения. Если "совместное предприятие"
- словосочетание, являющееся составной частью наименования в силу законодательства,
то тогда и открытые акционерные общества, и производственные кооперативы обязаны
проходить в этом случае процесс перерегистрации. Этого на самом деле нет.
Отсюда - следующие выводы. Если словосочетание "совместное ("иностранное")
предприятие" - не составная часть наименования, то у учредителей (участников,
акционеров, членов) юридического лица есть не обязанность, а право использовать
его в наименовании юридического лица. Поэтому учредители (участники) хозяйственного
товарищества с иностранным участием лишь вправе, но не обязаны использовать
термин "совместное предприятие" в наименовании этого товарищества. И наоборот,
его использование в наименовании, например, открытого акционерного общества
или производственного кооператива, которые не имеют в своем составе иностранное
лицо, не может быть признано незаконным.
6. В некоторых случаях законодательство прямо запрещает использовать
определенную информацию в наименовании юридического лица. Общие требования
по этому вопросу изложены в комментируемой статье. Специальное законодательство
также устанавливает некоторые ограничения в этой связи применимо к отдельным
юридическим лицам. Так, пункт 2 статьи 6 Закона "Об инвестиционных фондах
в Республике Казахстан" устанавливает, что наименование инвестиционного фонда
не должно означать или подразумевать его принадлежности к каким-либо административно-территориальным
образованиям, министерствам, ведомствам или общественным объединениям. В соответствии
с пунктом 1 статьи 6 Указа Президента Республики Казахстан, имеющего силу
закона, от 31 августа 1995 года "О банках и банковской деятельности в Республике
Казахстан" (в редакции Закона от 11 июля 1997 года) ни одно лицо, не имеющее
соответствующей лицензии Национального банка, не имеет права использовать
в своем наименовании слово "банк" или производное от него слово (выражение),
создающее впечатление, что оно выполняет банковские операции либо проводит
аудиторскую проверку банковской деятельности.
7. Комментируемая статья особо указывает на обязанность коммерческой
организации иметь фирменное наименование, которое должно быть зарегистрировано
при регистрации юридического лица. Действующее законодательство не раскрывает
понятия "фирменного" наименования, что вкупе с не вполне удачной конструкцией
этой нормы может привести к предположению о некоем особом статусе фирменного
наименования. В литературе такие мнения имеют место. Более понятна другая
точка зрения на этот счет: "Наименование коммерческих юридических лиц называется:
фирменным наименованием". Однако, в связи с принятием Закона Республики Казахстан
от 19 июня 1997 года "Об индивидуальном предпринимательстве" и такой подход
подлежит пересмотру. Так, в соответствии со статьей 26 этого Закона индивидуальный
предприниматель вправе присвоить своему делу и/или его части фирменное наименование.
Фирменное наименование присваивается делу и/или его части в целях его индивидуализации
и должно включать в себя указание на принадлежность дела и/или его части индивидуальному
предпринимателю с обозначением имени (имен) предпринимателя. Таким образом,
фирменное наименование - феномен, свойственный не только коммерческим юридическим
лицам.
Для сравнения отметим, что грузинский законодатель подошел к этому вопросу
шире, установив в пункте 6.1 статьи 6 Закона Республики Грузия от 28 октября
1994 года "О предпринимателях", что "фирменное наименование, то есть фирма
- это название, под которым работает предприятие".
Также осторожно следует относиться и к оценке нормы об обязательной регистрации
фирменного наименования. Действующее законодательство не содержит каких-либо
особых требований к его регистрации, поэтому одновременно с государственной
регистрацией юридического лица в органах юстиции регистрируется и его фирменное
наименование.
8. Фирменное наименование пунктом 1 статьи 125 Гражданского кодекса признано
интеллектуальной собственностью юридического лица, то есть самостоятельным
объектом гражданского права. Комментируемая статья в общих чертах определяет
защиту исключительного права юридического лица в использовании своего фирменного
наименования. Между тем пункт 2 статьи 125 ГК допускает возможность использования
третьими лицами фирменного наименования юридического лица. Необходимое условие
для этого - согласие правообладателя, то есть юридического лица, чье наименование
используется. Следует отметить, что правомерное использование чужого наименования
в своей деятельности - часто встречающееся явление в странах с развитой рыночной
экономикой. Предоставление другому лицу права использовать в предпринимательской
деятельности комплекс исключительных прав, включая фирменное наименование,
принадлежащих правообладателю, происходит в рамках неизвестного пока действующему
казахстанскому законодательству договора франчайзинга. Однако, в силу принципа
свободы договора, этот его вид уже в настоящее время получил достаточно широкое
распространение и в Казахстане.
9. Законодательство не содержит детализации форм и способов защиты, а
также иных вопросов, возникающих при нарушении исключительного права юридического
лица на фирменное наименование. Поэтому при возникновении подобных ситуаций
представляется возможным применение по аналогии соответствующих норм Закона
Республики Казахстан от 19 июня 1997 года "Об индивидуальном предпринимательстве".
Так, в соответствии со статьей 27 этого Закона фирменное наименование предпринимательского
дела и/или его части подлежит правовой охране без обязательной подачи заявления
об этом или регистрации и независимо от того, является ли оно частью товарного
знака. По требованию владельца фирменного наименования лица, использующие
тождественные или сходные до степени неразличения фирменные наименования в
том же населенном пункте, в котором находится дело и/или часть дела владельца
фирменного наименования, обязаны прекратить его использование. Лицо, заведомо
знавшее, что оно использует чужое фирменное наименование, обязано возместить
по требованию его владельца убытки, причиненные ему использованием фирменного
наименования. При возникновении спора о праве на фирменное наименование приоритет
на фирменное наименование принадлежит предпринимателю, ранее начавшему его
использование.
Поскольку регистрация юридического лица и регистрация его наименования
происходят одновременно, то, по нашему мнению, при возникновении спора о праве
на фирменное наименование юридического лица приоритет имеет юридическое лицо,
ранее зарегистрированное под этим наименованием.

См. вводную часть

Гарантия и поручительство

Статья 329. Гарантия
Статья 330. Поручительство
Статья 331. Основания и форма гарантии и поручительства
Статья 332. Ответственность гаранта и поручителя
Статья 333. Права и обязанности гаранта в случае предъявления к нему
требования кредитором
Статья 334. Права гаранта и поручителя, исполнивших обязательства
Статья 335. Извещение гаранта и поручителя об исполнении обязательства
должником
Статья 336. Прекращение гарантии и поручительства

Гарантия и поручительство как способы обеспечения исполнения обязательства
уже были предметом рассмотрения в 1 выпуске настоящего сборника. Однако Закон
Республики Казахстан от 11 июля 1997 года внес ряд изменений в Гражданский
кодекс РК. Одним из наиболее объемных изменений является переработка параграфа
4 главы 18, посвященной гарантии и поручительству как способам обеспечения
исполнения обязательств (ст.ст. 329-336 ГК).
Знакомство с текстом изменений может создать впечатление, что законодатель
все свел к перемене местами гарантии и поручительства и теперь то, что раньше
именовалось гарантией называется поручительством и наоборот. В значительной
мере дело обстоит именно так, но, все же, не совсем. И первый вопрос, который
возникает в связи с произведенными изменениями, заключается в том, какой смысл
был в такой сугубо, казалось бы, терминологической замене, меняющей традиционный
смысл названных понятий. Как известно, до внесения упомянутых изменений в
ГК значение разграничения гарантии и поручительства на практике сводилось
к минимуму в силу того обстоятельства, что в подавляющем большинстве случаев
одним из участников отношений по гарантии и поручительству является банк,
и, следовательно, должны были применяться нормы банковского законодательства,
которые при возникновении противоречий между Гражданским кодексом и банковским
законодательством имеют приоритет перед ГК (п. 3 ст. 3 ГК). Гражданское законодательство
устанавливало, что до предъявления требования к гаранту кредитор должен был
обратиться к основному должнику. По банковскому законодательству кредитор
мог списать задолженность с гаранта, минуя основного должника. Последняя норма
перечеркивала субсидиарную природу гарантии, равно как и соответствующие положения
ГК. Таким образом, изменения в ГК приспособлены к сложившейся банковской практике,
где гарант являлся солидарным должником. Помимо этого, для правительственных
гарантий была характерна солидарная природа ответственности государства по
обязательствам должника. В связи со сказанным законодатель посчитал более
важным привести терминологию ГК в соответствие с банковскими терминами, чем
сделать язык банковского законодательства соответствующим глубоким традициям
цивилистической лексики.

Понятие и признаки гарантии и поручительства

Смысл гарантии и поручительства состоит в том, что определенное лицо
берет на себя ответственность перед кредитором за нарушение договора основным
должником.
Под гарантией понимается обязанность одного лица - гаранта перед кредитором
другого лица - должника отвечать за исполнение обязательства должником солидарно
(в объеме полного долга или его части) с последним. Законодательными актами
может быть предусмотрен иной порядок ответственности.
Возможность установления законодательными актами иной ответственности
гаранта нарушает формальную определенность в разграничении гарантии и поручительства.
Если законодательным актом будет в каком-либо случае предусмотрена дополнительная
(а не солидарная) ответственность гаранта, то это должно автоматически переводить
данную обеспечительную меру в разряд поручительства. Дело в том, что единственным
разграничительным признаком гарантии и поручительства является характер ответственности
соответствующего субъекта. Логический смысл любого признака (или их совокупности
- при так называемой политической классификации), разграничивающего два или
более явления, заключается в том, что он присутствует в одном, но отсутствует
в другом явлении. При этом содержание каждого из классифицируемых явлений
раскрывается не только через разграничительные, но и через дополнительные
признаки. Ниже будут приведены признаки гарантии и поручительства, раскрывающие
суть этих явлений. Дополнительные признаки разных классификационных рубрик
могут совпадать, перекрещиваться, но этого не должно происходить с разграничительными
признаками, иначе нарушается чистота классификации, что и произошло, когда
ГК допустил возможность существования субсидиарной ответственности гаранта.
Под поручительством понимается обязанность одного лица - поручителя перед
кредитором другого лица - должника отвечать за исполнение обязательства должником
субсидиарно (применительно ко всему долгу или его части) (ст.ст. 329, 330
ГК).
В некоторых случаях статус гаранта и поручителя расширяет правовые возможности
субъекта. Закон Республики Казахстан от 5 марта 1997 г. "О регистрации сделок
с ценными бумагами в Республике Казахстан" позволяет раскрывать коммерческую
тайну, связанную с информацией о клиентах и записях о ценных бумагах, строго
определенным лицам, в числе которых названы гаранты и поручители (ст. 28).
В ГК 1964 года между этими двумя способами существовала принципиальная
разница в субъектном составе. Гарантия могла иметь место только между социалистическими
организациями, одна из которых была вышестоящей по отношению к другой, в то
время как поручительство использовалось как между гражданами, так и не соподчиненными
организациями. Новый ГК не делает различий между гарантией и поручительством
в зависимости от субъектного состава.
Для договоров гарантии и поручительства установлена письменная форма
под страхом их недействительности. Российская судебная практика, основанная
на аналогичных казахстанским правовых нормах, исходит из того, что письменная
форма договора соблюдена, когда поручитель и должник составили письменный
договор об ответственности поручителя по обязательству, а в дальнейшем кредитор
в отсутствие поручителя совершил на этом договоре отметку о принятии поручительства.
К письменной форме договора приравнивается письменное уведомление поручителем
или гарантом кредитора о принятии на себя ответственности за исполнение обязательства
должником и отсутствие на это возражений кредитора (ст. 331 ГК). Договоры
гарантии и поручительства могут составляться как в форме отдельного документа,
так и быть составной частью основного договора, подписываемого тремя сторонами
- кредитором, должником и гарантом (поручителем).
Следует обратить внимание на различие между законодательством Казахстана
и России в вопросе о гарантии и поручительстве как способах обеспечения обязательств.
В Гражданском кодексе РФ оба эти способа охватываются одним понятием поручительства,
при этом закреплен общий принцип солидарной ответственности поручителя и должника,
но соглашением сторон может быть предусмотрено иное. Термин "гарантия" в российском
законодательстве используется для особых отношений между банком, иным кредитным
учреждением или страховой организацией (гарантом), с одной стороны, и принципалом
с другой, об уплате кредитору принципала денежной суммы в соответствии с выданной
гарантией. При этом закон не ставит обязанность гаранта уплатить соответствующую
сумму в зависимость от обязательства, обеспеченного банковской гарантией.
Казахстанский ГК разделил правовое регулирование поручительства и гарантии,
что привело ко множеству, как мы покажем ниже, неоправданных сложностей в
правоприменительной практике и невозможности дать логическое истолкование
ряду положений ГК.
Поручительство и гарантия обеспечивают лишь действительное требование.
Однако поручитель и гарант не освобождаются от ответственности, если они поручились
за должника, о недееспособности которого им было заранее известно, в то время
как кредитор об этом обстоятельстве не знал.
Законодательство позволяет выделить признаки гарантии и поручительства,
которые представлены в приведенной ниже таблице.
Для поручителя и гаранта определенное значение имеет фигура кредитора
- субъекта, перед которым он, возможно, будет нести ответственность. Традиционный
цивилистический подход, на котором зиждется конструкция допустимости уступки
права требования без согласия должника, а перевода долга - с согласия кредитора,
заключающийся в том, что должнику безразлично, кому выплачивать долг, а для
кредитора далеко не безразлично, кто будет ему выплачивать долг, в современных
условиях не может быть столь однозначным. На отечественном рынке гаранту,
например, может быть далеко не все равно, кто будет требовать с него долг
- солидная фирма или посредническая контора, состоящая из бывших спортсменов,
работников милиции и органов безопасности. Поэтому в России для банковской
гарантии предусмотрено, что уступка требования может иметь место только с
согласия гаранта. В Казахстане такую оговорку можно сделать в договоре гарантии
и поручительства на основании п. 2 ст. 339 ГК.
Законодательство может предусматривать специфические требования к субъектам
и порядку выдачи гарантии, без учета которых действительность договора гарантии
может быть поставлена под сомнение. Так, п. 3 "в" ст. 30 Указа Президента
Республики Казахстан от 31 августа 1995 г. "О банках и банковской деятельности
в Республике Казахстан" предусматривает, что банки вправе осуществлять при
наличии лицензии Национального Банка гарантийные операции: выдачу поручительств,
гарантий и иных обязательств за третьих лиц, предусматривающих исполнение
в денежной форме. По ряду судебных дел, ответчиками в которых выступали банки-гаранты,
суд отказывал в удовлетворении требований кредиторов на основании того, что
не выполнены законодательные требования о необходимости отметки Нацбанка на
гарантийном договоре о принятии гарантии и отсутствует лицензия на выдачу
гарантий.
Поскольку теперь законодательство устанавливает субсидиарную ответственность
поручителя, то в связи с этим сохраняется вопрос, ранее вызывавший сложности
при возложении ответственности на гаранта, о том, как понимать правило, что
до предъявления требований к поручителю кредитор должен принять разумные меры
к удовлетворению этого требования должником. Кодекс, естественно, не может
давать расшифровку такого оценочного понятия, как "разумные меры", назвав
только две из них: зачет встречного требования и обращение взыскания в установленном
порядке на имущество должника.
Арбитражная практика России пошла по пути упрощения взыскания средств
с поручителя, трактуя понятие недостаточности средств у основного должника
как нехватку только денежных средств, не вынуждая кредитора выяснять, есть
ли у должника иное имущество.

Субъекты гарантии и поручительства

Гражданский кодекс не ограничивает субъектный состав участников соответствующих
отношений: ими могут быть юридические лица любых организационных форм и граждане.
Так, банки, выдавая кредиты населению, в качестве меры, обеспечивающей возврат
ссуды, могут использовать гарантии граждан. Это позволяет при недобросовестности
заемщика, его болезни, утрате заработка и т.п. взыскать ссуду с гаранта в
солидарном с заемщиком порядке. В законодательстве не названы требования,
предъявляемые к гаранту-гражданину. Ранее в практике банков от поручителей
обычно истребовались документы, подтверждающие наличие у них постоянного дохода,
иного имущества.
Поскольку применение гарантии может быть установлено законодательством,
то акты законодательства могут предусматривать определенные ограничения круга
субъектов, выступающих в качестве гарантов. Такие ограничения, как говорилось
выше, прямо установлены для банков, не имеющих лицензии на выдачу гарантий.
Иногда вопрос менее ясен. Трудно разобраться с возможностью выступления в
качестве поручителей и гарантов учреждений. Практика знает случаи, когда различные
учреждения (облфинуправление, УВД, горадминистрация, территориальный комитет
по госимуществу и др.) брали на себя функции гаранта, и впоследствии возникала
проблема их ответственности за невыполнение должником своего обязательства.
Особенностью ответственности учреждений по обязательствам является то,
что они отвечают лишь находящимися в их распоряжении денежными средствами,
а при недостаточности денежных средств - ответственность возлагается на собственника
учреждения (ст. 207 ГК). Таким образом, при допущении возможности для государственного
учреждения становиться поручителем или гарантом следует учитывать вероятность
ответственности государства по обязательствам такого учреждения. Очевидно,
подобное решение противоречит логике законодательства, которое стремится провести
четкую границу между статусом государства и статусом его органов в сфере гражданских
отношений, в том числе в области ответственности.
Сложнее обстоит дело, когда от этой идеи законодательства мы переходим
к его букве. Пункт 2 ст. 113 ГК не исключает ответственности Республики Казахстан
по обязательствам юридических лиц. Такая ответственность должна быть предусмотрена
Гражданским кодексом или законодательными актами. Правила ст. 207 ГК в совокупности
с нормами о гарантии и поручительстве, которые не содержат каких-либо исключений
для взятия на себя обязанностей гаранта или поручителя, позволяют истолковывать
их как дающих учреждениям такое право и одновременно возлагающих на государство-собственника
субсидиарную или солидарную ответственность по обязательствам учреждений.
Уже существуют прецеденты возложения ответственности по гарантии госорганов
на государство. В феврале 1998 г. Министерство финансов наложило арест на

стр. 1
(общее количество: 3)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>