<< Пред. стр.

стр. 6
(общее количество: 20)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

Статья 111. Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью

1. Наиболее опасный вид посягательства на здоровье человека - тяжкий вред здоровью, имеющий явную тенденцию к росту. При описании состава умышленного тяжкого вреда здоровью в ст. 111 использован комбинированный метод: путем перечисления образующих его элементов - видов тяжкого вреда, а также посредством указания на ближайший род и видовые отличия.
2. К тяжкому вреду отнесены:
а) опасный для жизни вред. Таковым признается вред здоровью, вызывающий угрожающее жизни состояние, которое может закончиться смертью. Им могут быть как телесные повреждения, так и заболевания и патологические состояния.
К числу опасных для жизни относятся, например, проникающие ранения черепа и позвоночника, открытые переломы длинных трубчатых костей, повреждение крупных кровеносных сосудов, ожоги второй степени, превышающие 30% поверхности тела, и т.п. Такого рода повреждения, относимые к первой группе, по своему характеру создают угрозу для жизни потерпевшего. Ко второй группе относятся повреждения, которые вызывают развитие угрожающего жизни состояния (кома, массивная кровопотеря, шок тяжелой степени и т.п.);
б) неопасный для жизни, относящийся к тяжкому по последствиям вред:
- потеря зрения, речи, слуха, утрата какого-либо органа или утрата органом его функций;
- прерывание беременности;
- психическое расстройство, заболевание наркоманией или токсикоманией;
- неизгладимое обезображивание лица.
Тяжкий вред составляет также причинение вреда, вызвавшее значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть или заведомо для виновного полную утрату потерпевшим профессиональной трудоспособности.
3. Под потерей зрения понимается полная стойкая слепота на оба глаза или такое состояние, когда зрение понижено до остроты 0,04 и ниже (счет пальцев на расстоянии 2 м и до светоощущения).
Под потерей слуха понимается полная глухота или такое необратимое состояние, когда потерпевший не слышит разговорной речи на расстоянии 3-5 см от ушной раковины.
Потеря зрения на один глаз и потеря слуха на одно ухо представляет собой утрату органом его функций и относится уже по этому основанию к тяжкому вреду здоровью. Потеря одного глазного яблока считается утратой органа, а потеря слепого глаза квалифицируется исходя из длительности расстройства здоровья.
При определении тяжести вреда не учитываются возможности улучшения зрения или слуха с помощью медико-технических средств (коррегирующие очки, слуховые аппараты и т.д.).
4. Под потерей речи понимают утрату способности выражать свои мысли членораздельными звуками, понятными окружающим, либо в результате потери голоса.
5. Под потерей органа либо утратой им функций понимается:
а) потеря руки, ноги, т.е. отделение их от туловища, или утрата ими функций (например, в результате паралича). К потере руки или ноги приравнивается утрата наиболее важной в функциональном отношении части конечности (кисти, стопы): подобная потеря расценивается как тяжкий вред и по иному основанию - ввиду того, что она влечет за собой стойкую утрату трудоспособности более одной трети;
б) повреждения половых органов, сопровождающиеся потерей производительной способности - способности к совокуплению, оплодотворению, вынашиванию и деторождению;
в) потеря одного яичка, являющаяся утратой органа.
6. Прерывание беременности, независимо от ее срока, признается тяжким вредом здоровью, если оно причинно обусловлено поведением виновного, а не индивидуальными особенностями организма потерпевшей или ее заболеваниями. Важно также установить, что виновный, нанося повреждения, осознавал беременность потерпевшей.
7. Психическое расстройство, заболевание наркоманией или токсикоманией - новые виды тяжкого вреда здоровью, неизвестные прежнему УК 1960 г. В результате насилия или угроз со стороны виновного у потерпевшего развивается заболевание психики либо стойкая зависимость от наркотических, психотропных или токсических веществ. Оценку тяжести вреда здоровью в этих случаях производит судебно-медицинский эксперт с участием психиатра, нарколога, токсиколога после проведения соответственно судебно-психиатрической, судебно-наркологической или судебно-токсикологической экспертизы.
8. Неизгладимое обезображивание лица - вид тяжкого вреда, выделяемый по эстетическому критерию. Оно придает потерпевшему отталкивающий, безобразный вид. Для отнесения повреждения к тяжкому вреду по рассматриваемому признаку необходимо установить два обстоятельства: неизгладимость повреждения и обезображивание им лица.
Вопрос об устранении повреждения решается экспертом. Он устанавливает возможность исчезновения видимых последствий повреждения или значительное уменьшение их выраженности (т.е. заметности рубцов, деформаций, нарушения мимики и т.п.) с течением времени или под влиянием нехирургических средств. Если для устранения этих последствий требуется косметическая операция, повреждение считается неизгладимым. Независимо от вывода по вопросу о неизгладимости, при повреждениях лица эксперт устанавливает их тяжесть исходя из иных показателей степени тяжести вреда здоровью.
Вопрос об обезображивании - юридический, оценочный. Он решается судом (органами расследования) исходя из общепринятых эстетических представлений, с учетом всех обстоятельств дела.
9. К видам тяжкого вреда здоровью ст. 111 относит также полную утрату профессиональной трудоспособности потерпевшим от посягательства на его здоровье. Профессиональная трудоспособность есть способность человека к выполнению определенного объема и качества работы конкретной профессии (пианиста, столяра, хирурга и т.д.).
Полная утрата устанавливается в случаях, когда у потерпевшего вследствие резко выраженных нарушений функций организма обнаружено наличие абсолютных медицинских противопоказаний для выполнения любых видов профессиональной деятельности, даже в специально созданных условиях.
Для вменения в вину данного вида вреда требуется установить, что виновный, причиняя вред здоровью потерпевшего, знал о том, что этот вред способен повлечь полную утрату профессиональной трудоспособности (например, повреждение кисти у пианиста).
10. Наконец, тяжким признается причинение вреда здоровью, вызвавшее значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть. При определении величины стойкой утраты эксперт руководствуется таблицей процентов утраты трудоспособности в результате различных травм. В соответствии с ней, например, удаление легкого означает 60% утраты трудоспособности.
Утрата общей трудоспособности должна быть не только значительной, но и стойкой, то есть не кратковременной, необратимой. Стойкой следует считать утрату либо при определившемся исходе, либо при длительности расстройства здоровья свыше 120 дней.
11. Субъективная сторона преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111, характеризуется как прямым, так и косвенным умыслом. Вместе с тем умышленное причинение вреда, оцениваемое как тяжкое по признаку опасности для жизни, следует отграничивать от покушения на убийство именно по субъективной стороне. Покушение, как известно, совершается только с прямым умыслом: виновный, сознавая общественную опасность произведенного им выстрела, удара ножом, дачи яда и т.д., предвидит возможность или неизбежность наступления смерти потерпевшего и желает причинения этого вреда. В отличие от этого указанный вид тяжкого вреда предполагает косвенный умысел относительно факта смерти, и ввиду того, что она не наступила, содеянное квалифицируется по ч. 1 ст. 111. Если же смерть от причиненного повреждения, опасного для жизни потерпевшего, реально наступила, при наличии косвенного умысла содеянное расценивается как убийство. При констатации желания смерти в момент причинения вреда, опасного для жизни, содеянное квалифицируется либо как убийство (если смерть наступила), либо как покушение на убийство (если реально лишения жизни не произошло). Наконец, возможно совершение данного преступления с двумя формами вины (ст. 27).
12. Ответственность за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью дифференцирована посредством квалифицирующих обстоятельств, перечисленных в ч. 2-4 ст. 111. В ч. 2 ими признано совершение указанного в ч. 1 деяния:
а) в отношении лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга;
б) с особой жестокостью, издевательством или мучениями для потерпевшего, а равно в отношении лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии;
в) общеопасным способом;
г) по найму;
д) из хулиганских побуждений;
е) по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды;
ж) в целях использования органов или тканей потерпевшего.
Совершенными при особо квалифицирующих обстоятельствах (ч. 3) считаются деяния, предусмотренные ч. 1 или 2, если они совершены:
а) группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;
б) в отношении двух или более лиц.
13. Содержание вышеупомянутых квалифицирующих и особо квалифицирующих признаков по основным параметрам аналогично предусмотренным в ч. 2 ст. 105 применительно к убийству (см. комментарий к ст. 105).
Под мучениями как способом причинения вреда здоровью понимаются действия, причиняющие страдания (заболевание) путем длительного лишения пищи, питья или тепла; помещение (или оставление) потерпевшего во вредные для здоровья условия; другие сходные действия.
Как издевательства рассматриваются случаи глумления, иного грубого нарушения человеческого достоинства.
14. Наибольшую общественную опасность и вместе с тем сложность в плане правоприменения представляет предусмотренный в ч. 4 вид умышленного причинения тяжкого вреда здоровью - повлекший по неосторожности смерть потерпевшего. Внешне это преступление напоминает убийство: например, удар ножом в жизненно важную часть тела, вызвавший наступление смерти. В одном случае такое деяние может быть расценено как убийство, в другом - по правилам ч. 4 ст. 111.
Отграничение прежде всего должно проводиться по субъективной стороне: в деянии, описанном в ч. 4 ст. 111, она слагается из двух предметов субъективного отношения (тяжкий вред здоровью, смерть) и, соответственно, двух форм вины. Относительно первого предмета имеется умысел (прямой или косвенный), т.е. виновный предвидит по крайней мере возможность наступления именно тяжкого вреда здоровью потерпевшего и желает либо сознательно допускает эти последствия (либо относится к ним безразлично). Если у виновного не было умысла на причинение именно тяжкого вреда здоровью, и тем более - если не было умысла на причинение вреда здоровью вообще, о вменении ч. 4 ст. 111 не может идти речи.
Таково большинство ситуаций так называемого опосредованного причинения смерти (удар или толчок - падение - удар головой о твердую поверхность - смерть).
Примером ошибочной квалификации при отсутствии умысла на вред здоровью может служить следующее дело.
Во время ссоры Я. ударил К. кулаком. Удар пришелся в шею. К. упал и скончался от травматического шока и рефлекторной остановки сердца. Я. был осужден за умышленное причинение тяжкого вреда, повлекшего смерть К. по неосторожности. Квалифицируя деяние как неосторожное лишение жизни, Верховный Суд РСФСР указал, что нет данных об умысле Я. на причинение здоровью К. тяжкого вреда, так как Я. намеревался нанести К. удар в лицо, но тот увернулся и удар пришелся в шею, в жизненно важную часть тела (Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1982. N 1. С. 3-4).
15. Относительно второго предмета, результата - смерти объективное отношение виновного иное: лицо допускает неосторожность. Оно либо предвидит возможность наступления смерти от наносимого умышленно тяжкого вреда, но без достаточных оснований самонадеянно рассчитывает на предотвращение смерти (легкомыслие), либо не предвидит такой возможности, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло это предвидеть (небрежность). Такова, например, ситуация, когда наносится удар ножом в бедро с повреждением крупной кровеносной артерии, и в результате большой кровопотери наступает смерть.
Касаясь критериев разграничения убийства и умышленного причинения тяжкого вреда здоровья, повлекшего смерть потерпевшего по неосторожности, Пленум Верховного Суда РФ в абз. 2 п. 3 постановления от 27 января 1999 г. N 1 "О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)" подчеркнул, что, решая вопрос о содержании умысла виновного, необходимо исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного. В частности, надо учитывать способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию повреждений (например, ранения жизненно важных органов потерпевшего), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.
16. Выборочное изучение судебной практики свидетельствует, что, как правило (95%), тяжкий вред причиняется в результате физического воздействия (в том числе 45% - с помощью холодного и огнестрельного оружия) и около 5% - химическими методами, т.е. с использованием сильнодействующих кислот, ядов.

Статья 112. Умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью

1. Объективная сторона анализируемого преступления характеризуется законодателем посредством негативных и позитивных признаков. Так, о причинении средней тяжести вреда здоровью можно говорить, если такой вред: не опасен для жизни; не повлек последствий, указанных в ст. 111, - иначе говоря, когда не усматривается в содеянном более опасного вида посягательства на здоровье.
К позитивным признакам состава относятся:
а) длительное расстройство здоровья;
б) значительная стойкая утрата общей трудоспособности менее чем на одну треть.
Для целей квалификации по ст. 112 достаточно установить наличие одного из них.
2. Под длительным расстройством здоровья понимается временная утрата общей трудоспособности продолжительностью свыше 3 недель (более 21 дня), под значительной стойкой утратой трудоспособности менее чем на одну треть - стойкую утрату трудоспособности от 10 до 30% включительно. Размеры стойкой утраты общей трудоспособности устанавливаются после определившегося исхода заболевания, связанного с причинением вреда здоровью, на основании объективных данных и с учетом Таблицы процентов утраты трудоспособности в результате различных травм. К средней тяжести вреда относят, в частности, трещины и переломы мелких костей, вывих мелких суставов, потерю большого пальца руки, удаление части почки и т.п.
3. Ответственность за деяние дифференцирована с помощью ряда квалифицирующих обстоятельств. К их числу ч. 2 ст. 112 относит совершение деяния:
а) в отношении двух или более лиц;
б) в отношении лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга;
в) с особой жестокостью, издевательством или мучениями для потерпевшего, а равно в отношении лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии;
г) группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;
д) из хулиганских побуждений;
е) по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды.

Статья 113. Причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью в состоянии аффекта

1. По основным объективным и субъективным признакам данное преступление аналогично посягательству, описанному в ст. 107. Различие имеется, во-первых, в объекте преступления - им является не жизнь, а здоровье человека и, во-вторых, в объективной стороне - последствиями его являются тяжкий или средней тяжести вред здоровью. Санкция одинакова в случае причинения и того, и другого вида вреда, что вряд ли оправданно.
2. Хотя в названия статьи это не отражено, субъективная сторона деяния может выражаться только в умысле, что зафиксировано в тексте статьи. Таковым может быть как прямой, так и косвенный умысел. Неосторожное причинение тяжкого вреда в состоянии аффекта влечет ответственность по ст. 118. Умышленное причинение легкого вреда здоровью в состоянии аффекта влечет квалификацию по ст. 115. Поскольку состояние аффекта в качестве общего смягчающего обстоятельства в ст. 61 не фигурирует, при назначении наказания учитывается обстоятельство, указанное в п. "з" ч. 1 ст. 61, - "противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления".
3. Если от причиненного умышленно в состоянии аффекта тяжкого вреда наступила по неосторожности смерть, содеянное должно квалифицироваться по ст. 113 и 109. При этом, назначая наказание за неосторожное лишение жизни, суд должен сослаться на п. "з" ч. 1 ст. 61 УК.

Статья 114. Причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление

1. В ч. 1 ст. 114 предусмотрена ответственность за причинение вреда здоровью при эксцессе обороны, а в ч. 2 - при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление. От преступления, описанного в ч. 1 и 2 ст. 108, оно отличается объектом - таковым является здоровье, а не жизнь, и характером наступивших последствий - при эксцессе обороны таковым является причинение тяжкого вреда, а по ч. 2 - причинение тяжкого или средней тяжести вреда.
2. Следовательно, название статьи не полностью соответствует ее содержанию. В действительности причинение вреда средней тяжести при превышении пределов необходимой обороны уголовно ненаказуемо, а ответственность за это наступает лишь в случае превышения мер по задержанию.
3. Субъективную сторону данных посягательств составляет только умысел, что следует из текста ч. 1 и 2. Виды умысла - прямой или косвенный; причинение вреда по неосторожности уголовной ответственности не влечет. Если причиненный тяжкий вред повлек за собой по неосторожности смерть посягающего или задерживаемого, содеянное надлежит квалифицировать только по ст. 114.

Статья 115. Умышленное причинение легкого вреда здоровью

1. С объективной стороны признаками данного состава преступления выступают:
а) кратковременное расстройство здоровья;
б) незначительная стойкая утрата общей трудоспособности.
Одного из этих признаков, следовательно, достаточно для оценки вреда здоровью как легкого и для ответственности по ст. 115.
2. Под кратковременным расстройством здоровья понимают временную утрату трудоспособности продолжительностью не свыше 3 недель (21 дня), а под незначительной стойкой утратой общей трудоспособности - стойкую утрату общей трудоспособности, равную 5%.
3. По сравнению с прежним УК 1960 г. (ч. 2 ст. 112) декриминализировано, т.е. не признается преступлением, причинение повреждений (ссадин, царапин, кровоподтеков и т.п.), не вызвавшее ни кратковременного расстройства здоровья, ни стойкой утраты трудоспособности.
4. Субъективная сторона данного преступления выражается только в умысле - прямом или косвенном. Неосторожное причинение легкого вреда уголовно ненаказуемо. Если легкий вред причинен в состоянии физиологического аффекта, ответственность также наступает по ст. 115; при этом, назначая наказание, суд обязан учесть смягчающее обстоятельство, предусмотренное п. "з" ч. 1 ст. 61. Вынужденное нанесение легкого вреда в состоянии необходимой обороны либо при задержании лица, совершившего преступление, уголовной ответственности по ст. 115 не влечет.
5. Ответственность за умышленное причинение легкого вреда дифференцирована, квалифицирующим признаком выступает наличие хулиганских побуждений (см. комментарий к ч. 2 ст. 105).

Статья 116. Побои

1. Объектом преступления в точном смысле слова является не здоровье, а более широкий круг отношений - телесная неприкосновенность личности.
2. Действия, входящие в объективную сторону, также шире, нежели это следует из заголовка статьи. Их составляют:
а) нанесение побоев;
б) совершение иных насильственных действий.
3. Побои, характеризующиеся многократным нанесением ударов (не менее 3), не составляют особого вида повреждений; они в одних случаях выступают в качестве способа действия и причинения вреда (например, причинения легкого вреда здоровью, истязания, хулиганства и т.д.), в других - в качестве самостоятельных преступных актов поведения, наказуемых по ст. 115.
4. Если от побоев возникает вред здоровью (тяжкий, средней тяжести или легкий), то такие действия не рассматриваются как побои, а оцениваются как причинение вреда здоровью соответствующей тяжести (ст. 111, 112 и др.).
5. Побои могут оставить после себя следы на теле потерпевшего (ссадины, царапины, кровоподтеки, небольшие раны и т.п.) и не оставить каких-либо видимых повреждений. Если следы оставлены, повреждения есть, они фиксируются экспертом; он их описывает, отмечает характер повреждений, их локализацию, признаки, свидетельствующие о свойствах причинившего их предмета, давности и механизме образования. При этом указанные повреждения не квалифицируются как вред здоровью и тяжесть их не определяется.
6. Если побои не оставляют после себя следов, то в экспертном заключении отмечаются жалобы потерпевшего. Тяжесть вреда здоровью при этом также не определяют. В подобных случаях установление факта побоев осуществляется органами предварительного расследования, прокурором и судом на основании немедицинских данных.
7. Помимо побоев, наказуемо по ст. 116 совершение и иных насильственных действий. К ним могут быть отнесены заламывание и выкручивание рук, щипание, сдавливание частей тела, связывание, защемление кожи, вырывание клока волос и т.п.
8. Так же, как и побои, иные насильственные действия получают уголовно-правовую оценку по ст. 116 при наличии двух условий:
1) они не повлекли последствий, указанных в ст. 115, т.е. легкого (и тем более средней тяжести или тяжкого) вреда здоровью;
2) они причинили физическую боль потерпевшему.
Физической боли могут сопутствовать и психические переживания, страдание, однако обязательным признаком является причинение насильственными действиями физической боли. Следовательно, если связанному веревкой лицу такой боли не причиняется либо на потерпевшего оказывается лишь психическое воздействие, ст. 115 неприменима.
9. Помимо возможности освобождения от уголовной ответственности по данной категории дел на основании ст. 75 и 76, необходимо помнить о положениях ч. 2 ст. 14 УК, которые должны применяться в силу обнаружившейся малозначительности (например, при единичных актах щипания, заламывания рук).
10. Побои, как многократное нанесение ударов, следует отграничивать от истязания, совершаемого путем систематического нанесения побоев (ст. 117 УК): в последнем случае речь идет о нескольких актах избиения, разделенных во времени. Побои же как самостоятельный вид преступления предполагают совпадение во времени наносимых ударов потерпевшему.
11. Преступление совершается с прямым умыслом.
12. При наличии хулиганских побуждений содеянное приобретает квалифицированный вид преступления.

Статья 117. Истязание

1. Преступление описано в законе с использованием негативных и позитивных признаков. Так, ст. 117 применяется, если предусмотренное в ней деяние не повлекло последствий, указанных в ст. 111 и 112. Это означает, что данной статьей охватывается причинение легкого вреда здоровью, и в таком случае дополнительной квалификации по ст. 115 не требуется. В то же время, если деяние повлекло тяжкий или средней тяжести вред здоровью, причиненные умышленно, то, напротив, применению не подлежит ст. 117, здесь истязание рассматривается в качестве способа и квалифицирующего причинение такого вреда обстоятельства (п. "б" ч. 2 ст. 112).
2. Объективные признаки, указанные в ст. 117, характеризуют объективную сторону данного преступления, которая слагается из:
- систематического нанесения побоев или иных насильственных действий;
- вызывающих физические или психические страдания.
3. Сопоставление диспозиций ст. 116 и 117 показывает, что способы действия в описанных в них деяниях сходные. Ими являются:
а) побои;
б) иные насильственные действия.
4. Первое отличие в том, что истязание выражается в систематическом нанесении побоев, т.е. нанесении ударов более двух раз (пп. "а" п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 25 сентября 1979 г. N 4 "О практике рассмотрения судами жалоб и дел о преступлениях, предусмотренных ст. 112, ч. 1 ст. 130 и ст. 131 УК РСФСР" (Сборник действующих постановлений: С. 198). При этом важна не только формальная, количественная характеристика (сколько раз), но и интенсивность воздействия на потерпевшего, восприятие последним многократных актов как чего-то непрекращающегося, непрерывного, постоянного. В силу этого такие акты не должны значительно отстоять во времени друг от друга. Неоднократное нанесение побоев - подчеркнуто в абз. 2 пп. "а" п. 14 упомянутого постановления Пленума Верховного Суда РСФСР, - не может рассматриваться как истязание, если по одному или нескольким эпизодам, дающим основание для квалификации действий как систематических, истек срок давности привлечения к уголовной ответственности, либо к лицу за эти действия ранее уже были применены меры административного взыскания и постановления о применении таких мер не отменены (там же).
В опубликованном решении по конкретному делу было также указано, что нанесение побоев с интервалом в год, т.е. через большие промежутки во времени, не может рассматриваться как истязание путем систематического нанесения побоев (Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1965. N 1. С. 11).
5. Иные насильственные действия как второй способ истязания текстуально совпадает с указанным в составе побоев (ст. 116). Однако содержание их неравнозначно. При истязании под ними понимаются прочие насильственные действия (помимо систематических побоев), как-то: длительное причинение боли (щипанием, сечением и т.п.), причинение множественных (в том числе небольших) повреждений тупыми или острыми предметами, воздействие термических факторов (например, прижигание раскаленным утюгом), другие аналогичные действия, в том числе длительное лишение воды, пищи, тепла, подвешивание вниз головой, порка и т.д.
Таким образом, иные насильственные действия при истязании в количественно-качественном отношении (многократность, длительность) заметно разнятся от указанных в ст. 116.
6. Второй частью, составляющей объективную сторону истязания, являются физические или психические страдания, которые должны быть причинно обусловлены систематическим нанесением побоев либо иными насильственными действиями, вытекать из них. Для истязания характерны именно страдания потерпевшего, т.е. физические и психические переживания.
7. В отличие от разовой физической боли (ст. 116), страдания (как состояние человека), имеют протяженность во времени, поскольку побои наносятся систематически, возобновляя, подкрепляя и усиливая переживания, а иные насильственные действия также предполагают не одномоментность насилия, а многократность и некоторую его протяженность, длительность.
М. в ответ на отказ жены дать денег на водку привязал ее к кровати и в течение двух часов допытывался, где она спрятала деньги: наносил ей удары руками, бил головой о спинку кровати, прижигал горящей сигаретой ей лицо, мочился на нее, таскал за волосы, имитировал удушение ее веревкой, надевал полиэтиленовый пакет ей на голову и т.д. Потерпевшая испытывала при этом не только физические, но и психические страдания (в частности, при имитации лишения жизни).
8. Субъективная сторона истязания выражается в прямом умысле. Виновный осуществляет насильственные действия, осознавая, что они причиняют потерпевшему физические или психические страдания, и желает этого. К тому же выводу пришел и Пленум Верховного Суда РСФСР в п. 14 упомянутого постановления.
9. В отличие от прежнего УК 1960 г. (ст. 113), в действующем Кодексе ответственность за истязание дифференцирована. В ч. 2 ст. 117 предусмотрена более строгая санкция за причинение насильственными действиями страданий:
а) в отношении двух или более лиц;
б) в отношении лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга;
в) в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности;
г) в отношении заведомо несовершеннолетнего или лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии либо материальной или иной зависимости от виновного, а равно лица, похищенного либо захваченного в качестве заложника;
д) с применением пытки;
е) группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;
ж) по найму;
з) по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды.
Абсолютное большинство приведенных квалифицирующих обстоятельств совпадает с рассмотренными выше при анализе квалифицированных составов убийства (ч. 2 ст. 105), умышленного причинения тяжкого (ч. 2 и 3 ст. 111) и средней тяжести (ч. 2 ст. 112) вреда здоровью.
10. Под несовершеннолетним, истязание которого влечет повышенное наказание, понимается лицо, не достигшее на момент истязания в отношении него 18 лет. Для усиления ответственности требуется установить заведомость: виновному было известно, он знал, что истязаемый не достиг совершеннолетия.
11. Материальная или иная зависимость потерпевшего от виновного ограничивает способность лица противостоять посягательству и облегчает совершение истязания, что осознается виновным. Под материальной зависимостью принято понимать ситуацию, когда потерпевший находится на полном или частичном иждивении посягающего, проживает на его жилой площади и т.д. Под иной понимается служебная зависимость, а также та, которая проистекает из родственных или супружеских отношений, основана на законе или договоре (например, зависимость от опекуна и попечителя, обвиняемого - от следователя и т.д.). Во всех случаях зависимость должна быть существенной, т.е. способной серьезно затруднить либо даже подавить волю потерпевшего к противодействию.
12. Усиливает наказание также истязание лица, похищенного (ст. 126) либо захваченного в качестве заложника (ст. 206). В таких случаях речь идет о реальной совокупности преступлений и действия виновного надлежит квалифицировать помимо п. "г" ч. 2 ст. 117 также и по ст. 126 либо ст. 206.
13. Специфическим квалифицирующим обстоятельством истязания выступает применение пытки. Понятие ее содержится в примечании к ст. 117.
14. Применительно к истязанию пытка означает, что виновный совершает насильственные действия (множественные или продолжительные), причиняя физические или психические страдания потерпевшему, чтобы принудить последнего к выдаче сведений или признанию (где находятся деньги - как в приведенном выше примере; имел ли место факт супружеской измены и т.д.).

Статья 118. Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности

1. Структурно ст. 118 построена традиционно: в ч. 1 описывается основной состав преступления - причинение по неосторожности тяжкого вреда здоровью. А в ч. 2 ответственность дифференцирована посредством такого квалифицирующего признака, как причинение тяжкого вреда вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей. По объективным признакам основной состав аналогичен указанному в ст. 111, различие усматривается лишь в субъективной стороне: упомянутый вид предполагает неосторожную форму вины - либо легкомыслие, либо небрежность.
2. В тех случаях, когда нарушается не общее, а специальное правило предосторожности, оговоренное в соответствующих статьях УК (правила безопасности движения, охраны труда, пожарной безопасности и т.д.), применению подлежит не ст. 118, а специальная норма (ст. 143, 219, 236, 269 и др.). Следует учитывать также, что немало статей в иных главах Особенной части УК предусматривает причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности в качестве квалифицирующего признака. Например, причинение по неосторожности тяжкого вреда при насильственных действиях сексуального характера влечет повышенную ответственность по ч. 3 ст. 132. В таких случаях, в силу конкуренции части (ст. 118) и целого (ч. 3 ст. 132), достаточно квалификации по последней из указанных статей; совокупности преступлений нет.
3. Введение в ст. 118 в качестве квалифицирующего обстоятельства ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей как веской причины наступления предусмотренного в ч. 1 вреда здоровью, продиктовано практикой. Вред причиняется в той сфере и тем лицом, которые призваны гарантировать безопасность здоровья граждан. Нередко при этом возрастает и объем (размер) вреда. Следовательно, предполагается наличие специального субъекта - лица, исполняющего профессиональные обязанности.
4. Ввиду того, что о квалифицированном составе можно вести речь лишь при наличии всех признаков основного состава, нельзя вменять в вину ч. 2, когда ненадлежащее исполнение профессиональных обязанностей особо предусмотрено специальной нормой в качестве уголовно-наказуемого. Например, содеянное квалифицируется по ч. 2 ст. 217, если причинен тяжкий вред здоровью потерпевшего в результате нарушения специалистом правил безопасности на взрывоопасных объектах или во взрывоопасных цехах.
5. По ч. 2 ст. 118 должны квалифицироваться, например, случаи ненадлежащего (непрофессионального) исполнения обязанностей инструктором по плаванию, медицинским или фармацевтическим работником, занимающимся на профессиональной основе перевозкой людей лодочником.
6. В этой связи возникает вопрос о соотношении ч. 2 ст. 118 и ст. 124, когда речь идет о неисполнении профессиональных обязанностей медицинским работником. Различие между ними усматривается в объективной стороне: в одном случае помощь вообще не оказывается (преступное бездействие), в другом - она оказывается, но ненадлежаще, не в полном объеме, не на должном профессиональном уровне.

Статья 119. Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью

1. Объективная сторона выражается в активном поведении - в действии, а именно угрозе убийством или причинением тяжкого вреда здоровью. Если высказывается угроза иного характера (например, причинить средней тяжести или легкий вред, уничтожить или повредить имущество, ограбить или совершить надругательство), ответственность по ст. 119 исключается, поскольку содержание угрозы иное. Только высказывание о намерении убить или причинить тяжкий вред здоровью запрещено диспозицией ст. 119.
2. Угроза - способ психического воздействия, направленного на запугивание потерпевшего, на то, чтобы вызвать у последнего чувство тревоги, беспокойства за свою безопасность, дискомфортное состояние.
3. Способы выражения угрозы вовне могут быть различными (устно, письменно, жестами, явочным порядком или по телефону, непосредственно потерпевшему или через третьих лиц) и в плане квалификации содеянного это значения не имеет.
4. Выделяют такие обязательные черты угрозы, как:
а) конкретность;
б) реальность.
Подчас под конкретностью понимают ясность того, каким образом лицо намерено угрозу исполнить. Такая трактовка весьма спорная: достаточно ясности в вопросе о том, угрожает ли виновный лишением жизни, причинением тяжкого вреда здоровью. Реальность угрозы означает, что существуют достаточные основания опасаться приведения ее в исполнение. Должны возникнуть такие основания у потерпевшего, и в этом случае цель угрозы считается достигнутой, дискомфорт возникшим.
5. Распространенным является мнение, согласно которому переносить реальность угрозы целиком в плоскость субъективного ее восприятия потерпевшим едва ли правомерно и надо учитывать все обстоятельства дела (как-то: характер взаимоотношений виновного и потерпевшего, серьезность повода для угрозы, личность угрожающего, наличие предметов, способных причинить серьезный вред и т.д.).
6. В конкретных случаях угроза может быть пустой, произнесенной в запальчивости, когда и сам виновный, и потерпевший не придают ей серьезного значения. Поэтому важно, использовал ли виновный угрозу как средство давления на волю потерпевшего с намерением вызвать у него чувство страха, боязни, дискомфорта.
Если это установлено, угрозу следует считать реальной, даже если сам виновный приводить ее в исполнение не собирался, а лишь запугивал.
7. Необходимо, таким образом, доказать, что, во-первых, у потерпевшего действительно существовали основания воспринимать угрозу как реальную, что подтверждает объективно истинность его утверждения, что он испытал тревогу, дискомфорт и т.д. после высказывания угрозы виновным. Основанием для такого восприятия могут быть данные о личности угрожавшего, форма выражения угрозы и т.п. Подтверждающими могут быть и свидетельские показания об ухудшении самочувствия потерпевшего (скажем, после угроз тот плохо засыпал, остерегался встреч с угрожавшим, жаловался на чувство страха и т.д.). Во-вторых, именно на такое восприятие своих угроз потерпевшим виновный и рассчитывал. При наличии этих условий существуют основания говорить о наказуемости поведения.
8. Спорен вопрос о том, можно ли считать угрозы, описанные в ст. 119, вариантом обнаружения умысла, за которое лишь в порядке исключения законодатель предусмотрел уголовную ответственность. Изложенное выше позволяет сделать вывод, что в статье речь идет не об обнаружении, а о реализации умысла, только не на убийство или причинение тяжкого вреда здоровью, не о намерении совершить именно такое преступление, а об умысле на нарушение психической неприкосновенности личности, ее спокойствия путем запугивания, внушения чувства страха. Налицо деятельность, направленная на конкретный объект и производящая в нем вредные изменения, а не простое озвучивание преступных намерений.
9. Состав сконструирован по типу формального, поэтому преступление считается оконченным в момент выражения угрозы вовне (произнесения, передачи через знакомых потерпевшего и т.д.).
10. Высказывание угрозы виновным может преследовать не цель запугивания, а обнаруживает возникшее решение об убийстве или причинении тяжкого вреда здоровью. В этом случае, если виновный помимо заявления о замысле совершает какие-либо действия, направленные на реализацию заявленного намерения, содеянное квалифицируется не по ст. 119, а как приготовление либо покушение на соответствующее преступление (ст. 105, 111).
11. Субъективная сторона - прямой умысел - выражается в том, что лицо намеренно высказывает угрозы, рассчитанные на восприятие их потерпевшим как реальных, устрашающих, вызывающих чувство тревоги, опасности, и желает поступить таким образом.
12. Норма, предусмотренная ст. 119, является общей по отношению к некоторым другим, также устанавливающим ответственность за угрозы. Так, ст. 296 говорит о наказуемости угрозы в связи с осуществлением правосудия или производством предварительного расследования. В таком случае предпочтение - в соответствии с правилами квалификации при конкуренции - отдается специальной норме (ст. 296).
Во многих случаях угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью выступает способом совершения другого, более тяжкого преступления (разбоя, вымогательства, угона транспортного средства и т.д.). В соответствии с правилами квалификации при конкуренции части и целого, предпочтение отдается целому, поэтому дополнительной квалификации по ст. 119 не требуется.
Иная ситуация - при реальной совокупности преступлений. В абз. 3 п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2004 г. N 11 "О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации" обращено внимание на то, что если угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью была выражена после изнасилования с той, например, целью, чтобы потерпевшая никому не сообщала о случившемся, действия виновного надлежит квалифицировать дополнительно и по ст. 119, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы (РГ. 2004. 29 июня).

Статья 120. Принуждение к изъятию органов или тканей человека для трансплантации

1. Данная норма в прежнем УК отсутствовала. Она принята в развитие положений Закона РФ "О трансплантации органов и (или) тканей человека". Согласно ст. 11 Закона изъятие возможно при условии, что донор свободно и сознательно в письменной форме выразил согласие на это. В ст. 3 сказано, что принуждение любым лицом живого донора к согласию на изъятие у него органов и (или) тканей влечет уголовную ответственность в соответствии с законодательством.
2. Потерпевшим от преступления выступает любое лицо, избранное виновным в качестве потенциального донора. Иногда им может быть и иное лицо (родственник. опекун и т.д.), когда речь идет, скажем, об изъятии органа или ткани у смертельно травмированного в результате аварии человека. В соответствии с упомянутым Законом, изъятие органов и (или) тканей не допускается у живого донора, не достигшего 18 лет (за исключением пересадки костного мозга), а также у лиц, признанных недееспособными, и у больного, пересадка органов и (или) тканей от которого представляет опасность для реципиента (например, страдающего СПИДом или зараженного венерическим заболеванием). Трансплантация признается допустимой лишь в случае, когда медицинские средства не могут гарантировать сохранение жизни больного (реципиента) либо восстановление его здоровья.
3. Объективную сторону составляют:
а) принуждение;
б) совершенное с применением насилия либо с угрозой его применения.
Таким образом, объективной стороной является деяние и способ его осуществления.
4. Принуждение - это неправомерное воздействие на лицо, приневоливание его к чему-нибудь (в данном случае - к донорству), с созданием опасности неблагоприятных последствий для потерпевшего в случае отказа от него.
5. Статья 120 ограничивает уголовно-наказуемое принуждение двумя способами: насилием либо угрозой его применения. Таким образом, не всякое принуждение, по мнению законодателя, достигает уровня общественной опасности, характерной для преступлений. С другой стороны, для уголовной ответственности достаточно применения виновным лишь одного из способов - насилия или угрозы насилием.
В этой связи неточными выглядят утверждения, что одной из уголовно значимых форм принуждения может выступать обман (налицо недопустимое расширение способов преступного принуждения) и что принуждение в смысле ст. 120 - это психическое давление на потерпевшего. Давление может быть и физическим, посредством применения насилия.
6. Под насилием понимается физическое воздействие (удары, причинение вреда здоровью, запирание и т.п.). Угроза как психическое воздействие ограничена законодателем угрозой применения только физического воздействия (насилием). Следовательно, если лицо принуждается к донорству угрозами разгласить позорящие сведения, уничтожить или повредить имущество и т.д., ст. 120 неприменима.
Угрозы могут иметь своим содержанием причинение физического вреда любой степени. Это могут быть угрозы убийством, нанесением тяжкого вреда здоровью, побоями и т.д.
7. Если в результате физического или психического воздействия потерпевшему причинен тяжкий вред здоровью, содеянное должно квалифицироваться по совокупности (ст. 120 и ст. 111).
8. Состав - формальный. Преступление считается оконченным с момента принуждения, сопряженного с применением насилия или угроз насилием. Если виновному удалось принудить лицо и орган (ткань) у потерпевшего были изъяты, следует вести речь о реальной совокупности преступлений. В зависимости от степени тяжести причиненного изъятием вреда здоровью содеянное помимо ст. 120 квалифицируется также по ст. 115, 112, п. "ж" ч. 2 ст. 111 или п. "м" ч. 2 ст. 105.
9. Субъект - любое физическое лицо. Однако чаще всего данное преступление совершается либо медицинским работником, либо с его участием.
10. Субъективная сторона выражается в умысле и специальной цели - принуждение осуществляется "для трансплантации", в целях противоправного использования органов или тканей потерпевшего.
11. Под трансплантацией в медицине понимают пересадку органов и (или) тканей от одного человека к другому. Спасение жизни или здоровья реципиента происходит за счет причинения определенного вреда здоровью донора. Пересадке могут подвергнуться легкие, почка и иные органы, а также ткани, перечень которых утвержден совместным приказом Министерства здравоохранения РФ и Российской академии медицинских наук от 13 декабря 2001 г. N 448/106. Закон говорит о принуждении к изъятию органов (или тканей), а не всяких частей тела (части бедра, таза, стопы, отдельных пальцев и т.д.).
12. Мотивы принуждения могут быть разными: помочь близкому или больному, месть, карьеристские побуждения и т.п.
13. Ответственность за данное преступление дифференцирована. В ч. 2 предусмотрено усиление наказания за описанное в ч. 1 деяние, совершенное в отношении лица, заведомо для виновного находящегося:
а) в беспомощном состоянии, либо
б) в материальной или иной зависимости от виновного.
Эти признаки уже комментировались применительно к другим составам преступлений гл. 16.

Статья 121. Заражение венерической болезнью

1. Потерпевшим от преступления является не сам виновный, а другое лицо. Согласие потерпевшего на заражение не освобождает виновного от уголовной ответственности (п. 5 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 8 октября 1973 г. N 15 "О судебной практике по делам о заражении венерической болезнью". Сборник действующих постановлений: С. 192).
2. Объективная сторона заключается:
а) в заражении
б) венерической болезнью другого лица.
3. Заражение - это передача заболевания другим лицам. Способ заражения значения для квалификации не имеет: чаще всего оно осуществляется половым путем. Но встречаются и иные способы, связанные с нарушением больным гигиенических правил поведения в быту, в семье, на работе и т.п. (например, пользование одними и теми же предметами домашнего обихода).
4. К венерическим относятся такие инфекционные заболевания, как сифилис, гонорея, мягкий шанкр и некоторые другие. Для уголовной ответственности по ст. 121 достаточно передачи другому лицу одного из видов венерического заболевания.
5. Состав преступления сконструирован по типу материальных, поэтому посягательство считается оконченным в момент фактической передачи венерической болезни другому лицу. Такой вид поведения, как заведомое поставление в опасность заражения, декриминализирован (в УК 1960 г. он признавался уголовно наказуемым - ч. 1 ст. 115 УК). Если у виновного имелось намерение заразить венерической болезнью другое лицо, но по независящим от него обстоятельствам этого не произошло, есть основания квалифицировать содеянное как покушение на заражение (ч. 3 ст. 30, ст. 121).
6. Субъект преступления - специальный. Им является лицо, знавшее о наличии у него венерической болезни. В этой связи важно иметь доказательства, подтверждающие знание виновным о его болезни (например, предостережение лечебного учреждения и иные данные, свидетельствующие об осведомленности лица о заболевании и его заразности). Лицо считается страдающим заболеванием не только во время болезни и ее лечения, но и в период контрольного наблюдения лечебным учреждением за больным до снятия его с учета.
7. С субъективной стороны преступление характеризуется либо умыслом (прямым или косвенным), либо легкомыслием. Небрежность исключается, поскольку виновный знает о наличии у него инфекционного заразного заболевания и тем не менее сознательно вступает в контакт с лицом (или лицами). Следовательно, во всех случаях виновный предвидит возможность заражения, причинения вреда потерпевшему.
8. Заражение венерической болезнью - разновидность причинения вреда здоровью без нанесения телесных повреждений (инфекционным путем). Чаще всего причиняемый вред является легким. Поскольку норма ст. 121 является специальной, предусматривающей специфический способ причинения вреда, предпочтение в случае конкуренции отдается ей и дополнительной квалификации по ст. 115 не требуется. В случае причинения вреда здоровью тяжкого или средней тяжести (например, заражение повлекло прерывание беременности) и присутствия субъективных оснований, наличествует совокупность преступлений и содеянное, помимо ст. 121, должно квалифицироваться по ст. 111 или 112. Если заражение венерической болезнью служит квалифицирующим обстоятельством другого преступления (например, является разновидностью тяжких последствий при изнасиловании - п. "б" ч. 3 ст. 131), содеянное полностью охватывается такой более полной нормой и в дополнительной квалификации по ст. 121 не нуждается.
9. Ответственность за заражение дифференцирована: ч. 2 в качестве квалифицирующих обстоятельств предусматривает то же деяние, совершенное:
а) в отношении двух или более лиц, или
б) в отношении заведомо несовершеннолетнего.
Оба эти признака рассматривались выше.

Статья 122. Заражение ВИЧ-инфекцией

1. Быстрое распространение "чумы XX века", как нередко именуют СПИД, вызывает серьезную тревогу в мире, в том числе в России.
Так, количество ВИЧ-инфицированных, зарегистрированных за 11 месяцев 1997 г., возросло в 12 раз по сравнению с аналогичным периодом предшествующего года и превысило число ВИЧ-инфицированных за предшествующие 10 лет. По состоянию на 2004 г. в стране зарегистрировано почти 260 тыс. случаев заболевания ВИЧ, в том числе 7 551 среди детей. ВИЧ уже унес почти 35 тыс. жизней.
Реакцией на это стало принятие ряда законодательных актов, в том числе Федерального закона от 30 марта 1995 г. N 38-ФЗ "О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)" (СЗ РФ. 1995. N 14. Ст. 1212).
2. Учитывая высокую опасность распространения "чумы века", Кодекс предусматривает уголовную ответственность, осуществляя дифференциацию наказуемости за преступление.
3. По ч. 1 наказуемым признается заведомое поставление другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией. Потерпевшими могут быть любые лица, но чаще всего ими становятся представители "группы риска": наркоманы; лица, вступающие в беспорядочные половые связи; бомжи.
Объективная сторона заключается в поставлении другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией (деликт создания опасности).
4. ВИЧ-инфекция, или вирус иммунодефицита человека, поражает иммунную (защитную) систему человека, которая призвана защищать его от болезней, выступая при этом возбудителем опаснейшего заболевания - СПИДа. Данное заболевание пока неизлечимо и потому неминуемо заканчивается смертью.
5. Преступление полагается оконченным в момент создания реальной опасности заражения. ВИЧ-инфекция попадает в организм лица либо половым путем, либо при контактах поврежденных частей тела, либо через кровь. Опасность заражения возникает, например, при половом сношении ВИЧ-инфицированного без предохраняющих (контрацептивных) средств, при предоставлении им другому лицу своего использованного шприца для уколов, введения наркотиков и т.д. Среди ВИЧ-инфицированных по России в 1998 г. 91% составляли наркоманы. Для констатации преступления оконченным не имеет значения, что в конкретном случае фактического заражения ВИЧ-инфекцией не произошло.
6. Субъектом преступления является лицо, выступающее носителем ВИЧ-инфекции либо страдающее СПИДом. На таких лиц возлагается обязанность - как инфекционно больных - соблюдать соответствующие санитарно-гигиенические правила при контакте с лицами, не зараженными этой инфекцией (ст. 13 Закона). Они не должны вступать в половые отношения, пользоваться общими предметами домашнего обихода, быть донорами и т.д.
7. Субъективная сторона заключается в том, что ВИЧ-инфицированный, зная о необходимости соблюдения им определенных санитарно-гигиенических правил, сознательно пренебрегает ими, идет на нарушение этих правил, зная, что тем самым он ставит потерпевшего в опасность заражения.
8. Согласие потерпевшего на поставление в опасность заражения ВИЧ-инфекцией (например, согласие вступить в половую связь с ВИЧ-инфицированным) в соответствии с введенным к ст. 122 примечанием исключает уголовной ответственность, что трудно поддается объяснению.
9. Поставление в опасность, закончившееся заражением ВИЧ-инфекцией, влечет ответственность по ч. 2 ст. 122, при этом вменения ч. 1 не требуется, так как поставление в опасность - неизбежный этап и более ранняя стадия заражения. Квалификация по совокупности необходима, если потерпевшими выступают два лица, одно из которых подверглось заражению, а другое - поставлено в опасность заражения.
10. Заражение ВИЧ-инфекцией в некоторых составах признается квалифицирующим обстоятельством (см., например, п. "б" ч. 3 ст. 131 и 132 УК). В этом случае по правилам конкуренции части и целого дополнительной квалификации по ст. 122 не требуется.
11. Момент окончания анализируемого вида преступления - состоявшееся заражение, попадание ВИЧ-инфекции в организм потерпевшего.
12. В ч. 3 названы в качестве квалифицирующих обстоятельств заражение, совершенное:
а) в отношении двух или более лиц, либо
б) в отношении заведомо несовершеннолетнего.
Данные признаки уже рассматривались ранее.
13. Субъективная сторона деяний, описанных в ч. 2 и 3, характеризуется как умыслом, так и неосторожностью.
14. Особым видом преступления признано заражение другого лица ВИЧ-инфекцией вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей (ч. 4). Данный признак ранее уже рассматривался. Отметим поэтому лишь две его особенности:
1) субъектом этого преступления являются лица, профессионально связанные с процессом лечения и обслуживания больных вирусом иммунодефицита (врачи, медсестры и т.д.), а также с получением или хранением крови (например, работники станции переливания крови);
2) с субъективной стороны данное деяние предполагает неосторожность в виде легкомыслия либо небрежности. Если присутствует прямой или косвенный умысел, содеянное квалифицируется не по ст. 122, а в зависимости от тяжести наступившего вреда здоровью по ст. 115, 112, 111 или 105.

Статья 123. Незаконное производство аборта

1. По числу абортов Россия занимает одно из первых мест в мире, совершается их более 3,5 млн. в год. Внебольничные аборты составляют около 12%. За год от абортов умирает в стране 260 женщин, почти полмиллиона приобретают осложнения, в том числе бесплодие; 20% новорожденных у женщин, ранее делавших искусственное прерывание беременности, имеют серьезные физические или психические отклонения.
2. Потерпевшей от преступления является женщина, находившаяся в состоянии беременности. В соответствии со ст. 36 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г. N 5487-1 (ВВС РФ, 1993. N 33. Ст. 1318), каждая женщина имеет право самостоятельно решать вопрос о материнстве. Следовательно, она вправе и прервать беременность. Закон предусматривает, что искусственное прерывание беременности проводится в учреждениях, получивших лицензию на указанный вид деятельности, врачами, имеющими специальную подготовку. По общему правилу, аборт производится при сроке беременности до 12 недель, по социальным показаниям (смерть мужа, беременность в результате изнасилования и т.д.) - 22 недель, а при наличии медицинских показаний (например, при заболевании ВИЧ-инфекцией, при активной форме туберкулеза) с согласия женщины - независимо от срока беременности.
3. Объективная сторона преступления заключается в производстве аборта ненадлежащим лицом. Под абортом понимается искусственное прерывание беременности, которое может быть законным (правомерным) и незаконным (криминальным). Незаконный аборт - это:
- искусственное прерывание беременности вне специального учреждения;
- лицами, не имеющими надлежащей медицинской подготовки;
- при выходе за указанные выше сроки беременности;
- без согласия абортируемой.
4. Статья 123 хотя и называется "Незаконное производство аборта", объявляет преступными не все его виды, а только один - производство аборта лицом, не имеющим высшего медицинского образования. Иные виды не могут влечь ответственности по данной статье. Она предполагает производство указанного вида незаконного аборта по согласию женщины. Если такого согласия не было, содеянное квалифицируется не по ст. 123, а исходя из последствий по ст. 111 или 105.
5. Способы незаконного аборта на квалификацию не влияют. Наиболее распространенное из них - введение в область матки каких-либо предметов, растворов, инъекций.
6. Состав преступления - формальный. Аборт полагается оконченным с момента удаления плода из чрева матери. До этого момента можно говорить лишь о покушении на производство незаконного аборта. Если процесс производства аборта привел к появлению на свет живого ребенка, которого тут же лишают жизни, содеянное как представляющее реальную совокупность преступлений подлежит квалификации не только по ст. 123, но и по статье об убийстве. Если криминальный аборт протекал с осложнениями и вызвал реальную угрозу причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей, а виновный вследствие растерянности, испуга или по иным причинам не принимает необходимых мер (например, не вызывает врача), оставляя в опасном состоянии потерпевшую, содеянное необходимо квалифицировать по совокупности ст. 123 и 125.
7. Субъект преступления - лицо, не имеющее высшего медицинского образования соответствующего профиля, что создает большую вероятность неблагоприятного исхода, причинения вреда абортируемой женщине. По мнению законодателя, аборт, совершаемый непрофессионалом, составляет наиболее опасный вид незаконных абортов.
8. Исходя из этого, не являются субъектами преступления гинекологи и хирурги-гинекологи. Все остальные лица (в том числе имеющие высшее образование), средний медицинский персонал (даже те из них, которые имеют образование соответствующего профиля - например, акушерка) могут выступать в качестве субъекта рассматриваемого преступления. При этом место производства незаконного аборта (специальное медицинское учреждение или иное) для ответственности значения не имеет.
9. Субъективная сторона выражается в прямом умысле.
10. Ответственность за анализируемое преступление дифференцирована.
В ч. 3 установлена повышенная ответственность, если незаконный аборт повлек по неосторожности:
а) смерть потерпевшей;
б) причинение тяжкого вреда ее здоровью.
Налицо пример преступления с двумя формами вины (ст. 27). Необходимо установить причинно-следственную связь между незаконно произведенным абортом и наступившим вредом здоровью либо смертью потерпевшей.

Статья 124. Неоказание помощи больному

1. Потерпевшим от данного преступления является больной, т.е. лицо, страдающее каким-либо заболеванием и нуждающееся в оказании медицинской помощи. Вид заболевания и стадия его течения в плане квалификации значения не имеют. Важно, чтобы болезнь при невмешательстве создавала реальную угрозу причинения вреда здоровью потерпевшего.
2. В объективную сторону входят элементы, характеризующие деяние (неоказание помощи без уважительных причин), последствие (как минимум вред здоровью средней тяжести) и причинную связь между ними.
3. Неоказание помощи выражается в бездействии. Существует мнение, что оно может воплотиться и в частичном бездействии (непринятии всего комплекса медицинских мер, некачественном лечении и т.п.). Вряд ли это верно. Закон различает понятия неоказания помощи и ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей (ч. 2 и 4 ст. 118), с чем нельзя не считаться. Другое дело, что санкции ст. 118 и 124 должным образом не скорректированы.
4. Спорен также вопрос, о всяком ли виде помощи идет речь в ст. 124, либо только о срочной, первичной, скорой. Основы законодательства РФ об охране здоровья граждан различают первичную, скорую, специализированную и медико-социальную помощь (гражданам, страдающим социально-значимыми заболеваниями и заболеваниями, представляющими опасность для окружающих).
Согласно ч. 1 ст. 41 Конституции, каждый имеет право на медицинскую помощь, которая в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно. Частные клиники, как известно, оказывают платные услуги за определенные виды специализированной деятельности. В государственных и муниципальных учреждениях часть специализированных услуг в настоящее время осуществляется также на платной основе.
5. Исходя из сказанного, следует сделать вывод, что неоказанием помощи считается отказ или уклонение от оказания не терпящей отлагательства помощи, что создает реальную угрозу причинения серьезного вреда здоровью потерпевшего.
6. В конкретном случае неоказание помощи может выразиться в отказе принять вызов врача или выехать на дом, принять поступившего больного или осмотреть его. Виновный может отказаться сделать искусственное дыхание, остановить кровотечение, наложить швы, вызвать надлежащего специалиста по профилю заболевания, дать необходимые лекарства, не принимать мер к доставлению нуждающегося в этом потерпевшего в больницу и т.д.
7. Уголовная ответственность за бездействие, как известно, предполагает, что лицо должно было и могло действовать.
Обязанность действовать вытекает из предписаний Основ законодательства об охране здоровья граждан (ст. 38 и 39), где сказано, что первичная и скорая медицинская помощь оказывается гражданам в случаях травм, отравлений и других неотложных состояний лечебно-профилактическими учреждениями, независимо от территориальной, ведомственной подчиненности и форм собственности (обязанность оказывать помощь больному подкрепляется клятвой Гиппократа, произносимой выпускником медицинского учебного заведения).
Возможность действовать (субъективный критерий) - обязательное условие ответственности. Не случайно в ст. 124 говорится о неоказании помощи без уважительных причин. К уважительным относятся причины, непреодолимые в момент возникновения конкретной обязанности действовать. Ими можно считать непреодолимую силу, состояние крайней необходимости, болезнь самого медицинского работника, отсутствие необходимого инструмента, лекарств и т.д.
8. Условиями, вызывающими обязанность действовать, являются обращение больного, его родственников, иных лиц, а также когда само обязанное лицо наблюдает ситуацию, вызывающую необходимость действовать (например, оно является свидетелем дорожно-транспортного происшествия с наличием пострадавших). Как правило, на медицинское вмешательство требуется согласие больного. В соответствии со ст. 32 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан "необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является информированное добровольное согласие гражданина". Следовательно, при обычных обстоятельствах отсутствие такого согласия исключает наказуемость, даже если в последующем из-за неоказания помощи наступил вред здоровью.
9. Вместе с тем оказание помощи без согласия больного (его родственников, законных представителей и т.д.) возможно, если по каким-либо причинам согласие не может быть получено (например, ввиду коматозного состояния потерпевшего), а медицинское вмешательство безотлагательно необходимо.
10. Состав преступления сконструирован по типу материального, поэтому преступление полагается оконченным при наступлении вреда здоровью средней тяжести. В этом вопросе произошло изменение законодательной позиции: согласно ст. 128 УК 1960 г. сам факт неоказания помощи больному без уважительных причин признавался преступным. Это серьезно расширяло основание ответственности, приводило к смешению преступления и дисциплинарного или аморального проступка.
11. Причинение вреда здоровью средней тяжести - минимальный размер вреда, при наличии которого возможна уголовная ответственность. Отсюда, если неоказание помощи вызвало лишь легкий вред здоровью, уголовное преследование исключается. Необходимым признаком состава преступления является причинно-следственная связь. Вред здоровью должен быть обусловлен бездействием виновного, неоказанием им помощи потерпевшему. Если такой связи нет, содеянное не может быть квалифицировано по ст. 124, даже если и деяние в виде неоказания помощи, и вредные последствия имели место (например, после отказа фельдшера оказать необходимую помощь больной решил самостоятельно добираться до районной больницы, в пути поскользнулся, упал и получил средней тяжести повреждения здоровью).
12. Субъектами преступления являются медицинские работники, а также лица, обязанные ее оказывать в виде первой помощи по закону или по специальному правилу (ст. 38 и 39 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан). Под медицинскими работниками следует понимать лиц, профессионально выполняющих свои функции (врач, фельдшер, медицинская сестра, акушерка, провизор и т.п.). Подсобный медицинский персонал (санитары, сиделки, лаборанты, регистраторы и т.д.) субъектом данного преступления не являются и при соответствующих условиях могут нести ответственность по ст. 125. На основании п. 2 ст. 10 Закона РФ от 18 апреля 1991 г. N 1026-1 "О милиции" (ВВС РСФСР. 1991. N 16. Ст. 503) работники милиции обязаны оказывать помощь гражданам, пострадавшим от преступлений, административных правонарушений и несчастных случаев, а также находящихся в беспомощном либо ином состоянии, опасном для их здоровья и жизни.
13. Субъективная сторона характеризуется неосторожной формой вины: лицо, отказывая или уклоняясь от оказания помощи:
а) предвидит возможность причинения вреда здоровью больного, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывает на предотвращение такого вреда (например, надеется, что помощь окажет другой живущий невдалеке медицинский работник);
б) не предвидит возможности причинения вреда здоровью в результате неоказания помощи больному, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло предвидеть наступление вреда.
Например, врач отказался обследовать больного, заявив, что, судя по словам родственников, ничего страшного не произошло. Если бы обследование было проведено, итог мог быть иным.
14. Не соответствует закону распространенное мнение, что анализируемое преступление предполагает двойную форму вины: умысел по отношению к бездействию и неосторожность по отношению к последствию. Согласно ст. 27 УК о преступлении, совершенном с двумя формами вины, можно говорить лишь в случае, когда в результате совершения умышленного преступления причиняются тяжкие последствия, усиливающие ответственность. Речь, следовательно, идет о квалифицированных составах. Применительно к основному составу нельзя говорить о двух формах вины, поскольку деяние само по себе преступным не является - оно способно влечь дисциплинарную, административную или общественную ответственность.
Следовательно, преступление совершается с единой формой вины - по неосторожности. Сознательное отношение к неисполнению профессиональной обязанности имеет уголовно-правовое значение, но лишь в плане индивидуализации ответственности и наказания.
15. Если лицо, не оказывая помощь больному, желает или сознательно допускает наступление вредных последствий своего поведения (средней тяжести вреда здоровью либо более тяжкого), ответственность должна наступать не по ст. 124, а по иным статьям (ст. 111, 112 или 105).
16. Критерием дифференциации наказания выступает тяжесть вреда: ч. 2 предусматривает повышенную наказуемость за неосторожное причинение больному тяжкого вреда здоровью либо смерти пострадавшего.

Статья 125. Оставление в опасности

1. Потерпевшим от данного преступления признается лицо, одновременно:
а) находящееся в опасном для жизни или здоровья состоянии;
б) лишенное возможности принять меры к самосохранению в силу малолетства, старости, болезни или вследствие своей беспомощности.
Закон, таким образом, устанавливает ряд условий, касающихся личности потерпевшего, для уголовной ответственности за бездействие виновного.
2. Одно из них - потерпевший на момент оставления его без помощи находился в опасном для жизни или здоровья состоянии (оказался на глубоком месте реки, среди шумного потока движущегося транспорта, получил травму при падении и т.д.). Причины попадания в такую ситуацию могут быть различными. Важно, что она возникла, и опасность для жизни или по крайней мере для здоровья является не абстрактной, а реальной.
3. Второе условие: в этой ситуации потерпевший не может самостоятельно принять меры к самосохранению, устранению возникшей для него реальной опасности. Причины, лишающие гражданина такой возможности, - малолетство, старость, болезнь или беспомощное состояние. Понятие беспомощного состояния ранее уже рассматривалось при характеристике квалифицирующих признаков, в частности убийства. Малолетство, старость и болезнь, по сути, также предполагают состояние физической или интеллектуальной беспомощности, составляют ее разновидность. В тех случаях, когда болезнь, старость или малолетство такого состояния не вызывают, у лица есть возможность принять меры к самосохранению, а отсюда исключается уголовная ответственность за бездействие виновного.
4. С объективной стороны преступление выражается в бездействии - оставлении без помощи находящегося в опасности потерпевшего. Ответственность за бездействие, как известно, возможна при наличии двух условий:
а) на лице лежала обязанность действовать;
б) в данной обстановке лицо могло действовать.
5. Непосредственно в ст. 125 оговорено, из чего вытекает обязанность виновного действовать, оказывать помощь потерпевшему:
- виновный был обязан иметь о нем заботу. Наличие такого долженствования предполагается еще до момента возникновения опасности в силу закона или договора (родители обязаны заботиться о детях, а дети - о родителях, сиделка в силу договора - о больном либо дряхлом человеке);
- лицо само поставило потерпевшего в опасное для жизни состояние. Такое поставление, порождающее обязанность действовать в дальнейшем, возможно в результате как противоправных, так и непротивоправных, как виновных, так и невиновных актов поведения.
Например, потерпевший получает повреждение при столкновении с машиной, водитель которой правил дорожного движения не нарушал. Это, однако, не снимает с водителя транспортного средства обязанности оказать необходимую помощь пострадавшему.
6. Важное условие уголовной ответственности за бездействие - лицо могло действовать, что прямо оговорено в ст. 125 - "если виновный имел возможность оказать помощь". Вопрос о том, существовала ли в действительности у лица такая возможность, является вопросом факта. Вывод делается на основе всех обстоятельств в их совокупности. По силам, например, оказание помощи воспитателем ребенку, упавшему в неглубокую канаву с водой. Лицо может быть лишено объективно возможности оказать помощь ввиду возникшей непреодолимой силы, собственной беспомощности и т.д.
7. Состав преступления формальный. Преступление считается оконченным в момент неоказания помощи нуждающемуся лицу. Обязательной констатации каких-либо последствий, в отличие от ст. 124, не требуется. Такая позиция законодателя небесспорна. Ведь и в ст. 124 речь идет о бездействии лица, обязанного оказывать помощь нуждающемуся. Если в результате бездействия наступила смерть потерпевшего либо причинен вред его здоровью, это учитывается при избрании наказания.
8. Субъектом преступления является лицо, на котором лежала обязанность иметь заботу о потерпевшем, либо которое само поставило потерпевшего в опасное для жизни или здоровья состояние (родители, педагоги, воспитатели, опекуны и попечители, инструкторы по плаванию, проводники в горах и т.д.).
9. Субъективная сторона предполагает заведомость: лицо намеренно, умышленно оставляет без помощи потерпевшего. При этом оно осознает, что:
а) потерпевший находится в опасном для жизни или здоровья состоянии;
б) он лишен возможности принять меры к самосохранению;
в) на нем, виновном, лежала обязанность иметь о потерпевшем заботу либо он сам поставил потерпевшего в опасное для жизни или здоровья состояние;
г) он, виновный, имел возможность оказать помощь потерпевшему, отвести возникшую опасность, но не сделал этого.
10. Отличие анализируемого вида преступления от описанного в ст. 124 - в субъекте (там им является медицинский и иной работник, в силу профессии обязанный оказывать помощь), в потерпевшем (там им является только больной), в объективной стороне (обязательным признаком состава ст. 124 является причинение вреда здоровью потерпевшего), в субъективной стороне (деяние, предусмотренное ст. 125, - умышленное, а ст. 124 - в целом неосторожное).

Глава 17. Преступления против свободы, чести и достоинства личности

Данная группа преступлений впервые обособлена в рамках самостоятельной главы. Она немногочисленна - включает всего семь составов, объединенных общим объектом уголовно-правовой охраны.
Объект - сложный, составной. Поскольку глава расположена в разделе "Преступления против личности", под первым из названных объектов подразумевается гражданская (личная) свобода как свобода человека принимать решения независимо от государства, свобода распоряжаться самим собой, делать индивидуальный выбор. Это не только возможность по своему усмотрению перемещаться в пространстве, определять круг общения и общаться с другими людьми, но и свобода от давления извне, направленного на изменение образа жизни, поведения лица.
Право на личную свободу подтверждено предписаниями Конституции, в ч. 1 ст. 22 которой предусмотрено, что "каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность".
Честь и достоинство - два очень близких по духу и содержанию понятия. Честь - это внутреннее нравственное достоинство, состояние. Достоинство - осознанный лицом и окружающими факт обладания человеком некой совокупностью нравственных и интеллектуальных качеств. В соответствии с ч. 1 ст. 23 Конституции каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени, а ч. 1 ст. 21 гласит, что достоинство личности охраняется государством. Это предполагает признание наличия у каждого человека и гражданина своей чести и достоинства, права на личную свободу. В ч. 1 ст. 150 ГК указано, что честь и достоинство личности неотчуждаемы и принадлежат гражданину от рождения.
Охрана упомянутых объектов осуществляется нормами многих отраслей права. В частности, ст. 152 ГК подчеркивает, что честь и достоинство могут защищаться гражданско-правовыми способами. Определенную лепту в защиту вносит и уголовное право, предусматривая в гл. 17 УК систему норм, направленных на охрану означенных объектов.
Преступления гл. 17 могут нарушать и дополнительные объекты - жизнь, здоровье, имущественные интересы, общественную безопасность и т.д.
Личная свобода, честь и достоинство охраняются не только нормами данной главы. Например, эти объекты нарушаются или могут быть нарушены посягательствами, предусмотренными ст. 133, 137, 138, 152, 153, 206, 301 УК и др. В этих случаях данные объекты выступают в качестве дополнительных, факультативных. В преступлениях же анализируемой главы они являются основными, ведущими.
Потерпевшим может быть любое физическое лицо - как должностное, так и частное, как дееспособное, так и недееспособное, а в некоторых случаях - даже умершее.
С объективной стороны особенность преступлений рассматриваемой группы в том, что, во-первых, они совершаются только путем действия, т.е. активного поведения, и, во-вторых, составы их сконструированы по типу формальных, т.е. они полагаются оконченными с момента осуществления действия, независимо от наступления (ненаступления) последствий.
Субъектом преступлений является лицо, достигшее 16 лет. За похищение человека (ст. 126) ответственность возможна уже с 14 лет. Субъектом квалифицированного вида незаконного помещения в психиатрический стационар (ч. 2 ст. 128) выступает лицо, занимающее служебное положение.
С субъективной стороны все преступления гл. 17 относятся к категории умышленных. Некоторые квалифицированные их виды предполагают наличие двух форм вины (ч. 3 ст. 126 и 127, ч. 2 ст. 128). Мотивы, как правило, на квалификацию содеянного не влияют, но в п. "з" ч. 2 ст. 126 корыстные побуждения названы в качестве обстоятельства, усиливающего наказуемость.
С учетом изложенного анализируемые преступления могут быть охарактеризованы как предусмотренные гл. 17 УК противоправные действия, посягающие на личную свободу, честь и достоинство личности, совершаемые умышленно лицом, достигшим, как правило, 16 лет.

Статья 126. Похищение человека

1. Данный состав преступления выделился из состава незаконного лишения свободы в 1993 г. (ст. 125 УК 1960 г.) ввиду участившихся случаев таких посягательств и их повышенной опасности по сравнению с обычным противоправным лишением свободы.
2. Похищение человека может быть определено как умышленное изъятие и перемещение лица вопреки его воле из естественной для него социальной среды в иное место с намерением содержать его определенное время в неволе.
3. Помимо основного объекта - личной свободы, данное посягательство предполагает наличие дополнительного и факультативных объектов: телесной и психической неприкосновенности личности, здоровья, а также жизни (ч. 3).
4. Потерпевшим является физическое лицо независимо от возраста, пола, способности осознавать значимость происходящего, социального положения, гражданства, отношения к религии и т.д. Теория и практика не склонны относить к потерпевшим и усматривать предусмотренное ст. 126 деяние, если похищен ребенок, состоящий в близком родстве с похитителем (родитель, дед, бабка и т.п.), и по замыслу похитителя - в интересах ребенка. Думается, что такое изъятие, если это соответствует воле законодателя, должно быть оговорено в тексте нормы.
5. С объективной стороны преступление выражается в похищении, т.е. захвате (завладении), изъятии и перемещении человека помимо или вопреки его воле. Завладение (захват), изъятие и перемещение - обязательные элементы объективной стороны.
Способы похищения могут быть самыми различными: тайно или открыто, с обманом или без такового, с угрозами либо с насилием и т.д. Для квалификации они значения не имеют.
В результате похищения потерпевший изымается из привычной ему социальной среды, утрачивает возможность определять место пребывания по своему усмотрению, свободно перемещаться в пространстве.
6. С момента утраты такой возможности преступление считается оконченным. Длительность нахождения в неволе для квалификации преступления значения не имеет.
7. Похищение человека обычно сочетается с другими видами преступных действий: угрозами, насилием, лишением свободы и т.п. По общему правилу, дополнительной квалификации не требуется, если только не совершено более тяжкое, чем похищение человека, преступление (например, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, убийство) либо присутствует реальная совокупность (например, похищенное лицо подвергается изнасилованию, в отношении него совершается вымогательство).
8. Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом. Мотивы могут быть различными - месть, ревность, желание устранить на период заключения сделки конкурента, хулиганские или карьеристские побуждения и т.п. Но чаще всего они носят корыстный характер. Мотивы подлежат учету при назначении наказания.
9. Субъектом преступления является лицо, достигшее 14 лет.
10. Анализируемое преступление имеет сходные черты с захватом заложника (ст. 206). Однако у этих деяний различны основные объекты (личная свобода и общественная безопасность), способы осуществления деяний - захват, изъятие, а также содержание выдвигаемых требований (если таковые выдвигаются) при похищении человека не афишируются; виновный стремится это сделать втайне, в том числе и от органов власти. При захвате заложника, напротив, виновный стремится сделать содеянное достоянием широкого круга лиц, в том числе и властей; шире и круг преследуемых виновным целей.
11. Ответственность за похищение человека дифференцирована. К числу квалифицирующих признаков ч. 2 относит похищение, совершенное:
а) группой лиц по предварительному сговору;
б) с применением насилия, опасного для жизни или здоровья;
в) с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия;
г) в отношении заведомо несовершеннолетнего;
д) в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности;
е) в отношении двух или более лиц;
ж) из корыстных побуждений.
Большинство этих признаков присуще тому или иному преступлению против личности и рассмотрены ранее.
12. Под насилием, опасным для жизни или здоровья, понимается физическое воздействие, которое повлекло (или могло повлечь) причинение смерти либо вреда здоровью потерпевшего (тяжкого, менее тяжкого или легкого).
13. Виды предметов, относимых к оружию, регламентируются Федеральным законом от 13 декабря 1996 г. N 150-ФЗ "Об оружии" (СЗ РФ. 1996. N 51. Ст. 5681). Выделяют огнестрельное, холодное, метательное, газовое, пневматическое и сигнальное оружие. Под предметами, используемыми в качестве оружия, понимаются предметы, которыми может быть причинен вред здоровью потерпевшего, опасный для жизни или здоровья (бритва, топор, ломик, дубинка и т.п.).
Одного наличия у похитителя оружия или предметов, используемых в том же качестве, недостаточно. Необходимо, чтобы они были применены при совершении преступления.
14. К особо квалифицирующим признакам закон (ч. 3) относит похищение человека, если оно:
1) совершено организованной группой;
2) повлекло по неосторожности смерть потерпевшего или иные тяжкие последствия.
Иными тяжкими последствиями признаются, например, причинение тяжкого вреда здоровью или крупного ущерба, самоубийство потерпевшего. Эти последствия должны находиться в причинно-следственной связи с похищением человека и к ним должно проявиться психическое отношение виновного в форме неосторожности.
15. Статья 126 содержит примечание, в прежнем УК отсутствовавшее. Оно предусматривает специальный вид освобождения лица, совершившего похищение человека, призванный стимулировать виновного к позитивному поведению.
Освобождение считается добровольным, если лицо - при осознании возможности дальнейшего удержания похищенного - по своей инициативе либо в ответ на обращение родственников, властей и т.д. освобождает потерпевшего без предъявления встречных ультимативного характера требований.

Статья 127. Незаконное лишение свободы

1. Личная свобода является основным объектом этого преступления, в отличие, например, от деяний, предусмотренных ч. 2 ст. 301 или ч. 2 ст. 305, где она выступает дополнительным объектом.
Потерпевшим может быть любое лицо, вне зависимости от пола, возраста, способности осознавать факт лишения свободы и т.д.
2. Объективная сторона описана законодателем с помощью позитивных и негативных признаков. В нее входит:
а) незаконное;
б) лишение свободы;
в) не связанное с его похищением.
Последний из названных признаков разграничивает рассматриваемое преступление от преступления, предусмотренного предыдущей статьей. Вместе с тем он позволяет уяснить некоторые особенности признаков состава ст. 127: незаконное лишение свободы не связано с захватом либо перемещением потерпевшего, иначе содеянное подлежало бы квалификации как похищение человека. Кроме того, этот негативный признак свидетельствует о том, что при совпадении во времени похищения и лишения свободы не может идти речь о совокупности преступлений. Предпочтение отдается ст. 126 (похищение человека).
3. Лишение свободы ведет к изоляции человека от общества, обычного окружения. Арест, заключение под стражу, содержание под стражей и задержание граждан осуществляется представителями власти, управомоченными должностными лицами в порядке, предусмотренном законом. Граждане могут лишить свободы другое лицо лишь при пресечении преступления, доставлении органам власти и находясь в состоянии крайней необходимости. Все иные случаи лишения свободы (изоляции) со стороны граждан должны рассматриваться как незаконные (второй негативный признак).
4. Лишения свободы потерпевшего виновный может добиться посредством насилия, угрозами, обманом, а выражается это в запирании в помещении, связывании или привязывании (приковывании) потерпевшего, в запрете под страхом расправы покидать определенное место и т.д.
5. Преступление считается оконченным в момент, когда произошла фактическая изоляция потерпевшего, лишение его возможности свободного перемещения по своему усмотрению. Спорно мнение, что момент окончания посягательства надо связывать с осознанием потерпевшим факта лишения свободы. Решающим является поведение лица - его действия по изоляции потерпевшего и осознание им того, что в итоге потерпевший, если захочет, не сможет свободно перемещаться.
Длительность пребывания в неволе (лишения свободы потерпевшего) значения в плане квалификации содеянного не имеет.
6. Субъектом преступления является частное лицо. Незаконное лишение свободы, осуществляемое должностным лицом, влечет иную уголовно-правовую оценку: как должностное преступление (ст. 285, 286) или как посягательство на интересы правосудия (ст. 301, 305).
7. Субъективная сторона выражается в прямом умысле.
8. Ответственность дифференцирована, ст. 127 включает три части.
Квалифицирующие и особо квалифицирующие признаки совпадают с теми, которые определены в ч. 2 и 3 ст. 126 (за исключением квалифицирующего признака "из корыстных побуждений" - он в ч. 2 ст. 127 отсутствует).

Статья 127.1. Торговля людьми

1. Основным международным правовым актом, определяющим отношение государств мира к торговле людьми, является Конвенция ООН о борьбе с торговлей людьми и эксплуатацией проституции третьими лицами от 21 марта 1950 г., к которой СССР присоединился в 1954 г. (СССР и международное сотрудничество в области прав человека. Документы и материалы. М., 1989. С. 150-158). Согласно ст. 1 и 2 этого акта стороны в Конвенции были обязаны подвергать наказанию каждого за те виды правонарушений, которые указаны в данных статьях. Однако в нашем законодательстве эти призывы длительное время отзвука не имели. В УК до недавних пор данная проблема решалась лишь частично: в ст. 152 предусматривалась наказуемость торговли в отношении несовершеннолетнего. В 2003 г. была введена общая норма, а ст. 152 - исключена.
2. Помимо основного объекта - личной свободы - данное преступление нередко ставит в опасность нарушения (или фактически нарушает) такие дополнительные объекты, как половая, телесная и духовная неприкосновенность, честь и достоинство, здоровье и жизнь.
Потерпевшим выступает физическое лицо мужского или женского пола, выступающее в качестве "живого товара" как предмета торговли. Законодателем ни нижний, ни верхний возрастной предел не определен. Это свидетельствует о том, что жертвой сделки может оказаться и младенец (в том числе новорожденный), и подросток, и взрослый человек, уже способный в полной мере осознавать характер и значение осуществляемых в отношении него действий. В законе нет также ограничений по иным параметрам, касающимся потерпевшего. Следовательно, им может быть и родной ребенок участника сделки, и усыновленный, и любое другое лицо.
3. С объективной стороны преступление характеризуется осуществлением торговли человеком. С точки зрения законодательной техники диспозиция ст. 127.1 далека от совершенства: во-первых, достаточно для ответственности факта торговли в отношении и одного человека (а не "людей", как сказано в названии и тексте статьи). Во-вторых, торговля людьми определяется в диспозиции статьи не только как купля-продажа человека (что не может вызывать возражения), но и как его вербовка, перевозка, передача, укрывательство или получение. Налицо широкая трактовка родового понятия "торговля".
Понятие купли-продажи содержится в ст. 454 ГК; ее суть - в передаче-принятии предмета с выплатой за него определенной денежной суммы (цены). Под вербовкой понимается набор людей по найму с обещанием определенного материального вознаграждения. Перевозка - перемещение человека из одного места в другое любым видом транспорта (наземным, подземным, воздушным, водным), независимо от способа транспортировки. Передача выражается в предоставлении человека лицами, у которых он находится, посторонним лицам для временного использования, содержания либо же для отчуждения. Под укрывательством имеется в виду сокрытие "живого товара" до наступления благоприятного момента для его перевозки, передачи, купли-продажи или с целью избежать обнаружения предмета сделки. Получение - это завладение человеком по иной, помимо купли-продажи, сделке в качестве предмета эксплуатации.
Состав - формальный. Преступление полагается оконченным в момент, когда действие (вербовка, перевозка, передача и т.д.) осуществлено.
4. Субъектом может быть любое лицо, достигшее 16 лет. Специфика, однако, в том, что при сделке им выступают обе стороны: и то лицо, которое передает, продает и т.д., и тот, кто получает, покупает, приобретает. Им может оказаться и лицо, действующее в интересах одной из сторон (посредник).
5. Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом, а также специальной целью - эксплуатации человека. Под эксплуатацией понимаются использование занятия проституцией другими лицами и иные формы сексуальной эксплуатации, рабский труд (услуги), подневольное состояние.
На практике, однако, не всегда целью торговли "живым товаром" выступает эксплуатация людей, хотя и в этом случае такая торговля приносит торговцам огромные прибыли.
В начале 90-х гг. в Москве функционировал частный родильный дом для "отказных" матерей, называвшийся "Гнездо аиста". Он специализировался на продаже новорожденных детей по весьма солидной цене. На протяжении двух лет торговля детьми шла бесперебойно (Аргументы и факты. 1995. N 51).
6. Ответственность за данное преступление дифференцирована.
Квалифицирующими в ч. 2 признаны семь обстоятельств, абсолютное большинство которых были охарактеризованы ранее. Заметим лишь, что если цели изъятия у потерпевшего органов или тканей (п. "ж" ч. 2) удалось реализовать, ответственность виновных наступает по совокупности ст. 127.1 и ст. 120, 111, 112 и т.д.
Особо квалифицированными по ч. 3 признаются три вида:
а) повлекшее по неосторожности смерть, причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего или иные тяжкие последствия;
б) совершенное способом, опасным для жизни и здоровья многих людей;
в) совершенное организованной группой.
В настоящее время торговлей людьми занимаются специализирующиеся на этом виде криминального бизнеса группы, доходы которых достигают - по различным данным - от 7 до 12 млрд. долл. На территории РФ орудует до девяти тысяч криминальных организованных групп.
При наличии обстоятельства, названного в п. "а" ч. 3, речь идет о преступлении с двумя формами вины (ст. 27).
7. В примечании 1 сформулирован специальный вид освобождения от уголовной ответственности участника торговли людьми - лицо не подлежит ответственности, если оно:
а) впервые совершило деяние, предусмотренное ч. 1 или п. "а" ч. 2 ст. 127.1, к тому же
б) добровольно освободило потерпевшего и способствовало раскрытию совершенного преступления.
При наличии в содеянном иного состава преступления не исключается ответственность по соответствующей статье УК (за причинение вреда здоровью, за незаконное лишение свободы и т.д.).

Статья 127.2. Использование рабского труда

1. Данный вид преступного поведения предполагает обращение человека в рабство, однако УК самостоятельной ответственности за этот вид общественно опасного поведения не устанавливает, что можно считать законодательным пробелом. Согласно опубликованным данным количество людей на планете, принуждаемых к рабскому труду, возросло до 27 млн.; оборот рынка рабов в стране достиг 200 млн. долл.
Из средств массовой информации известно немало случаев, когда на юге страны людей похищают и, низводя их до положения рабов, эксплуатируют - без оплаты - в домашнем хозяйстве. Да и в Центральных районах России отдельные фермеры, привлекая к работам в своем хозяйстве лиц без определенного места жительства (бомжей), предоставляют им только кров и питание, лишают их личных документов и по сути дела обращают в крепостное состояние.

<< Пред. стр.

стр. 6
(общее количество: 20)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>