<< Пред. стр.

стр. 166
(общее количество: 180)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

супруга на отчуждение другим супругом недвижимого имущества, нажитого ими
в период брака и являющегося их совместной собственностью (ст.ст.35 и 41 Семейного
кодекса РФ).
Считаю необходимым отметить опыт зарубежных стран в области сделок с
недвижимостью. Так, в странах Западной и Центральной Европы (например, в Испании,
Франции, Голландии, Германии, Австрии, Италии), а также в Латинской Америке
сделки с недвижимостью осуществляются очень суровой и надежной регистрационной
системой, управляемой государственными органами. Эта система придает законную
силу договорам по отчуждению недвижимости лишь в том случае, когда такие договоры
заключены при посредстве нотариуса или судьи. Эта широко распространившаяся
и устоявшаяся практика свидетельствует о ее предпочтительности перед другими
системами.
В странах континентальной Европы, где сделки с недвижимостью удостоверяют
нотариусы, количество судебных споров значительно ниже числа дел, возникающих
при англосаксонской системе права, при которой подготовкой договоров занимаются
сами стороны или же их адвокаты, а нотариус лишь заверяет подписи (5% против
примерно 25). Поэтому вряд ли является целесообразным то, что российское законодательство,
поручив нотариусам удостоверение сделок, относящихся к собственности на недвижимость,
как договор об ипотеке (ч.2 ст.339 ГК РФ), исключило обязательное нотариальное
удостоверение договоров перехода права собственности на недвижимость.
Вместе с тем вызывает недоумение то обстоятельство, что законодатель
при разработке законопроектов меньше уделяет внимания содействию профессиональных
юристов (нотариусов) при оформлении договоров отчуждения недвижимости, т.е.
действительно существенному элементу, и придает большое значение формальному
аспекту регистрации. Остается выразить пожелание, чтобы вышеназванные нормы
части второй ГК РФ были расширены дополнением, аналогичным содержащемуся в
ч.2 ст.339 ГК РФ, предписывающим, что договор перехода права собственности
на недвижимое имущество должен быть в обязательном порядке заверен нотариусом.
Подобное дополнение, по-моему, безусловно содействовало бы большей надежности
и быстроте обращения недвижимости в гражданском обороте.
Таким образом, нотариальное удостоверение сделок с недвижимым имуществом
является серьезной гарантией защиты прав граждан и юридических лиц, участвующих
в сделке. Система римского права, которой придерживаются все участники Международного
союза латинского нотариата, предусматривает активное участие нотариуса в правовом
сопровождении таких сделок. И нам не надо искать свою особую российскую концепцию
развития нотариата, а надо перенять все лучшее, имеющееся в странах с развитой
законодательной системой и установившееся в результате многолетнего опыта
традиций нотариата, и сохранить обязательное нотариальное удостоверение сделок
с недвижимым имуществом.

Специалист Департамента по вопросам
правовой помощи Министерства юстиции РФ А.Бегичев



Форма договора и последствия ее несоблюдения

При переходе нашей страны к рыночной экономике резко возросла роль договора,
который в большинстве случаев является единственным регулятором взаимоотношений
сторон. Поэтому большое значение приобретает надлежащее оформление заключаемого
договора.
В действующем Гражданском кодексе Российской Федерации в отличие от законодательства
западных стран содержатся достаточно жесткие требования к форме договора.
Это объясняется прежде всего тем, что еще не преодолена недооценка договора,
существовавшая в советский период, когда плановые акты имели приоритетный
характер, а договор играл вспомогательную роль.
Определенный формализм в данном вопросе проявляется, в частности, в обязательной
письменной форме сделок, заключаемых юридическими лицами между собой и с гражданами,
и в действии в России Венской конвенции "О договорах международной купли-продажи
товаров" с оговоркой, исключающей устную форму договора купли-продажи.
Согласно п.1 ст.432 ГК договор считается заключенным, если между сторонами
в требуемой в надлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным
условиям договора. Поскольку договор является одним из видов сделки, к нему
применяются правила о форме сделок.
Договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения
сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная
форма (п.1 ст.434 ГК). Из этого следует, что в вопросе о надлежащей форме
договора приоритет имеют специальные требования, содержащиеся в правилах о
форме определенных видов договоров. Такие требования могут быть предусмотрены
только законом.
Согласно п.1 ст.158 ГК форма сделок может быть устной и письменной. Последняя
в свою очередь может быть простой и нотариальной. Однако такая классификация
не учитывает специальных требований к форме договора, установленных в части
второй ГК.
Так, к примеру, форма договора продажи недвижимости (ст.550 ГК), аренды
здания и сооружения (ст.651 ГК) признается надлежащей, если договор заключен
только путем составления одного документа, подписанного сторонами. Письменная
форма договора складского хранения считается соблюденной, если его заключение
и принятие товара на склад удостоверены складским документом (п.2 ст.907 ГК).
Таким образом, классифицируя договоры по их форме, можно выделить заключенные
устно, в простой письменной форме и в нотариальной форме.
Стороны могут договориться заключить договор в определенной форме, хотя
закон для данного вида договора этого не требует. В таких случаях договор
считается заключенным после придания ему установленной формы (п.1 ст.434 ГК).
Так, иногда стороны договариваются об удостоверении договора, заключенного
в письменной форме, у нотариуса для придания договору "большего веса". В таком
случае договор будет считаться заключенным с момента нотариального удостоверения.
В устной форме заключаются договоры, для которых законом или соглашением
сторон не установлена письменная форма (п.1 ст.159 ГК).
Если иное не установлено соглашением сторон, могут совершаться устно
все сделки, исполняемые при их совершении, за исключением сделок, для которых
установлена нотариальная форма, и сделок, несоблюдение простой письменной
формы которых влечет их недействительность (п.2 ст.159 ГК).
Также по соглашению сторон устно могут совершаться сделки во исполнение
договора, заключенного в письменной форме, если это не противоречит закону,
иным правовым актам и договору (п.3 ст.159 ГК). Например, поверенный может
совершать различные сделки во исполнение договора поручения.
Письменный договор в соответствии с п.2 ст.434 ГК может быть заключен
путем составления одного документа, подписанного сторонами. Это наиболее распространенная
форма договора. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон могут
устанавливаться дополнительные требования, которым должна соответствовать
форма сделки (размещение текста договора на бланке определенной формы, скрепление
печатью и т.п.), и соответственно предусматриваться последствия несоблюдения
этих требований. Если такие последствия не предусмотрены, применяются последствия
несоблюдения простой письменной формы сделки (п.1 ст.160 ГК), т.е. стороны
в случае спора не вправе будут ссылаться в подтверждение сделки и ее условий
на свидетельские показания, но вправе приводить письменные и другие доказательства.
Письменная форма договора предполагает не только составление одного документа,
подписанного сторонами, но и обмен документами путем использования почтовой,
телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей
достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору (п.2 ст.434
ГК). Это создает возможность оперативного заключения договора. Но при этом
он должен быть заключен в форме, доступной для восприятия.
Договор подписывается лицом, уполномоченным на его заключение. Но возможно
использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи
с помощью средств механического или иного копирования, электронно-цифровой
подписи либо иного аналога собственноручной подписи. Однако это допускается
только в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами
или соглашением сторон. При отсутствии в договоре процедуры согласования подлинности
текста договора и при возникновении спора о наличии подписанного договора
и других документов арбитражный суд вправе не принимать в качестве доказательства
документы, подписанные цифровой (электронной) подписью. (Информационное письмо
Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19 августа 1994 г. "Об отдельных
рекомендациях, принятых на совещаниях по судебно-арбитражной практике" //
Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1994. N 11. С.68-69).
В практике используется и такой способ заключения договора, как принятие
заказа к исполнению. В таких случаях одна сторона направляет другой стороне
письмо с просьбой о заключении договора и с изложением его условий. Другая
сторона в письменной форме подтверждает свое согласие на принятие заказа.
Думается, целесообразно было бы закрепить этот способ заключения договора
в законе.
В соответствии с п.3 ст.434 ГК письменная форма договора считается соблюденной,
если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном
п.3 ст.438 ГК. Речь идет о так называемых "конклюдентных действиях" при заключении
договора. Совершение лицом, получившим предложение о заключении договора (оферту)
в срок, установленный для ее принятия (акцепта), действий по выполнению указанных
в предложении условий (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение
работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное
не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.
Это новое правило было введено в Гражданский кодекс с целью защитить сторону,
получившую оферту и выполняющую действия по исполнению договора (например,
отгружающую продукцию в ответ на просьбу о ее поставке) вместо направления
акцепта. До введения данного правила при наличии спора договор считался незаключенным.
Однако при таком способе заключения договора бывает достаточно сложно выявить
волю лица, совершающего конклюдентные действия. Для придания этим действиям
формы акцепта необходимо, чтобы они были выполнены на условиях, указанных
в оферте.
В предпринимательской практике возник вопрос, должен ли акцептант исполнить
все обязанности, предусмотренные в оферте, или вправе исполнить лишь часть
из них.
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума
Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996 г. N 6/8 предусмотрено,
что для признания соответствующих действий адресата оферты акцептом Гражданский
кодекс не требует выполнения условий оферты в полном объеме. Для квалификации
указанных действий в качестве акцепта достаточно, чтобы лицо, получившее оферту
(в том числе проект договора), приступило к ее исполнению на условиях, указанных
в оферте и в установленный для ее акцепта срок (Вестник Высшего Арбитражного
Суда Российской Федерации. 1996. N 9. С.19). Так, если в оферте содержится
просьба о поставке 100 тонн определенной продукции и акцептант отгрузит в
указанный для акцепта срок 20 тонн, то согласно совместному разъяснению эти
действия будут считаться акцептом и соответственно договор - заключенным.
Однако согласно ст.438 ГК акцептом должно считаться выполнение оферты в полном
объеме. В данном же случае без письменного извещения акцептанта сложно установить,
намерен ли субъект-акцептант отгрузить оставшееся количество продукции.
В оферте должен быть указан срок для акцепта, и конклюдентные действия
должны быть совершены в пределах указанного срока. Совершение таких действий
не может быть признано акцептом, если это предусмотрено законом, иными правовыми
актами или указано в оферте.
Нотариальная форма договора является обязательной в случаях, предусмотренных
законом и соглашением сторон (п.2 ст.163 ГК). Порядок нотариального удостоверения
договоров определяется Основами законодательства о нотариате.
В настоящее время нотариальное удостоверение сделок вытесняется требованием
их государственной регистрации.
Можно сказать, что надлежащая форма договора подтверждает наличие заключенного
между сторонами договора и соответствие условий договора действительной воле
сторон.
Государственная регистрация сделок хотя и была предусмотрена в ранее
действовавшем законодательстве, но имела весьма ограниченное применение.
В ныне действующем Гражданском кодексе содержится требование о государственной
регистрации права собственности и других вещных прав на все виды недвижимого
имущества и сделок с ним (ст.ст.131, 164 ГК), а также установлены последствия
несоблюдения требования о государственной регистрации сделки (ст.165 ГК).
Государственная регистрация является одной из форм государственного контроля
за законностью заключаемых сделок и в то же время "...единственным доказательством
существования зарегистрированного права" (п.1 ст.2 Федерального закона от
21 июля 1997 г. "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество
и сделок с ним").
Государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним
регулируется, помимо Гражданского кодекса, указанным Законом и иными нормативными
актами, принятыми в соответствии с ним.
Действие Закона от 21 июля 1997 г. распространяется на все виды недвижимого
имущества, предусмотренные в ст.130 ГК, кроме воздушных, морских судов, судов
внутреннего плавания и космических объектов, для которых предусмотрено принятие
специальных законов о государственной регистрации.
Закон устанавливает обязательность государственной регистрации права
собственности и других вещных прав на недвижимость (право хозяйственного ведения,
право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право
постоянного пользования, ипотека, сервитуты), а также ограничения (обременения)
прав на нее, в том числе сервитут, ипотека, доверительное управление, аренда
(п.1 ст.4 Закона от 21 июля 1997 г.).
Государственная регистрация прав проводится специальными учреждениями
юстиции на всей территории Российской Федерации по установленной системе записей
о правах на каждый объект недвижимого имущества в Едином государственном реестре
прав на недвижимое имущество и сделок с ним.
Анализ ст.ст.131, 164, 223 и других статей Гражданского кодекса и Закона
от 21 июля 1997 г. позволяет сделать вывод, что теперь необходима двойная
регистрация: во-первых, наличия, возникновения, прекращения, перехода, ограничения
(обременения) прав на недвижимое имущество; во-вторых, сделок с недвижимым
имуществом.
Согласно ст.14 указанного Закона проведенная государственная регистрация
возникновения и перехода прав на недвижимое имущество удостоверяется свидетельством
о государственной регистрации прав.
Проведенная государственная регистрация договоров и иных сделок удостоверяется
посредством совершения специальной регистрационной надписи на документе, выражающем
содержание сделки.
Договоры и иные сделки являются одним из оснований возникновения, перехода,
ограничения (обременения) и прекращения прав на недвижимое имущество.
В Гражданском кодексе в ряде случаев предусмотрена государственная регистрация
вещных прав на недвижимость. Так, в ст.551 ГК содержится требование такой
регистрации перехода права собственности на недвижимость к покупателю.
Несоблюдение формы договора и государственной регистрации договора может
вызывать различные последствия.
В соответствии с п.1 ст.162 ГК несоблюдение простой письменной формы
сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки
на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие
доказательства.
В случаях же, прямо установленных законом или соглашением сторон, несоблюдение
простой письменной формы сделки влечет ее недействительность (п.2 ст.162 ГК).
Так, например, подобные последствия установлены при несоблюдении письменной
формы кредитного договора (ст.820 ГК), договора коммерческой концессии (п.1
ст.1028 ГК).
Последствия несоблюдения нотариальной формы сделки и требования о ее
регистрации установлены ст.165 ГК. Такие сделки считаются ничтожными.
Если же одна из сторон полностью или частично исполнила сделку, требующую
нотариального удостоверения, а другая сторона уклоняется от него, суд вправе
по требованию исполнившей сделку стороны признать ее действительной. В этом
случае не требуется последующего нотариального удостоверения сделки.
Если сделка совершена в надлежащей форме, но одна из сторон уклоняется
от ее регистрации, суд вправе по требованию другой стороны вынести решение
о регистрации сделки. В этом случае сделка регистрируется в соответствии с
решением суда.
Отсутствие регистрации сделки или перехода прав на недвижимость вместе
с тем не является основанием для признания недействительности договора. На
это указано, применительно к договору продажи недвижимости, в постановлении
N 8 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 февраля 1998
г. "О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права
собственности и других вещных прав".
Недействительным признается договор при отсутствии регистрации, если
это прямо предусмотрено правилами о соответствующем договоре. Так, к примеру,
в п.3 ст.1017 ГК предусмотрено, что несоблюдение формы договора доверительного
управления имуществом или требования о регистрации передачи недвижимого имущества
в доверительное управление влечет недействительность договора.
Таким образом, с введением государственной регистрации прав на недвижимое
имущество и сделок с ним закономерно ставить вопрос о надлежащем оформлении
договора, включающем, помимо надлежащей формы, также и его государственную
регистрацию.

Доцент МГЮА,
кандидат юридических наук Л.Андреева



Договор купли-продажи: вещный эффект

Важное место в гражданском праве занимают договоры о передаче вещи в
собственность, иногда называемые договорами с реальным (вещным) действием
(от res - вещь). Прежде всего это договоры купли-продажи. Их сопровождает
передача самой вещи, выступающая как самостоятельный акт, определяющий переход
собственности (ст.223 ГК). Таким образом, налицо усложненный механизм возникновения
вещного права: требуется не только достижение соглашения, но и передача вещи.
Соответственно договор порождает лишь обязательство - право требования
к должнику, а собственность передается вместе с вещью.
Первые практические трудности связаны с разграничением вещного и обязательственного
действия договора.
Приведем пример, который интересен как определенностью поставленного
вопроса, так и тем, что он вызвал затруднения у судов разных инстанций. ТОО
"Кокетка" заключило договор купли-продажи нежилого помещения с ИЧП Бардина
"Лорд". Помещение передано, и право собственности на него зарегистрировано
в установленном порядке. В связи с тем, что покупатель не оплатил приобретенную
недвижимость, продавец обратился в суд с иском о расторжении договора. Арбитражный
суд, поддержанный апелляционной инстанцией, иск удовлетворил и, как можно
понять, принял решение о возврате проданной недвижимости продавцу. Решение
было отменено в кассационном порядке и в иске было отказано, так как право
собственности на предмет договора у покупателя уже возникло, и оснований для
расторжения договора нет (Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 1997. N 4.
С.52 - 53).
Очевидно, что расторжение договора означает сохранение собственности
у продавца лишь до тех пор, пока им не исполнена обязанность по передаче вещи.
После этого в силу того известного правила, что расторжение договора имеет
силу лишь на будущее время (ст.453 ГК), возврат имущества возможен только
в том случае, если это было предусмотрено договором (т.е. он происходит не
автоматически, а по специальному соглашению о возврате, которое отнюдь не
подразумевается).
Применительно к данному случаю можно было бы использовать и классический
прием включения в сделку резолютивного (отменительного) условия: "Вещь куплена,
но если деньги не будут уплачены в срок, пусть она считается некупленной".
При наступлении такого условия "вещные права, установленные сделкой и на основании
ее, теряют силу, и прежнее состояние восстанавливается... наступление резолютивного
условия имеет не обязательственное, а вещное действие" (см.: Хвостов В.М.
Система римского права. М., 1996. С.163).
В ГК предусмотрен скорее обязательственный аналог этого средства, что,
впрочем, не меняет его направленности: условием договора может быть сохранение
собственности за продавцом до оплаты товара. Тем самым покупатель лишен -
но не в силу договора, который не может вводить таких запретов, а в силу того,
что он не стал собственником - права отчуждения или иного распоряжения товаром.
При наступлении просрочки оплаты продавец, сохранив собственность, вправе
потребовать возврата товара (ст.491 ГК).
Впрочем, применительно к недвижимости стороны не могут в договоре изменить
императивно устанавливаемый датой государственной регистрации момент перехода
собственности. Поэтому они вправе лишь оговорить составление акта передачи
недвижимости против платежа (ст.556 ГК). Оказавшееся у покупателя без составления
акта владение вещью в этом случае не влечет вещных последствий, поскольку
передача вещи имеет юридическую силу, лишь если совершается с намерением передать
собственность.
Если никаких условий в договор включено не было, то суду не остается
ничего иного, как подтвердить, что собственность уже возникла у покупателя
и отношения сторон сводятся к его обязанности выплатить цену.
Пока основание приобретения вещного права не поколеблено, спор решается
таким образом. Чтобы вернуть вещь, нужно, стало быть, затронуть само основание
- договор о вещи. Для оценки возникающих здесь альтернатив можно привести
другое, на первый взгляд столь же простое, дело. АО "Кавминкурортстрой-М"
продало ТОО "Монолит" грузовой лифт (договор был оформлен письмом покупателя
с предложением купить лифт и с обещанием оплаты, накладной и счетом; лифт
фактически покупателем был получен). В связи с отказом покупателя от уплаты
цены продавец обратился в суд. В суде покупатель потребовал от продавца доказать
право собственности на проданную вещь. Суд посчитал представленные истцом
доказательства недостаточными и в иске отказал.
Между тем такой подход противоречит закону. В силу ст.454 ГК РФ покупатель
обязуется принять и оплатить купленную вещь. При этом на продавца не возлагается
обязанность представлять доказательства своего права собственности, а если
на вещь заявляет претензии покупатель, он должен доказать свое право собственности
в отдельном - петиторном процессе, когда предметом спора является сам по себе
титул, право на вещь.
Следовательно, возложение судом на истца обязанности доказывать право
собственности на проданное имущество не вытекает из смысла договора купли-продажи.
Известный ученый-цивилист Б.Б.Черепахин писал еще полвека назад по этому поводу:
"...трудно себе представить гражданский оборот, построенный на сплошной подозрительности
покупателей. В каком положении оказались бы продавцы, если бы они всякий раз
должны были обеспечить исчерпывающие доказательства своего права собственности
на истребуемую вещь?!" (Черепахин Б.Б. Юридическая природа и обоснование приобретения
права собственности от неуправомоченного отчуждателя // Ученые записки Свердловского
юридического института. Т.2. Свердловск, 1947. С.75).
Это свойство купли-продажи - освобождение продавца от обязанности доказывания
собственности - на самом деле лежит гораздо глубже, чем может показаться.
На нем, можно сказать, выстраивается весь гражданский оборот движимостей,
сориентированный на владение, выступающее, как говорят юристы, "вестником,
знаком собственности". Не говоря уже о совершенно справедливом замечании Б.Б.Черепахина
о практической невозможности существования оборота в условиях непременной
легитимации продавцов как собственников, утратила бы существование и ключевая
для оборота фигура добросовестного приобретателя, равно как и само понятие
добросовестного приобретения. Ведь если добросовестность означает, что приобретатель
не знает и не должен знать об отсутствии права собственности у продавца, то
как только утвердится взгляд о вытекающей из закона обязанности продавца доказывать
свою собственность при продаже, приобретатель тем самым оказывается в позиции,
основанной на предположении, что он всегда мог знать о праве продавца. Но
такая позиция исключает в принципе ссылку на добросовестность и саму добросовестность.
Теперь очевидно, что суд не может в силу закона обязать продавца доказывать
свой титул, а значит, и не вправе освободить покупателя-ответчика по делу
от обязательства по оплате приобретенного имущества, если только сама сделка
не признана недействительной. Но в этом случае применяются последствия недействительной
сделки - возврат сторон в первоначальное положение, а это явно не входило
в намерения покупателя и никак не отразилось в логике данного судебного решения.
С точки зрения ответчика в нашем деле его заявление о том, что продавец
- не собственник, было достаточным основанием, чтобы не платить за купленную
вещь. Но если договор купли-продажи не расторгнут и не признан недействительным,
то, значит, обязательство по уплате цены должно быть исполнено. А если договор
ничтожен, то вещь должна быть возвращена (ст.167 ГК). Достигнуть в данном
случае двух целей одновременно - удержать вещь и не платить за нее - легальным
образом невозможно. Необходимо отметить, что при проверке дела в кассационном
порядке решение и апелляционное постановление были отменены, дело направлено
на новое рассмотрение.
Попутно можно заметить, что в римском праве по договору купли-продажи
передавалось только спокойное владение вещью, а не собственность; аналогичный
подход виден и во французском ГК. Отголоском этого является обязанность продавца
возместить покупателю убытки, если вещь будет изъята третьими лицами по ранее
возникшим основаниям (ст.461 ГК РФ). Существование этой нормы, кстати, означает,
что само по себе отчуждение вещи, в том числе и влекущее утрату покупателем
собственности, не означает ничтожности продажи: ведь при недействительности
договора все его последствия утрачивают силу вместе с договором.
Если договор купли-продажи признан недействительным, должна применяться
реституция, имеющая ту особенность, что возврат вещи стороне в недействительной
сделке не увязывается, согласно ст.167 ГК, с наличием права на эту вещь. Иными
словами, если даже договор купли-продажи признан ничтожным из-за того, что
продавец не является собственником вещи, применению реституции, т.е. возврату
вещи, это не может помешать (естественно, что собственник вещи имеет право
предъявить иск об истребовании вещи к тому, у кого она оказалась, хотя этот
иск, в зависимости от отношений собственника с владельцем, может быть как
вещным, т.е. виндикационным, так и обязательственным).
При этом важно, что для применения механизма реституции сторона, получающая
переданное ею по сделке, должна быть той же самой. В этом смысле показательно
следующее дело. ТЭЦ-2 - структурное подразделение производственного объединения
"Челябэнерго" совершило договор купли-продажи нежилого помещения, который
впоследствии был признан ничтожным по иску прокурора, предъявленного в государственных
интересах. Однако при обсуждении возможности реституции суд установил, что
ПО "Челябэнерго" в процессе приватизации и преобразования его в АО "Челябэнерго"
не включило спорное помещение в уставный капитал. Следовательно, ничтожность
сделки означает восстановление государственной собственности на спорное помещение,
а АО "Челябэнерго" является частным обществом. По этим основаниям суд отказал
в требовании о передаче спорного имущества АО "Челябэнерго" (Вестник Высшего
Арбитражного Суда РФ. 1997. N 7. С.79 - 80). В данном случае, однако, возврат
имущества государству нельзя считать корректным применением ст.ст.166 - 167
ГК, так как лицо, в чью пользу присуждается имущество, - государство не является
стороной в сделке. Ведь государство в лице его органов, распоряжающихся собственностью,
и хозяйствующие субъекты, использующие государственное имущество, не могут
рассматриваться как тождественные, поскольку речь идет о совершении сделки.
Защита государства как собственника не может, следовательно, осуществляться
посредством реституции, если только ничтожная сделка не совершалась таким
лицом, которое в гражданском обороте рассматривается как само государство
(а такими лицами не могут считаться предприятия).
Применительно к указанному делу виндикация кажется более уместной, особенно

<< Пред. стр.

стр. 166
(общее количество: 180)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>