<< Пред. стр.

стр. 5
(общее количество: 7)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

производстве. С. 5). Это не тождественно указанию на содер
жание оценки, включающее определение допустимости, от
носимости, достоверности и взаимосвязи всей совокупности до
казательств (см.: Матюшин Б. Т. Оценка доказательств судом
первой инстанции по гражданским делам. С. 13).
2 См.: Треушников М. К. Судебные доказательства. 1999. С. 157.
3 См.: Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу
Российской Федерации. 1999. С. 141.
§ 3. Оценка доказательств 119
возможностей процессуального регулирования этой оценки; пределами распространения оценки — на фактический, правовой состав спорного правоотношения, включением в нее моральных факторов, социально-политических аспектов; степенью императивности (властный, рекомендательный, нейтральный познавательно-оценочный характер); характером соотнесения самой оценки с доказательственной деятельностью (в связи с ней или вне ее); природой обоснования .оценки (мировоззренче-ско-познавательные, логические, психологические, процессуально-правовые основания); уровнем дифференциации метода оценки и его результата; присутствием (и их соотносимостью) субъективных и объективных факторов в формировании оценки доказательств.
Нами разделяется точка зрения И. В. Решетниковой, рассматривающей судебную оценку доказательств в единстве ("сплетении") правовых, психологических и логических аспектов деятельности суда и других субъектов доказательственной деятельности1. Требованию же оценки доказательств как нормативно-правовой (процессуальной) категории наиболее, на наш взгляд, отвечает вышеприведенное понятие (не изложенное, впрочем, в строгой форме дефиниции), данное авторами "Комментария к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации".
Не исключая из числа субъектов познавательно-доказательственной деятельности, помимо суда, других фигурантов процесса, не следует преувеличивать их роли в оценке доказательств. Представляются неоправданными расширительные формулировки понятия оценки доказательств, до известной степени затеняющие абсолютно доминирующую роль суда в ней. Именно суд является единственным и исключительным правозаконным субъектом формулирования доводов (мотивов) оценки и самого судебного решения2.
1 См.: Решетникова И. В. Курс доказательственного права в
российском гражданском судопроизводстве. С. 200. См. также:
Трусов А. И. Указ. соч. С. 5.
2 Едва ли случайно, по этой причине, у М. К. Треушникова на
с. 162 вышеуказанной работы можно найти еще одно определе-
120 Глава 2. Доказательства и этапы доказывания
Рефлексия, о которой говорилось в начале параграфа, является специфической формой организации процесса продуктивного судейского мышления, творческого по природе, вне зависимости от того, используются ли "жесткие" алгоритмы доказывания, когда суд имеет дело с безальтернативными нормами права и очевидными доказательствами, или нет. В такой организации, протекающей в русле законов логического мышления и не без влияния процессуальных факторов (директивность, действие принципа процессуальной экономии, временное лимитирование, нормативное использование пре-юдиций, презумпций, фикций, разумное, сбалансированное сочетание частноправового и публичного интереса, обеспечение конституционных гарантий судебной защиты прав граждан и др.), находят выражение и элементы эвристической деятельности; такие как уставов-_ ление ситуативных отношений в общей проблемной ситуации, отсечение неперспективных ветвей на древе вариантов, формулирование опровержений с помощью контрдоводов и т. п.
Творческий характер судебной деятельности, подчиняющийся требованиям не только формальной, но и диалектической логики, отмечают К. И. Комиссаров, Н. И. Масленникова, другие авторы1. С точки зрения формальной логики в чисто абстрактном виде решение дела представляет собой дедуктивное умозаключение — процесс, идущий от общего (норм права) к частному (конкретным случаям) путем распространения юридических норм на определенные жизненные ситуации. В качестве большой посылки при этом выступает конкретная норма права, малую посылку составляют фактические обстоятельства дела, а заключение — суждение относительно
ние оценки доказательств, связанное с "мыслительным процессом суда" и "достижением... верных выводов". 1 См., например: Комиссаров К. И. Применение норм гражданского процессуального права // Проблемы применения норм гражданского процессуального права. Свердловск, 1976. Вып. 48. С. 18; Комиссаров К. И. Проблемы гражданского процессуального права в свете Конституции СССР. Свердловск, 1980. С. 19—24, 31.
§ 3. Оценка доказательств 121
разрешения дела по существу1. Но если бы суть правосудия исчерпывалась простым построением силлогизмов, оно, особенно в век информационных технологий, неизбежно подвергалось бы все большей формализации в сторону ограничения влияния человеческого фактора. "Случай, который должен быть определен на основании закона, — единичен. Чтобы подвести единичное под всеобщее, требуется суждение. Суждение проблематично. Для применения закона требуется... судья"2.
Мышление судей обязано рассматривать все факты во взаимосвязи, движении, развитии. Отмечая характер деятельности суда и говоря конкретно о методе решения дел на основе применения аналогии, К. И. Комиссаров пишет как о решении эвристической задачи, так и о нахождении правильного варианта использования соответствующих норм3. Можно констатировать определенное несогласование: правовая (внешняя) оценка доказательств, связанная с выбором соответствующей нормы права и ее толкованием и применением к конкретной ситуации (фактическим обстоятельствам дела), будучи разделенной с оценкой логической (доказательств), как будто не связана с формированием круга доказываемых обстоятельств дела. Между тем это не так. Показательно, что само применение иностранного права (нормы закона) в законодательстве ряда стран является объектом доказывания, поскольку не известно суду4. Этим мы
1 См.: Проблемы гражданского процессуального права в свете
Конституции СССР. С. 20. Для сравнения: факты в доказатель
ственном праве составляют основу судейского силлогизма; это
конкретные и определенные по времени и пространству собы
тия и состояния внешнего мира и человеческоой души, кото
рые делают объективное право предпосылкой правового дей
ствия (см.: Rosenberg L., Schwab К., Gottwald P. Civilprozessrecht.
15. Aufl. Munchen, 1993. S. 645).
2 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 1. С. 66—67.
3 См.: Проблемы гражданского процессуального права в свете
Конституции СССР. С. 31.
4 Это можно сказать о судах Англии, Шотландии, Ирландии,
Германии и др. стран. Например, в соответствии с § 293 ГПК ФРГ
122

Глава 2. Доказательства и этапы доказывания

лишь указываем на известную условность традиционно присутствующего в научной литературе подразделения оценки доказательств на внутреннюю (логическую) и внешнюю (правовую).
Оценка доказательств судом неотделима от принципа так называемой свободной оценки доказательств, в основе которого лежат два нормативно-указываемых фактора: а) критерий способа соотнесения, о котором говорилось выше, — внутреннее убеждение судьи; б) никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. В конечном итоге свободная оценка доказательств является оценкой судом истинности достигнутого знания спорного правоотношения, знания как о действительных обстоятельствах дела, так и о правах и обязанностях сторон.
В литературе указанный принцип, как и понятие внутреннего убеждения, трактуется по-разному. По мнению И. В. Решетниковой, внутреннее убеждение суда уходит своими корнями в принцип свободной оценки доказательств1. М. А. Фокина с этим принципом связывает два момента: 1) внутреннее убеждение суда и 2) беспристрастность, всесторонность и полноту рассмотрения имеющихся в деле доказательств в их совокупности2.
М. К. Треушников сам подход к принципу свободной оценки доказательств рассматривает с несколько иных позиций. Оценка доказательств судом, по его мнению, по Гражданскому процессуальному кодексу 1964 года осуществлялась с соблюдением четырех принципов: пер-
нуждаются в таком доказывании право, действующее в другом государстве, обычные права и уставы. При этом суд не ограничен доказательствами, представляемыми сторонами; суд правомочен использовать иные источники и распоряжаться о необходимых действиях, связанных с этим использованием.
1 См.: Решетникова И. В. Курс доказательственного права в
российском гражданском судопроизводстве. С. 200.
2 См.: Фокина М. А. Теория и практика доказывания в состяза
тельном гражданском судопроизводстве. С. 218—219. На с. 224
автор вводит в ранг принципа оценки доказательств и саму
"беспристрастность".
§ 3. Оценка доказательств 123
вые два отвечают составляющим, указанным в позиции М. А. Фокиной, третий принцип •—• законность и социалистическое правосознание; четвертый — непредустановлен-ность доказательств1. Автор с принципом свободной оценки связывает лишь четвертый, в противоположность формальной оценке доказательств, и включает в него: а) запрет указания в законе или иных нормативных актах требований, предрешающих доказательственную силу и значение доказательств; б) запрет вмешательства любых органов и должностных лиц с подобными требованиями; а также то, что в) доказательства должны оцениваться по их свойствам, доказательственным признакам, ни одно средство доказывания не имеет преимуществ перед другими, достоверность доказательств выявляется в сравнении одних доказательств с другими с учетом всех обстоятельств по делу2. В связи с изменениями в Гражданском процессуальном кодексе РСФСР3 сейчас в нем (и в Арбитражном процессуальном кодексе РФ) сохранены только "два принципа"4 оценки доказательств: оценка доказательств по внутреннему убеждению и непредустановленность доказательств, которые нами и рассматриваются в единстве. В последней своей монографии, посвященной судебным доказательствам. М. К. Треушников пишет, что неоправданное изъятие из ст. 56 ГПК РСФСР положения об оценке доказательств в соответствии с законом объясняется победой той точки зрения, что оценка доказательств — это протекающая в логических формах мыслительная деятельность судей, не регулируемая нормами права, хотя суд оценивает доказательства с учетом требований нормы права, а вот правосознание судей может быть различным, зависящим от уровня подготовки судей, отношения к делу и т. д. "Эта категория субъективная и не может быть зафиксирована в качестве принципа оценки доказательств"0.
1 См.: Треушников М. К. Судебные доказательства. 1999. С. 162.
2 Там же. С. 164.
3 Российская газета. 1995. 9 дек.
4 Указанный взгляд разделяется без каких-либо оговорок и
Т. В. Сахновой (см.: Сахнова Т. В. Судебная экспертиза. С. 251).
5 Треушников М. К. Судебные доказательства. 1999. С. 165.
124

Глава 2. Доказательства и этапы доказывания

Первое суждение не принципиально, поскольку решение суда, венчающее судебную оценку, должно быть законным и обоснованным. Второе же уязвимо, поскольку в скрытой (неявной) форме правосознание, будучи одним из элементов материи внутреннего убеждения, в котором кристаллизуется судейская "свободная оценка доказательств", является тем самым "кирпичиком" принципа оценки доказательств. В связи с последним понятие "внутреннее убеждение" нуждается в более подробном рассмотрении.
Было бы правильным различать (внутреннее) убеждение1 и убежденность, связывая с первым рациональную основу деятельности и глубоко укоренившиеся в сознании человека представления морально-идеологического плана, которым он обязан следовать, мотивирующие решения и поступки, а со второй — субъективное отношение человека к своим поступкам и убеждениям (уве- -ренность в собственной правоте). Второе понятие является своего рода количественным выражением первого, хотя далеко не всегда может находить четкие математические границы выражения. Не случайно С. В. Курылев писал: "С точки зрения психологической (внутреннего убеждения суда) результатом достаточного доказательства является уверенность судьи в наличии (отсутствии) доказываемого факта, результатом недостаточного доказательства — сомнение или предположение, что является двумя сторонами одного и того же психологического состояния — отсутствия полной убежденности в наличии искомого факта"2. Понятия эти тесно связаны и при известной сложности их дифференциации в ряде работ при анализе проблематики, связанной с данным вопросом, нередко трактуются в едином контексте. Например, Б. Т. Матюшин рассматривает внутреннее убеж-
1 Категорически против термина "внутреннее убеждение" вы
ступает А. Т. Боннер (см.: Боннер А. Т. Установление обстоя
тельств гражданских дел. С. 62), предлагая заменить его "убеж
дением".
2 Курылев С. В. Объяснения сторон как доказательство в совет
ском гражданском процессе. С. 6.
§ 3. Оценка доказательств 125
дение судьи как собственное отношение к своим знаниям, решениям, действиям1. Н. И. Масленникова пишет: "Этими отправными моментами обусловливается внутреннее убеждение судей в правильности принимаемого решения"2.
Свободное убеждение — это метод (способ) оценки доказательств3. Ю. К. Орлов совершенно верно отмечает, что внутреннее убеждение •— это "прежде всего метод... применяемый "за неимением другого" в тех познавательных процессах, где невозможно получение формализованного вывода"4. Одновременно он распространяет его (убеждение) и на результат оценочной деятельности, т. е. рассматривает его и как субъективное чувство уверенности, убежденности5. В. К. Пучинский подчеркивает, что внутреннее убеждение выступает единственным способом оценки полученных судом сведений, зависящим от многочисленных и разнообразных факторов6.
Ранее в литературе подобная точка зрения высказывалась М. С. Строговичем, Ю. М. Трошевым, Л. Т. Ульяновой, Г. М. Резником7, причем первые двое распро-
1 См.: Матюшин Б. Т. Внутреннее убеждение судей и оценка
доказательств // Вестник МГУ. Сер. 11. Право. 1977. № 3. С. 58.
2 Масленникова Н. И. Социально-управленческая роль граж
данского судопроизводства. С. 21. В качестве отправных момен
тов ею называются критерии формирования судебного реше
ния: 1) всесторонне, полно и объективно установленные об
стоятельства дела; 2) нормы права и 3) (социалистическое)
правосознание (там же).
3 См.: Трусов А. И. Основы теории судебных доказательств.
С. 104—107; Арсенъев В. Д. Вопросы общей теории судебных
доказательств. М., 1964. С. 135.
4 Орлов Ю. К. Заключение эксперта как источник выводного
знания в судебном доказывании: Автореф. дисс. ... д-ра юрид.
наук. М., 1985. С. 19.
5 Там же.
6 См.: Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу
Российской Федерации. 1999. С. 147.
7 См.: Ульянова Л. Т. Внутреннее убеждение, условия формиро
вания и его роль в оценке доказательств. С. 52—58; Резник Г. М.
Указ. соч. С. 23.
126

Глава 2. Доказательства и этапы доказывания
страняли "свободу внутреннего убеждения судей" не только на результат оценки доказательств, но и на формирование конечного вывода, включая в него все обстоятельства дела и правовое решение суда1.
На этом фоне не выглядит целостной позиция К. И. Комиссарова, воспринимающего внутреннее убеждение не в качестве критерия оценки доказательств (у нас конкретно — способа соотнесения. — А. К.), а лишь как ее результат2. Сама организация процесса (метод), которой он достигается, повисает при этом в воздухе.
Выше назывались отправные моменты внутреннего убеждения: установленные обстоятельства дела, нормы права, правосознание судьи. Н. И. Масленникова отмечает, что внутреннее убеждение — результат сложного мыслительного процесса, который характеризуется тем, что, с одной стороны, сознание судей отражает факты объективной действительности (познание в собственном-смысле), с другой — пропускает эти факты через своеобразный "фильтр" — правовые нормы, придавая им юридическую значимость. Второй момент позволяет говорить
0 волевом решении дела3.
В. Ф. Бохан, признавая судейское убеждение явлением объективным, выделяет в нем следующие элементы: знания об исследуемом событии; отношение судьи к содержанию знаний как результат оценки их достоверности, относимости, допустимости и значимости для дела; психическое состояние, выражающееся в чувствах сомнения или уверенности; субъективное (положительное или отрицательное) отношение судьи к исследуемым явлениям; волевое состояние судьи, его объективная
1 См.: Строгович М. С. Социалистический демократизм совет
ского правосудия // Демократические основы советского со
циалистического правосудия. М., 1965. С. 33; Трошева Ю. М.
Проблемы формирования судейского убеждения в уголовном
судопроизводстве. Харьков, 1975. С. 12.
2 См.: Комиссаров К. И. Задачи судебного надзора в сфере
гражданского судопроизводства. Свердловск, 1971. С. 25.
3 См.: Масленникова Н. И. Социально-управленческая роль
гражданского судопроизводства. С. 21.
§ 3. Оценка доказательств 127
готовность действовать в соответствии со знанием, положенным в основу убеждения1. При известной условности схемы логика В. Ф. Бохана позволяет ему предложить формулу диалектической взаимосвязи элементов судейского убеждения: познано — понято — пережито — принято как истина — реализовано в решении. Условность — в разделении понятий "познано — понято" (познано — значит понято), в фактическом глубочайшем синтезе анализируемых характеристик, предшествующих волевому решению (многократное отражение в системе объект — субъект).
Внутреннее убеждение имеет сложную многоуровневую структуру и сложное содержание, в которых динамически взаимодействуют объективные и субъективные факторы2. Применительно к личности судьи3 важными опорными плоскостями его являются: а) культурный уро-
1 См.: Бохан В. Ф. Формирование убеждения судей при рассмот
рении уголовных дел в суде первой инстанции: Автореф. дисс....
канд. юрид. наук. Минск, 1970. С. 12—14; Матюшин Б. Т. Внут
реннее убеждение судей и оценка доказательств. С. 61.
2 Это — динамически развивающееся, эмоционально окрашен
ное отношение судьи к истинности результатов познания об
стоятельств, имеющих процессуальное и материально-право
вое значение, к их правовой сути, а также к самим этим об
стоятельствам, отношение, определяющее готовность судьи к
принятию решения по делу и складывающееся в условиях про
цессуально-правовой регламентации (см.: Чиганова С. Д. Фор
мирование убеждения суда первой инстанции в исковом про
изводстве: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. Томск, 1985. С. 9).
См. также: Козин В. Ф. Объективная гарантия истинности су
дебного познания // Проблемы гражданского процессуально
го права в свете Конституции СССР. С. 64.
3 Другим важнейшим и имеющим принципиальное значение
аспектом являются требования, нормативно закладываемые
законодателем применительно к формированию коллегий при
сяжных заседателей. Например, по мнению М. Н. Каткова, было
очевидно "желание законодателя, чтобы в присяжные попа
дали только люди безукоризненной нравственности и заслу
живающие полное и безусловное доверие общества" (Москов
ские ведомости. 1874. 1 авг. Цит. по: Немытина М. В. Указ. соч.
С. 148).
128

Глава 2. Доказательства и этапы доказывания

вень (культура общеобразовательная, эрудиционная, нравственная, научная, профессиональная, правовая); б) мировоззренческий уровень (в философско-идеологи-ческом плане весьма широкий спектр воззрений, не обязательно требующих конкретной партийно-идеологической платформы)1; в) правосознание (ориентированное в предельных формах на правовой нигилизм, закон, справедливость). Эти характеристики объективируются в судейском 'корпусе в целом и конкретно в той или иной личности судьи.
Объективную основу второго (сущностного) плана в убеждении судьи составляют обстоятельства рассматриваемого дела, тогда как субъективная основа внутреннего убеждения судей выражается в их уверенности в достоверности установленных фактов, возникающей в процессе интеллектуального напряжения при осознании ими личной ответственности за правильное разрешение де--ла2. Ю. К. Орлов считает, что "психологическое состояние субъекта, внутреннее убеждение в значительной мере формируется на подсознательном уровне. Поэтому процесс этот неконтролируем и со стороны самого познающего субъекта, и тем более со стороны других лиц. Судить о них можно только по каким-либо внешним проявлениям. В процессе доказывания единственной формой такой внешней объективации является обоснование субъектом своих выводов в соответствующем процессуальном документе"3.
Сказанное верно именно в части возможности оценки самого процесса формирования (принятия) решения. А. Г. Давтян обоснованно критикует позицию Б. А. Филимонова, который высказывал, что знания, воплощенные в судейском убеждении о достоверности фактических обстоятельств, не могут носить характера объективных, истинных знаний, что они изначально и всегда
1 Об отдельных аспектах политического влияния на судей см.:
Мидор Д. Д. Указ. соч.
2 См.: Козин В. Ф. Указ. соч. С. 64.
3 Орлов Ю. К. Заключение эксперта как источник выводного
знания в судебном доказывании. С. 19—20.
§ 3. Оценка доказательств 129
выражают лишь субъективное, личное убеждение судьи1. Она же приводит мнение немецких ученых, считающих, что судейская оценка может и должна подвергаться рациональному контролю со стороны других. Задача суда или судьи при выяснении вопроса о достоверности представленных суду доказательств выходит далеко за рамки субъективной оценки, более того, судейское убеждение должно иметь объективную основу, которой и руководствуется судья2.
С позиции анализа сущностного понимания внутреннего убеждения вызывает критику и тезис о существовании коллективного убеждения (формирующегося в процессе совещания судей)3. Судейское убеждение всегда индивидуально, и за так называемым коллективным убеждением надо видеть не более чем сумму независимых убеждений и индивидуальных оценок судей. Иное неизбежно девальвирует ценность независимой судебной оценки вообще и особого мнения судьи в частности.
Т. В. Сахнова, ссылаясь на работу И. М. Резниченко4, пишет как о доказанном факте то, что вышестоящие суды осуществляют не оценку доказательств, а проверку их оценки5. При этом не учитывается, однако, как отмечает М. К. Треушников, что в 1995—1996 гг. в российской правовой и судебной системе произошли принципиальные изменения, повлиявшие на субъектный состав, осуществляющий такую (контрольную) форму оценки доказательств6.
Судья районного суда при рассмотрении апелляционных жалоб на решения мировых судей не связан объе-
1 См.: Филимонов Б. А. Основы теории доказательств в герман
ском уголовном процессе. М., 1994. С. 76. •
2 См.: Давтян А. Г. Указ. соч. С. 114.
См. также: Musielak. H.-J. Grundkurs ZPO. 2. Aufl. Munchen, 1993. S. 252; Jauernig O. Zivilprozessrecht. 23. Aufl. MUnchen, 1991. S. 183—185.
3 См.: Бохан В. Ф. Указ. соч. С. 14;'Боннер А. Т. Указ. соч. С. 64.
4 См.: Резниченко И, М. Оценка доказательств в советском граж
данском процессе. С. 8—9.
5 См.: Сахнова Т. В. Судебная экспертиза. С. 261.
6 См.: Треушников М. К. Судебные доказательства. С. 159.
130

Глава 2. Доказательства и этапы доказывания
мом доказательств, исследованных мировым судьей, и разрешает дела и на основе вновь представленных доказательств.
Право суда кассационной инстанции на исследование новых доказательств безусловно порождает и его право на самостоятельную их оценку (в противном случае зачем их исследовать?) и право на установление новых фактов (ранее — прерогатива суда первой инстанции)1. В принципе допустимо исследование (а следовательно, и оценка) не только письменных и вещественных доказательств, назначение экспертизы, но и допрос свидетелей, не допрошенных судом первой инстанции2. При отмене решения суд кассационной инстанции вправе, как и раньше, признать оценку суда первой инстанции, данную в решении показаниями допрошенных им свидетелей, неверной. Однако он не может давать этим показаниям иную оценку и устанавливать на их основе" новые факты, поскольку в этом случае будет нарушен принцип непосредственности.
Аналогичный порядок реализуется в системе арбитражных судов, причем контрольная оценка в апелляционной инстанции осуществляется независимо от доводов апелляционной жалобы, поскольку законность и обоснованность проверяются в полном объеме3.
В пределах настоящего параграфа не рассматривается специфика оценки конкретных видов доказательств. Говоря же о концептуальном решении данных вопросов, нельзя не обратить внимания на расхождения за кажущейся внешней общностью в позициях законодателя применительно к гражданскому и арбитражному процессам. И Гражданский, и Арбитражный процессуальный кодексы, казалось бы, ушли от понимания объективности в ее научно-философском смысле: как некой данности, существующей вне и независимо от человеческого сознания
1 См.: Гражданский процессуальный кодекс РСФСР / Коммент.
и сост. В. М. Жуйков. С. 26.
2 Там же. С. 27.
3 См.: Борисова Е. А. Апелляция в гражданском (арбитражном)
процессе. М., 2000. С. 136.
§ 3. Оценка доказательств

131

(соответственно истины как объективной истины). В ином аспекте лексическое толкование указывает на синонимичность понятий: объективный, беспристрастный, непредвзятый1. В этом смысле не вызывает сомнений замена термина "беспристрастность" в ч. 1 ст. 56 ГПК РСФСР на "объективный" в последней редакции проекта Гражданского процессуального кодекса. Тем самым формулировки в Арбитражном процессуальном кодексе (ч. 1 ст. 59) и Гражданском процессуальном кодексе сближаются.
Однако в ч. 2 ст. 12 проекта читаем: "Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом...", в том числе создает условия для "правильного применения законодательства". Во-вторых, суд должен "знать право". А во-первых, из такой формулировки следует, что понятия "объективность" и "беспристрастность" имеют разный смысл. И не исключается, что тем самым поддерживается концепция "принципа объективной истины", обнаруживая непоследовательность в обновлении гражданского процессуального законодательства.
1 См.: Словарь синонимов. Л., 1976. С. 314; Толковый словарь русского языка / Под ред. Д. Н. Ушакова. М., 1938. Т. II. С. 785; Ожегов С. И. Словарь русского языка. М., 1989. С. 439.
Глава 3. Факторы, влияющие на предмет доказывания
В литературе, как правило, утверждается, что правовая квалификация дела — вопрос приложения нормы права к фактическим обстоятельствам дела. Однако реальный процесс формирования и принятия решения выглядит сложнее, и само традиционное деление вопросов факта и права в деле, обоснованности и законности судебного решения является в известной мере модельной формой правосудия, своего рода технологическим инструмен-. том, призванным облегчить решение судейской задачи.
Фактические обстоятельства дела в конечном итоге устанавливаются из предмета судебного доказывания (мы выводим здесь за скобки пределы судебного доказывания), включающего в себя факты процессуальной природы. А формирование предмета доказывания, в свою очередь, происходит под прямым воздействием правового фактора. Например, известно, что многие нарушения норм процессуального права (рассмотрение дела в отсутствие кого-либо из участников процесса, не извещенных надлежащим образом о судебном заседании, разрешение судом вопроса о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, и др.) влекут за собой вынесение незаконного решения именно потому, что, допустив их, суд не был в состоянии (или не захотел?) установить реальные обстоятельства дела. Таким образом, формирование предмета доказывания в более строгом виде — многоцикловый процесс последовательного взаимного сближения факта и нормы права, начинающийся на начальной фазе судебного процесса (принятия искового заявления судьей) и заканчивающийся этапом вынесения судебного решения.
§ 1. Влияние субъективного фактора на убеждение судей 133
На этот процесс влияют многообразные факторы, раскрытию которых посвящена обширнейшая научная литература, хотя отдельные из них освещаются неравномерно, или фрагментарно, или традиционно, по сложившимся канонам. Ниже мы остановимся на двух аспектах указанной проблематики, требующих, на наш взгляд, внимания исследователя.
§ 1. Влияние субъективного фактора на убеждение судей
В одной из своих работ Ф. Ницше писал, что люди с убеждениями совсем не к месту, когда затрагивается ценность чего-либо существенно важного. "Убеждения, что темница... чтобы судить о ценном и неценном, нужно, чтобы ты преодолел, превзошел сотню своих убеждений"1. Парадокс, правда кажущийся, в том, что судейское убеждение как специфическое убеждение юридической природы и должно являться результатом преодоления разного рода и количества убеждений, как и предубеждений: против чего-либо, кого-либо, возможности той или иной ситуации, вероятности той или иной версии и т. п.
Выше говорилось о том, что убеждение судей должно иметь объективную основу, и именно таковую составляют обстоятельства рассматриваемого дела. Диалектический взгляд, однако, не позволяет абсолютизировать подобную оценку и требует внесения в нее корректив. Она представляет собой своего рода переменную (субъективную) функцию, наложенную на постоянную составляющую, являющуюся неким средневзвешенным функционалом, определяемым совокупностью рассмотрения всех обстоятельств дела. Этот средневзвешенный функционал постоянен (точнее, должен быть постоянным) при неизменных начальных условиях для разных составов суда и разных судей-
Сумерки богов. М., 1989. С. 78.
134 Глава 3. Факторы, влияющие на предмет доказывания
А вот переменная отражает два связанных аспекта: а) свойственность оценки только данному лицу; б) односторонность оценки — как его (лица) индивидуальности, так и особенности восприятия и логики мышления. Первый из указанных факторов проявляется, как правило, если обращаться к аналогии, в индивидуальном завышении или занижении средневзвешенного балла, что ха-•рактерно при оценке выступлений спортсменов (участников конкурсов), проводимых по многокомпонентной схеме, и является относительно постоянным. Применительно к нему можно говорить о ситуативной независимости судьи.
Второй фактор более подвижен, вариативен и больше связан с особенностями психологического воздействия на личность, как и особенностями социальной перцепции, психологического восприятия (его устойчивости в зависимости от времени, внешних обстоятельств, характера воздействия и других моментов). В частности, причины ошибок восприятия и оценки личности (а за ними могут стоять факторы, во многом определяющие тактику поведения судьи и на стадии подготовки дела к разбирательству, и в судебном заседании) связаны, во-первых, с особенностями личности воспринимаемых, во-вторых, с непреднамеренным или преднамеренным влиянием воспринимаемых на воспринимающего и, в-третьих, с особенностями личности реципиента1.
В свете сказанного показательно следующее свидетельство: "С официальной точки зрения состав суда сложился неблагоприятно. Председатель суда А. Ф. Кони держался независимо, товарищ прокурора окружного суда К. И. Кессель был бесцветной личностью. Серьезно повлияла на исход процесса и очень обдуманная тактика защитника Засулич — присяжного поверенного П. А. Александрова, который тщательно изучил характер и психологию заседателей данной сессии, отвел 11 присяжных и наметил представлявшийся ему подходящим состав присяжной коллегии. П. А. Александров,
1 См.: Чуфаровский Ю. В. Юридическая психология. М., 1995. С. 64.
§ 1. Влияние субъективного фактора на убеждение судей 135
видимо, знал, что входные билеты на процесс Веры Засулич усиленно разбираются врагами Трепова из сановно-бюрократической верхушки... и учитывал, что эта блестящая публика, видимо, будет сочувственно относиться к подсудимой и тем окажет влияние на присяжных. Защитник отвел из состава присяжных почти всех купцов (их был значительный процент в списке присяжных данной сессии), но оставил мелких и средних чиновников, на которых влияние присутствующих сановников могло Отразиться особенно сильно"1. Несомненно вместе с тем, что не столько чье-то влияние, сколько оппозиционное настроение, проявившееся в это время в сравнительно широких кругах образованного общества, в том числе интеллигенции, мелкого и среднего чиновничества, к которым, в частности, принадлежали присяжные, определило исход процесса2.
Субъективный фактор в судебной деятельности "совершенно неустраним"3, и следует со всей определенностью констатировать, что помимо чисто правового механизма реализации процессуальных норм существуют и действуют социальный и психологический механизмы, что, в частности, находит объективное выражение в различных, а порой и прямо противоположных, решениях, выносимых судьями по одному и тому же делу даже при условии, что предмет доказывания не подвергается трансформации.
Само конкретное преломление влияния и воздействия субъективного фактора зависит в общем случае от должностных лиц и органов, занимающихся правоприменительной деятельностью4. И проявляться оно может в самых различных действиях, ситуациях, решениях, особенно коллизионного свойства, в условиях, которые подчас создаются самим законодателем. Это и мотивы отво-
1 Кони А. Ф. Соч. в 8 т. М., 1966. Т. 2. С. 11—12.
2 Там же. С. 12.
3 Боровиковский А. Л. Отчет судьи. СПб., 1909. Т. 1. С. 296.
4 См.: Коваленко А. Г. Полнота материалов по гражданско-пра
вовым спорам. Саратов, 1981. С. 44.
136 Глава 3. Факторы, влияющие на предмет доказывания
да различных участников судебного процесса, привлечения третьих лиц, выбора и назначения эксперта; и полнота и качество ведения протокола судебного заседания; и'характер и порядок опроса (допроса) лиц, участвующих в судебном заседании; ограничение времени для изложения позиции стороны председательствующим в заседании; отвод или, наоборот, допущение постановки тех или иных вопросов и другое, включая дефектные юридические факты, и, в конечном итоге, судебные ошибки1.
Что касается присутствия законодательного фактора, то может быть назван такой: идея организации суда апелляционной инстанции в суде первой инстанции (ст. 146 АПК РФ) извращает сущность апелляционного обжалования, находится в прямом противоречии с одним из признаков апелляции, в соответствии с которым дело по апелляционной жалобе должно рассматриваться вы˜ шестоящим судом2. Указанное может быть объяснимо лишь как паллиатива, диктуемая объективно присутствующими факторами финансово-материальной, организационной, кадровой и иной природы, носящими, однако, временный (переходный) характер.
Данная идея "не согласована с принципом независимости судей и подчинения их только закону. Дело в том, что судьи первой и апелляционной инстанций работают в одном трудовом коллективе, под "одной крышей" и под руководством одного председателя суда и
1 См.: Исаков В. Б. Юридические факты в советском праве. М.,
1984. С. 116; Зайцев И. М. Устранение судебных ошибок в граж
данском процессе. С. 18; Яркое В. В. Юридические факты в
механизме реализации норм гражданского процессуального
права. С. 10.
Здесь и ниже нами не рассматриваются вопросы, связанные с субъективными расхождениями в позициях судей при толковании вопросов права. См., в частности: Жуйков В. М. Судебная защита прав граждан и юридических лиц. М., 1997. С. 195—271; Фридмэн Л. Указ. соч. С. 70; Гапеев В. Н. О некоторых элементарных понятиях и принципах гражданского процесса. С. 51; Ти˜ хонравов Ю. В. Основы философии права. М., 1997. С. 525—526.
2 См.: Борисова Е. А. Указ. соч. С. 145.
§ 1. Влияние субъективного фактора на убеждение судей 137
его заместителей"1. Такой порядок рассмотрения дел по апелляционной жалобе позволяет лицам, участвующим в деле, сомневаться в беспристрастности судей, особенно при вынесении неблагоприятного для них решения.
Не оправдывает существование апелляционной инстанции в суде первой инстанции и правило недопустимости повторного участия судьи в рассмотрении одного и того же дела (ст. 18 АПК РФ). Своеобразно эта ситуация отражается на практике. Поскольку к судье дело больше не возвратится, то "к рассмотрению каверзного, сложного дела можно подойти соответствующим образом. Пусть там, в апелляционной инстанции, коллеги поломают голову и примут правильное решение"2.
Серьезнейшим фактором, порождающим проблем-ность и соответственно привнесение субъективного элемента в рассмотрение и разрешение судебных дел по широкому спектру гражданско- и публично-правовых отношений, является законодательная неурегулированность, пробельность законодательства, конкуренция правовых норм3. Можно указать на определенные сложности в практике работы арбитражных судов (это относится и к судам общей юрисдикции), вызываемые применением норм Гражданского кодекса РФ, связывающих должника с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, если законом не установлено, что ответственность несет являющееся непосредственно исполнителем третье лицо (ст. 403 ГК РФ). Поэтому ответчиками по иску данной категории дел со стороны государства или
1 Шерстюк В. М. Новые положения Арбитражного процессу
ального кодекса Российской Федерации. М., 1996. С. 77.
2 Анохин В. Проблемы арбитражного процесса // Хозяйство и
право. 1997. № 4.
3 По данным журнала "Правоведение" (1994. № 1. С. 77—78)
90% опрошенных судей отметили в числе профессиональных
проблем противоречивость и пробелы в законодательстве. При
положительной динамике изменений ситуация к 2001 г. суще
ственно не улучшилась.
138 Глава 3. Факторы, влияющие на предмет доказывания
иного публично-правового образования должен выступать орган, распоряжающийся бюджетом, т. е. министерство финансов или территориальные финансовые отделы, управления, департаменты, которые также являются учреждениями. А потому возникает вопрос по взысканию с ответчиков денежных средств: за счет средств соответствующего бюджета, либо за счет иного имущества, составляющего казну, либо со стороны по договору.
Проблема "при принятии решения по данной категории дел состоит в целом в оценке исследованно-сти материалов дела, а также достаточно правильного применения и толкования законодательства и иных нормативных актов"1. К примеру, Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ отменил судебные акты судов области и округа, отказавших потребительскому обществу в иске к налоговой полиции о взыскании убытков по мотивам невозможности его удовлетворения за счет ответчика, в связи с тем, что ответственность должна возлагаться на финансовый орган, который суд не привлек по своей инициативе в качестве второго ответчика2.
Наличие факторов субъективной природы, приводя к различным отклонениям в исследовании и познании любых материалов в судопроизводственной деятельности, деформирует в конечном итоге ту "истинную" картину, которая воссоздается судом при рассмотрении и разрешении конкретного дела. Анализом причин, порождающих судебные ошибки, как и выработкой рекомендаций, должна, в частности, заниматься правовая, судебная психология, как и юридическая психология в целом. Следует констатировать, что наиболее разработанная ее часть касается психологии показаний, тактики и методики допроса, притом не только свидетелей, но и подозреваемых, подследственных, подсудимых и других
1 Об итогах работы Арбитражного суда Саратовской области за
1999 год: Докладная записка в ВАС РФ. 2000. С. 10—11.
2 Вестник ВАС РФ. 1997. № 8. С. 34—35.
§ 1. Влияние субъективного фактора на убеждение судей 139
лиц, с которыми приходится иметь дело следственным и судебным органам по уголовным делам1.
В меньшей степени это касается вопросов функционирования правосознания, реализации различных социально значимых функций (познания, оценки, регуляции), психологических условий правоисполнительного поведения, эвристики деятельности в информационно-дефицитных ситуациях, психологии судебных прений, получения и оценки доказательств2.
Интеллектуальная, эмоциональная, волевая, биологическая, социальная, поведенческая реакция субъекта включает единый системообразующий фактор "психическое", и весь комплекс проблем детерминации человеческого поведения можно обозначить как социо-психобиологическую детерминацию3. Не 'случайно Т. В. Сахнова, говоря о факторах внепроцессуального порядка (однако они являются своего рода имманентными элементами процесса. — А. К.) и отмечая, что с психологической точки зрения нельзя констатировать, что судейская оценка всегда является непредубежденной4, дает примечательную отсылку к И. Кемперу, в работе которого динамика судебного разбирательства характе-
1 См., например: Ратинов А. Р. Судебная психология для сле
дователей. М., 1967; Васильев А. Н., Корнеева Л. М. Тактика
допроса. М., 1970; Теоретические и прикладные проблемы
психологии познания людьми друг друга: Сборник статей. Крас
нодар, 1975; Еникеев М. И. Основы судебной психологии. М.,
1982; Глазырин Ф. В. Психология следственных действий. Вол
гоград, 1983; Васильев В. Л. Юридическая психология. СПб.;
М.; Харьков; Минск, 1997.
2 См.: Шебутани Т. Социальная психология. М., 1969; Козелецкий Ю.
Психологическая теория решений. М., 1983; Еникеев М. И. Юри
дическая психология: Учебник. М., 2000.
В целом не будет преувеличением утверждение, что судебная практика пока еще слабо опирается на научные разработки и рекомендации психологии гражданско-правового регулирования и гражданского судопроизводства в силу и сложности и недостаточности разработок самого предмета исследования.
3 См.: Еникеев М. И. Юридическая психология. С. 30.
4 См.: Сахнова Т. В. Судебная экспертиза. С. 248.
140 Глава 3. Факторы, влияющие на предмет доказывания
ризуется как классический пример артефакта (искусственно вызванного явления)1. Судейское убеждение имеет многофакторную обусловленность, концентрируясь в субъективном плане вокруг личностно-психологических качеств, социально-ценностных установок и способов саморегуляции.
Объективно важное значение имеет способ социальной ориентировки судьи, включающий ряд компонентов: когнитивный, операциональный и мотивационный2. Первый определяется системой "социальных знаний", усвоенных личностью на уровне убеждений: понятий, правил, оценок, норм, ценностей. Мотивационный компонент — это мотивация, личностный смысл, который придается использованию способа ориентировки. Наконец, операциональный — совокупность обобщенных рациональных приемов познавательной деятельности, являющихся в конечном итоге приемами процесса выбора и, постановки личных целей вмешательства в социальные ситуации, приемами выбора способов воздействия на ситуацию, особенно в рамках дискреционной деятельности, с целью превращения ее в желаемую, целевую. Это приемы фактического и оценочного анализа ситуаций и явлений.
Сам способ социальной ориентировки формируется двумя путями: эмпирически и теоретическим путем, отвечающим научному методу, а также их комбинацией. В условиях недостаточного уровня саморегуляции эмпирика ведет к неадекватному обстоятельствам дела правоприменительному решению.
Особо нужно сказать о дискреционной деятельности суда, которая никоим образом не может и не должна рассматриваться как деятельность, определяемая именно субъективными аспектами судейского усмотрения. И правильно отмечается в литературе, что если, допустим, вопрос о том, является ли правомерным то или
1 См.: Кемпер И. Практика сексуальной психотерапии: Резуль
таты и материалы. М., 1992. Т. 2. С. 120 и след.
2 См., в частности: Залесский Г. Е. Психологические вопросы
формирования убеждений. М., 1982. С. 33, 110.
§ 1. Влияние субъективного фактора на убеждение судей 141
иное действие или решение суда, то ответ на него следует искать не в плоскости оценки свободы выбора судом своих возможностей действий (решений), а в плоскости обязанности для суда выбора среди имеющихся правовых возможностей, отвечающих принципу справедливости1 — discretio est scire per legem quid sit justum (усмотрение есть знание того, что является с точки зрения права справедливым). Это находит косвенное подтверждение и в том, что, как пишет В. К. Пучинский, большинство процессуальных норм, наделяющих арбитражный суд полномочиями, обязуют его эти полномочия реализовывать2.
Важнейшая особенность психического отражения — его активность, которая является внутриорганизующим фактором деятельности субъекта любого исследования и выполняет при этом функции организации и управления деятельностью. С активностью коррелирует инициативный, деятельный тип личности, направляющий энергию познания на четкое структурирование содержания предмета судебного доказывания, выявление неопределенных, спорных моментов, выстраивание алгоритмов доказательств наряду с анализом нестандартных элементов конкретно рассматриваемого спорного правоотношения. С активным же типом (не смешивать с темпераментом личности) более соотносится и культурный тип: общая образовательная культура, профессиональные знания, знания психологии, речевая и поведенческая культура, внешний облик, коммуникативные характеристики (стиль, такт, проявление интереса к делу, эмпатия, экспрессия и т. д.), нравственные качества, неотделимые от судебной этики.
Не является секретом, что многие по сути рядовые судебные ошибки порождаются не только незнанием, например, текущего состояния законодательства (здесь
1 См.: Бабаков В. А. Гражданская процессуальная обязанность.
2 См.: Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу
Российской Федерации / Под ред. В. С. Яковлева, М. К. Юкова.
М., 1998. С. 121—122.
142 Глава 3. Факторы, влияющие на предмет доказывания
можно говорить об error juris)1, но простым небрежением, невниманием к делу, низкой культурой труда (error lapsus —• тут не имеются в виду факторы объективной природы, благодаря которым становятся возможными подобные ошибки)2. Поэтому "надо стремиться к поднятию
1 В судебной практике "при рассмотрении значительного количества дел представители органов опеки и попечительства допускались к участию в судебном заседании без оформления полномочий в соответствии со ст. 45 ГПК". Судам следует иметь в виду, что районные администрации в г. Саратове не являются органами муниципального образования и могут выступать от имени органа опеки и попечительства только при наличии доверенности главы городской администрации либо иного лица, наделенного соответствующими полномочиями Уставом муниципального образования. Органы же местного самоуправления осуществляют возложенные на них государственные полномочия по опеке и попечительству (ст. 132 Конституции РФ; п. 4 ст. 6, ст. 56 Федерального закона от 28 августа 1995 г. "Об общих' принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации"; ст. 53, 64, 75 Закона РФ "О местном самоуправлении в РСФСР") (см.: Обобщение судебной практики по применению судами законодательства при рассмотрении споров, связанных с воспитанием детей и взысканием алиментов (1996 —
1 полугодие 1998 г.). Саратовский областной суд, 1999).
2 Например, Энгельсский городской суд решением от 4 августа
1997 г. взыскал с ТОО "Славяне и К°" стоимость долей в имуще
стве общества в пользу Б., А. и других, определив ее по балансу
общества за 1996 г. Статья 94 ГК РФ определяет обязанность
. общества выплатить выходящему работнику стоимость части имущества, соответствующей его доле в уставном капитале общества, в порядке, способом и в сроки, которые предусмотрены Федеральным законом "Об обществах с ограниченной ответственностью" и учредительными документами общества. Постановлением президиума Саратовского, областного суда от 10 августа
1998 г. решение суда было отменено и суду правильно указано
на необходимость определения стоимости долей участников по
данным баланса за 1995 г., поскольку выход истцов из общества
имел место в 1995 г. и к правоотношениям сторон применим п. 2.7
Устава общества, устанавливающий момент определения стоимо
сти доли выходящего участника датой утверждения отчета за
год, в котором произошел выход участника. См.: Обобщение су
дебной практики рассмотрения судами Саратовской области граж
данских дел по спорам, связанным с выходом (исключением) чле
нов общества из ООО. Саратовский областной суд. 1999.
§ 1. Влияние субъективного фактора на убеждение судей 143
образовательного уровня судей, к предоставлению им возможности следить за общим развитием знаний"1.
А. Ф. Кони отмечал, что образованный юрист должен быть человеком, в котором высшее образование идет впереди специального, "широко и глубоко образованным человеком, сведущим в истории, искусстве, литературе. С ними судья не сделается ремесленником. Игнорируя эти условия, судья упустит из виду высший предмет правосудия — человека"2. Однако и самое совершенное образование, будучи оторванным от нравственных, моральных, этических начал, бессильно, когда срабатывает "методология" решения судейских задач, показательный пример которой приводит А. Т. Боннер (мы ограничимся лишь частью допущенных судьей ошибок). Суд второй инстанции отклонил кассационную жалобу Московской государственной юридической академии, предъявившей иск о защите деловой репутации к редакции газеты "Комсомольская правда" и автору публикации Р. Грубо нарушив положения ст. 203 ГПК РСФСР, допускающей составление мотивированного решения в срок не более трех дней со дня провозглашения его резолютивной части, судья забыл существенные детали обстоятельств разрешенного им дела. Решение суда он писал, не имея в своем распоряжении материалов дела и протокола судебного заседания. По названной при-
1 Кони А. Ф. Соч. в 8 т. Т. 1. С. 234.
Стоит заметить, что среди избранных народных судей в 1987 году 31,7% судей не имели опыта судейской работы, а 257 человек завершили учебу в юридических вузах (в основном по заочной форме обучения) в том же 1987г., у 117 судей не было высшего юридического образования (см.: Судебная реформа: проблемы гражданской юрисдикции. Екатеринбург, 1996. С. 35). Другое свидетельство: "...Эти споры (налоговые конфликты в России. — А. К.) — стойкая головная боль арбитражных судов, а для судей — головная боль в прямом смысле. Все они — самоучки, не имеющие базового систематического образования в области бухгалтерского учета..." (Гапеев В. Н. О некоторых элементарных понятиях и принципах гражданского процесса. С. 16).
2 Кони А. Ф. Соч. в 8 т. Т. 3. С. 7.
144 Глава 3. Факторы, влияющие на предмет доказывания
чине, отказывая в иске, судья сослался на объяснения Р. и представителя газеты, которые они на самом деле не давали и которые, естественно, не были зафиксированы в протоколе судебного заседания1.
О том, что это не исключительный случай, свидетельствует следующее извлечение из рабочих материалов проверок Саратовского областного суда за 1999 г.: "Судья Ш. практически по каждому делу выписывает резолютивные решения, а составление мотивированных решений откладывает на неопределенный срок".
Активному типу противостоит стереотипность мышления. Каждый судья накапливает определенный опыт, слагающийся в процессе его деятельности, особенно по таким категориям споров, которые чаще всего встречаются на практике. Это трудовые споры о восстановлении на работе, вытекающие из жилищных правоотношений, о возмещении вреда, о расторжении брака, об алиментах2, о недопоставках, просрочке оплаты, несвоевременной оплате поставленной продукции и др. В последние годы появилось немало дел, связанных с рассмотрением гражданско-правовых споров по вопросам: признания сделок недействительными; осуществления правомочий собственников автотранспортных средств, перемещенных через таможенную границу РФ; применения положений Гражданского кодекса РФ о процентах за пользование чужими денежными средствами; применения налогового законодательства; взыскания с организаций и граждан недоимок и штрафов различными органами; применения контрольно-кассовых аппаратов.
Накопленный опыт представляет собой большую ценность, но, будучи связанным стереотипностью мышле-
1 См.: Боннер А. Т. Указ. соч. С. 316.
2 Споры о взыскании алиментов наиболее актуальны и состав
ляют большинство в общем числе дел, возникающих из брач-
но-семейных отношений. Каждое десятое из всех гражданских
дел, рассматриваемых судами, — дело о взыскании алимен
тов. См.: Обобщение судебной практики по применению судами
законодательства при рассмотрении споров, связанных с вос
питанием детей и взысканием алиментов (1996 — I полугодие
1998 г.). Саратовский областной суд. 1999.
§ 1. Влияние субъективного фактора на убеждение судей 145
ния, нередко ведет к ошибкам1. О некоторых практиках с большим опытом говорят: достаточно ему посмотреть на обложку дела, чтобы заранее предвидеть его движение и конечный результат. Говорят так потому, что по каждой категории дел в психике судьи сложился определенный стереотип, диктующий ту или иную линию поведения. Если большой накопленный опыт — благо, то привычный стереотип, не учитывая многих нюансов, влечет отрицательные последствия. Особенно важно это учитывать в условиях динамично меняющегося и обновляющегося законодательства.
Например, разрешая споры по искам о снижении размера алиментов, судам следует обращать внимание не только на наличие обязанности отца платить алименты двум и более детям в разные семьи, но и на возражения ответчиц (которые, как правило, не знают о взыскании алиментов на содержание ребенка от второго брака, так как не привлекались к участию в деле или данное обстоятельство от суда было скрыто) в той части, что истец живет одной семьей со второй супругой, ведет с ней общее хозяйство. В таких случаях суду, в соответствии с требованиями ст. 50 ГПК РСФСР, следует предложить стороне представить доказательства в обоснование имеющихся возражений, поскольку их подтверждение может послужить основанием для отказа в иске о снижении размера алиментов. Как показывает практика, суды г. Балаково, Вольска, Аркадака в нарушение требований материального и процессуального законов удовлетворяют подобные иски в бесспорном порядке2.
Другой пример: Балаковский городской суд удовлетворил требования Ч. к Ш. об освобождении от уплаты алиментов на несовершеннолетнего ребенка по тому
1 "Приверженность к шаблонному, стереотипному мышлению —•
нередко встречающийся психологический барьер, характер
ный для самих судей" (Еникеев М. И. Юридическая психология.
С. 370).
2 См.: Алиментные обязательства родителей // Споры, свя
занные с воспитанием детей и взысканием алиментов. Саратов
ский областной суд. 1999. С. 16.
146 Глава 3. Факторы, влияющие на предмет доказывания
основанию, что Ч. получает заработную плату 210 руб. Решение судом постановлено в нарушение требований ст. 81, 119 СК РФ, согласно которым обязанность родителей содержать своих несовершеннолетних детей не ставится в зависимость от наличия у родителей необходимых для предоставления содержания средств1. Следует заметить, что в настоящее время п. 2 ст. 71, ст. 84 СК РФ не содержит исключений относительно взыскания алиментов на содержание детей, помещенных в детские учреждения, с одиноких матерей, и алименты с последних должны взыскиваться судами на общих основаниях.
Дэвид Майерс указывает на другую сторону означенной проблематики: у каждого профессионала есть свои стереотипно-стандартные способы решения правовых проблем, освященные иногда прецедентами. Он (профессионал. — А. К.) считает их самонадеянно непогрешимыми и потому всегда будет "выискивать информацию, которая подтверждает собственное предвзятое мнение"2.
Специфической разновидностью подобного отношения является неаналитический подход к подготовке дела к судебному разбирательству, при котором судья полагается- на "живые реалии", не вникает в детали и обстоятельства дела, не планирует модельных форм разрешения спорного правоотношения, не пользуется методической литературой и пособиями по подготовке гражданских и арбитражных дел к разбирательству, специальными таблицами и схемами, в которых приводятся категории исков, их предмет, основание, нормы материального права, предмет доказывания, источники доказательств3.
И правильно Верховным Судом РФ, Высшим Арбитражным Судом РФ в последние годы уделяется
1 См.: Споры, связанные с воспитанием детей и взысканием
алиментов. Саратовский областной суд. 1999. С. 16.
2 Майерс Д. Социальная психология. СПб., 1997. С. 130.
3 См., например: Судебная практика по конкретным делам;
Вопросы доказательств по гражданским делам в постановле
ниях Пленума Верховного Суда РФ // Илюхина. М. А., Решет
никова И. В. Доказывание в судебной практике по гражданс
ким делам. Екатеринбург, 1997.
§ 1. Влияние субъективного фактора на убеждение судей 147
значительно большее (и тем не менее недостаточное) внимание анализу и обобщению материалов судебной практики с выработкой указаний и рекомендаций не только в форме постановлений пленумов высших судебных инстанций, в том числе совместных, но и практических советов и рекомендаций, обобщающих специфику рассмотрения той или иной категории дел на региональном (областном) уровне1. Следует признать несомненное практическое значение решения задач, связанных с формализацией поиска доказательственной информации в типовых ситуациях2, создания для этих целей специальных программ и банков данных, включая сферу экспертиз, улучшения аналитической работы на всех уровнях судопроизводственной деятельности, обеспечения большей четкости и прозрачности статистической информации, касающейся причин и разнообразных факторов и условий, порождающих судебные ошибки.
1 См., например: Ошибки судов, связанные с применением граж
данского законодательства: Материалы обобщения практики.
Саратовский областной суд. 1999; Рассмотрение споров о при
знании сделок недействительными: Материалы обобщения су
дебной практики. Саратовский областной суд. 1999; Справка о
практике рассмотрения судами области дел, связанных с осуще
ствлением правомочий собственников в отношении автотранспор
тных средств, перемещенных через таможенную границу Рос
сийской Федерации (1997— I полугодие 1998 г.). Саратовский
областной суд. 1999.
2 В силу специфики в большей степени вопросы эти разрабаты
ваются в уголовно-процессуальном праве, хотя имеют боль
шое значение и для других областей правовой науки и судеб
ной практики.
См.: Колесниченко А. Н., Матусовский Г. А. О системе версий и методике их построения // Криминалистика и судебная экспертиза. Вып. 7. Киев, 1970. С. 7—13; Экспертная практика и новые методы исследования. Вып. 15. М., 1983; Селиванов Н. А. Проблема программирования расследования в советской криминалистике // Актуальные проблемы юридической науки на этапе развитого социализма: Краткие тезисы докладов и научных сообщений конференции. Харьков, 1985. С. 183—184; Левкое В. Н. Проблема типовых версий в уголовно-процессуальном познании // Актуальные вопросы укрепления правовой основы государственной и общественной жизни. Киев, 1988. С. 75—79.
148 Глава 3. Факторы, влияющие на предмет доказывания
Вышеотмеченные (1) стереотипность восприятия, шаблонность конкретных практических действий, приемлемых, однако, для разрешения стандартных ситуаций, и (2) доминирующая потребность (по Д. Майерсу, например, связанная с установкой перестраховки), способная приводить к подмене понятий, далеко не единственные источники ошибок применительно к субъективно-личностным характеристикам, трансформирующимся в процессе чувственно-психической деятельности в сложный продукт оценки.
Таковым может быть (3) мнение других лиц. Общеизвестно, что индивидуальная оценка субъекта N нередко коррелирует с оценкой субъекта N другими лицами. (4) гало-эффект, или "эффект ореола", как правило, определяет не только первое (внешнее) впечатление об участниках процесса, но и сказывается в дальнейшем. Например, при обычной практике рассмотрения конкретного гражданского дела в пределах 20 минут Судебная коллегия по гражданским делам Мосгорсуда проверяла в 1999 г. законность и обоснованность состоявшегося судебного решения по делу по иску гр. Ч. к гр. М. и радиостанции "Эхо Москвы" о защите чести и достоинства и компенсации морального вреда в течение 5 часов. Разумеется, при этом нельзя абсолютно исключить "фоновый" фактор влияния внимания общественности и средств массовой информации. (5) "эффект снисходительности" связан с возникновением определенного предубеждения, пока не будет доказано обратное.
Пребывая в том или ином психическом состоянии, том или ином настроении (влияние дефицита времени, служебная нагрузка, "цейтнотное" состояние и др.)1,
1 На "поточность" рассмотрения дел, дефицит времени при принятии решений, факты временной регламентации при опросах лиц (в том числе в форме ограничения опроса числа свидетелей) и перегрузку судей указывают многие авторы и практические судьи (Т. Г. Морщакова, И. М. Зайцев, В. В. Яр-ков, А. Т. Боннер и др.).
В то же время при характеристике данных субъективных факторов, воздействующих на суд, нельзя не учитывать неравномерность распределения нагрузки, которая может варь-
§ 1. Влияние субъективного фактора на убеждение судей 149
можно ошибиться в оценке. Поэтому (6) фактор психического состояния является и потенциальным, и реальным источником ошибок. Данные статистики, а также данные, приводимые в научной литературе, свидетельствуют, в частности, о том, что нагрузки по количеству дел, приходящихся на одного судью, в силу различных причин в последние годы практически не снижаются и значительно превышают нормативный (хотя и он нуждается в корректной научной оценке) уровень.
Среднемесячная нагрузка на одного судью в России сегодня составляет примерно 61,5 дела (8,3— по уголовным, 35,8— по гражданским, 17,4— по административным делам), что примерно в 3 раза превышает утвержденные в 1996 г. совместным постановлением Минтруда России и Минюста России нормативы. Штатная численность судей федеральных судов общей юрисдикции в 1998 г. составляла 15732 ед. и по состоянию на 31 декабря 2000 г. установлена в количестве 16742 ед., тогда как расчетная штатная численность судей на 1999 г. составляла 35734 ед. Примерно семикратное несоответствие имеется и по численности работников аппарата указанных судов1.
Одновременно следует отметить, что в структуре рассматриваемых дел значительна доля дел, имеющих специфический локально-стандартный характер. Так, применительно к практике арбитражного судопроизводства по опыту работы Арбитражного суда Саратовской области в 1999—2000 гг. можно констатировать, что во многом увеличение общего количества рассмотренных дел связано с продолжающейся практикой предоставления истцам отсрочки в уплате государственной пошлины. Например, в 2000 г. судом было рассмотрено 3613 таких ходатайств с удовлетворением 3565 из них2.
ироваться в зависимости от вида судов (общей юрисдикции, арбитражный) и конкретного суда.
1 См.: В Совете судей Российской Федерации // Российская
юстиция. 1999. № 2. С. 6; Указ Президента РФ от 30 декабря
1999 г. № 1758 "О штатной численности судей федеральных
судов общей юрисдикции" // СЗ РФ. 2000. № 1. Ст. 108.
2 См.: Об итогах работы Арбитражного суда Саратовской обла
сти за 2000 год // Докладная записка в ВАС РФ. 2001. С. 2.
150 Глава 3. Факторы, влияющие на предмет доказывания
Судебные ошибки могут вызываться действием самых разнообразных (7) "защитных механизмов" (проекции — когда, например, подсознательно подозреваются какие-то лица; отрицания — когда аналогично отвергается существование отдельных факторов, в том числе могущих играть значимую роль в деле, и целого ряда др.)1 и так называемым (8) упрощением, когда опять-таки на подсознательном уровне происходит процесс, призванный облегчить восприятие других (сложных) личностей, явлений, объектов, ситуаций.
Реализация принципа непосредственности исследования доказательств означает и непосредственность контакта судей с участниками процесса. А потому предполагает и делает неизбежными и паравербальные средства воздействия, в которых определенную роль играют мимика, жестикуляция, пантомимика, эмоционально-экспрессивные особенности речи и другие моменты. То есть доказательства с психологической точки зрения имеют определенную силу воздействия не только в зависимости от их логического структурирования, но и эмоциогенного потенциала. Поэтому особого внимания, как показывает вся судебная практика, требуют личные доказательства, связанные с опросом сторон, третьих лиц, допросом свидетелей, участием в процессе малолетних лиц, проведением психологических экспертиз. В Инструктивном письме по алиментным делам в 1929 г. Гражданская кассационная коллегия Верховного Суда РСФСР критикует практику тех судов, которые при отсутствии каких-либо доказательств удовлетворяют (отказывают) в иске, "основываясь исключительно на личном доверии к показаниям истицы или ответчика"2.
1 См. подробнее: Чуфаровский Ю. В. Юридическая психология.
С. 62.
2 Абрамов С. Н., Лебедев В. Н. Гражданский процессуальный
кодекс с постатейно-систематизированными материалами. М.,
1932. С. 149—150.
§ 1. Влияние субъективного фактора на убеждение судей 151
С. В. Курылев писал о процессе формирования личного доказательства как о классической триаде субъективной природы: а) восприятие, б) сохранение в памяти, в) воспроизведение1. Особенности процесса формирования показаний сторон являются следствием особенностей самого источника этого вида доказательств: 1) заинтересованности стороны в исходе дела (иное, чем у свидетелей, отношение к делу); 2) значимости для стороны воспринятых ею фактов, что оказывает влияние на все три звена названной триады, в том числе на правильность восприятия, его полноту и качество, о чем свидетельствует теория и психологическая практика2.
В связи с этим представляют несомненный практический интерес предложения, связанные с процессуальной регламентацией формирования и закрепления личных доказательств, относимости и допустимости доказательств, регламентацией опроса (допроса) сторон, третьих лиц, свидетелей, проведения перекрестного допроса свидетелей, а также так называемых привилегий как исключений из процессуального доказывания, на что обращалось внимание выше. В частности, И. В. Решетникова, с отсылками к опыту англо-американского права, предлагает считать недопустимыми доказательства, направленные на возникновение предубеждения к любому лицу, участвующему в деле, свидетелю или эксперту; доказательства технического усовершенствования, предпринятого ответчиком после факта причинения вреда в целях подтверждения вины ответчика3.
Характер технической модернизации, как свидетельствует та же зарубежная практика (доработка конструкций автомобилей; того или иного оборудования, например, противопожарного; строительных объектов,
1 См.: Курылев С. В. Объяснения сторон как доказательство в
современном гражданском процессе. М., 1956. С. 7.
2 См.: Рубинштейн С. Л. Основы общей психологии. М., 1946;
Годфруа Ж. Что такое психология. М., 1992. Т. 1, 2.
3 См.: Решетникова И. В. Доказательственное право в россий
ском гражданском судопроизводстве. С. 32.
152 Глава 3. Факторы, влияющие на предмет доказывания
изделий потребительского спроса, медпрепаратов; модернизация технологий работ в целях повышения безопасности и т. д.), как и условия и сроки, в которые усовершенствование осуществляется, может прямо или косвенно подтверждать вину ответчика либо не являться свидетельством его вины. То есть подобные доказательства без четкой локальной регламентации их доказательственного значения должны рассматриваться и оцениваться судом на общих основаниях наряду с другими.
Относительно доказательственного формирования предубеждения к участникам процесса возникают вопросы. Если это формирование понимать как преднамеренную дискредитацию, построенную на ложных основаниях, что само по себе требует доказательственной аргументации, то предложение не вызывает возражений. Однако известно, что "подрыв доверия" к показаниям в суде является нормальной практикой в тактике поведения сторон, которые могут преследовать при этом конкретные цели:
подвергнуть сомнению правдивость показаний свидетеля в связи с его предвзятостью и заинтересованностью; в связи с выявлением противоречий, неточностей, искажений в его информации, сообщаемой суду (например, вследствие плохой погоды, недостаточной освещенности, шумности и т. д.); в связи с выявлением тех или иных физических или психических недостатков, состояния организма и т. п., не позволяющих адекватно воспринимать, сохранять и воспроизводить необходимые данные (дефекты органов чувств, стресс, состояние алкогольного или иного опьянения и пр.);
опровергнуть показания свидетеля, утверждение стороны контраргументами;
добиться признания ответчика и др.1
Представляется, что если выражение недоверия показаниям свидетеля (хотя оценка их в конечном ито-
1 См., в частности: Уайт Р. Б. Искусство раскрытия доказательств. 1990; Бернэм У., Решетникова И. В., Прошляков А. Д. Указ. соч.
§ 1. Влияние субъективного фактора на убеждение судей 153
ге дело суда)1 может носить откровенно субъективный и немотивированный характер, то выражение недоверия к личности, как затрагивающее ее честь и достоинство, репутацию, должно быть безусловно мотивированным и базироваться на исключительно достоверных доказательствах. В противном случае суд (судья) должен снимать подобные свидетельства, предупреждать стороны и других лиц, участвующих в деле, о недопустимости заявлений, порочащих честь и деловую репутацию, унижающих достоинство, так же как должны сниматься наводящие вопросы (вопросы, предполагающие ответ, — во французской терминологии). Нюансы эти ни в Гражданском процессуальном кодексе, ни в Арбитражном процессуальном кодексе процессуально не регламентированы и всецело отданы на усмотрение суда (председательствующего в судебном заседании).
Нельзя пройти и мимо следующей важной проблемы судопроизводственной деятельности. Реализация многих норм процессуального права, как верно отмечают В. В. Ярков, А. Т. Боннер, К. К. Лебедев и другие ученые и практики-юристы, встречает большие практические сложности. Обращаясь в суд, сторона порой с удивлением обнаруживает, что ей надо "бороться" в основном не с ответчиком, а с судьей за то, чтобы ее заявление было своевременно принято, дело без проволочек возбуждено, чтобы оно не откладывалось бес-
1 Авторы проекта ГПК-2000 предлагают при отражении в судебном решении результатов оценки доказательств приводить "основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими" (ч. 4 ст. 68), что представляется противоречащим как требованию оценки доказательств в их совокупности и взаимосвязи, так и требованию независимой оценки каждого доказательства в отдельности. Ни ст. 197 действующего ГПК РСФСР, ни ч. 2 ст. 127 АПК РФ не содержат подобных требований, лишь указывая на необходимость приведения доводов, по которым суд отвергает (отклоняет) те или иные доказательства.
154 Глава 3. Факторы, влияющие на предмет доказывания
конечно долго и т. д. Далеко не всегда используются на практике нормы, обязывающие судью подготовить дело к судебному разбирательству в установленный срок и в полном объеме со сбором необходимого доказательственного материала1.
В соответствии с действующими процессуальными нормами судья единолично решает вопрос о принятии искового заявления (ст. 129 ГПК РСФСР и ст. 106 АПК РФ). Этот момент для граждан нередко обставлен различного рода рогатками (очередь, болезнь судьи, отсутствие четкой регламентации передачи документов, фиксации момента поступления заявления в суд). Нормы Гражданского процессуального кодекса не предусматривают вынесения судьей обязательного определения о принятии искового заявления и вручения копии соответствующего документа на руки заявителю. А ч. 3 ст. 106 АПК РФ оставляет ведомственную "лазейку", допуская изложение определения о принятии искового заявления в определении о подготовке дела к разбирательству в заседании (понятие вынесения определения о подготовке дела к судебному разбирательству здесь вообще отсутствует), т. е. в более поздний срок.
Не устраняется нечеткость в указанной части и в новом проекте Гражданского процессуального кодекса.
1 См.: Яркое В. В. Юридические факты в механизме реализации норм гражданского процессуального права. С. 51. Весьма спорно утверждение В. Ф. Глазырина (см.: Глазы-рин В. Ф. Обязанность доказывания в арбитражном процессе Российской Федерации '// Вестник ВАС РФ. 1999. № 3. С. 78) о том, что суд может и не установить истины, несмотря на соблюдение всех процессуальных норм, когда "в результате умысла, халатности или отсутствия специалистов в документах искажается характер отношений между субъектами". И, будучи допустимым в теоретическом плане, совершенно практически неприемлем тезис, что "сама возможность вынесения судебного акта не зависит от объема и качества представленных доказательств". Указанное способно оправдать любую бездеятельность суда.
§ 1. Влияние субъективного фактора на убеждение судей 155
В соответствии со ст. 135 суд обязан в пятидневный срок "с момента поступления заявления в суд" рассмотреть вопрос о его принятии к производству суда. О принятии заявления судья выносит определение. На наш взгляд, следует конкретно оговорить, что подаваемые заявления регистрируются канцелярией суда с соблюдением всех необходимых формальностей и уведомлений.
Известно, что срок на обжалование решения суда первой инстанции, как и качество обоснования подаваемых жалоб, находится в определенной зависимости от действий судей и канцелярии суда, что отмечалось и в дореволюционной процессуалистике. Несвоевременное изготовление решения легко может повлечь за собой пропуск апелляционного срока, который в этом случае должен быть восстановлен1. А на практике эти сроки сокращаются из-за неквалифицированного изготовления протоколов судебных заседаний, не вовремя изготовленных, выданных или высланных копий решения суда, других действий. Фактом является и то, что из-за тех или иных недостатков протокола судебного заседания стороны в некоторых случаях лишаются определенных законных оснований для принесения жалоб2.

<< Пред. стр.

стр. 5
(общее количество: 7)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>