<< Пред. стр.

стр. 3
(общее количество: 17)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>

обнаруживается неопределенность правоотношения, неизвестно
существование той юридической связи, которая проявляется в на-
личности и в возможности возникновения прав и обязанностей У
субъектов правоотношения50.

На возможность рассмотрения судом споров о праве не только
в связи с правонарушением, но и при неопределенности правоот-
ношения, указывает сам закон. Согласно ст. 4 ГПК МССР всякое
заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законом,

обратиться в суд за защитой нарушенного или оспариваемого пра-
ва или охраняемого законом интереса. Поэтому вряд ли можно
согласиться с теми авторами, которые связывают понятие спора о
праве лишь с нарушением субъективного права. Когда нет нару-
шения права, отмечает П. Ф. Елисейкин, нет и спора о праве
гражданском51. Потребность в судебной защите возникает и в тех
случаях, когда право находится в неопределенном состоянии.

По широкому распространенному в литературе мнению, в слу-
чае нарушения права истец требует его восстановления, притяза-
ния истца к ответчику сопровождаются требованием о присужде-
нии последнего к совершению каких-либо действий или воздержа-
нию от таковых. То есть при нарушении права предъявляются
иски о присуждении (исполнительные). По спорам же об устра-
нении неопределенности во взаимоотношениях сторон предъявля-
ются иски о признании. По искам о признании истец не требует
принятия каких-либо принудительных мер в отношении ответчика.
поскольку у него нет материально-правовых требований к ответ-
чику. Истец может требовать только подтверждения того, что та-
кое право бесспорно принадлежит ему и ответчик не вправе пред-
принимать никаких действий, которыми могло бы быть нарушено
право истца52.

В понятие спора о праве не следует включать также наличие
специального органа, компетентного разрешать соответствующие
споры, участие сторон в процессе, состязательность в разбиратель-
стве спора53, так как эти признаки характеризуют процессуальную
форму защиты права, а не понятие спора о праве.

Обращение к компетентному органу за разрешением спора яв-
ляется процессуальным действием, однако процесс ничего не при-
бавляет к рассматриваемому спорному материальному правоотно-
шению. Он только дает ему оценку с точки зрения норм матери-
ального права, то есть устанавливает наличие (или отсутствие)
взаимных прав и обязанностей у спорящих сторон.

Взгляд на правовой спор как допроцессуальное явление выска-
зан в болгарскои гражданско-процессуальной литературе. Так, вид-
ный процессуалист профессор Живко Сталев пишет, что правовой
спор есть извне процессуальное и предпроцессуальное состояние
материального отношения, которое может дать повод для возник-
новения между сторонами и судом процессуального правоотноше-
ния, направленного на разрешение спора54.

Юридическому понятию <спора о праве> не следует придавать
узкое значение, сводящееся к ситуации, когда один что-либо ут-
верждает, а другой отрицает, то есть когда стороны находятся в
словесном (устном или письменном) состязании, отстаивая свою
правоту, свои доводы по поводу осуществления прав и исполнения
обязанностеи. Ответчик может не отрицать требований истца, но,
несмотря на это, не исполнять своих обязанностей, тем самым
препятствовать истцу в реализации его права. В таких случаях
также возникает необходимость обращения в суд для принудитель-
ного осуществления права. Тот, кто не исполняет своей обязан-
ности, тем самым вступает в спор против права, хотя бы на сло-
вах и не отрицал своей обязанности или даже признавал ее55.

Если бы наличие спора о праве признавалось лишь при явно
выраженной форме отказа со стороны ответчика удовлетворить
требования истца, то истец был бы нередко затруднен необходи-
мостью поставить ответчика в положение, которое свидетельство-
вало бы о наличии спора, поскольку ответчик старался бы избе-
жать установления спора. Поэтому спор о праве необязательно
предполагает наличие разногласий сторон по поводу осуществле-
ния прав и исполнения обязанностей. Спорность права выражает-
ся в невозможности его осуществления управомоченным лицом, а
не в тех или иных объяснениях обязанного лица по поводу заяв-
ленного требования. Еще В. Н. Гордон отмечал, что нет необходи-
мости понимать спор о праве в смысле протеста одного против
осуществления прав со стороны другого. Достаточно понимать
здесь лишь вопрос о праве, но, разумеется, таком, решение кото-
рого представляет для данного лица юридический интерес, то есть
укрепляет его правовую позицию56.

В некоторых случаях осуществление заинтересованным лицом
субъективного права зависит не только от обязанной стороны в
правоотношении. Правовые нормы могут устанавливать известную
преграду в осуществлении заинтересованным лицом тех или иных
прав до их выявления и определения судом57. Так, помеха в реа-
лизации права в виде необходимости получения судебного реше-
ния требуется по делам о признании брака недействительным, о
признании усыновления недействительным и отмене усыновления,
о расторжении брака при наличии несовершеннолетних детей и др.
(ст. 15, 24, 14 Основ законодательства Союза ССР и союзных рес-
публик о браке и семье, ст. 43, 116, 36, ч. IV ст. 38 КоБС МССР).
Устанавливая в подобных случаях помеху в осуществлении прав
до получения судебного решения, закон преследует цель контроля
со стороны государства за законностью осуществления прав заин-
тересованными лицами58.

Все сказанное свидетельствует о том, что гражданско-процессу-
альный закон (ст. 4 Основ гражданского судопроизводства, ст. 26
ГПК МССР), указывая на подведомственность суду дел по спо-
рам, возникающим из гражданских, семейных, трудовых и колхоз-
ных правоотношений, под спором о праве имеет в виду как раз-
ногласия сторон по поводу взаимных прав и обязанностей, так и
те случаи, когда пререканий между сторонами нет, но одпа из
них уклоняется от исполнения лежащей на ней обязанности, а
также ситуации, когда для осуществления права требуется под-
тверждение его решением суда.

Можно согласиться с В. Н. Щегловым, что СУДЫ должны быть
освобождены от рассмотрения фактически бесспорных гражданских
Дел и законодательные акты последних лет имеют такую тенден-
цию59. Однако действующим законодательством к компетенции
оуда пока отнесено разрешение некоторых категории исковых дел,
в которых стороны могут и не спорить между собой о взаимных

правах и обязанностях. Изъятие из судов фактически бесспорных
дел и передача их на разрешение другим юрисдикционным орга-
нам освободили бы суды от выполнения не свойственной им функ-
ции и обеспечили возможность более качественного рассмотрения

действительно спорных дел60.

В порядке гражданского судопроизводства рассматриваются и
некоторые дела, возникающие из административно-правовых отно-
шений, и дела особого производства. Дела, возникающие из адми-
нистративно-правовых отношений, хотя и носят спорный характер,
как и исковые дела, выделены, однако, в самостоятельный вид
судопроизводства, поскольку характер спора здесь иной, чем в
исковом производстве. Административно-правовые споры возника-
ют в сфере управленческих отношений, для которых характерным
является властно-подчиненный характер отношений. Особый ха-
рактер административно-правовых отношений обусловливает не-
обходимость выделения споров, вытекающих из этих отношений, в
самостоятельный вид их производства. В ГПК союзных республик
дела, возникающие из административно-правовых отношений, вы-
делены в отдельный вид судопроизводства (гл. 22-25 ГПК

МССР)61.

В судебной практике дела, возникающие из административно-
правовых отношений, занимают пока незначительный объем -
около 2% всей массы гражданских дел. Это некоторые категории
дел .с участием граждан и органов управления. Однако с вве-
дением в действие с 1 января 1988 г. закона <О порядке обжало-
вания в суд неправомерных действий должностных лиц, ущемля-
ющих права граждан> от 30 июня 1987 г.62 можно будет ожидать
увеличения в судах количества дел, возникающих из администра-
тивно-правовых отношений63. Отнесение таких дел к компетенции
суда дает определенные преимущества для граждан, поскольку в
гражданском процессе стороны пользуются равными правами и
несут одинаковые обязанности, их гарантии равны независимо от
положения в материальных правоотношениях, спор по поводу ко-
торых разрешает суд64.

В отличие от подведомственности суду дел искового производ-
ства, которая определяется общими признаками (наличие спора о
праве, характер спорных отношений, субъектный состав спорящих
сторон, отсутствие специального закона, устанавливающего изъя-
тия из общего правила подведомственности), подведомственность
СУДУ Дел, возникающих из административно-правовых отношений,
устанавливается в виде закрепления в законе исчерпывающего
перечня этих дел (ст. 230 ГПК МССР, ст. 209 Кодекса Молдав-
ской ССР об административных правонарушениях и другие зако-
нодательные акты). То есть тот или иной спор, вытекающий из
административно-правовых отношений, подлежит рассмотрению в
суде, если на это имеется специальное указание закона65.

Однако с принятием закона <О порядке обжалования в суд не-
правомерных действий должностных лиц, ущемляющих права
граждан> подведомственность суду дел этой категории будет опре-



деляться общими признаками, характерными для управленческих
отношений. Так, в силу ст. 1 и 3 названного Закона граждане
вправе обжаловать в суд любые действия должностных лиц, со-
вершенные с нарушением закона, превышением полномочий,
ущемляющие права граждан, предоставленные им законом или
другим нормативным актом, либо незаконно возлагающие на него
какую-либо обязанность.

В порядке гражданского судопроизводства рассматриваются и
некоторые категории дел особого производства. Эти дела в послед-
ние годы занимают около 6% всех гражданских дел, рассматри-
ваемых судами. По своей отраслевой принадлежности дела особого
производства относятся к гражданским, семейным, трудовым, ад-
министративным и другим отраслям права. Несмотря на весьма
разнообразный характер дел особого производства, общим для них
является то, что при их рассмотрении суд не разрешает спора о
праве. В этом порядке устанавливаются имеющие юридическое
значение факты, правомерность действий других органов, право-
мочных устанавливать и удостоверять определенные действия и
события, восстанавливаются права на утраченные документы и т. д.
Но в особом производстве суд не касается правовых последствий,
вытекающих из юридически значимых фактов, а лишь подтверж-
дает факты, с которыми связана реализация субъективного пра-
ва66.

Подведомственность суду дел особого производства определя-
ется в соответствии с перечнем, закрепленным в законе (ст. 244
ГПК МССР), за исключением дел по установлению фактов, имею-
щих юридическое значение, где дается лишь примерный их пере-
чень (ст. 246 ГПК МССР)67.

В нашем исследовании мы коснемся лишь проблемы защиты
прав и законных интересов в порядке искового производства, то
есть защиты прав и интересов по спорам, вытекающим из граж-
данских. семейных, трудовых и колхозных правоотношений.

3. Субъективные гражданские права
и охраняемые законом интересы как объекты судебной защиты

В теории советского права признано, что социальные интересы,
будучи опосредованными правом, приобретают качество юридичес-
ки значимых интересов и выступают либо в форме субъективных
прав и юридических обязанностей, либо в форме охраняемых зако-
ном интересов. Возникает вопрос: может ли заинтересованное ли-
Цо обратиться в суд за защитой своего права или в равной мере
и за защитой законного интереса? На данный вопрос следует дать
положительный ответ. Согласно ст. 5 Основ гражданского судо-
производства, ст. 4 ГПК МССР всякое заинтересованное лицо
вправе в порядке, установленном законом, обратиться в суд за
защитой нарушенного или оспариваемого права или охраняемого
законом интереса68. В этих нормах прямо подчеркивается, что
граждане и организации вправе требовать судебной защиты как

прав, так и охраняемых законом интересов, то есть субъективные
материальные права и охраняемые законом интересы выступают в
качестве самостоятельных объектов судебной защиты. В чем за-
ключается различие понятий <право> и <охраняемый законом ин-
терес?>

По поводу правовой категории субъективного права в юриди-
ческой науке сложилось в определенной мере общепризнанное
суждение. Субъективное право рассматривается в качестве обеспе-
ченной законом меры возможного поведения, охватывающей как
возможность поведения самого управомоченного, так и возмож-
ность требовать соответствующего поведения от обязанных лиц в
целях удовлетворения признаваемого законом интереса69. То есть
субъективное право включает в себя правомочие на собственные
положительные действия и правомочие требовать от других лиц
воздерживания от действий известного рода либо, напротив, на их
совершение. Поэтому в тех случаях, когда допускаются отклоне-
ния от установленных законом мер возможного или обязанного
поведения, возникает необходимость приведения действий соответ-
ствующих лиц согласно предписаниям закона. Заинтересованные
лица в целях удовлетворения признаваемого законом субъектив-
ного права вправе прибегнуть, в установленном порядке, к судеб-
ной или иной форме его защиты.

Но если достигнуто согласие в том, что субъективное право -
это мера дозволенного поведения управомоченного лица, обеспе-
ченная юридическими обязанностями других, то дискуссионным
является вопрос о возможности возникновения у конкретного лица
субъективного права непосредственно из закона, вне правоотноше-
ния, а также относительно того, является ли право на защиту
одним из правомочий субъективного материального права пли же
по отношению к нему выступает самостоятельным правом.

По мнению одних авторов, субъективные права возникают
вследствие вступления субъекта права в правоотношение (и на-
ступления определенных юридических фактов, указанных в зако-
не), когда управомоченному лицу корреспондируют обязанности
других субъектов. Сторонники этого взгляда утверждают, что нет
субъективного права как юридического явления, если оно не пра-
во по отношению к кому-либо, то есть если оно так или иначе не
связано с обязанностями других лиц. Субъективное право и юри-
дическая обязанность вне социальных связей (вне правоотноше-
ний) - это фикция, <социальный нуль>70.

Другие же ученые признают возможность возникновения у
лица субъективного права вне правоотношения и наступления
определенных юридических фактов, а непосредственно из норм
объективного права, и прежде всего из норм советских конститу-
ций71. Обычно к такого рода субъективным правам относят права,
образующие так называемый правовой статус личности (право на
труд, право на охрану здоровья, право на жилище и т. д.). При-
знавая за подобными правами личности качество субъективного
права, авторы, придерживающиеся этого взгляда, вынуждены все


же подчеркнуть, что в процессе реализации таких прав между его
обладателем и другими лицами и органами могут возникать пра-
воотношения. В этих случаях подобные права входят в состав пра-
воотношения в качестве его элемента72.

Иные авторы, чтобы показать действенность позиции, согласно
которой субъективные права возникают непосредственно из норм
объективного права, конструируют стадии проявления этого пра-
ва - стадию обладания субъективным правом и стадию пользова-
ния (непосредственной реализации) субъективным правом. Ука-
зывают, что те субъективные права, которые вытекают непосред-
ственно из закона, для лица находятся лишь в стадии обладания.
Но обладание правом - это еще не всегда его реализация, пользо-
Бание им. Для реализации права, пользования им требуются опре-
деленные волевые поступки, связанные с использованием тех плп
иных благ, лежащих в основе этого права73. Но ведь для осуществ-
ления права в этих случаях волевым поступкам одного лица, как
правило, должны корреспондировать встречные действия других
лиц. Для реализации того же права на труд требуются не только
волевые действия поступающего на работу, но и администрации
предприятия, организации о приеме на работу. Иначе говоря, для
реализации права на труд необходимо вступить в конкретное тру-
довое правоотношение.

В теории права в последнее время наряду с конкретными пра-
воотношениями стали выделять и так называемые правоотношения
общего типа (общерегулятпвные), под которыми понимаются та-
кие правовые связи, которые основываются на общих правах и
обязанностях (в том числе общих дозволениях и запретах), субъ-
екты которых не имеют поименованной индивидуализации74.

Авторы, поддерживающие идею о наличии правоотношений об-
щего типа, обычно говорят, что правоотношения в государствен-
ном и административном праве отличаются по своему характеру
от тех, которые известны гражданскому праву. Это проявляется в
том, что один из их участников всегда какое-то время остается
неперсонпфицпров энным75. По существу, с правоотношениями об-
щего типа связываются те же конституционные права и обязан-
ности, которые составляют правовой статус личности. Разница
состоит лишь в том, что одни авторы признают их субъективными
правами, возникающими непосредственно из закона, а другие при-
дают им качество тех же прав. конструируя правоотношения об-
щего типа. Однако следует отметить, что судебный порядок ис-
пользуется лишь для защиты нарушенных пли оспоренных прав п
интересов, имеющих персональную направленность. Если права
или охраняемые законом интересы носят общий, неконкретпзиро-
ванный характер, то пх защита в судебном порядке исключается.

Вопрос о том. является ли право на защиту элементом (свой-
ством) субъективного материального права или же его следует
рассматривать в качестве самостоятельного, будет освещен в сле-
ДУЮщей главе при изложении вопроса о праве па обращение за
Хлебной защитой.

Но еще более сложной остается проблема судебной защиты
охраняемых законом интересов. В теории права ведется острая
полемика о понятии охраняемого законом интереса, об условиях
1г способах его защиты. Нет четкой ясности по этим вопросам и в
судебной практике. Успешное решение этой проблемы осложня-
ется и тем, что в законе не раскрывается понятие охраняемого
законом интереса, не указывается, при каких условиях и какими
способами производится его защита. Поэтому на охраняемом за-
коном интересе как объекте судебной защиты остановимся более
подробно.

Как уже подчеркивалось выше, в соответствии со ст. 5 Основ
гражданского судопроизводства, ст. 4 ГПК МССР граждане и ор-
ганизации вправе требовать судебной защиты как прав, так и ох-
раняемых законом интересов. Употребляемое в законе понятие <ох-
раняемые законом интересы> предполагает материально-правовые.
а не процессуальные интересы. Судебная защита охраняемых за-
коном интересов на практике чаще всего осуществляется одновре-
менно с защитой субъективного материального права. В некоторых
случаях охраняемые законом интересы выступают в качестве само-
стоятельного объекта судебной защиты. Несмотря на то. что субъ-
ективные права и охраняемые законом интересы являются само-
стоятельными правовыми категориями, эти понятия близки и в из-
вестной мере совпадают, поскольку момент интереса заложен как
г. субъективном праве, так и охраняемом законом интересе. Ведь
субъективные права предоставляются их субъектам для удовлет-
ворения интересов, а реализация субъективного права всегда свя-
зана с осуществлением соответствующего интереса76. Также можно
сказать, что с защитой субъективного права обеспечивается и за-
щита интереса, лежащего в основе субъективного права.

Исходя из тесной взаимосвязи интереса, воплощенного в субъ-
ективном праве и не имеющего такого опосредствования, Д. М. Че-
чот выделяет два самостоятельных понятия - юридический инте-
рес и охраняемый законом интерес. В понятие юридического инте-
реса Д. М. Чечот включает интересы как опосредствованные в су-
бъективных правах, так и не имеющие такого опосредствования.
Тогда как, по его мнению, охраняемый законом интерес - это ин-
терес, не воплощенный в субъективном праве, а фигурирующий в
качестве самостоятельного интереса и как таковой подлежащий за-
щите77.

Другие авторы говорят о понятии охраняемого законом интереса
в широком и узком смыслах. В широком смысле понимаются инте-
ресы, воплощенные в субъективных правах, а в узком - не имею-
щие такого воплощения78. Представляется, что в терминологичес-
ком отношении позиция Д. М. Чечота более предпочтительна, так
как основывается на действующем законодательстве.

Из смысла ст. 5 Основ гражданского судопроизводства, ст. 4
ГПК МССР вытекает, что под охраняемым законом интересом за-
конодатель имеет в виду те случаи, когда законные интересы граж-
дан и организаций не опосредуются с помощью субъективных прав.

а выступают самостоятельно в форме охраняемых законом интере-
сов и как таковые подлежат судебной защите. В этой связи вряд
ли можно согласиться с утверждением, что в зависимости от того,
какое решение выносит суд (удовлетворяет или отклоняет иск),
объектом защиты может быть как субъективное право, так и охра-
няемый законом интерес. Так, Г. Д. Васильева говорит, что, удов-
летворяя иск о признании договора займа, суд защищает субъек-
тивное право истца. Отклонение же такого иска означает защиту
интереса ответчика79.

Подобная трактовка охраняемых законом интересов не вытекает
из смысла и содержания ст. 5 Основ гражданского судопроизводст-
ва и ст. 4 ГПК МССР, а проблема судебной защиты охраняемых
законом интересов теряет научную и практическую ценность,
ибо при удовлетворении иска защищается право, а при его откло-
нении - интерес. Говоря о праве заинтересованного лица на обра-
щение за судебнои защитой, закон имеет в виду защиту матери-
альных субъективных прав и интересов. Но когда суд отклоняет

<< Пред. стр.

стр. 3
(общее количество: 17)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>