стр. 1
(общее количество: 14)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>


ПРАВОСУБЪЕКТНОСТЬ ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА

Материал подготовлен с использованием правовых актов
по состоянию на 1 июня 2004 года

КОЗЛОВА Н.В.

Козлова Наталия Владимировна - кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, вице-президент юридической фирмы ООО "Ем и Ко".

Рецензенты:

заведующий кафедрой гражданского права юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, доктор юридических наук, профессор Е.А. Суханов;
доцент кафедры гражданского права юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, кандидат юридических наук Е.В. Кулагина.

Научный редактор

доцент кафедры гражданского права юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, кандидат юридических наук В.С. Ем.

Посвящается 250-летию
Московского государственного университета
им. М.В. Ломоносова

ВВЕДЕНИЕ

Настоящая работа является продолжением исследования природы юридического лица как субъекта гражданского права, начатого в книге "Понятие и сущность юридического лица. Очерк истории и теории" <*>, где была показана история становления института юридического лица в римском, западноевропейском и российском праве, раскрывались современные тенденции развития системы юридических лиц, анализировались основные теоретические концепции о сущности юридического лица, разработанные российскими и зарубежными учеными.
--------------------------------
<*> См.: Козлова Н.В. Понятие и сущность юридического лица: Очерк истории и теории. М., 2003.

Многообразие теоретических построений, созданных правоведами для объяснения феномена юридического лица, и отсутствие окончательного научного вывода свидетельствуют о том, что поиски субстрата юридического лица - занятие достаточно бесперспективное. Ни теория фикции (олицетворения) во всех ее разновидностях, ни теория реального субъекта не дают удовлетворительного объяснения природы правосубъектности юридического лица. Никакое объединение людей, трудовой коллектив или имущество сами по себе не являются субъектами гражданского права. Участником гражданских правоотношений может быть только человек или общественное образование, которых объективное право наделяет свойством правосубъектности, способностью быть "лицом".
Сторонники фикционной теории относили утверждение фиктивности к свойству известной социальной организации быть правоспособным субъектом, желая выразить мысль, что правоспособность юридического лица не дана от природы, а базируется на норме права. Слабость теории фикции состояла в следующем: ее сторонники упускали из виду, что и правоспособность человека основана на норме права и в этом смысле столь же фиктивна, как и правоспособность юридических лиц. Учение о реальности юридического лица возникло из полемики против теории фикции, которой был противопоставлен тезис о реальности юридических лиц, отнесенный не к их правоспособности, что было спорно, а к субстрату юридических лиц, в реальности которого никто не сомневался. В действительности способность живого человека или социальной организации быть субъектом права не вытекает из их реальности, поскольку одинаковые социальные организации в разных правопорядках могут признаваться или не признаваться юридическими лицами. Реальность социального субстрата еще не предрешает его юридической личности, которая целиком зависит от позитивного права <*>.
--------------------------------
<*> См.: Вольф В.Ю. Основы учения о товариществах и акционерных обществах. М., 1927. С. 16 - 17.

Юридическое лицо надлежит определить как искусственный субъект права, который в соответствии с законом создается другими субъектами (учредителями) для определенных целей и может иметь права и обязанности, применимые к его природе.
Конструкция юридического лица установлена ради людей и предназначена служить их интересам. Вместе с тем права юридического лица принадлежат ему самому, а не физическим лицам, являющимся его учредителями (участниками) либо составляющим его органы. Основной задачей института юридического лица является создание субъекта прав и обязанностей, существующего и действующего независимо от смены его людского субстрата. В этом смысле юридическое лицо есть реальный субъект гражданского права, самостоятельный носитель прав и обязанностей. Никто не стоит за юридическим лицом, как никто не стоит за правоспособным и дееспособным гражданином. Имущество юридического лица принадлежит самому юридическому лицу.
Некорректно говорить о юридическом лице как о чем-то фиктивном, равно как использовать фикцию в качестве научного приема для объяснения его сущности. Объективное право лишь устанавливает по отношению к юридическим лицам такой правовой режим, который отвечает их искусственной природе. С позиций цивилистической теории здесь имеет место аналогия, т.е. использование сходных норм и правил для определения правового статуса разных субъектов - физических и юридических лиц.
Юридическое лицо само есть истинная волеспособная и дееспособная личность, признаваемая в качестве таковой законом. Вступая в правоотношения в качестве самостоятельного субъекта, юридическое лицо реализует свою правосубъектность, выражая собственную волю, приобретает и осуществляет вещные, корпоративные и другие права и обязанности, несет самостоятельную имущественную ответственность за собственные действия.
В силу искусственной природы юридического лица его правовой статус отличается от статуса лица физического. Юридическое лицо может участвовать в правоотношениях только посредством физических лиц, которые рассматриваются объективным правом либо как органы юридического лица, действующие от его имени в пределах установленной компетенции, либо как его законные или добровольные представители.
Данная работа посвящена исследованию статуса юридического лица по российскому гражданскому праву, анализу специфики его искусственной правосубъектности, раскрытию гражданско-правового механизма ее возникновения, способов и форм ее реализации в свете достижений современной цивилистической науки.
Автор выражает глубокую благодарность научному редактору настоящей книги - кандидату юридических наук, доценту кафедры гражданского права юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова Владимиру Саурсеевичу Ему, а также рецензентам - кандидату юридических наук, доценту кафедры гражданского права юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова Елене Виссарионовне Кулагиной и доктору юридических наук, профессору, заведующему кафедрой гражданского права юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова Евгению Алексеевичу Суханову за ценные критические замечания и советы, высказанные в процессе подготовки данной работы.
Автор сердечно благодарит Аллу Яковлевну Козлову, а также Татьяну Евгеньевну Комарову за неоценимую техническую помощь при написании данной книги.
Настоящая работа выполнена при информационной поддержке компании "КонсультантПлюс".

1 июня 2004 г.

Глава I. ПРЕДЕЛЫ ПРАВОСУБЪЕКТНОСТИ
ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА

§ 1. Элементы правосубъектности юридического лица

Понятие и содержание категории "правосубъектность". Правосубъектность есть категория, которая прочно установилась в цивилистической теории, хотя законодательство не использует этот термин. В российской науке категория правосубъектности глубоко и всесторонне разрабатывалась в основном применительно к гражданам <*>, тогда как сущность гражданской правосубъектности юридического лица редко становилась предметом самостоятельного исследования <**>. Обычно правосубъектность юридического лица рассматривалась в свете общего вопроса о природе юридического лица как субъекта права либо в процессе изучения правового положения отдельных видов юридических лиц <***>. Причем даже в отношении самого понятия "правосубъектность" и его содержания во взглядах ученых нет единства мнений. Поэтому надлежит уточнить некоторые понятия и термины, связанные с категорией правосубъектности.
--------------------------------
<*> См.: Матузов Н.И. Субъективные права граждан СССР. Саратов, 1966; Воеводин Л.Д. Конституционные права и обязанности советских граждан. М., 1972; Веберс Я.Р. Правосубъектность граждан в советском гражданском и семейном праве. Рига, 1976; и др.
<**> См.: Братусь С.Н. Субъекты гражданского права. М., 1950; Рахмилович В.А. Хозяйственная правосубъектность и юридическое лицо // Правоведение. 1977. N 2; Дубовицкая Е.А. Правоспособность юридических лиц по праву Европейских сообществ (практика Европейского суда) // Вестник ВАС РФ. 2000. N 12. С. 99 - 108; Слугин А.А. Гражданская правосубъектность юридических лиц. Дис... канд. юрид. наук. Краснодар, 2003; и др.
<***> См.: Венедиктов А.В. Правовая природа государственных предприятий. Л., 1928; Братусь С.Н. Юридические лица в советском гражданском праве. М., 1947; Грибанов В.П. Юридические лица. М., 1961; Витрянский В.В. Правовое положение государственных и муниципальных предприятий // Журнал российского права. 1998. N 10, 11; Иоффе О.С. Гражданское право. Избранные труды. М., 2000. С. 293 - 329; Кулагин М.И. Избранные труды. М., 1997. С. 132 - 134, 232 - 233; Суханов Е.А. Правовые формы предпринимательства. М., 1993; Сыродоева О.Н. Акционерное право США и России: сравнительный анализ. М., 1996; Грешников И.П. Субъекты гражданского права. СПб., 2002; и др.

Большинство ученых полагают, что в качестве обобщающего понятие "правосубъектность" базируется на категориях "правоспособность" и "дееспособность" <*>.
--------------------------------
<*> См.: Венедиктов А.В. Государственная социалистическая собственность. М., 1948. С. 615; Иоффе О.С. Спорные вопросы учения о правоотношении // Очерки по гражданскому праву. Л., 1957. С. 55 - 56; Красавчиков О.А. Социальное содержание правоспособности // Правоведение. 1960. N 1. С. 12 - 25; Он же. Юридические факты в советском гражданском праве. М., 1958. С. 37; Он же. Гражданское правоотношение - юридическая форма общественного отношения // Гражданские правоотношения и их структурные особенности: Сб. ученых трудов. Вып. 39. С. 5 - 22; Яковлев В.Ф. Структура гражданских правоотношений // Гражданские правоотношения и их структурные особенности. Сб. ученых трудов. Вып. 39. Свердловск, 1975. С. 23 - 33; Алексеев С.С. Общая теория права. Т. 2. М., 1982. С. 141; Гражданское право: Учебник / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. 6-е изд., перераб. и доп. Т. 1. М., 2002. С. 108 - 114 (автор главы - М.В. Кротов); Гражданское право: Учебник / Отв. ред. Е.А. Суханов. Т. 1. М., 1998. С. 114 - 116 (автор главы - С.М. Корнеев); и др.

По мнению Я.Р. Веберса, правоспособность и дееспособность являются основой правообладания, возникновения и существования правосубъектности в любом правоотношении. Однако во многих правоотношениях лицу достаточно обладать только правоспособностью, если отсутствующую дееспособность можно восполнить <*>.
--------------------------------
<*> См.: Веберс Я.Р. Правосубъектность граждан в советском гражданском и семейном праве. С. 24.

Ряд ученых полагают, что для признания лица субъектом гражданского права достаточно наделения его гражданской правоспособностью <*>.
--------------------------------
<*> См.: Александров Н.Г. Законность и правоотношения в советском обществе. М., 1955. С. 138; Кечекьян С.Ф. Правоотношения в социалистическом обществе. М., 1958. С. 84 - 85; Мицкевич А.В. Субъекты советского права. М., 1962. С. 5; Братусь С.Н. Субъекты гражданского права. С. 6; Толстой Ю.К. К теории правоотношения. Л., 1959. С. 9 - 11; Чечот Д.М. Субъективное право и формы его защиты. Л., 1968. С. 11; и др.

Вместе с тем, как справедливо замечает О.А. Красавчиков, правоспособность выступает в виде общей основы, определяющей характер и объем прав, которые могут находиться в обладании данного субъекта, однако юридическое понятие правосубъектности складывается из двух основных элементов: правоспособности и дееспособности <*>.
--------------------------------
<*> См.: Красавчиков О.А. Юридические факты в советском гражданском праве. С. 37 - 39.

Высказано мнение, что правосубъектность личности есть единство ее правоспособности и дееспособности <*>, ее "праводееспособность" <**>.
--------------------------------
<*> См.: Витрук Н.В. Основы теории правового положения личности в социалистическом обществе. М., 1979. С. 89.
<**> См.: Алексеев С.С. Общая теория права. Т. 2. С. 139.

Я.Р. Веберс замечает, что помимо наличия правоспособности и дееспособности в ряде случаев закон предусматривает специальные требования к субъектам права. Правосубъектность выражает признание лица в качестве субъекта правоотношений вообще, а также квалификацию его в качестве субъекта или возможного субъекта конкретных субъективных прав и обязанностей. Иными словами, она обозначает субъектный состав в правовых институтах и возможность быть субъектом как права вообще, так и конкретных субъективных прав и обязанностей <*>.
--------------------------------
<*> См.: Веберс Я.Р. Правосубъектность граждан в советском гражданском и семейном праве. С. 24 - 26.

Большинство цивилистов считают, что по своей природе как гражданская правоспособность, так и дееспособность есть самостоятельные субъективные права, содержанием которых является юридическая возможность иметь любые допускаемые законом права и обязанности, а также способность собственными действиями приобретать и осуществлять эти права. Правоспособность как субъективное право нельзя смешивать с конкретными субъективными правами, возникшими в результате ее реализации, в соответствии с законом и на основании конкретных юридических фактов <*>. Эти конкретные субъективные права именуют правомочиями <**>.
--------------------------------
<*> См.: Грибанов В.П. Основные проблемы осуществления и защиты гражданских прав. Автореф. дис... д-ра юрид. наук. М., 1970. С. 6; Веберс Я.Р. Правосубъектность граждан в советском гражданском и семейном праве. С. 39 - 67; Корнеев С.М. Граждане как участники гражданских правоотношений // Гражданское право: Учебник / Отв. ред. Е.А. Суханов. Т. 1. М., 1998. С. 116; и др.
<**> См.: Морандьер Л.-Ж. Гражданское право Франции. М., 1958. С. 52.

В связи с этим представляется спорным утверждение О.А. Красавчикова, что правоспособность является не правом, а именно способностью, возможностью обладать субъективными правами и обязанностями. Причем автор указывает, что правоспособность представляет собой суммарное выражение прав, носителем которых может быть субъект. В то же время следует согласиться с мнением ученого, что категория правоспособности, в частности, юридически определяет круг прав, которые могут быть в обладании данного субъекта. Отсутствие (ограничение) правоспособности означает невозможность приобретения прав вообще (частично). Отсутствие дееспособности влечет невозможность приобретения прав своими действиями <*>.
--------------------------------
<*> См.: Красавчиков О.А. Юридические факты в советском гражданском праве. С. 39 - 40, 42 - 43.

В этом смысле правосубъектность имеет не обобщающий, а индивидуализирующий характер. Правосубъектность понимается не как набор качеств, которыми должны обладать субъекты гражданского права в целом, а как признак, которым, согласно закону, наделяется отдельный субъект для признания его участником гражданских правоотношений <*>.
--------------------------------
<*> См.: Кротов М.В. Правоспособность и дееспособность граждан // Гражданское право: Учебник / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. Т. 1. М., 2002. С. 112.

По мнению некоторых ученых, содержание понятия "правосубъектность", или "правовой статус", составляют не только правоспособность и дееспособность, но также иные субъективные права и обязанности. Это комплексная категория, охватывающая все юридические элементы, закрепляющие отношения между государством и лицом в соответствии с его местом в обществе <*>.
--------------------------------
<*> См.: Мицкевич А.В. Субъекты советского права. С. 12, 30, 59; Воеводин Л.Д. Конституционные проблемы правового положения советских граждан: Автореф. дис... д-ра юрид. наук. М., 1973. С. 12; Веберс Я.Р. Правосубъектность граждан в советском гражданском и семейном праве. С. 37; и др.

Современная цивилистическая наука определяет правосубъектность как социально-правовую возможность лица быть участником гражданских правоотношений. Как справедливо указывает В.С. Ем, по своей сути правосубъектность представляет собой право общего типа, обеспеченное государством материальными и юридическими гарантиями. Наделение субъекта правосубъектностью есть следствие существования длящейся связи субъекта и государства. Именно в силу наличия такой связи на всякое правосубъектное лицо возлагаются обязанности принципиального характера: соблюдать законы и нравственные нормы, осуществлять субъективные гражданские права в соответствии с их социальным назначением. Данные обязанности корреспондируют правосубъектности как субъективному праву общего типа. Правоспособность и дееспособность являются предпосылками и составными частями гражданской правосубъектности лица. Правоспособность есть способность субъекта иметь гражданские права и обязанности. Дееспособность - это способность субъекта своими действиями приобретать для себя права и создавать для себя обязанности. Кроме того, дееспособность охватывает и деликтоспособность субъекта, т.е. способность самостоятельно нести ответственность за совершенные гражданские правонарушения <*>.
--------------------------------
<*> См.: Ем В.С. Понятие, содержание и виды гражданских правоотношений // Гражданское право. Учебник. В 4 т. Т. 1 / Отв. ред. Е.А. Суханов. 3-е изд., перераб. и доп. М., 2004. С. 125 - 126.

Характер правосубъектности юридического лица. Многие правоведы отмечают, что общественное образование, наделенное статусом юридического лица, становится участником различных видов общественных связей. Поскольку юридическое лицо реально выступает субъектом разных отраслей права, его правосубъектность носит многоотраслевой характер <*>. Приобретая статус юридического лица, общественное образование становится носителем гражданской, административной, финансовой, трудовой и ряда других видов правосубъектностей, в совокупности создающих его правовой образ. В зависимости от целей и задач, выполняемых юридическим лицом, определяющее значение в его правовом статусе приобретает та или иная правосубъектность <**>.
--------------------------------
<*> См.: Венедиктов А.В. О субъектах социалистических правоотношений // Советское государство и право. 1955. N 6. С. 23.
<**> См.: Якушев В.С. Институт юридического лица в теории, законодательстве и на практике // Антология уральской цивилистики. 1925 - 1989: Сб. статей. М., 2001. С. 402.

Однако прежде всего правосубъектность юридического лица носит гражданско-правовой характер. Как подчеркивает Е.А. Суханов, юридическое лицо есть категория гражданского права, созданная для удовлетворения определенных реальных потребностей имущественного (гражданского) оборота <*>. Л. Грось также полагает, что правосубъектность юридического лица в областях трудового и финансового права носит производный характер. Юридическое лицо становится работодателем и налогоплательщиком в связи с деятельностью, направленной на достижение целей, установленных законом либо учредительными документами юридического лица. Определение круга юридических лиц, их учредителей есть предмет гражданского права <**>.
--------------------------------
<*> См.: Суханов Е.А. Юридические лица как участники гражданских правоотношений // Гражданское право: Учебник / Отв. ред. Е.А. Суханов. Т. 1. М., 1998. С. 171.
<**> См.: Грось Л. Участие публично-правовых образований в отношениях собственности: гражданско-правовые проблемы // Хозяйство и право. 2001. N 5. С. 33.

Действительно, юридическое лицо создается, действует и прекращается в соответствии с нормами гражданского права. Любое общественное образование становится участником административных, налоговых, трудовых и прочих отношений лишь постольку, поскольку оно признается субъектом гражданского права - юридическим лицом (гл. 4 ГК РФ). Поэтому возможность некой организации быть субъектом иных отношений производна от ее гражданской правосубъектности.
Принцип специальной правоспособности юридического лица. Будучи наделенным гражданской правосубъектностью, юридическое лицо обладает правоспособностью. Однако характер и содержание правоспособности юридического лица как искусственного субъекта права отличаются от правоспособности физического лица (гражданина).
Согласно п. 1 ст. 17 ГК РФ правоспособность гражданина есть способность "иметь гражданские права и нести обязанности", которая в равной мере признается за всеми гражданами. В цивилистике правоспособность гражданина - это принадлежащее каждому гражданину и неотъемлемое от него право, содержание которого заключается в способности (возможности) иметь любые допускаемые законом права и обязанности <*>.
--------------------------------
<*> См.: Корнеев С.М. Понятие правоспособности граждан (физических лиц) // Гражданское право: Учебник / Отв. ред. Е.А. Суханов. Т. 1. М., 1998. С. 115.

Между тем участие в правоотношениях юридических лиц имеет определенные пределы. Правоспособность юридических лиц предполагается целевой (специальной, ограниченной), допускающей их участие лишь в определенном, ограниченном круге гражданских правоотношений, ибо юридическое лицо по общему правилу может иметь только такие гражданские права, которые соответствуют определенным законом или учредительными документами целям его деятельности, и соответственно может нести лишь связанные с этой деятельностью обязанности <*>.
--------------------------------
<*> См.: Суханов Е.А. Юридические лица как участники гражданских правоотношений // Гражданское право: Учебник / Отв. ред. Е.А. Суханов. Т. 1. М., 1998. С. 189.

Принцип специальной правоспособности закреплен в п. 1 ст. 49 ГК РФ, согласно которому юридическое лицо может "иметь гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в его учредительных документах, и нести связанные с этой целью обязанности".
Исторические корни специальной правоспособности, или доктрины ultra vires ("сверх силы"), как ее именуют в зарубежных правопорядках, кроются в том, что на ранних этапах развития капитализма первые корпорации создавались в разрешительном порядке и тем не менее нередко использовались для различных махинаций <*>. Кроме того, ограничения в правах объясняются искусственной природой юридического лица.
--------------------------------
<*> См.: Каминка А.И. Акционерные компании. СПб., 1902. Т. 1. С. 221 - 225; Тарасов И.Т. Учение об акционерных компаниях. М., 2000. С. 89, 118 - 124; Козлова Н.В. Понятие и сущность юридического лица: Очерк истории и теории. М., 2003. С. 72 - 73.

Большинство российских и зарубежных правоведов XIX в. поддерживали установление определенных границ правоспособности юридического лица.
Всякая корпорация способна действовать, вызывая последствия только в пределах жизненной сферы, отведенной ей правопорядком, и должна иметь особую жизненную цель. Цели отдельных корпораций и их видов определяются законами и уставами корпораций <*>.
--------------------------------
<*> Gierke. Deutsches Privatrecht (Binding's Systematishes Handbuch der deutschen Rechtswissenschaft). 1895. B. I. S. 519; Gierke. Die Genossenschaftstheorie und die deutshe Rechtssprechung. 1887. S. 631 (цит. по: Пергамент М.Я. К вопросу о правоспособности юридического лица. СПб., 1909. С. 5 - 7).

Физические и юридические лица есть продукты объективного права, но задачи творчества у них разные. Если живому человеку нужна широкая правоспособность, поскольку своей единичной волей он может ставить себе различные цели и переходить от одной к другой, то юридическое лицо создается волей нескольких лиц, поставивших себе определенную цель. В корпорации меньшинство может быть увлечено большинством далеко за пределы цели, ради которой они предоставили в общее распоряжение свои средства. В учреждении нарушение воли учредителя, даже умершего, также привело бы к пренебрежению целью, ради которой осуществлялось пожертвование <*>.
--------------------------------
<*> См.: Шершеневич Г.Ф. Курс гражданского права. Тула, 2001. С. 123 - 124.

Правоспособность юридического лица всегда носит специальный характер, т.е. юридическое лицо правоспособно лишь в пределах той цели, для достижения которой оно установлено. Юридическое лицо должно иметь специальную правоспособность, дабы не господствовать над человеком. Это особенно опасно для учреждений, так как в союзах, созданных людьми, они могут господствовать над целью и даже прекращать существование юридического лица, тогда как в учреждениях цель господствует над людьми, и они не могут ее изменять <*>.
--------------------------------
<*> См.: Синайский В.И. Русское гражданское право. М., 2002. С. 119 - 121.

Аналогичная позиция поддерживалась судебной практикой. Как указал в 1882 г. Правительствующий Сенат, в сфере правовых отношений положение юридического лица как субъекта права отличается от положения лица физического только тем, что деятельность юридического лица ограничивается задачами, которые имелись в виду при его учреждении, а также прямо выраженными изъятиями из общих законов <*>.
--------------------------------
<*> См.: Пергамент М.Я. К вопросу о правоспособности юридического лица. С. 20.

Специальная правоспособность государственных предприятий была установлена ст. 18 ГК РСФСР 1922 г. и Декретом от 2 января 1923 г. <*>
--------------------------------
<*> СУ РСФСР. 1923. N 14. Ст. 175.

Принцип специальной правоспособности юридического лица был жестко сформулирован в ст. 26 ГК РСФСР 1964 г. Сделки, совершенные юридическим лицом в противоречии с целями, указанными в его уставе, положении о нем или в общем положении об организациях данного вида, признавались недействительными, как не соответствующие требованиям закона (ст. 50 ГК РСФСР). Правовая наука квалифицировала такие сделки как ничтожные, поскольку к ним применялись правила, установленные ст. ст. 48, 49 ГК РСФСР 1964 г.
Юридическое лицо как субъект права есть социальная реальность, необходимый продукт развития общества. Однако жизнь общества и само право немыслимы вне волевой деятельности. Цель, ради которой объединяется группа людей, или поставленная перед ними государством, является общественно необходимой и обособляется от других целей. Будучи объективно обусловлена и воспринята сознанием людей, эта цель становится фактором, определяющим их деятельность, поскольку ее достижение требует волевых усилий. Поэтому не только воля данной группы людей или отдельного человека определяет цель юридического лица, но и сама существующая цель определяет, направляет деятельность этой воли <*>.
--------------------------------
<*> См.: Братусь С.Н. Юридические лица в советском гражданском праве. С. 51 - 52.

Современный российский законодатель смягчил правила о специальном характере правоспособности для многих видов юридических лиц. Согласно ч. 2 п. 1 ст. 49 ГК РФ коммерческие юридические лица, за исключением унитарных предприятий и иных видов организаций, предусмотренных законом, могут иметь гражданские права и нести гражданские обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных законом, т.е. наделены общей (универсальной) правоспособностью, что дает им возможность участвовать в любых гражданских правоотношениях.
Тенденция к отказу от принципа специальной правоспособности (доктрины ultra vires), особенно в отношении коммерческих юридических лиц, прослеживается во многих правопорядках.
В Швейцарском гражданском кодексе (ст. 51) прямо установлено, что юридическое лицо обладает неограниченной правоспособностью.
В Германии для изменения цели союза, образованного в разрешительном порядке, требуется согласие всех членов союза, а также разрешение компетентного государственного органа (абз. 3 § 33 ГГУ). Однако правовая доктрина и судебная практика исходят из того, что предусмотренная уставом цель имеет значение лишь для внутренних отношений в союзе. Этот принцип был воспринят законодательством о торговых товариществах. Сделки, совершенные органом юридического лица с превышением полномочий, предусмотренных уставом или товарищеским договором, а также выходящие за рамки указанных в уставе целей, считаются действительными по отношению к третьим лицам.
В Англии юридические лица, созданные актами короны, всегда имели общую правоспособность, тогда как юридические лица, созданные общим или специальным актом парламента, имели права и обязанности, необходимые для достижения цели, указанной в уставе. Сделки, выходящие за пределы указанной в уставе цели, являются недействительными и могут быть оспорены в суде самим юридическим лицом либо его контрагентами. Законом о компаниях 1989 г. принцип ultra vires был отменен <*>.
--------------------------------
<*> См.: Кулагин М.И. Избранные труды. С. 132 - 134, 232; Зайцева В.В. Юридические лица // Гражданское и торговое право капиталистических государств / Отв. ред. Е.А. Васильев. М., 1993. С. 88 - 89.

В США законы большинства штатов прямо устанавливают принцип общей правоспособности корпораций. Требование об обязательном определении в уставе корпорации даже общих видов деятельности мешало развитию деловой активности, затрудняло реагирование на изменения конъюнктуры рынка и переливы капиталов в перспективные отрасли, ставило под сомнение законность многих операций, что не способствовало стабильности хозяйственных отношений. Даже если, согласно закону и уставу, правоспособность корпорации является специальной, сделки, совершенные с превышением полномочий, не являются ничтожными. В этом случае иск к корпорации о запрещении совершения определенных действий по исполнению сделки или решения, выходящих за рамки предоставленных корпорации правомочий, может предъявить акционер, если сделка (решение) еще не была исполнена, а третьи лица - участники сделки не знали о превышении полномочий. Корпорация или выступающее от ее имени и в ее интересах лицо также вправе предъявить иск к настоящим или бывшим ее управляющим о возмещении убытков, возникших в результате действий должностных лиц, совершенных с превышением полномочий. Если корпорация постоянно превышает предоставленные законом полномочия, прокурор может предъявить иск о ее ликвидации <*>.
--------------------------------
<*> См.: Сыродоева О.Н. Акционерное право США и России (сравнительный анализ). М., 1996. С. 30 - 34.

С точки зрения теории и практики приведенные правила целесообразны и могут быть заимствованы российским законодательством.
В современном российском праве принцип целевой (специальной) правоспособности сохраняется для некоммерческих юридических лиц, для государственных (муниципальных) унитарных и казенных предприятий, хотя они являются коммерческими организациями, а также для указанных в законе отдельных видов коммерческих юридических лиц.
По мнению ряда исследователей, в российском гражданском праве наряду с принципами общей и специальной правоспособности юридических лиц объективно присутствует принцип исключительной правоспособности юридических лиц, который означает, что разрешение осуществлять определенный вид деятельности одновременно является запрещением на осуществление иных видов предпринимательской деятельности <*>.
--------------------------------
<*> См.: Тосунян Г., Викулин А. Исключительная правоспособность банка // Хозяйство и право. 1999. N 5. С. 58 - 63.

С этим утверждением трудно согласиться, поскольку речь здесь идет об установленной законом специальной правоспособности отдельных видов юридических лиц. Допустим, кредитная организация, которая может создаваться только как хозяйственное общество, на основании лицензии, выдаваемой Центральным банком РФ (Банком России), имеет исключительное право осуществлять банковские операции, однако ей запрещается заниматься производственной, торговой и страховой деятельностью (ст. ст. 1, 5 Федерального закона "О банках и банковской деятельности" <*>).
--------------------------------
<*> См.: Федеральный закон от 2 декабря 1990 г. N 395-1 "О банках и банковской деятельности". Текст по состоянию на 1 февраля 2002 г. М., 2002.

Страховщиками могут выступать юридические лица любой организационно-правовой формы, предусмотренной законодательством РФ, созданные для осуществления страховой деятельности (страховые организации и общества взаимного страхования) и получившие в установленном порядке лицензию на осуществление страховой деятельности на территории РФ. Предметом непосредственной деятельности страховщиков не могут быть производственная, торгово-посредническая и банковская деятельность (ст. 6 Закона РФ от 27 ноября 1992 г. <*> "Об организации страхового дела в Российской Федерации").
--------------------------------
<*> В редакции Федеральных законов от 31 декабря 1997 г.; от 20 ноября 1999 г.; от 21 марта 2002 г.; от 25 апреля 2002 г. // СПС "КонсультантПлюс". ВерсияПроф.

Вероятно, установление специальной правоспособности для этих организаций, помимо общественно значимого характера их деятельности, вызвано необходимостью осуществления эффективного государственного контроля за целевым использованием значительных финансовых ресурсов, которые они аккумулируют в своих руках и которые принадлежат другим юридическим лицам и гражданам либо предназначаются для выплаты третьим лицам, в частности, по договорам страхования.
Сохранение специальной правоспособности для государственных (муниципальных) унитарных и казенных предприятий, являющихся коммерческими организациями, а также учреждений объясняется отсутствием у них права собственности на имущество, переданное им собственниками-учредителями, в качестве которых выступают соответствующие публично-правовые образования (п. 1 ст. 49, ст. ст. 295 - 297 ГК РФ; п. 1 ст. 3 Федерального закона от 11 октября 2002 г. "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" <*>).
--------------------------------
<*> СЗ РФ. 2002. N 48. Ст. 4746. Далее - Закон о государственных предприятиях.

Критерии разграничения общей и специальной правоспособности юридического лица. Определяя правовые основания общей и специальной правоспособности юридического лица, многие авторы упускают из виду, что содержание правоспособности составляет не фактическое обладание правами и обязанностями, а лишь способность к такому обладанию. Как известно, правоспособность есть лишь необходимое условие для правообладания, принадлежащая каждому субъекту права абстрактная возможность иметь любые признанные законом права и обязанности, необходимая предпосылка субъективного права <*>.
--------------------------------
<*> См.: Братусь С.Н. Субъекты гражданского права. С. 5.

По этой причине, на наш взгляд, является некорректным определение, что правоспособность юридического лица есть совокупность прав и обязанностей, которыми оно обладает и которые использует в соответствии с законом при осуществлении предпринимательской деятельности <*>.
--------------------------------
<*> См.: Мольков Ю.В. Гражданская правоспособность сельскохозяйственных коммерческих организаций // Реформирование сельскохозяйственных предприятий: правовые проблемы. М., 1996. С. 60.

Сходную ошибку содержит утверждение, что "приобретаемая после получения лицензии правоспособность является не специальной, а дополнительной", поскольку предприниматель дополняет свою общую правоспособность новыми для него возможностями <*>.
--------------------------------

КонсультантПлюс: примечание.
Вопросы, касающиеся правоспособности юридических лиц, рассмотрены также в статье К. Тотьева "Легитимация субъектов предпринимательской деятельности", включенной в информационный банк согласно публикации - "Законность", N 12, 2002.

<*> См.: Тотьев К. Лицензирование по новым правилам: необходимость и перспективы реформ // Хозяйство и право. 2001. N 12. С. 7.

Представляется небесспорной позиция В. Кудашкина, который пишет, что в процессе регулирования тех или иных правоотношений субъектов гражданского права, имеющих специальную правоспособность, следует определять юридическую природу их правоспособности и ее правовое основание, т.е. выяснять, регулируется ли она общедозволительным порядком в сфере действия общего дозволения или же разрешительным порядком в сфере действия общего запрета. Если отдельные виды деятельности, осуществление которых разрешается выдаваемой лицензией, не запрещены законом, то с получением лицензии на осуществление такой деятельности юридическое лицо в данной сфере легитимирует в установленном порядке уже имеющуюся правоспособность, то есть получает государственное подтверждение своего участия в хозяйственном обороте. В этом случае сделки, не соответствующие содержанию специальной правоспособности, установленной лицензией, могут быть признаны недействительными только судом (ст. 173 ГК РФ). Иная ситуация складывается в случае, когда закон запрещает любые юридические действия, кроме прямо разрешенных. Юридическую природу и содержание специальной правоспособности в этой сфере определяет установленный законом общий запрет на осуществление любых юридических действий. Здесь юридическое лицо не легитимирует свою правоспособность, как это происходит в сфере действия общего дозволения, а наделяется специальной правоспособностью на осуществление только тех действий, которые определены в установленном порядке рамками соответствующего разрешения. Поэтому сделки, противоречащие содержанию специальной правоспособности в сфере действия общего запрета, являются ничтожными вследствие несоответствия закону или иному нормативному правовому акту (ст. 168 ГК РФ). Следовательно, в сферах действия локальных и общих запретов правоспособность юридического лица может быть только специальной, тогда как в сферах действия общих дозволений правоспособность может быть только общей (универсальной) <*>.
--------------------------------

КонсультантПлюс: примечание.
Вопросы, касающиеся специальной правоспособности юридических лиц, рассмотрены также в статье В.В. Кудашкина "Правомочия субъектов предпринимательской деятельности при совершении сделок", включенной в информационный банк согласно публикации - "Журнал российского права", N 4, 2000, и в книге В.В. Кудашкина "Научно-практический комментарий к Федеральному закону "О военно-техническом сотрудничестве российской федерации с иностранными государствами" (постатейный), подготовленной для Системы КонсультантПлюс, 2002.

<*> См.: Кудашкин В. Юридическая природа правоспособности субъектов гражданского права в сферах общих дозволений и запретов // Хозяйство и право. 1999. N 9. С. 108.

В данных рассуждениях смешиваются разные правовые явления.
Во-первых, категория правоспособности трактуется автором не как юридически закрепленная способность (возможность) обладать гражданскими правами и обязанностями, а как совокупность субъективных прав, которыми оно персонально наделяется в определенной сфере деятельности. В. Кудашкин прямо пишет, что "правовым основанием специальной правоспособности в сфере общего запрета является... наделение правоспособностью вследствие отсутствия каких-либо прав на юридически значимые действия в данной сфере". В приведенном В. Кудашкиным примере предоставление акционерному обществу, обладающему общей правоспособностью, права осуществлять внешнеторговую деятельность в отношении производимых им боевых вертолетов есть наделение его не специальной правоспособностью, а конкретным субъективным правом, предоставленным персонально юридическому лицу на основании определенного юридического факта - распоряжения Правительства РФ от 19 февраля 1996 г. N 205-р <*>.
--------------------------------
<*> См.: Кудашкин В. Юридическая природа правоспособности субъектов гражданского права в сферах общих дозволений и запретов // Хозяйство и право. 1999. N 9. С. 110 - 111.

Во-вторых, понятие специальной правоспособности субъекта подменяется общим понятием законности сделки, которое предполагает соблюдение содержащихся в законе конкретных предписаний, касающихся не только субъекта сделки, но также ее объекта, формы, порядка совершения, условий и т.д. Правила, установленные действующим законодательством в отношении конкретных сделок с объектами, оборотоспособность которых ограниченна (п. 2 ст. 129 ГК РФ), касаются всех участников правоотношений, имеющих как общую, так и специальную правоспособность. Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (ст. 168 ГК РФ).
Как разъяснял М.М. Агарков, обладание полной гражданской правоспособностью означает возможность иметь любые основанные на законе права и обязанности, но не обозначает фактического обладания конкретными субъективными правами <*>.
--------------------------------
<*> См.: Агарков М.М. Обязательство по советскому гражданскому праву // Избранные труды по гражданскому праву. В 2 т. Т. I. М., 2002. С. 284 - 285.

Соглашаясь с К. Тотьевым <*>, А.А. Слугин предлагает именовать правоспособность, которую могут иметь коммерческие организации в соответствии с определенным законом исключительным видом деятельности, "исключительной правоспособностью". Правоспособность некоммерческих организаций, которые могут иметь гражданские права и обязанности только в соответствии с исключительным видом деятельности, определенным законом и некоммерческим характером цели, А.А. Слугин называет "специально-исключительной" правоспособностью. По мнению ученого, общая, специальная и исключительная правоспособность являются самостоятельными видами гражданской правоспособности юридического лица. В свою очередь исключительная правоспособность имеет два подвида: исключительную и специально-исключительную <**>.
--------------------------------
<*> См.: Тотьев К. Лицензирование по новым правилам: необходимость и перспективы реформ. С. 7.
<**> См.: Слугин А.А. Гражданская правосубъектность юридических лиц. С. 18.

Предложение весьма любопытное, хотя данная классификация видов правоспособности не вполне удачна. Во-первых, неясно, чем исключительная правоспособность как вид отличается от исключительной правоспособности как ее же подвида. Во-вторых, автор не разъясняет, в чем заключаются существенные различия между понятиями "исключительная" и "специально-исключительная" правоспособность, и каковы преимущества их практического внедрения. На наш взгляд, введение в гражданское право понятий "дополнительная", "исключительная", "специально-исключительная" правоспособность, не вполне ясных с теоретической точки зрения, запутает правоприменительную практику, создаст благоприятное поле для произвола и злоупотреблений.
Думается, что правоспособность юридического лица может быть только двух видов: общая и специальная. Вместе с тем желательно, чтобы законодатель прямо указывал, какие виды юридических лиц обладают общей, а какие - специальной правоспособностью.
Общую правоспособность можно определить как принадлежащее юридическому лицу субъективное право, содержание которого заключается в способности иметь любые гражданские права и обязанности, не запрещенные законом и соответствующие природе юридического лица.
Конкретизировать понятие специальной правоспособности весьма затруднительно без уточнения используемой законодателем терминологии. Гражданский кодекс РФ оперирует терминами: "цель деятельности", "цели деятельности" и "виды деятельности" юридического лица (п. 1 ст. 49 ГК РФ), "предмет и цели деятельности", "предмет и определенные цели деятельности" (п. 2 ст. 52 ГК РФ), которые весьма неоднозначно трактуются теоретиками и судебной практикой.
Основной целью деятельности коммерческих организаций названо "извлечение прибыли" (п. 1 ст. 50 ГК РФ). Далее сказано, что коммерческая организация, обладающая общей правоспособностью, вправе осуществлять любые виды деятельности, не запрещенные законом (ч. 2 п. 1 ст. 49 ГК РФ). Очевидно, что цели деятельности коммерческих организаций, имеющих специальную правоспособность, не исчерпываются стремлением получить прибыль, а должны обеспечивать общественные потребности, для осуществления которых они созданы.
Некоммерческие организации могут создаваться для достижения социальных, благотворительных, культурных, образовательных, научных и управленческих целей, развития физической культуры и спорта, охраны здоровья, удовлетворения духовных и иных нематериальных потребностей граждан, защиты прав и законных интересов граждан и организаций, разрешения споров и конфликтов, оказания юридической помощи, в иных целях, направленных на достижение общественных благ (п. 2 ст. 2 Федерального закона от 8 декабря 1995 г. "О некоммерческих организациях" <*>).
--------------------------------
<*> СЗ РФ. 1996. N 3. Ст. 145; 1998. N 48. Ст. 5849; 1999. N 28. Ст. 3473; 2002. N 12. Ст. 1093; N 43. Ст. 4190; 2002. N 52. Ч. 2. Ст. 5141. Далее - Закон о некоммерческих организациях.

Учредители некоммерческих организаций, государственных (муниципальных) унитарных и казенных предприятий обязаны определять в учредительных документах данных юридических лиц не только цели, но и предмет их деятельности (п. 2 ст. 52 ГК РФ). Однако понятие "предмет деятельности" в законе не раскрывается.
Как пишет В.В. Лаптев, специальная правоспособность дает возможность осуществлять лишь такие виды деятельности и приобретать такие права, которые соответствуют предмету деятельности данного субъекта <*>.
--------------------------------
<*> См.: Лаптев В.В. Предпринимательское право: понятие и субъекты. М., 1997. С. 45.

К.П. Кряжевских считает, что предметом деятельности юридического лица следует считать конкретизированный уставом перечень видов деятельности, которыми оно вправе заниматься <*>.
--------------------------------
<*> См.: Кряжевских К.П. Право оперативного управления и право хозяйственного ведения по российскому гражданскому праву: Дис... канд. юрид. наук. М., 2003. С. 96 - 97.

По мнению А.А. Слугина, предмет деятельности коммерческого юридического лица есть сфера извлечения прибыли <*>.
--------------------------------
<*> См.: Слугин А.А. Гражданская правосубъектность юридических лиц. С. 9, 18 - 19.

Как замечает И.В. Елисеев, важно разграничивать предмет уставной деятельности юридического лица и конкретные правомочия по осуществлению этой деятельности. К примеру, торговля не входит в предмет уставной деятельности религиозной организации, однако она имеет право совершать сделки купли-продажи, если это необходимо для ведения ее основной деятельности. Получается, что в сфере гражданского оборота конкретные правомочия организации со специальной правоспособностью могут быть шире предмета ее уставной деятельности <*>.
--------------------------------
<*> См.: Елисеев И.В. Юридические лица // Гражданское право: Учебник / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. Т. 1. М., 2002. С. 153.

Думается, что понятие "цель (цели) создания (деятельности)" является весьма расплывчатым. Напротив, критерий "виды деятельности" слишком узкий, что непригодно для практического применения, особенно с учетом позиции, выработанной судебной практикой по отношению к "внеуставным" сделкам. С одной стороны, установление исчерпывающего перечня видов деятельности не отвечает потребностям оборота, поскольку лишает юридическое лицо всякой маневренности, даже в реализации целей и задач чисто некоммерческого характера. С другой стороны, очень широкий список видов деятельности вообще лишает принцип специальной правоспособности всякого смысла.
Анализируя нормы ст. 49 ГК РФ, И.В. Елисеев пишет, что "специальная правоспособность предполагает наличие у юридического лица лишь таких прав и обязанностей, которые соответствуют целям его деятельности и прямо зафиксированы в его учредительных документах" <*>.
--------------------------------
<*> См. там же. С. 151 - 152.

Тем самым автор призывает учредителей юридического лица, обладающего специальной правоспособностью, указывать в его учредительных документах не только цели его деятельности, но также все права и обязанности, которыми оно может обладать как субъект гражданского права. Очевидно, что выполнить данное требование нереально из-за обилия прав и обязанностей, которые может иметь юридическое лицо.
Представляется, что если в законодательных актах будут прямо названы юридические лица, правоспособность которых является специальной, то п. 1 ст. 49 ГК РФ можно было бы сформулировать следующим образом: "Юридическое лицо, обладающее специальной правоспособностью, может иметь гражданские права, соответствующие предмету и целям деятельности, предусмотренным в его учредительных документах, и нести связанные с этой деятельностью обязанности".
С теоретической точки зрения понятие "предмет деятельности" можно трактовать как возможную "сферу деятельности" юридического лица. Однако, помня об опасности юридических определений, в законе или иных правовых актах не следует расшифровывать это понятие, оставив раскрытие его содержания на усмотрение учредителей.
Последствия совершения юридическим лицом сделки, выходящей за пределы его специальной правоспособности. В соответствии с нормой ст. 173 ГК РФ, даже если орган управления юридического лица, обладающего специальной правоспособностью, совершает сделку, выходящую за ее пределы, такая сделка уже не является абсолютно недействительной (ничтожной). Она может быть признана недействительной судом только по иску самого юридического лица, его учредителя (участника) или государственного органа, осуществляющего контроль или надзор за деятельностью юридического лица, при условии, что будет доказано, что другая сторона в сделке знала или должна была знать о ее незаконности.
Признание "внеуставных" сделок действительными диктуется потребностями торгового оборота, ибо немыслимо требовать от лица, совершающего сделку, чтобы оно предварительно убеждалось в праве контрагента на совершение данной сделки <*>.
--------------------------------
<*> См.: Ландкоф С. Действительность внеуставных сделок // Еженедельник сов. юстиции. 1926. N 43.

Нормы ст. 173 ГК РФ были сформулированы под влиянием правил, содержащихся в ст. 9 Первой Директивы по праву компаний, принятой Советом ЕС (Council of the European Union) 9 марта 1968 г. N 68/151/EЕС, согласно которым за действия, совершенные органами компании, ответственность несет компания, даже если эти действия не соответствуют целям ее деятельности, если только при совершении таких действий орган компании не превысил установленные законом полномочия. Как указано в ст. 9 Директивы, государства могут установить, что в этом случае компания не несет ответственности, если докажет, что контрагент знал или должен был знать о внеуставном характере сделки. Учредительные документы компании сами по себе не являются достаточным доказательством <*>.
--------------------------------
<*> Official Journal of the European Communities N L 65 of 14 March 1968. Изменения и дополнения директив последовали в связи с присоединением новых участников ЕС.

Согласно английскому Закону о Европейских сообществах 1972 г. сделка, заключенная по решению директоров компании, считается совершенной в пределах полномочий компании, а директора не считаются связанными какими-либо ограничениями, которые содержатся в меморандуме или во внутреннем регламенте компании. При этом Закон исходит из презумпции добросовестности контрагента. Доказательство того, что третье лицо знало о содержании устава, не опровергает эту презумпцию <*>.
--------------------------------
<*> См.: Зайцева В.В. Юридические лица // Гражданское и торговое право капиталистических государств / Отв. ред. Е.А. Васильев. С. 88 - 89.

Недобросовестность контрагента доказать трудно, ибо регистрация компании и публикация ее устава сами по себе еще не доказывают, что контрагент знал или должен был знать о цели деятельности компании, с которой он вступает в договорные отношения <*>.
--------------------------------
<*> См.: Кулагин М.И. Избранные труды. С. 133.

В п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" <*> разъясняется, что унитарные предприятия, другие коммерческие организации, в отношении которых законом предусмотрена специальная правоспособность (банки, страховые организации и некоторые другие), не вправе совершать сделки, противоречащие целям и предмету их деятельности, определенным законом или иными правовыми актами. Такие сделки являются ничтожными на основании ст. 168 ГК РФ.
--------------------------------
<*> Бюллетень ВС РФ. 1996. N 9; Вестник ВАС РФ. 1996. N 9.

Представляется, что такая практика не вполне соответствует буквальному и смысловому толкованию ст. 173 ГК РФ, направленной на обеспечение стабильности имущественного оборота и защиту более слабых партнеров, вступающих в договорные отношения с юридическими лицами, обладающими специальной правоспособностью.
Жесткий подход к признанию недействительными сделок, выходящих за пределы специальной правоспособности юридического лица, не соответствует самой природе этой правоспособности.
Уставная цель корпорации не должна рассматриваться в качестве определенного законом естественного предела правоспособности юридического лица, когда всякий акт, выходящий за этот предел, считается ничтожным, даже если само юридическое лицо посредством своих органов желало совершения этого акта. Напротив, целью ограничений следует считать не соблюдение естественных пределов правоспособности, а защиту интересов меньшинства участников корпорации, которые не были согласны с постановлением ее органа. При таком подходе акт, выходящий за пределы уставной цели юридического лица, нельзя рассматривать как ничтожный, а следует признать оспоримым, причем только в размере, в каком он наносит ущерб корпоративным интересам оспаривающего <*>.
--------------------------------
<*> См.: Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. М., 1998. С. 155 - 156.

Дабы избежать недоразумений, связанных с возможным признанием недействительными "внеуставных" сделок, в уставы даже коммерческих организаций, обладающих общей правоспособностью, обычно включаются практически все возможные виды деятельности. Наглядным примером является Устав Открытого акционерного общества "Российские железные дороги" <*>, главными целями деятельности Общества названы не только обеспечение потребностей государства, юридических и физических лиц в железнодорожных перевозках, работах и услугах, оказываемых железнодорожным транспортом, но также извлечение прибыли (п. 9). В числе видов деятельности указаны: производство и реализация продовольственных и промышленных товаров, медицинская, образовательная и т.п. деятельность (подп. 1 - 51 п. 11). Более того, п. 12 Устава гласит, что Общество вправе осуществлять и другие виды деятельности.
--------------------------------
<*> Утвержден Постановлением Правительства РФ от 18 сентября 2003 г. N 585 // СПС "КонсультантПлюс". ВерсияПроф.

Значение самоограничений, установленных в учредительных документах юридического лица, имеющего общую правоспособность. Как сказано в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров судам необходимо учитывать, что коммерческие организации, за исключением унитарных предприятий и иных организаций, предусмотренных законом, наделены общей правоспособностью и могут осуществлять любые виды предпринимательской деятельности, не запрещенные законом, если в учредительных документах таких коммерческих организаций не содержится исчерпывающий (законченный) перечень видов деятельности, которыми соответствующая организация вправе заниматься.
На практике данное разъяснение нередко трактуется как возможность установления специальной правоспособности для конкретного юридического лица не только законом, но также его учредительными документами.
При этом забывают, что правоспособность субъекта есть не совокупность прав в абстрактном виде, а лишь юридическая возможность иметь права <*>.
--------------------------------
<*> См.: Веберс Я.Р. Правосубъектность граждан в советском гражданском и семейном праве. С. 25.

Кроме того, в п. 2 ст. 49 ГК РФ указано, что юридическое лицо может быть ограничено в правах лишь в случаях и в порядке, предусмотренных законом. Действующим законодательством не предусмотрена возможность установления учредителями либо самим юридическим лицом, обладающим общей правоспособностью, каких-то ограничений этой правоспособности. Следовательно, специальная правоспособность может быть установлена только законом, а также принятыми в соответствии с законом иными нормативными актами, но не уставом юридического лица <*>.
--------------------------------
<*> См.: Козлова Н.В. Понятие и сущность юридического лица. С. 240 - 241, 289; Слугин А.А. Гражданская правосубъектность юридических лиц. С. 21.

Поэтому, если учредители коммерческого юридического лица, обладающего общей правоспособностью, произвольно устанавливают в его учредительных документах какие-либо ограничения на осуществление определенных видов деятельности либо указывают их исчерпывающий перечень, такие самоограничения не превращают общую правоспособность этой организации в специальную.
В связи с этим вызывает серьезные сомнения обоснованность утверждения, что участники юридического лица могут самостоятельно изменить универсальную правоспособность юридического лица на специальную посредством установления в его учредительных документах исчерпывающего перечня разрешенных видов деятельности либо запрета на осуществление каких-либо ее видов <*>.
--------------------------------
<*> См.: Климкин С.И. Реализация правоспособности юридического лица через его органы // Цивилистические записки: Межвузовский сборник научных трудов. М., 2001. С. 159 - 160.

Представляется, что всякие самоограничения, содержащиеся в уставе юридического лица, имеющего общую правоспособность, можно рассматривать как его отказ от реализации субъективного права, предусмотренного законом и составляющего один из элементов содержания его правоспособности. Сделки, совершенные такими организациями в противоречии с целями деятельности, определенно ограниченными в их учредительных документах, могут быть признаны судом недействительными только в случаях, прямо предусмотренных ст. 173 ГК РФ, т.е. являются оспоримыми (п. 1 ст. 166 ГК РФ) <*>. Более того, на основании п. 2 ст. 49 ГК РФ решение учредителей об ограничении прав может быть обжаловано юридическим лицом в суд.
--------------------------------
<*> См. п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Правовое значение лицензирования отдельных видов деятельности юридического лица. Законом может быть установлен перечень видов деятельности, которыми юридическое лицо вправе заниматься только на основании специального разрешения - лицензии (ч. 3 п. 1 ст. 49 ГК РФ) <*>. Право на осуществление лицензируемой деятельности возникает с момента получения лицензии либо с момента начала указанного в ней срока и прекращается по его истечении, если правовыми актами не установлено иное (ч. 2 п. 3 ст. 49 ГК РФ).
--------------------------------
<*> См.: Федеральный закон от 13 июля 2001 г. "О лицензировании отдельных видов деятельности" // СЗ РФ. 2001. N 33. Ч. 1. Ст. 3430.

Как отмечается в литературе, лицензирование предпринимательской деятельности есть правовое средство государственного регулирования рыночных отношений, элемент легитимации определенных видов деятельности предпринимателя <*>. Лицензируемые виды деятельности обычно требуют специальных знаний, направлены на обеспечение общественных интересов или требуют более тщательного контроля со стороны государства в целях защиты интересов граждан <**>.
--------------------------------
<*> См.: Соболь О.С. Лицензирование предпринимательской деятельности: Автореф. дис... канд. юрид. наук. М., 2004. С. 5 - 6.
<**> См.: Дедов Д.И. Правовой статус предпринимателя // Предпринимательское право Российской Федерации / Отв. ред. Е.П. Губин, П.Г. Лахно. М., 2003. С. 125 - 128.

По мнению многих правоведов, получение лицензии расширяет гражданскую правоспособность <*> или даже дееспособность юридического лица, тогда как приостановление, аннулирование либо отзыв лицензии, напротив, является ограничением его правоспособности или дееспособности. Некоторые исследователи прямо предлагают считать подтвержденную лицензией специальную правосубъектность дополнительной правосубъектностью, поскольку она расширяет деятельность юридического лица по сравнению с общей правосубъектностью <**>.
--------------------------------
<*> См.: Залесский В.В. Правоспособность юридического лица // Право и экономика. 1999. N 5. С. 85 - 86; Тотьев К. Лицензирование по новым правилам: необходимость и перспективы реформ // Хозяйство и право. 2001. N 12. С. 7; Слугин А.А. Гражданская правосубъектность юридических лиц. С. 22 - 23; и др.
<**> См.: Лихотникова Е.П. Некоммерческие организации: правосубъектность и право собственности: Автореф. дис... канд. юрид. наук. М., 2004. С. 9, 17.

Анализ положений Федерального закона от 13 июля 2001 г. "О лицензировании отдельных видов деятельности" <*> позволяет усомниться в безусловной справедливости этого утверждения. Лицензия есть специальное разрешение на осуществление конкретного вида деятельности при обязательном соблюдении лицензионных требований и условий, выданное лицензирующим органом юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю, как правило, на определенный срок (ст. ст. 2, 8 Закона). Вид деятельности, на осуществление которого предоставлена лицензия, может выполняться только получившим лицензию юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем (п. 1 ст. 7). В случаях, предусмотренных законом, лицензирующие органы вправе приостановить и даже аннулировать действие лицензии (ст. 13 Закона).
--------------------------------
<*> Текст по состоянию на 1 июня 2004 г. // СПС "КонсультантПлюс". ВерсияПроф.

Основной целью лицензирования отдельных видов деятельности является контроль за ее осуществлением для обеспечения защиты жизненно важных интересов личности, общества и государства. В гражданско-правовом смысле лицензия на осуществление отдельных видов деятельности есть не право, а официальное разрешение <*>.
--------------------------------
<*> См.: Камоликова С. Лицензии на осуществление отдельных видов деятельности: права или разрешения // Хозяйство и право. 1998. N 9. С. 108 - 110.

Представляется, что выдача или приостановление (аннулирование) лицензии на осуществление видов деятельности, предусмотренных ст. 17 Закона о лицензировании отдельных видов деятельности, являются актами административного права, которые влекут за собой возникновение (прекращение) у обладающего общей правоспособностью конкретного юридического лица субъективного права, которое дает ему возможность в дальнейшем совершать сделки, иные юридически значимые либо фактические действия в определенной сфере.
Требование закона о необходимости получения разрешения для осуществления отдельных видов деятельности есть способ установления фискального контроля со стороны государства за видами деятельности, осуществление которых, как указано в ст. 4 Закона о лицензировании отдельных видов деятельности, может повлечь за собой нанесение ущерба правам, законным интересам, здоровью граждан, обороне и безопасности государства, культурному наследию народов России и регулирование которых не может осуществляться иными методами, кроме как лицензированием. Выдача лицензии не превращает общую правоспособность коммерческого юридического лица (индивидуального предпринимателя) в специальную. Строго говоря, получение либо утрата (приостановление, аннулирование) лицензии вообще не влияет на их правоспособность или дееспособность, установленную законом (иными правовыми актами).
По общему правилу сделка, совершенная юридическим лицом, не имеющим лицензию на занятие определенной деятельностью, не соответствует требованиям закона (ст. 168 ГК РФ). Согласно ст. 173 ГК РФ такая сделка является оспоримой, т.е. может быть признана недействительной по иску самого юридического лица, его учредителя (участника) или государственного органа, осуществляющего контроль или надзор за деятельностью юридического лица, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о ее незаконности.
Вместе с тем для некоторых видов юридических лиц, обладающих установленной законом специальной правоспособностью, выдача лицензии означает приобретение субъективного права на осуществление их основной деятельности в рамках специальной правоспособности. Следовательно, правовые последствия выдачи либо утраты лицензии на осуществление деятельности, соответствующей специальной правоспособности данного субъекта, будут несколько иными. Аннулирование (отзыв) лицензии у такого юридического лица равносильно лишению его специальной правосубъектности, а потому неизбежно влечет его ликвидацию. Прежде всего это касается кредитных организаций, страховщиков, образовательных учреждений и некоторых других юридических лиц, имеющих специальную правоспособность.
Как гласит п. 2 ст. 1 Закона о лицензировании отдельных видов деятельности, данный Закон не распространяется на некоторые виды деятельности, в частности, на деятельность кредитных организаций. Согласно ст. ст. 1, 5, 12, 13, 20, 23.1 Федерального закона "О банках и банковской деятельности" кредитная организация имеет право осуществлять банковские операции с момента получения лицензии, выданной Банком России после государственной регистрации кредитной организации в установленном порядке. Решение о государственной регистрации кредитной организации принимается Банком России. Внесение в Единый государственный реестр юридических лиц сведений о создании, реорганизации и ликвидации кредитных организаций осуществляется уполномоченным регистрирующим органом на основании решения Банка России о соответствующей регистрации. Срок действия лицензии на осуществление банковских операций не ограничен, однако Банк России может отозвать у кредитной организации лицензию, после чего кредитная организация подлежит ликвидации.
Если в течение 30 дней с даты публикации в "Вестнике Банка России" сообщения об отзыве у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций не создана ликвидационная комиссия, Банк России обязан обратиться в арбитражный суд с требованием о ликвидации кредитной организации, за исключением случая, когда к моменту отзыва указанной лицензии у кредитной организации имеются признаки несостоятельности (банкротства), предусмотренные Федеральным законом от 18 сентября 1998 г. "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций" <*>. В соответствии с п. 4 ч. 4 ст. 20 Закона о банках и банковской деятельности с момента отзыва у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций до момента создания ликвидационной комиссии (ликвидатора) или до назначения арбитражным судом конкурсного управляющего кредитной организации запрещено совершать сделки и исполнять обязательства по сделкам, за исключением сделок, связанных с текущими коммунальными и эксплуатационными платежами кредитной организации, а также с выплатой выходных пособий и оплатой труда лиц, работающих по трудовому договору, в пределах сметы расходов, согласуемой с Банком России либо с его уполномоченным представителем, если таковой был назначен.
--------------------------------
<*> Текст по состоянию на 1 июня 2004 г. // СПС "КонсультантПлюс". ВерсияПроф.

Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации <*>, в силу особенностей правового положения кредитных организаций отзыв лицензии является начальным этапом процедуры банкротства или ликвидации банка. После отзыва у банка лицензии расчеты с вкладчиками возможны только в ходе его ликвидации, для чего в целях защиты интересов кредиторов и самого банка необходимо зафиксировать всю его кредиторскую задолженность. Запрет на совершение сделок и исполнение обязательств по сделкам, содержащийся в п. 4 ч. 4 ст. 20 Закона о банках и банковской деятельности, до создания в установленном порядке ликвидационной комиссии или назначения конкурсного управляющего обусловлен необходимостью сохранения денежных средств и имущества кредитной организации для их надлежащего распределения между кредиторами и направлен на реализацию конституционного принципа равенства всех перед законом (ч. 1 ст. 19 Конституции РФ). Таким образом, п. 4 ч. 4 ст. 20 Закона о банках и банковской деятельности устанавливает обеспечительные меры, направленные на сохранение денежных средств и имущества кредитной организации до решения вопроса о расчетах с кредиторами. Эти меры носят процессуальный характер, ограничивая в определенной мере право собственника владеть, пользоваться и распоряжаться своим имуществом.
--------------------------------
<*> См. Определение Конституционного Суда РФ от 5 ноября 1999 г. N 182-О "По запросу Арбитражного суда города Москвы о проверке конституционности пунктов 1 и 4 части четвертой статьи 20 Федерального закона "О банках и банковской деятельности" // СЗ РФ. 1999. N 49. Ст. 6070.

Приостановление действия банковской лицензии нередко трактуется как временное ограничение правоспособности кредитной организации, которое выражается в запрете на определенное время осуществлять все банковские операции, указанные в ранее выданной лицензии <*>.
--------------------------------
<*> См.: Пыхтин С. Приостановление, аннулирование и отзыв банковской лицензии // Хозяйство и право. 2004. N 1. С. 47.

Между тем представляется, что даже в отношении кредитной организации, обладающей специальной правоспособностью, справедливо утверждение, что ни предоставление лицензии на осуществление банковских операций, ни ее отзыв сами по себе не влияют на правоспособность или дееспособность данной организации. Однако отзыв лицензии, который фактически лишает кредитную организацию субъективного права на осуществление своей основной деятельности, неизбежно влечет за собой ее ликвидацию в соответствии с нормами действующего законодательства.

КонсультантПлюс: примечание.
Федеральный закон от 02.12.1990 N 394-1 (ред. от 21.03.2002) "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)" утратил силу в связи с принятием Федерального закона от 10.07.2002 N 86-ФЗ.

Рассматривая конституционность полномочий Центрального банка РФ по внесудебному порядку отзыва банковской лицензии, Конституционный Суд РФ прямо указал, что регистрация, лицензирование кредитных организаций, а также отзыв у них лицензий на осуществление банковских операций по существу представляют собой законодательную реализацию конституционной функции Банка России в виде банковского регулирования, надзора и контроля посредством принятия нормативных правовых актов и индивидуально-правовых (ненормативных) актов на основе оперативной информации о состоянии как экономики в целом, так и в области денежно-кредитной политики. Право осуществлять государственную регистрацию, выдачу и отзыв лицензий кредитных организаций, установленное п. 6 ст. 4 Федерального закона от 2 декабря 1990 г. "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)" <*>, есть одно из полномочий ЦБ РФ, через которое реализуется его надзорная деятельность и достигаются цели, установленные ст. 3 данного Закона в соответствии с ч. 2 ст. 75 Конституции РФ. Поэтому сам по себе отзыв лицензии Банком России у кредитной организации не затрагивает установленное ч. 1 ст. 34 Конституции РФ право каждого на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, а является средством государственной защиты прав и свобод, гарантируемой ч. 1 ст. 45 Конституции РФ <**>.
--------------------------------
<*> Текст по состоянию на 1 июня 2004 г. // СПС "КонсультантПлюс". ВерсияПроф.
<**> См.: Определение Конституционного Суда РФ от 14 декабря 2000 г. N 268-О "По запросу Верховного Суда Российской Федерации о проверке конституционности части третьей статьи 75 Федерального закона "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)" // Вестник Конституционного Суда РФ. 2001. N 2.

В то же время, как справедливо отмечает Д.А. Узойкин, необходимо различать лицензии на осуществление определенных видов деятельности (ст. 49 ГК РФ) и специальные разрешения на совершение отдельных сделок с ограниченно оборотоспособными объектами (ст. 129 ГК РФ). Лицензия на осуществление определенных видов деятельности служит целям государственного контроля за соблюдением прав и законных интересов участников оборота, вступающих в гражданско-правовые отношения с лицами, осуществляющими лицензированные виды деятельности, требующие особых навыков. Поэтому такого рода безлицензионные сделки являются оспоримыми (ст. 173 ГК РФ). Напротив, безлицензионные сделки с ограниченно оборотоспособными объектами являются ничтожными, как совершенные с нарушением требований закона (ст. 168 ГК РФ), поскольку специальное разрешение на введение в оборот ограниченно оборотоспособного объекта путем совершения сделок преследует цели защиты публичных государственных интересов: обеспечения обороноспособности, безопасности и др. <*>
--------------------------------
<*> См.: Узойкин Д.А. Сделки с валютными ценностями и проблемы их недействительности: Дис... канд. юрид. наук. М., 2002. С. 134 - 135.

Таким образом, даже банковские сделки, совершенные юридическим лицом, не имеющим лицензии на осуществление банковской деятельности, на основании ст. ст. 168, 173 ГК РФ следует признавать оспоримыми.
Однако нарушение физическими и юридическими лицами установленных законом правил о лицензировании отдельных видов деятельности влечет за собой не только гражданскую, но также административную и даже уголовную ответственность.
Согласно ч. 3 п. 2 ст. 61 ГК РФ в случае осуществления деятельности без лицензии, либо деятельности, запрещенной законом, либо с иными неоднократными или грубыми нарушениями закона или иных правовых актов, либо при систематическом осуществлении общественной или религиозной организацией (объединением), благотворительным или иным фондом деятельности, противоречащей его уставным целям, юридическое лицо может быть ликвидировано по решению суда.
Как разъяснил Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ в информационном письме от 13 января 2000 г. N 50 "Обзор практики разрешения споров, связанных с ликвидацией юридических лиц (коммерческих организаций)" <*>, согласно ч. 3 п. 2 ст. 61 ГК РФ осуществление коммерческой организацией деятельности, подлежащей лицензированию, после аннулирования лицензии может являться основанием для ее ликвидации. Однако в случаях, когда юридическое лицо осуществляет несколько видов деятельности, лишение его лицензии на ведение какого-либо одного вида деятельности не может рассматриваться как основание для его ликвидации, если после аннулирования лицензии оно прекратило этот вид деятельности и не допускает неоднократных или грубых нарушений закона или иных правовых актов (п. 1).
--------------------------------
<*> Вестник ВАС РФ. 2000. N 3.

В соответствии со ст. 13 Закона о банках и банковской деятельности осуществление юридическим лицом банковских операций без лицензии влечет за собой взыскание с такого юридического лица всей суммы, полученной в результате осуществления данных операций, а также взыскание штрафа в двукратном размере этой суммы в федеральный бюджет. Взыскание производится в судебном порядке по иску прокурора, соответствующего федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на то федеральным законом, или Банка России. Банк России вправе предъявить в арбитражный суд иск о ликвидации юридического лица, осуществляющего без лицензии банковские операции. Граждане, незаконно осуществляющие банковские операции, несут в установленном законом порядке гражданско-правовую, административную или уголовную ответственность.
Субъектом уголовной ответственности за незаконное предпринимательство (ст. 171 УК РФ) и незаконную банковскую деятельность (ст. 172 УК РФ), в том числе за осуществление предпринимательской или банковской деятельности без регистрации либо без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда оно обязательно, или с нарушением условий лицензирования, является достигшее шестнадцатилетнего возраста физическое лицо, которое осуществляет незаконную предпринимательскую деятельность <*>.
--------------------------------
<*> См.: Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть: Учебник / Под ред. Г.Н. Борзенкова и В.С. Комиссарова. М., 1997. С. 752 (автор главы - Б.М. Леонтьев).

Когда для осуществления определенной деятельности требуется получение лицензии, то коммерческая организация, в учредительных документах которой не содержится исчерпывающий перечень видов деятельности и нет никаких запретов, вправе требовать предоставления соответствующей лицензии, и ей не может быть отказано на том основании, что данный вид деятельности не упомянут в ее уставе <*>.
--------------------------------
<*> См. п. 18 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК РФ".

Между тем, если в учредительных документах коммерческого юридического лица содержатся самоограничения на осуществление каких-либо видов деятельности и при этом оно обращается в компетентные государственные органы за получением лицензии на ведение указанной деятельности, в выдаче лицензии должно быть отказано до внесения необходимых изменений в учредительные документы юридического лица.
Особый случай изменения характера правоспособности субъекта составляет приобретение гражданином статуса индивидуального предпринимателя. С момента государственной регистрации гражданина в качестве предпринимателя его правоспособность в сфере предпринимательской деятельности приравнивается к правоспособности коммерческих организаций, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов или существа правоотношения (п. п. 1, 2, 3 ст. 23 ГК РФ).
Проблема дееспособности юридического лица. Сторонники теории фикции сомневаются в наличии у юридического лица реальной воли, следовательно, в его дееспособности, которая тесно связана с волей. Вместе с тем, коль скоро юридическое лицо признается законом субъектом права, оно должно обладать не только правоспособностью, но и дееспособностью <*>.
--------------------------------
<*> См.: Шершеневич Г.Ф. Курс гражданского права. С. 125.

Напротив, приверженцы теории реального субъекта полагают, что юридическое лицо может формировать и выражать вовне свою волю. Как отмечал Гирке, субъект права, будь то индивид или союз людей, всегда имеет в своей основе волю как пружину внешних движений <*>.
--------------------------------
<*> Gierke. Die Genossenschaftsrecht. Т. I - III. 1868, 1873, 1881 (цит. по: Суворов Н.С. Об юридических лицах по римскому праву. М., 2000. С. 98).

По мнению большинства ученых, существенным признаком юридического лица является наличие не только цели, но и собственной воли.
С точки зрения материалистической философии воля понимается как способность принимать решения со знанием дела <1>; способность сознательно производить целесообразные действия <2>; способность к выбору цели деятельности и внутренним усилиям, необходимым для ее осуществления <3>; сознательная целеустремленность на выполнение неких действий <4>.
--------------------------------
<1> См.: Энгельс Ф. Анти-Дюринг. М., 1957. С. 107.
<2> См.: Энциклопедический словарь / Под ред. Ю.С. Гамбарова, В.Я. Железнова и др. Т. 11. М., 1909. С. 204.
<3> См.: Большая советская энциклопедия / Под ред. А.М. Прохорова. Т. 5. М., 1971. С. 349.
<4> См.: Философский словарь / Под ред. И.Т. Фролова. М., 1986. С. 73.

Волевой и целевой моменты одинаково существенны для понятия субъекта права и взаимно обусловлены, ибо без воли не может быть достигнута цель, а без цели нельзя определить направление воли. Юридическое лицо есть носитель человеческой цели, которую правопорядок признает самоцелью через предоставление юридической силы воле, необходимой для достижения цели <*>.
--------------------------------
<*> Bernatzik. Kritische Studien uber den Begriff der juristischen Personen und uber die juristische Personlichkeit der Behorden insbesondere // Archiv fur offentliches Recht. B. V. 1890. S. 232 - 233 (цит. по: Суворов Н.С. Об юридических лицах по римскому праву. С. 124).

Строго говоря, волей, в ее биологическом, психологическом понимании, может обладать только человек, но не юридическое лицо, имеющее искусственную природу. Понятие "воля юридического лица" есть исключительно правовое явление, как и сама категория юридического лица. Нельзя игнорировать тот факт, что в деятельности юридического лица должен принимать участие хотя бы один человек. Волей обладают люди, способные оказывать влияние на деятельность юридического лица. В конечном счете именно воля этих людей преобразуется в собственно волю юридического лица.
Говоря о волеспособности юридического лица, Буркгард указывает, что воля индивида может утратить свой индивидуалистический отпечаток, стать волей не индивидуалистического волевого центра, вступая в пределы, смежные с другими индивидуальными волями, отказываясь от изолированной независимости, связывая себя с ними и взаимодействуя. В результате из отдельных взаимодействующих воль получается нечто такое, что, возможно, не соответствует полностью ни одной из них, но именно поэтому и не есть индивидуальная воля отдельного человека, а есть социальная воля собирательного множества и выразитель тех интересов, на служение которым поставило себя это множество <*>.
--------------------------------
<*> Burckhard. Zur Lehre von den juristische Personen / Grunhut's Zeitschrift fur das Privat und offentliches Recht der Gegenwart. B. XVIII. S. 28 - 34 (цит. по: Суворов Н.С. Об юридических лицах по римскому праву. С. 117).

Юридическое лицо есть общественное образование, основой или "субстратом" которого являются люди, находящиеся в определенных отношениях между собой. Будучи субъектом права, юридическое лицо способно формировать и изъявлять волю, составляющую необходимую предпосылку механизма действия права. Эта воля определяется и направляется целью, ради которой создано юридическое лицо. Психологическая воля в данном случае является той предпосылкой, без которой немыслима юридическая воля общественного образования как объективированной и независимой от отдельных волений сферы возможного и осуществляемого поведения человеческого коллектива. Единство поведения этой группы людей является следствием общих для них условий материальной и духовной жизни, определяется общей целью, поставленной перед ними государством, и т.д. <*>
--------------------------------
<*> См.: Братусь С.Н. Юридические лица в советском гражданском праве. С. 46.

стр. 1
(общее количество: 14)

ОГЛАВЛЕНИЕ

След. стр. >>